Решение от 30 декабря 2021 г. по делу № А05-12469/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД АРХАНГЕЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ


ул. Логинова, д. 17, г. Архангельск, 163000, тел. (8182) 420-980, факс (8182) 420-799

E-mail: info@arhangelsk.arbitr.ru, http://arhangelsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А05-12469/2020
г. Архангельск
30 декабря 2021 года



Резолютивная часть решения объявлена 23 декабря 2021 года

Полный текст решения изготовлен 30 декабря 2021 года

Арбитражный суд Архангельской области в составе судьи Кашиной Е.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 22, 23 декабря 2021 года (с объявлением перерыва) дело по иску акционерного общества "Память" (ОГРН <***>; адрес: 163523, Архангельская область, Приморский район, Лайское шоссе, км 0+400, строение 1)

к ответчику – ФИО2

третьи лица:

1. ФИО3

2. ФИО4

3. ФИО5

4. ФИО9

5. ФИО10

о взыскании 1 024 526 руб. 01 коп. убытков,

при участии в судебном заседании представителей:

от истца – до и после перерыва ФИО7 (доверенность от 11.01.2021),

от ответчика – до и после перерыва ФИО8 (доверенность от 12.01.2021),

от третьих лиц – не явились (извещены),

установил следующее:

акционерное общество "Память" (далее – истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд Архангельской области с исковым заявлением к ФИО2 (далее – ответчик) о взыскании 850 000 руб. части убытков, причиненных акционерному обществу "Память" вследствие заключения им договоров аренды имущества №№ 2-4 от 01.07.2019.

В ходе рассмотрения дела истец увеличил размер исковых требований до 1 024 526 руб. 01 коп. убытков. В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) увеличение размера исковых требований принято судом.

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО9 и ФИО10.

В судебном заседании 22.06.2021 в порядке статьи 88 АПК РФ допрошен в качестве свидетеля ФИО11; в судебном заседании 25.10.2021 в качестве свидетеля допрошен ФИО12.

В настоящем судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал. Представитель ответчика с предъявленными требованиями не согласился.

Третьи лица, извещённые о дате и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд своих представителей не направили.

В процессе рассмотрения дела ФИО4 представил письменный отзыв на иск (том 4, л.д. 45), в котором указал на необоснованность исковых требований, ссылаясь на то, что заключение договоров аренды происходило с одобрения Совета директоров. При этом на заседании Совета директоров 30.06.2019 был представлен отчет оценщика, в котором была указана стоимость аренды имущества, согласованная в дальнейшем акционерами и одобренная для установления договорной цены.

Доводы отзыва были подтверждены ФИО4 при личном участии в судебном заседании 18.06.2021.

Принимавший участие в судебном заседании 18.06.2021 ФИО3 также поддержал позицию ответчика. По утверждению ФИО3 внедрение кремационных услуг на территории Архангельской области и развитие этой сферы услуг представляло собой длительный и трудный процесс, кремация являлась новой услугой на рынке, и в связи с культурными предубеждениями населения и противодействием церкви спрос на данный вид услуг на начальном этапе был низким. Предприятие, столкнувшись с финансовыми трудностями, а также в результате нежелания акционеров лично вести хозяйственную деятельность Общества (ввиду того, что у каждого из акционеров имелся свой основной бизнес), приняло решение о передаче имущества в аренду. На момент заключения спорных договоров потенциальных арендаторов, желающих принять в аренду спорное имущество, не имелось. Заключение сделок с предпринимателем ФИО13, а также предложенная цена аренды в условиях отсутствия спроса являлись адекватными и разумными. ФИО3 также пояснил, что акционерам на заседании Совета директоров был предоставлен отчет об оценке; по его сведениям оценку заказывал ФИО5

ФИО10 поддержал позицию Общества по основаниям, изложенным в письменном отзыве (том 5, л.д. 92-95). В частности, указал, что на заседании Совета директоров по вопросам аренды спорного имущества он голосовал против принятых решений; документы по оценке стоимости имущества на рассмотрение акционерам представлены не были.

ФИО5 представил письменный отзыв на иск (том 5, л.д. 108-109), в котором пояснил, что на основании сведений, полученных от оценщика ФИО11 в справке от 26.06.2019, стоимость аренды трех объектов составляет более 500 000 руб. в месяц. Поскольку на заседании Совета директоров 30.06.2019 была рекомендована стоимость аренды 308 000 руб., то ФИО5 голосовал против установления такого низкого размера аренды. Отчет оценщика на заседании Совета директоров не предоставлялся.

ФИО2 в письменных пояснениях от 03.07.2021 (том 5, л.д. 107) отрицал факт получения от ФИО5 справки за подписью ФИО11 о стоимости аренды здания крематория, кремационной печи и газораспределительных сетей 530 000 руб. в месяц.

В судебном заседании 22.12.2021 в порядке статьи 163 АПК РФ по ходатайству истца был объявлен перерыв до 23.12.2021, о чем размещено публичное извещение в сети Интернет. После перерыва судебное заседание продолжено при участии тех же представителей сторон, в отсутствие третьих лиц.

Дело рассмотрено в соответствии с частью 5 статьи 156 АПК РФ в отсутствие третьих лиц.

Изучив письменные материалы дела, заслушав объяснения сторон, суд пришел к выводу, что заявленные требования не подлежат удовлетворению в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, Общество создано 24.08.2012, о чём в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись за основным государственным регистрационным номером <***>.

На основании решения Совета директоров, оформленного протоколом №5/2 от 11.04.2018, досрочно прекращены полномочия генерального директора Общества ФИО14 с 12.04.2018.

На должность генерального директора назначен ФИО2, начиная с 13.04.2018.

01.10.2020 в ЕГРЮЛ внесена запись о ФИО15, как единоличном исполнительном органе Общества.

Обществу на праве собственности принадлежит здание крематория с одной кремационной установкой со встроенными административными помещениями, площадью 653,5 кв.м, расположенное по адресу: Архангельская область, Приморский район, Лайское шоссе, км 0+400, строение 1, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 22.04.2016 (том 2, л.д.9).

01 июля 2019 года Обществом в лице генерального директора ФИО2 заключены договоры аренды имущества с ИП ФИО13 (далее – Предприниматель), а именно:

- договор №2 аренды имущества (здания крематория), по условиям которого Общество (арендодатель) передало, а Предприниматель (арендатор) принял в аренду здание крематория, расположенное по адресу: Архангельская область, Приморский район, Лайское шоссе, 0+400 км, стр. 1, общей площадью 653,6 кв.м. Договор заключен на неопределенный срок. Стоимость аренды установлена в размере 169 896, 03 руб. (том 1, л.д. 23-29).

- договор №3 аренды имущества (кремационная установка), по условиям которого Общество (арендодатель) передало Предпринимателю (арендатор) во временное владение и пользование кремационную установку №1 инв.№000000001, расположенную в здании крематория по адресу: Архангельская область, Приморский район, Лайское шоссе, 0+400 км, стр. 1. Данный договор заключен на неопределенный срок. Стоимость аренды составляет 126 817 руб. 60 коп. за календарный месяц (НДС не облагается) (том 1, л.д. 9-15).

- договор №4 аренды имущества (наружные сети газоснабжения среднего давления), по которому Общество как арендодатель передало, а Предприниматель как арендатор принял во временное владение и пользование наружные сети газоснабжения среднего давления кадастровый номер 29:16:191601675 протяженностью 94 м. Договор заключен на неопределенный срок. Размер арендной платы установлен 11 611 руб. 17 коп. в месяц (НДС не облагается) (том 1, л.д. 16-22).

Имущество передано арендатору в пользование по актам приема-передачи от 01.07.2019.

На основании уведомления от 23.01.2020 Общество заявило отказ от исполнения договоров аренды и потребовало возвратить арендованное имущество. Данное уведомление 23.01.2020 было направлено Предпринимателю заказным письмом с уведомлением и описью вложения.

Вместе с претензией от 27.02.2020 в адрес Предпринимателя были направлены акты возврата имущества, которые остались не подписаны.

Предъявляя исковые требования к ответчику, Общество сослалось на то, что в результате действий директора Общества ФИО2, выразившихся в заключении трех договоров аренды от 01.07.2019, Обществу были причинены убытки, поскольку имущество по спорным договорам передано в пользование по заниженной цене в сравнении с существующими среднерыночными ценами. По мнению истца, директор при заключении спорных договоров действовал недобросовестно и неразумно: до принятия решения о передаче имущества в аренду не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной информации об арендаторе имущества и о стоимости аренды, не провел мониторинг рынка аренды сходного оборудования, не делал публичные предложения с целью поиска потенциальных арендаторов, не изучил финансовое состояние арендатора, у которого на момент заключения сделок имелась значительная задолженность перед Обществом по иному договору.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Статьей 53.1 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

При этом согласно названной статье такое лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В статье 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее – Закон №208-ФЗ) указано, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции) несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета), единоличного исполнительного органа общества (директора, генерального директора) и (или) членов коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющей организации или управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Поскольку ответственность контролирующих лиц является гражданско-правовой, убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

По смыслу указанных правовых норм в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец должен представить доказательства, свидетельствующие о наличии факта причинения убытков (неблагоприятных последствий для общества), причинно-следственной связи между понесенными убытками и противоправным (виновным) поведением лица, причинившего вред, документально подтвержденный размер убытков.

В данном случае привлечение единоличного исполнительного органа к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей. Он не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если действовал в пределах разумного предпринимательского риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее – Постановление №62)).

Согласно пункту 2 Постановления №62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом.

Единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал в пределах разумного предпринимательского риска.

В подтверждение размера среднерыночных цен истцом представлены:

- протокол заседания Совета директоров от 15.06.2020, на котором выступил ФИО15, сообщив, что в результате проведенных мероприятий по поиску арендаторов, в том числе путем размещения объявлений о сдаче объекта в аренду, были получены предложения о заключении договоров аренды по цене не менее 600 000 руб. в месяц,

- договор аренды здания крематория с кремационной установкой от 16.06.2020, заключенный между Обществом и ИП Кочишвили Цезари, в котором стоимость аренды установлена 645 000 руб. в месяц (без НДС).

Размер убытков определен как разница между рыночной ценой аренды всего имущественного комплекса (по этой же цене имущество передано новому арендатору) и стоимостью аренды по трем договорам, заключенным с ИП ФИО13: (645 000 руб. – 308 324, 80 руб.) х 7 месяцев пользования имуществом (с 01.07.2019 по 31.01.2020).

Возражая против иска, ответчик указал, что сдача имущества в аренду представляла собой вынужденную меру, поскольку Общество находилось в преддверии банкротного состояния, банковский счет Общества был заблокирован; директор Общества принял возможные меры по получению информации о цене сделки: перед заключением договоров была проведена оценка стоимости, которая впоследствии была согласована на заседании Совета директоров.

В процессе рассмотрения дела между сторонами возникли разногласия относительно рыночной стоимости аренды имущества.

Для определения рыночной стоимости размера арендной платы принадлежащих истцу объектов имущества судом была назначена судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью "Экспертиза собственности" ФИО16.

Перед экспертом поставлен следующий вопрос:

Какова рыночная стоимость размера месячной арендной платы по состоянию на 01 июля 2019 года следующих объектов:

- здания крематория, кадастровый номер 29:16:191601:71, расположенного по адресу: Архангельская область, Приморский район, Лайское шоссе, км. 0+400, строение 1;

- кремационной установки № 1, инвентарный № 000000001, расположенной в здании крематория с кадастровым номером 29:16:191601:71 по адресу: Архангельская область, Приморский район, Лайское шоссе, км. 0+400, строение 1;

- наружных сетей газоснабжения среднего давления протяженностью 94 м, кадастровый номер 29:16:191601:75, расположенных по адресу: Архангельская область, Приморский район, Лайское шоссе, км. 0+400, в районе деревни Рикасиха ?

По результатам проведенного исследования эксперт пришел к выводу, что размер рыночной стоимости месячной арендной платы по состоянию на 01.07.2019 составляет:

- здания крематория – 202 000 руб.,

- кремационной установки – 122 000 руб.,

- наружных сетей газоснабжения – 18 000 руб.

Возражая против экспертного заключения ФИО16, истец указал, в том числе, на его противоречивость, неполноту исследования, обусловленную отсутствием анализа рынка и неправильно определенной стоимости кремационной установки, что привело к существенному занижению рыночной стоимости аренды.

В судебном заседании 12.05.2021 в порядке части 2 статьи 55 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был опрошен эксперт ФИО16, пояснившей суду, что рынок кремационного оборудования не развит, аналоги на рынке не представлены; поскольку исследование проводилось на ретроспективную дату корректно привести стоимость современного оборудования к техническому уровню оборудования 2015 года не представляется возможным; для оценки эксперт использовал индексный метод в рамках затратного подхода; физический, функциональный, внешний износ объектов исследования определен с учетом действующих методик. При этом функциональный износ определен с учетом шкалы экспертных оценок, разработанной профессиональными оценщиками группы компаний "ИОЛА" (Санкт-Петербург), иных аналогичных таблиц для определения функционального износа машин и оборудования в настоящее время не имеется, а определить этот показатель расчетным способом не представляется возможным ввиду отсутствия аналогов на рынке.

Ответчик возражений против экспертизы ООО "Экспертиза собственности" ФИО16 не заявил. Истец с выводами экспертизы не согласился, заявил ходатайство о назначении повторной экспертизы.

Учитывая наличие замечаний к методике исследования, проведенного экспертом общества с ограниченной ответственностью "Экспертиза собственности" ФИО16, принимая во внимание, что экспертиза проведена в отсутствие исследования аналогов на рынке, суд на основании части 2 статьи 87 АПК РФ назначил по делу повторную экспертизу, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью "Архангельский областной центр экспертизы" ФИО17.

По результатам повторной экспертизы эксперт ФИО17 пришла к выводу, что размер рыночной стоимости месячной арендной платы по состоянию на 01.07.2019 составляет:

- здания крематория – 205 978 руб.,

- кремационной установки – 214 805 руб.,

- наружных сетей газоснабжения – 17 346 руб.

Истец возражений в отношении повторной экспертизы не заявил, на основании выводов повторной экспертизы уточнил исковые требования.

Ответчик с результатами повторной экспертизы не согласился.

По ходатайству сторон в судебном заседании 09.12.2021 была опрошена эксперт ФИО17

Согласно статье 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

В силу части 3 статьи 86 АПК РФ заключение эксперта исследуется наряду с другими доказательствами по делу. По ходатайству лица, участвующего в деле, или по инициативе арбитражного суда эксперт может быть вызван в судебное заседание.

При недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту. В случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов (статья 87 АПК РФ).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, предусмотренное в статье 87 АПК РФ право арбитражного суда назначить повторную экспертизу, будучи обусловленными принципом судейского руководства процессом, являются процессуальными гарантиями закрепленного в статье 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации права на судебную защиту (Определения от 27.05.2010 N 744-О-О, от 27.10.2015 N 2382-О, от 25.04.2019 N 1047-О).

В данном случае суд, учитывая доводы истца, обосновывающие ходатайство о назначении повторной экспертизы, удовлетворил его, назначив повторную судебную экспертизу для разрешения аналогичных вопросов, что и при проведении первоначальной судебной экспертизы.

В соответствии с частью 5 статьи 71, статьей 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и исследуется наряду с другими доказательствами по делу.

При этом в связи с наличием в материалах дела двух экспертных заключений, каждое из них должно быть оценено судом по правилам статьи 71 АПК РФ. Для того, чтобы экспертное заключение суд мог положить в основу судебного решения, необходимо признать его относимым, допустимым и достоверным доказательством, соотносимым с другими имеющимися в деле доказательствами.

По смыслу статьи 87 АПК РФ одним из оснований для назначения повторной экспертизы может стать то обстоятельство, что во время судебного разбирательства установлены новые данные, которые могут повлиять на выводы эксперта.

В данном случае, заявляя ходатайство о назначении повторной экспертизы, истец представил дополнительные доказательства, в том числе контракт №198502 (том 3, л.д. 37-41) о стоимости приобретения аналогичной кремационной установки в 2019 году. Указанный документ исследован экспертом ФИО17 и положен в основу определения стоимости кремационной установки при использовании затратного подхода.

Оценив имеющиеся в материалах дела заключения первоначальной и повторной судебных экспертиз, суд признает их соответствующими предъявляемым к ним требованиям, обоснованными, полными, и как следствие надлежащими доказательствами по делу.

Вопреки доводам истца, заключение первоначальной экспертизы не содержит таких существенных дефектов, которые не позволили бы оценивать ее наряду с другими доказательствами по делу. Несоответствия первоначальной экспертизы требованиям ст. 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не установлено, первоначальная экспертиза, как и повторная, является ясной и полной, выводы эксперта – мотивированными.

При этом как эксперт ФИО16, так и эксперт ФИО17 отказались от использования в исследовании сравнительного подхода, указав, что объект исследования кремационная установка (именно в отношении нее у сторон возникли основные разногласия) является дорогостоящим оборудованием, которое производится и поставляется только под конкретный заказ, требует перевозки и монтажа на месте, специализированного объекта недвижимости (здания) для размещения. Аналогов на рынке не представлено. Здание и газораспределительные сети также являются специфичными объектами, предназначенными для оказания ритуальных услуг, объектов-аналогов на рынке не установлено.

Таким образом, выводы экспертов о затруднительности использования сравнительного подхода при отсутствии объектов-аналогов на рынке согласуются между собой.

Также при анализе первоначального и повторного экспертного заключения судом установлено, что рыночная стоимость аренды здания крематория и сетей газоснабжения определена экспертом ФИО16 и экспертом ФИО17 на одинаковом уровне: здание – 202 000 руб. и 205 978 руб. соответственно; для сетей газоснабжения – 18 000 руб. и 17 346 руб. соответственно. Выводы экспертов в этой части сопоставимы и согласуются между собой.

Существенное различие возникло при определении рыночной стоимости аренды кремационной установки, которая установлена экспертом ФИО16 в размере 122 000 руб., а экспертом ФИО17 – 214 805 руб., отличие составляет около 60%.

Из исследовательской части экспертных заключений усматривается, что такое различие обусловлено тем, что эксперт ФИО17 при использовании затратного подхода за основу приняла сведения о приобретении оборудования в 2019 году (контракт №198502 (том 3, л.д. 37-41)). С применением различных коэффициентов износа, экспертом получена рыночная стоимость оборудования в размере 15 398 208 руб., после применения коэффициента капитализации получена годовая арендная ставка 1 577 600 руб., или 214 805 руб. в месяц.

Суд не может полностью согласиться с предложенным подходом по следующим основаниям.

В подтверждение стоимости аналогичной кремационной установки истцом в материалы дела представлен проект контракта №198502 на приобретение, монтаж и пуско-наладку комплекта оборудования кремационной линии на газовом топливе, подготовленный в 2019 году производителем оборудования. Цена по нему установлена в размере 280 000 Евро.

По утверждению истца, кремационная установка, находящаяся в распоряжении Общества, и установка, поименованная в контракте №198502, являются сопоставимыми, поскольку, несмотря на различие в модельном ряде, их технические характеристики практически совпадают.

К аналогичным выводам пришла эксперт ФИО17, посчитав возможным использовать данные из контракта №198502.

Вместе с тем, проект контракта на иное кремационное оборудование не может служить доказательством действительности указанной в нем цены. Представленный в материалы дела проект контракта №198502 никем не подписан, дату, по состоянию на которую он составлен, достоверно определить не представляется возможным. Переписка с электронной почты (том 3, л.д. 35-36) не позволяет установить лицо, которое отправило проект контракта, кроме того, достоверно установить, что во вложении находился именно тот контракт и в той редакции, которая представлена истцом в дело, невозможно. Сведений о том, что контракт №198502 был в действительности заключен на изложенных в проекте условиях и исполнялся его сторонами, в деле не имеется. Несмотря на утверждения истца о том, что в проекте контракта №198502 речь идет об аналогичном оборудовании, необходимо учитывать, что это две различных кремационных печи, и принимая во внимание большое количество допущений, которые всегда присутствуют при проведении экспертиз ввиду применения различных методик, коэффициентов и необходимости приведения результатов расчетным путем к требующейся дате оценки, дополнительные неточности в идентификации оборудования лишь увеличивают погрешность при определении результата.

В то же время эксперт ФИО16 стоимость кремационной установки принял на основании данных Общества – из ведомости амортизации основных средств, согласно которой кремационная установка принята к учету 04.09.2015 по первоначальной стоимости 21 098 819, 06 руб. Таким образом, эксперт ФИО16 использовал сведения, которые относятся именно к тому оборудованию, которое находится в споре, а также достоверные сведения о его оценке на дату постановки на учет. При этом истец в пояснениях от 21.01.2021 указал, что контракт, на основании которого приобреталась кремационная установка, в распоряжении Общества отсутствует (том 2, л.д. 2).

По утверждению эксперта ФИО16, получить ценовую информацию на дату проведения исследования не представлялось возможным, поскольку поставщики могли бы предоставить сведения о текущей стоимости оборудования на 2021 год, которая не отражала бы реалии рынка 2019 года. В связи с этим эксперт использовал для оценки индексный метод в рамках затратного подхода, приведя базовую стоимость (первоначальную балансовую стоимость) к современному уровню цен с помощью цепочки индексов изменения цен за соответствующий период, что допустимо в оценочной деятельности.

Эксперты также разошлись во мнении относительно величины функционального износа оборудования: эксперт ФИО16 применил среднее значение износа 10%, эксперт ФИО18 – 0%.

Способы и методы оценки при проведении экспертизы устанавливаются экспертом по собственному усмотрению, используя накопленные знания, навыки и опыт. Именно эксперт самостоятельно определяет каким образом согласовать результаты, полученные с помощью различных методов и подходов оценки, определяя весовые коэффициенты, учитывающие достоинства и недостатки каждого из примененных подходов. Результаты оценки напрямую связаны с субъективным подходом каждого из экспертов.

Под функциональным износом понимается постепенное (во времени) отклонение основных эксплуатационных показателей от современного уровня технических требований эксплуатации объекта исследования.

В связи с тем, что договор аренды заключается как правило на продолжительный срок, за время его действия меняются рыночные условия, происходит развитие технологий, появляются новые модели установок, данные изменения учитываются в расчете как раз при использовании процента износа, в том числе функционального износа. В связи с этим эксперт ФИО16 обоснованно принял во внимание величину функционального износа 10%. При этом, несмотря на то, что эксперт ФИО17 величину функционального износа приняла 0%, однако рассчитанный ее процент физического износа составил 33%, что выше, чем по расчету ФИО16 (28%).

Также суд полагает, что эксперт ФИО16 обоснованно отнес кремационную установку к условно-ликвидному оборудованию, которое характеризуется ограниченным спросом на первичном рынке, дороговизной, узкой специализированностью оборудования, в связи с чем величина внешнего износа определена по шкале экспертных оценок в размере 50%.

С учетом приведенных обстоятельств при определении рыночной стоимости размера арендной платы за пользование кремационной установкой суд отдает предпочтение выводам, содержащимся в экспертном заключении ФИО16, а с заключением эксперта ФИО17 в этой части не соглашается. В отношении остальных двух объектов (здание и газовые сети) различия в выводах экспертов относительно стоимости их аренды крайне незначительны и подтверждают уровень рыночных цен на исследуемые объекты.

Согласно пункту 2 Постановления №62 под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

В данном случае суд учитывает, что договоры аренды №2, №3, №4 от 01.07.2019 совершены между одними и теми же лицами, в один и тот же день, на схожих условиях и преследуют единую цель – передача во владение и пользование имущества, предназначенного для оказания ритуальных услуг. При этом с учетом специфики передаваемых в аренду объектов, каждый из которых физически и(или) технологически связан друг с другом и не обладает самостоятельным полезным свойством с точки зрения получения его в аренду в отдельности от остальных, можно сделать вывод, что объекты могут эксплуатироваться и приносить доход только при совместном использовании, а следовательно, составляют единый технологически связанный комплекс. В силу этого суд считает необходимым оценивать стоимость аренды не за различные объекты в отдельности, а совокупно за три объекта.

Общая стоимость аренды по трем спорным договорам составила 308 324 руб. 80 коп. в месяц. Согласно экспертному заключению ФИО16 стоимость аренды трех объектов составляет 342 000 руб., следовательно, отклонение цены спорных сделок от рыночных условий составило менее 10% (9,84%).

Таким образом, установленная по договорам от 01.07.2019 №2-4 арендная плата соответствует вероятной рыночной стоимости арендной платы за эти объекты.

Доводы общества о том, что рыночная стоимость аренды здания крематория, кремационной установки и газораспределительных сетей значительно выше и составляет не менее 645 000 руб. в месяц, в подтверждение чего представлен договор аренды от 16.06.2020, заключенный с ИП Кочишвили Цезари (том 2, л.д. 3-8), не могут быть приняты во внимание, поскольку договор с ИП Кочишвили Цезари заключен значительно позже спорного периода.

11.03.2020 Всемирная Организация Здравоохранения (ВОЗ) сделала сообщение, что распространение коронавирусной инфекции (2019-nCoV) носит характер пандемии.

Указом Губернатора Архангельской области от 17.03.2020 №28-у на территории Архангельской области с 00 час. 00 мин. 18 марта 2020 года введен режим повышенной готовности для органов управления и сил Архангельской территориальной подсистемы единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций (далее – режим повышенной готовности).

Родственникам умерших от коронавирусной инфекции рекомендовалось кремировать тела умерших, что привело к возрастанию спроса на данный вид ритуальных услуг. С распространением пандемии спрос на кремационные услуги среди населения значительно вырос. Это подтвердил и один из акционеров Общества ФИО3 в заседании 18.06.2021.

По сведениям Общества, отраженным в справке от 17.06.2021 (том 5, л.д. 138), количество кремаций, произведенных в марте-мае 2020 года, не значительно отличалось от количества кремаций, произведенных в аналогичный период 2019 года.

Между тем, суд критически относится к представленной в справке от 17.06.2021 информации, поскольку она не подтверждена соответствующими первичными документами. Суду не представлены данные из журнала учета кремаций, кроме того, сам истец в заседании 18-22 июня 2021 года пояснял, что сведениями о количестве кремаций, производимых в период аренды ИП ФИО13, Общество не располагает.

Несмотря на то, что принадлежащая Обществу кремационная установка оборудована специальным модулем, интегрированным в систему управления печью, позволяющим осуществлять подсчет количества произведенных кремаций, данная функция была принудительно отключена в феврале 2019 года, в связи с чем определить точное количество кремаций, произведенных в отдельные промежутки времени, не возможно. До настоящего времени данная опция на кремационной установке не восстановлена.

Таким образом, достоверно установить процент увеличения объема кремационных услуг, оказываемых Обществом посредством спорной установки, в процессе рассмотрения настоящего дела не представилось возможным.

Однако распространение в 2020 году коронавирусной инфекции несомненно увеличило спрос на кремационные услуги, а возросший спрос в свою очередь повлиял на увеличение стоимости аренды имущества Общества. В связи с этим суд приходит к выводу, что цена, согласованная в договоре аренды на 2020 год, не отражает уровень цен 2019 года.

Суд также не принимает во внимание представленный истцом отчет об определении рыночной стоимости пакета обыкновенных именных бездокументарных акций АО "Память" (том 6-7) в обоснование рыночной стоимости имущества, поскольку этот отчет составлен по заказу Общества и преследует достижение иной цели – определить стоимость акций, а не аренды принадлежащего обществу имущества. В то же время рыночная стоимость аренды определена судом по результатам судебной экспертизы, при проведении которой эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в связи с чем не доверять выводам эксперта оснований у суда не имеется.

Иных относимых и допустимых доказательств, которые бы свидетельствовали о невыгодности для Общества сделок по сдаче в аренду здания, сетей и имущества, в материалы дела не представлено, равно как и доказательств того, что Общество на момент заключения трех спорных сделок имело реальную возможность получить иной финансовый результат от сдачи своего имущества в аренду. Сведений о наличии в 2019 году иных, кроме ИП ФИО13, потенциальных арендаторов имущества, принимая во внимание его специфику и крайне узкую направленность, у суда также не имеется.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу, что сдача имущества в аренду на условиях договоров, заключенных с Предпринимателем, в том числе, по цене, не противоречит требованиям разумности и добросовестности.

Каких-либо доказательств, подтверждающих противоправное поведение ответчика, его недобросовестность при заключении договоров аренды, существенное отклонение размера арендной платы от цен, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, наличие в действиях ответчика умысла на причинение вреда Обществу, истцом в материалы дела не представлено. Факт причинения ответчиком убытков Обществу истцом не доказан.

В силу пункта 1, 3 Постановления №62 истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Ответчик в процессе рассмотрения дела утверждал, что заключению спорных договоров аренды предшествовала оценка имущества, при этом по результатам такой оценки вопрос об одобрении сделки был поставлен на рассмотрение совета директоров Общества.

В силу пункта 13 Устава Общества структуру органов управления Общества составляют: общее собрание акционеров; Совет директоров; единоличный исполнительный орган Общества (генеральный директор).

Общее руководство деятельностью Общества, за исключением вопросов, отнесенных к компетенции общего собрания акционеров, осуществляет Совет директоров, состоящий из 5 акционеров.

В статье 71 Закона №208-ФЗ указано, что члены совета директоров общества наряду с единоличным исполнительным органом при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей также должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

На момент заключения спорных сделок в состав Совета директоров входили акционеры Общества ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО9, ФИО10

24.06.2019 состоялось заседание Совета директоров, на котором обсуждался вопрос о вариантах выхода Общества из предбанкротного состояния, в том числе о возможности обращения в арбитражный суд с заявлением о признании Общества банкротом, о передаче Общества в управление управляющей организации, либо о передаче имущества Общества в аренду. С учетом мнения акционеров, принимавших участие в заседании Совета директоров 24.06.2019, было принято решение, за которое проголосовали 4 из 5 акционеров, о передаче имущества Общества (здания крематория, кремационной установки) в аренду. Выбор арендатора и стоимость аренды определить после сбора генеральным директором предложений от потенциальных арендаторов и получения отчета специалиста-оценщика о размере рыночной стоимости аренды.

На заседании Совета директоров Общества, состоявшемся 30.06.2019, решались вопросы о выборе арендатора, об установлении рыночной стоимости аренды имущества Общества, об одобрении условий договоров аренды здания крематория, кремационной установки и сети газовой распределительной.

Из протокола заседания Совета директоров №08/01 от 30.06.2019 следует, что Советом директоров были приняты следующие решения:

- рекомендовать генеральному директору заключить договор аренды имущества Общества (здания крематория, кремационной установки и наружных сетей газоснабжения) с 01 июля 2019 года с ИП ФИО13 За принятие этого решения проголосовало четверо из пяти членов Совета директоров.

- рекомендовать генеральному директору размер арендной платы принять на основании отчета специалиста-эксперта плюс 10%, что для здания крематория составило 169 896, 03 руб. в месяц, для кремационной установки – 126 817, 60 руб. в месяц, для наружных сетей газоснабжения – 11 611,17 руб. в месяц. За принятие указанного решения проголосовало трое из пяти членов Совета директоров.

- одобрить условия договоров аренды имущества между Обществом и Предпринимателем. За принятие решений об одобрении условий договоров проголосовало четверо из пяти членов Совета директоров.

- рекомендовать генеральному директору максимально полно сохранить численность сотрудников, обслуживающих крематорий, переход из Общества в ИП ФИО13 За принятие этого решения проголосовали все члены Совета директоров.

По утверждению ответчика, на заседании Совета директоров 30.06.2019 был представлен на рассмотрение отчет об оценке, подготовленный ООО "ФинТраст" оценщиком ФИО11

В материалы дела ответчиком представлено неподписанное заключение эксперта №037 от 24.06.2019 об определении рыночной стоимости аренды объектов, находящихся в собственности АО "Память", выполненное обществом с ограниченной ответственностью "ФинТраст" на основании договора оказания услуг по оценке от 24.06.2019 №5/06. Подписанный экземпляр заключения у бывшего генерального директора отсутствует.

Со слов истца, у него такого документа также не имеется.

По запросу суда ООО "ФинТраст" сообщило (том 4, л.д. 46) о том, что документы, касающиеся проведения оценки для АО "Память", на бумажном носителе за истечением срока хранения отсутствуют; в электронном виде эти документы также не сохранились в связи с выходом из строя жесткого диска организации в 2019 году. Поскольку договор на проведение оценки, а также доказательства оплаты услуг по оценке в ООО "ФинТраст" отсутствуют, оно не имеет возможности достоверно сообщить о проведении работ по оценке спорного имущества.

Допрошенный в судебном заседании 22.06.2021 ФИО11 не смог с достоверностью подтвердить или опровергнуть факт обращения Общества или его акционеров за составлением отчета об оценке. Производилась ли фактически оценка имущества Общества ФИО11 пояснить не смог, сославшись на то, что за давностью этих событий не помнит. Относительно заключения об определении рыночной стоимости аренды объектов АО "Память" №037 от 24.06.2019, ФИО11 также пояснил, что не помнит, составлялся ли им такой документ или нет. При этом свидетель выразил сомнения относительно того, что подобное заключение, если оно исходило от ФИО11 или от ООО "ФинТраст", не могло быть передано заказчику без подписи.

Акционеры Общества ФИО3 и ФИО4 в процессе рассмотрения дела подтверждали, что для заседания 30.06.2019 всем членам Совета директоров было предоставлено заключение оценщика. При этом данные лица пояснили, что проведение оценки было поручено одному из акционеров – ФИО5, который и заказал ее проведение у соответствующего эксперта.

Акционеры Общества ФИО10 и ФИО5 факт предоставления на заседании Совета директоров 30.06.2019 на ознакомление какого-либо отчета об оценке отрицали.

При этом ФИО5, который лично участвовал в заседании 22.06.2021, подтвердил, что он в действительности обращался к ФИО11 для проведения предварительной оценки имущества Общества, однако в дальнейшем ФИО5 не стал заказывать отчет об оценке, поскольку узнал, что Общество уже поручило проведение таких работ иному лицу (результат работ – отчет №035 об определении рыночной стоимости пакета обыкновенных акций от 01.08.2019).

В материалы дела истцом представлена копия письма ООО "ФинТраст" от 26.06.2019 за подписью генерального директора ФИО11, в котором указано, что по предварительным расчетам оценщика рыночная стоимость права пользования имуществом Общества, в том числе зданием крематория, кремационной печью, газопроводом, составляет 530 000 руб. в месяц.

По утверждению ФИО7, осуществляющего представление интересов истца и ФИО5, данное письмо от 26.06.2019 было получено ФИО5 от оценщика и его оригинал передан ФИО2 в преддверии заседания Совета директоров 30.06.2019. Копия письма от 26.06.2019, представленная в материалы дела, получена от ФИО5

Сам ФИО5 лично пояснил, что по вопросам предварительной оценки имущества он связывался с ФИО11 по телефону, в дальнейшем велась переписка по электронной почте. Относительно письма от 26.06.2019 ФИО5 указал, что не брал эту справку, а по его просьбе документ был адресован ФИО2

ФИО2 факт получения оригинала письма от 26.06.2019 за подписью ФИО11 категорически отрицал, утверждал, что о существовании этого документа ему не известно. На заседание Совета директоров предоставлялся иной отчет об оценке.

ФИО3 и ФИО4 также сообщили, что о наличии справки о стоимости имущества в размере 530 000 руб. им не известно; при голосовании по вопросам стоимости аренды на заседании Совета директоров 30.06.2019 они не обладали информацией, изложенной в письме от 26.06.2019.

Допрошенный в судебном заседании 22.06.2021 ФИО11 пояснил, что по внешнему оформлению письмо от 26.06.2019 соответствует документам, которые готовит ООО "ФинТраст"; печать и подпись визуально сомнений относительно их принадлежности не вызывают. Точно сказать, готовил и подписывал ли ФИО11 такой документ, свидетель не смог; пояснил, что если он и делал какие-то расчеты для Общества, то этого не помнит. При этом исходя из пояснений свидетеля, предварительная стоимость оценки производится без проведения каких-либо исследований и детальных расчетов, в связи с чем предварительная стоимость может отличаться от итоговой.

В судебном заседании 25.10.2021 в качестве свидетеля допрошен ФИО12, который в июне 2019 года являлся секретарем Совета директоров Общества и по гражданско-правовому договору оказывал Обществу юридические услуги. Свидетель пояснил, что поводом для обсуждения на совете директоров вопроса о сдаче имущества в аренду послужило тяжелое финансовое положение Общества и наличие долговых обязательств различного характера, в том числе перед его акционерами. Акционерами рассматривались различные варианты решения проблемы, в том числе банкротство организации, сдача в аренду всего имущественного комплекса предприятия, либо отдельных объектов основных средств. ФИО12 получил на свою электронную почту перечень основных средств предприятия для составления проектов договоров. В дальнейшем было принято решение о передаче в аренду только нескольких основных средств, а именно трех спорных объектов. ФИО5 было поручено провести оценку основных средств. Заключение об оценке на 108 страницах, подготовленное ФИО11, было передано ФИО12 в преддверии собрания совета директоров. В заключении отсутствовала подпись оценщика. ФИО12 отсканировал копию заключения и сохранил ее в своих архивах. Далее акционерами было предложено исправить заключение оценщика с разбивкой по каждому объекту в отдельности. Новый отчет об оценке перед заседанием совета директоров также был передан для ознакомления ФИО12, но он не успел его себе отсканировать. В этом отчете стоимость была указана примерно 3,3 млн. руб. в год, что соответствовало месячной стоимости 280 000 руб. ФИО12 было предложено подготовить проект договоров аренды исходя из этой стоимости + 10%. Он так и сделал. В заседании совета директоров принимали участие все акционеры, кворум имелся. ФИО10 голосовал против принятия решений, остальные – за. Почему выбор пал на ФИО13 свидетель пояснить не смог, только предположил, что она являлась одним из потенциальных арендаторов.

Исследовав и оценив имеющиеся и представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд приходит к выводу, что на заседание Совета директоров 30.06.2019 для решения вопроса о рыночной стоимости аренды имущества и одобрении конкретных условий договоров аренды акционерам был предоставлен отчет специалиста-оценщика, на основании которого и была определена цена аренды, рекомендованная в дальнейшем директору для принятия в договорах аренды.

Пояснения ФИО5 и ФИО10, утверждающих, что документы по оценке им для ознакомления не передавались, не принимаются судом во внимание, поскольку они противоречат пояснениям двух других акционеров – ФИО3 и ФИО4, а также свидетельским показаниям ФИО12 и письменному доказательству – протоколу заседания Совета директоров №08/01 от 30.06.2019. Сам протокол от 30.06.2019 никем из акционеров не оспорен; принятые на нем решения недействительными не признаны; лица, участвующие в деле, о фальсификации протокола не заявляли; в Обществе существует корпоративный конфликт между группами акционеров.

Основания не доверять показаниям свидетеля ФИО12, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, у суда отсутствуют.

Достоверно установить, какой именно отчет оценщика был предоставлен Совету директоров – №037 от 24.06.2019, или какой-либо иной, в ходе рассмотрения настоящего дела не представилось возможным.

Однако на основании представленных документов Совет директоров принял решение рекомендовать генеральному директору принять размер арендной платы на основании отчета специалиста-эксперта плюс 10%, что составляет в месяц: для здания крематория – 169 896, 03 руб., для кремационной установки – 126 817, 60 руб., для наружных сетей газоснабжения – 11 611, 17 руб.

Наличие сговора между отдельными акционерами Общества и Предпринимателем не установлено. Наличие аффилированности между ФИО2 и ИП ФИО13 также не доказано. Довод истца о существовании длительных доверительных отношений Предпринимателя и генерального директора носит голословный характер и документально не подтвержден.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", а также правовой позиции, изложенной в пункте 16 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019, не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ); ссылка единоличного исполнительного органа на то, что он исполнял решение общего собрания, не освобождает его от ответственности за убытки, причиненные обществу.

Между тем, в данном случае судом было установлено, что действия директора не повлекли для Общества негативные последствия в виде недополучения арендной платы, поскольку сделки совершены исходя из вероятной рыночной стоимости аренды имущества. Получение одобрения со стороны Совета директоров лишь дополнительно свидетельствует о разумности и добросовестности действий директора.

Иные доводы истца, в том числе касающиеся наличия у ИП ФИО13 задолженности перед Обществом по иным договорам, правового значения для рассмотрения настоящего дела не имеют и не влияют на результаты рассмотрения спора.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения заявленных исковых требований не имеется.

Расходы по государственной пошлине, а также судебные издержки, связанные с оплатой экспертизы, в силу статьи 110 АПК РФ относятся на истца.

Руководствуясь статьями 106, 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Архангельской области

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных исковых требований отказать.

Взыскать с акционерного общества "Память" (ОГРН <***>) в доход федерального бюджета 3245 руб. государственной пошлины.

Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Архангельской области в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.



Судья


Е.Ю. Кашина