Постановление от 10 июня 2020 г. по делу № А13-14462/2017

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-14462/2017
г. Вологда
10 июня 2020 года


Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2020 года.

В полном объёме постановление изготовлено 10 июня 2020 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Виноградова О.Н. и Шумиловой Л.Ф. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Голденфлекс» ФИО2 представителя ФИО3 по доверенности от 30.12.2019, от общества с ограниченной ответственностью «Нординкрафт-Сенсор» представителя ФИО4 по доверенности от 18.01.2020, от Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Вологодской области представителя ФИО5 по доверенности от 17.02.2020 № 75, от общества с ограниченной ответственностью «Спецгарант» представителя ФИО6 по доверенности от 10.10.2019, от акционерного общества «Вологдабанк» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» представителя ФИО7 по доверенности от 20.05.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Голденфлекс» ФИО2, Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Вологодской области и общества с ограниченной ответственностью «Нординкрафт-Сенсор» на определение Арбитражного суда Вологодской области от 13 января 2020 года по делу № А13-14462/2017,

у с т а н о в и л :

Федеральная налоговая служба в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Вологодской области (далее – уполномоченный орган) 05.09.2017 обратилась в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Голденфлекс» (адрес: 162611, <...>; ИНН <***>; ОГРН <***>, далее – Общество, должник, ООО «Голденфлекс»).

Определением суда от 27.11.2017 в отношении Общества введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утверждена ФИО8.

Решением суда от 29.05.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в его отношении открыта процедура конкурсного производства. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО8

Определением суда от 26.02.2019 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2.

Общество с ограниченной ответственностью «Нординкрафт-Сенсор» (далее – ООО «Нординкрафт-Сенсор») 04.09.2018 обратилось в суд с заявлением к должнику и акционерному обществу «Вологдабанк» (далее – АО «Вологдабанк», Банк) об оспаривании сделки по предоставлению отступного, оформленного соглашением от 21.10.2016 № б/н, в соответствии с которым должник передал Банку принадлежавшее ему имущество: флексопечатную машину COMBAT 430, 2003 года выпуска, серийный номер 22078 (далее – флексопечатная машина); печатный станок «SOLOFLEX 8L», 2001 года выпуска, серийный номер 1043301 (далее – печатный станок); просило применить последствия недействительности сделки и взыскать с Банка в конкурсную массу ООО «Голденфлекс» денежные средства в сумме 51 118 782 руб. 21 коп. (с учетом уточнения заявленных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

К участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Спецгарант» (далее – ООО «Спецгарант»), ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12.

Определением суда от 11.03.2019 уполномоченный орган привлечён к участию в обособленном споре в качестве созаявителя.

Уполномоченный орган просил признать недействительным соглашение от 21.10.2016 и применить последствия недействительности сделки в виде возложения на Банк обязанности возвратить в конкурсную массу должника рыночную стоимость имущества, переданного по отступному, соответствующую размеру обязательств, погашенных с предпочтением, – 61 665 301 руб. 94 коп.

Определением суда от 28.05.2019 к участию в обособленном споре в качестве созаявителя привлечен конкурсный управляющий должника; изменён процессуальный статус ООО «Спецгарант» на соответчика.

Согласно уточнённому требованию конкурсный управляющий просила признать недействительной цепочку последовательных сделок:

- по предоставлению отступного, оформленного соглашением от 21.10.2016, в отношении флексопечатной машины и печатного станка;

- по заключению договора купли-продажи от 25.10.2016 между АО «Вологдабанк» и ООО «Спецгарант» в отношении флексопечатной машины и печатного станка;

а также применить последствия недействительности сделки в виде истребования из чужого незаконного владения ООО «Спецгарант» в конкурсную массу ООО «Голденфлекс» флексопечатной машины и печатного станка.

Определением суда от 13.01.2020 в удовлетворении заявлений ООО «Нординкрафт-Сенсор», уполномоченного органа, конкурсного управляющего ООО «Голденфлекс» ФИО2 отказано.

Конкурсный управляющий ООО «Голденфлекс» ФИО2 с судебным актом не согласилась, в апелляционной жалобе просила определение отменить. По мнению апеллянта, основания для признания сделки недействительной на основании статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) отсутствуют в связи с тем, что оспариваемые действия совершены за пределами шестимесячного срока, вместе с тем имелись все основания для признания сделки об отступном недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Полагает, что выводы суда первой инстанции о злоупотреблении правом со стороны ООО «Нординкрафт-Сенсор» противоречат вступившему в законную силу определению Арбитражного суда Вологодской области от 06.09.2018 по делу № А13-14462/2017, кроме того нельзя говорить о злоупотреблении правом с его стороны при оспаривании соглашения об отступном от 21.10.2016 ввиду того, что в отношении ООО «Нординкрафт-Сенсор» введена процедура конкурсного производства. Также ссылается на то, что ФИО12 является заинтересованным лицом и не мог выступать экспертом в данном обособленном споре, в его отчете выявлены многочисленные нарушения, которые повлияли на определение стоимости спорного оборудования и о которых заявлялось в суде первой инстанции.

ООО «Нординкрафт-Сенсор» также не согласилось с определением суда от 13.01.2020, в апелляционной жалобе просило его отменить, удовлетворить заявленные требования. В жалобе ссылается на то, что основания для признания сделки об отступном недействительной и применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве отсутствовали. Также апеллянт не согласен с выводом суда о злоупотреблении правом с его стороны при оспаривании соглашения об отступном 21.10.2016.

Уполномоченный орган в апелляционной жалобе также просил отменить определение суда от 13.01.2020, заявления ООО «Нординкрафт-Сенсор», уполномоченного органа, конкурсного управляющего должника удовлетворить. Полагает, что отчет от 14.10.2016 №16-Р/731 не является надлежащим доказательством стоимости спорного имущества при рассмотрении обособленного спора по оспариванию сделки должника, в то время как экспертное заключение от 20.02.2019 № 02-02/2019 об определении рыночной стоимости спорного движимого имущества на дату совершения сделок в размере 84 997 000 руб. выполнено с учетом всех фактических обстоятельств (физическое состояние, производимые улучшения и т.д.) и сторонами не оспорено. По мнению апеллянта, учитывая, что сделки по отчуждению спорного имущества ООО «Голденфлекс» в пользу ООО «Спецгарант» через Банк оспаривались по основаниям, изложенным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, применение судом разъяснений, изложенных в пункте 29.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), ошибочно. Также указывает, что Банк, заключая сделки по отступному с ООО «Голденфлекс» с целью дальнейшей продажи спорного имущества в пользу ООО «Спецгарант», получил оборудование стоимостью в разы больше суммы задолженности по заключенным ранее кредитным договорам.

В заседании суда представители апеллянтов поддержали доводы, изложенные в апелляционных жалобах.

Представители ООО «Спецгарант» и Банка возражали против удовлетворения апелляционных жалоб по основаниям, приведенным в отзывах.

ФИО10, ФИО9 в отзывах на апелляционные жалобы просили оставить определение суда без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность обжалуемого определения, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб.

Как видно из материалов дела, 13.11.2014 между Банком и должником заключен договор № 8281 об открытии кредитной линии на общую сумму 12 500 000 руб., с условием о сроке предоставления кредита – до 31.12.2014, с условием об окончательном возврате кредита – по 10.11.2016 включительно, с условием о начислении процентов за пользование кредитными средствами в размере 20 % годовых.

Также 09.09.2015 между Банком и должником заключен договор № 8435 об открытии кредитной линии на общую сумму 11 000 000 руб., с условием о сроке предоставления кредита – по 29.09.2016 включительно, с условием об окончательном возврате кредита – по 31.08.2017 включительно, с условием о начислении процентов за пользование кредитными средствами в размере 20 % годовых.

Банк надлежащим образом исполнил принятые на себя обязательства, предоставив заёмщику денежные средства, что подтверждается выписками по счетам должника.

В обеспечение обязательств по кредитным договорам заключены договоры залога спорного имущества от 13.11.2014 № 8281/1, от 13.11.2014 № 8281/2, от 27.03.2015 № 8281 (в редакциях дополнительных соглашений), залог недвижимого имущества (ипотеки) от 09.09.2015 № 8435, предоставлено поручительство ФИО9, ФИО10

Между Банком и должником 21.10.2016 заключено спорное соглашение, по условиям которого стороны договорились о прекращении обязательств, вытекающих из договоров об открытии кредитной линии от 13.11.2014 № 8281 и от 09.09.2015 № 8435, предоставлении должником взамен исполнения обязательств отступного взамен исполнения этих обязательств.

Согласно пункту 1.4 соглашения отступное полностью покрывает требования Банка, возникшие из кредитных договоров, в общем размере 23 331 698 руб. 06 коп., в том числе:

- по договору об открытии кредитной линии от 13.11.2014 № 8281: 12 233 290 руб. – основной долг, 156 425 руб. 67 коп. – проценты по основному долгу за период с 26.09.2016 по 21.10.2016 включительно;

- по договору об открытии кредитной линии от 09.09.2015 № 8435: 10 803 835 руб. – основной долг, 138 147 руб. 39 коп. – проценты по основному долгу за период с 26.09.2016 по 21.10.2016 включительно.

Должник передал Банку в счет исполнения обязательств по кредитным договорам спорное имущество, стоимость которого была оценена сторонами в размере 23 331 698 руб. 06 коп., в том числе:

- флексопечатной машины – 9 292 472 руб. 28 коп.;

- сольвентного ламинатора – 2 652 761 руб. 21 коп.;

- печатного станка – 11 386 464 руб. 57 коп.

Стоимость спорного имущества определена Банком на основании отчета об оценке от 14.10.2016 № 16-Р/731, выполненного оценщиком ИП ФИО12 (25 997 000 руб.), и по согласованию с должником.

Между АО «Вологдабанк» (продавец) и ООО «Спецгарант» (покупатель) 25.10.2016 заключен договор купли-продажи спорного оборудования по цене 23 331 698 руб. 06 коп.:

- флексопечатной машины – 9 292 472 руб. 28 коп.;

- сольвентного ламинатора – 2 652 761 руб. 21 коп.;

- печатного станка – 11 386 464 руб. 57 коп.

По условиям договора купли-продажи (приложение № 1, спецификация) в счет оплаты цены договора ООО «Спецгарант» перечисляет Банку денежные средства по согласованному графику: в размере 972 154 руб. ежемесячно в период с 01.11.2017 по 01.09.2019 и в размере 972 156 руб. 06 коп. – до 25.10.2019.

Спорное оборудование передано ООО «Спецгарант» по акту приема-передачи товара 25.10.2016.

В целях исполнения обязательства ООО «Спецгарант» по оплате поставленного оборудования Банком 25.10.2016 заключены договоры поручительства с ФИО11 и с ФИО10

Между ООО «Спецгарант» и Банком 24.10.2016 заключен кредитный договор № <***>, по условиям пункта 2.1 которого ООО «Спецгарант» обязалось использовать полученные кредитные средства на погашение ссудной задолженности ООО «Голденфлекс» перед Банком.

Обязательство перед Банком по договору от 25.10.2016 по оплате спорного оборудования исполнено ООО «Спецгарант» 29.09.2017.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 Постановления № 63 разъяснено, что под сделками, которые могут оспариваться по правилам указанной главы, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти. В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т. п.).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, заявление о признании должника банкротом определением суда от 08.09.2017 принято к производству.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 упомянутого Закона сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу пункта 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как указано в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В абзаце пятом пункта 6 Постановления № 63 разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать втором – тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, указанных в статье 2 Закона о банкротстве.

Под недостаточностью имущества следует понимать превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность предполагает прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Между тем доказательств наличия совокупности условий для признания сделки недействительной на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено.

Так, не предъявлено надлежащих доказательств, что Банк на момент заключения соглашения располагал сведениями о реальном финансовом положении должника, а также причинения вреда кредиторам должника, учитывая, что Банк является залоговым кредитором.

Доказательств фактической аффилированности Банка по отношению к должнику не установлено.

При заключении соглашения об отступном в действиях Банка отсутствовала недобросовестность и злоупотребление правом.

Цена имущества, указанная в спорном соглашении об отступном, определена на основании отчёта об оценке от 14.10.2016 № 16-Р/731, оснований для сомнений в котором у Банка на момент сделки не имелось.

Кроме того, Банк реализовал полученное по отступному имущество по той же цене, по которой имущество получил.

Оспариваемой сделкой также не прекращались, в том числе обеспеченные залогом обязательства ООО «Голденфлекс» по уплате неустоек или иных финансовых санкций, что следует из пункта 1.4 соглашения об отступном.

Стоимость оборудования, переданного Банку по отступному, превышала согласованную сторонами в договоре залога залоговую стоимость и соответствовала его балансовой стоимости (залоговая стоимость печатного станка – 8 246 680 руб., залоговая стоимость флексопечатной машины – 6 730 100 руб.; залоговая стоимость сольвентного ламинатора – 1 921 270 руб.).

Между тем, необходимость быстрой реализации имущества, полученного по отступному, Банк объясняет непрофильностью имущества для кредитной организации и невозможностью использования его в основной деятельности Банка (в силу специфики осуществляемой Банком деятельности). При этом для Банка сохранялось бы бремя содержания имущества и оплаты соответствующих обязательных платежей. В то же время длительное отражение непрофильного имущества на балансе кредитной организации влияет на обязанность формирования банком дополнительных резервов и уменьшение оборотных средств.

Таким образом, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Иное толкование подателями жалоб положений гражданского законодательства и законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств настоящего обособленного спора в деле о банкротстве должника не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального права.

В свете изложенного оснований для отмены определения от 13.01.2020 не имеется.

Нарушений норм процессуального права, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при разрешении спора не допущено. При таких обстоятельствах апелляционные жалобы по приведенным в ним доводам удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 13 января 2020 года по делу № А13-14462/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Голденфлекс» ФИО2, Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Вологодской области и общества с ограниченной ответственностью «Нординкрафт-Сенсор» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

К.А. Кузнецов

Судьи

О.Н. Виноградов

Л.Ф. Шумилова