Постановление от 16 февраля 2024 г. по делу № А26-8884/2020

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А26-8884/2020
16 февраля 2024 года
г. Санкт-Петербург



Резолютивная часть постановления объявлена 13 февраля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 февраля 2024 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова

судей А.Ю. Слоневской, И.В. Юркова

при ведении протокола судебного заседания секретарем Л.Ю. Колыбановой

при участии:

представитель ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 10.08.2023 г.

от иных лиц: не явились, извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-1391/2024) ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Карелия от 21.12.2023 г. по делу № А26-8884/2020, принятое

по заявлению ФИО1

об исключении из реестра требований кредиторов должника требования ФИО1 в размере 1 051 758 руб. 82 коп., установленного в третью очередь реестра требований кредиторов, как обеспеченного залогом имущества должника, и исключении имущества из конкурсной массы

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: гор. Петрозаводск, ИНН <***>, адрес регистрации: <...>)

установил:

Определением Арбитражного суда Республики Карелия (далее – арбитражный суд) от 19.01.2021 г. по настоящему делу, вынесенным по заявлению (принято к производству суда (возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве)) определением от 23.10.2020 г.) кредитора - ФИО4, в отношении ФИО3 (далее – должник, ФИО3) введена процедура реструктуризации задолженности, финансовым управляющим утвержден ФИО5, а решением арбитражного суда от 06.07.2021 г., должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим также утвержден ФИО5 (далее – управляющий).

При этом, определением суда от 01.04.2023 г. было установлено требование публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – Банк) к должнику в размере 1 051 758 руб. 82 коп., в том числе 1 000 578 руб. 60 коп. основного долга, 46 803 руб. 23 коп. процентов и 4 376 руб. 99 коп. неустойки - для целей включения его в третью очередь реестра требований кредиторов должника, как обеспеченного залогом имущества должника - квартирой, расположенной по адресу: <...> (далее - Квартира); определением суда от 13.09.2023 г. Банк с указанным требованием в порядке процессуального правопреемства по заявлению ФИО1 (далее – заявитель, ФИО1) заменен на последнего, а 20.09.2023 г. ФИО1 в рамках настоящего дела (о несостоятельности (банкротстве) должника) обратился в арбитражный суд с заявлением об исключении из реестра требований кредитора должника его требования в размере 1 051 758 руб. 82 коп., установленного в третью очередь реестра требований кредиторов, как обеспеченного залогом указанного имущества должника (Квартиры), с обязанием управляющего внести соответствующие изменения в реестр, а также об исключении этого залогового имущества из конкурсной массы.

В ходе рассмотрения данного заявления, а именно - определением от 15.11.2023 г., суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - ФИО6, а определением от 21.12.2023 г. заявление ФИО1 удовлетворено частично, а именно - в части исключения требования заявителя из реестра с отказом в удовлетворении заявления в части исключения из конкурсной массы Квартиры.

Последнее определение обжаловано ФИО1 в апелляционном порядке; в жалобе ее податель просит определение отменить в части отказа в удовлетворении его требования об исключении Квартиры из конкурсной массы, вынести судебный акт об удовлетворении заявления в этой части, оспаривая в этой связи вывод суда о заключении сделки по продаже Квартиры и прекращении вследствие этого залога (поскольку соответствующий договор – с победителем торгов по продаже Квартиры – ФИО6 – не прошел государственную регистрацию и – соответственно, по мнению апеллянта – в силу пункта 3 статьи 433 и пункта 2 статьи 558 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) не считается заключенным) и полагая, что его (заявителя) действия не отвечают признакам злоупотребления правом и не направлены на ущемление прав иных кредиторов, поскольку ввиду утраты спорным имуществом статуса залогового на него (применительно к правопритязаниями на него со стороны иных – незалоговых – кредиторов) распространяется исполнительский иммунитет (как на являющееся единственным пригодным для проживания должника и членов его семьи жилым помещением), оценку чему суд не дал, применительно к чему ФИО1 также полагает, что его заявление об отказе от своего требования, являющегося залоговым, неразрывно связано с вопросом нахождения залогового имущества в конкурсной массе.

В заседании апелляционного суда представитель ФИО1 поддержал доводы рассматриваемой жалобы.

Иные лица, участвующие в деле (споре), в заседание не явились; вместе с тем, о месте и времени судебного разбирательства они считаются извещенными, в т.ч. в силу части 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), с учетом разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, содержащихся в пункте 5 постановления от 17.02.2011 г. № 12, и при соблюдении требований абзаца второго части 1 статьи 121 АПК РФ, в связи с чем и в соответствии с частью 3 статьи 156 данного Кодекса дело (жалоба) рассмотрено без их участия при отсутствии также с их стороны каких-либо ходатайств с обоснованием невозможности явки в судебное заседание.

При этом, в суд от кредитора ФИО7 и третьего лица - ФИО6 поступили отзывы на жалобу, в которых эти лица возражают против ее удовлетворения.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 269 АПК РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам:

Как ссылается заявитель, установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, в ходе процедуры реализации имущества ФИО3 финансовым управляющим в конкурсную массу включена принадлежащая должнику квартира, расположенная по адресу: <...>, залогом которой были обеспечены требования ПАО «Сбербанк России» в размере 1051758 руб. 82 коп.; данные требования были установлены и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника определением суда от 01.04.2021 г.

Залоговый кредитор (Банк) в пределах предоставленных ему федеральным законом от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) полномочий, 08.04.2022 г. утвердил Положение о порядке организации и проведения торгов по реализации заложенного имущества.

Первые и повторные торги не состоялись по причине отсутствия заявок; в связи с чем, 30.05.2023 г. управляющим объявлены торги посредством публичного предложения по продаже принадлежащей А.Л. Иванову квартиры с учетом Положения о порядке организации и проведения торгов по реализации заложенного имущества должника (сообщение в ЕФРСБ № 11602597 от 30.05.2023 г.), и на основании протокола от 31.07.2023 г. определен победитель торгов, о чем также опубликовано сообщение в ЕФРСБ, после чего с победителем торгов - ФИО6 04.08.2023 г. был заключен договор купли-продажи жилого помещения – Квартиры; стоимость приобретенного имущества, в размере 3150001 руб. полностью оплачена покупателем 21.08.2023 г., что подтверждается представленными в материалы дела документами, а 15.09.2023 г. покупатель и управляющий направили в Управление Росреестра по Республике Карелия заявление о переходе права на вышеуказанную квартиру; однако, уведомлением от 22.09.2023 г. регистрационные действия были приостановлены, что было обусловлено принятыми судом определением суда от 15.09.2023 г. по ходатайству ФИО1 обеспечительными мерами в виде запрета финансовому управляющему совершать действия по продаже Квартиры, в том числе передачу договора купли-продажи и иных документов в Управление РосРеестра по Республике Карелия для государственной регистрации перехода права собственности, до вынесения судом определения по результатам рассмотрения заявления ФИО1 об исключении его из реестра требований кредиторов и исключения вышеуказанного имущества из конкурсной массы.

Оценивая заявленные в рамках настоящего спора требования, суд первой инстанции признал их подлежащими удовлетворению в части исключения требований ФИО1 из реестра требований кредиторов ФИО3, руководствуясь в этой связи частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве, а также статьей 9 ГК РФ, обоснованность (правомерность) выводов о чем апеллянта в на данной стадии процесса не оспаривает.

Относительно заявления ФИО1 в части исключения из конкурсной массы ФИО3 Квартиры, суд исходил из следующего:

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве, все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи; вместе с тем, по мотивированному ходатайству гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве гражданина, арбитражный суд вправе исключить из конкурсной массы имущество гражданина, на которое в соответствии с федеральным законом может быть обращено взыскание по исполнительным документам и доход от реализации которого существенно не повлияет на удовлетворение требований кредиторов, при это, общая стоимость имущества гражданина, которое исключается из конкурсной массы в соответствии с положениями настоящего пункта, не может превышать десять тысяч рублей, а перечень имущества гражданина, которое исключается из конкурсной массы в соответствии с положениями настоящего пункта, утверждается арбитражным судом, о чем выносится определение, которое может быть обжаловано (пункт 2 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

В данном случае, как указано выше, ФИО1, как правопреемник первоначального залогового кредитора - Банка, несет его права и обязанности, при том, что последний утвердил Положение о порядке проведения торгов в отношении спорной квартиры; воля и намерение первоначального кредитора были направлены на удовлетворение своих требований к должнику за счет продажи заложенного имущества, а решение первоначального кредитора о проведении торгов обязательно для его правопреемника, и на момент рассмотрения настоящего спора проведены торги по реализации спорного имущества, заключен и полностью оплачен покупателем договор купли-продажи.

Ввиду этого, как полагал суд применению в данном случае подлежит абзац 6 статьи 18.1 Закона о банкротстве, в силу которого, продажа заложенного имущества влечет за собой прекращение залога в отношении конкурсного кредитора, по требованию которого обращено взыскание на предмет залога, при том, что законный интерес кредитора в обязательственном правоотношении заключается в получении надлежащего встречного исполнения с должника; вместе с тем, по мнению суда, в данном случае интерес заявителя в исключении имущества из конкурсной массы нельзя признать отвечающим признакам добросовестности и разумности, а кроме этого, возможное исключение имущества из конкурсной массы должника нарушит права покупателя спорного имущества и кредиторов должника, в связи с чем, суд признал заявление ФИО1 в части исключения имущества из конкурсной массы не подлежащим удовлетворению.

Апелляционный суд не усматривает оснований для пересмотра изложенных выводов, признавая, в частности, ошибочной, как на это правильно ссылается кредитор ФИО7 в отзыве на жалобу, позицию апеллянта о заключении договора купли-продажи Квартиры с победителем торгов – ФИО6 только с момента его государственной регистрации, поскольку, в действительности, в силу части 8 федерального закона от 30.12.2012 г. № 302-ФЗ (ред. от 04.03.2013 г.) «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», правила о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащиеся, помимо прочего, в статье 558 ГК РФ, не подлежат применению к договорам, заключаемым после дня вступления в силу настоящего Федерального закона; соответственно, в данном случае договор купли-продажи Квартиры с ФИО6 считается заключенным с момента его подписания (согласования существенных условий) сторонами (т.е. с 04.08.2023 г.).

В этой связи представляется обоснованным и вывод суда первой инстанции о том, что, во-первых, поскольку договор купли-продажи уже заключен и – как следствие – залог прекратился (подпункт 4 пункта 1 статьи 352 ГК РФ), то ФИО1 утратил какой-либо законный интерес применительно к этому имуществу (предмету залога), что исключает у него право и требовать совершения каких-либо действий с этим имуществом (в т.ч. просить об исключении его из конкурсной массы), а во-вторых – о недобросовестности с его стороны, поскольку к моменту обращения в суд с соответствующими требованиями – об исключении имущества из конкурсной массы – заинтересованными лицами (правопредшественником заявителя – Банком, финансовым управляющим и покупателем имущества – участником торгов) была реализована вся совокупность предусмотренных Законом о банкротстве действий по реализации имущество (утверждено соответствующее положение о продаже, управляющим проведены торги и по их результатам с победителем подписан договор), в ходе которых (этих действий), совершение которых носило достаточно длительный характер, ФИО1 бездействовал, а с рассматриваемыми требованиями обратился уже после состоявшейся продажи имущества.

Кроме того, применительно к изложенному коллегия считает возможным отметить, что ввиду состоявшейся продажи имущества – оно уже не находится в конкурсной массе (что – соответственно – исключает возможность его исключения из этой массы), и даже если не брать во внимание данный факт, ввиду утраты ФИО1 статуса кредитора должника (ввиду заявления им об отказе от такого статуса (своего требования к должнику) и вне зависимости от квалификации такого требования, как залогового или незалогового) он не имеет полномочий, связанных с определением состава этой конкурсной массы (такими полномочиями, в т.ч. применительно к порядку распределения поступивших от продажи Квартиры в конкурсную массу денежных средств) обладают (в пределах предоставленных им Законом о банкротстве полномочий) финансовый управляющий и иные (имеющиеся/оставшиеся) конкурсные кредиторы.

И наконец, суд отмечает, что ссылаясь (в качестве основания для исключения имущества из конкурсной массы) на статус Квартиры, как единственного пригодного для проживания должника и членов его семьи жилого помещения, заявитель каких-либо доказательств в подтверждение этого обстоятельства в материалы настоящего спора (к своему заявлению) не представил и их наличие (предоставление со стороны иных участвующих в деле/споре лиц) суд из материалов дела также не усматривает, что, однако, с учетом исключения ФИО1, как залогового кредитора, из реестра требований кредиторов, не препятствует заинтересованным лицам (в первую очередь – самому должнику) инициировать рассмотрение этого вопроса (отнесение уже реализованного имущества к единственному жилью и – как следствие - распространение на него исполнительного иммунитета (с учетом – опять же - исключения залогового кредитора из реестра)) при распределение поступивших от такой реализации денежных средств (с целью обеспечения прав должника и членов его семьи на жилье, в т.ч. путем предоставления ему средств на приобретение жилья взамен утраченного (реализованного)).


На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда Республики Карелия от 21.12.2023 г. по делу № А26-8884/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.



Председательствующий

И.В. Сотов


Судьи


А.Ю. Слоневская


ФИО8