Постановление от 17 мая 2023 г. по делу № А43-31243/2022

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Березина ул., д. 4, г. Владимир, 600017

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: (4922) телефон 44-76-65, факс 44-73-10



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А43-31243/2022
17 мая 2023 года
г. Владимир



Резолютивная часть постановления объявлена 12.05.2023.

Полный текст постановления изготовлен 17.05.2023.


Первый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Захаровой Т.А.,

судей Наумовой Е.Н., Устиновой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2

на решение Арбитражного суда Нижегородской области от 22.02.2023

по делу № А43-31243/2022,

принятое по иску ROI VISUAL Co., Ltd. (РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 304524916200042) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки и объекты изобразительного искусства,


в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о дате, времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом,


и установил:


ROI VISUAL Co., Ltd (далее - Компания, истец) обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее - ИП ФИО2, ответчик) о взыскании 150000руб. компенсации за нарушение исключительных прав на произведение изобразительного искусства, 195руб. 64коп. почтовых расходов, 61руб. расходов на приобретение товара.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Белая Ворона» (далее - ООО «Белая Ворона»).

Определением суда от 01.11.2022 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением от 15.12.2022 суд в соответствии с частью 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Решением от 22.02.2023 Арбитражный суд Нижегородской области взыскал с ответчика в пользу истца 150000руб. компенсации за нарушение исключительных прав, 195руб. 64коп. почтовых расходов, 61руб. расходов на приобретение товара, 5500руб. расходов на уплату государственной пошлины.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ИП ФИО2 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

В апелляционной жалобе указано на неполное исследование обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность обстоятельств, имеющих значение для дела, которые суд посчитал установленными, неправильное применение норм материального права.

Заявитель жалобы настаивает на том, что действия истца являются злоупотреблением правом, поскольку направлены на причинение имущественного вреда представителям малого бизнеса, осуществляющим розничную продажу продукции, просит применить положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и отказать истцу в иске.

Компания в отзыве на апелляционную жалобу указывает на необоснованность ее доводов, считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, и просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, о дате, времени и месте судебного заседания, извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения информации на сайте Первого арбитражного апелляционного суда, представителей в судебное заседание не направили.

В соответствии со статьей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие не явившихся представителей сторон, надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте судебного разбирательства, по имеющимся материалам дела.

Законность принятого судебного акта, правильность применения норм материального и процессуального права проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 257-262, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно свидетельству о регистрации компании, удостоверенному в г. Сеуле Министерством иностранных дел от 03.07.2020, Компания зарегистрирована в государственной налоговой службе Республики Корея с 22.05.2004, присвоен идентификационный номер налогоплательщика № 211-87-50168, регистрационный номер компании (резидента) № 110111-3015339.

Компания является правообладателем товарного знака №1213307 (логотип «ROBOCAR POLI»), внесенного в Реестр Международного бюро Всемирной организации интеллектуальной собственности. Дата регистрации – 26.04.2013, что подтверждено свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности № 1213307, срок правовой охраны данного товарного знака установлен до 26.04.2023.

Товарный знак имеет правовую охрану по Перечню товаров и услуг – включая 28 класс МКТУ (в том числе игрушки).

Международные товарные знаки, зарегистрированные в порядке, установленном Мадридским соглашением, в соответствии с постановлением Совета Министров СССР от 03.09.1975 № 775-243 «О присоединении к Мадридскому соглашению» и постановлением Правительства Российской Федерации от 19.12.1996 №1503 «О принятии Протокола к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков» охраняются на территории Российской Федерации.

Кроме того, истец является правообладателем объектов изобразительного искусства: «Брунер», свидетельство о регистрации прав на интеллектуальную собственность №2019-13991; «Эмбер», свидетельство о регистрации прав на интеллектуальную собственность. № 2019-13996; «Скул Би», свидетельство о регистрации прав на интеллектуальную собственность № 2019-14003; «Масти», свидетельство о регистрации прав на интеллектуальную собственность №2019-14006; «Баки», свидетельство о регистрации прав на интеллектуальную собственность №2019-13992; «Рой», свидетельство о регистрации прав на интеллектуальную собственность №2019-13995; «Спуки», свидетельство о регистрации прав на интеллектуальную собственность; №2019-14002; «Дампу», свидетельство о регистрации прав на интеллектуальную собственность №2019-13988; «Поли», свидетельство о регистрации прав на интеллектуальную собственность № 2019-13997; «Поук», свидетельство о регистрации прав на интеллектуальную собственность №2019-14005; «Макс», свидетельство о регистрации прав на интеллектуальную собственность №2019-14007; «Пости», свидетельство о регистрации прав на интеллектуальную собственность №2019-14004; «Кэп», свидетельство о регистрации прав на интеллектуальную собственность №2019-13990; «Клини», свидетельство о регистрации прав на интеллектуальную собственность №2019-13989; «Хэлли», свидетельство о регистрации прав на интеллектуальную собственность №2019-13994.

24.08.2021 в торговом павильоне, расположенном вблизи адресной таблички: <...>, установлен факт продажи контрафактного товара «раскраска» (товар №1), на котором размещены изображения, сходные до степени смешения с произведениями изобразительного искусства : рисунками «Хэлли», «Пости», «Кэп», «Дампу», «Клини», «Спуки», «Эмбер», «Рой», «Масти», «Поли».

В этот же день 24.08.2021 в торговом павильоне , расположенном вблизи адресной таблички: <...>, установлен факт продажи контрафактного товара «раскраска» (товар №2), на котором размещены изображения сходные до степени смешения с произведениями изобразительного искусства: рисунками «Рой»,«Хэлли», «Эмбер», «Скул Би», «Макс», «Поли», «Клини», «Масти», «Баки», «Поук», «Брунер», «Кэп».

В подтверждение факта приобретения товаров у ответчика истец представил следующие документы: товарный чек от 24.08.2021 на сумму 26руб., товарные и кассовые чеки от 23.08.2021 и 24.08.2021 на сумму 35руб., содержащие, в том числе, следующие сведения: ИП ФИО2; дата продажи; ОГРНИП 304524916200042, ИНН <***>; CD-диск с видеозаписью процесса приобретения товаров, раскраска в количестве 2 штук, на которых воспроизведены изображения визуально схожие с изображениями, правообладателем которых является истец.

Истец направил в адрес ответчика претензию о выплате компенсации за нарушение своих исключительных прав.

Поскольку ответчик не исполнил в добровольном порядке требования претензии, Компания обратилась в арбитражный суд с настоящим иском.

Повторно рассмотрев дело по существу, проверив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации, статьями 7, 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основания своих требований и возражений.

В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно подпункту 14 пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются в числе прочих товарные знаки и знаки обслуживания, произведения науки, литературы и искусства.

Произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства относятся, в частности, к объектам авторских прав (абзац 7 пункт 1 статья 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, рисунки как произведения изобразительного искусства являются объектами авторских прав.

Согласно пункту 2 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальная собственность охраняется законом.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности, средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Объектами авторских прав, согласно пункту 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, в том числе, произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства, аудиовизуальные произведения.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

Следовательно, рисунки как произведения изобразительного искусства являются объектами авторских прав. При этом для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей (пункт 4 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом в силу пункта 7 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации авторские права распространяются на часть произведения, на его название, персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечают требованиям, установленным пунктом настоящей статьи.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если Гражданским кодексом Российской Федерации не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Согласно пункту 82 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» с учетом пункта 3 статьи 1259 ГК РФ, согласно которому охране подлежат произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, под персонажем следует понимать совокупность описаний и (или) изображений того или иного действующего лица в произведении в форме (формах), присущей (присущих) произведению: в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме и др.

Не любое действующее лицо произведения является персонажем в смысле пункта 7 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации. Истец, обращающийся в суд за защитой прав именно на персонаж как часть произведения, должен обосновать, что такой персонаж существует как самостоятельный результат интеллектуальной деятельности. При этом учитывается, обладает ли конкретное действующее лицо произведения достаточными индивидуализирующими его характеристиками: в частности, определены ли внешний вид действующего лица произведения, характер, отличительные черты (например, движения, голос, мимика, речевые особенности) или другие особенности, в силу которых действующее лицо произведения является узнаваемым даже при его использовании отдельно от всего произведения в целом.

При подтверждении наличия индивидуализирующих характеристик действующего лица его охраноспособность в качестве персонажа (пункт 7 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации) презюмируется. Ответчик вправе оспаривать такую охраноспособность.

Охрана авторским правом персонажа произведения предполагает, в частности, что только автору или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать персонаж любым способом, в том числе путем его воспроизведения или переработки (подпункты 1 и 9 пункта 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 справки о некоторых вопросах, связанных с практикой рассмотрения Судом по интеллектуальным правам споров по серийным делам о нарушении исключительных прав, от 29.04.2015 №СП-23/29 доказательством факта принадлежности исключительных прав могут быть отвечающие критериям относимости и допустимости доказательства, в том числе аффидевит. Под аффидевитом понимается письменное показание или заявление, даваемое под присягой и удостоверяемое нотариусом или другим уполномоченным на это должностным лицом при невозможности (затруднительности) личной явки свидетеля.

В данном случае принадлежность истцу исключительных авторских прав на произведения изобразительного искусства подтверждается выданными Комиссией по защите прав на интеллектуальную собственность Республики Корея свидетельствами о регистрации прав на интеллектуальную деятельность № С-2011-010950-2, № С-2011-010951-2, № С-2011-010952-2, № С-2011-010953-2, № С-2016-004046, № С-2016-004045. Таким образом, нарушение исключительных прав правообладателя за каждое произведение изобразительного искусства (рисунки) и за каждый товарный знак создают для ответчика самостоятельные правовые последствия.

Из буквального толкования нормы подпункта 2 пункта 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что такой способ использования произведения как распространение подразумевает отчуждение оригинала либо тождественных образцов произведения (его экземпляров).

С учетом указанных разъяснений доказательством незаконного распространения контрафактной продукции может быть как одно из перечисленных доказательств, признаваемых в качестве допустимых, так и их совокупность.

В рассматриваемом случае факты продажи спорных товаров подтверждаются товарными и кассовыми чеками, которые являются достаточными доказательствами, подтверждающими заключение договоров розничной купли-продажи в соответствии с требованиями статей 493, 494 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Товарные чеки содержат дату покупки, наименование товара, стоимость товара, на кассовом чеке от 24.08.2021 имеется наименование организации: ИП ФИО2, ИНН, ОГРН, а также указана дата продажи, наименование, цена товара.

Кроме того, истец на основании статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в целях самозащиты гражданских прав произвел видеосъемку, которая приобщена к материалам дела и также подтверждает предложение к продаже, заключение договоров розничной купли-продажи, что представленные товары приобретены по представленным чекам.

В силу части 2 статьи 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к доказательствам в виде иных документов и материалов относятся материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции РФ, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правообладателя Гражданским кодексом Российской Федерации, иными правовыми актами не установлен, то представленные истцом кассовые чеки и видеозапись, как содержащие сведения, необходимые для установления места распространения, лица, осуществляющего такое распространение, соответствуют требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предъявляемым к доказательствам по делу.

Из содержания пункта 6 Информационного письма ВАС РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», следует, что чек и видеоматериал являются надлежащими доказательствами факта нарушения права лица, на имя которого зарегистрирован товарный знак.

Видеосъемка подтверждает, какие именно товары были проданы, на видеозаписи запечатлен процесс приобретения спорных товаров. Внешний вид спорных товаров, а также изображение чека, зафиксированные на видеозаписи, визуально совпадают с соответствующими доказательствами, представленными истцом в материалы дела.

В соответствии со статьями 426, 492 и 494 Гражданского кодекса Российской Федерации выставление на продажу спорной продукции свидетельствует о наличии со стороны ответчика публичной оферты, а факт ее продажи подтверждается видеозаписью процесса покупки.

Видеосъемка произведена путем непрерывной фиксации происходящих событий без перерывов, видеозапись при непрерывающейся съемке отчетливо отображает процесс продажи товара и выдачу продавцом чека. Доказательств иного в материалы дела не представлено.

Приобщенная к материалам дела видеосъемка процесса приобретения товаров является допустимым доказательством, подтверждающим нарушение ответчиком прав истца.

Ответчик документально не опроверг обстоятельства, зафиксированные представленной в материалы данного дела видеосъемкой; не представил доказательств ведения торговли в месте приобретения рассматриваемого товара иным лицом.

У покупателя (истца) отсутствовали основания сомневаться в полномочиях лица, передавшего товары, действующего от имени ответчика и передавшего товары в торговых точках.

Доказательств, подтверждающих, что ответчик по данному чеку продал иной товар, права на реализацию которого у него имеются, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела ответчик не представил.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что совокупность представленных в материалы дела доказательств подтверждает факт приобретения у ответчика спорных товаров.

В абзацах 5, 6 пункта 82 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что воспроизведением персонажа признается изготовление экземпляра, в котором используется, например, текст, содержащий описание персонажа, или конкретное изображение (например, кадр мультипликационного фильма), или индивидуализирующие персонажа характеристики (детали образа, характера и (или) внешнего вида, которые характеризуют его и делают узнаваемым). В последнем случае воспроизведенным является персонаж и при неполном совпадении индивидуализирующих характеристик или изменении их несущественных деталей, если несмотря на это такой персонаж сохранил свою узнаваемость как часть конкретного произведения (например, при изменении деталей одежды, не влияющих на узнаваемость персонажа).

В отношении персонажа произведения не используется понятие сходства до степени смешения. Наличие внешнего сходства между персонажем истца и образом, используемым ответчиком, является лишь одним из обстоятельств, учитываемых для установления факта воспроизведения используемого произведения (его персонажа).

При визуальном сравнении изображений произведений изобразительного искусства истца с изображениями, используемыми в реализованном ответчиком товаре, суд первой инстанции установил визуальное сходство, поскольку графическое изображение (вид рисунков) идентично, расположение отдельных частей изображений совпадает.

При этом наличие прав истца на спорные товарный знак и объекты изобразительного искусства документально подтверждено.

Оценив представленные документы в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции посчитал установленным факт нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав на соответствующие произведения изобразительного искусства в форме распространения без соответствующего разрешения правообладателя.

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно статье 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253) вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда;

в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», рассматривая дела о взыскании компенсации, суд по общему правилу определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

В силу абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 Гражданским кодексом Российской Федерации, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок.

При доказанном единстве намерений правонарушителя количество контрафактных экземпляров, товаров (размер партии, тиража, серии и так далее) может свидетельствовать о характере правонарушения в целом и подлежит учету судом при определении конкретного размера компенсации.

Аналогичный подход изложен в пункте 36 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015.

В суде первой инстанции ответчик указывал в отзыве на иск, что реализация двух контрафактных товаров должна быть рассмотрена судом как единство намерений.

Вместе с тем, вопреки вышеуказанным требованиям законодательства и разъяснениям высшей судебной инстанции ответчик не представил в материалы дела относимых и допустимых доказательств единства намерений при использовании им спорных результатов интеллектуальной деятельности, в связи с чем у суда первой инстанции не имелось оснований полагать, что ответчик совершил один факт нарушения.

Приложенная к отзыву на исковое заявление товарная накладная от 14.07.2021 №623 с учетом письменной позиции ООО «Белая ворона» сама по себе не подтверждает данное обстоятельство, поскольку ее невозможно соотнести со спорными товарами; перечень продукции, указанной в товарной накладной, не содержит артикулов, уточненных наименований и других реквизитов, исходя из которых возможно установить, что реализованный ответчиком товар является товаром, поставленным по представленной товарной накладной. До заключения сделок купли-продажи у истца не было оснований предполагать, что указанные товары незаконно реализуются одним лицом. Следовательно, у суда отсутствовали основания полагать, что реализованные ответчиком товары принадлежат к одной партии.

Ответчик осуществил продажу не идентичных друг другу товаров, в разных торговых точках, в разное время, факты реализации товаров оформлены разными документами, что исключает единство намерений.

Истцу до заключения договора купли-продажи и получения чека с реквизитами продавца неизвестно, кем реализуется товар в данной торговой точке.

Более того, само по себе предложение товаров к продаже уже является нарушением исключительных прав, истец же лишь установил и зафиксировал факты нарушения его прав.

Кроме того, требования истца о взыскании компенсации за произведения изобразительного искусства не пересекаются, то есть произведения изобразительного искусства, изображенные на товаре №1, повторно не заявляются истцом при взыскании компенсации за произведения изобразительного искусства на товаре №2.

В отзыве на иск также указано, что истец не предупредил ответчика о необходимости прекратить нарушение его прав после первой закупки товаров.

Однако это обстоятельство не опровергает правомерность заявленного иска; возможность защиты нарушенных прав не зависит от совершения правообладателем таких действий.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности единства намерений Предпринимателя по рассматриваемому спору и не усматривает оснований для его переоценки.

В данном случае истец заявил требование о взыскании с ответчика компенсации в общем размере 150000руб. (10000руб. за каждое допущенное нарушение).

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, требование истцом компенсации в минимальном размере за каждое нарушение, принципы разумного, справедливого подхода к определению размера компенсации, сохранения баланса прав и законных интересов сторон, учитывая, что ответчик ранее привлекался к ответственности за нарушение исключительных прав (по делу №№А43-37368/2020, А43-40179/2021, А43-14279/2022 А43-20671/2022, А43-10577/2022, А43-1121/2021, и др.), суд первой инстанции посчитал, что заявленная компенсация в размере 150000руб. является обоснованной и не носит избыточный характер.

В суде первой инстанции в отзыве на исковое заявление ответчик просил снизить размер компенсации с учетом продажи товаров в объеме 2 шт., незначительной стоимости товаров, неизвестности объектов нарушенных прав на территории РФ, отсутствия сведений о понесенных истцом значительных убытков.

Проанализировав приведенную в отзыве на исковое заявление правовую позицию Предпринимателя в совокупности с приложенными документами, применив нормы пункта 3 части 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, Постановление Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 №28-П, разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», суд первой инстанции пришел к заключению о том, что отсутствуют основания для снижения размера взыскиваемой компенсации ниже предела установленного действующим гражданским законодательством.

Суд апелляционной инстанции соглашается с данным выводом суда по рассматриваемому спору и не находит оснований для его переоценки.

Ссылка ответчика на ухудшение финансового и имущественного положения при взыскании компенсации в заявленном истцом размере 150000руб. правомерно отклонена судом первой инстанции, поскольку эти обстоятельства не относятся к основаниям для снижения компенсации ниже минимального размера.

Кроме того, само по себе превышение размера заявленной истцом компенсации над стоимостью реализованного контрафактного товара не является безусловным критерием для ее снижения и не определяет размер убытков истца с разумной степенью достоверности.

Ответчик не представил доказательств принятия разумных мер по недопущению нарушения закона (получение документов, подтверждающих оригинальность продукции, ее соответствие установленным законом требованиям), при этом необходимость совершения таких действий относится к предпринимательскому риску ответчика, несущего соответствующие нарушению правовые последствия.

Ответчик указывал также, что истец зарегистрирован на территории Республики Корея, включенной Правительством РФ в перечень недружественных государств, в связи с чем просил расценить действия истца как злоупотребление правом и отказать в удовлетворении исковых требований.

По данному аргументу Предпринимателя суд верно указал, что истец является частной организацией, не находится под контролем правительства Республики Корея, не имеет никакого отношения к введению санкций в отношении Российской Федерации. Истец не принимает ограничительные (политические и экономические) меры против ответчика, Российской Федерации, иных юридических и физических лиц (в том числе, должностных лиц), не преследовал такой цели ни при обращении с иском в суд, ни иным образом.

Ни Республикой Корея, ни Российской Федерацией не вводились взаимные, либо точечные санкции, (ограничительные меры) в части использования объектов интеллектуальной собственности - объектов авторского права, товарных знаков.

Российская Федерация и Республика Корея на сегодняшний день остаются участниками Бернской конвенции и Мадридского соглашения со всеми правами и обязанностями, не прекращая их действие на своей деятельность на территории. В связи с этим односторонний отказ другой стороне в защите прав на интеллектуальную собственность недопустим, и обратная ситуация может свидетельствовать о дополнительной экономической санкции (ограничительной меры) в отношении иностранного государства/истца.

Согласно статье 13 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают дела на основании Конституции Российской Федерации, международных договоров Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных правовых актов Президента Российской Федерации и нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти, конституций (уставов), законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации, актов органов местного самоуправления.

В настоящий момент ни законодательством Российский Федерации, ни нормативными правовыми актами Президента РФ, Правительства РФ не предусмотрено норм, допускающих отказ в защите интеллектуальной собственности, правообладателям, являющимися резидентами государств, включенных Правительством РФ в перечень недружественных.

В этой связи факт нахождения Республики Корея в перечне недружественных государств не может являться причиной для отказа в защите интеллектуальной собственности истца.

Последовательное утверждение Предпринимателя о квалификации действий истца как злоупотребление правом противоречит положениям действующего законодательства.

Исходя из пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в качестве злоупотребления правом можно расценивать действия, совершенные с намерением, причинить вред другому лицу, совершить обход закона с противоправной целью, осуществить иное заведомое недобросовестное осуществление гражданских прав.

Согласно пункту 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В соответствии с пунктом 2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16.03.2013 № 1229-О установленный в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет злоупотребления правом в любых формах не предполагает его произвольного применения судами, решения которых должны основываться на исследовании и оценке конкретных действий и поведения участников гражданско-правовых отношений с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

В соответствии с определением Верховного Суда Российской Федерации от 04.12.2015 № 303-ЭС15-15181 злоупотребление правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая при этом права и законные интересы других лиц.

В соответствии с определением Верховного Суда Российской Федерации от 02.10.2015 № 310-ЭС15-11445 под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лица, управомоченного по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей), злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений (Постановления Суда по интеллектуальным правам от 29.05.2020 по делу № А60-47193/2019; от 20.03.2018 по делу № А76-3741/2017; от 29.09.2021 по делу № А21-16503/2019).

Как правомерно указал суд первой инстанции, выявление факта реализации контрафактной продукции истцом и обращение в арбитражный суд с настоящим иском никак не связано с намерением причинить вред другому лицу, а исключительно направлено на защиту своих нарушенных интеллектуальных прав.

Исходя из пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

При этом значительное количество арбитражных дел, инициированных правообладателем, вопреки утверждению ответчика указывают не на злонамеренность истца, а на большое количество контрафактной продукции на рынке.

Заявляя о злоупотреблении правом со стороны истца, ответчик не представил надлежащих доказательств, подтверждающих, что действия Компании направлены на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной целью которого было причинение вреда другому лицу, равно как и не представил доказательств, злоупотребления, допущенного истцом при подаче рассматриваемого искового заявления.

Арбитражный суд Нижегородской области законно и обоснованно удовлетворил заявленные исковые требования.

Истец также просил взыскать с ответчика 195руб. 64коп. почтовых расходов, 61руб. расходов на приобретение товара.

Несение указанных расходов подтверждено документально.

Руководствуясь положениями статьи 101, пунктами 1,5 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции правомерно взыскал с Предпринимателя в пользу Компании 195руб. 64коп. почтовых расходов, 61руб. расходов на приобретение товара, 5500руб. расходов на уплату государственной пошлины.

Первый арбитражный апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции при рассмотрении спора правильно определен характер спорного правоотношения, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, правильно определены законы и иные нормативные акты, которые следовало применить по настоящему делу, дана оценка всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований арбитражного процессуального законодательства.

Предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания к отмене решения арбитражного суда первой инстанции в данном случае отсутствуют.

При этом судом не допущено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта.

Апелляционная жалоба ИП ФИО2 признается не подлежащей удовлетворению как основанная на неверном толковании норм действующего законодательства.

Доводы и аргументы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы Первый арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о том, что решение Арбитражного суда Нижегородской области от 22.02.2023 по делу № А43-31243/2022 на основании пункта 1 части 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оставлению без изменения.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Нижегородской области от 22.02.2023 по делу № А43-31243/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в двухмесячный срок со дня его принятия.


Председательствующий судья

Т.А. Захарова



Судьи

Е.Н. Наумова


Н.В. Устинова