Постановление от 28 сентября 2025 г. по делу № А40-5694/2017

, № 09АП-47736/2025

Дело № А40-5694/17
г. Москва
29 сентября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2025 года
Постановление изготовлено в полном объеме 29 сентября 2025 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Веретенниковой С.Н., судей Лапшиной В.В., Шведко О.И., при ведении протокола секретарем судебного заседания Колыгановой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего АО «Рузам Груп» ФИО1, ФИО2, Лугуева Гази Джалаловича, АО «Стройнефтьгаз» в лице конкурсного управляющего ФИО3

на определение Арбитражного суда города Москвы от 01.07.2025 по делу № А40- 5694/17,

об отказе в удовлетворении заявления АО «Стройнефтьгаз» о признании недействительными договора № 7/16/П-1 от 25.05.2016, соглашения о новации обязательств от 17.05.2018 между ФИО4 и АО «Рузам Груп»; о признании обоснованными и включении в третью очередь реестра требований кредиторов АО «Рузам Груп» требования ФИО4 в размере 9 909 227 руб. - основной долг, 1 189 113 руб. - проценты за период 18.05.2018 по 17.05.2024,

по делу о несостоятельности (банкротстве) АО «Рузам Груп», при участии в судебном заседании:

от Лугуева Гази Джалаловича: ФИО5 по дов. от 20.06.2025 к/у ФИО3 лично, паспорт

от АО «Стройнефтьгаз» в лице конкурсного управляющего ФИО3: ФИО6 по дов. от 12.11.2024

Иные лица не явились, извещены,

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.01.2017 принято заявление уполномоченного органа ИФНС России № 6 по г. Москве поступившее в Арбитражный суд г. Москвы 12.01.2017 года (согласно штампу канцелярии суда); возбуждено производство по делу № А40-5694/17-71-15 Б о признании АО «Рузам Груп» (ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Москва) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.04.2017 требования уполномоченного органа ФНС в лице ИФНС России № 6 по г. Москве признаны обоснованными. В отношении Акционерного общества «Рузам Груп» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес местонахождения: 119049, <...>, дата регистрации – 18.07.2000 г.) введена процедура наблюдения. Временным управляющим АО «Рузам Груп» утвержден ФИО7 (ИНН <***>, член Ассоциации «Урало-Сибирское объединение арбитражных управляющих», регистрационный номер в реестре арбитражных управляющих № 1145, адрес для направления корреспонденции:125310, <...>).

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 15.02.2024 АО «Рузам Груп» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес местонахождения: 119049, <...>, дата регистрации – 18.07.2000 г.) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство, обязанности конкурсного управляющего возложены на ФИО1 (ИНН <***>, член ПАУ ЦФО, адрес для направления корреспонденции: 392000, г. Тамбов, а/я 2).

Сообщение об указанном факте опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 38(7728) от 02.03.2024.

03.05.2024 (в электронном виде) в Арбитражный суд города Москвы поступило требование кредитора ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 11 098 390 рублей 00 копеек.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.12.2024 объединены в одно производство для совместного рассмотрения поступившее 27.05.2024 (в электронном виде) требование кредитора ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 11 098 390 рублей 00 копеек и поступившее в суд 17.10.2024 (в электронном виде) заявление конкурсного кредитора АО «Стройнефтьгаз» к ответчикам: 1) АО «Рузам Груп», 2) ФИО4 о признании Договора № 7/16/П-1 от 25.05.2016 об оказании юридических услуг и Соглашения о новации обязательств от 17.05.2018, заключенных между ФИО4 и АО «Рузам Груп» недействительными сделками и применении последствий недействительности сделок.

Рассмотрению подлежал объединенный обособленный спор. Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.07.2025:

- отказано в удовлетворении заявления АО «Стройнефтьгаз» о признании недействительными договора № 7/16/П-1 от 25.05.2016, соглашения о новации обязательств от 17.05.2018 между ФИО4 и АО «Рузам Груп»;

- признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов АО «Рузам Груп» требования ФИО4 в размере 9 909 227 руб. - основной долг, 1 189 113 руб. - проценты за период 18.05.2018 по 17.05.2024.

Не согласившись с выводами арбитражного суда, конкурсный управляющий АО «Рузам Груп» ФИО1, ФИО2, ФИО8 Гази Джалалович, АО «Стройнефтьгаз» в лице конкурсного управляющего ФИО3 обратились с апелляционными жалобами на определение Арбитражного суда города Москвы от 01.07.2025.

В обоснование поданной апелляционной жалобы конкурсный управляющий АО «Рузам Груп» ФИО1 указывает на следующее:

- сделки подлежат признанию недействительными в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве;

- сделки подлежат признанию недействительными в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве;

- ФИО4 является заинтересованным по отношению к Должнику лицом;

- будучи профессиональным специалистом в области права, начальником правового управления материнского по отношению к должнику юридического лица, ФИО4 не могла не знать, что АО «Рузам Груп», не сможет своевременно возвратить ей новированное «заемное обязательство», в связи с недостатком имущества, что говорит о том, что п. 4 соглашения о новации изначально направлен на искусственное наращивание суммы задолженности должника перед ФИО4;

- заявленные требования рассматривались судом ранее, кредитор принял решение об отказе от требования.

Конкурсный управляющий АО «Рузам Груп» ФИО1 просит:

- апелляционную жалобу конкурсного управляющего АО «Рузам Груп» на определение Арбитражного суда города Москвы от 01.07.2025 г. по делу № А40-5694/2017 — удовлетворить;

- определение Арбитражного суда города Москвы от 01.07.2025 г. по делу № А40-5694/2017 – отменить;

- вынести новый судебный акт, в рамках которого признать договор № 7/16/П-1 от 25.05.2016 г. об оказании юридических услуг, соглашение о новации обязательств от 17.05.2018 г. недействительными сделками, отказать ФИО4 во включении требований в размере 9 909 227 руб. - основной долг, 1 189 113 руб. - проценты за период с 18.05.2018 г. по 17.05.2024 г.

В обоснование поданной апелляционной жалобы ФИО2 указывает на отсутствие реальности правоотношений, создание ФИО4 «дружественной задолженности».

ФИО2 просит:

- отменить определение Арбитражного суда г. Москвы от 01 июля 2025 года и вынести новый судебный акт.

В обоснование поданной апелляционной жалобы ФИО8 Гази Джалалович указывает на следующее:

- суд не применил закон, требующий применению, и не дал оценку договору об оказании юридических услуг и скрыл факт наличия дополнительного соглашения № 1 к договору № 7-16/П-1 от 25.05.2016 г. об оказании юридической помощи от 12 июня 2017 года;

- ФИО4 является аффилированным к должнику лицом,

- выводы суда первой инстанции о том, что, «худшие и неконкурентные условия для должника создавались иным лицом – ФИО8 Гази Джалаловичем», не основаны на доказательствах.

ФИО8 Гази Джалалович просит:

- отменить определение Арбитражного суда г. Москвы от 01 июля 2025 года и вынести новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований ФИО4 о включении в реестр кредиторов АО «Рузам Груп»;

- в рамках подготовки дела в суде апелляционной инстанции, прошу суд истребовать (из суда первой инстанции) оригиналы материалы обособленного спора по вопросу включения ФИО4 в реестр требований кредиторов АО «Рузам Груп» в рамках которого определением Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2017 по делу № А40-5694/2017 суд принял отказ ФИО4 от заявленного требования, прекратил производство в деле № А40-5694/17 о признании АО «Рузам Груп» несостоятельным (банкротом) по требованию кредитора о включении в реестр требований кредиторов должника АО «Рузам Груп» задолженности в размере 9 909 277 руб. 00 коп.;

- приобщить копии материалов (предоставлены судом путем электронного ознакомления ФИО5 с материалами банкротного дела) по рассмотрению которым определением Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2017 по делу № А40-5694/2017 суд принял отказ ФИО4 от заявленного требования, прекратил производство в деле № А40-5694/17 о признании АО «Рузам Груп» несостоятельным (банкротом) по требованию кредитора о включении в реестр требований кредиторов должника АО «Рузам Груп» задолженности в размере 9 909 277 руб. 00 коп.

В обоснование поданной апелляционной жалобы АО «Стройнефтьгаз» в лице конкурсного управляющего ФИО3 указывает на следующее:

- суд необоснованно отказал в признании сделки недействительной на основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве;

- суд необоснованно отказал в признании сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве;

- на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества;

- являясь заинтересованным по отношению к должнику лицом, ФИО4 воспользовалась своим положениям для создания юридической конструкции договора, изначально не доступной обычным участникам хозяйственной деятельности;

- односторонняя новация обязательств по договору, произведённая ФИО4, была изначально направлена на искусственное увеличение кредиторской задолженности АО «Рузам Груп» на сумму штрафных санкций за несвоевременный возврат заёмных средств, как это предусмотрено п. 4 соглашения о новации (1 189 113 рублей - проценты в размере 2% годовых за период с 18.05.2017 по 17.05.2024), носит признаки злоупотребления правом.

АО «Стройнефтьгаз» в лице конкурсного управляющего ФИО3 просит:

- отменить определение Арбитражного суда г. Москвы от 01.072025 г. и вынести новый судебный акт, которым признать недействительным договор № 7/16/П-1 от 25.05.2016 г., отказать во включении в третью очередь реестра требований кредиторов АО «Рузам Групп» требования ФИО4 в размере 9 909 227 руб. – основной долг, 1 189 113 руб. – проценты за период 18.05.2018 по 17.05.2024.

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2025 апелляционная жалоба ФИО2 принята к производству.

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2025 апелляционная жалоба ФИО8 принята к производству.

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2025 апелляционная жалоба АО «Стройнефтьгаз» в лице конкурсного управляющего ФИО3 принята к производству, заявителю предоставлено отсрочка по уплате государственной пошлины.

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2025 апелляционная жалоба конкурсного управляющего АО «Рузам Груп» ФИО1 принята к производству, заявителю предоставлено отсрочка по уплате государственной пошлины.

15.08.2025 в суд от ФИО2 поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

12.09.2025 в суд от ФИО2 поступило заявление о приобщении документов.

15.09.2025 в суд от ФИО4 поступило ходатайство об отложении судебного заседания.

15.09.2025 в суд от ФИО4 поступило ходатайство об отложении судебного заседания.

Через канцелярию суда поступило письменное ходатайство от ФИО2 о рассмотрении дела в его отсутствие, в связи с невозможностью обеспечения явки представителя в судебное заседание.

Суд, совещаясь на месте, руководствуясь ст.ст. 123, 156, 184, 266 АПК РФ, определил: удовлетворить ходатайство ФИО2 и рассмотреть дело без участия представителя заявителя, извещенного в порядке ст. 123 АПК РФ.

В суд поступило ходатайство ФИО4 об отложении судебного разбирательства.

Суд, совещаясь на месте, определил: отказать в удовлетворении ходатайства.

К/у ФИО3, представители Лугуева Гази Джалаловича, АО «Стройнефтьгаз» в лице конкурсного управляющего ФИО3 доводы своих апелляционных жалоб поддерживают по мотивам, изложенным в них.

В стадиях прений и реплик лица, участвующие в деле, подтвердили свои правовые позиции по делу.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закона о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Конкурсным кредитором АО «Стройнефтьгаз» заявлено о признании недействительными:

- Договора № 7/16/П-1 от 25.05.2016 об оказании юридических услуг, заключенного между ФИО4 и АО «Рузам Груп»;

- Соглашения о новации обязательств от 17.05.2018, заключенного между ФИО4 и АО «Рузам Груп».

В свою очередь, ФИО4 просит включить в третью очередь реестра требований кредиторов АО «Рузам Груп» денежное требование ФИО4 в размере 11 098 390 руб., в том числе: 9 909 277 руб. основного долга, 1 189 113 руб. процентов за период 18.05.2018 -17.05.2024. Задолженность должника перед ФИО4 возникла на основании Договора № 7/16/П-1 от 25.05.2016 об оказании юридических услуг и Соглашения о новации обязательств от 17.05.2018, заключенных между ФИО4 и АО «Рузам Груп».

Данные заявления объединены для совместного рассмотрения.

По мнению конкурсного кредитора АО «Стройнефтьгаз» Договор № 7/16/П-1 от 25.05.2016 об оказании юридических услуг является недействительным по основаниям, предусмотренными пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между кредитором ФИО4 и должником заключен договор № 7/16/П-1 от 25.05.2016 об оказании юридических услуг, в соответствие с которым должник (Заказчик по Договору) поручил кредитору (Исполнитель по Договору) оказание юридических услуг по представлению интересов Заказчика в порядке досудебного урегулирования, в судах общей юрисдикции и арбитражных судах любой инстанции по защите прав должника в отношении жилого дома, расположенного по адресу: <...>.

В соответствие с п. 3.1-3.2 договора стоимость оказываемых Исполнителем (кредитором) услуг установлена в виде абонентской платы в размере 10 000 рублей в

месяц, а также дополнительных выплат за участие Исполнителя в судебных заседаниях в интересах АО «Рузам Груп» в размере 10.000 рублей за каждое заседание.

Договором, кроме того, предусмотрена выплата Исполнителю премии успеха в случае вынесения судом, арбитражным судом решения в пользу Заказчика в отношении прав на жилой дом, расположенный по адресу: <...>, в размере 9 % от стоимости имущества и/или имущественных прав, которые являются предметом спора по такому делу. Стоимость такого имущества и/или имущественных прав определяется в соответствии с заявленным исковым требованием, а при отсутствии цены иска - на основании данных бухгалтерского учета Заказчика (п.3.3 договора).

Кредитор обязательства по договору исполнял систематически, что подтверждается актом приема-передачи выполненных работ от 30.12.2016, однако ни одного платежа по договору должник не осуществил.

В соответствие с вышеупомянутым Актом от 30.12.2016 за период с 25.05.2016 по 30.12.2016 выплате Исполнителю (кредитору) подлежит 9 909 277 руб., в том числе:

Абонентская плата – 10 000 руб. х 7 месяцев = 70 000 руб.

Надбавка за участие в судебных заседаниях без выезда за пределы г. Москвы 10 000 руб. х 8 заседаний: 80 000 руб.

Премия успеха в размере 9 759 277 руб. по результатам участия Исполнителя в июле ноябре 2016 в рассмотрении в Замоскворецком районном суде г. Москвы гражданского дела № 02-6305/2016 по иску ФИО8 к АО «Рузам Груп» о переводе прав покупателя на 1/2 долю в праве собственности на Жилой дом по адресу: <...>, по договору № 9 КП-2015/РГ-РНГСТ купли-продажи недвижимого имущества от 14.08.2015, заключенному между АО «Рузам Груп» и ООО «РНГС-Трейдинг», стоимость оспариваемого права 108 436 417,93 руб.

Должник (Заказчик по указанному Договору) возражений на представленный кредитором (Исполнителем) Акт приема-передачи выполненных работ от 30.12.2016 в порядке, установленном п. 3.5 договора, не представил, об одностороннем отказе от исполнения договора в порядке, установленном ч. 1 ст. 782 ГК РФ, не заявлял.

После подписания Акта приема-передачи выполненных работ от 30.12.2016 кредитор продолжил исполнять свои обязательства по Договору № 7/16/П-1 от 25.05.2016 об оказании юридических услуг, в том числе выступил представителем АО «Рузам Груп» при рассмотрении апелляционной жалобы истца ФИО8 по делу № 02-6305/2016 (апелляционное определение коллегии по гражданским делам Мосгорсуда от 14.03.2017 по делу № 33-54709) и по гражданскому делу № 2-2051/2017 по иску ФИО8 к АО «Рузам Груп» о понуждении заключить договор купли-продажи ½ доли в праве общей долевой собственности на Жилой дом, расположенный по адресу: <...> (решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 03.05.2017 по делу № 2 2051/2017), оба судебных акта вынесены в пользу АО «Рузам Груп», дополнительный акт выполненных работ сторонами не подписывался.

Учитывая, что дело о банкротстве АО «Рузам Груп» было возбуждено определением Арбитражного суда города Москвы 16.01.2017, судом первой инстанции правомерно установлено, что оспариваемый Договора № 7/16/П-1 от 25.05.2016 об оказании юридических услуг совершен в период подозрительности, предусмотренный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с

применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В абзаце 2 пункта 1 указанного Постановления указаны виды сделок, которые могут оспариваться в рамках дела о несостоятельности (банкротстве): действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе, наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе, списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента); выплата заработной платы, в том числе премии; брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов; уплата налогов, сборов и таможенных платежей, как самим плательщиком, так и путем списания денежных средств со счета плательщика по поручению соответствующего государственного органа; действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения; перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 15.02.2019 N 305-ЭС18-8671(2) по делу N А40-54535/2017, из диспозиции названной нормы следует, что помимо цены для

определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (п. 9 постановления пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", далее - Постановление N 63).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана недействительной, если она совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и имеется хотя бы одно из обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, если сделка совершена в отношении заинтересованного лица либо направлена на выплату доли в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (статья 2 Закона о банкротстве).

В абзаце четвертом пункта 6 и абзаце первом пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63) разъяснено, что приведенные выше презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся в пункте 5 Постановления N 63, для признания сделки недействительной по указанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В соответствии с абзацем 4 пункта 4 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах,

связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено судам, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В пунктах 7 и 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена.

В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 г. N 60) исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Судом первой инстанции верно распределено бремя доказывания, поскольку для признания оспоримой сделки недействительной заявителю необходимо доказать наличие состава недействительности (наличия квалифицирующих признаков) сделки, то есть наличие тех условий, при которых закон допускает признание недействительной сделки судом.

Однако материалы спора не содержат доказательств того, договор на оказание юридической помощи имеет признаки, установленные статьями 10 и 168 ГК РФ и п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае, оспариваемый договор относится к договору возмездного оказания услуг и правоотношения по нему регулируются Главой 39 Гражданского Кодекса Российской Федерации.

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 ГК РФ).

Правила настоящей главы применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41, 44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 настоящего Кодекса.

Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг (пункт 1 статьи 781 ГК РФ).

По смыслу гражданско-правового регулирования отношений сторон в сфере возмездного оказания услуг и согласно сложившейся в правоприменительной практике правовой позиции основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате оказанных услуг является факт их оказания.

В соответствии с разъяснениями пункта 1 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 29.09.1999 N 48 "О некоторых вопросах судебной практики, возникающих при рассмотрении споров, связанных с договорами на оказание правовых услуг" при рассмотрении споров необходимо исходить из того, что указанный договор может считаться заключенным, если в нем перечислены определенные действия, которые обязан совершить исполнитель, либо указана определенная деятельность, которую он обязан осуществить. В том случае, когда предмет договора обозначен указанием на конкретную деятельность, круг возможных действий исполнителя может быть определен на основании предшествующих заключению договора переговоров и переписки, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев делового оборота, последующего поведения сторон и т.п. (статья 431 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку стороны в силу статьи 421 ГК РФ вправе определять условия договора по своему усмотрению, обязанности исполнителя могут включать в себя не только совершение определенных действий (деятельности), но и представление заказчику результата действий исполнителя (письменные консультации и разъяснения по юридическим вопросам; проекты договоров, заявлений, жалоб и других документов правового характера и т.д.).

Предметом спорной сделки в данном случае являлся комплекс юридических услуг, а также представительство интересов заказчика исполнителем в судах общей юрисдикции и арбитражных судах.

При рассмотрении споров, связанных с оплатой оказанных в соответствии с договором правовых услуг, арбитражным судам необходимо руководствоваться положениями статьи 779 ГК РФ, по смыслу которых исполнитель может считаться надлежаще исполнившим свои обязательства при совершении указанных в договоре действий (деятельности). При этом следует исходить из того, что отказ заказчика от оплаты фактически оказанных ему услуг не допускается (пункт 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 29.09.1999 N 48).

Как установлено судом первой инстанции, ФИО4 услуги по договору осуществлены фактически, к делу приобщены заверенные синими печатями суда копии процессуальных документов по гражданским делам, в которых ФИО4 представляла интересы АО «Рузам Груп» в рамках договора № 7/16/П-1 от 25.05.2016 об оказании юридических услуг, а именно: решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 09.11.2016 по гражданскому делу № 2-6305/2016, протокол судебного заседания от 09.11.2016, апелляционное определение Московского городского суда от 14.03.2017 по делу № 33-5709, протокол судебного заседания от 14.03.2017, решение

Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 03.05.2017 по гражданскому делу № 2-2051/2017.

Из указанных судебных актов и протоколов судебных заседаний следует, что ФИО4 представляла интересы АО «Рузам Груп» в судебных процессах по защите имущественных прав АО «Рузам Груп» относительно недвижимого имущества – жилого здания общей площадью 2357,8 кв.м. по адресу: <...>, упомянута доверенность от имени АО «Рузам Груп», на основании которой ФИО4 действовала в суде.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что исполнение договора оказания юридических услуг свидетельствует о том, что сделка была направлена на установление, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть на достижение определенного правового результата. Мнимая сделка не предполагает исполнения, а исполненная сделка не может быть признана мнимой.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, ни сам Договор № 7/16/П-1 от 25.05.2016 об оказании юридических услуг, ни акт приема-передачи выполненных работ от 30.12.2016 фальсифицированными не признавались.

Для переоценки доказательств в указанной части апелляционный суд не усматривает.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о недоказанности несоразмерности стоимости аналогичных услуг в сравнимых обстоятельствах, и что по договору отсутствовало встречное исполнение, и стороны преследовали цель вывода активов должника. Необходимость в оказании юридической помощи заявителем не опровергнута.

Размер вознаграждения об оказании юридической помощи не может являться безусловным основанием для признания сделки недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Давая оценку ссылкам АО «Стройнефтьгаз» на данные, подготовленные экспертной группой VETA. о стоимости по представлению интересов заказчика в судах общей юрисдикции, суд первой инстанции указал на то, что онb не могут свидетельствовать об иной рыночной стоимости оказанных услуг между должником и ответчиком, так как фиксированная стоимость услуг по спорному договору от 25.05.2016 г. значительно меньше среднерыночной цены на данные услуги, размер премии успеха также несколько ниже средней по г. Москве.

Не усматривает апелляционный суд и нарушений судом первой инстанции при применении положений статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ.

Согласно правовым позициям, изложенным в Постановлении Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 N 10044/11, Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886(1), от 08.04.2019 N 305-ЭС18-22264, от 17.12.2018 N 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069, от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4), от 29.01.2020 N 308-ЭС19-18779(1,2), от 29.01.2020 N 308-ЭС19-18779(1,2), по основаниям ст. 10 и 168 Гражданского кодекса РФ могут быть признаны недействительными лишь сделки с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет

смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет заявителю обходить правила об исчислении сроков исковой давности и применении специальных норм Главы III.1 Закона о банкротстве (в частности, о недопустимости оспаривания сделок, совершенных в рамках обычной хозяйственной деятельности).

Однако, как следует из материалов спора, конкурсный управляющий не приводит доводов, о том, что оспариваемые сделки выходят за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Обстоятельства злоупотребления правом при совершении оспариваемых сделок и осведомленности об этом контрагента-ответчика не находят подтверждения в материалах дела и опровергаются имеющимися в деле доказательствами.

Принимая во внимание возможность разрешения спора по заявленным основаниям и представленным доказательствам, суд первой инстанции пришел к обоснованному об отсутствии оснований для квалификации сделки применительно к ст. 170 ГК РФ.

Таким образом, апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции в части реальности Договора № 7/16/П-1 от 25.05.2016 об оказании юридических услуг.

Однако заслуживают внимания доводы апелляционных жалоб об аффилированности ФИО4 по отношению к должнику.

Так, 01 июля 2004 года между ФИО4 и АО «РАО Роснефтегазстрой» заключен трудовой договор, согласно которому ФИО4 назначена начальником правового управления АО «РАО Роснефтегазстрой».

В период с 01 июля 2004 года по, как минимум, 28 июня 2019 года, ФИО4 исполняла обязанности начальника правового управления АО «РАО Роснефтегазстрой», входила в совет директоров общества, что подтверждается, в частности, Протоколами годового общего собрания акционеров АО «РАО Роснефтегазстрой» от 25.08.2011, 26.06.2012, 25.06.2015, 10.10.2017, 28.06.2019.

8400 (100 %) голосующих акций АО «Рузам Груп» принадлежат ООО «РНГС- Трейдинг», что подтверждается выпиской реестродержателя АО «Новый регистратор» из реестра владельцев ценных бумаг АО «Рузам Груп» от 21.09.2017.

99.9951% долей ООО «РНГС-Трейдинг» принадлежат АО «РАО Роснефтегазстрой» (в настоящий момент АО «Стройнефтьгаз»), что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ в отношении ООО «РНГС-Трейдинг»; Отчётом ПДО при работе с контрагентом от 08.10.2024.

Таким образом, АО «Рузам Груп» является дочерним предприятием ООО «РНГС-Трейдинг» (ИНН <***>, ОГРН <***>), которое, в свою очередь, является дочерним предприятием по отношению к АО «РАО Роснефтегазстрой» (в настоящий момент АО «Стройнефтьгаз»).

С 25 мая 2016 года ФИО4, являясь членом совета директоров материнской по отношению к должнику компании, оказала АО «Рузам Груп» услуги, по оспариваемому договору об оказании юридических услуг.

9 759 277 из 9 909 277 рублей, ранее предъявленных ФИО4 ко включению в реестр требований кредиторов должника, являются, согласно п. 7 акта приема-передачи выполненных работ по Договору об оказании юридических услуг, премией успеха по результатам участия ФИО4 в рассмотрении гражданского дела № 02-6035/2016 по иску ФИО8 к АО «Рузам Груп» о переводе прав покупателя на 1/2 доли жилого дома, по договору купли-продижи имущества, заключённому между ответчиком и ООО «РНГС-Трейдинг», который является учредителем должника, услуги которому оказывала ФИО4

Фактически юридическая связь между сторонами не утрачена. ФИО4 продолжает исполнять обязанности начальника правового управления АО «РАО

Роснефтегазстрой», оказывать должнику юридические услуги, как минимум, вплоть до 2019 года.

Данное обстоятельство, в числе прочего, подтверждается протоколом адвокатского опроса ФИО9, которая указывает, что у ФИО4 имелись печати АО «Рузам Груп», и что ФИО2 фактически уволился с должности директора АО «Рузам Груп» с 2017 года.

В апелляционной жалобе ФИО2 указывает, что ФИО4 владела распорядительными функциями и оказывала влияние на хозяйственную деятельность АО «Рузам Груп».

При этом, как верно указано судом первой инстанции аффилированность сторон при отсутствии доказательств причинения вреда кредиторам и злоупотребления правом при заключении сделки, не имеют правового значения, поскольку сама по себе аффилированость сторон не свидетельствует автоматически о наличии цели причинения вреда кредиторам должника.

Факт фактической аффилированности ФИО4 и АО «Рузам Груп» не является основанием, порочащим Договор № 7/16/П-1 от 25.05.2016 об оказании юридических услуг, поскольку представленными доказательствами подтверждается реальность договорных отношений.

Условия Договора № 7/16/П-1 от 25.05.2016 об оказании юридических услуг являются стандартными и не выходят за рамки обычной хозяйственной деятельности АО «Рузам Груп».

Заявителями апелляционных жалоб не представлено доказательств чрезмерности предусмотренного Договором от 25.05.2016 вознаграждения, а также несоразмерности стоимости таких же услуг, оказываемых другими лицами схожей квалификации, не доказано, что какие-либо действия по оказанию услуг были излишними.

При этом суд апелляционной инстанции полагает ошибочным вывод суда в части действительности Соглашения о новации обязательств от 17.05.2018, заключенных между ФИО4 и АО «Рузам Груп», исходя из следующего.

Конкурсный кредитор АО «Стройнефтьгаз» полагает, что Соглашения о новации обязательств от 17.05.2018 является недействительным по основаниям, предусмотренными пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

Поскольку дело о банкротстве должника возбуждено 16.01.2017, оспариваемое Соглашение о новации обязательств от 17.05.2018 совершено в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как установлено судом, между АО «Рузам Груп» и кредитором ФИО4 было заключено Соглашение о новации обязательств от 17.05.2018, в соответствие с которым услуги по Договору № 7/16/П 1 от 25.05.2016 на оказание юридических услуг, оказанные после подписания акта приема передачи выполненных работ от 30.12.2016, входят в состав услуг, утвержденных Актом от 30.12.2016 и дополнительный оплате не подлежат, при этом стоимость выполненных работ фиксируется в сумме 9 909 277 руб.

Стороны договорились о замене указанного обязательства по оплате услуг по Договору № 7/16/П-1 от 25.05.2016 об оказании юридических услуг на заемные обязательства (новацию) в таком же размере 9 909 277 руб. с обязательством со стороны должника АО «Рузам Груп» возвратить сумму займа с одновременной уплатой процентов в размере 2% годовых не позднее 3 лет с даты подписания соглашения о новации обязательств от 17.05.2018. Срок исполнения данного обязательства истек 17.05.2021.

В частности, пунктом 4 соглашения о новации предусмотрено начисление процентов на сумму займа в размере 2% годовых, что идентично условию о начислении 2% годовых на суммы требований кредиторов по мировому соглашению от 05.02.2018.

Между тем, наличие признаков неплатежеспособности АО «Рузам Груп» по состоянию на момент совершения оспариваемого Соглашения о новации подтверждается следующим.

Начиная с середины 2013 года по настоящее время, у АО «Рузам Груп» имеются неисполненные обязательства с наступившим сроком исполнения.

По требованиям ИФНС № 6 по г.» Москве, в сумме 11 757 745,55 р., возникшие в период с 07.10.2016 - 29.05.2017, включенные в реестр требований кредиторов определениями Арбитражного суда г. Москвы от 04.09.2017, 10.10.2017 по делу № А40-5694/2017.

По требованиям ЗАО «Нефтегазстрой-Украина», в сумме 84 944 317,74 р., возникшие 10.02.2015, включенные в реестр требований кредиторов определением Арбитражного суда г. Москвы от 19.10.2017 по делу № А40-5694/2017.

По требованиям ООО «МИК «ИСИ-С», в сумме 22 629 941,29 р., возникшие 27.08.2015, включенные в реестр требований кредиторов определением Арбитражного суда г.Москвы от 19.10.2017 по делу № А40-5694/2017.

По требованиям Иннет Файненс Корп., в сумме 2 500 000 дол. США, возникшие 14.06.2013, не включенные в реестр требований кредиторов.

16.05.2017 года ИФНС России по г. Москве (далее также - Налоговый орган) обратилось в арбитражный суд г. Москвы с заявлением о включении в реестр требований кредиторов АО «Рузам Груп» требования в размере 26 639,35 - основной долг во вторую очередь, 9 312 456,03 р. - в третью очередь реестра требований кредиторов АО «Рузам Груп».

Требования возникли в связи неуплатой должником страховых взносов на страховую часть трудовой пенсии, на обязательное медицинское страхование, по неуплате налога на имущества, налога на прибыль, уполномоченным органом были выставлены требования об уплате налога, сбора, пени, штрафа, процентов: № 14921 от 07.10.2016 года, № 18092 от 09.01.2017 года, № 16055от 07.11.2016 года, № 34118 от 07.04.2017 года, № 14281 от 07.10.2016 года, № 4313 от 08.04.2016года, № 12750 от 10.08.2016 года, № 11721 от 05.08.2016 года, № 087S01170033242 от 27.01.2017 года, № 08710919ТН0034768 от 21.07.2010 года, № 087S01170131379 от 09.01.2017 года, № 087S01160467748 от 02.06.2016 года, № 087S01160147577 от 02.03.2016 года, Требования об уплате недоимки по страховым взносам, пеней и штрафов № 08710910ТН0034768, № 08710911ТН0261933, № 08710910ТН0514940, № 087S01160147577 от 12.04.2016 года, № 087S01160467748 от 29.06.2016 года, № 087S01170033242 от 27.01.2017 года, Требование об уплате финансовых санкций № 087S01171082459 от 29.05.2017 года.

В связи с неисполнением указанных требований об уплате уполномоченным органом были вынесены Решения о взыскании налога, сбора, страховых взносов, пени, штрафа, процентов за счет денежных средств на счетах налогоплательщика: № 20680 от 31.10.2016 года, № 20681 от 31.10.2016 года, № 954 от 21.01.2017 года, № 21964 от 29.11.2016 года, № 11520 от 23.06.2016 года, № 087S02160149715 от 16.08.2016 года, № 17110 от 24.08.2016 года, № 17109 от 24.08.2016 года, № 15040 от 27.04.2017 года.

10 октября 2017 года Арбитражный суд города Москвы определил включить в Реестр требований кредиторов АО «Рузам Груп» требование ФНС в лице ИФНС России № 6 по г. Москве в размере 26 639 руб. 35 коп. - основной долг во вторую очередь удовлетворения, 8 636 050 руб. 28 коп. - основной долг, 671 466 руб. 85 коп. - пени, 500 руб. 00 коп. - штраф в третью очередь удовлетворения. Пени и штраф в Реестре учитывать отдельно.

29.05.2017 года Налоговый орган обратился в арбитражный суд г. Москвы с заявлением о включении в реестр требований кредиторов АО «Рузам Груп» требования в размере 3 318,84 р., из которых - 3 318,84 р. основной долг по недоимкам за страховые взносы на обязательное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, 13 руб. 28 коп. -пени.

22 сентября 2017 года Арбитражный суд города Москвы определил включить в реестр требований кредиторов АО «Рузам Груп» требование уполномоченного органа ФНС в лице ИФНС России № 6 по г, Москве в размере 3 332 руб. 12 коп., из которых: 3 318 руб. 84 коп. - основной долг, 13 руб. 28 коп. - пени в третью очередь удовлетворения. Пени учитывать в реестре отдельно.

Таким образом, как минимум за год до заключения договора об оказании юридических услуг с ФИО4, АО «Рузам Груп» систематически не исполняло свои обязательства по уплате обязательных платежей перед Налоговым органом, с 2013 года имело задолженность перед иными контрагентами.

По настоящий момент данные требования так и не были исполнены должником вследствие неплатёжеспособности, недостаточности денежных средств.

Апелляционный суд считает, что оспариваемое соглашение о новации совершено с целью преодоления правовых последствий, предусмотренных фактическим отказом ФИО4 от судебной защиты.

Между АО «Рузам Груп» и кредитором ФИО4 было заключено Соглашение о новации обязательств от 17.05.2018, в соответствие с которым услуги по Договору № 7/16/П 1 от 25.05.2016 на оказание юридических услуг, оказанные после подписания акта приема передачи выполненных работ от 30.12.2016, входят в состав услуг, утвержденных Актом от 30.12.2016 и дополнительный оплате не подлежат, при этом стоимость выполненных работ фиксируется в сумме 9 909 277 руб.

Стороны договорились о замене указанного обязательства по оплате услуг по Договору № 7/16/П-1 от 25.05.2016 об оказании юридических услуг на заемные обязательства (новацию) в таком же размере 9 909 277 руб. с обязательством со стороны должника АО «Рузам Груп» возвратить сумму займа с одновременной уплатой процентов в размере 2% годовых не позднее 3 лет с даты подписания соглашения о новации обязательств от 17.05.2018. Срок исполнения данного обязательства истек 17.05.2021.

Следовательно, Соглашение о новации от 17.05.2018 совершено при наличии у должника кредиторской задолженности в условиях фактической аффилирвоанности сторон.

Согласно пункту 1 статьи 414 ГК РФ под новацией подразумевается прекращение обязательства соглашением сторон и замена первоначального обязательства, существовавшего между сторонами, другим обязательством между теми же лицами.

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 N 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств" разъяснено, что обязательство прекращается новацией, если воля сторон определенно направлена на замену существовавшего между ними первоначального обязательства другим обязательством (статья 414 ГК РФ).

Новация имеет место, если стороны согласовали новый предмет и (или) основание обязательства.

Соглашение о замене первоначального обязательства другим может быть сформулировано, в частности, путем указания на обязанность должника предоставить только новое исполнение и (или) право кредитора потребовать только такое исполнение.

Иные требования к действительности соглашения о новации не предъявляются.

Также в пункте 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 21.12.2005 N 103 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 414 Гражданского кодекса РФ" разъяснено, что новация происходит только тогда, когда действия сторон направлены к тому, чтобы обязательство было новировано. Если стороны намерены совершить новацию, то они должны это определенно выразить.

Из соглашения должно определенно следовать, что стороны имели в виду замену первоначального обязательства другим обязательством, что влечет для них некоторые правовые последствия, в частности невозможность требовать исполнения первоначального обязательства.

Как следует из материалов дела, 01.06.2017 (согласно штампу Почты России) в Арбитражный суд города Москвы поступило требование кредитора ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов должника АО «Рузам Груп» задолженности в размере 9 909 277 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2017 производство в деле № А40-5694/17-71-15 Б о признании АО «Рузам Груп» несостоятельным (банкротом) по требованию кредитора ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов должника АО «Рузам Груп» задолженности в размере 9 909 277 руб. 00 коп. прекращено в связи с отказом заявителя от требований в соответствии с п. п. 1 и 5 ст. 49 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.02.2018 утверждено мировое соглашение, заключенное 05.02.2018 между должником АО «Рузам Груп» в лице генерального директора ФИО2 и кредиторами третей очереди удовлетворения реестра требований кредиторов в лице представителя ФИО4, действующей на основании решения собрания кредиторов от 04.12.2017.

Согласно п. 17 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2020)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.07.2020), отказ кредитора от заявленного в деле о банкротстве требования к должнику влечет те же правовые последствия, что и отказ истца от требования к ответчику в общеисковом производстве.

В соответствии с частью 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Согласно части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц.

В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом.

По смыслу приведенных положений, отказ от иска - это отказ от судебной защиты конкретного субъективного права, направленный на прекращение возбужденного истцом процесса.

Право на отказ от иска (часть 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) вытекает из конституционно значимого принципа диспозитивности гражданского и арбитражного процесса (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2011 N 10-П). Последствием отказа от иска и его принятия судом является недопустимость повторного обращения в суд по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям (часть 3 статьи 151 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). То есть истец утрачивает свое материальное субъективное право в правоотношениях с

ответчиком и, соответственно, те экономические блага, которые являются содержанием этого права.

Таким образом, ФИО4 фактически отказалась от требования к АО «Рузам Групп» в размере 9 909 277 руб. 00 коп., основанного на неоплате по Договору № 7/16/П-1 от 25.05.2016 об оказании юридических услуг.

При этом, ФИО4, обращаясь с настоящим требованием о включении задолженности в реестр требований кредиторов АО «Рузам Груп», умолчала о факте, имеющем значение для данного обособленного спора.

Так, в материалах обособленного спора по вопросу включения требования ФИО4 в реестр требований кредиторов АО «Рузам Груп», в рамках которого определением Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2017 по делу № А40-5694/2017 суд принял отказ ФИО4 от заявленного требования, - содержит дополнительное соглашение № 1 от 12.07.2017 к договору № 7-16/П-1 от 25.05.2016 г. об оказании юридических услуг.

Данное дополнительное соглашение № 1 от 12.07.2017 содержит условие, что премия успеха ФИО4 не выплачивается.

Таким образом, факт наличия дополнительного соглашения № 1 от 12 июля 2017 года к договору № 7-16/П-1 от 25 мая 2016 года об оказании юридических услуг аннулирует задолженность АО «Рузам Груп» перед ФИО4

В силу 1 статьи 414 ГК РФ, а также разъяснений информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2005 N 103 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 414 Гражданского кодекса Российской Федерации" новировано может быть только существующее обязательство. Соглашение о новации, предметом которого является несуществующее первоначальное обязательство, недействительно (ничтожно).

Следовательно, ФИО4, не только отказываясь от требования к должнику в размере 9 909 277 руб. 00 коп., но и отказываясь от премии успеха, фактически Соглашением от 17.05.2018 новировала обязательство, которое прекратилось 12.07.2017.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить

обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

В п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32 указано, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Апелляционная коллегия в качестве цели совершения сделки по новации обязательства из договора оказания юридических услуг от 25.05.2016 в заемное обязательство усматривает намерение ФИО4 обойти правило о недопустимости повторного обращения в суд по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям.

С учетом части 5 статьи 49 АПК РФ отказ истца от иска не должен противоречить закону или нарушать права других лиц, при этом независимо от того, заявлен ли отказ от иска вследствие добровольного удовлетворения ответчиком требований истца, утраты интереса к судебному рассмотрению спора, нежелания дальнейшего использования механизмов судебной защиты, прощения долга полностью или в части, оценки возражений ответчика относительно обоснованности предъявленных требований и судебных перспектив рассмотрения дела, в том числе таких последствий, как возложение на истца расходов по государственной пошлине и отказ во взыскании судебных расходов в соответствующей части, при возникновении впоследствии спора между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям подлежат применению последствия отказа от иска, установленные частью 3 статьи 151 АПК РФ, направленные на недопустимость повторного рассмотрения судами тождественных исков.

Отказ от иска не прекращает обязательство, нарушение исполнения которого послужило поводом для обращения истца в суд.

Отказ от иска влечет за собой отказ от судебной защиты, но право требовать напрямую от ответчика, например, уплаты задолженности по договору у заявителя остается.

После отказа от иска и прекращения производства по делу утрачивается возможность в судебном порядке принудить должника исполнить свою обязанность.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд полагает, что Соглашение от 17.05.2018 года о новации заключено с целью преодоления правовых последствий, предусмотренных отказом от судебной защиты вследствие отказа ФИО4 от требования к должнику о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника (по сути отказа от иска).

Данные действия сторон свидетельствуют о недобросовестном поведении с целью преодоления правовых последствий отказа от иска.

Все указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что оспариваемая сделка фактически является мнимой и была совершена с целью возможности повторного предъявления требования, от включения которого в реестр требований кредиторов должника ФИО4 отказалась (определение Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2017 производство в деле № А40-5694/17-71-15 Б).

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Ничтожная сделка является недействительной с момента ее заключения (абзац 2 п. 84 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Таким образом, ничтожные сделки недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (пункт 1 статьи 166 ГК РФ), а значит не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2(2015), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015; "Обзор судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств", утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.05.2013).

Положения Закона о банкротстве (статьи 16, 71) исключают существование в реестре требований кредиторов фиктивных требований.

Согласно пункту 26 Постановления Пленума ВАС РФ N 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах связанных с рассмотрением дел о банкротстве" в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно ч 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Лица, участвующие в деле, согласно статьям 8, 9 АПК РФ, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Из правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 23.07.2018 N 305-ЭС18-3009 по делу N А40-235730/2016, следует, что в условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу.

Во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.

Обращаясь с заявлением в суд, кредитор должен представить неопровержимые доказательства подтверждения задолженности, обосновать экономическую целесообразность требований, реальность договорных отношений, а также добросовестность совершаемых действий.

Учитывая изложенное выше, поскольку задолженность АО «Рузам Груп» перед ФИО4 по Договору № 7/16/П-1 от 25.05.2016 г. об оказании юридических услуг аннулирована дополнительным соглашением № 1 от 12.07.2017 к договору № 7-16/П-1 от 25.05.2016 г. об оказании юридических услуг, а Соглашение о новации обязательств от 17.05.2018 признано недействительным, то у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для удовлетворения заявления ФИО4, в связи с чем суд отказывает во включении требований ФИО4 в реестр требований кредиторов АО «Рузам Груп» суммы задолженности в размере 9 909 227 руб. - основного долга, 1 189 113 руб. - процентов за период 18.05.2018 по 17.05.2024.

Резюмируя изложенное, отказ ФИО4 от требования к должнику о включении в требования реестр требований кредиторов должника (задолженность по Договору № 7/16/П-1 от 25.05.2016 г. об оказании юридических услуг) предполагает не отказ от субъективного гражданского права, а отказ от защиты этого права в юрисдикционной форме, в силу чего субъективное право не может быть осуществлено при помощи принудительной силы государства.

Таким образом, обжалованный судебный акт подлежит отмене с принятием нового судебного акта о признанияинедействительным соглашения о новации обязательств от 17.05.2018 между ФИО4 и АО «Рузам Груп», а также об отказе в удовлетворении требования ФИО4

Владимировны о включении основного долга и процентов за период 18.05.2018 по 17.05.2024 в третью очередь реестра требований кредиторов АО «Рузам Груп».

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 01.07.2025 по делу № А40-5694/17 отменить.

Заявление АО «Стройнефтьгаз» в части признания недействительным соглашения о новации обязательств от 17.05.2018 между ФИО4 и АО «Рузам Груп», - удовлетворить.

В удовлетворении заявления о признании обоснованными и включении в третью очередь реестра требований кредиторов АО «Рузам Груп» требования ФИО4 в размере 9 909 227 руб. - основной долг, 1 189 113 руб. - проценты за период 18.05.2018 по 17.05.2024, - отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: С.Н. Веретенникова Судьи: В.В. Лапшина О.И. Шведко