Постановление от 2 сентября 2025 г. по делу № А56-53836/2024

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-53836/2024
03 сентября 2025 года
г. Санкт-Петербург
Резолютивная часть постановления объявлена 29 июля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 03 сентября 2025 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Денисюк М.И. судей Зотеевой Л.В., Протас Н.И.

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1 при участии:

от истца (заявителя): предст. ФИО2 – доверенность от 01.04.2025

от ответчиков: 1) не явился (извещен), 2) предст. ФИО3 – доверенность от 14.08.2024

рассмотрев апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-11333/2025) общества с ограниченной ответственностью «Свеза Тюмень» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.03.2025 по делу № А56-53836/2024 (судья Душечкина А.И.), принятое

по иску общества с ограниченной ответственностью «Свеза Тюмень» (ОГРН <***>; ИНН <***>; адрес: 625034, <...>)

к 1) Raute Corporation (Raute Oyj) (адрес: Rautetie 2, FIN-15551, Nastola, Finland, идентификационный номер 0149072-6)

2) общество с ограниченной ответственностью «Рауте Сервис» (ОГРН <***>; ИНН <***>; адрес 199406, <...>, литера У, помещ. 57-Н/ком. 3)

о взыскании

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Свеза Тюмень» (далее - истец, Общество, ООО «Свеза Тюмень») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском о взыскании солидарно с Raute Corporation (Raute Oyj) (Финляндия) (далее – Ответчик-1, компания Raute Corporation) и общества с ограниченной ответственностью «Рауте Сервис» (далее – Ответчик-2, ООО «Рауте Сервис») 607500 евро в рублях по курсу Центрального Банка России на дату исполнения вынесенного судом решения.

Решением суда от 14.03.2025 в удовлетворении исковых требований отказано; суд также отказал в удовлетворении ходатайства ответчиков об оставлении искового заявления без рассмотрения.

Не согласившись с вынесенным решением суда первой инстанции, ООО «Свеза Тюмень» направило апелляционную жалобу, в которой просит отменить решение суда от 14.03.2025 в части отказа в удовлетворении исковых требований, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении иска в полном объеме, ссылаясь на неправильное применение судом первой инстанции норм материального и процессуального права. В обоснование доводов апелляционной жалобы истец ссылается на то, что согласно разъяснениям, приведенным в пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», арбитражный суд не связан правовой квалификацией правоотношений, предложенной лицами, участвующими в деле, и самостоятельно определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Податель жалобы полагает ошибочными выводы суда первой инстанции об отсутствии в действиях Ответчика-1 вины в невозвращении авансового платежа истцу; по мнению подателя жалобы, санкции Европейского союза не могут оправдывать нарушение прав российского юридического лица на получение денежных средств в размере 607500 евро, уплаченных иностранному контрагенту в качестве аванса за фактически не поставленный товар, при этом в материалах дела отсутствуют доказательства того, что компанией Raute Corporation принимались меры к возврату денежных средств истцу; также податель жалобы указывает на то, что довод суда первой инстанции о выбытии спорных денежных средств из-под контроля Ответчика-1 (перечисления денежных средств на счет уполномоченного государственного органа Финляндии) материалами дела не подтверждается. Податель жалобы указывает на то, что вопреки выводам суда первой инстанции, истцом представлены в материалы дела доказательства принятия необходимых мер для получения спорных денежных средств из государственных органов Финляндии. Также податель жалобы указывает на то, что судом первой инстанции применена норма материального права, не подлежащая применению, а именно пункт 1 статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Кроме того, податель жалобы полагает, что судом первой инстанции необоснованно отклонены доводы истца о солидарной ответственности компании Raute Corporation и ООО «Рауте Сервис».

ООО «Рауте Сервис» представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором Ответчик-2 просит прекратить производство по апелляционной жалобе в связи с пропуском истцом срока на подачу апелляционной жалобы, а в случае рассмотрения апелляционной жалобы по существу оставить ее без удовлетворения, а решение суда первой инстанции без изменения.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2025 (в составе судей Денисюк М.И., Зотеевой Л.В., Титовой М.Г.) рассмотрение апелляционной жалобы ООО «Свеза Тюмень» отложено на 29.07.2025.

На основании определения председателя четвертого судебного состава от 29.07.2025 в соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) произведена замена в составе суда, рассматривающего дело № А56-53836/2024, судья Титова М.Г. в связи с нахождением в очередном отпуске заменена на судью Протас Н.И., рассмотрение апелляционной жалобы начато с начала.

В судебном заседании 29.07.2025 представитель ООО «Свеза Тюмень» поддержал доводы апелляционной жалобы. Представитель ООО «Рауте Сервис» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Компания Raute Corporation извещена надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы с учетом положений части 1 статьи 121 АПК РФ и пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», в судебное заседание своих представителей не направило, что в силу статей 156 и 266 АПК РФ не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для прекращения производства по апелляционной жалобе ООО «Свеза Тюмень» в связи со следующим.

В соответствии с частью 2 статьи 259 АПК РФ срок подачи апелляционной жалобы, пропущенный по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с такой жалобой, в том числе в связи с отсутствием у него сведений об обжалуемом судебном акте, по ходатайству указанного лица может быть восстановлен арбитражным судом апелляционной инстанции при условии, что ходатайство подано не позднее чем через шесть месяцев со дня принятия решения или, если ходатайство подано лицом, указанным в статье 42 настоящего Кодекса, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов обжалуемым судебным актом.

Ходатайство о восстановлении срока подачи апелляционной жалобы рассматривается арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 117 АПК РФ.

Частью 1 статьи 117 АПК РФ предусмотрено, что процессуальный срок подлежит восстановлению по ходатайству лица, участвующего в деле, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Арбитражный суд восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными (часть 2 статьи 117 АПК РФ).

В рассматриваемом случае, из материалов дела усматривается, что апелляционная жалоба на решение суда первой инстанции от 14.03.2025 была направлена истцом в электронном виде с использованием сервиса «Мой арбитр» 15.04.2025, то есть с пропуском установленного частью 1 статьи 259 АПК РФ срока на 1 календарный день.

Оценив приведенные подателем жалобы доводы в обоснование уважительности причин пропуска срока на подачу апелляционной жалобы, учитывая незначительный пропуск указанного срока, отсутствие доказательств недобросовестности подателя жалобы и злоупотребления им процессуальными правами, суд апелляционной инстанции посчитал возможным, руководствуясь статьей 117, частью 2 статьи 259 АПК РФ, восстановить пропущенный срок на подачу апелляционной жалобы, на что указано в определении от 12.05.2025.

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ законность и обоснованность решения суда от 14.03.2025 в обжалуемой части проверены в апелляционном порядке.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между ООО «Свеза Тюмень» (Покупатель) и компанией Raute Corporation (Финляндия) (Продавец) был заключен контракт от 10.01.2022 № CS2113074 (далее - Контракт) (том 1 л.д.18-134), в соответствии с пунктом 2.1 которого Продавец обязан передать в собственность

Покупателя оборудование по модернизации лущильной линии R5 и оказать услуги по шеф-монтажу и наладке, согласно приложениям к Контракту, а Покупатель обязан принять и оплатить оборудование и услуги, согласно приложениям к Контракту

Согласно пункту 4.1 Контракта стоимость Контракта составляет 2025000 Евро, из которых:

- оборудование 1872000 Евро, - услуги 152800 Евро.

Установленную в пункте 4 Контракта стоимость Контракта Покупатель оплачивает в соответствии с условиями оплаты, указанными в Приложении 8А к Контракту (пункт 6.1 Контракта).

Пунктом 1.2 Приложения 8А к Контракту предусмотрено, что 30% от стоимости Контракта (607500 Евро) оплачиваются в качестве авансового платежа Покупателем в течение 24 календарных дней с даты подписания Контракта и при условии получения Покупателем от Продавца банковской гарантии, предусмотренной пунктом 1.1 Приложения 8А к Контракту.

В рамках исполнения Контракта компания Raute Corporation направила в адрес ООО «Свеза Тюмень» инвойс от 17.01.2022 № 20645 на предоплату по Контракту на сумму 607500 Евро (том 1 л.д..135-136)

ООО «Свеза Тюмень» произвело оплату авансового платежа в размере 607000 евро, что подтверждается банковским ордером от 09.02.2023 № 1029 (том 1 л.д.137) и Ответчиком-1 не оспаривается (подтверждается электронным письмом от 10.02.2022, том 1 л.д.138).

ООО «Свеза Тюмень» является частью группы компаний СВЕЗА (том 1 л.д.139).

28.02.2022 Советом Европейского Союза принято решение о включении акционера группы компаний СВЕЗА ФИО4 в список лиц, к которым применяются ограничительные меры (санкции) Европейского Союза на основании Регламента Совета Европейского Союза № 269/2014 от 17.03.2014 (Приложение 1 к Регламенту Совета ЕС № 269/2014, Решение Совета (CFSP) 2022/337 от 28.02.2022 о внесении изменений в решение 2014/145/CFSP).

02.03.2022 компания Raute Corporation направила электронное письмо и официальное уведомление, в которых сообщила о немедленном прекращении проектной деятельности с комбинатом ООО «Свеза Тюмень», включая весь объем работ по Контракту, в связи с санкциями ЕС в отношении владельца компании (г-на ФИО4).

Из материалов дела также усматривается, что Судебной управой Финляндии (Национальный правоохранительный орган Финляндии) издан приказ от 25.03.2022 № Е010/0 (том 1 л.д.144-146) об аресте активов (денежных средств) в размере 608000 Евро, определенных как авансовый платеж, внесенный ООО «Свеза Тюмень» по Контракту. Указанным приказом компания Raute Corporation обязана перечислить указанную денежную сумму на специальный счет государственного органа. В качествен основания наложения ареста указано нахождение ФИО4 в санкционном списке ЕС как физическое лицо.

Обязательства компании Raute Corporation по поставке оборудования в рамках Контракта не исполнены, оборудование по Контракту в адрес истца не поставлено.

Истец считает, что с 26.10.2022 отпали основания для применения к ООО «Свеза Тюмень» ограничительных мер (санкций) Европейского Союза в соответствии с Решением Совета (ЕС) № 2014/145/CFSP от 17.03.2014 и Регламентом Совета Европейского Союза № 269/2014 от 17.03.2014, поскольку ФИО4 перестал являться собственником более 50% уставного капитала в

ООО «Свеза», являющегося единственным участником (учредителем) ООО «Свеза Тюмень».

Истцом были направлены в адрес ответчиков претензии от 22.03.2023, от 19.04.2024 с требованием возврата авансового платежа в размере 607500 евро, которые оставлены без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с настоящим иском.

Решением суда от 14.03.2025 в удовлетворении исковых требований отказано.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции считает решение суда первой инстанции от 14.03.2025 в обжалуемой части подлежащим отмене в связи со следующим.

Вопросы исключительной компетенции российских арбитражных судов по спорам с участием лиц, в отношении которых иностранные публично-правовые образования применили меры ограничительного характера, урегулированы статьей 248.1 АПК РФ, согласно части 1 которой отсутствие между сторонами арбитражного соглашения (арбитражной оговорки) относит спор между ними к исключительной компетенции российских арбитражных судов.

В данном случае такое соглашение между сторонами достигнуто (пункт 17.2 Контракта), в связи с чем часть 1 статьи 248.1 АПК РФ применению не подлежит.

В соответствии с пунктом 17.2 Контракта при невозможности доарбитражного урегулирования, спор или претензия, возникающие в связи или в отношении настоящего Контракта, либо его нарушение подлежат окончательному разрешению в арбитраже в соответствии с Арбитражным Регламентом Международной Торговой Палаты, при соблюдении настоящей статьи.

Пунктом 17.3. Контракта согласовано, что арбитражный процесс проводится в г.Женева. Швейцария.

В силу пункта 17.4 Контракта все положения, не урегулированные настоящим Контрактом, регулируются и толкуются в соответствии с правом Швейцарии, исключая его выбор законов

Положения Конвенции Организации Объединенных Наций о договорах международной купли-продажи товаров к Контракту не применимы (пункт 17.5. Контракта)

В то же время, суд первой инстанции обоснованно сослался на то, что согласно части 4 статьи 248.1 АПК РФ к исключительной компетенции арбитражных судов в Российской Федерации относятся также и дела, если подобное соглашение неисполнимо по причине применения в отношении одного из лиц, участвующих в споре, мер ограничительного характера иностранным публично-правовым образованием, создающим такому лицу препятствия в доступе к правосудию.

По смыслу названной нормы само по себе применение мер ограничительного характера уже создает российской стороне препятствия в доступе к правосудию, в силу чего для перевода спора под юрисдикцию российских арбитражных судов достаточно ее одностороннего волеизъявления, выраженного в процессуальной форме.

Статьи 248.1 и 248.2 АПК РФ введены в действие Федеральным законом от 08.06.2020 № 171-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации в целях защиты прав физических и юридических лиц в связи с мерами ограничительного характера, введенными иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства

или государственного объединения и (или) союза». Из пояснительной записки к проекту данного Федерального закона следует, что цель принятия указанных норм заключалась в установлении гарантий обеспечения прав и законных интересов отдельных категорий граждан Российской Федерации и российских юридических лиц, в отношении которых недружественными иностранными государствами были введены меры ограничительного характера, поскольку подобные меры фактически лишают их возможности защищать свои права в судах иностранных государств, международных организациях или третейских судах, находящихся за пределами территории Российской Федерации.

Таким образом, из системного толкования приведенных правовых норм и с учетом целей законодательного регулирования следует, что сам по себе факт введения в отношении российского лица, участвующего в споре, подлежащем рассмотрению по соглашению сторон в международном коммерческом арбитраже, находящемся за пределами территории Российской Федерации, мер ограничительного характера, предполагается достаточным для вывода об ограничении доступа такого лица к правосудию.

Ограничительные меры имеют, во-первых, личный характер, то есть адресованы конкретному лицу персонально, а во-вторых, публичный характер, то есть общеобязательны и основаны на силе и авторитете публичной государственной власти. Введение иностранными государствами ограничительных мер (запретов и персональных санкций) в отношении российских лиц поражает их в правах как минимум репутационно и тем самым заведомо ставит их в неравное положение с иными лицами. В таких условиях вполне оправданны сомнения в том, что спор с участием лица, находящегося в государстве, применившем ограничительные меры, будет рассмотрен на территории иностранного государства, также применившего ограничительные меры, с соблюдением гарантий справедливого судебного разбирательства, в том числе касающихся беспристрастности суда, что составляет один из элементов доступности правосудия.

Как следует из пунктов 17.2, 17.3 Контракта споры, вытекающие из Контракта, подлежат рассмотрению в арбитраже в соответствии с Арбитражным Регламентом Международной Торговой Палаты, при этом арбитражный процесс проводится в г.Женева, Швейцария.

Вместе с тем Швейцария поддержала введенные Европейским Союзом против России санкции.

При этом Швейцария в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 03.05.2022 № 452, а также на основании распоряжения Правительства Российской Федерации от 05.03.2022 № 430-р официально включена в перечень иностранных государств и территорий, совершающих недружественные действия в отношении Российской Федерации.

Кроме того, как усматривается из материалов дела, 28.02.2022 Советом Европейского Союза принято решение о включении акционера группы компаний СВЕЗА ФИО4 в список лиц, к которым применяются ограничительные меры (санкции) Европейского Союза на основании Регламента Совета Европейского Союза № 269/2014 от 17.03.2014 (Приложение 1 к Регламенту Совета ЕС № 269/2014, Решение Совета (CFSP) 2022/337 от 28.02.2022 о внесении изменений в решение 2014/145/CFSP).

При этом, ООО «Свеза Тюмень» является частью группы компаний СВЕЗА (том 1 л.д.139).

Введенные иностранными государствами санкции в отношении российских юридических лиц накладывают экономические и деловые ограничения, негативно

влияют на производственный процесс и возможность ответчика исполнять свои обязательства перед контрагентами. При этом санкции не могут считаться нормальным и предсказуемым предпринимательским риском.

В соответствии с частью 2 статьи 247 АПК РФ арбитражные суды в Российской Федерации рассматривают экономические споры и другие дела, связанные с предпринимательской и иной экономической деятельностью с участием иностранных лиц и отнесенные в соответствии со статьями 248 и 248.1 АПК РФ к их исключительной компетенции.

Учитывая введенные причины и основания возникновения спора, связанные с применением мер ограничительного характера недружественными государствами по запрету поставки оборудования на территорию Российской Федерации, настоящее дело на основании статьи 248.1 АПК РФ правомерно рассмотрено Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Отказывая в удовлетворении исковых требований ООО «Свеза Тюмень» к компании Raute Corporation суд первой инстанции ссылался на положения статей 15, 393, 393.1 ГК РФ о возмещении убытков, причиненных ненадлежащим исполнением должником обязательств, и указал на отсутствие вины Ответчика-1 в невозможности возврата суммы авансового платежа по Контракту истцу. При этом, суд первой инстанции исходил из того, что истец в судебном заседании 06.03.2025 просил взыскать спорные денежные средства в качестве убытков.

Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено следующее:

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», арбитражный суд не связан правовой квалификацией правоотношений, предложенной лицами, участвующими в деле, и самостоятельно определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» также указано, что по смыслу части 1 статьи 196 ГПК РФ или части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Таким образом, в рассматриваемом случае, несмотря на заявление истцом требований о взыскании спорной суммы в качестве убытков, именно суд обязан определить нормы права, которые следует применить к установленным обстоятельствам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1210 ГК РФ стороны договора могут при заключении договора или в последующем выбрать по соглашению между собой право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям по этому договору.

В силу части 5 статьи 13 АПК РФ арбитражный суд в соответствии с международным договором Российской Федерации, федеральным законом, соглашением сторон, заключенным в соответствии с ними, применяет нормы иностранного права. Данное правило не затрагивает действие императивных норм законодательства Российской Федерации, применение которых регулируется разделом VI Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом», арбитражный суд применяет нормы иностранного права при рассмотрении дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом, с соблюдением условий, предусмотренных частью 5 статьи 13 АПК РФ, и правил применения норм иностранного права, установленных статьей 14 АПК РФ.

При применении иностранного права суд устанавливает содержание его норм в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве (пункт 1 статьи 1191 ГК РФ).

Как определено в пункте 17.4 Контракта, все положения, не урегулированные настоящим Контрактом, регулируются и толкуются в соответствии с правом Швейцарии, исключая его выбор законов

Положения Конвенции Организации Объединенных Наций о договорах международной купли-продажи товаров к Контракту не применимы (пункт 17.5. Контракта)

Таким образом, поскольку стороны Контракта прямо исключили применение Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 года и в соответствии со статьей 1210 ГК РФ стороны выбрали применение материального права Швейцарии, то суд первой инстанции в силу части 5 статьи 13, статьи 14, статьи 1191 ГК РФ обязан был применить при разрешении настоящего спора нормы швейцарского законодательства, к которым относится Швейцарский обязательственный закон от 30.03.1911 (по состоянию на 01.03.2012) (далее – ШОЗ).

Глава 3 раздела 1 части 1 ШОЗ регулирует обязательства из неосновательного обогащения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 62 ШОЗ тот, кто обогатился за счет другого без законного основания, обязан возвратить полученное.

Это обязательство возникает, в частности, если что-то было получено без действительного основания, или в силу основания, которое не возникло или прекратило свое существование (пункт 2 статьи 62 ШОЗ).

Раздел 3 части 1 ШОЗ определяет основания прекращения обязательств.

В соответствии со статьей 119 ШОЗ «Невозможность исполнения» обязательство прекращается, если его исполнение стало невозможным в силу обстоятельств, за которые должник не отвечает (пункт 1). При двустороннем договоре освобожденный таким образом должник обязан вернуть уже исполненное в соответствии с положениями о неосновательном обогащении и утрачивает право требовать то, что еще не было исполнено (пункт 2). Это правило применяется за исключением тех случаев, когда в силу закона или договора риск переходит к кредитору уже до исполнения обязательства (пункт 3).

В соответствии с пунктом 7.2 Контракта переход риска утраты или повреждения предмета поставки осуществляется при поставке в соответствии со статьей 2 Контракта.

Следовательно, с учетом положений пункта 7.2 Контракта не подлежит применению пункт 3 статьи 119 ШОЗ.

Как следует из материалов дела, письмом от 09.22.2022 (том 2 л.д.8) компания Raute Corporation уведомила истца о расторжении Контракта на основании пунктов 18.2 и 19.1 Контракта, ссылаясь на введенные в отношении Российской Федерации санкции, препятствующие совершению платежных операций и исполнению Контракта.

При таких обстоятельствах, исходя из положений пунктов 1 и 2 статьи 119 ШОЗ должник (компания Raute Corporation) обязан вернуть уже исполненное в соответствии с положениями о неосновательном обогащении (статья 61 ШОЗ), то есть обязан возвратить перечисленный истцом авансовый платеж.

Ответчиками при рассмотрении дела не приведено иного толкования норм подлежащего применению в настоящем случае права Швейцарии.

При этом, вышеуказанные положения о возврате неосновательного обогащения также не противоречат положениям российского законодательства, в частности пункту 3 статьи 487, пункту 4 статьи 453, главе 60 ГК РФ.

При таких обстоятельствах, вопреки выводам суда первой инстанции, положения статей 15, 393 и 393.1 ГК РФ, касающиеся возмещения убытков, не подлежат применению к спорным правоотношениям.

Доводы ответчиков, поддержанные судом первой инстанции, об отсутствии вины Ответчика-1, поскольку спорные денежные средства были арестованы и выбыли из владения Ответчика-1 ввиду санкционной политики Европейского союза (введением санкций в отношении гр.ФИО4), Ответчик-1 не может распоряжаться указанными денежными средствами, которые могут быть «разморожены» только по решению МИД Финляндии на основании запроса истца, отклоняются судом апелляционной инстанции ввиду следующего.

В рассматриваемом случае, как уже указывалось выше, спорные денежные средства (авансовый платеж в размере 607500 евро) подлежал возврату истцу Ответчиком-1 в соответствии с положениями о неосновательном обогащении (статьи 61, 119 ШОЗ, пункт 3 статьи 487, пункт 4 статьи 453, глава 60 ГК РФ), а не в качестве убытков, в связи с чем не имеет значения установление противоправности действий (бездействия) должника.

Положения пункта 19.4 Контракта об освобождении от ответственности не подлежат применению к рассматриваемым правоотношениям, поскольку возврат авансового платежа как неосновательного обогащения не является мерой ответственности.

Реализация государством, в котором зарегистрирован Ответчик-1, мер санкционной политики в отношении Российской Федерации и ее граждан/юридических лиц в рассматриваемом случае не может служить достаточным основанием для признания указанных обстоятельств форс-мажорными и освобождения Ответчика-1 от обязанности по возврату неосновательно приобретенного (авансового платежа по Контракту).

Российский правопорядок исходит из того, что экономические санкции иностранного государства, какого-либо государственного союза, объединения не могут выступать в качестве основания для нарушения прав российского юридического лица, в том числе посредством одностороннего отказа от исполнения обязательств (постановление Конституционного Суда Российской Федерации, от 13.02.2018 № 8-П, определения Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2024 № 305-ЭС24-669, от 24.02.2025 № 305-ЭС24-22583).

Учитывая изложенное, издание Судебной управой Финляндии приказа от 25.03.2022 № Е010/0 (том 1 л.д.144-146) об аресте активов (денежных средств) в размере 608000 Евро, определенных как авансовый платеж, внесенный ООО «Свеза Тюмень» по Контракту с обязанием компании Raute Corporation перечислить указанную денежную сумму на специальный счет государственного органа, не является основанием для освобождения Ответчика-1 от обязанности возвратит спорную сумму авансового платежа истцу в качестве неосновательного обогащения.

При таких обстоятельствах ссылки суда на отсутствие доказательств принятия истцом разумных мер по снятию ареста со спорных денежных средств в

уполномоченном органе Финляндии, также подлежат отклонению. Более того, из материалов дела усматривается, что истцом были предприняты разумные меры для возврата спорных денежных средств, в том числе посредством обращения в банк Nordea Bank ABP, выдавший гарантию возврата авансового платежа по Контракту в случае неисполнения Продавцом обязательств, а также путем направления соответствующих запросов как в Судебную управу Финляндии, так и в МИД Финляндии (том 2 л.д.15-88).

Таким образом, оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон, учитывая, что доказательства исполнения Ответчиком-1 обязательств по поставке оборудования по Контракту на сумму авансового платежа в материалы дела не представлены, равно как не представлены доказательства возврата истцу денежных средств в размере 607500 Евро, суд апелляционной инстанции полагает обоснованными как по праву так и по размеру требования истца о взыскании с Ответчика-1 (компании Raute Corporation) 607500 евро неосновательного обогащения в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации на дату уплаты.

При этом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для солидарного взыскания спорной суммы авансового платежа также с ООО «Рауте Сервис»

В силу пункта 1 статьи 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Как отмечено в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 11.03.2025 № 11-П, пункт 1 статьи 322 ГК РФ закрепляет основания возникновения солидарной обязанности (ответственности) как одной из разновидностей правового режима обязательств с множественностью лиц на стороне должника или кредитора.

Пункты 1 и 2 статьи 323 ГК РФ предусматривают, что при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга. Кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью.

Гражданское законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности (пункт 1 статьи 48, пункты 1 и 2 статьи 56, пункт 1 статьи 87 ГК РФ). В то же время из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ), на что обращено внимание в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Следовательно, только в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям

добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

В рассматриваемом случае, требование истца о возврате авансового платежа в размере 607500 евро основано на Контракте, заключенном между истцом и компанией Raute Corporation; ООО «Рауте Сервис» не является стороной Контракта. Условиями Контракта также не предусмотрена солидарная ответственность ООО «Рауте Сервис» по обязательствам компании Raute Corporation

Доказательства наличия договорных отношений между истцом и ООО «Рауте Сервис» относительно поставки оборудования по Контракту либо получения денежных средств от истца в материалах дела отсутствуют. Как указывает Ответчик-2, ООО «Рауте Сервис» оказывало исключительно услуги сервисной поддержки и ремонта оборудования, приобретенного российскими клиентами у финских компаний и уже поставленного в Российскую Федерацию (данные обстоятельства истцом не опровергнуты).

В материалы дела также не представлены доказательства того, что ООО «Рауте Сервис» является представительством или дочерней организацией компании Raute Corporation.

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) компания Raute Corporation не являлась участником ООО «Рауте Сервис».

Представленная истцом справочная информация о RAUTE WPM OY (том 1 л.д.207-210) свидетельствует о том, что именно по отношению к указанной компании ООО «Рауте Сервис» является дочерней организацией (доля владения 50%), что также соответствует сведениям ЕГРЮЛ.

Консолидированная финансовая отчетность группы Raute, на которую ссылается истец (том 2 л.д.131-138), также подтверждает, что в 2022 и 2023 годах компания Raute Corporation не имела доли владения и права голоса в ООО «Рауте Сервис».

Сам по себе тот факт, что компания Raute Corporation и ООО «Рауте Сервис» входят в группу компаний Raute не свидетельствует о том, что ООО «Рауте Сервис» является дочерней компанией или представительством компании Raute Corporation и несет ответственность по обязательствам компании Raute Corporation.

Более того, как обоснованно отметил суд первой инстанции, в силу пункта 2 статьи 67.3 ГК РФ дочернее общество не отвечает по долгам основного хозяйственного товарищества или общества.

Федеральный закон от 04.06.2018 № 127-ФЗ «О мерах воздействия (противодействия) на недружественные действия Соединенных Штатов Америки и иных иностранных государств», как и иные акты российского законодательства, не устанавливают, что введение каких-либо санкций против Российской Федерации и российских лиц иными государствами (лицами) само по себе является основанием для освобождения соответствующих иностранных лиц от обязательств в отношении российских лиц, либо для какого-либо изменения данных обязательств.

Из материалов дела не усматривается, что неисполнение компанией Raute Corporation обязательств по Контракту обусловлено действиями ООО «Рауте Сервис», в том числе нарушением Ответчиком-2 норм публичного правопорядка.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения исковых требований к ООО «Рауте Сервис» не имеется.

Учитывая изложенное, апелляционная жалоба истца подлежит удовлетворению в части; решение суда первой инстанции от 14.03.2025 в обжалуемой части надлежит отменить в связи с неправильным применением норм

материального права и несоответствием выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, с вынесением по делу в данной части нового судебного акта о взыскании с компании Raute Corporation в пользу ООО «Свеза Тюмень» 607500 евро неосновательного обогащения в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации на дату уплаты, а также 215000 руб. расходов по государственной пошлине за рассмотрение дела в судах первой и апелляционной инстанций (200000 руб. по первой инстанции и 15000 руб. по апелляционной жалобе, учитывая, что она удовлетворена частично); в удовлетворении исковых требований к ООО «Рауте Сервис» надлежит отказать.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14 марта 2025 года по делу № А56-53836/2024 в обжалуемой части отменить.

Взыскать с компании Raute Corporation (Raute Oyj) (адрес: Rautetie 2, FIN-15551, Nastola, Finland, идентификационный номер 0149072-6) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Свеза Тюмень» 607500 евро неосновательного обогащения в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации на дату уплаты, а также 215000 руб. расходов по государственной пошлине за рассмотрение дела в судах первой и апелляционной инстанций.

В удовлетворении исковых требований к обществу с ограниченной ответственностью «Рауте Сервис» отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий М.И. Денисюк

Судьи Л.В. ФИО5 Протас