Постановление от 1 сентября 2024 г. по делу № А07-16751/2021

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-8654/2024
г. Челябинск
02 сентября 2024 года
Дело № А07-16751/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 26 августа 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 сентября 2024 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Поздняковой Е.А., Кожевниковой А.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Макушевой А.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.04.2024 по делу № А07-16751/2021 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

В судебное заседание явились:

арбитражный управляющий ФИО2 (паспорт),

посредством веб-конференции в судебном заседании участвует представитель ФИО1 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 10.02.2022 выдана сроком на три года).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.10.2021 заявление ПАО «Челиндбанк» в лице Магнитогорского дополнительного офиса ПАО «Челиндбанк» о признании ФИО4 (далее – должник) несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина на 6 месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.07.2022 (резолютивная часть от 21.07.2022) ФИО4 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим гражданина утвержден арбитражный управляющий ФИО5

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.03.2023 арбитражный управляющий ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника в связи со смертью.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.04.2023 финансовым управляющим должника утверждена арбитражный управляющий ФИО2.

ПАО «Челиндбанк» обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании: - договора купли-продажи от 30.09.2019, заключенного между ФИО4 и ФИО6 относительно нежилого здания, общей площадью 456,9 кв.м., расположенного по адресу: РБ, <...>, кадастровый номер 02:62:010601:1646 недействительной сделкой, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 4 000 000 руб., - договора цессии (права требования) от 07.11.2019 года, заключенного между ФИО4 и ФИО1, недействительной сделкой, с учетом уточнения, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ.

Определением суда от 26.04.2023 к участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена бывшая супруга должника – ФИО7

Определением суда от 27.11.2023 к участию в рассмотрении заявления в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО8, ФИО9

От должника поступило ходатайство о назначении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости спорного имущества на момент реализации.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.04.2024 в удовлетворении ходатайства ФИО4 о назначение судебной экспертизы отказано. Заявление ПАО «Челиндбанк» удовлетворено, признан недействительным договор купли-продажи от 30.09.2019, заключенный между ФИО4 и ФИО6 Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу ФИО4 денежных средств в размере 4 000 000 руб. Признан недействительным договор цессии от 07.11.2019, заключенный между ФИО4 и ФИО1 С ФИО6 в пользу ПАО «Челиндбанк» взысканы судебные расходы по госпошлине в размере 6 000 рублей. С ФИО1 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000 рублей.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 (далее – ответчик, податель жалобы) обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции, ссылаясь на отсутствие доказательств совершения оспариваемой сделки при наличии у должника признаков неплатежеспособности, отсутствие признаков заинтересованности сторон спорной сделки.

Судом не применены последствия недействительности сделки в отношении договора цессии в части установления прав требования ФИО1 полученного должником по договору цессии, поскольку п. 2.2. и 2.3. договора цессии от 07.11.2019 установлен факт оплаты ФИО1 права требования в размере 2 000 000 рублей в адрес ФИО4 Данный факт не был опровергнут в ходе судебного разбирательства и не оспаривался должником. Кроме того, факт оплаты договора цессии подтвержден вступившим в законную силу решением Горячеключевского городского суда Краснодарского края от 22.04.2022 по иску ФИО6 к ФИО1, следовательно, имеет преюдициальное значение.

От ФИО1 поступили пояснения с приложением дополнительных доказательств, согласно перечня, с доказательствами направления в адрес лиц, участвующих в деле, которые приобщены к материалам дела на основании статей 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку представлены во исполнение определения суда об отложении.

Лица, участвующие в деле, уведомленные о времени и месте судебного разбирательства в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также посредством размещения информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Присутствующие участники процесса в судебном заседании заявили суду свои позиции относительно доводов апелляционной жалобы (согласно протоколу судебного заседания).

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, 30.09.2019 между ФИО4 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи, на основании которого продавец обязался передать в собственность, а покупатель принять и оплатить следующее недвижимое имущество: здание нежилого назначения, одноэтажное, общей площадью 456,9 кв.м., кадастровый номер 02:62:010601:1646, находящееся по адресу: РБ, <...>.

Согласно п. 2.1. указанного договора передаваемое в собственность нежилое здание продается по цене 4 000 000 руб.

Согласно заявлению в апреле месяце 2022 года банку стало известно о совершении должником гражданско-правовой сделки по отчуждению принадлежащего ему недвижимого имущества.

Полагая, что сделка совершена безвозмездно и направлена на причинение материального ущерба кредиторам, на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор обратился в суд с соответствующим заявлением, указывая, что оспаривая сделка совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, в условиях злоупотребления правом.

Удовлетворяя заявленные требования в результате исследования фактических обстоятельств, а также на основании оценки представленных в материалы дела доказательств, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности заявителем факта неплатежеспособности должника на момент совершения сделки, отсутствии встречного исполнения обязательств ответчиком и злоупотреблении сторонами своими правами.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Полномочия на оспаривание сделок должника предоставлены конкурсному управляющему статьями 61.9, 129 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Статья 61.2 Закона о банкротстве допускает возможность признания недействительными подозрительных сделок, совершенных при неравноценном встречном предоставлении, либо с причинением вреда кредиторам.

Разъяснения по порядку применения названных положений даны в постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, указанных в абзацах 3 - 5 данного пункта, в частности, в случае, если стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

Как разъяснено в пунктах 5 - 7 постановления Пленума № 63, для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как установлено судом, дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 01.07.2021, следовательно, сделка (30.09.2019) совершена в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве, в период подозрительности и может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 6 постановления Пленума № 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

На основании статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного СудаРоссийской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах,связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" содержится указание на то, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Из материалов дела следует, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатёжеспособности, поскольку у должника имелись просроченные денежные обязательства перед кредиторами.

Так, судом установлено, что 22.01.2019 между ПАО «ЧЕЛИНДБАНК» (Банк) и ООО «Толедо-Стил» (Заемщик) заключен кредитный договор <***>- 7461851702/03, в соответствии с условиями которого банк обязался предоставить заемщику кредит в сумме 25 000 000 руб. под 11 % на срок до 21.01.2029 г. на приобретение коммерческой недвижимости.

В соответствие с условиями кредитного договора в обеспечение исполнения обязательств заемщика перед Банком были заключены договоры поручительства, в том числе договор поручительства № О-7461851703/03 от 22 января 2019 года между ПАО «ЧЕЛИДБАНК» (Банк) и ФИО4 (Поручитель).

В связи с ненадлежащим исполнением солидарными должниками обязательств по данному кредитному договору, банк обратился в суд с иском о взыскании задолженности.

Вступившим в законную силу решением Белорецкого межрайонного суда Республики Башкортостан от 17.03.2020 по делу № 2-646/2020 исковые требования Банка удовлетворены, с ООО «Толедо-Стил», ФИО4, ФИО10 в солидарном порядке взыскана задолженность по кредитному договору в пользу Банка по состоянию на 22.01.2020, в размере 23 965 020, 06 рублей, судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу иска в размере 60 000 рублей, всего 24 025 020, 06 рублей.

Неисполнение указанного решения суда послужило основанием для обращения ПАО «Челиндбанк» в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом).

Согласно заявлению заемщик прекратил исполнение условий кредитного договора с октября месяца 2019г., судебный акт о взыскании задолженности с должника в пользу банка вступил в законную силу 24.04.2020.

Требование ПАО «Челиндбанк» в сумме 26 982 911, 97 руб. включено в реестр кредиторов должника на дату подачи настоящего заявления о признании сделки недействительной.

Также в реестр требований кредиторов должника включены требование ФНС России с суммой 337 914,53 руб. и требование ПАО Сбербанк с суммой 138 719,62 руб.

Доказательств, свидетельствующих о достаточности у должника денежных средств или иного имущества для удовлетворения требований кредитора, существовавших на дату совершения оспариваемой сделки, не представлено.

Наличие у должника на момент совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, в суде первой инстанции не опровергнуто, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы об ином, несостоятельны.

В результате совершения оспариваемых сделок произошло уменьшение размера имущества должника, должник утратил ликвидное имущество, за счет которого было возможно осуществлять расчеты с кредиторами.

По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену) (п.1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку в договоре стороны установили цену недвижимого имущества, данный договор являются возмездным, в связи с чем, покупатель обязан был произвести расчет с продавцом по сделке, однако, таких документов суду не представлено.

Представитель ответчика ФИО6 в ходе судебного разбирательства пояснил, что никаких расчетов по данной сделке стороны производить не собирались, целью сделки было формальное прекращение права собственности ФИО4 на объект недвижимости.

Кроме того, экономическая целесообразность приобретения объекта недвижимого имущества отсутствует, что подтверждается отчуждением ФИО11 спустя 2 месяца после заключения сделки в декабре 2019 года спорного имущества третьим лицам.

При оценке достоверности факта передачи должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение ответчика (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

ФИО11 не представил доказательств, подтверждающих фактическое наличие денежных средств в размере суммы договора к моменту передачи их должнику (в частности, сведения о снятии таких сумм со своего расчетного счета и др.).

Кроме того, не представлено доказательств поставки должнику каких-либо материалов и (или) иных материальных ценностей.

Непредставление суду необходимого набора доказательств порождает обоснованные сомнения в реальности отношений и, как следствие, в добросовестности поведения сторон. Риск наступления последствий не совершения соответствующих процессуальных действий в соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ несет сторона.

Негативные последствия, наступление которых законодатель связывает с неосуществлением лицом, участвующим в деле своих процессуальных прав и обязанностей (статья 41, статья 65 АПК РФ), для стороны следуют в виде рассмотрения судом спора по существу на основании имеющихся в материалах дела доказательств.

Отсутствие признаков аффилированности в данном случае правового значения, не имеет, с учетом установленных судом обстоятельств совершения спорного платежа без встречного представления.

Кроме того, судом установлено, что указанная сделка не является единичной, между сторонами было заключено ряд сделок в указанный период, что подтверждается решением Белорецкого межрайонного суда Республики Башкортостан от 23.08.2021 по делу №2-1500/2021.

Также в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 финансовым управляющим оспаривается иная сделка, совершенная между должником и ФИО6

При таких обстоятельствах необходимая совокупность обстоятельств для признания сделки недействительной заявителем доказана, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм материального права.

Разрешая требования в части признания недействительным договора цессии (права требования) от 07.11.2019, заключенного между ФИО4 и ФИО1, суд первой инстанции исходил из следующего.

В подтверждение отсутствия оплаты по указанному договору в ходе судебного разбирательства от финансового управляющего ФИО5 поступили сведения о наличии в производстве Орджоникидзевского суда г. Магнитогорска Челябинской области гражданского дела по иску ФИО1 о взыскании с ФИО6 задолженности по договору купли-продажи от 30.09.2019 на основании договора цессии от 07.11.2019.

Заявитель полагает, что целью данных сделок явилось намерение ввести в заблуждение лиц, не участвующих в указанных сделках, создав у них ложное представление о намерениях участников сделки, что привело умышленному причинению вреда кредиторам должника. Указанное обстоятельство подтверждается фактом того, что ФИО6 в пользу ФИО1 было совершено юридически значимое действие - 25.12.2019 выдана нотариально удостоверенная доверенность, зарегистрирована в реестре за № 89/18-н/72- 2019-5-768, на основании которой ФИО1 в лице ФИО6 27.12.2019 произвел отчуждение спорного имущества должника ФИО4 в пользу иного лица.

Из материалов дела следует, что 07.11.2019 ФИО4 (Цедент) и ФИО1 (Цессионарий) заключили договор цессии, согласно которому должник ФИО4 уступил, а ФИО1 принял право требования к ФИО6 суммы задолженности в размере 4 000 000 рублей, возникшее в результате неисполнения обязательств по оплате со стороны ФИО6 в пользу ФИО4 по договору купли-продажи от 30.09.2019, а именно здание нежилого назначения, одноэтажное, общей площадью 456,9 кв.м., кадастровый номер 02:62:010601:1646, находящееся по адресу: РБ, <...>.

Согласно п. 2 указанного договора за уступаемые по договору права и обязанности Цессионарий выплачивает Цеденту денежные средства в размере 2 600 000 руб. Стороны определили, что указанная сумма будет уплачена в следующем порядке:

- 2 000 000 руб. в момент подписания настоящего договора, путем передачи наличных денежных средств;

- 600 000 руб. в течение 3-х рабочих дней с моменты перечисления ФИО6 в полном объеме суммы задолженности в размере 4 000 000 руб.

Указанная сделка совершена также в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доказательства оплаты со стороны Цессионария в материалах обособленного спора отсутствуют.

При наличии права требования у должника оплаты по договору купли-продажи (дебиторской задолженности) в размере 4 000 000 руб., в соответствии с условиями указанного договора цессии размер снижается до 2 600 000 руб. (на 1400 000 руб.), что также свидетельствует о причинении вреда имущественным правам конкурсных кредиторов. При этом оплата в части предусмотрена под условием: только в случае перечисления ФИО6 в полном объеме суммы задолженности – 4 000 000 руб.

Факт того, что ФИО6 в пользу ФИО1 было совершено юридически значимое действие - 25.12.2019 выдана нотариально удостоверенная доверенность, зарегистрирована в реестре за № 89/18-н/72- 2019-5-768, на основании которой ФИО1 в лице ФИО6 27.12.2019 произвел отчуждение спорного имущества должника ФИО4 в пользу иного лица свидетельствует о фактической заинтересованности сторон сделки.

Ссылка апеллянта на решение Горячеключевского городского суда Краснодарского края от 22.04.2022 в подтверждение доводов действительности договора цессии от 07.11.2019 не состоятельна, поскольку не может иметь для настоящего спора преюдициального характера с учетом предмета спора и повышенного стандарта доказывания в делах о банкротстве.

В соответствии со ст. 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

В силу п. 3 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Как указано в абзаце 5 пункта 3.1 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения.

Институт преюдициальности вступивших в законную силу судебных актов подлежит применению с учетом принципа свободы оценки доказательств судом, что вытекает из конституционных принципов независимости и самостоятельности судебной власти. Если исследованные одним судом обстоятельства по делу привели его к выводу о наличии оплаты по договору, то те же сведения, рассматриваемые в рамках другого дела, вследствие качественного изменения самой совокупности доказательств, их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи могут привести суд к иным выводам о наличии иных фактических обстоятельств, влияющих на внутреннее убеждение суда при их оценке и учитываемых при принятии судебного акта.

В силу нормы ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации преюдициальное значение приобретают лишь те фактические обстоятельства, установление которых судом ранее (по другому делу) основано на оценке спорных правоотношений в определенном объеме. Для окончательного вывода о преюдиции судебного акта необходимо учитывать особенности ранее рассмотренного дела: предмет и основание заявленных требований, предмет доказывания, доводы участников спора, выводы суда по существу спора в связи с конкретными доказательствами, представленными лицами, участвующими в деле, и исследованными и оцененными судом. При этом текстовое содержание ранее принятого судебного акта само по себе не может рассматриваться как основание, необходимое и достаточное.

Между тем, обстоятельства, указывающие на мнимость сделки не нашли своего отражения в решении Горячеключевского городского суда Краснодарского края от 22.04.2022, в то время как стороны при рассмотрении настоящего заявления в арбитражном суде указывают на наличие таких обстоятельств.

Исследовав представленные в настоящем споре доказательства, суд пришел к обоснованному выводу, что совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформили все документы, но создать реальные правовые последствия не стремились.

Судом апелляционной инстанции было предложено ФИО1 представить в суд мотивированные письменные пояснения об обстоятельствах заключения договора уступки права требования и его экономической целесообразности. Однако из представленных пояснений не следует экономическая целесообразность заключения указанной сделки. Суд апелляционной инстанции критически относится к доказательствам о выборе предмета инвестирования в задолженность ФИО6 перед должником. При том, что сам ФИО11 указал на отсутствие целей приобретения имущества в свою собственность и исполнения обязательств по оплате. При этом действия по последующему отчуждению квартиры с участием ФИО1 и отсутствие достоверных доказательств расчетов с должником, указывают на наличие у сделки пороков, установленных 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.6. Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой «Оспаривание сделок должника» Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса РоссийскойФедерации при недействительности сделки каждая из сторон обязанавозвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможностивозвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученноевыражаетсявпользованииимуществом,выполненнойработе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку имущество, приобретенное ответчиком у должника по оспариваемой сделке отчуждено в пользу третьего лица, что исключает возможность возврата его в конкурсную массу, суд обоснованно применил последствия недействительности оспариваемой сделки в виде взыскания с ответчика в пользу должника действительной стоимости отчужденного имущества должника в соответствии с договором купли-продажи от 30.09.2019.

Оснований для восстановления права требования ФИО1 к должнику, как стороны признанной недействительной сделки, отсутствуют, поскольку доказательства оплатысо стороны Цессионария в материалах обособленного спора отсутствуют.

От должника поступило ходатайство о назначении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости спорного имущества на момент реализации.

Оценив все представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд отказал в удовлетворении заявление о назначении экспертизы.

Поскольку судебный акт в указанной части не обжалуется, что исключает оценку выводов суда первой инстанции в указанной части.

Таким образом, судом первой инстанции полно и всесторонне установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка.

С учетом изложенного, оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.04.2024 по делу № А07-16751/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяА.А. Румянцев

Судьи:Е.А. Позднякова

А.Г. Кожевникова