Постановление от 26 февраля 2025 г. по делу № А50-32553/2021

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-1794/2024(2)-АК

Дело № А50-32553/2021
27 февраля 2025 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 13 февраля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 февраля 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Чухманцева М. А.,

судей                               Иксановой Э.С., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Саранцевой Т.С.,

при участии в режиме «веб-конференции» посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

конкурсного управляющего ООО УК «Мой город»  ФИО1 (лично), паспорт;

от ответчика ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 18.11.2024;

от кредитора АО «Интер РАО-Электрогенерация»: ФИО4, доверенность от 28.01.2025, паспорт;

иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего Решетникова Дмитрия Олеговича

на определение Арбитражного суда Пермского края

от 03 октября 2024 года

об отказе в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности,

вынесенное в рамках дела № А50-32553/2021

о признании ООО Управляющая компания «Мой город» несостоятельным (банкротом),

третье лицо, не заявляющее  самостоятельных требований относительно предмета спора: ООО «Класс» (ИНН <***>),

установил:

29.12.2021 акционерное общество «Интер РАО-Электрогенерация» (далее – заявитель, АО «Интер РАО-Электрогенерация») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Мой город» (далее – должник, ООО УК «Мой город»), обосновывая требование наличием задолженности в общей сумме 5 259 544,17 руб., установленной вступившими в законную силу судебными актами.

Определением арбитражного суда от 31.01.2022 в отношении ООО УК «Мой город» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5, член Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

Решением Арбитражного суда Пермского края от 02.06.2022 ООО УК «Мой город» признано банкротом, в отношении должника открыта процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим утвержден ФИО1 (определение арбитражного суда от 22.05.2023).

25.07.2023 от конкурсного управляющего в арбитражный суд поступило заявление о признании доказанным наличия оснований для привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, приостановлении производства до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 02.02.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда 03.04.2024 (резолютивная часть от 01.04.2024) определение Арбитражного суда Пермского края 02.02.2024 оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.

Постановлением арбитражного суда Уральского округа от 04.07.2024 (резолютивная часть от 04.06.2024) определение Арбитражного суда Пермского края от 02.02.2024 по делу № А50-32553/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2024 по тому же делу отменены; обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края.

Определением суда 12.07.2024 рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности назначено на 29.07.2024.

К участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено ООО «Класс».

30.08.2024 от конкурсного управляющего поступило уточнение требований, просит взыскать с ФИО2 в  пользу ООО УК «Мой город» денежные средства в размере 7 134 109,96 руб. в порядке субсидиарной ответственности (принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 03.10.2024 (резолютивная часть от 25.09.2024) в удовлетворении заявленных требований отказано.

 Конкурсный управляющий ФИО1, не согласившись с вынесенным судебным актом, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 03.10.2024 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В апелляционной жалобе заявитель приводит доводы о ненадлежащей правовой оценке суда обстоятельствам вывода ликвидного актива - имущественных прав, приобретаемых должником по договорам управления многоквартирными домами, за счет которого было бы возможно удовлетворение требований кредиторов, суд не устранил ошибки, на которые указал суд кассационной инстанции. Выражает несогласие с выводом суда об отсутствии виновных действий ФИО2 по выводу ликвидного актива в аффилированную организацию. Обстоятельства того, что качество услуг вновь избранной управляющей компании было лучше, чем под управлением ООО «УК «Мой Город», не установлено. Приведенные конкурсным управляющим в заявлении обстоятельства позволяют сделать вывод об искусственном и намеренном характере передачи бизнеса, то есть не по воле собственников жилых помещений в МКД, а по воле контролирующего лица указанных управляющих организаций, с целью перевода имущественных прав, за счет которых может полноценно осуществлять хозяйственную деятельность управляющая организация. Оплата за обслуживание многоквартирных домов составляет основной актив должника, о чем руководителю должника ФИО2 было известно, однако вопреки интересам кредиторов и должника были реализованы меры по переводу жилого фонда под управление ООО «Класс», где он является также руководителем, учредителем – ФИО6 Отмечает, что несмотря на то, что формально инициаторами собраний с вопросами расторжения договора управления с обществом УК «Мой Город» и заключением договоров управления с обществом «Класс» являлись собственники жилых помещений МКД, без волеизъявления новой управляющей компании Договор управления МКД не был бы заключен. По мнению конкурсного управляющего, контролирующим лицом была создана схема ухода от финансовых обязательств перед кредиторами с сохранением возможности управления ликвидными активами (доходами от осуществления деятельности по управлению многоквартирными домами). Выводы суда считает ошибочными, поскольку в вину ФИО7 по доведению общества до банкротства вменяются действия не по перераспределению дохода, а по выводу единственного ликвидного актива. Действия контролирующего должника лица повлекли неспособность ООО УК «Мой город» в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; был нарушен нормальный режим хозяйствования, в результате чего предприятие было полностью лишено возможности осуществлять предпринимательскую деятельность; при этом, контролирующее лицо сохранило контроль за основным активом предприятия - имущественными правами, приобретаемыми по договорам управления многоквартирными домами, судом не учтены разъяснения пункта 17 Постановления Пленума ВС РФ № 53 от 21.12.2017.

Ответчик ФИО2 в отзыве возражает против доводов апелляционной жалобы конкурсного управляющего.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2024 судебное разбирательство в порядке статьи 158 АПК РФ отложено на 20.01.2025, конкурсный управляющий обязан явкой в судебное заседание, а также у конкурсного управляющего запрошены пояснения относительно обстоятельств, свидетельствующих о переводе ФИО2 бизнеса на иную управляющую компанию.

От кредитора АО «Интер РАО-Электрогенерация» поступил отзыв на апелляционную жалобу, просит определение отменить, принять по делу новый судебный акт, апелляционную жалобу удовлетворить. В отзыве заявлено ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствии кредитора.

В судебном заседании конкурсный управляющий поддержал доводы апелляционной жалобы, представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2025 судебное разбирательство в порядке статьи 158 АПК РФ отложено на 13.02.2025.

От ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором возражает против ее удовлетворения.

В судебном заседании конкурсный управляющий и представитель кредитора поддержали доводы апелляционной жалобы, представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, общество «УК «Мой город» зарегистрировано в качестве юридического лица 26.11.2003. Основным видом деятельности общества: управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) учредителем общества УК «Мой город» с 06.05.2019 являлся ФИО2 с 100 % долей в уставном капитале общества.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 02.06.2022 общество УК «Мой город» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства.

Ссылаясь на то, что к объективному банкротству общества УК «Мой город» привели виновные действия ФИО2, выраженные в том, что собранные обществом УК «Мой город» с населения денежные средства на оплату коммунального ресурса не перечислялись поставщику ресурса, а фактически перенаправлялись на иные цели, не связанные с удовлетворением требований поставщиков коммунальных ресурсов; в результате перехода многоквартирных домов под управление аффилированной управляющей организации нарушен нормальный режим хозяйствования, в результате чего должник был полностью лишен возможности осуществлять предпринимательскую деятельность, при этом ответчик сохранил контроль за основным активом предприятия - имущественными правами, приобретаемыми по договорам управления многоквартирными домами, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

По результатам исследования и оценки имеющихся в материалах дела доказательств, суд первой инстанции пришёл к выводам об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, выводы которого поддержал апелляционный суд, исходил из недоказанности управляющим оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, мотивировав тем, что со стороны ответчика предприняты все необходимые меры на преодоление временных финансовых затруднений, который рассчитывал на их преодоление и достижение положительного имущественного результата. Суды первой и апелляционной инстанций приняли во внимание специфику хозяйственной деятельности общества УК «Мой город» по предоставлению населению коммунальных услуг, наличием дебиторской задолженности населения по оплате потребленных жилищно-коммунальных услуг, которая обладает низкой степенью ликвидности. При этом превышение размера кредиторской задолженности над активами должника носили краткосрочный характер и не свидетельствуют о неплатежеспособности общества УК «Мой город».

Помимо этого, суды обеих инстанций учли, что со стороны ФИО2 предпринимались меры по погашению образовавшей кредиторской задолженности, в частности, ответчик неоднократно обращался в адрес общества «Интер РАО Электрогенерация» с просьбой согласовать график платежей по имеющейся задолженности либо заключить договор уступки права требования дебиторской задолженности, в удовлетворении которых поставщиком коммунального ресурса отказано. Судами первой и апелляционной инстанций констатировано, что предпринимаемые ФИО2 меры по выходу из кризисной ситуации оказались малоэффективными, однако данное обстоятельство не указывает на виновность ответчика в доведении общества УК «Мой город» до несостоятельности (банкротства).

Суды первой и апелляционной инстанций не усмотрели в действиях ответчика намеренного перевода жилого фонда на иное подконтрольное юридическое лицо - ООО «Класс» (далее - общество «Класс»), отметив, что согласно сведениям реестра лицензий на управление многоквартирными домами, первый многоквартирный дом общества «Класс» на основании лицензии № 059000578 от 26.09.2019, расположенный по адресу: <...>, в управлении должника не находился. При этом суды не установили противоправных действий ответчика по смене управляющей компании, мотивировав тем, что решение о смене управляющей компании принимается большинством голосов собрания собственников жилых помещений, в таком случае прекращение прав должника на управление жилыми многоквартирными домами не является основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Суд округа с учетом установленных обстоятельств счел правильными выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям доведения должника до банкротства действиями ответчика; выводы судов относительно перевода бизнеса на новое юридическое лицо признал преждевременными.

Суд кассационной инстанции, отменяя постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2024 и определение суда первой инстанции от 02.02.2024, отнесся критически к тому обстоятельству, что смена управляющей компании в вышеуказанном многоквартирном доме на общество «Класс», находящееся под контролем ФИО2, не связана с нарастанием у должника долгов перед ресурсоснабжающими организациями и иными кредиторами и носило самостоятельный характер (по волеизъявлению собственников помещений). Смена управляющей компании, как правило, может быть объяснена стремлением собственников улучшить качество услуг по обслуживанию дома, недовольство бездействием предшествующей управляющей компании и т.п. Однако в рассматриваемом случае непонятны мотивы поведения собственников помещений, которые инициировали проведение собрания собственников исключительно с целью передачи домов под управление другой организации находящейся под контролем тех же самых лиц, которые и ранее занимались обслуживанием их домов.

Направляя обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции суд округа указал, что при новом рассмотрении дела арбитражному суду первой инстанции необходимо  устранить недостатки, исследовать доводы и возражения лиц, участвующих в деле, оценить представленные в их обоснование доказательства.

Суд первой инстанции, относительно перевода бизнеса на новое юридическое лицо как основания для привлечения к субсидиарной ответственности, при новом рассмотрении с учетом позиции суда кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по указанному основанию, указав на отсутствие доказательств того, что при осуществлении производственной деятельности ООО «УК Мой Город» в отсутствие перевода жилищного фонда в ООО «Класс», должник смог бы рассчитаться с кредиторами.

Суд апелляционной инстанции, проанализировав доводы апелляционной жалобы, отзывов и возражений, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов сторон, по правилам, предусмотренным статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, не находит оснований для отмены (изменения) судебного акта в силу следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Главой III.2 Закона о банкротстве установлены специальные основания и порядок для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пунктом 4 названной статьи к числу контролирующих должника лиц отнесен руководитель должника.

Согласно общему правилу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрен ряд презумпций, наличие которых предполагает, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное – состояние (однако, не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ №53, следует, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В рассматриваемом случае определением Арбитражного суда Пермского края от 31.01.2022 по делу №А50-32553/2021 требования общества «Интер РАО-Электрогенерация» в сумме 4 721 150 руб. 04 коп. основного долга, 457 973 руб. 65 коп. пеней, 80 420 руб. 48 коп. расходов по госпошлине – включены в третью очередь реестра требований УК «Мой город» (период возникновения обязательств: январь-сентябрь 2017 года).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 04.05.2022 по делу №А50-32553/2021 в реестр требований должника включены требования ФНС в лице МИФНС №21 по Пермскому краю по обязательным платежам в состав второй очереди реестра требований кредиторов в сумме 347 006 руб. 22 коп. – основной долг, в состав третьей очереди реестра требований кредиторов в сумме 264 304 руб. 50 коп., в том числе: 131 855 руб. 78 коп. – основной долг; 118 480 руб. 97 коп. – пени; 13 967 руб. 75 коп. – штрафы (периоды возникновения задолженности – 2017, 2020,2021 годы).

Требования иных кредиторов не превышают 300 000 руб.

При определении причинно-следственной связи между действиями/бездействиями привлекаемых к ответственности лиц и невозможностью погашения задолженности перед кредиторами должника (иными словами, за доведение должника до банкротства) следует учитывать не только финансовые показатели организации, но и то, что неспособность исполнения должником обязательств может быть вызвана как объективными причинами (изменение общеэкономической ситуации на рынке, кризис неплатежей и замедление платежного оборота, и др.), так и субъективными (неэффективное управление, снижение объемов производства и продаж, необоснованное увеличение дебиторской задолженности, несовершенная налоговая и денежная политика должника, вывод активов с целью обогащения определенного лица или группы лиц и т.п.).

В данном случае, судом первой инстанции верно учтена специфика деятельности должника по управлению и эксплуатации жилищного фонда, при осуществлении которой большую роль играет своевременная оплата коммунальных услуг населением, чей жилой фонд обслуживается должником.

В условиях большого объема работ, связанных со спецификой деятельности предприятия-должника как компании, осуществляющей предоставление населению коммунальных услуг, и затруднительной к взысканию дебиторской задолженностью, показатели задолженности изменяются в зависимости от «сезона» (периодически идет накопление, а затем взыскание дебиторской задолженности). Поэтому временное наличие задолженности (в небольшой период) само по себе не свидетельствует о неплатёжеспособности организации, а также о том, что «внешний» кредитор, не являющийся аффилированным по отношению к должнику, был осведомлен о такой неплатежеспособности. Формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, не означает невозможность исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника.

Также судом первой инстанции правомерно учтена представленная ФИО2 судебная финансово-экономическая и бухгалтерская экспертиза за период с 14.09.2017 по 28.08.2019, из выводов которой следует, что поступающие денежные средства использовались в рамках производственного процесса, а именно на оплату услуг поставщикам, выплату заработной платы, отчисления в фонды и ИФНС. За проверяемый период сумма дебиторской задолженности снизилась с 14 419 576,94 руб. до 7 222 669,71 руб., однако, снижение дебиторской задолженности произошло не только за счет погашения задолженности и увеличения платежеспособности по текущим расчетам, а в немалой степени и за счет проведения взаиморасчетов с поставщиками услуг по договорам цессии (так сумма переуступок за анализируемый период составила 2 599 412,23 руб.), а также за счет списания безнадежной дебиторской задолженности в расчеты по претензиям (которые составили на начало периода 0 руб., на конец периода 3 370 065,31 руб.). За период с момента возбуждения исполнительного производства, а именно с 14.09.2017 величина прибыли снизилась, так за 2017 год согласно финансовой отчетности убыток составил 878 тыс. руб. за 2018 год убыток составил 533 тыс. руб. Совокупное падение капитала за 2017 год составило 3 675 тыс. руб. за 2018 год 904 тыс. руб. При этом общая сумма кредиторской задолженности на момент составления экспертизы снизилась с 12 551 284,79 руб. до 8 642 996,72 руб. (в том числе задолженность перед АО «Интер РАО Электрогенерация» с 7 073 829,91 руб. до 5 532 503,84 руб.), что несомненно является положительным фактором для стабилизации финансового состояния предприятия. Как отметил эксперт, за анализируемый период отсутствовали какие либо отвлечения денежных средств из оборота. Более того, значительная часть, а именно 69,6% всех денежных средств были направлены на оплату услуг поставщикам, в том числе и на погашение задолженностей по исполнительным производствам.

В заключении отражено, что для того, чтобы максимально погасить образовавшуюся кредиторскую задолженность предприятие, в лице директора, использовало все возможные методы, а именно:

распоряжением директора агенты, с которыми у предприятия имеются договора по сбору денежных средств от населения, напрямую гасят имеющиеся кредиторские задолженности, что также подтверждает невозможность какого либо отвлечения денежных средств, и доказывает факт наличия желания погасить эту задолженность в кратчайшие сроки;

велась работа по рассрочке погашения кредиторской задолженности с прочими поставщиками услуг.

Неоднократными обращениями в адрес руководства АО «Интер РАО Электрогенерация», директор предприятия ФИО2 пытался согласовать графики платежей по имеющейся задолженности (а именно: исх. письмо №23 от 02.10.2017, исх. письмо №199 от 01.12.2017), но со стороны АО «Интер РАО Электрогенерация» был получен отказ.

В части использования данной возможности для погашения кредиторской задолженности в адрес руководства АО «Интер РАО Электрогенерация» от директора предприятия ФИО2 было направлено письмо о возможности заключения договора уступки права -требования долга исх. №51 от 06.03.2019, на что также был получен отрицательный ответ от 09.04.2019 за №ПГ/01/776 об отказе в заключении договора цессии.

Как пояснил представитель общества «Интер РАО-Электрогенерация» в процессе, предлагаемая ФИО2 дебиторская задолженность не являлась ликвидной, в связи с чем и было отказано в заключении договора уступки.

Также суд, с учетом представленных в дело пояснений и документов, признал заслуживающими внимания доводы ФИО2 о принятии последним мер, направленных на выход из сложившейся ситуации.

Вопреки доводам конкурсного управляющего, недостаточность принятых ФИО2 мер, а равно то, что такие меры не привели к сокращению «кассового разрыва» еще не означает его виновность в доведении до банкротства, либо в невозможности расчетов с кредиторами.

Достаточных доказательств того, что банкротство наступило в результате неправомерных действий/бездействий ФИО2 в материалы дела не представлено.

Судом также учтено, что постановлением от 18.11.2023 прекращено уголовное дело в отношении ФИО2 (по факту злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности/воспрепятствование исполнению судебного акта) в связи с непричастностью подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления. 

По мнению заявителя, о переводе бизнеса свидетельствует перевод руководителем общества УК «Мой город» ФИО2 жилого фонда под управление общества «Класс», основной вид деятельности которого совпадает с деятельностью должника; при этом   руководителем общества «Класс» является ФИО2, а его единственным учредителем супруга - ФИО6

Как верно отмечено судом первой инстанции, судебная практика выделяет следующие обстоятельства, позволяющие доказать факт перевода бизнеса на другую организацию:

1) создание новой компании в процессе проведения налоговой проверки или незадолго после ее завершения, но перед ликвидацией организации, в отношении которой проходила эта проверка;

2) адреса обеих организаций совпадают;

3) компании имеют общие сайт, производственные ресурсы и контактный телефон;

4) расчетные счета открыты в одном банке;

5) вход в интернет-банкинг осуществляется через общий компьютер и IP-адрес;

6) новая организация использует товарный знак, принадлежащий взаимозависимой компании;

7) персонал одной из компаний формируется из бывших работников другой организации;

8) перевод сотрудников из одной компании в другую носит формальный характер, поскольку работники продолжают выполнять прежние функции и занимать прежние должности;

9) большинство контрактов с поставщиками и покупателями перезаключаются на новую компанию;

10) вновь созданная организация занимается той же деятельностью, что и компания, бизнес которой переводится;

11) передача недвижимости и других активов от одной компании другой происходит либо на безвозмездной основе, либо по стоимости, существенно ниже рыночной;

12) компании являются взаимозависимыми и фактически контролируются одним лицом.

При этом, законодательством не запрещено создание аффилированными лицами организаций с тождественными наименованиями и видами деятельности.

Судом первой инстанции установлено, ООО «Класс» на основании лицензии №059-000578 от 26.09.2019 осуществляет деятельность по управлению домами, первый дом, который внесен в реестр, в перечь многоквартирных домов, деятельностью по управлению которыми осуществляет ООО «Класс» был дом №77 по ул. Карла Маркса, г. Добрянка, дом не находящийся в управлении ООО УК «Мой Город», кроме того согласно сведении, размещённых в ГИС ЖКХ, за период с 2019 по 2022 г.г. дома включенные в перечень, в Реестр многоквартирных домов деятельность по управлению которыми осуществляет ООО «Класс», не состояли из списка домов находящихся только под управлением ООО УК «Мой Город», часть МКД расторгли договор и заключили новый договор управления с иной управляющей компанией в период с 05.11.2019 по 01.09.2022 (всего 31 дом).

ООО «Класс», согласно выписке из ЕГРЮЛ было зарегистрировано в качестве юридического лица 28.12.2006, основным видом деятельности является Управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе, данная организация не являлась вновь созданной либо фиктивной, не является клоном ООО УК «Мой Город», это самостоятельный хозяйствующий субъект, осуществляющий управление многоквартирными домами.

Обстоятельства смены управляющей компании носили исключительно самостоятельный характер, это было волеизъявление собственников МКД, полномочиями по принятию решений о смене управляющей компании наделены только собственники помещений многоквартирного дома, инициаторами расторжения договора управления с ООО УК «Мой Город» и заключением договора управления с ООО «Класс» являлись собственники.

Заявитель не представил доказательства, свидетельствующие о том, что смена управляющей организации произведена собственниками помещений в многоквартирном доме в результате совершения ответчиком согласованных действий. Документально не подтвержден довод о том, что ответчик имел возможность определять волю собственников помещений многоквартирного дома.

Судом апелляционной инстанции из материалов дела также не усматривается оснований полагать, что решения о смене управляющей компании принимались собственниками помещений многоквартирных домов под влиянием ФИО2

Согласно представленным конкурсным управляющим сведениям, с 01.01.2020 по 01.09.2022 из 16 домов, которые находились под управлением должника, в управление ООО «Класс» перешли только 9 многоквартирных домов. Даты начала управления ООО «Класс» многоквартирными домами различны и соотносятся с датами начала управления иными домами (29 штук), не относящимися к должнику.

В соответствии со статьями 44 и 162 Жилищного кодекса Российской Федерации, выбор управляющей организации относится к компетенции собственников помещений в многоквартирном доме.

Как следует из материалов дела, собрания собственников помещений многоквартирных домов, на которых принято решение о расторжении договоров управления с Обществом «УК Мой Город» и заключении аналогичных договоров с ООО «Класс», были проведены по инициативе собственников; указанные решения были проверены государственной жилищной инспекцией.

Доказательств того, что данные решения были приняты под давлением ФИО2 или иных лиц в материалы дела не представлено.

Таким образом, доводы о том, что общество «Класс» фактически стало осуществлять деятельность должника и управлять его домами, являются несостоятельными.

Из представленных протоколов общего собрания собственников МКД следует, что решения о смене управляющей компании приняты большинством голосов; данные решения собраний в установленном процессуальном порядке недействительным не признаны. Само по себе принятие собственниками помещений в многоквартирном доме решения о смене управляющей организации не противоречит положениям статей 44,45,46,48 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Пока не доказано иное, прекращение прав должника на управление жилыми домами не зависело от воли должника и его руководителя, а являлось прямым следствием решения собственников многоквартирных жилых домов, на которое руководитель должника не мог оказать влияния.

Кроме того, само по себе расторжение договоров по управлению многоквартирными домами не повлекло невозможность взыскания сформировавшейся у должника дебиторской задолженности за прошедшие периоды.

Согласно имеющимся в материалах дела документам многоквартирные дома, ранее находящиеся в управлении должника, перешли не только под управление общества «Класс», но и под управление иных управляющих компаний (в том числе в общество с ограниченной ответственностью «УК Стимул»), при этом переход осуществлялся не одномоментно, а на протяжении длительного периода времени (в период с 2020 по сентябрь 2022 года).

В этой связи, по мнению суда, в данном случае прекращение прав должника на управление жилыми домами не может служить основанием для возложения на контролирующих лиц должника субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

Конкурсным управляющим не доказан факт того, что общество «Класс» было создано в качестве организации, на которую подлежала переводу деятельность должника.

Также правомерно отклонены ссылки конкурсного управляющего на то, что в случае сохранения домов в управлении должника, последний имел бы возможность исполнять обязательства перед кредиторами, поскольку таковые сделаны без учета специфики осуществляемой должником деятельности, при которой наличие непогашенной задолженности перед ресурсоснабжающими организациями сопровождается и обуславливается наличием задолженности населения по оплате коммунальных услуг. Единственным источником исполнения обязательств перед ресурсоснабжающим организациями, покрытия расходов на текущую деятельность являются платежи населения. Количество домов в управлении должника само по себе не может повлиять на платежеспособность населения, при ухудшении которой у управляющей компании неизбежно наращивается задолженность перед ресурсоснабжающими организациями.

Кроме  того, согласно письму от 26.10.2017 №ПГ/01/ договор между Интер-РАО-Электрогенерация и ООО «УК Мой» город расторгнут с 01.10.2017г., в связи с чем, управляющая компания перестала являться посредником между потребителями и поставщиками - ресурсоснабжающими организациями.

Как указывает конкурсный управляющий, в результате перехода МКД в иные управляющие компании на обслуживание, в том числе в ООО «Класс», должник лишился ликвидного актива - имущественных прав, приобретаемых по договорам управления многоквартирными домами, за счет которого было бы возможно удовлетворение требований кредиторов. При этом, конкурсным управляющим не учитывается тот факт, что при заключении договоров управления МКД одновременно с имущественными правами управляющая компания берет на себя и обязанности по обслуживанию домов, оказанию жилищно-коммунальных услуг, одновременно с доходной частью появляется и расходная часть. С учетом специфики деятельности управляющих компаний получение платы от собственников помещений за коммунальные услуги сопряжено с несением управляющей компанией расходов по содержанию жилых домов.

Судом верно отмечено, что в ситуации, когда потребители не оплачивают в полном объеме оказанные им коммунальные услуги, сохранение в  управлении многоквартирных домов не может компенсировать убытки предприятия, возникающие в связи с низкой платежной дисциплиной потребителей.

Доводы конкурсного управляющего о том, что смена управляющей организации направлена на создание «центра прибыли» и превращения прежней компании в «центр убытков» также правомерно отклонены арбитражным судом, поскольку такая смета не влечет освобождение населения от обязанности выплатить должнику уже сформировавшуюся задолженность.

Из пояснений сторон в суде апелляционной инстанции следует, что денежные средства, поступившие от принудительного взыскания дебиторской задолженности после 2017 года на расчетный счет должника, после погашения задолженности перед ресурсноснабжающими организациями распределялись на затраты на хозяйственную деятельность должника. При этом, конкурсным управляющим не выявлены факты необоснованного и неправомерного расходования денежных средств должником в интересах его бенефициаров. На счета новой управляющей компании указанные денежные средства не поступали.

Таким образом, в результате перехода МКД на обслуживание иной управляющей компании должник не лишился своего единственного актива – дебиторской задолженности населения, которая взыскивалась должником до возбуждения дела о банкротстве и продолжала взыскиваться конкурсным управляющим в процедуре банкротства.

Также конкурсный управляющий не учитывает, что задолженность перед Интер-РАО-Электрогенерация сформировалась в 2017 году, тогда как переход МКД на обслуживание в ООО «Класс» происходил с конца 2019 по 2022 года. Следовательно, возникновение задолженности не обуславливалось переходом МКД в иную управляющую компанию, а зависело от объективных факторов – снижения платежеспособности населения и финансовой дисциплины.

Кроме того, не доказано, передавалось ли какое-либо имущество, принадлежащее должнику, новому юридическому лицу, без которого деятельность должника стала невозможной.

Согласно анализу финансового состояния должника, численность работников на предприятии ООО «УК Мой Город» в 2018 году составляло 5 человек, в 2019 году – 2 работника.

Как пояснил представитель ответчика, при смене управляющей компании обслуживающий персонал конкретного дома (работники) не меняется, что является распространенной практикой и объясняет отсутствие смены персонала при переходе домов в иные управляющие компании.

При этом в ходе конкурсного производства было уволено (сокращенно) 10 работников (в том числе инженер, специалист по работе с населением, уборщики помещений), которые в последующем если и были трудоустроены в ООО «Класс», то не по инициативе руководителя должника.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что в данной ситуации перевода бизнеса с должника на ООО «Класс» фактически не состоялось, а также о недоказанности факта того, что между юридическими лицами производилось перераспределение дохода, прибыльная часть аккумулировалась в ООО «Класс», а долговая нагрузка в ООО «УК Мой Город».

Как верно указал суд первой инстанции, в рассматриваемом случае основным активом должника являлась дебиторская задолженность.

Судом учтено, что после смены управляющей компании, ООО «УК Мой Город» продолжало осуществлять меры по взысканию дебиторской задолженности с населения.

В реестр требований кредиторов должника включены требования на сумму 5 946 113 руб.; задолженность образовалась задолго до смены управляющей компании с ООО «УК Мой Город» на иные управляющие компании.

Согласно пояснениям конкурсного управляющего, в конкурсную массу была включена дебиторская задолженность населения в сумме 3 176 463,30 руб., при взыскании которой реестр кредиторов мог бы быть погашен на 50%.

За период конкурсного производства, в конкурсную массу поступило 18,17472 тыс. руб. При этом от взыскания задолженности с населения получено 7,29315 тыс. руб.

Собранием кредиторов было принято решение о реализации дебиторской задолженности на торгах, первичные и повторные торги признаны несостоявшимися в связи с отсутствием заявок на участие.

Собранием кредиторов было принято решение о реализации дебиторской задолженности на торгах, в связи с проведенными мероприятиями, дебиторская задолженность списана.

Аргументы конкурсного управляющего и кредитора о том, что причиной банкротства послужили факторы, входящие в сферу контроля ответчика, не нашли своего подтверждения материалами дела.

Суд признал обоснованными пояснения ответчика относительно причин возникновения у должника финансовых трудностей, из которых следует и иного не доказано, что доход должника, осуществляющего деятельность по обслуживанию многоквартирных жилых домов, зависел от исполнения обязательств собственниками обслуживаемых домов, при этом специфика функционирования подобного рода организаций такова, что текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности граждан за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, однако само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества, соответственно наличие у должника неисполненных обязательств в данном случае является обычным для функционирования управляющих организаций и не может являться безусловным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Переход к иным управляющим компаниям на обслуживание жилых домов, не свидетельствует о выводе активов должника. С учетом специфики деятельности управляющих компаний получение платы от собственников помещений за коммунальные услуги сопряжено с несением управляющей компанией расходов по содержанию жилых домов. С учетом изложенного судом не установлено оснований для вывода о том, что смена управляющей компании и способа управления многоквартирными жилыми домами явилась следствием неправомерных действий ответчика. При таких обстоятельствах и в отсутствие доказательств, свидетельствующих о несении должником расходов по содержанию жилых домов, переданных иным управляющим компаниям, в данном случае отсутствуют основания для вывода о том, что должник работал как центр убытков, а вся прибыль аккумулировалась на иных лицах.

В рассматриваемом случае действия ответчика не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Банкротство должника обусловлено исключительно внешними факторами (специфика деятельности, низкая платёжная дисциплина населения).

Судом учтены не опровергнутые участниками дела доводы ответчика о том, что целесообразность и перспектива оспаривания решений общего собрания собственников помещений отсутствовала, поскольку в тот период времени производственная деятельность должника была затруднена и фактически прекратилась в связи с арестом счетов последнего.

С учетом вышеизложенных обстоятельств апелляционный суд приходит к выводу, что решения собственников МКД о выборе иной управляющей компании были обусловлены не противоправными действиями руководителя должника а являлись вынужденной мерой, направленной на обеспечение и продолжение обслуживания многоквартирных домов той управляющей компанией, которая по мнению жильцов будет способна оказывать услуги по содержанию и обслуживанию МКД в соответствии с требованиями действующего законодательства в сфере ЖКХ. А поскольку, как указано выше, судами не было установлено оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям доведения должника до банкротства действиями ответчика, выбор жильцов МКД именно управляющей компании – ООО «Класс», где ФИО2 также являлся руководителем, мог быть обусловлен доверием жильцов к ФИО2, как руководителю, способному организовать деятельность по обслуживанию МКД на надлежащем уровне, удовлетворяющем потребности жильцов.

В этой связи суд правомерно признал, что конкурсным управляющим не доказана совокупность необходимых условий для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основаниям, изложенным в заявлении.

Анализ вышеуказанных обстоятельств свидетельствует о том, что выводы суда первой инстанции являются верными.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, фактически свидетельствуют о несогласии с установленными судом обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ госпошлина по апелляционной жалобе относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 03 октября 2024 года по делу № А50-32553/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ООО УК «Мой город» в доход федерального бюджета 30000 руб. государственной пошлины.


Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.


Председательствующий


М.А. Чухманцев


Судьи


Э.С. Иксанова


О.Н. Чепурченко