Постановление от 10 октября 2019 г. 3 ААС (Третий арбитражный апелляционный суд)

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-1661/2015к2
г. Красноярск
11 октября 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена «08» октября 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен «11» октября 2019 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хабибулиной Ю.В.,

судей: Белан Н.Н., Радзиховской В.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии:

ФИО2,

от ФИО2: ФИО3, представителя по устному ходатайству ФИО2,

от ФИО4: ФИО5, представителя по доверенности от 19.10.2017 серии 24 АА 2850707,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО4

на определение Арбитражного суда Красноярского края

от 18 июня 2019 года по делу № А33-1661/2015к2, принятое судьёй ФИО6,

установил:

в рамках дела о признании общество с ограниченной ответственностью «Юником» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – должник, ООО «Юником») банкротом поступило заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЮНИКОМ» ФИО7 о взыскании с ФИО4 (далее - ФИО4) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЮНИКОМ» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности

4 151 095 рублей 31 копейки.

27.07.2017 конкурсный управляющий заявил об увеличении размера требований

до 4 199 351 рубля 61 копейки, об изменении основания для привлечения к субсидиарной ответственности, указав на пункт 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ, о привлечении ФИО2 (далее - ФИО2) в качестве соответчика к участию в деле.

В судебном заседании 16.08.2017 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом принято увеличение размера заявленных требований, изменение основания заявленных требований, ФИО2 привлечен к участию в деле в качестве соответчика.

В судебном заседании 27.12.2017 к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО8 (далее – ФИО8), а также принято изменение предмета требования о взыскании солидарно с трех ответчиков - ФИО4, ФИО2 и ФИО8 денежных средств в порядке субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 18.06.2019 ФИО4, ФИО2 и ФИО8 привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по долгам общества с ограниченной ответственностью «Юником». С ФИО4, ФИО2 и ФИО8 солидарно в порядке субсидиарной ответственности в пользу конкурсной массы общества с ограниченной ответственностью «Юником» (ИНН <***>, ОГРН <***>) взысканы денежные средства в размере 3 853 520 рубля 08 копеек.

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО2, ФИО4 обратились с апелляционными жалобами в Третий арбитражный апелляционный суд, в которых просили:

- ФИО2: определение суда первой инстанции отменить полностью, в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности отказать.

В своей апелляционной жалобе (с учетом дополнения) ФИО2 указывает на то, что не является субъектом ответственности по пункту 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) с момента передачи документации должника по акту приема-передачи от 26.09.2014 назначенному на должность директора ООО «Юником» ФИО8 (приказ от 26.09.2014). Доказательств наличия у ФИО2 какого-либо имущества и, соответственно, нахождения у ФИО2 правоустанавливающих документов на такое имущество в материалы дела не представлено. От предоставления документов должника ФИО2 не уклонялся в силу отсутствия у него документов, доказательства обращения судебного пристава – исполнителя с требованием о передаче документов, получения объяснений, затопления помещения, привода в материалах дела отсутствуют.

В силу положений действующего законодательства у бывшего директора, учредителя должника ФИО2 отсутствовала возможность по внесению сведений о смене руководства. Вывод суда первой инстанции о соблюдении конкурсным управляющим срока исковой давности принят при неправильном применении нормы права. Законодатель ограничил данный срок периодом в один год, следовательно, у конкурсного управляющего было право обратится в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности в период с 22.04.2015 по 22.04.2016.

- ФИО4: определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В своей апелляционной жалобе ФИО4 указывает на то, что

конкурсным управляющим заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано за пределами установленного абзацем четвертым пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве срока. Кроме этого, суд первой инстанции необоснованно посчитал доказанным факт того, что ФИО4 совершал сделки в период с 2010 года по 2011 год с несуществующими поставщиками товара, которые лишь формально осуществляли предпринимательскую деятельность. На момент заключения должником в лице руководителя ФИО4 договоров со спорными контрагентами все фирмы являлись действующими организациями, зарегистрированными в установленном порядке и без пороков регистрации, состояли на налоговом учете, представляя соответствующую налоговую и бухгалтерскую отчетность.

Определениями Третьего арбитражного апелляционного суда от 08.08.2019, 23.08.2019 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 10.09.2019. В соответствии со статьёй 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание отложено на 08.10.2019.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016

№220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определений о принятии к производству апелляционных жалоб от 08.08.2019, 23.08.2019, подписанный судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://.kad.arbitr.ru/) 09.08.2019 13:45:46 МСК, 24.08.2019 07:49:05 МСК.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 07.10.2019 в составе суда произведена замена судьи Бутиной И.Н. на судью Белан Н.Н.

В судебном заседании ФИО2 поддержал требования своей апелляционной жалобы, поддержал требования апелляционной жалобы ФИО4.

Представитель ФИО4 поддержал требования своей апелляционной жалобы.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ

«О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства предусмотрены нормами статьи 10 Закона о банкротстве.

Поскольку в качестве фактических обстоятельств, послуживших основанием для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника указывается на совершение неправомерных действий за период с 2010 года по 2015 год, то суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что к спорным отношениям применимы нормы материального права, регламентированные Законом о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ в период, выпадающий на действие указанного закона. Статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ о субсидиарной ответственности контролирующих лиц вступила в силу 30.06.2013, следовательно, к действиям, совершенным после указанной даты применимы нормы материального права, регламентированные данным Законом о банкротстве.

Предметом рассмотрения по настоящему делу является требование конкурсного управляющего о солидарном привлечении ФИО4, ФИО2, ФИО8 к субсидиарной ответственности на основании пунктов 4 статьи 10 Закона о банкротстве. Основанием для обращения конкурсного управляющего в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков, как контролирующих должника лиц, послужила невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие привлечения должника к ответственности за совершение налогового правонарушения, совершение сделок по выводу активов должника, а также непередача документов конкурсному управляющему.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу. Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности контролирующего должника лица, если будет установлено, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине контролирующего должника лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет контролирующего должника лица, привлеченного к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Таким образом, необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), а также вины ответчика в банкротстве должника.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,

ФИО4 являлся учредителем ООО «Юником» с момента создания общества с 09.02.2005 по 05.06.2014 и его руководителем с 09.02.2005 по 07.03.2014.

ИФНС по Железнодорожному району города Красноярска вынесено решение от 18.07.2014 № 25 по результатам выездной налоговой проверки о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения ООО «Юником». Данным решением налоговым органом доначислены суммы налогов, пеней и штрафов в общем размере 3 949 118 рублей. В третью очередь реестра требований кредиторов включены требования единственного кредитора - уполномоченного органа на общую сумму 4 107 608 рублей 24 копеек, в том числе 2 964 332 рублей 77 копеек – основной долг, пени - 873 489 рублей 47 копеек, штрафы - 269 786 рублей. Погашены требования в сумме 153 695 рублей 80 копеек. Удовлетворение требований в полном объёме не произведено.

Согласно пункту 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Материалами настоящего дела подтверждается получение ООО «Юником» налоговой выгоды в виде снижения налоговой нагрузки посредством увеличения затрат организации. ООО «Юником» создана схема взаимоотношений с ООО «Торговый Дом СибирскийЦентрРазвития», ООО ТПК «Армет», ООО «Деловой Мир Торговли»,

ООО «Астат» для возможности регулирования уровня затрат, что говорит о согласованности действий и подконтрольности организаций проверяемому налогоплательщику - ООО «Юником».

Налоговый орган установил совершение ООО «Юником» неправомерных действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды и уклонение от уплаты налогов, и принял решение от 18.07.2014 № 25.

Представленные ФИО4 в материалы дела судебные акты о взыскании с ООО «Торговый Дом СибирскийЦентрРазвития» задолженности в пользу

ОАО «Строительная инвестиционная компания СКБ», ООО «Нефте-Торгово-Логистическая Компания «Атлантида», МУП г. Красноярска «Специализированное автотранспортное предприятие», которыми по мнению ответчика подтверждается реальность ведения хозяйственной деятельности ООО «Торговый Дом СибирскийЦентрРазвития», не опровергают обстоятельств установленных налоговым органом в решении от 18.07.2014 № 25, поскольку предметом проверки налоговым органом являлись взаимодействия ООО «Юником» непосредственно с ООО «Торговый Дом СибирскийЦентрРазвития», а не с ОАО «Строительная инвестиционная компания СКБ», ООО «Нефте-Торгово-Логистическая Компания «Атлантида», МУП г. Красноярска «Специализированное автотранспортное предприятие».

Доказательства, подтверждающие признание решения от 18.07.2014 № 25 недействительным либо его отмены, в материалы дела не представлены.

Доводы ФИО4 о невозможности оспаривания решения от 18.07.2014 № 25 по причине увольнения с должности директора ООО «Юником» верно были отклонены судом первой инстанции, поскольку определение суда о включении в реестр требований кредиторов задолженности перед уполномоченным органом могло быть оспорено ответчиком в деле о банкротстве, как нарушающее его права вследствие подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что вышеуказанные неправомерные действия ФИО4 повлекли неблагоприятные финансовые последствия для общества в виде доначисления налогов, пеней и штрафов, неуплата которых впоследствии явилась основанием для включения требования уполномоченного органа в реестр требований кредиторов. Действия руководителя должника по неуплате налогов привели к невозможности восстановления платежеспособности должника и его фактическому банкротству. Так, в результате неуплаты обязательных платежей к обществу налоговым органом предъявлены требования, которые по факту и явились основанием для банкротства должника.

Доказательством того, что именно задолженность по обязательным платежам послужила наступлению банкротства ООО «Юником» является тот факт, что реестр требований кредиторов состоит только из требований уполномоченного органа.

Таким образом, ФИО4 не представлены доказательства отсутствия его вины в доначислении обществу налогов и пени вследствие налогового правонарушения, совершенного обществом под руководством ФИО4.

Кроме того, определением Арбитражного суда Красноярского края от 10.11.2015 по делу №А33-1661-1/2015 признан недействительным договор купли-продажи от 15.04.2014 заключенный между ООО «Юником» и ФИО4. Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО4 вернуть в конкурсную массу должника - ООО «Юником», следующее имущество: автомобиль Nissan Juke гос. Номер <***>, VIN – JN11FANF15U0107311, год выпуска 2011, двигатель MR 16076730A, цвет темно-коричневый.

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Указанная сделка признана недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (отсутствие равноценного встречного предоставления). В связи с чем, вступившими в законную силу судебными актами подтверждается экономически необоснованное отчуждение активов должника в преддверии процедуры банкротства в ущерб интересам общества и его кредиторов в пользу единственного учредителя и директора общества.

Вопреки возражениям ФИО4, действующим законодательством не исключается возможность привлечения руководителя к субсидиарной ответственности и при применении последствий недействительности сделок, учитывая совершение сделок на невыгодных для должника условиях. Доказательства, подтверждающие добросовестное поведение ФИО4 при совершении сделок в материалы дела не представлены.

Закон обязывает участников гражданских правоотношений при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как установлено выше, действия ФИО4, являются недобросовестными, а результатом совершения ФИО4 вышеуказанных действий, направленных на ухудшение финансово-экономического состояния должника, вывод активов, необоснованное уклонение от погашения кредиторской задолженности, послужила признанная арбитражным судом неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

Материалами дела подтверждается непосредственное участие ответчика в получения необоснованной налоговой выгоды, наличие обстоятельств, свидетельствующих о том, что действия (бездействие) ответчика были направлены на причинение вреда возглавляемому им обществу.

ФИО4 доказательства отсутствия вины в несостоятельности

ООО «Юником», не представлены.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Юником» на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Также суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО8 на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве

в силу следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве устанавливает самостоятельный вид субсидиарной ответственности по обязательствам должника при банкротстве последнего, отличный от состава, предусмотренного абзацем вторым пункта 3 статьи 56 Кодекса.

В связи с этим субсидиарная ответственность лица, названного в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, наступает независимо от того, привели ли его действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника по смыслу нормы, изложенной в абзаце втором пункта 3 статьи 56 Кодекса.

Дефиницией правовой нормы в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, возложившей ответственность на руководителя за отсутствие документов бухгалтерского учета и/или бухгалтерской отчетности, закреплена обязанность руководителя по сбору, составлению, ведению, хранению соответствующих документов.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

Решением арбитражного суда от 10.04.2015 общество с ограниченной ответственностью «Юником» признано банкротом по упрощенной процедуре отсутствующего должника и в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО7. Данным решением суд обязал руководителя ООО «Юником» в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему ООО «Юником». Акт приема-передачи представить в арбитражный суд в срок до 21.04.2015. Для принудительного исполнения определения суда в части обязания руководителя должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, арбитражным судом выдан исполнительный лист серии ФС №002926771 от 21.05.2015. Постановлением судебного пристава исполнителя МОСП по исполнению исполнительных документов неимущественного характера по города Красноярку 07.07.2015 на основании исполнительного листа серии ФС №002926771 от 21.05.2015 возбуждено исполнительное производство №38074/15/24097-ИП.

ФИО2 являлся учредителем ООО «Юником» с 07.03.2014 по настоящее время, руководителем с 07.03.2014 по 26.09.2014; ФИО8 являлся руководителем с 26.09.2014 по дату признания должника банкротом (06.04.2015).

Однако, доказательства передачи руководителем должника конкурсному управляющему документов, относящихся к хозяйственной деятельности ООО «Юником», в материалы дела не представлены.

В обоснование довода о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывает, что согласно бухгалтерскому балансу за 2013 год по состоянию на 31.12.2013 у должника имеются активы в виде запасов в размере 2 062 000 рублей, дебиторской задолженности в размере 3 590 000 рублей.

В соответствии с пунктами 1, 2 и 3 статьи 9 Федерального закона №402-ФЗ

«О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: наименование документа; дата составления документа; наименование экономического субъекта, составившего документ; содержание факта хозяйственной жизни; величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения; наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события. Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания. Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных.

Согласно пункту 1 статьи 10 Федерального закона №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» данные, содержащиеся в первичных учетных документах, подлежат своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета.

Пунктами 1 и 2 статьи 13 Федерального закона №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» установлено, что бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений. Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна составляться на основе данных, содержащихся в регистрах бухгалтерского учета, а также информации, определенной федеральными и отраслевыми стандартами. Экономический субъект составляет годовую бухгалтерскую (финансовую) отчетность.

В соответствии с пунктом 1 статьи 14 Федерального закона №402-ФЗ

«О бухгалтерском учете» годовая бухгалтерская (финансовая) отчетность состоит из бухгалтерского баланса, отчета о финансовых результатах и приложений к ним.

На основании статьи 29 Федерального закона №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерская (финансовая) отчетность подлежат хранению экономическим субъектом не менее пяти лет после отчетного года. Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений. При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации.

В соответствии со статьей 6 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ

«О бухгалтерском учете» ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций. Руководители организаций могут в зависимости от объема учетной работы, в том числе, вести бухгалтерский учет лично. В соответствии со статьи 6 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с данным Законом, если иное не установлено данным Федеральным законом. Бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации.

Как верно установлено судом первой инстанции, согласно бухгалтерскому балансу ООО «Юником» по состоянию на 31.12.2013 должником учитывались, в том числе активы в размере 3 590 000 рублей (строка 1230 баланса).

В Приложении № 4 к Приказу Минфина РФ от 2 июля 2010 года № 66н (в редакции Приказа Минфина России от 05.10.2011 года № 124н), зарегистрированного в Минюсте России 02.08.2010 за № 18023, указаны коды строк в формах бухгалтерской отчетности, указываемые в годовой бухгалтерской отчетности организации, представляемой в органы государственной статистики и другие органы исполнительной власти. Согласно данного нормативного документа в строке 1230 бухгалтерского баланса указывается сумма дебиторской задолженности на конец отчетного периода (в иных случаях, код показателя этой же строки бухгалтерского баланса «Финансовые и другие оборотные активы» может иметь другие значения: 1220 - (Налог на добавленную стоимость по приобретенным ценностям); 1240 - (Финансовые вложения (за исключением денежных эквивалентов); или 1260 - (Прочие оборотные активы)) в строке 1150 бухгалтерского баланса указывается сумма основных средств на конец отчетного периода.

Следовательно, в бухгалтерском балансе ООО «Юником» по состоянию на 31.12.2013 в строке «1230» отражен размер дебиторской задолженности.

Из материалов дела о банкротстве №А33-1661/2015 следует, что в связи с отсутствием документов бухгалтерского учета и отчетности, конкурсный управляющий указывает на отсутствие возможности взыскания дебиторской задолженности. Материальные активы и дебиторская задолженность не выявлены.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, первичные документы бухгалтерского учета дебиторской задолженности в размере 3 590 000 рублей конкурсному управляющему не переданы. Невозможность включения в конкурсную массу должника дебиторской задолженности в размере 3 590 000 рублей лишает кредиторов права на получение удовлетворения своих требований. Также в материалах дела не имеется доказательств того, что руководителем должника ООО «Юником» переданы конкурсному управляющему первичные документы бухгалтерского учета запасов в размере 2 062 000 рублей, либо первичные бухгалтерские документы, подтверждающие распоряжение должником запасами на указанную сумму. Отсутствие в конкурсной массе должника запасов в размере 2 062 000 рублей лишает кредиторов права на получение удовлетворения своих требований из стоимости реализации активов в конкурсном производстве ООО «Юником».

Таким образом, из материалов дела следует, что ФИО2 не принял мер к представлению конкурсному управляющему документации должника, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 05.06.2014 участниками общества ООО «Юником» ФИО4 и ФИО2, обладающими 100% голосов принято решение одобрить передачу доли 50% уставного капитала, номинальной стоимостью 20 000 руб. ФИО4 ООО «Юником», а также принято решение о выведении из состава участников ООО «Юником» ФИО4 Протокол общего собрания участников ООО «Юником» подписан ФИО4 и ФИО2

В связи с чем, в последующем, на основании заявления от 05.06.2014, ФИО4 передал долю в уставном капитале ООО «Юником», составляющую 50% уставного капитала, номинальной стоимостью 20 000 руб. ООО «Юником» и вышел из состава участников общества. Данное заявление подписано ФИО4 и получено директором ООО «Юником» ФИО2

26.09.2014 единственный учредитель ООО «Юником» ФИО2 принимает решение №9 о снятии с должности директора ООО «Юником» ФИО2 с 26.09.2014 и назначении на должность директора ООО «Юником» сроком на один год ФИО8 с 26.09.2014. Приказом (распоряжение) о приеме на работу №Т4 от 26.09.2014 ФИО8 принят на должность директора ООО «Юником». С данным приказом, подписанным учредителем ФИО2, ФИО8 ознакомлен под роспись.

По акту приема-передачи от 26.09.2014 в связи со сменой директора

ООО «Юником» ФИО2 передал, а ФИО8 принял документы согласно поименованного списка.

В своём отзыве ФИО8 подтверждает факт вступления его в должность директора ООО «Юником» с 26.09.2014 и получение бухгалтерско-хозяйственной документации, печати.

Вместе с тем суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что само по себе наличие в материалах дела решения №9 от 26.09.2014, приказа (распоряжение) о приеме на работу №Т4 от 26.09.2014, акта приема-передачи документов от 26.09.2014 не освобождает от субсидиарной ответственности как ФИО2, так и ФИО8, на основании следующего.

Материалами дела подтверждается, что по состоянию на 06.04.2015 (дата оглашения резолютивной части решения о признании должника банкротом) руководителем

ООО «Юником» в соответствии со сведениями из ЕГРЮЛ являлся ФИО2, он же является учредителем ООО «Юником» до настоящего времени.

Доказательства внесения в ЕГРЮЛ сведений о новом единоличном исполнительном органе (директоре) – ФИО8, в материалы дела не представлены.

В соответствии с регистрационным делом ООО «Юником», представленным уполномоченным органом, решение №9 от 26.09.2014, приказ (распоряжение) о приеме на работу №Т4 от 26.09.2014 о назначении на должность руководителя ФИО8 и об освобождении от должности руководителя ФИО2 в регистрационном деле не содержатся.

Закон не связывает возникновение либо прекращение полномочий единоличного исполнительного органа с фактом внесения в государственный реестр таких сведений. По общему правилу с момента прекращения компетентным органом управления полномочий единоличного исполнительного органа лицо, чьи полномочия как руководителя организации прекращены, по смыслу пункта 3 статьи 40 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» не вправе без доверенности действовать от имени общества.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов (аффилированности, установление конечного бенефициара) допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие, наличие статуса руководителя либо учредителя должника, указанного в Едином государственном реестре юридических лиц), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1

«О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений.

При этом необходимо принимать во внимание, что исходя из указанной выше специфики дел о банкротстве, в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Кроме того следует учитывать, что конечный бенефициар, как правило, не заинтересован в раскрытии своего статуса и скрывает наличие возможности оказания такого влияния.

Как следует из материалов дела, акт от 26.09.2014 был представлен в материалы дела ФИО2 только 12.12.2017, т.е. после привлечения ФИО2 в качестве соответчика по заявлению конкурсного управляющего о привлечении его к субсидиарной ответственности (после 27.07.2017). До этого момента о существовании акта от 26.09.2014 ни суду, ни лицам, участвующим в деле не было известно. Доказательства того, что на стадии исполнительного производства, стороны, в том числе единственный учредитель и бывший руководитель ФИО2, указывали на передачу документации должника по акту от 26.09.2014 вновь назначенному руководителю ФИО8, в материалах дела отсутствуют, также как и доказательства наличия у ФИО8 спорной документации. Данные обстоятельства вызывают также у суда апелляционной инстанции сомнения относительно фактического руководства обществом ФИО8

В материалы дела представлен протокол №11 общего собрания участников

ООО «Юником» от 12.08.2014, в соответствии с которым участниками ООО «Юником» ФИО4 и ФИО2 единогласно принято решение реорганизовать

ООО «Юником» в форме слияния с 38 юридическими лицами, согласно поименованного списка с образованием ООО «СЛК» и вступлением в него в качестве учредителей, подписать передаточный акт, подписать договор о слиянии ООО «СЛК», утвердить устав ООО «СЛК» и поручить исполнительному органу общества дать объявление в печатный орган, оформить все необходимые документы. Данный протокол подписан от имени ФИО4 и ФИО2 Сообщение о реорганизации ООО «Юником» опубликовано в Вестнике государственной регистрации 01.10.2014 за №39 (499).

Однако ФИО4 указывает, что представленный в материалы дела протокол №11 общего собрания участников ООО «Юником» от 12.08.2014 он не подписывал, данный документ является подложным, сфальсифицированным, подпись в нем выполнена не ФИО4, а иным неустановленным лицом. В связи с чем, ФИО4 заявлено о фальсификации протокола №11 общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Юником» от 12.08.2014. При этом ФИО2 не оспаривает свою подпись в протоколе №11 общего собрания участников ООО «Юником» от 12.08.2014.

В целях проверки заявления ФИО4 о фальсификации доказательств, определением арбитражного суда от 15.10.2018 назначена почерковедческая экспертиза; перед экспертом поставлен следующий вопрос: Самим ФИО4 или другим лицом выполнена подпись от имени ФИО4 в протоколе №11 общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Юником» от 12 августа 2014 года в строке после печатного текста «Подпись» и перед печатным текстом «ФИО4»?

Согласно заключению эксперта №1654/01-3 (18) от 06.11.2018 подпись от имени ФИО4 расположенная в протоколе №11 общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Юником» от 12 августа 2014 года в сроке «Подпись ФИО4» выполнена не самим ФИО4, а другим лицом. Данный вывод эксперта исходя из исследовательской части, является категоричным.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что достоверность заявления ФИО4 о фальсификации доказательства в части его подписи подтвердилась. При этом, учитывая, что ФИО2 не оспаривает свою подпись в протоколе №11 общего собрания участников ООО «Юником» от 12.08.2014, суд приходит к выводу об исключении из числа доказательств протокола №11 общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Юником» от 12 августа 2014 года только в части подписи ФИО4

На основании изложенного, учитывая, что протокол №11 общего собрания участников ООО «Юником» от 12.08.2014 в части подписи ФИО2 является надлежащим доказательством и не оспорен лицами, участвующими в деле, а наоборот ФИО2 не оспаривает свою подпись в протоколе №11 общего собрания участников ООО «Юником» от 12.08.2014, судом первой инстанции сделан верный вывод, что данный протокол в не оспоренной части также является доказательством, подтверждающим сохранение за ФИО2 корпоративного контроля над деятельностью ООО «Юником», даже в отсутствие юридического факта окончательного слияния, учитывая, что данное обстоятельство не имеет существенного значения при рассмотрении настоящего обособленного спора, поскольку при рассмотрении настоящего обособленного спора необходимо установить, в том числе конечного бенефициара бизнеса с точки зрения принятия им фактических и значимых управленческих решений.

Таким образом, установленными по делу обстоятельствами подтверждается тот факт, что ФИО2 как участник общества не устранялся от корпоративного контроля за деятельностью ООО «Юником».

ФИО2, будучи директором и единственным учредителем ООО «Юником»,

не разрешил надлежащим образом вопрос о прекращении своих полномочий, не предпринял мер по внесению соответствующих сведений в ЕГРЮЛ. Материалами дела подтверждается сохранение фактического контроля над должником за ФИО2, учитывая вышеперечисленные обстоятельства по ограничению вновь назначенного руководителя ФИО8 принимать управленческие решения, руководимым обществом в отсутствие соответствующей записи в ЕГРЮЛ, а также обстоятельства по попытке ФИО2 избавиться от ООО «Юником» путем его реорганизации в форме слияния с множеством организаций, вместо исполнения обязанности в том числе по сдаче бухгалтерской и налоговой отчетности за 2014 год. Следовательно, ФИО2 не утратил корпоративного контроля за деятельностью ООО «Юником», оставаясь его участником (100%). После выход ФИО4 из состава участников общества

ФИО2 является конечным бенефициаром бизнеса, продолжавшим осуществлять руководство при номинальном руководителе ФИО8

Таким образом, не является основанием для освобождения ФИО2 от субсидиарной ответственности один лишь факт оформления акта от 26.09.2014, поскольку передача документации бывшим руководителем юридического лица субъекту,

в действительности не осуществляющему полномочия единоличного исполнительного органа юридического лица, не может быть признана исполненной надлежащим образом.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции верно отметил, что именно на ФИО2, осведомленного о доводах конкурсного управляющего, представленных им доказательствах, лежит бремя доказывания того обстоятельства, что ФИО8 действительно принял на себя руководство должником и реально его осуществлял. Подобных доказательств суду представлено не было и соответствующих обстоятельств не установлено.

Возражения ФИО2 основаны исключительно на формальном доказательственном значении акта от 26.09.2014. Вместе с тем, в отсутствие этих доказательств факт подписания акта от 26.09.2014 говорит лишь о стремлении

ФИО2, как реального руководителя должника, без объяснения разумных причин оформившего передачу руководства обществом другому лицу, и самостоятельно не обеспечившего передачу документации конкурсному управляющему, избежать субсидиарной ответственности, переложив ее на иное лицо в нарушение пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Непередача ФИО2 первичных бухгалтерских документов должника не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. Вместе с тем, ФИО2 доказательства отсутствия своей вины в непередаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, не представлены.

ФИО2, являясь контролирующим лицом должника был обязан обеспечить как ведение бухгалтерского учета должником, хранение документов бухгалтерского учета, а также передачу всей совокупности этих документов конкурсному управляющему, осуществляющему в силу пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве обязанности руководителя должника после открытия конкурсного производства.

Кроме того, оставаясь 100% учредителем ООО «Юником» ФИО2 ничего не препятствовало лишить полномочий номинального руководителя ФИО8 и обеспечить надлежащую передачу документации ООО «Юником» конкурсному управляющему.

Довод ФИО2 о том, что у него отсутствовала возможность внести изменения в сведения в ЕГРЮЛ, подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку в материалах дела отсутствуют обращения ФИО2 к ФИО8 с требованием о внесении изменений в сведения о руководителе должника, принятия иных мер к ФИО8, не вносившему указанные сведения, вплоть до прекращения его полномочий в силу неисполнения требований закона.

Судом первой инстанции также верно сделан вывод о том, что ФИО8, являясь номинальным руководителем, не подлежит освобождению от субсидиарной ответственности.

Согласно абзацу 8 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Повторно исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции, что размер субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, составит 3 853 520 рублей 08 копеек (3 953 912,44 (остаток долга) – 100 392,36 (остаток денежных средств на расчетном счете).

ФИО4, ФИО2 и ФИО8 не представлены доказательства, свидетельствующие, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению.

Таким образом, солидарно с ФИО4, ФИО2 и ФИО8 в порядке субсидиарной ответственности в пользу конкурсной массы общества с ограниченной ответственностью «Юником» обоснованно взыскано 3 853 520 рублей 08 копеек.

Доводы заявителей апелляционных жалоб о пропуске срока исковой давности для обращения в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции в силу следующего.

Согласно статьям 195 и 196 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Статья 10 Закона о банкротстве (в ред. Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) не содержала положений, ограничивающих срок подачи заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а также не содержала каких-либо специальных сроков исковой давности. Следовательно, при применении статьи 10 Закона о банкротстве (в ред. Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) следует исходить из общего срока исковой давности в три года, установленного пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, в ред. Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

В силу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, в действующей редакции, заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным названной главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Сроки, указанные в абзаце 1 пункта 5 и абзаце 1 пункте 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом, данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия). Исковая давность применяется судом только по заявлению контролирующего должника лица, сделанному до вынесения определения о приостановлении производства по делу, содержащего вывод о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, определения о привлечении к ответственности (если производство по обособленному спору не приостанавливалось), решения о привлечении к ответственности (если спор разрешен вне рамок дела о банкротстве) (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 58 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53).

В силу пункта 59 Постановления Пленума № 53, предусмотренный абзацем 1 пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). Течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абз. 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (пункт 59 Постановления № 53, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018

№ 302-ЭС14-1472(4,5,7)).

Как следует из материалов дела, решением от 10.04.2015 общество с ограниченной ответственностью «Юником» признано банкротом по упрощенной процедуре отсутствующего должника, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7. С настоящим заявление конкурсный управляющий обратился 13.10.2016.

Закон о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ не содержал положений, ограничивающих срок подачи заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

По смыслу положений статьи 10 Закона о банкротстве в редакции упомянутого Закона срок давности по заявлению о привлечении собственника к субсидиарной ответственности мог исчисляться не ранее даты завершения реализации имущества предприятия и окончательного формирования конкурсной массы (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.06.2012 № 219/12, далее - постановление № 219/12).

При этом нормами Закона № 134-ФЗ не предусмотрена возможность его применения к правоотношениям, возникшим до вступления его в силу.

Следовательно, сокращенный срок исковой давности, установленный абзацем четвертым пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, согласно которому заявление о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности может быть подано в годичный срок, не подлежит применению к правоотношениям, регулируемым Законом № 73-ФЗ, поскольку указанное противоречит нормам о действии закона во времени.

Вменяемые ФИО4 нарушения имели место в период с 2010 по 2012 год,

то есть в период действия правил о субсидиарной ответственности в редакции Закона

№ 73-ФЗ, когда исковая давность регулировалась общими нормами гражданского законодательства, т.е. срок давности составляет 3 года. Следовательно, срок исковой давности в данной части также не пропущен конкурсным управляющим.

Как верно установлено судом первой инстанции, обращение конкурсного управляющего с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности до 13.10.2016 в рассматриваемом случае было преждевременно, учитывая, что суть субсидиарной ответственности заключается в погашении контролирующими лицами должника требований кредиторов в случае невозможности такого погашения основным должником. Поскольку возможность удовлетворения требования кредиторов существовала, оснований для подачи конкурсным управляющим соответствующего заявления ранее 13.10.2016 не имелось. В указанном случае такой подход согласуется с конструкцией субсидиарной ответственности, которая, как было отмечено, предполагает, что контролирующее лицо не может быть привлечено к субсидиарной ответственности до того момента, пока не предприняты все меры по взысканию задолженности с основного должника.

На основании изложенного, у суда первой инстанции отсутствовали основания полагать, что конкурсный управляющий действовал не разумно и не осмотрительно и пропустил срок исковой давности. Осведомленность конкурсного управляющего обо всей совокупности обстоятельств, с которой связано начало течения срока субъективной исковой давности применительно к конкретным обстоятельствам настоящего дела, не могла возникнуть ранее 13.10.2016.

Доказательств того, что конкурсный управляющий располагал достаточными данными для обращения в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности до 13.10.2016, суду не представлено.

Ответчики, заявляя доводы об истечении срока исковой давности, не представили убедительных доказательств осведомленности конкурсного управляющего о необходимости обращения в суд с настоящим заявлением ранее 13.10.2016, учитывая своевременное выполнение конкурсным управляющим мероприятий направленных на пополнение конкурсный массы, от результативности которых он объективно рассчитывал на удовлетворение требований кредиторов, учитывая, что активы должника по состоянию на 31.12.2013 составляли не менее 5 652 000 рублей (запасы и дебиторская задолженность), что превышает размер требований единственного кредитора включенного в реестр требований кредиторов, который составляет 4 107 608 рублей 24 копейки без учета погашений. Данные обстоятельства свидетельствовали о потенциальной возможности пополнения конкурсной массы должника и преждевременности обращения в суд с настоящим заявлением ранее 13.10.2016.

Факт того, что признавая должника банкротом по упрощенной процедуре банкротства как отсутствующего должника, суд в качестве одного из мероприятий по пополнению конкурсной массы указал на необходимость привлечения контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности, не свидетельствует о том, что срок исковой давности следует исчислять с даты признания должника банкротом, и ранее 13.10.2016, учитывая, что контролирующее лицо не может быть привлечено к субсидиарной ответственности до того момента, пока не предприняты все меры по взысканию задолженности с основного должника.

Кроме того, на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом невозможно с точной достоверностью установить совокупность следующих обстоятельств: 1) о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), 2) неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность,

и 3) о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

Таким образом, обратившись с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности 13.10.2016, конкурсный управляющий не пропустил годичный срок субъективной исковой давности. При этом трехлетний срок объективной исковой давности, исчисляемый с даты признания должника банкротом, также не истек.

Исследовав доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу, что они не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения.

Судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства по делу и с учетом этого, правильно применены нормы Закона о банкротстве.

Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены определения Арбитражного суда Красноярского края от 18 июня 2019 года по делу № А33-1661/2015к2 не имеется.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 18 июня 2019 года по делу № А33-1661/2015к2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.


Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

Председательствующий

Ю.В. Хабибулина

Судьи:

Н.Н. Белан

В.В. Радзиховская