Постановление от 12 октября 2020 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-2765/2017(9,10)-АК

Дело №А60-53609/2016
13 октября 2020 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 07 октября 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 октября 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей Т.М. Макарова, С.И. Мармазовой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Н.А. Мальцевой,

при участии в судебном заседании:

конкурсный управляющий ООО «Светояр» - ФИО1, паспорт;

от единственного участника должника ФИО2 - ФИО3, паспорт, доверенность от 11.03.2019;

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего должника общества с ограниченной ответственностью «Светояр» ФИО1 и единственного участника должника общества с ограниченной ответственностью «Светояр» ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 30 июня 2020 года

об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника с ООО «Уралстройкомплекс», ООО «Терра Лоджистик», ООО «Автосоюз», ООО «Лигасервис», ФИО4, ООО «Стройинвест»,

вынесенное судьей И.Ю. Доставаловым,

в рамках дела №А60-53609/2016

о признании общества с ограниченной ответственностью «Светояр» (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованные лица с правами ответчиков ООО «Уралстройкомплекс», ООО «Терра Лоджистик», ООО «Автосоюз», ООО «Лигасервис», ФИО4, ООО «Стройинвест»;

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, относительно предмета спора, конкурсный управляющий ООО «АвтоСоюз» ФИО5,

установил:

07.11.2016 в арбитражный суд Свердловской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «УКТУС» (далее – общество «Управляющая компания «УКТУС») о признании общества с ограниченной ответственностью «Светояр» (далее – общество «Светояр», должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 14.11.2016 принято к производству суда.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.01.2017 (резолютивная часть от 17.01.2017) заявление ООО «Управляющая компания «УКТУС» признано обоснованным; в отношении должника ООО «Светояр» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО1, член союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Соответствующие сведения опубликованы к газете «Коммерсантъ» №26 от 11.02.2017.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.08.2017 (резолютивная часть от 08.08.2017) ООО «Светояр» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на ФИО1

Соответствующие сведения опубликованы к газете «Коммерсантъ» №162 от 02.09.2017.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.12.2017 (резолютивная часть от 23.11.2017) конкурсным управляющим ООО «Светояр» утверждена ФИО1

03.06.2019 (направлено 31.05.2019 через систему «Мой Арбитр») в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО1 о признании недействительными цепочки сделок, как единой притворной сделки, оформленной договором уступки права (требования) к ООО «Светояр» от 11.05.2015, заключенным между ООО «ЛигаСервис» и ООО «Терра Лоджистикс»; договором купли-продажи земельного участка №1 от 28.05.2015, заключенным между ООО «Светояр» и ООО «Уралстройкомплекс»; договором уступки права (требования) к ООО «Светояр» от 01.06.2015, заключенным между ООО «Терра Лоджистикс» и ООО «Стройинвест»; договором купли-продажи земельного участка №4 от 24.09.2015, заключенным между ООО «Уралстройкомплекс» и ООО «Терра Лоджистикс»; договором уступки права (требования) к ООО «Светояр» от 02.11.2015, заключенным между ООО «Стройинвест» и ООО «Уралстройкомплекс»; договором купли-продажи земельного участка от 09.11.2015, заключенным между ООО «Терра Лоджистикс» и ООО «АвтоСоюз»; договором купли-продажи №1 КП от 26.12.2016, заключенным конкурсным управляющим ООО «АвтоСоюз» ФИО5 и ФИО4, по результатам торгов в рамках дела о банкротстве №А60-18009/2015. В качестве последствий признания недействительной цепочки сделок, как единой притворной недействительной сделки, просит восстановить право собственности ООО «Светояр» на земельный участок с кадастровым номером 66:25:0304003:9 площадью 100 001 кв.м, расположенный по адресу: Свердловская область, Сысертский район, в 1 000 метров по направлению на север от ориентира д. Большое Сидельниково (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ). Указанная сделка оспаривается применительно к положениям статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.06.2019 заявление конкурсного управляющего принято к производству.

К участию в деле в качестве заинтересованных лиц с правами ответчиков привлечены ООО «Уралстройкомплекс», ООО «Терра Лоджистик», ООО «Автосоюз», ООО «ЛигаСервис», ФИО4, ООО «Стройинвест»; в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, относительно предмета спора, привлечен конкурсный управляющий ООО «Автосоюз» ФИО5.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.06.2020 (резолютивная часть от 23.06.2020) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ФИО1 об оспаривании сделки должника по отчуждению земельного участка с кадастровым номером 66:25:0304003:9 как единой притворной сделки отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий должника ООО «Светояр» ФИО1 и единственный участник должника ООО «Светояр» ФИО2 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда от 30.06.2020 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований.

Конкурсный управляющий в апелляционной жалобе, с учетом дополнений к ней, ссылается на то, что суд усомнился в наличие цепочки сделок как единой притворной сделки, так как конкурсным управляющим не доказана направленность умысла ФИО4 на вывод активов должника заинтересованными лицами. Не дана оценка доводам конкурсного управляющего, свидетельствующим о наличии противоправных целей у лиц, последовательно передающих права на спорный земельный участок. ООО «Уралстройкомплекс» приобрело у ООО «Стройинвест» права требования к ООО «Светояр» по договору уступки права от 02.11.2015, произведя в последующем зачет встречных однородных требований, погасив обязательство по оплате за спорный земельный участок приобретенными правами (требованием) к ООО «Светояр». Поскольку договор цессии является возмездной сделкой, то уступка права (требования) без получения оплаты за уступленное право является договором дарения, что запрещено между коммерческими организациями. Право собственности на спорный земельный участок за ООО «Уралстройкомплекс» было зарегистрировано 17.07.2015. В отношении спорного земельного участка были заключены договоры купли-продажи между ООО «Уралстройкомплекс» с ООО «Терра Лоджистикс» от 24.09.2015, а также между ООО «Терра Лоджистикс» и ООО «АвтоСоюз» от 09.11.2015. За короткий промежуток времени (3,5 месяца) на земельный участок сменилось три лица; все договоры оформлены типовым договором по одному шаблону; стоимость земельного участка возросла с 400 005 рублей до 105 001 050 рублей, то есть в 262 раза. Сторонами не представлено в материалы дела разумного обоснования стремительного роста стоимости актива, не раскрыты обстоятельства отсутствия оплаты по заключенным договорам. По мнению конкурсного управляющего, то обстоятельство, что на конце этой цепочки возник правообладатель спорного земельного участка, который приобрел права на торгах в процедуре банкротства ООО «АвтоСоюз», не лишает его права квалифицировать предшествующие торгам сделки, как ничтожные и совершенные со злоупотреблением правом, т.е. с нарушением статьи 10, статьи 168 ГК РФ. Судом не исследованы доводы конкурсного управляющего о нерыночности проведения торгов, при которых для неограниченного круга были очевидны риски от участия в торгах в период оспаривания сделки с выставленным на торгах спорным земельным участком. При этом, конкурсный управляющий ООО «Светояр» не имел возможности оспорить торги по спорным земельным участкам в процедуре банкротства ООО «АвтоСоюз» в годичный срок после проведения торгов, а именно до 26.12.2017. Вывод суда о пропуске срока исковой давности на подачу заявления о признании сделки должника недействительной является ошибочным, поскольку сделки конкурсным управляющим квалифицированы как совершенные со злоупотреблением правом. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года. Срок исковой давности исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства. Полагает, что начало течения срока исковой давности подлежит исчислению с момента открытия конкурсного производства 08.08.2017. Сведения о спорном земельном участке конкурсному управляющему стали известны на основании выписки из ЕГРН №00-00-4001/5663/2018-2222 от 19.07.2018, но не были известны идентифицирующие признаки недвижимого имущества. Моментом, когда конкурсному управляющему стал очевиден субъектный состав сделок со спорным земельным участком, равно как и сведения о суммах перепродажи отчуждаемого объекта является поступление в материалы дела регистрационного дела в отношении спорного земельного участка, а именно 23.10.2019.

При подаче апелляционной жалобы конкурсным управляющим ООО «Светояр» ФИО1 уплачена государственная пошлина в размере 3 000,00 рублей по платежному поручению №21 от 10.08.2020, приобщенному к материалам настоящего дела.

Единственный участник должника ООО «Светояр» ФИО2 в апелляционной жалобе указывает на то, что первоначально сделка совершена в отношении имущества, не принадлежащего продавцу, поскольку право собственности ООО «Светояр» на спорный участок еще не прошло государственную регистрацию. Приводит позицию, аналогичную доводам конкурсного управляющего о безденежности договоров цессии между ООО «Светояр» и ООО «Уралстройкомплекс», при наличии у них возможности истребования исполнения обязательств по оплате соответствующих сделок. Судом не дана правовая оценка поспешности сделки купли-продажи спорного земельного участка, что свидетельствует об отсутствии целесообразности каждой из этих сделок в отдельности и недобросовестности участников таких сделок. Стоимость земельного участка составляла от 400 005 рублей до 105 001 050,00 рублей, далее, цена сделки между ООО «АвтоСоюз» и ФИО4 составила 307 500 рублей. Согласно отчету №449 от 20.04.2016 об оценке рыночной стоимости имущества ООО «АвтоСоюз», стоимость спорного имущества составляет 7 420 000,00 рублей. В дело о банкротстве ООО «АвтоСоюз» были представлены 3 экспертных отчета, согласно которым стоимость спорного земельного участка составляла более 10 млн. рублей, по результатам торгов тот же земельный участок продан за 307 500 рублей. Не была дана правовая оценка очевидным доводам о нарушении конкурентной процедуры проведения торгов, в результате которых был заключен договор между ООО «АвтоСоюз» и ФИО4 У ООО «Светояр» отсутствовала возможность оспаривания результатов торгов в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «Автосоюз», поскольку договор по результатам торгов с ФИО4 был заключен 26.12.2016, конкурсное производство в банкротстве ООО «Светояр» открыто 15.08.2017, а информация о цепочке сделок, опосредующих отчуждение земельного участка с кадастровым номером 66:25:0304003:9, стала известна только осенью 2019 года из документов регистрационного дела по указанному участку, истребованного по запросу суда. Срок исковой давности конкурсным управляющим не пропущенным, поскольку единая цепочка сделок, опосредующих отчуждение спорного земельного участка, квалифицирована конкурсным управляющим как совокупность сделок, совершенных со злоупотреблением правом, то есть по общегражданским правовым основаниям.

При подаче апелляционной жалобы ФИО2 уплачена государственная пошлина в размере 3 000,00 рублей по чеку-ордеру (операция №41) от 06.08.2020, приобщенному к материалам настоящего дела.

От заинтересованного лица с правами ответчика ФИО4 поступил отзывы, в котором возражает против доводов апелляционных жалоб, просит определение суда от 30.06.2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Оспариваемые сделки, а именно цепочка сделок между ООО «Светояр», ООО «Уралстройкомплекс», ООО «Терра Лоджистикс», ООО «АвтоСоюз» и ФИО4 не являются взаимосвязанными либо единой притворной сделкой, прикрывающей сделку между ООО «Светояр» и ФИО4 Указывает на добросовестность действий ФИО4 по приобретению спорного имущества, субъектный состав и стоимость которого определена в ходе открытых торгов. Отсутствует совокупность обстоятельств для признания сделки недействительной, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. ФИО4 не является заинтересованным лицом ни к одному из участников сделок. Спорное имущество приобретено на возмездной основе, в ходе проведения открытых торгов в рамках процедуры банкротства ООО «АвтоСоюз». Стоимость имущества оплачена полностью, оплата ООО «Уралстройкомплекс» осуществлена в пользу ООО «Светояр» посредством заявления о зачете 06.11.2015. Отсутствуют обстоятельства совершения сделки с ФИО4 с целью причинения вреда интересам ООО «Светояр» и его кредиторов. В силу пункта 1 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки, совершаемые на организованных торгах на основании хотя бы одной заявки, адресованной неограниченному кругу участников торгов (в том числе финансовые договоры), а также действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих из таких сделок, не могут быть оспорены на основании статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве. Вывод суда о пропуске срока исковой давности является обоснованным, поскольку с момента открытия конкурсного производства обычный арбитражный управляющий, действующий добросовестно и разумно, должен был предпринять меры по выявлению подозрительных сделок должника, возможных к оспариванию в ходе конкурсного производства. В свою очередь, конкурсный управляющий обратился с настоящим заявлением 03.06.2019, то есть за пределами годичного срока исковой давности. Кроме того, ФИО1, исполняя обязанности временного управляющего, могла и должна была установить факт выбытия имущества не позднее с 17.01.2017, анализируя финансовое состояние должника, его имущественное положение, совершенные должником сделки по отчуждению имущества. Также отсутствуют основания признавать оспариваемую сделку ничтожной на основании статьи 10 ГК РФ. Довод конкурсного управляющего о заключении сделки ООО «Светояр» в отсутствие права собственности на земельный участок является несостоятельным, поскольку право собственности ООО «Светояр» на спорный земельный участок зарегистрировано 16.06.2015, а 17.07.2015 прекращено право собственности в связи с продажей. На дату приобретения ФИО4 земельного участка, он был включен в конкурсную массу ООО «АвтоСоюз», проинвентаризирован, оценен и выставлен на продажу, право собственности было зарегистрировано также за ООО «АвтоСоюз». Применение последствий недействительности сделки не представляется возможным.

В судебном заседании конкурсный управляющий ФИО1 и представитель ФИО2 с определением суда первой инстанции не согласны. Доводы, изложенные в жалобах, поддерживают в полном объеме. Просят определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие. Ответчик ФИО4 в отзыве просит рассмотреть апелляционную жалобу в его отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, определением суда от 14.11.2016 в отношении ООО «Светояр» возбуждено дело о банкротстве, 31.01.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения, решением 15.08.2017 в отношении должника открыта процедура конкурсного производства. Временным, затем конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1

Конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании недействительной сделкой цепочки сделок, как единой притворной сделки, оформленной договором уступки права (требования) к ООО «Светояр» от 11.05.2015, заключенным между ООО «ЛигаСервис» и ООО «Терра Лоджистикс»; договором купли-продажи земельного участка №1 от 28.05.2015, заключенным между ООО «Светояр» и ООО «Уралстройкомплекс»; договором уступки права (требования) к ООО «Светояр» от 01.06.2015, заключенным между ООО «Терра Лоджистикс» и ООО «Стройинвест»; договором купли-продажи земельного участка №4 от 24.09.2015, заключенным между ООО «Уралстройкомплекс» и ООО «Терра Лоджистикс»; договором уступки права (требования) к ООО «Светояр» от 02.11.2015, заключенным между ООО «Стройинвест» и ООО «Уралстройкомплекс»; договором купли-продажи земельного участка от 09.11.2015, заключенным между ООО «Терра Лоджистикс» и ООО «АвтоСоюз»; договором купли-продажи №1 КП от 26.12.2016, заключенным конкурсным управляющим ООО «АвтоСоюз» ФИО5 и ФИО4, по результатам торгов в рамках дела о банкротстве №А60-18009/2015.

Полагая, что сделки совершены между заинтересованными лицами, направлены на выбытие имущества из собственности должника, с целью причинения вреда кредиторам должника, при злоупотреблении правами со стороны лиц ее совершивших, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании их недействительными в качестве взаимосвязанных сделок, на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Ответчиком ФИО4 заявлено о применении к требованиям срока исковой давности и об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности конкурсным управляющим всей совокупности условий, необходимых для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренными пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10, 168 и 170 ГК РФ, не установив признаков злоупотребления правами ни в действиях должника, ни в действиях ответчиков, а также притворности сделки, признав пропущенным годичный срок исковой давности для оспаривания сделок должника.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб и отзыва на них, выслушав участников процесса, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопроса, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться условия трудового устанавливающие размер оплаты труда и выплата заработной платы, в том числе премии.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума ВАС РФ №63 пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ №63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом к производству 14.11.2016, а ряд оспариваемых сделок совершен в период с 28.05.2015 по 26.12.2016, т.е. в срок подозрительности, установленный статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63), разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Согласно пункту 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской федерации (далее – ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ. В связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 N 14-П, от 19.12.2005 N12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника и т.д.).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 N6526/10 по делу №А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника.

Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Следовательно, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Соответственно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Обращаясь с заявлением об оспаривании сделок, конкурсный управляющий ссылалась на то, что в отношении имущества должника была совершена единая притворная недействительная сделка по выводу его активов.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывает на то, что согласно сведениям из ЕГРН №00-00-4001/5663/2018-2222 от 19.07.2018 за ООО «Светояр» было зарегистрировано 44 земельных участка в период с 01.01.2014 по 16.07.2018, в том числе земельный участок с кадастровым номером 66:25:0304003:9 площадью 100 001 кв.м (дата государственной регистрации права 16.06.2015; дата государственной регистрации прекращения права 17.07.2015, далее - спорный земельный участок). В распоряжении конкурсного управляющего оказался документ, позволяющий сделать предположение, что между ООО «Светояр» (продавец) и ООО «Уралстройкомплекс» (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка №1 от 28.05.2015 с такими же идентифицирующими признаками.

Согласно условиям договора купли-продажи №1 вышеуказанного земельного участка, заключенного между ООО «Светояр» и ООО «Уралстройкомплекс», цена за реализуемый земельный участок составила 400 004,00 рублей и должна быть уплачена покупателем ООО «Уралстройкомплекс» в пользу ООО «Светояр» в течение 90 календарных дней с момента государственной регистрации перехода права собственности путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца.

Согласно информации, предоставленной АО «Альфа-Банк» по запросу временного управляющего ФИО1 о движении денежных средств по счету 40702810738060000461 (письмо исх. № 724.1/34767 от 26.04.2017), расчетный счет, открытый на имя ООО «Светояр», закрыт 20.12.2013, то есть за полтора года до заключения договора купли-продажи земельного участка №1 от 28.05.2015.

Конкурсный управляющий указывает, что в отношении имущества должника была совершена единая притворная недействительная сделка по выводу его активов, а именно в собственность последнего приобретателя ФИО4

Возражая против заявленных требований, ответчик ООО «Уралстройкомплекс» указывал на совершение сделки на возмездной основе с равнозначным встречным предоставлением, поскольку у ООО «Уралстройкомплекс» имелось требование к ООО «Светояр» на сумму 568 042,43 рубля; у ООО «Светояр» имелись требования к ООО «Уралстройкомплекс» на сумму 400 004,00 рублей; в связи с чем ООО «Уралстройкомплекс» направило заявление от 06.11.2015 о зачете однородных требований, в результате чего задолженность ООО «Светояр» перед ООО «Уралстройкомплекс» составила 168 038,63 рубля.

При этом зачет требований происходил при следующих обстоятельствах.

17.04.2014 ООО «ЛигаСервис» оплатило за ООО «Светояр» на счет ТУ Росимущества Свердловской области 5 480 326 рублей в счет арендной платы за земли, находящиеся в федеральной собственности по договору №АЗФЗЗ/0832 от 16.05.2008, что подтверждается платежным поручением №1 от 17.04.2014.

11.05.2015 между ООО «ЛигаСервис» и ООО «Терра Лоджистикс» заключен договор уступки права (требования), по условиям которого ООО «ЛигаСервис» уступает ООО «Терра Лоджистикс» право требования части задолженности ООО «Светояр», возникшее из платежного поручения №1 от 17.04.2014 в размере 5 480 326 рублей, о чем было уведомлено ООО «Светояр».

01.06.2015 между ООО «Терра Лоджистикс» и ООО «Стройинвест» заключен договор уступки права (требования) №2у, по условиям которого ООО «Терра Лоджистикс» уступает ООО «Стройинвест» право требования части задолженности ООО «Светояр», возникшее из платежного поручения №1 от 17.04.2014 в размере 5 480 326,00 рублей, о чем ООО «Светояр» также было уведомлено.

02.11.2015 между ООО «Стройинвест» (цедент) и ООО «Уралстройкомплекс» (цессионарий) заключен договор цессии, согласно которому ООО «Уралстройкомплекс» принято право требования к ООО «Светояр», возникшее из платежного поручения №1 от 17.04.2014.

06.11.2015 «Уралстройкомплекс» направлено заявление о зачете.

Конкурсный управляющий в опровержение данного довода отмечал, что указание в договорах уступки на тот факт, что передаваемые суммы являются неосновательным обогащением должника, противоречит обычаям делового оборота и экономически нецелесообразно в связи с прекращением деятельности должника.

Согласно представленному в материалы дела регистрационному делу на спорный земельный участок в отношении земельного участка с кадастровым номером 66:25:0304003:9 площадью 100 001 кв.м заключались следующие договоры по соответствующим ценам:

1) По договору купли-продажи от 28.05.2015 №1 между ООО «Светояр» (продавец) и ООО «Уралстройкомплекс» (покупатель) спорный земельный участок продан по цене 400 004 рублей, цена за 1 гектар составляет 40 000 рублей, переход права собственности зарегистрирован в едином государственном реестре недвижимости о переходе прав 07.07.2015;

2) По договору купли-продажи от 24.09.2015 №4 между ООО «Уралстройкмоплекс» (продавец) и ООО «Терра Лоджистикс» (покупатель) спорный земельный участок продан по цене 30 000 300 рублей, цена за 1 гектар 3 000 000 рублей, переход права собственности зарегистрирован в едином государственном реестре недвижимости о переходе прав 22.10.2015;

3) По договору купли-продажи от 09.11.2015 между ООО «Терра Лоджистикс» (продавец) и ООО «АвтоСоюз» (покупатель) земельный участок продан по цене 105 001 050 рублей, цена за 1 гектар 10 500 000 рублей, переход права собственности зарегистрирован в едином государственном реестре недвижимости о переходе прав 04.12.2015;

4) По договору купли-продажи №1КП от 26.12.2016 (по результатам торгов в рамках дела №А60-18009/2015) между ООО «АвтоСоюз» (продавец) и ФИО4 (покупатель) спорный земельный участок продан по цене 307 500 рублей, цена за 1 гектар 30 750 рублей, переход права собственности зарегистрирован в едином государственном реестре недвижимости о переходе прав 31.01.2017.

Конкурсный управляющий, обращаясь в арбитражный суд с требованием о признании сделки по отчуждению спорного земельного участка недействительной, указывал на неравноценное встречное предоставление, поскольку сумма, уплаченная ФИО4, ниже рыночной стоимости земельного участка в 262 раза, что привело к неосновательному обогащению одной из сторон сделки.

В подтверждение своей позиции конкурсный управляющий ссылается на следующие обстоятельства.

В соответствии с отчетом №449 от 20.04.2016 об оценке рыночной стоимости имущества ООО «АвтоСоюз», полученным в результате инициированной конкурсным управляющим оценки земельного участка, на 18.04.2016 рыночная стоимость этого земельного участка составила 7 420 000 рублей.

В дело о банкротстве ООО «АвтоСоюз» в рамках рассмотрения обособленного спора об оспаривании сделки ООО «АвтоСоюз» договора купли-продажи земельного участка №б/н от 09.11.2015 между ООО «АвтоСоюз» и ООО «Терра Лоджистикс», были представлены 3 экспертных отчета (определение Арбитражного суда Свердловской области о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки от 05.04.2017):

1) конкурсный управляющий должника представил в материалы дела отчет об оценке рыночной стоимости земельного участка №415 от 13.04.2016, подготовленный ООО «Капитал-оценка», согласно которому рыночная стоимость земельного участка составляет 11 045 000 рублей;

2) по ходатайству ответчика судом была назначена судебно-оценочная экспертиза. В материалы дела представлено заключение эксперта №13/10-2 от 27.10.2016, подготовленное ООО «ФинКонсул», согласно которому рыночная стоимость земельного участка составила 26 910 000 рублей;

3) по ходатайству конкурсного управляющего в связи с сомнениями в обоснованности выполненной экспертизы судом назначена повторная судебная экспертиза оценки рыночной стоимости имущества, по результатам которой представлено заключение эксперта ООО «Консалтинг Групп», согласно которому стоимость спорного земельного участка составила 10 935 867,78 рубля (повторная судебная экспертиза оценки рыночной стоимости имущества проведена на основании определения от 11.01.2017).

По результатам торгов тот же земельный участок отчужден в пользу ФИО4 за 307 500 рублей.

Таким образом, действительно первоначальный договор, по которому было произведено отчуждение спорного земельного участка, был отчужден по цене ниже рыночной. Вместе с тем, в результате торгов был сформирована рыночная действительная стоимость указанного имущества, которая на 100 тыс. рублей ниже стоимости, по которой должник произвел отчуждение спорного земельного участка в собственность общества «Уралстройсервис».

Одновременно конкурсный управляющий должника указывал на то, на момент совершения спорной сделки должник являлся неплатежеспособным, у должника имелись просроченные неисполненные обязательства, а именно:

1. Задолженность в сумме 41 283 333 рубля перед ОАО «Центр малоэтажного строительства». ООО «Светояр» обязалось вернуть ОАО «Центр малоэтажного строительства» полученные от него денежные средства в сумме 40 000 000, 00 рублей, а ОАО «Центр малоэтажного строительства», в свою очередь, обязался вернуть ООО «Светояр» права и обязанности по договору аренды земельного участка. Должник обязанность по возврату денежных средств не исполнил, ОАО «Центр малоэтажною строительства» обратилось в суд за взысканием суммы задолженности.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 24 мая 2013 года по делу № А60-2627/2013 с Должника в пользу ОАО «Центр малоэтажного строительства» взыскана сумма 41 283 333 (Сорок один миллион двести восемьдесят три тысячи триста тридцать три) рубля 33 копейки, в том числе 40 000 000 (Сорок миллионов) рублей основного долга и 1 283 333,33 (Один миллион двести восемьдесят три тысячи триста тридцать три) рубля 33 копейки взыскано процентов за пользование чужими денежными средствами;

2. Задолженность в сумме 22 411 786,27 рубля перед ООО «Терра Лоджистикс», возникшая вследствие оплаты последним по обязательствам должника перед третьими лицами (определением Арбитражного суда Свердловской области по Делу № А60-53609/2016 от 27.06.2017 в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «Светояр»);

3. Задолженность в сумме 20 000 000,00 рублей перед ООО «ЛигаСервис», вытекающая из заемных обязательств ООО «Светояр» в пользу ООО «ЛигаСервис» по платежным поручениям №1 от 03.04.2012 на сумму 10 000 000,00 рублей и №2 от 09.04.2012 на сумму 10 000 000,00 рублей. Впоследствии права (требования) к ООО «Светояр» были уступлены ООО «ЛигаСервис» в пользу ООО «Терра Лоджистикс» (определение Арбитражного суда Свердловской области по делу №А60-53609/2016 от 27.062017 в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «Светояр»).

Общий размер денежных обязательств должника на момент подписания спорного договора составляли в сумме 83 695 119,60 рубля, что по мнению конкурсного управляющего, свидетельствует о его неплатежеспособности на протяжении длительного периода, начиная с 2011 года.

Таким образом, конкурсный управляющий полагает о совершении сделки в условиях неплатежеспособности при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами. Вместе с тем, конкурсный управляющий сослался на наличие зарегистрированных за должником прав собственности на 44 земельных участка. Доказательств, безусловно свидетельствующих о недостаточности имущества должника для расчетов с кредиторами, в материалы дела не представлено.

Кроме того, конкурсный управляющий указывает на совершение сделки между аффилированными лицами, в обоснование чего представляет следующие сведения:

ФИО6 в период с 2013 по 2014 год являлся участником ООО «Автосоюз» и ООО «Лигасервис»;

ФИО7 являлась участником ООО «Терра Лоджистикс» и действующим директором ООО «Стройинвест»;

ФИО4 обращался в арбитражный суд с заявлением о процессуальном правопреемстве, в котором просил заменить ООО «Автосоюз» на ФИО4;

согласно объяснениям, представленным в материалы дела 09.06.2020 представителем ФИО2, ФИО4 находится в дружеских отношениях с ФИО5, а также ФИО4 являлся победителем других торгов, проводимых ФИО5 в рамках дела №А60-18009/2015. Также в материалы дела в качестве доказательств аффилированности данных лиц представлены нотариально заверенные фотографии, на которых изображен ФИО5 и ФИО4

Конкурсный управляющий также отмечает, что ни одним из приобретателей спорного земельного участка не преследовалась реальная цель его использования по назначению - ведение сельскохозяйственной деятельности, а также, что каждая сделка в отдельности является нецелесообразной, после приобретения состояние земельного участка фактически не контролируется (не заключались договоры с ресурсоснабжающими организациями) и в последующем земельный участок повторно продается в короткий период.

Оценив наличие правовых оснований, предусмотренных статьей 10, Гражданского кодекса РФ, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания сделок недействительными, суд первой инстанции не установил их доказанность, отказав в удовлетворении требования конкурсного управляющего об оспаривании сделок.

По результатам повторной оценки представленных в материалы дела доказательств и установления юридически значимых обстоятельств, апелляционный суд оснований для отмены или изменения определения суда и удовлетворения апелляционных жалоб не усматривает, руководствуясь, при этом, следующим.

В определении от 31.07.2017 №305-ЭС15-11230 Верховный Суд Российской Федерации сформулировал следующие правовые позиции:

- цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок;

- при признании судом цепочки сделок притворными как прикрывающими сделку между первым продавцом и последним покупателем возврат имущества от конечного покупателя ее первоначальному продавцу осуществляется с использованием реституционного механизма, а не путем удовлетворения виндикационного иска;

- споры о признании недействительной сделки, которую прикрывает цепочка последовательно совершенных сделок, по основаниям, предусмотренным положениями Закона о банкротстве, относятся к компетенции арбитражного суда, рассматривающего дела о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех ее условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.

Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

Как разъяснено в пункте 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Под притворной сделкой понимается сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. В этом случае фактически сделка совершается (в смысле статьи 153 ГК РФ), но только иная отличная от видимой. Например, «внешне» договор купли-продажи, на самом деле - договор дарения.

Чтобы определить, был ли между сторонами заключен договор, каковы его условия и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, необходимо применить правила толкования договора, установленные в статьи 431 ГК РФ.

При определении того, был ли между сторонами заключен договор, каким является содержание его условий и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, суду необходимо применить правила толкования договора, установленные статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно указанной статье Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Таким образом, основной способ толкования условий договора состоит в выяснении буквального значения содержащихся в договоре слов и выражений.

Стороны должны преследовать общую цель и с учетом правил статьи 432 ГК РФ достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

Субъектный состав последовательно совершавшихся сделок не является основополагающим условием для их квалификации в качестве сделок, прикрывающих фактическую сделку, или для констатации отсутствия такого прикрытия. Решающим обстоятельством для квалификации является направленность воли участвующих в сделках лиц, которая раскрывается в их конкретном поведении относительно предмета прикрываемой сделки.

Судом первой инстанции верно установлено, что из материалов настоящего обособленного спора нельзя сделать безусловный вывод о том, что оспариваемый конкурсным управляющим ряд сделок имел своей целью исключительно передачу от должника спорного земельного участка в собственность заинтересованных лиц, а именно ФИО4

Так конкурсным управляющим не доказана направленность умысла должника на вывод своих активов в собственность заинтересованных лиц, а именно ФИО4

Доказательств того, что ФИО4 является аффилированным с должником лицом, в материалы дела не представлено.

Конкурсный управляющий ссылался на аффилированность ФИО4 по отношению к ФИО5, однако данные обстоятельства не свидетельствуют об аффилированности ФИО4 по отношению к должнику, а, следовательно, об общности их умысла и об осведомленности всех участников совершенных сделок о намерении должника вывести актив в виде спорного земельного участка в пользу ФИО4 как конечного бенефициара.

При том, что доказательств осведомленности ФИО4 о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, в материалы дела не представлено.

Конкурсный управляющий в подтверждение своей позиции приводит определение Верховного суда Российской Федерации от 19.06.2020 №301-ЭС17-19678. Его положения в части применения выбранного последствия недействительности действительно относимы к рассматриваемому спору. Однако обстоятельства аффилированности участников совершаемых сделок не идентичны. В материалах рассматриваемого дела доказательств того, что спорный земельный участок находился под контролем ФИО4 как конечного бенефициара, и что именно его воля определяла дальнейшую судьбу имущества, не содержится.

ФИО4 спорный земельный участок приобретен на открытых электронных торгах по реализации имущества ООО «АвтоСоюз» в рамках мероприятий конкурсного производства по делу №А60-18009/2015.

Сообщение об организации торгов размещено на сайте ЕФРСБ 03.06.2016, номер сообщения 1117369. Начальная цена продажи имущества составляла 7 420 000 рублей. В сообщении №1285740 от 09.09.2016 указано, что назначенные на 13.07.2016 в 10:00 и 22.08.2016 в 10.00 торги признаны несостоявшимися в связи с отсутствием заявок, установлена начальная цена продажи имущества в размере 5 936 000 руб. Сообщение об итогах торгов на сайте ЕФРСБ размещено 24.01.2017, №1560202, на сайте «Коммерсантъ» - №77010086058 от 28.01.2017. Также в материалы настоящего дела представлен протокол о результатах продажи в электронной форме посредством публичного предложения имущества ООО «Автосоюз» РАД-91366, согласно которому начальная цена спорного земельного участка составляла 5 936 000 рублей, после чего указанная цена последовательно снижалась. Кроме ФИО4 к торгам была допущена ФИО8, заявки других четырех участников были отклонены. Также указано, что заинтересованность победителя торгов по отношению к должнику, кредиторам и арбитражному управляющему отсутствует, участия в капитале победителя торгов НП «ОАУ «Авангард» нет.

Конкурсным управляющим ООО «АвтоСоюз» ФИО5 опубликовано сообщение №1048178 22.04.2016 на сайте ЕФРСБ, содержащее отчет об оценке №49, произведенный ООО «Капитал-оценка», по которому рыночная стоимость спорного земельного участка составляет 7 420 000 руб. Рыночная стоимость согласно отчету об оценке ООО «Эксперт» №0172 -20 от 23.03.2020 на дату продажи 28.05.2015 составляла 5 250 000 руб. (оценка проведена по заказу конкурсного управляющего ООО «Светояр»). Указанные суммы коррелируются с начальной стоимостью продажи спорного земельного участка на торгах.

При этом суд обратил внимание на то, что определение рыночной цены реализуемого имущества осуществляется на основе рыночных показателей спроса и предложения и максимально точно определяется в ходе открытых торгов при условии отсутствия препятствий к участию в них всех заинтересованных лиц.

Суд первой инстанции верно отметил, что у лиц, участвующих в деле, была возможность оспорить торги в рамках дела №А60-18009/2015. Доказательств признания недействительными состоявшихся торгов в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Также обстоятельства приобретения ФИО4 спорного земельного участка, в частности добросовестность, стоимость, порядок участия в тогах являлись предметом рассмотрения в рамках оспаривания сделок по делам №А60-18009/2015 и №А60-31587/2016.

Так определением суда от 05.04.2017 (резолютивная часть от 29.03.2017) в рамках дела №А60-18009/2015 (дело о банкротстве ООО «Автосоюз») договор купли-продажи спорного земельного участка от 09.11.2015 между ООО «Терра Лоджистикс» и ООО «АвтоСоюз» признан недействительной сделкой. Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования ООО «АвтоСоюз» к ООО «Терра Лоджистикс» по инвестиционному договору от 01.03.2014 в сумме 90 200 132,22 рубля. Постановлением Семнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 28.06.2017, постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 26.09.2017 определение от 05.04.2017 оставлено без изменения.

Определением суда от 22.11.2018 (резолютивная часть от 13.11.2018) по делу №А60-31587/2016 договор купли-продажи спорного земельного участка №4 от 24.09.2015 между ООО «Уралстройкомплекс» и ООО «Терра Лоджистикс» признан недействительным в части установления стоимости земельного участка недействительным, а именно: п. 2.1 договора купли- продажи земельного участка №4 от 24.09.2015 и п. 2 дополнительного соглашения №1 к договору купли-продажи земельного участка №4 от 24.09.2015. Применены последствия недействительности сделки в виде признания недействительными п. 2.1 договора купли-продажи земельного участка №4 от 24.09.2015 и п. 2 дополнительного соглашения №1 к договору купли-продажи земельного участка №4 от 24.09.2015 в части установления цены объекта недвижимости в размере, превышающем 800 000 рублей.

Конкурсным управляющим указано в качестве основания для оспаривания сделки пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Однако им не учтен факт того, что последняя сделка внутри данной цепочки сделок была совершена на торгах, что подтверждается материалами дела и не оспаривается лицами, участвующими в деле.

В соответствии с пунктом 1 статьи 64.1 Закона о банкротстве сделки, совершаемые на организованных торгах на основании хотя бы одной заявки, адресованной неограниченному кругу участников торгов, а также действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих из таких сделок, не могут быть оспорены на основании статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Таким образом, наличие злоупотребления гражданскими правами ФИО4 при заключении договора купли-продажи по итогам торгов, конкурсным управляющим не доказано.

С учетом вышеизложенного, доводы конкурсного управляющего о совершении цепочки сделок, объединенных единой целью выводы актива должника, являются несостоятельными.

Возражая против заявленных требований, ответчиком в суде первой инстанции было заявлено о применении срока исковой давности.

Последствия нарушения требований закона или иного правового акта при совершении сделок определены статьей 168 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 названной статьи, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 этой же статьи).

Срок исковой давности по недействительным сделкам установлен статьей 181 ГК РФ, в соответствии с которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (пункт 1).

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Судом первой инстанции верно установлено, что конкурсным управляющим действительно предпринимались указанные меры.

Как следует из материалов дела и на что ссылается сам управляющий, ему стали известны сведения о спорном земельном участке на основании выписки из ЕГРН №00-00-4001/5663/2018-2222 от 19.07.2018 (представлена в материалы дела в судебном заседании 23.06.2020), согласно которой за ООО «Светояр» было зарегистрировано 44 земельных участка в период с 01.01.2014 по 16.07.2018, в том числе земельный участок с кадастровым номером 66:25:0304003:9. Из материалов дела усматривается, что управляющим были поданы несколько заявлений о признании сделок недействительными (семь заявлений от 15.08.2018) по отчуждению земельных участков, сведения по которым были получены также из указанной выписки от ЕГРН. В рамках данных обособленных споров управляющим заявлялись ходатайства об истребовании регистрационных дел, которые были удовлетворены судом. Кроме того, ходатайства об истребовании доказательств также заявлялись в рамках рассмотрения заявления о взыскании убытков (от 25.11.2019), по результатам рассмотрения которого было заключено мировое соглашение, а также заявлялись в рамках обособленного спора по истребованию доказательств у бывшего руководителя должника ФИО9 (определением суда от 07.06.2017 ходатайство об истребовании удовлетворено), в том числе документов, подтверждающих права ООО «Светояр» на недвижимое имущество, земельный участок, технический паспорт (пп.2 п.2 резолютивной части определения). Также в рамках других обособленных споров (например, в рамках заявлений о признании сделок, заключенных с ФИО10, ООО «УЖК», недействительными) определениями суда от 11.12.2017 были истребованы регистрационные дела на земельные участки. Кроме того, например, определением суда от 21.09.2018 в рамках заявления об оспаривании сделки должника с ООО «Стройинвест» были истребованы регистрационные дела на земельные участки с кадастровыми номерами: 66:25:0304003:7; 66:25:0304003:8; 66:25:0304003:10, 66:25:0304003:11, 66:25:0304003:12 (кадастровый номер спорного земельного участка в рамках настоящего обособленного спора - 66:25:0304003:9).

Таким образом, конкурсным управляющим были предприняты меры для выявления имущества должника, для оспаривания сделок в отношении такого имущества. Однако такие действия в отношении спорного земельного участка до 03.06.2019 управляющим не предпринимались.

Процедура конкурсного производства в отношении должника открыта 08.08.2017 (срок начала процедуры исчисляется согласно правилам пункта 42 постановления Пленума ВАС от 22.06.2012 №35), ФИО1 являлась также временным управляющим в рамках процедуры наблюдения в отношении должника с 17.01.2017. Представляется, что у конкурсного управляющего, который тем более являлся временным управляющим во время процедуры наблюдения, имелось достаточно возможностей для получения сведений об имуществе должника и предъявления заявлений об оспаривании сделок с ним в суд. Тем более, что запись о прекращении права собственности должника на спорный участок произведена 17.07.2015. соответственно, конкурсный управляющий имела возможность проверить указанную сделку на предмет ее соответствия закону. С момента введения процедуры конкурсного производства до получения управляющим выписки из ЕГРН (19.07.2018) прошел практически год. Действительно, управляющий узнал о наличии спорного земельного участка 19.07.2018, в момент получения выписки из ЕГРН, о выбытии земельного участка в пользу конкретных лиц 23.10.2019 (дата поступления в материалы дела регистрационного дела в отношении спорного земельного участка). Однако, проявляя должную разумность и осмотрительность, он должен был установить такие сведения с момента открытия процедуры конкурсного производства. Управляющий, который должен был располагать сведениями о кадастровом номере спорного земельного участка, мог выявить тот факт, что в рамках дел о банкротстве №А60-18009/2015 и №А60-31587/2016 оспаривались сделки в отношении данного земельного участка, что должно было вызвать сомнения у управляющего в законность его отчуждения, тем более, что данные сделки, равно как и дата регистрации первоначального прекращения права на спорный земельный участок (17.07.2015), совершались в период подозрительности (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В связи с чем, на момент обращения конкурсного управляющего (31.05.2019) с заявлением в суд об оспаривании сделки должника в отношении спорного земельного участка годичный срок исковой давности, исчисляемый по правилам, предусмотренным законодательством, истек 08.08.2018.

Конкурсный управляющий в опровержение данного вывода указывает, что в том числе во время процедуры наблюдения им направлялись запросы в регистрирующие органы с целью выявления имущества должника. В представленных ответах на запросы содержались сведения о дате прекращения права на земельный участок. Однако сведений о лице, в чью пользу был отчужден данный участок, в ответах не содержалось.

Данный довод конкурсный управляющий признан арбитражным судом несостоятельным, поскольку действуя разумно и добросовестно, арбитражный управляющий должен предпринимать все необходимые меры, направленные на поиск имущества должника. Располагая сведениями об отчуждении земельного участка, независимо от того с указанием правоприобретателя или без, арбитражный управляющий мог обратиться с заявлением об оспаривании данной сделки, заявив при этом ходатайство об истребовании регистрационного дела в отношении такого земельного участка для установления лица, в чью пользу он перешел. Также у арбитражного управляющего была возможность обратиться с заявлением об истребовании доказательств вне рамок заявлений об оспаривании сделок должника. Такие действия свидетельствовали бы о принятии управляющим безотлагательных мер, направленных на поиск имущества должника и включению его в конкурсную массу.

У конкурсного управляющего, располагавшего сведениями о том, что право собственности на земельный участок с кадастровым номером 66:25:0304003:9 прекращено, могли возникнуть обоснованные сомнения в правомерности такого прекращения права и сомнения относительно того, что заявление о признании сделки недействительной по отчуждению земельных участков с кадастровыми номерами, смежными с указанным, было подано в суд, а заявление относительного указанного земельного участка - нет.

Также конкурсным управляющим в обоснование данного довода указано на недобросовестность действий бывшего директора ФИО9, привлеченной к уголовной ответственности, выразившихся, в том числе по непередаче документов управляющему (также для понуждения к совершению таких действий было инициировано дело №А60-12248/2018 об обязании ФИО9 передать документацию должнику). В качестве подтверждения недобросовестности действий бывшего руководителя должника ФИО9, лица, участвующие в деле, ссылались на дело №А60-46591/2016, решением по которому ФИО9 исключена из состава участников общества должника. Однако данные обстоятельства не умаляют обязанность самого управляющего по принятию мер для выявления имущества должника.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что действуя разумно и добросовестно, как это предписывают условия гражданского оборота, управляющий мог и должен был самостоятельно принять меры для выявления обстоятельств выбытия спорного земельного участка из владения должника.

Документального подтверждения о цели сторон совершить единую сделку, направленную на вывод имущества должника в собственность ФИО4 путем совершения сделок по отчуждению спорного имущества, в материалы дела не представлено.

Следовательно, доказательств недобросовестности поведения сторон совершенной должником сделки, неопровержимо свидетельствующих о том, что стороны действовали не в соответствии с обычно применяемыми правилами, а исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника в материалы дела не представлено. Как не представлено и доказательств того, что, заключая оспариваемую сделку, участники сделки имели намерение и действовали совместно исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника.

Таким образом, конкурсный управляющий не доказал наличие оснований, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, оценка оставшихся доводов конкурсного управляющего судом не проводится, поскольку судом установлены обстоятельства, которые в отдельности и в своей совокупности являются основанием для отказа в удовлетворении заявления.

Суд первой инстанции признал требования конкурсного управляющего о признании сделки недействительной не подлежащими удовлетворению.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания совершенной сделки недействительной, ничтожной и применении последствий ее недействительности (ничтожности).

Таким образом, доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционные жалобы не содержат, доводы жалоб выражают несогласие с выводами суда и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционные жалобы, с учетом приведенных в них доводов, следует оставить без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственных пошлин по апелляционным жалобам относятся на их заявителей, поскольку в удовлетворении жалоб отказано.

Руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 30 июня 2020 года по делу №А60-53609/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Л.М. Зарифуллина

Судьи

ФИО11

С.И. Мармазова