Решение от 4 июня 2024 г. по делу № А40-43792/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-43792/24-122-262
г. Москва
05 июня 2024 г.
Резолютивная часть решения объявлена 23 мая 2024года

Полный текст решения изготовлен 05 июня 2024 года


Арбитражный суд в составе судьи Девицкой Н.Е.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Боженовой Ю.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ОРИОН» (115280, РОССИЯ, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ДАНИЛОВСКИЙ, ЛЕНИНСКАЯ СЛОБОДА УЛ., Д. 26, СТР. 28, ПОМЕЩ. 116, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 29.04.2019, ИНН: <***>, КПП: 772501001)

к заинтересованному лицу: УПРАВЛЕНИЕ ФЕДЕРАЛЬНОЙ АНТИМОНОПОЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ПО Г. МОСКВЕ (107078, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 09.09.2003, ИНН: <***>, КПП: 770101001)

третье лицо – ФГКВОУ ВО «Военный учебно-научный центр сухопутных войск «Общевойсковая Ордена Жукова Академия Вооруженных сил Российской Федерации»

о признании незаконным решения по делу № 077/10/104-2430/2024 от 19.02.2024 г.,

при участии:

от заявителя – ФИО1 (паспорт, доверенность б/н от 11.04.2024г., диплом)

от заинтересованного лица – ФИО2 ВА. доверенность от 29.12.2023г. (диплом, удостоверение)

от третьего лица – ФИО3 (паспорт, доверенность № 3 от 01.02.2024, диплом) 



УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ОРИОН» (далее — Заявитель, ООО «ОРИОН», общество) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об оспаривании решения Московского УФАС России от 19.02.2024 по делу № 077/10/104-2430/2024 о проведении проверки по факту уклонения от заключения государственного контракта.

            К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено ФГКВОУ ВО «Военный учебно-научный центр сухопутных войск «Общевойсковая Ордена Жукова Академия Вооруженных сил Российской Федерации» (далее – Третье лицо, Учреждение).

            Представитель Заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования, настаивал на их удовлетворении по доводам заявления, ссылаясь на незаконность оспоренного по делу ненормативного правового акта как вынесенного без учета всех фактических обстоятельств дела и нарушающего права и законные интересы Заявителя ввиду лишения его возможности участия в государственных и муниципальных закупках на протяжении 2 (двух) лет. При этом, как указал в судебном заседании представитель общества, применение к Заявителю в рассматриваемом случае мер публично-правовой ответственности носило ретроспективный характер при уже выполненном государственном контракте, что также свидетельствует в пользу вывода о необоснованном характере оспоренного по делу решения. В этой связи, представитель Заявителя в судебном заседании настаивал на обоснованности заявленного требования и, как следствие, просил суд о его удовлетворении.

            Представитель заинтересованного лица в судебном заседании требования не признал по доводам, изложенным в представленном отзыве, пояснив суду, что включение сведений о Заявителе в реестр недобросовестных поставщиков было обусловлено неисполнением им принятой на себя обязанности по своевременному подписанию государственного контракта в отсутствие на то объективных причин, в то время как последующее исполнение обществом условий незаконно заключенного государственного контракта не влечет за собой освобождение его от ответственности за нарушение требований действующего законодательства на стадии такого заключения. В этой связи в судебном заседании представитель Ответчика настаивал на обоснованности оспариваемого решения и, как следствие, просил суд об отказе в удовлетворении заявленного требования.

            Представитель Третьего лица в судебном заседании изложил правовую позицию по спору, поддержал позицию Ответчика, дополнительно обратив внимание суда на то обстоятельство, что государственный контракт был подписан между сторонами на невыгодных для Заказчика условиях, что, в свою очередь, опровергает доводы общества о недопустимости применения к нему мер публично-правовой ответственности за допущенное нарушение при заключении государственного контракта.

            Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения представителей участвующих в деле лиц, изучив и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, проверив все доводы заявления и отзыва на него, арбитражный суд приходит к выводу о том, что заявленные требования необоснованны и не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

            В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

            По смыслу приведенной нормы удовлетворение заявленных требований возможно при одновременном наличии двух условий: если оспариваемое решение уполномоченного органа не соответствует закону и нарушает права и охраняемые законом интересы заявителя.

            Как следует из материалов дела и установлено судом, по результатам проведенного Учреждением электронного аукциона на 16.12.2022 ООО «Орион» было признано победителем закрытого электронного аукциона в электронной форме на предоставление услуг по организации проживания и временному размещению военнослужащих в период прохождения обучения (закупка № 03071000617220000008).

Между тем, победитель аукциона в установленные сроки не подписал проект контракта.

В этой связи, Заказчик 09.01.2023 года разместил на электронной площадке протокол об уклонении участника закупки от заключения контракта, в связи с тем, что участником в установленные сроки не подписан государственный контракт.

Впоследствии Учреждением направлены материалы в антимонопольный орган для проведения проверки по факту уклонения от заключения контракта и включения сведений об обществе в реестр недобросовестных поставщиков.

            По результатам рассмотрения представленных сведений антимонопольный орган оспариваемым решением включил сведения об обществе в названный реестр, поскольку счел факт уклонения последним от заключения государственного контракта подтвержденным, а его последующее фактическое исполнение – не имеющим правового значения для рассматриваемого спора.

            Не согласившись с вынесенным по делу решением, полагая свои действия в ходе заключения государственного контракта добросовестными, невозможность его подписания в установленный законом срок — следствием ненадлежащего формирования Учреждением проекта государственного контракта, невозможного к подписанию в представленной Заказчиком редакции, меру публично-правовой ответственности – недопустимой к применению в рассматриваемом случае вследствие последующего исполнения обществом всех принятых на себя обязательств по контракту, а выводы антимонопольного органа о проявленной неосмотрительности и допущенном уклонении от заключения контракта — ошибочными, Заявитель обратился в суд с требованием о признании названного решения незаконным.

            Судом проверено и установлено соблюдение Заявителем срока на обращение в суд, предусмотренного ч. 4 ст. 198 АПК РФ.

            Полномочия административного органа, рассмотревшего дело и вынесшего оспариваемый ненормативный правовой акт, определены постановлением Правительства Российской Федерации от 20.02.2006 № 94 «О федеральном органе исполнительной власти, уполномоченном на осуществление контроля в сфере размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для федеральных государственных нужд».

            Таким образом, суд признает, что оспариваемый ненормативный правовой акт вынесен антимонопольным органом в пределах предоставленных ему полномочий.

            Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд соглашается с доводами Ответчика, при этом исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и достоверно установлено антимонопольным органом, 16.12.2022 ООО «Орион» было признано победителем закрытого электронного аукциона в электронной форме на предоставление услуг по организации проживания и временному размещению военнослужащих в период прохождения обучения (закупка № 03 071000617220000008).

Материалами рассматриваемого дела в настоящем случае подтверждается, что Заказчиком 20.12.2022 на электронной площадке размещен проект контракта, в котором Заказчик, использовав предложение победителя аукциона, указанное в заявке участника, заполнил пункт 1.2. государственного контракта в части определения места оказания услуг, в следующей редакции: «1.2 Место оказания услуг (объект размещения) - 119048 <...>, гостиница «Юность».

В свою очередь, ООО «Орион» 27.12.2022 разместило на электронной площадке протокол разногласий, в котором просило изменить пункт 1.2. государственного контракта, вместо редакции: «1.2 Место оказания услуг (объект размещения) - 119048 <...>, гостиница «Юность», ООО «Орион» предложило изложить пункт 1.2. «Место оказания услуг (объект размещения) в пределах административных округов города Москвы. Расстояние от места проживания (места оказания услуг) до главного учебного здания академии, расположенного по адресу: <...> поля, д. 4 в радиусе должно составлять не более 6 (шести) километров, с возможностью проезда общественным транспортом (кроме такси). Для объективной оценки соответствия объекта данному критерию Заказчик будет измерять расстояние с использованием общедоступного сервиса в Сети интернет Яндекс.Карты, расположенного по адресу yandex.ru/maps.».

В то же время, Заказчиком 29.12.2022 на электронной площадке размещен проект контракта без учета протокола разногласий, в связи с чем, как видно и представленных материалов дела, победитель аукциона в установленные сроки не подписал проект контракта.

В этой связи, Заказчик 09.01.2023 разместил на электронной площадке протокол об уклонении участника закупки от заключения контракта, в связи с тем, что участником в установленные сроки не подписан государственный контракт.

Как видно в рассматриваемом случае из представленных материалов дела, в производстве Арбитражного суда г. Москвы находится дело № А40-23963/23-92-198 по заявлению государственного заказчика к Московскому УФАС России о признании незаконными решения и предписания Комиссии УФАС по делу № 077/06/106-376/2023 от 16.01.2023 года (Закупка №0373100061722000008), согласно которым направленный государственным заказчиком на подписание ООО «Орион» проект государственного контракта признан не соответствующим заявке участника и положениям закупочной документации, в связи с чем на государственного заказчика возложена обязанность отменить протокол признания участника уклонившимся от заключения контракта и повторно направить ООО «Орион» государственный контракт.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 15.06.2023г. в удовлетворении требований ФГК ВОУ ВО «Военный учебно-научный центр Сухопутных войск «Общевойсковая ордена Жукова академия Вооруженных Сил Российской Федерации» отказано.

В то же время, постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2023 решение Арбитражного суда г. Москвы от 15.06.2023 по делу № А40-23963/23 отменено, решение и предписание Московского УФАС России от 16.01.2023 по делу № 077/06/106-376/2023 признаны незаконными и отменены.

Таким образом, проект государственного контракта является соответствующим заявке участника и положениям закупочной документации и у Заказчика имелись основания для признания победителя закупки ООО «Орион» уклонившимся от заключения контракта.

В соответствии с частью 1 статьи 34 Закона о контрактной системе, контракт заключается на условиях, предусмотренных извещением об осуществлении закупки или приглашением, документацией о закупке, заявкой участника закупки, с которым заключается контракт.

В силу части 2 этой же статьи Закона о контрактной системе, при заключении и исполнении контракта изменение его существенных условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом.

Положениями части 5 статьи 43 Закона о контрактной системе предусматривается, что в случае подачи заявки на участие в электронном аукционе участник закупки дает согласие на оказание услуг на условиях, изложенных в аукционной документации, в силу части 1 статьи 8 ГК РФ конклюдентно соглашается со всеми условиями аукционной документации, принимает на себя риски, связанные с исполнением обязательств по контракту.

В рассматриваемом случае, как правильно указывает антимонопольный орган, подавая заявку на участие в закупке, ООО «Орион» выразило свое согласие на оказание услуг по размещению военнослужащих на условиях предусмотренных Приглашением принять участие в закупке, четко осознавая, что место оказания услуг (объект размещения) будет определяться комиссией исходя из условий документации (п. 14 Приглашения) и предложения участника закупки об объекте размещения.

Более того, как видно из представленных материалов дела, решением Арбитражного суда города Москвы от 31.01.2024 по делу № А40-85651/2024, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.05.2024, признано незаконным ранее вынесенное административным органом решение об отказе во включении сведений о Заявителе в реестр недобросовестных поставщиков с возложением на заинтересованное лицо обязанности по повторному рассмотрению ранее направленных Заказчиком сведений.

Применительно к положениям ст.ст. 16, 69 АПК РФ установленные судами в рамках ранее упомянутых дел обстоятельства не подлежат в настоящем случае повторному выяснению и доказыванию, ввиду чего приведенные Заявителем доводы в их содержательной части судом не оцениваются, поскольку фактически повторяют правовую позицию, занятую обществом при рассмотрении обозначенных судебных споров.

Таким образом, фактические обстоятельства дела и представленные сторонами доказательства, с учетом пояснений представителей и представленных ими сведений, а также вступившего в законную силу решения Арбитражного суда города Москвы от 31.01.2024 по делу № А40-85651/23 свидетельствуют о том, что контрольным органом выявлен и доказан факт ненадлежащего исполнения Победителем своих обязательств по подписанию проекта контракта, вопреки доводам последнего обратном.

            При таких данных суд соглашается с доводами Ответчика о том, что действия Заказчика в настоящем случае требованиям законодательства Российской Федерации о контрактной системе закупок не противоречили, а потому у контрольного органа отсутствовали правовые основания для отказа Учреждению во включении сведений в отношении Заявителя в реестр недобросовестных поставщиков.

            В этой связи, учитывая факт истечения отведенного обществу на подписание контракта срока, неподписание Заявителем этого контракта навязывание государственному Заказчику невыгодных для него и отличающихся от условий закупочной документации условий государственного контракта, суд соглашается с выводом административного органа об уклонении Заявителя от заключения государственного контракта, как на то указано в ч. 6 ст. 51 Закона о контрактной системе в сфере закупок.

            Доводы Заявителя об отсутствии в его действиях признаков недобросовестности судом отклоняются, поскольку в контексте ст. 51 Закона о контрактной системе в сфере закупок неподписание государственного контракта и непредставление обеспечения его исполнения являются самостоятельными основаниями для признания победителя аукциона уклонившимся от заключения контракта.

            Более того, приведенные Заявителем ссылки на свою добросовестность при заключении контракта не соответствуют действительности.

            Так, о возникновении у него обязанности по подписанию государственного контракта обществу стало известно еще 16.12.2022 — в дату признания его победителем проведенной закупочной процедуры, однако до момента признания его уклонившимся от заключения контракта названный контракта подписан обществом не был, что свидетельствует в рассматриваемом случае об отсутствии у общества намерения к надлежащему исполнению принятых на себя обязательств и, по мнению суда, не является показателем добросовестности Заявителя при заключении государственного контракта.

            При этом, как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.08.2015 № 305-КГ15-9489 и вопреки утверждению Заявителя об обратном, уклонение от заключения контракта может выражаться как в совершении целенаправленных (умышленных) действий или бездействия, так и в их совершении по неосторожности, когда участник закупки по небрежности не принимает необходимых мер по соблюдению соответствующих норм и правил.

            Кроме того, исходя из позиции Арбитражного суда Московского округа, изложенной в постановлении от 13.05.2016 по делу № 204155/2015, включение участника закупки в реестр недобросовестных поставщиков возможно только при наличии в действиях такого поставщика (подрядчика, исполнителя) недобросовестного поведения. При этом недобросовестность юридического лица должна определяться не его виной, то есть субъективным отношением к содеянному, а исключительно той степенью заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

            Таким образом, основанием для включения сведений в реестр недобросовестных поставщиков является такое уклонение лица от заключения контракта, которое предполагает его недобросовестное поведение, совершение им действий (бездействия) в противоречие требованиям действующего законодательства Российской Федерации о закупках, в том числе приведших к невозможности заключения контракта с этим лицом как с признанным победителем закупки и нарушающих права организатора этой закупки относительно условий и срока исполнения контракта, которые связаны, прежде всего, с эффективным использованием денежных средств, что приводит к нарушению обеспечения публичных интересов в указанных правоотношениях.

            При этом суд отмечает, что положениями действующего законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок прямо установлена обязанность ее участником по подписанию проекта государственного контракта, а потому, подавая заявку на участие в закупочной процедуре, участники закупки в контексте ч. 1 ст. 8 ГК РФ принимают на себя и все риски, связанные с неисполнением указанной обязанности и последующей оценкой его действий контролирующим органом в ходе разрешения вопроса о необходимости включения сведений о таком лице в реестр недобросовестных поставщиков. 

            Приведенные Заявителем в обоснование неподписания со своей стороны проекта государственного контракта доводы не принимаются судом во внимание, поскольку уже являлись предметом исследования и оценки в рамках дел №№ А40-23963/23 и А40-85651/23 и переоценке судом при рассмотрении настоящего спора не подлежат.

            При таких данных суд признает, что у Заявителя в настоящем случае отсутствовали объективные непреодолимые препятствия к заключению государственного контракта на изначально установленных Заказчиком условиях, вопреки его утверждению об обратном.

            В этой связи, оценивая в настоящем случае действия общества в ходе рассматриваемой закупочной процедуры в их совокупности и взаимной связи, суд соглашается с выводом административного органа о том, что Заявителем не была проявлена та степень заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась для заключения государственного контракта, что исключает возможность применения к спорной ситуации нормоположений ч. 1 ст. 401 ГК РФ, в поведении общества наличествуют признаки недобросовестности и его включение в реестр недобросовестных поставщиков в настоящем случае является необходимой мерой его ответственности, поскольку служит для ограждения государственных и муниципальных заказчиков от недобросовестных поставщиков.

            Каких-либо доказательств того обстоятельства, что обществу кем-либо чинились препятствия в подписании проекта государственного контракта, не представлено.

            Вместе с тем, действия Заявителя привели к невозможности заключения с ним упомянутого контракта, поскольку к исходу срока, отведенного на его подписание, у Заказчика отсутствовал государственный контракт, подписанный со стороны Заявителя.

            В то же самое время, как уже было упомянуто ранее, доказательств именно объективной невозможности подписать проект государственного контракта в законодательно регламентированный срок Заявителем не представлено.

            При этом, суд отмечает, что, принимая решение об участии в процедуре размещения государственного и муниципального заказа и подавая соответствующую заявку, хозяйствующий субъект несет риск наступления неблагоприятных для него последствий, предусмотренных Законом о контрактной системе в сфере закупок, в случае совершения им действий (бездействия) в противоречие требованиям этого закона, в том числе приведших к невозможности заключения контракта с ним как с лицом, признанным победителем (единственным участником) аукциона.

            В связи с изложенным, учитывая нарушение Заявителем императивных требований ст. 51 Закона о контрактной системе в сфере закупок в части сроков для заключения контракта, административный орган пришел к обоснованному выводу об уклонении общества от заключения государственного контракта.

            Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении № 25 от 23.06.2015, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

            По общему правилу ч. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 1).

            В настоящем случае Заявитель не принял все возможные и зависящие от него меры для соблюдения норм и правил действующего законодательства, регулирующего порядок заключения государственного контракта, не проявил необходимой внимательности и осмотрительности при осуществлении своей деятельности.

            Приведенные обществом в рассматриваемом случае доводы о последующем подписании государственного контракта на измененных в соответствии с его заявкой условиях и его выполнении со стороны общества судом отклоняются как не имеющие правового значения для рассматриваемого спора, поскольку не свидетельствуют о легитимности действий Заявителя при заключении указанного контракта. Более того, как пояснил в судебном заседании представитель Заказчика, спорные условия заключенного государственного контракта являлись для него невыгодными, противоречили изначально заложенным им в закупочную документацию условиям и фактически были ему навязаны обществом на основании заведомо незаконного решения антимонопольного органа, признанного таковым впоследствии, что, в свою очередь, обусловило ущемление в рассматриваемом случае прав и законных интересов Третьего лица как государственного заказчика в рамках рассматриваемых правоотношений.

            В то же время, реестр недобросовестных поставщиков представляет собой меру ответственности за недобросовестное поведение в правоотношениях по размещению заказов, а решение вопроса о необходимости применения такой меры находится исключительно в компетенции антимонопольного органа.

            Нарушение процедуры заключения контракта по итогам электронного аукциона, влекущее признание участника уклонившимся от заключения контракта, и включение сведений о нем в реестр недобросовестных поставщиков, носит формальный характер, в связи с чем существенная угроза охраняемым общественным отношениям заключается не в наступлении каких-либо материальных последствий, а в пренебрежительном отношении к исполнению своих обязанностей в сфере размещения заказов, выполнения работ, оказания услуг.

            В настоящем случае недобросовестность общества выразилась в намеренном изменении условий подлежащего заключению государственного контракта, что свидетельствует о ненадлежащем исполнении своих обязанностей, возникающих из требований закона к процедуре заключения государственного контракта.

            Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 11.05.2012 № ВАС-5621/12 об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, включение общества в реестр недобросовестных поставщиков не подавляет экономическую самостоятельность и инициативу общества, не ограничивает чрезмерно его право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, а также право частной собственности и в данном случае не препятствует осуществлению хозяйственной деятельности общества.

            В настоящем случае Заявителем не были предприняты все необходимые и разумные меры с целью заключения государственного контракта, в поведении общества наличествуют признаки недобросовестности, и включение последнего в реестр недобросовестных поставщиков в настоящем случае является необходимой мерой его ответственности, поскольку служит для ограждения государственных и муниципальных заказчиков от недобросовестных поставщиков.

            Таким образом, Московским УФАС России ООО «Орион» обоснованно признано уклонившимся от заключения контракта, а сведения об указанном хозяйствующем субъекте на основании ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе в сфере закупок включены в реестр недобросовестных поставщиков.

            При этом суд отмечает, что наличие неблагоприятных последствий у Заказчика вследствие уклонения Заявителя от заключения государственного контракта презюмируется, поскольку конструкция ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе в сфере закупок не обязывает антимонопольный орган устанавливать такие последствия. Их наличие или отсутствие может являться дополнительным элементом оценки при принятии контрольным органом решения в ходе проверки, но не определяющим такое решение фактором.

            Более того, в рассматриваемом случае материалами дела подтверждается и судом установлено непосредственное наступление неблагоприятных последствий для государственного Заказчика, вынужденного заключить контракт на заведомо ненадлежащих и невыгодных для себя условиях контракта, равно как впоследствии принять результаты его исполнения, несмотря на то обстоятельство, что при заключении такого контракта Заказчик рассчитывал на иные условия такого заключения и выполнения.

В этой связи, при оценке соотношения степени недобросовестности участника и последствий, которые наступили вследствие ненадлежащего исполнения обществом своих обязательств в рамках процедуры заключения государственного контракта, суд признает, что ограничение права Заявителя на участие в государственных закупках сроком на два года не превышает степень негативных последствий, наступивших для Заказчика, в связи с чем признает примененную антимонопольным органом меру соразмерной и справедливой.  

Кроме того, суд также отмечает, что при оценке действий хозяйствующего субъекта на предмет их добросовестности необходимо принимать во внимание наличие у хозяйствующего субъекта возможности по соблюдению требований действующего законодательства и предпринятые им действия, направленные на его соблюдение.

В пользу приведенного утверждения свидетельствуют и положения п. 41 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (утв. постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2017), которые касаются именно вопроса оценки поведенческих аспектов участников закупочной процедуры, но не обуславливают ни обязанность административного органа в каких-либо случаях с безусловностью отказывать во включении сведений о них в реестр недобросовестных поставщиков, ни даже порядок оценки названным органом тех или иных доказательств, оставляя разрешение упомянутого вопроса на усмотрение самого контрольного органа.

 В то же время, исходя в настоящем случае из совокупной оценки представленных в материалы дела доказательств, суд приходит к выводу, что у Заявителя имелась возможность по своевременному подписанию и заключению государственного контракта на изначально указанных в нем условиях, а несовершение им упомянутых действий было  обусловлено исключительно его намеренными действиями по корректировке неизменных условий документации в отсутствие с его стороны каких-либо доказательств наличия у него как правовых, так и фактических оснований к совершению таких действий.

 Совокупная оценка всех представленных в настоящем случае в материалы дела доказательств, по мнению суда, свидетельствует о правильности выводов административного органа о допущенном Заявителем уклонении от заключения контракта и о необходимости применения к нему мер публично-правовой ответственности.

 Таким образом, суд признает выводы административного органа, изложенные в оспариваемом ненормативном правовом акте в их содержательной части, правильными и соответствующими представленным в дело доказательствам.

Кроме того, суд также отмечает, что при решении вопроса о включении сведений о хозяйствующем субъекте в реестр не подлежит применению позиция, указанная в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 30.07.2001 № 13-П и от 21.11.2002 № 15-П. В данном случае понятие соразмерности не применимо, так как законодательство не предусматривает альтернативных действий антимонопольного органа при рассмотрении вопроса о включении сведений в реестр недобросовестных поставщиков. Антимонопольный орган, руководствуясь нормоположениями Закона о контрактной системе в сфере закупок и Правилами ведения реестра, устанавливает факт уклонения победителя от подписания контракта. При подтверждении факта уклонения от подписания контракта, антимонопольный орган включает сведения в отношении указанного поставщика (подрядчика, исполнителя) в Реестр. В ином случае антимонопольный орган выносит решение об отказе во включении в реестр.

В настоящем случае суд признает, что фактически все приведенные ООО «Орион» доводы представляют собой лишь констатацию факта его несогласия со сделанными антимонопольным органом выводами, а потому, ввиду отсутствия доказательств ошибочности таких выводов, не могут являться основанием для признания оспариваемого решения недействительным в контексте ст.ст. 198, 200, 201 АПК РФ.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что совокупность условий, предусмотренных ч. 1 ст. 198 АПК РФ и необходимых для признания незаконным оспариваемого ненормативного правового акта отсутствует, оспариваемый акт является законным, обоснованным, принят в полном соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок и не нарушает прав и законных интересов Заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в связи с чем заявленные требования удовлетворению не подлежат (ч. 3 ст. 201 АПК РФ).

Судом проверены все доводы Заявителя, однако они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований.

Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на Заявителя.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 1-13, 15, 17, 27, 29, 49, 51, 64-68, 71, 75, 81, 123, 137, 156, 163, 166-170, 176, 180, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  



РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать полностью.

Проверено на соответствие действующему законодательству.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья                                                                                                              Н.Е. Девицкая