Постановление от 23 мая 2022 г. по делу № А50-5687/2021

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-15563/2021(2)-АК

Дело № А50-5687/2021
23 мая 2022 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 мая 2022 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Герасименко Т.С.,

судей Мартемьянова В.И., Плаховой Т.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

должника ФИО2, паспорт,

финансовый управляющий ФИО3, паспорт,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ФИО4

на определение Арбитражного суда Пермского края

от 25 марта 2022 года

об отказе в удовлетворении заявления кредитора ФИО4 о признании недействительным договор дарения от 04.04.2017,

вынесено в рамках дела № А50-5687/2021

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2,

ответчик: ФИО5

третьи лица: ФИО6, ФИО7, ПАО «Сбербанк».



установил:

ФИО2 12.03.2021 обратилась в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом), обосновывая свое требование наличием задолженности в размере 937 162 руб. 89 коп.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 19.03.2021 заявление принято к производству.

Решением арбитражного суда от 21.04.2021 (резолютивная часть от 15.04.2021) ФИО2 признана несостоятельной (банкротом) и в отношении нее введена процедура реализации имущества сроком на пять месяцев. Финансовым управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО3 член Ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

Сведения о признании должника банкротом и введении процедуры реализации имущества опубликованы в Газете «КоммерсантЪ» № 77 от 30.04.2021, на сайте ЕФРСБ – 23.04.2021.

10.11.2021 ФИО4 через систему «Мой арбитр» обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании недействительными сделками – договоров дарения от 04.04.2017 в отношении: квартиры площадью 41,8 кв.м., находящейся по адресу: <...>; земельного участка площадью 1057,8 кв.м., кадастровый номер: 59:37:0640201:0076, находящегося по адресу: <...>; легкового автомобиля марки SKODA SUPERB, VIN <***>, 2011 г.в., применении последствий недействительности сделки.

Определением от 15.12.2021 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6, ФИО7, ПАО «Сбербанк».

Представителем кредитора заявлено ходатайство об уточнении требований, просил признать недействительными договоры дарения от 04.04.2017, заключенные между ФИО2 и ФИО5 в отношении следующего имущества: – двухкомнатная квартира, площадью 41,8 кв.м., находящаяся по адресу: <...>; – земельный участок, площадью 1057,8 кв.м., кадастровый номер: 59:37:0640201:0076, находящийся по адресу: <...>; – легковой автомобиль марки SKODA SUPERB, VIN <***>, 2011 г.в., применить последствия недействительности сделки, обязав ФИО8 возвратить в собственность ФИО2 легковой автомобиль SKODA SUPERB, VIN <***>, 2011 г.в., взыскать с ФИО8 в пользу ФИО2 денежные средства в размере 2 348 000 руб. 00 коп. Уточнение требований принято судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 25.03.2022 (резолютивная часть от 23.03.2022) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, кредитор ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

По мнению кредитора, в действиях должника и ответчика имеется злоупотребление правом, поскольку договоры дарения были заключены менее чем через 2 месяца с даты вступления в законную силу решения Березниковского городского суда от 27.09.2016 по делу №2-2929/2016. По мнению кредитора, целью заключения спорных договоров было сокрытие имущества и недопущение обращения взыскания на него службой судебных приставов в случае принудительного исполнения решения суда. Отмечает, что имущество выведено безвозмездно, в пользу заинтересованного лица. Оспаривает доводы должника и ответчика, а также выводы суда о пропуске кредитором срока исковой давности, ссылаясь на то, что в деле отсутствуют доказательства того, что кредитору о заключении оспариваемых сделок было известно еще в 2017 году.

От ответчика поступило ходатайство о рассмотрении жалобы в его отсутствие, также просит определение суда оставить без изменения.

Отзывов на апелляционную жалобу не поступило.

В судебном заседании должник и финансовый управляющий в удовлетворении апелляционной жалобы просили отказать.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статей 156, 266 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Березниковского городского суда от 27.09.2016 по делу № 2-2926/2016 брак между ФИО9 (до брака – Гаусман) ФИО10 и ФИО4, заключенный 19.01.1991, расторгнут; произведен раздел совместно нажитого имущества, при этом в собственность ФИО2 было передано следующее имущество: – двухкомнатная квартира, площадью 41,8 кв.м., находящаяся по адресу: <...>; – земельный участок, площадью 1057,8 кв.м., кадастровый номер: 59:37:0640201:0076, находящийся по адресу: <...>; – легковой автомобиль марки SKODA SUPERB, VIN <***>, 2011 г.в., – гаражный бокс № 13, общей площадью 19,2 кв.м., расположенный по адресу: <...> ГСК «Лада». Иное совместно нажитое имущество было передано ФИО4 Также судом произведен раздел общих обязательств супругов, и в результате произведенного зачета встречных однородных требований с ФИО2 в пользу ФИО4 взыскано 951 233 руб. 08 коп.

Судебный акт вступил в законную силу 27.02.2017, выдан исполнительный лист, возбуждено исполнительное производство.

В дальнейшем, 04.04.2017 ФИО2 подарила двухкомнатную квартиру, площадью 41,8 кв.м., находящуюся по адресу: <...>; земельный участок, площадью 1057,8 кв.м., кадастровый номер: 59:37:0640201:0076, находящийся по адресу: <...>; легковой автомобиль марки SKODA SUPERB, VIN <***>, 2011 г.в. своей дочери – ФИО5.

Затем, недвижимое имущество было реализовано дочерью третьим лицам для приобретения иного жилья для проживания (л.д.45-57, 61, 63-64).

Конкурсный кредитор, полагая, что договоры дарения от 04.04.2017, заключённые с дочерью должника, являются недействительными сделками, заключенными со злоупотреблением правом, направленными на вывод имущества должника в целях недопущения обращения взыскания на него, обратился в суд с настоящим заявлением. В качестве основания для признания сделок недействительными указаны статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из не доказанности недобросовестного поведения сторон договора, а также из истечения срока исковой давности, о применении которого было заявлено должником и ответчиком.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

В соответствии с положениями статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или статьей 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Поскольку оспариваемый договор дарения заключен 04.04.2017, а заявление о признании должника банкротом принято к производству суда 19.03.2021, то данный договор выходит за пределы трехлетнего периода подозрительности и поэтому не может быть оспорен по специальным основаниям Закона о банкротстве.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25).

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 Постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных статьей 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага, уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Как было указано выше, кредитор оспаривает сделку должника - договор дарения 04.04.2017, совершенный в пользу заинтересованного лица – дочери должника, при наличии неисполненного решения суда о взыскании денежных средств, как направленный на вывод ликвидного имущества должника в целях причинения вреда кредитору.

Суд первой инстанции в действиях должника и ответчика злоупотребление правом не усмотрел.

Суд апелляционной инстанции, проанализировав представленные в материалы дела документы, пояснения в порядке ст. 71 АПК РФ также не усматривает злоупотребления правами в действиях сторон сделки.

Так из материалов дела следует, что ФИО2 и ФИО4 состояли в зарегистрированном браке с 19 января 1991 года. От брака имеют детей ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

ФИО2 обратилась в суд с иском к ответчику о расторжении брака, взыскании алиментов на содержание несовершеннолетней дочери и разделе общего имущества супругов.

В свою очередь ФИО4 обратился со встречным иском о разделе общих долгов супругов и ином разделе общего совместного имущества. В обоснование иска ФИО9 указывал, что в период совместного проживания им было заключено два договора займа: в ноябре 2014 года им получено в долг от ФИО12. на приобретение квартиры по ул.Юбилейная, 51-2 850 000 руб. На данные денежные средства была приобретена указанная квартира, о чем истец ФИО2 знала. Денежные средства по данному договору ФИО4 должен был вернуть в срок до 1 сентября 2015 года. Однако в указанный срок он не смог возвратить долг, денежные средства были возвращены им в июне 2016 года уже после прекращения брачных отношений с истцом за счет личных денежных средств ответчика. ФИО9 полагал, что, поскольку деньги брались в долг на общие нужды семьи, они являются общим долгом супругов, возврат долга осуществлен за счет его личных денежных средств, а потому ФИО9 обязана возвратить ему половину данного долга в размере 425 000 руб. Кроме того, в период брака, 31 августа 2015 года ФИО9 заключен договор займа с ФИО13 на сумму 1 000 000 руб. Деньги были потрачены на совместные нужды семьи в период до 31 декабря 2015 года. Денежные средства были переданы с условием уплаты процентов за пользование ими. В сентябре 2015 года ответчик, будучи в командировке в другом городе, перечислил истцу 50 000 руб., которые она в свою очередь передала ФИО13 в счет уплаты процентов за пользование займом. Более в 2015 году указанный долг супруги не погашали, проценты не платили. Указанный долг в размере 1 000 000 руб. и проценты по нему в размере 250 000 руб. были возвращены и уплачены ФИО13 ФИО4 зимой и весной 2016 года (1 марта 2016 года), также за счет его личных денежных средств. ФИО9 полагал, что половину данных денежных средств - 625 000 руб. должна ему возвратить ФИО9. Общая сумма доли общих долгов супругов составляет 1 050 000 руб. ФИО9 просил данную денежную сумму взыскать с ФИО9. Кроме того, указывал на несогласие с предлагаемым истцом разделом общего имущества.

В свою очередь ФИО9 оспаривала то обстоятельства, что полученные по договорам займов денежные средства были потрачены на нужды семьи, указывала, что денежные средства были направлены на развитие бизнеса ФИО9.

Решением Березниковского городского суда от 27.09.2016 по делу № 2-2926/2016 брак между ФИО9 (до брака – Гаусман) ФИО10 и ФИО4, заключенный 19.01.1991, расторгнут.

Произведен раздел совместно нажитого имущества.

В собственность ФИО2 было передано следующее имущество: – двухкомнатная квартира, площадью 41,8 кв.м., находящаяся по адресу: <...>; – земельный участок, площадью 1057,8 кв.м., кадастровый номер: 59:37:0640201:0076, находящийся по адресу: <...>; – легковой автомобиль марки SKODA SUPERB, VIN <***>, 2011 г.в., – гаражный бокс № 13, общей площадью 19,2 кв.м., расположенный по адресу: <...> ГСК «Лада».

В собственность ФИО4 переданы: трехкомнатная квартира, общей площадью 71.0 кв.м, расположенную по адресу <...>; земельный участок, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, общей площадью 55 000 кв. м, расположенный по адресу Пермский край, Усольский район ТОО «Восход», в районе д.Левино, на повороте в д.Басим с левой стороны автодороги, кадастровый номер 59:37:1320101:13; земельный участок, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, общей площадью 29 000 кв.м, расположенный по адресу Пермский край, Усольский район, ТОО «Восход», в районе д.Левино, на повороте в д.Басим, с правой стороны автодороги, кадастровый номер 59:37:1320101:12; автомобиль грузовой-бортовой TOYOTA HILUX, 2013 года выпуска, цвет серебристый, государственный регистрационный знак Е446АС159; прицеп для перевозки грузов МЗСА 817717, 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>.

Произведен зачет встречных однородных требований к ФИО2 в сумме 1 050 000 руб. и к ФИО4 в сумме 98 766,92 руб. С ФИО2 в пользу ФИО4 взыскана доля общего долга супругов в сумме 951 233,08 руб.

Данное решение было оставлено без изменения Апелляционным определением Пермского краевого суда от 27.02.2017.

По делу выдан исполнительный лист, 20.03.2017 возбуждено исполнительное производство за № 59010/18/128479.

03.04.2017 ФИО4 обратился в Отдел службы судебных приставов по г. Березники с ходатайством о наложении ареста на земельный участок, автомобиль и гаражный бокс.

В материалы дела представлено постановление о наложении ареста на имущество должника от 26.02.2018 в рамках исполнительного производства № 59010/18/128479, постановление об оценке имущества должника от 09.03.2018.

Согласно данным документам спорное имущество (земельный участок, квартира, автомобиль, гаражный бокс) не было арестовано. В рамках исполнительного производства было обращено взыскание на мебель и бытовую технику, часть вырученных денежных средств от реализации данного имущества была направлена на погашение задолженности перед ФИО4

С учетом частичного погашения задолженность ФИО2 перед ФИО4 уменьшилась с 951 233 руб. 08 коп. до 937 162 руб. 89 коп.

Таким образом, задолженность перед ФИО4 у должника образовалась при разрешении спора о разделе совместно нажитого имущества в результате признания судом обязательств по договорам займа, заключенным ФИО9 общими обязательствами супругов.

Иных кредиторов, кроме ФИО4 у должника нет.

В дальнейшем, 04.04.2017 ФИО2 все полученное по названному выше решению суда имущество было отчуждено по договорам дарения дочери (ФИО5) и матери (ФИО14), при этом дочери – ФИО5 было подарено следующее имущество: – двухкомнатная квартира, площадью 41,8 кв.м., находящаяся по адресу: <...>; – земельный участок, площадью 1057,8 кв.м., кадастровый номер: 59:37:0640201:0076, находящийся по адресу: <...>; – легковой автомобиль марки SKODA SUPERB, VIN <***>, 2011 г.в., а матери – ФИО14: – гаражный бокс № 13, общей площадью 19,2 кв.м., расположенный по адресу: <...> ГСК «Лада». Затем, недвижимое имущество было реализовано дочерью третьим лицам для приобретения иного жилья для проживания; гаражный бокс до настоящего времени находится в пользовании ФИО14

Из представленных в материалы дела пояснений должника, ее матери ФИО15 и дочери ФИО5 следует, что в период бракоразводного процесса и раздела общего имущества в семье В-вых возникли конфликтные отношения.

Так, согласно постановлению старшего участкового уполномоченного полиции МО МВД России «Березниковский» майора полиции ФИО16 от 24.06.2016, в <...> 13 июня 2016 года произошла ссора на почве личных неприязненных отношений между ФИО2, ФИО5 и ФИО4 В ходе ссоры ФИО4 подверг избиению ФИО2 и толкнул в плечо ФИО5, в связи с чем в действиях ФИО4 усматриваются признаки преступления, предусмотренного частью 1 статьи 116 УК РФ.

После этого ФИО5 не поддерживает отношения с отцом – ФИО4, в то время как с матерью – ФИО2 у нее хорошие отношения.

В этот период ФИО2 помимо старшей дочери (ФИО5) поддерживала и ее мать (ФИО14), в том числе материально, давали деньги на адвоката, на продукты, на лечение (после избиения 13.06.2016 было сотрясение мозга), на одежду и иное, поскольку ФИО4 осталась без работы (до развода работала в обществе, принадлежащем ФИО9), пришлось восстанавливать квартиру и покупать вещи, после того как ФИО9 все вывез из квартиры и повредил вещи, украл документы, пока их не было дома.

Договор дарения квартиры был заключен с целью обеспечения дочери ФИО4 и ФИО2 жильем, при этом изначально данная квартира и была приобретена супругами для Екатерины, в которой она и проживала уже со своей дочерью – Софьей. Автомобиль был подарен дочери, поскольку ФИО5 в силу характера работы нуждалась в транспортном средстве. Земельный участок также был подарен дочери с целью последующей постройки дома. Гаражный бокс был подарен маме для хранения садового инвентаря и дачного урожая. В дальнейшем, ФИО5 был продан земельный участок и квартира и на вырученные деньги с использованием средств материнского капитала приобретен жилой дом с земельным участком для проживания.

Договоры дарения были совершены в счет оказываемой должнику материальной помощи ФИО5 и ФИО15 при разводе с ФИО9.

Так в материалы иного обособленного спора (по оспариванию договора дарения в пользу ФИО15) представлена расписка от 03.02.2016 о том, что ФИО2 взяла в долг у ФИО14 денежные средства в сумме 250 000 руб. Данная расписка не оспорена. При этом от ФИО4 поступили письменные пояснения о том, что спорный гараж он приобрел в 2010 году, ориентировочно за 50 000 руб.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не может прийти к выводу о том, что спорные договоры дарения являлись безвозмездными сделками.

Кроме того должница также поясняла, что до января 2016 года они с ФИО4 вели общий бизнес, после того как он ушел из семьи, являясь единоличным собственником трех строительных компаний, прекратил с ней трудовые отношения, оставив ее и младшую несовершеннолетнюю дочь без средств к существованию. На протяжении полутора лет они с дочерью жили на средства родителей ФИО2 и ее старшей дочери Екатерины.

При этом после развода ФИО2 фактически осталась без жилья, поскольку перешедшая ей квартира, фактически приобреталась супругами для проживания их дочери с внучкой, в связи с чем, и была передана должником по договору дарения своей дочери.

Также должница указывает, что о том, что все имущество, перешедшее ей при разводе, было подарено ею своим родственникам, ФИО4 было известно. В частности при рассмотрении иска ФИО4 об освобождении квартиры по адресу ул.Тельмана, 4 -69, должница сообщила ему о том, что спорный гараж подарен матери и он должен передать ей ключи от него. В рамках исполнительного производства, возбужденного 20.03.2017 ходатайство наложении ареста на недвижимое имущество удовлетворено не было, производилась реализация только движимого имущества. Отмечает, что алименты на содержание несовершеннолетнего ребенка она получала в размере от 1500 до 4000 руб., в связи с необходимостью нести самостоятельно все расходы на содержание ребенка, производить выплаты по исполнительному производству она не имела возможности.

Ввиду отсутствия достаточных средств для погашения задолженности должница обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании ее несостоятельным банкротом 12.03.2021, которое определением суда от 19.03.2021 принято к производству суда.

Таким образом, с момента совершения оспариваемой сделки до принятия заявления о признании должника банкротом прошло почти 4 года.

При этом сам ФИО4 с заявлением о признании должника банкротом не обращался, договоры дарения в исковом порядке не оспаривал.

Принимая во внимания фактические обстоятельства дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что действия ФИО4 в связи с сложившимися неприязненными отношениями к своей бывшей супруги направлены на лишение её всего имущества, которое перешло ей при разделе совместно нажитого имущества, а в связи с передачей имущества общей дочери, удовлетворение своих требований за счет дочери, для которой и приобреталась квартира.

При таких обстоятельствах из материалов не усматривается, что договоры дарения от 04.04.2017 были заключены между должником и ФИО5 при наличии в их действиях злоупотребления правом, либо являются ничтожными сделками, совершенными лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, поскольку из материалов дела не следует, что спорным имуществом пользуется должница и несет бремя его содержания.

Доводы участников спора, а также выводы суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности признаются апелляционным судом не состоятельными.

Согласно правовой позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 10 постановления от 30.04.2009 №32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Должник признан банкротом решением арбитражного суда от 21.04.2021, с рассматриваемым требованием кредитор обратился 09.11.2021, то есть в пределах срока исковой давности.

Между тем, суд апелляционной инстанции учитывает и то, что по сути заявленные кредитором основания для оспаривания дарения не выходят за пределы п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (совершение сделки при наличии задолженности в пользу заинтересованного лица в отсутствие встречного предоставления, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов), однако сделка совершена за пределами трехлетнего периода подозрительности. Злоупотребление правами участниками сделки судами установлено не было.

В данном случае, оспаривание спорного договора дарения по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации фактически по тем же основаниям, что и по статье 61.2 Закона о банкротстве, направлено на преодоление сокращенного срока исковой давности, установленного для оспаривания оспоримых сделок, и периода подозрительности, что не соответствует воле законодателя при закреплении в Законе о банкротстве специальных оснований для признания сделок недействительными.

При таких обстоятельствах, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, отмену судебного акта не влекут.

С учетом изложенного, оснований для отмены определения суда предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ не имеется. Нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права судом апелляционной инстанции не установлено. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в порядке ст. 110 АПК РФ подлежит отнесения на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 25 марта 2022 года по делу № А50-5687/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.



Председательствующий


Т.С. Герасименко



Судьи


В.И. Мартемьянов





Т.Ю. Плахова