Постановление от 2 сентября 2025 г. по делу № А33-3190/2022

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-3190/2022к54
г. Красноярск
03 сентября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена «21» августа 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен   «03» сентября 2025 года.


Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Чубаровой Е.Д.,

судей: Радзиховской В.В., Мантурова В.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Фарносовой Д.В. (13.08.2025), секретарем Таракановой О.М. (19.08.2025), секретарем Щекотуровой Я.С. (21.08.2025),

при участии:

с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания)  -  и.о. конкурсного управляющего ООО «Спецстройпроект» ФИО1 (паспорт),

находясь в помещении Третьего арбитражного апелляционного суда:

ФИО2 (паспорт), его представителя - ФИО3 (доверенность от 30.05.2023, паспорт),

от Прокуратуры Красноярского края: ФИО4 (служебное удостоверение ТО № 379970, участвовал 13.08.2025),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу исполняющего обязанности конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Спецстройпроект» (ИНН <***>, ОГРН <***>) - ФИО1 на определение Арбитражного суда Красноярского края  от «26» марта 2025 года по делу № А33-3190/2022к54,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Спецстройпроект» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – должник, ООО «Спецстройпроект») поступило заявление и.о. конкурсного управляющего ФИО1 (далее – заявитель жалобы, апеллянт, конкурсный управляющий), в соответствии с которым он просит признать недействительным дополнительное соглашение от 01.01.2022 об изменении оклада к трудовому договору № 19 от 02.06.2021, заключенное между должником и ФИО2 (далее также ответчик), на основании положений пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением суда первой инстанции от 26 марта 2025 года по делу № А33-3190/2022к54 в удовлетворении заявления отказано, поскольку конкурсный управляющий не доказал неравноценность встречного предоставления по оспариваемой сделке, при этом нарушение работодателем требований трудового законодательства при оформлении трудовых отношений не свидетельствует о  том, что труд  работника является неравноценным получаемой за него оплаты.

Не согласившись с указанным определением суда первой инстанции,   конкурсный управляющий   обратился с жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд (далее – суд апелляционной инстанции) в которой просит отменить обжалуемый судебный акт и принять по делу новый – об удовлетворении требования о признании сделки недействительной.

Апелляционную жалобу, с учетом дополнений от 16.06.2025, конкурсный управляющий мотивирует следующим:

1)                 вступление в трудовые правоотношения должно предусматривать получение предприятием положительного эффекта для его деятельности в виде результата работы и оплаты труда работника, соразмерной выполненной им работе,  заработная плата является встречным исполнением по отношению к исполнению работником своих должностных обязанностей;

2)                 между сложностью, количеством, качеством выполняемой работы и размером должностного оклада работника имеется прямая зависимость;

3)                 установление в период введения в отношении должника процедур банкротства сумм выплат работникам, несоразмерных   выполняемым трудовым  функциям, свидетельствует об отсутствии встречного предоставления;

4)                 с 01.01.2022 ответчику был увеличен должностной оклад через 6 месяцев с момента его принятия на эту должность с 13 500 руб. до 71 850 руб. (т.е. более чем в 5 раз или на 569 %). При этом ответчик не представил пояснений о том, что соразмерно увеличенному должностному окладу изменились и его трудовые обязанности;

5)                 исходя из имеющихся в деле доказательств, отсутствует какая-либо экономическая необходимость и объективная возможность для повышения должностного оклада ответчику;

6)                 суд первой инстанции посчитал доказанным факт получения ответчиком увеличенного оклада с даты трудоустройства, на основании представленных ответчиком документов по расходованию денежных средств его семьей, которые являются неотносимыми доказательствами, при этом данными налоговой отчетности физического лица подтверждается иной, более низкий уровень дохода ответчика, что оставлено судом без оценки и не учтено судом при принятии оспариваемого судебного акта.

Определением суда апелляционной инстанции от 17.06.2025 после устранения обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, апелляционная жалоба принята к производству.

Определением суда апелляционной инстанции от 24.07.2025 судебное разбирательство по делу отложено на 13.08.2025.

Текст определения о назначении судебного заседания опубликован в системе «Картотека арбитражных дел» в сети «Интернет» (http://kad.arbitr.ru/).

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Ходатайства об отложении судебного разбирательства по причине невозможности явиться в судебное заседание в материалы дела не поступили.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В судебном заседании в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялись перерывы.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам, установил следующие обстоятельства.

Согласно уведомлению о включении сведений в Национальный реестр специалистов в области строительства, ФИО2 включен в национальный реестр специалистов в области строительства с 22.10.2020.

02.06.2021 между ООО «Спецстройпроект» (работодатель) и ФИО2 (работник) заключен трудовой договор №19 (далее – трудовой договор).

По условиям трудового договора:

- работник принимается работодателем на работу «управляющий проектами» (пункт 1.1);

- работник обязуется лично выполнять должностные обязанности, при этом работа для него является основной (пункты 1.2-1.3);

- договор вступает в силу с 02.06.2021, и с той же даты работник обязуется приступить к работе (пункты 2.1-2.2);

- работнику устанавливается должностной оклад в размере 13 500 рублей, и надбавки в размере 30% районного коэффициента, а также 30% за стаж работы в сложных климатических условиях (пункты 11-14).

Согласно пункту 2 договора, договор вступает в силу 02.06.2021.

В соответствии с пунктами 6.1, 6.2 трудового договора, работнику устанавливается должностной оклад согласно штатному расписанию в размере 13 500 руб. Работнику дополнительно выплачивается: районный коэффициент в размере 30%; надбавка за стаж работы в районах с особыми климатическими условиями в размере 30%.

01.01.2022 между ООО «Спецстройпроект» (работодатель) и ФИО2 (работник) подписано дополнительное соглашение к трудовому договору № 19 от 02.06.2021, согласно которому изменен пункт 6.1 трудового договора № 19 от 02.06.2021, изложен в следующей редакции: «Работнику устанавливается должностной оклад согласно штатному расписанию в размере 71 850 руб.».

Ответчик выполнял трудовую функцию по должности «Управляющий проектами».

Согласно трудовой книжке ФИО2 являлся работником ООО «Спецстройпроект» в период с 02.06.2021 по 31.03.2022.

Законом о банкротстве установлено, что в соответствии с его положениями главы III.1 могут оспариваться по нормам о недействительности сделок – выплата заработной платы, премии, а также действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Такое требование вправе заявлять лишь определенные управомоченные лица, к числу которых относится и конкурсный управляющий.

Поскольку требование об оспаривании сделки должника заявлено конкурсным управляющим в отношении дополнительного соглашения от 01.01.2022 об изменении оклада к трудовому договору № 19 от 02.06.2021, то данный способ защиты осуществляется управомоченным лицом в отношении установленного законом предмета – сделки.

Указанное было верно установлено судом первой инстанции.

Конкурсным управляющим заявлено требование на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В статье 61.2 Закона о банкротстве предусмотрена возможность обжалования подозрительных сделок. При этом в зависимости от того, когда была совершена сделка - в течение года до принятия заявления о признании должника банкротом (пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве) или не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), законодателем установлен различный круг обстоятельств, подлежащих доказыванию

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. В предмет доказывания по данному пункту входят следующие обстоятельства: срок заключения сделки - в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления; неравноценность встречного исполнения обязательств другой стороной сделки.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

По смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной необходима доказанность совокупности следующих обстоятельств: вред имущественным правам кредиторов от совершения сделки, наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели.

Аналогичные разъяснения изложены в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63), согласно которым пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 указанного Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 7 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в статье 2 Закона о банкротстве.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела оспариваемое дополнительное соглашение заключено 01.01.2022. Дело о банкротстве возбуждено определением от 18.02.2022. Таким образом, сделка может быть оспорена  по пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При решении вопроса о признании дополнительного соглашения к трудовому договору недействительным следует сравнить соразмерность в целом фактически полученной конкретным работником оплаты труда с оплатой труда по аналогичной должности по отрасли. Таким образом, в предмет спора входит установление соотношения между заработной платой конкретного работника и оплатой труда иных лиц, которые занимают аналогичные должности в других организациях, сходных с должником по роду и масштабу деятельности, из чего обоснованно исходил суд первой инстанции.

Информационным письмом Росстата от 16.05.2023 предоставлены следующие сведения о заработной плате: руководитель подразделения по управлению проектами – 127 083,50 руб., начальник отдела (в строительстве) – 160 338 руб. Таким образом, оплата труда ответчика с учетом оспариваемого дополнительного соглашения не отличается существенно в худшую сторону для кредиторов и должника от оплаты лиц, занимаемых аналогичные должности.

При этом суд первой инстанции также учёл, что ответчик обладает высокой квалификацией, является специалистом в деятельности по организации выполнения работ по строительству, реконструкции, капитальному ремонты объектов капитального строительства.

Согласно представленному в дело уведомлению о включении сведений в Национальный реестр специалистов в области строительства ФИО2 включен в национальный реестр специалистов в области строительства с 22.10.2020 г.

Как верно указывает конкурсный управляющий, трудовые отношения предполагают встречное предоставление, поскольку работник прикладывает усилия, выполняя трудовые обязанности, а работодатель осуществляет оплату такого труда в соответствии с условиями трудового договора.

В силу статьи 91 Трудового кодекса Российской Федерации от 30.12.2001 № 197-ФЗ (далее – ТК РФ), учет рабочего времени является обязанностью работодателя.

При этом рабочее время это время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.

Работодатель обязан фиксировать факты ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей работником (по смыслу ТК РФ), что является формализацией и доказательством правомерного поведения работодателя в части оспаривания выплат или увольнения работником.

При этом работник, являясь более слабой стороной в трудовых отношениях, фактически лишен возможности доказывания реальности и объема выполняемой им работы, ввиду чего данный факт презюмируется, до момента его опровержения работодателем (должником или конкурсным управляющим).

Конкурсным управляющим должника, в нарушение общих правил распределения бремени доказывания (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не представлено каких-либо доказательств неисполнения трудовых обязанностей ответчиком, что могло бы свидетельствовать о неравноценном встречном предоставлении или его полном отсутствии.

Факт выполнения работником трудовой функции управляющим не оспорен, о фиктивности трудового договора конкурсным управляющим не заявлено.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в подтверждение факта выполнения трудовой функции и после 01.01.2022 ответчиком в материалы дела представлена переписка по рабочим вопросам, договоры подряда, договоры поручения, расчетные листки, сведения о трудовой деятельности, удостоверенные должностным лицом должника и печатью должника. В дело представлена рабочая документация.

Исходя из совокупности представленных доказательств следует, что работник продолжал осуществление трудовой функции и после 01.01.2022. При этом суд учитывает, что должность, занимаемая ответчиком, не относится к должностям, позволяющим влиять на увеличение заработной платы. Доказательств, подтверждающих, что ответчик имел доступ к кадровой или бухгалтерской документации, отражающей финансовое состояние должника, осуществлял распоряжение денежными средствами должника или иным образом распоряжался активами должника не представлено.

В отношении размера заработной платы ответчик указал, что, по договоренности с работодателем (должником) с момента трудоустройства ему наличными выплачивалась  заработная плата с учётом оклада, установленного  впоследствии оспариваемым дополнительным соглашением от 01.01.2022. Причины несоответствия размеров «официальной» заработной платы ответчика и фактически получаемой  находилось вне воли и поведения ответчика до 01.01.2022.  С 01.01.2022 оспариваемым дополнительным соглашением стороны (работник и работодатель) урегулировали трудовые отношения и заработная плата выплачивалась, как и прежде (с момента заключения трудового договора), но официально.

В подтверждение указанного довода ответчик (со ссылкой на материалы дела) сформировал и представил суду апелляционной инстанции в табличной форме сведения о поступлениях и расходах с июня 2021 года по март 2022 года.  В декабре 2021 года (до заключения оспариваемого дополнительного соглашения) должник перечислил ответчику 300 000 руб. (т.2, л.д. 147).

Ответчиком представлены в материалы дела доказательства, подтверждающие расходование денежных средств в размере соразмерном фактически полученным от должника (справка ООО «Виола», справка об оплате за временное содержание ребенка, сведения о доходах супруги, выписки по счетам кредитных договоров, выписки по счетам дебетовых карт ответчика и его супруги за 2021 – 2022 гг., сведения о затратах на медицинское обслуживание, договор с ООО «Ирис»).

20.06.2015 между ФИО2 и ФИО5 заключен брак, о чем в тот же день выдано свидетельство о заключении брака <...>.

29.03.2019 год между ФИО2 (заемщик) и ПАО «Сбербанк России» (кредитор) заключен кредитный договор <***>, по условиям которого кредитор предоставил заемщику кредит на сумму 2 000 000 рублей, сроком на 120 месяцев, с совершением ежемесячных платежей в размере 27 340,53 рублей, под 11,109% годовых, полная стоимость кредита 1 280 863,39 рублей.

28.08.2021 между ЗАО «Ирис» Международным офтальмологическим центром и ФИО6 заключен договора № 38198 на оказание медицинских услуг.

ФИО6 были оказаны услуги, что подтверждается справками об оплате медицинских услуг на суммы 21 600 и 23 450 рублей.

Судом апелляционной инстанции также изучены выписки по счетам ответчика и его супруги, опосредующие движение их денежных средств, сведения о доходах и обязательствах супруги ответчика.

Согласно справке 2-НДФЛ, доход ФИО6 за 2021 год составил 438 164,83 рублей, при этом с учетом подлежащего уплате налога (56 848 рублей), получено 381 316,83 рублей.

За 2022 год доход ФИО6 составил 6 027,90 рублей до уплаты налогов (784 рубля) и 5 243,9 рублей после их удержания.

Справкой от 05.06.2023, выданной ИП ФИО7 (ИНН <***>) установлено, что ФИО6 доверила ФИО7 действия по исполнению поручений, связанных с временным содержанием ее ребенка – ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения), при этом размер платы за исполнение таких поручений составил за 2021 год – 214 500 рублей, за 2022 год – 249 000 рубле, за 2023 год – 105 000 рублей.

Материалами дела подтверждается, что уровень потребления семьи ответчика до заключения оспариваемого соглашения соответствовал размеру оклада, установленному оспариваемым соглашением.

Оценив совокупность собранных по делу доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ответчик и должник, заключив оспариваемое дополнительное соглашение, фактически легализовали договоренность, сложившуюся между ними до его заключения, относительно оплаты труда ответчика.

Учитывая указанные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим оснований для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (с учётом собранных по делу доказательств и произведенного мотивированного  расчета, представленного ответчиком суду апелляционной инстанции).

Конкурсным управляющим не доказано, что ответчик является заинтересованным лицом, а также наличие любого из обстоятельств, которые влекут применение презумпции осведомленности ответчика о цели совершения сделки в виде причинения вреда имущественным правам кредиторов.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции в части отсутствия оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего об оспаривании сделки.

Суд апелляционной инстанции полагает необходимым также отметить следующее.

Трудовые отношения (по смыслу статьи 15 ТК РФ) – это отношения, основанные на соглашении между работодателем и работником, при этом последний (работник) действует в интересах работодателя, под его контролем, и починяется установленным им правилам.

Поскольку отношения сторон трудовых отношений основаны на соглашении сторон, при этом условия такого соглашения, с очевидностью, могут отличаться от условий фактических отношений и одна из сторон (работодатель) является более сильной стороной как в экономических, так и переговорных возможностях, то указанное создает предпосылки для формирования неправомерной деловой практики в части навязывания работнику условий трудовых отношений как без формализации таких отношений, так и с существенными отклонениями от фактических отношений.

Трудовое законодательство в целом построено на обеспечении разумного и справедливого баланса интересов сторон трудовых отношений, тем не менее пытаясь восстановить баланс между сторонами, предоставляет работнику, как более слабой стороне, дополнительные гарантии и средства защиты.

Так, из положений статьи 19.1 ТК РФ следует, что данная статья закрепляет возможность признания во внесудебном или судебном порядке отношений, возникших на основании гражданско-правового договора между лицом, использующим личный труд и являющимся заказчиком по данному договору, и физическим лицом, являющимся исполнителем по указанному договору, трудовыми отношениями. Часть третья данной статьи содержит дополнительную гарантию для граждан при решении вопроса о признании в таких случаях отношений трудовыми - неустранимые сомнения при рассмотрении судом таких споров толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Коль скоро работник является слабой стороной в трудовых отношениях с работодателем ввиду явного несоответствия уровня экономических и переговорных возможностей, то работник фактически может быть лишен возможности оказывать влияние на работодателя по соблюдению юридически верного оформления фактических отношений, в том числе применительно к оформлению факта возникновения таких отношений и соответствию формализованных условий фактическим отношениям сторон, что в совокупности с объективными барьерами в возможностях доказывания характера и условий фактических отношений сторон, ставит работника в более слабую позицию, нежели работодателя в процедуре доказывания своих требований (возражений), ввиду чего необоснованным и несправедливым является возложение на такого работника обязанностей по доказыванию соответствия заявляемых им условий трудовых отношений реально сложившимся (фактическим) отношениям с работодателям, особенно по стандартам доказывания, повышенным по сравнению со стандартом доказывания «на первый взгляд» (prima facie), что в прочем не означает, невозможность большего понижения стандарта доказывания для работника в делах данной категории, или же переложением бремени опровержения утверждений работника на работодателя, с учетом конкретных обстоятельств дела.

Ввиду того, что слабая сторона переговорного процесса о вступлении в трудовые отношения и определения их условий (работник), включая определение формальных условий фактических отношений в значительной степени лишена возможностей доказывания обоснованности своих требований в силу объективных причин, а другая сторона, являясь более сильной, способна навязать или в одностороннем порядке определить условия как фактических, так и формализованных (юридических) таких трудовых отношений, то возложение на более слабую сторону бремени доказывания по стандарту, повышенному по сравнению со стандартом доказывания «на первый взгляд» (prima facie), по общему правилу, является необоснованным, в том числе с учетом установленных статьей 19.1 ТК РФ презумпций.

Гражданское (корпоративное) законодательство (по общему правилу) превалирует в вопросах ответственности работников над трудовым законодательством, только в отношении специальной категории работников – замещающих должности единоличных исполнительных органов хозяйственных обществ, общей чертой которых является наличие в трудовых обязанностях данных лиц наличие волеобразующей составляющей юридического лица (возможность определять поведение юридического лица), а также доступа к документации о финансово-хозяйственной деятельности.

В данном случае, конкурсным управляющим не доказано и материалами дела не подтверждается, что работник (ответчик) влиял или мог повлиять на поведение юридического лица, а также имел доступ к документам первичного учета, а значит и быть осведомленным о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, что было верно установлено судом первой инстанции, ввиду чего распространять на данное лицо стандарт доказывания повышенный, по сравнению с тем, что указано ранее, является необоснованным.

Следовательно, требование об оспаривании спорной сделки также не подлежит удовлетворению на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Изложенное выше фактически соответствует выводам суда первой инстанции, а также примененных им нормам материального и процессуального права, ввиду чего оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены (или изменения) обжалуемого судебного акта – не имеется.

Таким образом, обжалуемый судебный акт проверен в порядке апелляционного производства, в ходе которого судом апелляционной инстанции не было установлено допущенных судом первой инстанции нарушений норм материального и процессуального права (части 2 и 3 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также безусловных оснований для его отмены (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации  расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от  «26» марта 2025 года по делу № А33-3190/2022к54 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.


Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через суд, принявший определение.


Председательствующий


Е.Д. Чубарова

Судьи:


В.В. Радзиховская


В.С. Мантуров