Постановление от 22 июля 2021 г. по делу № А33-32003/2020




ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-32003/2020
г. Красноярск
22 июля 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена «15» июля 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен «22» июля 2021 года.


Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Барыкина М.Ю.,

судей: Бабенко А.Н., Юдина Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Клят Э.М.,

при участии в судебном заседании:

от заинтересованного лица – Управления Федеральной антимонопольной службы по Красноярскому краю: Коваленко А.А., представителя по доверенности от 19.01.2021,

от заявителя – администрации города Красноярска: Бочкарева О.Н., представителя по доверенности от 21.12.2020,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Управления Федеральной антимонопольной службы по Красноярскому краю на решение Арбитражного суда Красноярского края от 12.03.2021 по делу № А33-32003/2020,

установил:

Администрация города Красноярска (ИНН 2451000840, ОГРН 1022402655758) (далее также – заявитель, администрация) обратилась в арбитражный суд с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Красноярскому краю (ИНН 2466009115, ОГРН 1022402675965) (далее также – заинтересованное лицо, антимонопольный орган, Управление УФАС России) о признании недействительными решения от 01.09.2020 № 130-15-19 и предписания от 01.09.2020 № 130-15-19.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 03.11.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Департамент градостроительства администрации города Красноярска (далее также – третье лицо, департамент).

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 12.03.2021 заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с указанным судебный актом, антимонопольный орган обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы антимонопольный орган ссылается на то, что подпункт 4 пункта 20 Положения о порядке размещения временных сооружений на территории города Красноярска, утвержденного постановлением администрации города Красноярска № 809 от 28.11.2014 (далее также – Положение), создает необоснованные препятствия осуществлению деятельности хозяйствующими субъектами, противоречит запретам, прямо сформулированным в статье 15 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции». Заинтересованное лицо считает, что расторжение договоров на размещение временного сооружения за любое административное правоотношение, связанное с эксплуатацией временного сооружения, является ничем необоснованным ограничением предпринимательской деятельности. Спорная редакция подпункта 4 пункта 20 Положения не предполагает возможности учета вида нарушения, иных обстоятельств, следовательно, у правоприменителя отсутствует право для учета степени опасности вреда совершенного правонарушения.

Администрация и департамент представили в материалы дела отзывы на апелляционную жалобу, согласно которым просят оставить решение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (посредством размещения текста определения о принятии апелляционной жалобы к производству и публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в Картотеке арбитражных дел на официальном сайте федеральных арбитражных судов Российской Федерации в сети «Интернет» http://kad.arbitr.ru), явку своих представителей в судебное заседание не обеспечило. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие третьего лица.

Представитель антимонопольного органа изложил доводы апелляционной жалобы, просил отменить решение суда первой инстанции. Представитель заявителя изложил возражения на апелляционную жалобу, просил оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Третий арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также - АПК РФ), оценив доводы, приведенные в апелляционной жалобе, изучив материалы дела, проверив правильность применения норм процессуального права и материального права, установил следующие обстоятельства и пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, в адрес Красноярского УФАС России поступило обращение депутата Красноярского городского совета депутатов в отношении действий администрации города Красноярска, связанных с расширением оснований для досрочного расторжения договора на размещение временного сооружения.

По результатам рассмотрения вышеназванного обращения, в связи с выявлением в действиях администрации признаков нарушения части 1 статьи 15 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», выразившихся в принятии акта - постановления администрации г. Красноярска № 405 от 25.06.2019 «О внесении изменений в постановление администрации города от 28.11.2014 № 809», в частности, дополнения его подпунктом 4, который не соответствует принципам определенности, ясности, недвусмысленности, что может привести к необоснованному препятствованию осуществлению деятельности хозяйствующих субъектов, созданию дискриминационных условий деятельности хозяйствующим субъектам на товарном рынке оказания услуг торговли в нестационарных торговых объектах, Красноярским УФАС России администрации г. Красноярска выдано предупреждение о необходимости прекращения действий, которые содержат признаки нарушения, и о принятии мер по устранению последствий нарушения в срок до 21.11.2019.

В связи с неисполнением предупреждения в срок приказом Красноярского УФАС России № 316 от 10.12.2019 возбуждено дело № 130-15-19 (024/01/15-2597/2019).

В ходе рассмотрения дела № 130-15-19 (024/01/15-2597/2019) антимонопольный орган установил, что включение администрацией г. Красноярска в Положение о порядке размещения временных сооружений на территории города Красноярска такого основания для расторжения договора на размещение временного сооружения как наличие постановления о привлечении к административной ответственности за нарушения, связанные с эксплуатацией сооружения в отсутствие аналогичных положений действующего законодательства Российской Федерации в сфере регулирования эксплуатации временных сооружений, в нарушение положений ГК РФ не соответствует характеру совершенного нарушения, затрагивает права и интересы хозяйствующих субъектов, подвергнутых административной ответственности за нарушение законодательства, связанные с эксплуатацией временного сооружения и может выступать инструментом по созданию необоснованных препятствий в осуществлении деятельности хозяйствующих субъектов, осуществляющих деятельность во временных сооружениях на территории города Красноярска.

Также, по мнению антимонопольного органа, акт администрации г. Красноярска, предоставляющий органу местного самоуправления безусловное право в одностороннем порядке отказаться от исполнения обязательств по заключенным договорам на размещение временных сооружений при любом административном нарушении, связанном с эксплуатацией временного сооружения, владельцем временного сооружения в отсутствие законных оснований, влечет (может повлечь) уход хозяйствующих субъектов с соответствующих товарных рынков, что непосредственным образом влияет на количественный состав участников рынка и указывает на ограничение конкуренции в смысле пункта 17 статьи 4 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

По результатам рассмотрения дела № 130-15-19 (024/01/15-2597/2019) антимонопольным органом вынесено решение о признании администрации г. Красноярска нарушившей пункты 2 и 8 части 1 статьи 15 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», в части принятия акта - постановления № 405 от 25.06.2019 «О внесении изменений в постановление администрации города от 28.11.2014 № 809», которым дополнен пункт 20 (подпунктом 4) положения о порядке размещения временных сооружений на территории города Красноярска, утвержденного постановлением администрации от 28.11.2014 № 809, который создает дискреционные полномочия органу местного самоуправления при решении вопроса о досрочном расторжении договора на размещение временного сооружения, что может привести к необоснованному препятствованию осуществлению деятельности хозяйствующих субъектов, созданию дискриминационных условий деятельности хозяйствующим субъектам на товарном рынке оказания услуг торговли, иных услуг и работ в нестационарных торговых объектах и соответственно может привести к ограничению конкуренции.

Администрации г. Красноярска выдано обязательное для исполнения предписание о необходимости прекращения указанного нарушения, с этой целью администрации г. Красноярска надлежало в срок до 01.11.2020 принять исчерпывающие меры, направленные на исключение подпункта 4 из пункта 20 положения о порядке размещения временных сооружений на территории города Красноярска, утвержденного постановлением администрации от 28.11.2014 №809, либо внести в данный пункт изменения с учетом выводов, содержащихся в решении Комиссии Красноярского УФАС России от 01.09.2020 по делу № 130-15-19 (024/01/15-2597/2019).

Полагая, что решение и предписание от 01.09.2020 по делу № 130-15-19 (024/01/15-2597/2019) противоречат требованиям нормативных правовых актов и нарушают его права, заявитель обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Проверив в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом решении, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены судебного акта.

Согласно части 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

На основании части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Из системного толкования приведенных правовых норм, а также части 1 статьи 198 АПК РФ и статьи 201 АПК РФ следует, что для признания недействительным ненормативного правового акта необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и нарушение актом прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской деятельности и иной экономической деятельности.

Исходя из положений пунктов 1, 4, 5.3.2.9 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331, статьи 22, пункта 3.2 части 1 статьи 23, статьи 39.1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее также – Закон о защите конкуренции), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемые решение и предписание вынесены антимонопольным органом в пределах предоставленных полномочий.

В оспариваемых актах антимонопольным органом указано на наличие в действиях заявителя признаков нарушения антимонопольного законодательства, предусмотренного частью 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции.

Пунктом 1 части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции предусмотрено, что федеральным органам исполнительной власти, органам государственной власти субъектов Российской Федерации, органам местного самоуправления, иным осуществляющим функции указанных органов органам или организациям, а также государственным внебюджетным фондам, Центральному банку Российской Федерации запрещается принимать и (или) осуществлять действия (бездействие), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, за исключением предусмотренных федеральными законами случаев принятия актов и (или) осуществления таких действий (бездействия), запрещается введение ограничений в отношении создания хозяйствующих субъектов в какой-либо сфере деятельности, а также установление запретов или введение ограничений в отношении осуществления отдельных видов деятельности или производства определенных видов товаров.

Частью 17 статьи 4 Закона о защите конкуренции определено, что признаками ограничения конкуренции является сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с существующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации.

В силу пункта 11 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016, при рассмотрении судом дел, связанных с нарушением части 1 или 2 статьи 15 Федерального закона № 135-ФЗ, антимонопольный орган должен доказать факт недопущения, ограничения, устранения конкуренции либо установить возможность наступления таких последствий на соответствующем товарном рынке.

Аналогичный подход высказан в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства», согласно которому при наличии спора о соответствии статье 15 Закона о защите конкуренции правовых актов, решений, действий (бездействия) антимонопольный орган должен доказать факт недопущения, ограничения, устранения конкуренции либо установить угрозу наступления таких последствий на определенном товарном рынке, в том числе в результате нарушения прав и законных интересов отдельных участников рынка, создания для них конкурентных преимуществ или препятствий в конкуренции на товарных рынках.

При этом угроза наступления неблагоприятных последствий для конкуренции в результате принятия правовых актов, совершения действий (бездействия) предполагается и не требует дополнительного доказывания антимонопольным органом в случаях нарушения запретов, прямо сформулированных в частях 1 – 3 статьи 15 Закона, в частности в случаях установления органами публичной власти и иными указанными в данной норме лицами запретов (введения ограничений) в отношении осуществления отдельных видов деятельности или производства определенных видов товаров, установления для приобретателей товаров ограничений выбора хозяйствующих субъектов, которые предоставляют такие товары.

Исходя из пункта 2 части 1 статьи 1 Закона о защите конкуренции вне связи с защитой конкуренции на товарных рынках антимонопольные органы не вправе оспаривать обоснованность (целесообразность) принятия соответствующих правовых актов, совершения действий (бездействия) органами публичной власти в пределах предмета их ведения. Поэтому как таковая возможность установления иного, в том числе более благоприятного для конкуренции, регулирования в соответствующей сфере деятельности, предпочтительность выбора другого способа организации деятельности публично-правового образования и удовлетворения потребностей граждан на территории публично-правового образования, тому подобные доводы сами по себе не могут служить основанием для вывода о нарушении статьи 15 Закона о защите конкуренции.

Приведенные нормы права и правовые позиции свидетельствуют, что возможность наступления негативных последствий для конкуренции на определенном товарном рынке имеет квалифицирующее значение и подлежит доказыванию антимонопольным органом, за исключением случаев нарушения запретов, прямо сформулированных в частях 1 – 3 статьи 15 Закона о защите конкуренции.

Доводы антимонопольного органа относительно того, что заявителем допущено нарушение запретов, прямо сформулированных в частях 1 – 3 статьи 15 Закона о защите конкуренции, суд апелляционной инстанции отклоняет. Поскольку из подпункта 4 пункта 20 положения о порядке размещения временных сооружений на территории города Красноярска, утвержденного постановлением администрации от 28.11.2014 № 809, не следует, что указанный подпункт нарушает запреты, прямо сформулированные в частях 1 – 3 статьи 15 Закона о защите конкуренции.

Заинтересованному лицу неоднократно предлагалось обосновать свою позицию о наличии нарушения одного из запретов, прямо сформулированных в частях 1 – 3 статьи 15 Закона о защите конкуренции. Однако антимонопольный орган заявленные доводы не обосновал. Антимонопольный орган сослался на нарушение пункт 2 части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции, согласно которому не допускается необоснованное препятствование осуществлению деятельности хозяйствующими субъектами, в том числе путем установления не предусмотренных законодательством Российской Федерации требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, пояснив, что спорный пункт дает возможность расторжения договора на размещение сооружения при наличии постановления о назначении административного наказания в отношении владельца временного сооружения за любое правонарушение, без учета характера правонарушения, его опасности для защиты защищаемых законом ценностей, без учета личности правонарушителя и степени его вины.

Вместе с тем, постановлением № 405 от 25.06.2019 «О внесении изменений в постановление администрации города от 28.11.2014 № 809» в пункт 20 Положения внесены изменения, согласно которым к основаниям для досрочного расторжения договора на размещение временного сооружения отнесено наличие вступившего в законную силу постановления по делу об административном правонарушении о назначении административного наказания за выявленные нарушения законодательства, связанные с эксплуатацией временного сооружения.

Таким образом, доводы антимонопольного органа подлежат отклонению, так как из процитированного пункта не следует, что его действие направлено на установление не предусмотренных законодательством Российской Федерации требований к товарам или к хозяйствующим субъектам и (или) иное необоснованное препятствование осуществлению деятельности хозяйствующими субъектами.

Кроме того, подпункт в равной мере распространяется на всех хозяйствующих субъектов товарного рынка. В свою очередь, если бы подпунктом предусматривалось, что решение о расторжении договора подлежит принятию с учетом характера нарушения, его опасности для защиты защищаемых законом ценностей, личности правонарушителя и иных факторов, то это свидетельствовало бы о наделении органа власти дискреционными полномочиями по спорному вопросу.

Соответственно, в отсутствие нарушения прямого запрета, антимонопольный орган в рамках настоящего дела должен доказать, что спорный акт органа власти ведет или может привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции.

В Обзоре по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016, указано, что Закон о защите конкуренции направлен на предупреждение и пресечение недопущения, ограничения, устранения конкуренции, в частности, органами местного самоуправления, в целях обеспечения единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, защиты конкуренции и создания условий для эффективного функционирования товарных рынков (статья 1 Закона о защите конкуренции).

В силу пункта 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции конкуренция определена как соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

На основании пункта 2 части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции запрещено необоснованное препятствование осуществлению деятельности хозяйствующими субъектами, в том числе путем установления не предусмотренных законодательством Российской Федерации требований к товарам или к хозяйствующим субъектам.

Закрепленные в данной норме запреты распространяются, прежде всего, на акты и действия органов власти в сфере публично-правовых отношений в целях предупреждения их негативного вмешательства в конкурентную среду посредством использования административных (волевых) инструментов.

Из совокупности приведенных выше норм права и подпункта «д» пункта 2 части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции следует, что антимонопольный орган в рамках частей 1 и 2 статьи 15 Закона о защите конкуренции полномочен вынести соответствующее решение об обнаружении и пресечении выявленного нарушения лишь в том случае, когда нарушение привело либо могло привести к нарушению охраняемого законом баланса экономических интересов хозяйствующих субъектов, осуществляющих деятельность на одном и том же рынке в соответствующих географических границах.

В каждом конкретном случае антимонопольный орган должен провести анализ состояния конкуренции на товарном рынке и доказать, что спорные акты органов власти, действия (бездействия) приводят и (или) могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции. Иное нарушение законодательства органом власти само по себе не является нарушением статьи 15 Закона о защите конкуренции.

При квалификации нарушений статьи 15 Закона о защите конкуренции должно быть указано на соответствующие признаки ограничения конкуренции, поименованные в пункте 17 статьи 4 Закона о защите конкуренции и имевшие (могущие иметь) место быть в результате действия органа власти (или организации). В частности, к таким признакам относятся: сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации (подпункт 17 стати 4 Закона о защите конкуренции).

В решении о нарушении антимонопольного законодательства антимонопольный орган должен раскрыть и мотивировать причинно-следственные связи между появлением признаков ограничения конкуренции и действиями органа власти (или организации).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в рассматриваемом случае антимонопольный орган не доказал факт нарушения администрацией части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции, в частности не доказал каким образом вменяемые заявителям действия привели (могли привести) к ограничению конкуренции на товарном рынке.

Статья 1 Федерального закона Российской Федерации от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (далее также – Федеральный закон № 131-ФЗ) определяет местное самоуправление в Российской Федерации как форму осуществления народом своей власти, обеспечивающую в пределах, установленных Конституцией Российской Федерации, федеральными законами, а в случаях, установленных федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации, самостоятельное и под свою ответственность решение населением непосредственно и (или) через органы местного самоуправления вопросов местного значения, исходя из интересов населения с учетом исторических и иных местных традиций.

Согласно подпунктам 2 и 8 статьи 45 Устава г. Красноярска, принятого Решением Красноярского городского Совета от 24.12.1997 № В-62, администрация города в установленном настоящим Уставом и другими правовыми актами города порядке осуществляет следующие полномочия: распоряжается и управляет имуществом, находящимся в городской собственности; осуществляет иные полномочия, предусмотренные действующим законодательством, подзаконными актами, нормативными правовыми актами города.

Как следует из положений частей 1 и 4 статьи 7 Федерального закона №131-ФЗ, по вопросам местного значения органами местного самоуправления и должностными лицами местного самоуправления принимаются муниципальные правовые акты, которые не должны противоречить Конституции Российской Федерации, федеральным конституционным законам, названному Федеральному закону, другим федеральным законам и иным нормативным правовым актам Российской Федерации, а также конституциям (уставам), законам, иным нормативным правовым актам субъектов Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 51 Федерального закона № 131-ФЗ органы местного самоуправления вправе передавать муниципальное имущество во временное владение или в постоянное пользование физическим и юридическим лицам, органам государственной власти Российской Федерации (органам государственной власти субъекта Российской Федерации) и органам местного самоуправления иных муниципальных образований, отчуждать, совершать иные сделки в соответствии с федеральными законами.

Предоставление земельных участков, являющихся муниципальной собственностью (а также земельных участков, собственность на которые не разграничена) входит в публичную функцию органов местного самоуправления и реализуется в соответствии с принимаемыми актами федерального законодательства, а также актами, регламентирующими порядок предоставления земельных участков, утверждаемыми органами местного самоуправления самостоятельно.

С целью совершенствования процесса размещения временных сооружений на территории города Красноярска, в соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 16 Федерального закона № 131-ФЗ постановлением администрации города Красноярска от 28.11.2014 № 809 утверждено Положение о порядке размещения временных сооружений на территории города Красноярска.

Указанным Положением установлен порядок размещения временных сооружений, в том числе нестационарных торговых объектов на земельных участках, находящихся в муниципальной собственности, а также на земельных участках, государственная собственность на которые не разграничена, на территории города Красноярска (пункт 1).

Пунктом 20 Положения (в редакции, действующей до внесения спорных изменений) были предусмотрены основания для досрочного расторжения договора на размещение временного сооружения, к числу которых отнесены: 1) наличие у иного лица в отношении земельного участка, на котором размещается временное сооружение, заключенного договора аренды, договора безвозмездного пользования земельным участком, либо иных прав на земельный участок, предусмотренных земельным и гражданским законодательством; 2) размещение временного сооружения в границах земельного участка (в границах производства работ), в отношении которого издан правовой акт о строительстве либо реконструкции объектов, признанных муниципальной или государственной нуждой; 3) наличие двух аналогичных актов проверки уполномоченного на проведение такой проверки органа, свидетельствующих о несоответствии временного сооружения схеме размещения временных сооружений, схеме размещения нестационарных торговых объектов, договору на размещение временного сооружения, иным требованиям, предъявляемым к временным сооружениям, датированных с разницей во времени не менее одного месяца, и (или) двух вступивших в законную силу постановлений по делу об административном правонарушении о назначении административного наказания за выявленные нарушения законодательства, связанные с эксплуатацией временного сооружения; 4) иные случаи, предусмотренные договором.

Постановлением № 405 от 25.06.2019 «О внесении изменений в постановление администрации города от 28.11.2014 № 809» в пункт 20 Положения внесены изменения, а именно, к основаниям для досрочного расторжения договора на размещение временного сооружения также отнесено наличие вступившего в законную силу постановления по делу об административном правонарушении о назначении административного наказания за выявленные нарушения законодательства, связанные с эксплуатацией временного сооружения (подпункт 3 пункта 20 Положения соответственно скорректирован).

Таким образом, повторно исследовав указанные изменения, суд апелляционной инстанции считает обоснованными выводы суда первой инстанции о том, что спорным положением не установлено преимущество для одних субъектов предпринимательской деятельности (осуществляющих деятельность в соответствии с законом) перед другими субъектами. Принятие администрацией постановления № 405 от 25.06.2019, вопреки доводам антимонопольного органа, не свидетельствует об устранении с рынка каких-либо отдельных субъектов предпринимательской деятельности. Установление оснований для расторжения договора на размещение временного сооружения в равной степени распространяется на всех субъектов данного рынка.

Согласно пункту 1 статьи 130 Конституции Российской Федерации местное самоуправление в Российской Федерации обеспечивает самостоятельное решение населением вопросов местного значения, владение, пользование и распоряжение муниципальной собственностью.

Статьей 132 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что органы местного самоуправления самостоятельно, в том числе управляют муниципальной собственностью, а также решают иные вопросы местного значения.

Правовой статус и полномочия органов местного самоуправления определены Федеральным законом № 131-ФЗ. При этом из содержания терминов и понятий, приведенных в статье 2 Федерального закона № 131-ФЗ, следует, что к вопросам местного значения относятся вопросы непосредственного обеспечения жизнедеятельности населения муниципального образования, решение которых в соответствии с Конституцией Российской Федерации и настоящим Федеральным законом осуществляется населением и органами местного самоуправления самостоятельно.

Таким образом, органы местного самоуправления осуществляют полномочия по решению вопросов местного значения в соответствии с нормативными правовыми актами, действующими в Российской Федерации; при этом действуют они самостоятельно.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 03.04.2012 № 630-О «По запросу администрации Краснодарского края о проверке конституционности подпункта «а» пункта 3 части 1 статьи 23 Федерального закона «О защите конкуренции» содержаться важные положения о пределах вмешательства антимонопольного органа в сферу деятельности органа местного самоуправления.

Конституционный Суд Российской Федерации указывает, что у государства имеется обязанность по поддержке конкуренции и пресечению монополистической деятельности, исполняя которую оно не должно отступать от требований Конституции Российской Федерации, в том числе вытекающих из принципов осуществления государственной власти на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную (статья 10), самостоятельного осуществления органами государственной власти субъектов Российской Федерации принадлежащих им полномочий (статья 5, часть 3; статья 11, часть 2; статья 72; статья 73; статья 77, часть 1), отправления правосудия только судом (статья 118, часть 1).

Правовое регулирование государственного контроля (надзора) как государственно-властного института осуществляется федеральным законодателем в порядке реализации положений Конституции Российской Федерации, относящих к ведению Российской Федерации установление системы федеральных органов законодательной, исполнительной и судебной власти, порядка их организации и деятельности, формирование федеральных органов государственной власти (статья 71, пункт «г»), а к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации - установление общих принципов организации системы органов государственной власти и местного самоуправления (статья 72, пункт «н» части 1).

Федеральный законодатель, обладая достаточной свободой усмотрения в определении конкретных видов государственного контроля (надзора), оснований, форм, способов, методов, процедур, сроков его проведения, состава мер государственного принуждения, применяемых по итогам контрольных мероприятий, вместе с тем связан общими конституционными принципами организации системы органов государственной власти, а осуществляемое им регулирование должно соответствовать юридической природе и характеру общественных отношений, складывающихся в сфере государственного контроля (надзора).

На основании пункта 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства», исходя из пункта 2 части 1 статьи 1 Закона о защите конкуренции, вне связи с защитой конкуренции на товарных рынках антимонопольные органы не вправе оспаривать обоснованность (целесообразность) принятия соответствующих правовых актов, совершения действий (бездействия) органами публичной власти в пределах предмета их ведения. Поэтому как таковая возможность установления иного, в том числе более благоприятного для конкуренции, регулирования в соответствующей сфере деятельности, предпочтительность выбора другого способа организации деятельности публично-правового образования и удовлетворения потребностей граждан на территории публично-правового образования, тому подобные доводы сами по себе не могут служить основанием для вывода о нарушении статьи 15 Закона о защите конкуренции.

Таким образом, поскольку в отношении спорного решения антимонопольным органом не представлено доказательств, подтверждающих возникновение угрозы ограничения, устранения либо недопущения конкуренции на рынке вследствие принятия администрацией постановления № 405 от 25.06.2019, а также не доказано нарушение запретов, прямо сформулированных в частях 1 – 3 статьи 15 Закона о защите конкуренции, следовательно, нарушение администрацией части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции не подтверждено.

Соответственно, решение Управления Федеральной антимонопольной службы по Красноярскому краю от 01.09.2020 № 130-15-19 является незаконным, необоснованным и нарушает права и законные интересы заявителя.

Кроме того, ввиду признания решения антимонопольного органа незаконным, у антимонопольного органа отсутствовали правовые основания для выдачи оспариваемого предписания. В связи с чем, предписание также противоречит закону, нарушает права и законные интересы заявителя.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости признания недействительными решения от 01.09.2020 № 130-15-19 и предписания от 01.09.2020 № 130-15-19.

Доводы антимонопольного органа, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, не установлено.

В связи с чем, согласно статье 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба - без удовлетворения.

В соответствии с подпунктом 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации антимонопольный орган освобожден от уплаты государственной пошлины. Следовательно, расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы не понесены и не подлежат распределению.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 12 марта 2021 года по делу № А33-32003/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.


Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.



Председательствующий


М.Ю. Барыкин


Судьи:


А.Н. Бабенко



Д.В. Юдин