Постановление от 20 августа 2024 г. по делу № А63-8214/2023

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки Дело № А63-8214/2023

20.08.2024

Резолютивная часть постановления объявлена 13.08.2024

Полный текст постановления изготовлен 20.08.2024

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Макаровой Н.В., судей: Бейтуганова З.А., Белова Д.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Марковой М.Е., при участии в судебном заседании ФИО1 (лично), ФИО2 (лично), ФИО3 (лично), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 29.05.2024 по делу № А63-8214/2023, принятое по заявлению ФИО3 о признании недействительным договора дарения жилого помещения и применении последствий ее недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>, СНИЛС 150-066- 894 48),

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Ставропольского края в порядке статьи 213.4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) поступило заявление ФИО2 (далее – должник, ФИО4) о признании себя несостоятельным (банкротом).

Определением от 12.05.2023 заявление принято судом к рассмотрению, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Решением от 21.06.2023 (резолютивная часть объявлена 14.06.2023) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Соответствующие сведения в порядке статей 28, 213.7 Закона о банкротстве опубликованы в периодическом издании - газете «Коммерсантъ» от 22.07.2023 № 132.

30.11.2023 ФИО3 обратился с заявлением о признании недействительным договора дарения жилого помещения, местоположение: <...> квартира 1, с кадастровым номером 26:12:000000:7015, заключенного между ФИО6 и ФИО1 (далее - Загреба Г.И.), государственная регистрация права от 18.11.2022 № 26:12:000000:7015-26/091/2022-8, и обязании Загреба Г. И. возвратить в конкурсную массу должника вышеуказанную квартиру.

Определением от 29.05.2024 признан недействительным договор дарения жилого помещения, местоположение: <...> квартира 1, с кадастровым номером 26:12:000000:7015, заключенный между ФИО6 и Загреба Г.И. Применены последствия недействительности сделки в виде обязания Загреба Г.И. передать (возвратить) в конкурсную массу ФИО6 жилое помещение (квартиру), местоположение: <...> квартира 1, с кадастровым номером 26:12:000000:7015. Распределены судебные расходы.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, Загреба Г.И. обратилась в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления. Апеллянт ссылается на то, что права в отношении спорной квартиры формально были зарегистрированы за должником, в то время как фактическим собственником является Загреба Г.И. Ссылается на то, что о праве собственности на оспариваемый объект недвижимости Загреба Г.И. свидетельствует фактическое проживание в оспариваемой квартире и оплата ипотеки.

В отзыве на апелляционную жалобу должник поддерживает доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просит определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 не согласен с доводами жалобы, просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании лица, участвующие в деле, дали пояснения по обстоятельствам спора.

Иные лица, участвующие в данном обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проведено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение от 29.05.2024 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Из материалов дела усматривается, что 10.07.2019 между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО6 заключен кредитный договор №623/1059-0009396, согласно условиям которого заемщику предоставлен кредит в сумме 3 349 400руб. для приобретения квартиры, расположенной по адресу: <...> квартира 1, с кадастровым номером 26:12:000000:7015.

09.07.2019 между ФИО6 и Загреба Г.И. заключено соглашение, согласно которому Загреба Г.И. покупает квартиру по адресу: <...> квартира 1 на условиях того, что квартира будет оформляться на ФИО6, т.к. квартира покупается за счет кредитных средств (ипотека). Погашать ежемесячные платежи и досрочные платежи будет Загреба Г.И. После погашения ипотеки ФИО6, обязалась переоформить данную квартиру на Загреба Г.И. и выписаться из нее (в случае прописки).

10.07.2019 между ФИО7 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи объекта недвижимости с использованием кредитных средств, в соответствии с которым должником было приобретено спорное имущество.

16.07.2019 Управлением Росреестра по Ставропольскому краю произведена государственная регистрация права собственности должника на спорную квартиру (запись регистрации №26:12:000000:7015-26/006/2019-2).

17.11.2022 между ФИО6 (даритель) и ее матерью Загреба Г.И. (одаряемая) заключен договор дарения недвижимости, согласно п.1 которого даритель безвозмездно передает в собственность одаряемому (дарит), а одаряемый принимает в дар от дарителя недвижимость - квартиру, находящуюся по адресу: <...>/ФИО8, дом 199/29, квартира 1, состоящую из двух жилых комнат, в жилом доме на третьем этаже, общей площадью 72,8 кв. метров, кадастровый (или условный) номер 26:12:000000:7015.

18.11.2022 Управлением Росреестра по Ставропольскому краю произведена государственная регистрация права собственности Загреба Г.И. на спорную квартиру (запись регистрации №26:12:000000:7015-26/09/2012-8).

ФИО3 (кредитор) полагая, что договор дарения недвижимого имущества является недействительной сделкой, совершенной заинтересованными лицами (матерью и дочерью) с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника и вывода имущества из конкурсной массы на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) обратился с рассматриваемым заявлением в суд.

Удовлетворяя требования кредитора, суд первой инстанции обосновано исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено определением суда от 12.05.2023, оспариваемая сделка заключена 17.11.2022, то есть в пределах предусмотренного законом срока для установления признаков недействительности сделки по правилам пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2. Закона о банкротстве финансовому управляющему необходимо доказать одновременное наличие следующих обстоятельств: 1) сделка совершена должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; 2) условия сделки о встречном исполнении обязательств другой стороной сделки неравноценны предоставлению должника по сделке, при этом неравноценность имеет место в пользу другой стороны и в нарушение интересов должника.

Договор дарения носит безвозмездный характер, поскольку предмет этой сделки не предполагает какого-либо встречного исполнения со стороны одаряемого. Такое обстоятельство, как прекращение у должника права собственности на спорное недвижимое имущество, не может быть признано совершенным без встречного исполнения обязательства со стороны ответчика, поскольку обязательство дарителя по передаче имущества одаряемому не предусматривает встречного исполнения.

Учитывая, что оспариваемый договор дарения от 17.11.2022 не предполагает какого-либо встречного исполнения со стороны матери должника - Загреба Г.И. (одаряемого), данная сделка не может быть оспорена на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но может оспариваться на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума № 63) разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

При этом в случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как разъяснено в пункте 6 Постановления Пленума № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с абзацем первым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Как усматривается из материалов дела, на дату заключения договора дарения от 17.11.2022 у должника имелись неисполненные обязательства перед кредитором.

Так, решением Ленинского районного суда г. Ставрополя от 28.03.2022 по делу №2-1658/2022, оставленным без изменения апелляционным определением от 28.06.2022 и определением Кассационного суда от 07.11.2022, с ФИО6 в пользу ФИО3 в связи с невозвратом полученных ею денежных средств по договору купли-продажи от 23.07.2019, где она действовала от имени продавца - ФИО3, в пользу ФИО3 взысканы денежные средства в общем размере 2 023 200 руб., из которых 2 000 000 руб. - неосновательное обогащение, 18 200 руб. - расходы на оплату государственной пошлины, 5 000 руб. - расходы на оплату услуг представителя. Указанное решение оставлено без изменения по результатам апелляционного и кассационного рассмотрения, вступило в законную силу 28.06.2022.

Определением от 26.10.2023 требования ФИО3 в сумме 2 023 200руб. включены в реестр требований кредиторов должника. Согласно определению 05.03.2024, решением Промышленного районного суда г. Ставрополя от 08.12.2020 по делу № 2-4033/2020, оставленным без изменения вышестоящими инстанциями, ФИО3 отказано в удовлетворении исковых требований о признании договора купли-продажи квартиры от 19.07.2019, заключенного между ФИО3, по доверенности от которого действовала ФИО6, и Загреба Г.И., недействительным и применении последствий его недействительности в виде возврата квартиры ФИО3 При этом судом установлено, что денежные средства в размере 990 000 руб. были переданы покупателем ФИО6 в счет оплаты приобретенной квартиры по договору купли-продажи квартиры от 19.07.2019. Указанную денежную сумму ФИО6 не передала продавцу ФИО3, в связи с чем, в последующем, определением 05.03.2024 эти денежные средства включены в реестр требований.

Таким образом, на момент заключения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Пунктами 1, 3 статьи 19 Закона о банкротстве установлено, что в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является заинтересованным лицом по отношению к должнику. Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В соответствии с разъяснениями пункта 7 Постановления Пленума № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно ответу Управления записи актов гражданского состояния Ставропольского края от 11.01.2024 №02-24/123, Загреба Г.И. является матерью должника. Данный факт лицами, участвующими в рассмотрении обособленного спора, не оспаривается.

Согласно пункту 8 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 № 126 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения", разрешая вопрос о добросовестности приобретателя и определяя круг обстоятельств, о которых он должен был знать, суд учитывает родственные и иные связи между лицами, участвовавшими в заключении сделок, направленных на передачу права собственности.

В рассматриваемом случае должник и ответчик являются родственниками, то есть другая сторона сделки должна была знать о цели должника причинить имущественный вред кредиторам к моменту совершения сделки.

Таким образом, фактически оспариваемая сделка совершена для смены титульного собственника, в целях лишения кредиторов возможности обратить взыскание на имущество.

Отклоняя доводы Загреба Г.И. и должника о необходимости срочной покупки квартиры Загреба Г.И.; недостатком денежных средств и отказом банка в одобрении ипотечного кредита Загреба Г.И., в связи с чем последняя попросила ФИО6 оформить ипотеку на себя, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно выписке из ЕГРН на момент заключения ФИО6 кредитного договора от 10.07.2019 в собственности Загреба Г.И. находились квартиры: г. Ставрополь, ул.45 Параллель <...> лет ВЛКСМ д. 95, кв. 375, <...> Партизанская д. 2, кв. 279, <...>.

Согласно договорам аренды от 17.05.2019, 24.10.2019, 28.02.2020 Загреба Г.В. сдавала в аренду третьим лицам принадлежащую ей на праве собственности квартиру по адресу: <...> на непродолжительные сроки: 4 месяца, 11 месяцев, 1 месяц соответственно.

В материалы дела доказательств того, что Загреба Г.И. в официальном порядке обращалась в банк с заявлением о предоставлении кредита и получила отказ, не представлено. В ходе рассмотрения дела Загреба Г.И. и ФИО6 поясняли, что письменного обращения и соответственно письменного отказа не имеется, обращение происходило в устном порядке.

При этом ФИО6 собственного жилья не имела.

Оценивая соглашение от 09.07.2019, заключенное между аффилированными лицами - ФИО6 и Загреба Г.И., а также доводы должника и ответчика о том, что у ФИО6 не было достаточно денежных средств для оплаты ипотечного кредита, суд первой инстанции учел следующее.

В соглашении от 09.07.2019, заключенном между ФИО6 и Загреба Г.И. предусмотрено, что после погашения ипотеки ФИО6 обязуется переоформить спорную квартиру на Загреба Г.И.

Ипотека погашена 21.05.2021, спорный договор дарения заключен 17.11.2022.

При этом уже на момент погашения ипотеки у должника имелось неисполненное денежное обязательство по передаче денежных средств ФИО3, полученных от покупателя по договорам купли - продажи от 23.07.2019, от 19.07.2019, что в последующем явилось основанием для взыскания ФИО3 задолженности в судебном порядке по решению Ленинского районного суда от 28.03.2022 и включения в реестр требований кредиторов на основании договора от 19.07.2019.

Заключая договор дарения от 17.11.2022 (менее чем за 6 месяцев до подачи заявления о признании должником банкротом) во исполнение соглашения от 09.07.2019 аффилированные лица не могли не знать, что сделка совершается во вред кредитору ФИО3, обязательства перед которым возникли ранее - 29.07.2019 и 19.07.2019.

Отклоняя доводы о том, что ранее квартиру путем дарения переоформить не представлялось возможным ввиду наличия на нее ареста, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно материалам регистрационного дела, представленного Управлением Росреестра, 09.12. 2020 на основании постановления от 30.11.2020 (126407/20/26039-ИП) Промышленный районный отдел судебных приставов г. Ставрополя УФССП России по Ставропольскому краю проведена государственная регистрация ареста (запрещения на совершение регистрационных действий) в отношении имущества должника ФИО6, адрес должника 355002, <...>.

Согласно уведомлению о внесении в ЕГРН сведений, поступивших в порядке межведомственного информационного взаимодействия от 22.06.2021 №КУВД-001/2021-24680620/1 в соответствии с Федеральным законом от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» 22.06.2021 на основании постановления от 11.02.2021 (126407/20/26039-ИП) Промышленный районный отдел судебных приставов УФССП России по Ставропольскому краю проведена государственная регистрация снятия ареста (запрещения на совершение регистрационных действий) в отношении имущества должника ФИО6; адрес должника 355002, <...>.

Таким образом, снятие ареста произведено 22.06.2021 при том факте, что договор дарения заключен 17.11.2022. Объяснение причин длительности неперероформления квартиры не представлено.

Учитывая родственные связи участников договора дарения, апелляционный суд полагает, что соглашение от 09.07.2019 составлено аффилированными лицами формально с целью прикрытия дарения квартиры и вывода имущества из конкурной массы должника.

Суд первой инстанции также верно учел, что ФИО6 выписалась из спорной квартиры лишь 23.03.2023 за 1,5 месяца до обращения ФИО6 с заявлением о признании ее банкротом (07.05.2023), что подтверждается отметкой в паспорте, и прописалась по адресу: <...> д. 95, кв. 314, а в последующем на ФИО9 д. 63/2, кв. 53 временно.

Доводы должника и Загреба Г.И. о том, что Загреба Г.И. вносила денежные средства и передавала деньги по расписке, спорная квартира была фактически приобретена за счет средств Загреба Г.И., (в качестве подтверждения финансовой возможности погашения кредита представлены сведения о доходах от трудовой деятельности, продажи и сдачи в аренду имущества, получении социальных выплат и процентов по вкладам, а также расписки должника о получении денежных средств) и предназначалась ей в соответствии с соглашением от 09.07.2019 обосновано не приняты во внимание судом первой инстанции, поскольку предоставление должнику денежных средств для покупки недвижимости, при условии того, что Загреба Г.И. не является созаемщиком по договору <***> от 10.07.2019, не влечет возникновения у нее права собственности на спорное имущество.

При этом оценивания финансовое положение Загреба Г.И. апелляционный суд учитывает, что в период с 2015 по 2021 годы наряду с наличием доходов от продажи имущества Загреба Г.И. приобретено значительное количество недвижимого имущества.

Относительно финансовой возможности приобретения спорного имущества и выплаты кредита Загреба Г.И., суд первой инстанции установил следующее.

В июле 2015 года Загреба Г.И. продана квартира №45, расположенная по адресу <...> д. 54дата регистрации прекращения права - 14.07.2015) по цене 2 450 000 руб.

Как сообщила Загреба Г.И. в отзыве на заявление о признании сделки недействительной, 1 115 415,20 руб., полученные от продажи данного имущества, были переданы ей сыну ФИО3 для приобретения квартиры.

В сентябре 2015 года Загреба Г.И. продана квартира №7, расположенная по адресу <...> (дата регистрации прекращения права - 21.10.2015) по цене 1 010 000 руб.

При этом 07.10.2015 Загреба Г.И. по договору купли-продажи недвижимости приобретена квартира №230, расположенная по адресу: <...> (дата и номер регистрации права - 19.10.2015, №26-26/001-26/001/205/2015-508/2).

31.01.2015 Загреба Г.И. открыт вклад в ПАО Сбербанк (счет №423058105*****4727). На счет вклада в течение 2015 года внесены 4 818 854,42 руб., со счета выданы 3 497 900 руб.

23.06.2016 Загреба Г.И. по договору купли-продажи недвижимости приобретено жилое помещение с кадастровым номером 26:12:012001:8984, расположенное по адресу: г. Ставрополь, ул. 45 Параллель, д. 49дата и номер регистрации права - 30.06.2016, №26-26/001-26/001/202/2016-3063/2).

23.06.2016 Загреба Г.И. по договору купли-продажи недвижимости приобретено нежилое помещение с кадастровым номером 26:12:012001:8980, расположенное по адресу: <...> (дата и номер регистрации права - 05.07.2016, №26-26/001-26/001/202/2016-3074/2).

В октябре 2016 года Загреба Г.И. продана квартира №10, расположенная по адресу <...> в квартале 560, д. 47а (дата регистрации прекращения права - 03.10.2016) по цене 1 750 000 руб.

На счет вклада, открытого в ПАО Сбербанк (счет №423058105*****4727) в течение 2016 года внесены 2 257 247,71 руб., со счета выданы 2 333 000 руб.

24.07.2017 Загреба Г.И. по договору купли-продажи недвижимости приобретена квартира №209, расположенная по адресу: <...> (дата и номер регистрации права - 27.07.2017, №26:12:030731:533-26/001/2017-2).

В октябре 2017 года Загреба Г.И. продана квартира №43-46, расположенная по адресу <...> (дата регистрации прекращения права - 03.11.2017) по цене 1 610 000 руб.

На счет вклада, открытого в ПАО Сбербанк (счет №423058105*****4727) в течение 2017 года внесены 511 962,37 руб., со счета выданы 1 877 000 руб.

Также Загреба Г.И. открыт вклад в Банке ВТБ (ПАО) (счет №423048102******0292), на счет 17.04.2017 внесены 455 304,27 руб. 17.07.2017 счет закрыт с перечислением денежных средств в размере 463 009,52 руб.

Загреба Г.И. открыт вклад в Банке ВТБ (ПАО) (счет №423048102*****0522), на счет 17.07.2017 перечислены 703 009,52руб. 21.07.2017 счет закрыт с перечислением денежных средств в размере 703 010,29 руб.

Загреба Г.И. открыт вклад в Банке ВТБ (ПАО) (счет №423048102*****0823), 13.11.2017 на счет внесены 1 300 000 руб. 12.02.2018 счет закрыт с перечислением денежных средств в размере 1 323 147,80 руб.

12.02.2018 Загреба Г.И. открыт вклад в ПАО «Совкомбанк» (счет №423068108*****0849), на счет переведены 1 300 000 руб. 12.05.2018 данные денежные средства перечислены на другой счет Загреба Г.И. Кроме того, за период с 13.02.2018 по 24.05.2018 по вкладу начислены проценты в сумме 24 686,11 руб.

Исходя из дат последовательного открытия и закрытия вкладов в 2017-2018 годы, апелляционный суд приходит к выводу о том, что к 12.05.2018 у Загреба Г.И. денежные средства в общей сумме, не превышающей 1 347 833,91 руб. аккумулировались на вышеуказанных счетах.

Загреба Г.И. открыт вклад в ПАО «Промсвязьбанк» (счет №4230681*****9706) с пополнением счета 11.01.2018 на 500 000 руб. 10.04.2018 на счет были внесены 839 522,11 руб. (ранее – с 14.02.2018 по 10.04.2018 - размещены в ПАО «Промсвязьбанк» на счете №4230481074******1952). 24.05.2018 с данного счета произведена выдача денежных средств в сумме 111 000 руб., 05.07.2018 с данного счета произведена выдача денежных средств в сумме 1 240 000руб., 20.08.2018 и 21.08.2018 на счет внесены 190 000 руб. и 1 145 000 руб., 19.10.2018 выданы 1352 000 руб., 01.01.2019 произведен возврат вклада и процентов в сумме 12 206,16 руб.

Как указывает Загреба Г.И., в мае 2018 года ею было продано транспортное средство Тойота по цене 99 000 руб.

При этом 25.05.2018 Загреба Г.И. по договору купли-продажи недвижимости приобретена квартира №279, расположенная по адресу: <...> (дата и номер регистрации права - 28.05.2018, №26:12:030731:236-26/001/2018-3).

15.09.2018 Загреба Г.И. приобретено транспортное средство - автомобиль Лада Гранта, который в последующем в 2021 году продан.

23.10.2018 Загреба Г.И. приобретено транспортное средство - автомобиль Мерседес, который в последующем в 2020 году продан за 490 000 руб.

Как указывает Загреба Г.И. в 2019 году на погашение ипотечного кредита передала дочери денежные средства в сумме 1 299 500руб. (расписки от 10.07.2019 на сумму 1 000 600руб., от 17.08.2019 – 31 600 руб., от 20.08.2019 – 20 000 руб., от 03.11.2019 25 000 руб., от 16.11.2019 – 33 000 руб., от 26.11.2019 – 32 000 руб., от 01.12.2019 – 28 000 руб., от 11.12.2019 – 28 000 руб., от 21.12.2019 – 87 000 руб., от 27.12.2019 – 14 300 руб.).

Как указывает ответчик, доход от трудовой деятельности в 2019 году составил 45 537 руб., от получения социальных выплат – 116 676 руб., от аренды имущества – 39 000 руб., т.е. всего 201 213 руб.

При этом из материалов дела следует, что в июле 2019 года Загреба Г.И. передала 2 000 000 руб. ФИО6 в счет оплаты квартиры по адресу: <...>.

Согласно выписке из лицевого счета №408178101******3845, открытого в ПАО Банк «ФК Открытие» 06.07.2019 Загреба Г.И. были получены денежные средства в сумме 850 000 руб.

При этом из решения Промышленного районного суда от 08.12.2020 следует, что по договору купли-продажи квартиры от 19.07.2019, денежные средства в размере 990 000 руб. были переданы ФИО6 в счет оплаты приобретенной квартиры от покупателя Загреба Г.И., которая для оплаты квартиры сняла находящиеся на 01.07.2019 на лицевом счете ПАО Банк «Открытие» денежные средства в размере 850 000 руб., оставшиеся 140 000 руб. она добавила из средств, хранящихся у нее дома.

В 2020 году доходы Загреба Г.И. от продажи имущества (автомобиля Мерседес) составили 490 000 руб., от трудовой деятельности – 291 215 руб., от получения социальных выплат – 124 456 руб., от аренды имущества – 14 000 руб., из вклада в ПАО Сбербанк – 1 300 000 руб., а всего 2 219 671 руб.

При этом на погашение ипотечного кредита как указывает Загреба Г.И. в 2020 году передала дочери денежные средства в сумме 1 283 300 руб. (расписки от 01.01.2020 на сумму 28 000 руб., от 07.01.2020 – 25 000 руб., от 09.01.2020 – 13 000 руб., от 11.01.2020 – 7 000 руб., от 01.02.2020 – 28 000 руб., от 02.02.2020 – 82 000 руб., от 01.03.2020 – 36 000 руб., от 02.04.2020 – 28 000 руб., от 01.05.2020 – 127 000 руб., от 01.06.2020 – 180 000 руб., от 01.07.2020 – 29 000 руб., от 01.08.2020 – 500 300 руб., от 20.08.2020 – 55 000 руб., от 01.09.2020 – 28 000 руб., от 01.10.2020 – 28 000 руб., от 01.11.2020 – 28 000 руб., от 01.12.2020 – 28 000 руб., от 23.12.2020 – 33 000 руб.).

Из материалов дела следует, что Загреба Г.И. лично внесла по кредитному договору №623/1059-0009396 от 10.07.2019 денежные средства в сумме 680 000 руб., что подтверждается приходными кассовыми ордерами №672849 от 29.05.2020, №937681 от 31.07.2020.

В 2021 году доходы Загреба Г.И. от продажи имущества (автомобиля Лада и квартиры (по адресу: <...> д. 95, кв. 375 за 2 600 000 руб.;) составили 3 050 000 руб., от трудовой деятельности – 166 584 руб., от получения социальных выплат – 122 130 руб., а всего 3 338 714 руб.

На погашение ипотечного кредита, как указывает Загреба Г.И., в 2021 году передала дочери денежные средства в сумме 89 000 руб. (расписки от 01.01.2021 на сумму 28 000 руб., от 01.03.2021 – 11 000 руб., от 01.04.2021 – 11 000 руб., от 01.05.2021 – 11 000 руб., от 01.12.2021 – 28 000 руб.).

Загреба Г.И. лично внесла по кредитному договору №623/1059-0009396 от 10.07.2019 денежные средства в сумме 1 345 000 руб., что подтверждается приходными кассовыми ордерами №583504 от 21.05.2021, №944569 от 10.02.2021.

В 2021 году на основании договора купли-продажи от 20.07.2021 Загреба Г.И. приобретена квартира №87 по адресу: <...>, кадастровый номер 26:12:012502:6465; на основании договоров купли-продажи от 02.12.2021 - квартира №153 по адресу: <...> б/н, в квартале 530, кадастровый номер 26:12:012502:6531, и квартира №142 по адресу: <...>, кадастровый номер 26:12:012502:6520, а в 2022 году Загреба Г.И. приобретено 12 квартир.

Ответчик также указывает, что ее сыном ФИО10 04.03.2020 был заключен кредитный договор №625/0055-0616045 с Банком ВТБ (ПАО) на сумму 835 000 руб. Денежные средства были направлены на погашение задолженности по ипотеке.

Апелляционный суд критически относится к доводу о том, что ФИО10 денежные средства переданы матери Загреба Г.И. для внесения денежных средств в счет погашения ипотеки ввиду экономической нецелесообразности взятия кредита под 12,88 % годовых для погашения ипотеки, выданной под 10,25 % годовых.

Проанализировав представленные в материалы дела документы, с учетом ежегодного приобретения Загреба Г.И. недвижимого имущества и необходимостью сохранения при этом денежных средств на текущие расходы (покупку продуктов, оплату коммунальных платежей, лекарств и т.д.), суд первой инстанции пришел к верному выводу, что указанные выше обстоятельства не подтверждают наличие финансовой возможности погашения ипотечного кредита Загреба Г.И.

К представленным расписками о передачи денежных средств в счет погашения ипотечного кредита за должника, апелляционный суд относится критически, полагает их составление формальным между аффилированными лицами с целью прикрытия вывода имущества должника в преддверии банкротства.

Из представленной в апелляционный суд копии страниц паспорта Загреба Г.И. следует, что отметка о регистрации Загреба Г.И. по адресу оспариваемой квартиры отсутствует, что свидетельствует о том, что Загреба Г.И. фактически не проживает по адресу спорной квартиры. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Из материалов дела прослеживается противоречивая позиция ответчика относительно обстоятельств, послуживших причиной совершения спорной сделки.

В первоначальном отзыве Загреба Г.И. указала, что необходимость покупки данного жилья была обусловлена конфликтной ситуацией между ней и сыном ФИО3 При этом в связи с недостатком денежных средств и отказом банка в одобрении ипотечного кредита Загреба Г.И. попросила ФИО6 оформить ипотеку на себя, поскольку дочь является зарплатным клиентом Банка ВТБ (ПАО).

В дальнейшем Загреба Г.И. указала, что необходимость заключения дочерью кредитного договора была вызвана тем, что все денежные средства на момент приобретения квартиры находились у Загреба Г.И. в обороте на банковских счетах, и ей было выгодно досрочно погасить ипотечный кредит, сэкономив на процентах банка, нежели закрыть имеющиеся вклады и потерять начисленные проценты.

В отношении довода о том, что ФИО6 не имела денежных средств для оплаты кредитных платежей суд первой инстанции верно отметил, что согласно решению Ленинского районного суда от 28.03.2022 по иску ФИО3 к ФИО6, последняя, действующая по доверенности от имени ФИО3, по договору купли-продажи от 23.07.2019 получила денежные средства в размере 2 000 000 руб., которые потратила по своему усмотрению. При этом данным решением установлено, что вопреки доводу ответчика ФИО6 письменных доказательств передачи денежных средства в указанном размере бабушке ФИО3 либо по его поручению третьему лицу, материалы дела не содержат.

Также из решения Промышленного районного суда от 08.12.2020 следует, что по договору купли-продажи квартиры от 19.07.2019 денежные средства в размере 990 000 руб. были переданы ФИО6 в счет оплаты приобретенной квартиры от покупателя Загреба Г.И., при этом ФИО6 указанные денежные средства продавцу ФИО3 не передала.

Указанное вполне может свидетельствовать о том, что данные денежные средства в дальнейшем направлены ФИО6 на погашение кредита.

Согласно представленным сведениям о зарплате ФИО6 при сопоставлении с суммами, указанными в графике платежей, и с суммами, внесенными в счет погашения кредита, ФИО6 могла самостоятельно вносить ежемесячные платежи из денежных средств, полученных от трудовой деятельности.

Совокупность вышеизложенных факторов, в условиях наличия непогашенной задолженности перед кредитором, совершения сделки между аффилированными лицами, свидетельствует о направленности такой сделки на уменьшение имущества должника в нарушение интересов его кредиторов.

С учетом изложенного, апелляционный суд полагает, что, заключая оспариваемую сделку, должник и ответчик, не могли не осознавать, что их действия направлены на уменьшение объема принадлежащего ФИО6 имущества и, как следствие, уменьшение вероятности погашения имеющейся задолженности перед кредиторами за счет имущества должника. Должник совершил сделку без учета прав и законных интересов кредиторов, которые были вправе рассчитывать на разумное и добросовестное поведение своего должника, удовлетворение своих требований за счет данного имущества.

Оснований полагать, что ответчик не знал о наличии обязательств должника перед кредиторами, у суда не имеется.

Таким образом, на дату заключения оспариваемого договора (17.11.2022), должник обладал сведениями о наличии обязательств и отчуждение ликвидных активов в пользу третьего лица в условиях существовавших обязательств перед кредиторами, что является обстоятельством, достаточным для констатации того, что у ФИО6 имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения сделки, которая фактически была направлена на сокрытие принадлежащего ему имущества от обращения на него взыскания.

Должник, по сути, произвел безвозмездное отчуждение недвижимости в пользу своей матери в целях предотвращения обращения взыскания на эту недвижимость в процедуре банкротства; совершение данной сделки привело к невозможности наиболее полного удовлетворения требований кредиторов должника, что свидетельствует о причинении договором дарения вреда кредиторам должника.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о наличии совокупности условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: сделка была совершена с целью причинить вред, в результате совершения сделки был причинен вред, другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника.

Анализ фактических обстоятельств дела свидетельствует о том, что финансовым управляющим доказаны обстоятельства, составляющие опровержимую презумпцию наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, закрепленной в абзаце втором пункта 2 статьи 61.2 Закона. В свою очередь указанная презумпция не опровергнута лицами, заинтересованными в сохранении юридической силы оспариваемого договора дарения.

На момент отчуждения в пользу матери спорного имущества, у ФИО6 отсутствовали активы, достаточные для покрытия его совокупного долга в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, в связи с чем отчуждение принадлежащего имущества без получения эквивалентного предоставления в пользу заинтересованного лица - в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названных сделок.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к верному выводу о признании оспариваемой сделки недействительной.

Относительно заявленной кредиторов необходимости применения в данном случае статей 10 и 168 ГК РФ, апелляционная коллегия судей исходит из следующего.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления № 63).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В тоже время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пунктам 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в которых указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления N 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пунктам 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Диспозиция пункта 2 статьи 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве содержит признаки сделки, совершенной должником банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов: если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Поскольку указанные признаки выделены в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Учитывая, что оспариваемая сделка полностью охватывается диспозицией п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, ее квалификация по статьям 10, 168 ГК РФ не соответствует воле законодателя.

Применяя последствия недействительности оспариваемой сделки, суд первой инстанции обосновано исходил из следующего.

Пунктом 1 статьи 167 ГК РФ установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой подлежит возврату в конкурсную массу.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд полагает верным применение последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника.

Пункт 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» предусматривает, что оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

В связи с изложенным, оспариваемое определение суда является основанием для совершения записи органами государственной регистрации, кадастра и картографии в ЕГРН о собственности должника в отношении следующего имущества: <...> квартира 1, с кадастровым номером 26:12:000000:7015.

Относительно ссылки управляющего о наличии исполнительского иммунитета оспариваемой квартиры, суд первой инстанции верно учел следующее.

Вопрос о признании спорного имущества обладающего исполнительским иммунитетом (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) для должника и членов его семьи подлежит разрешению в отдельном производстве с привлечением к рассмотрению такого спора всех заинтересованных лиц с установлением нормативов площади и состава членов семьи, проживающих в жилом помещении.

Данный вывод суда первой инстанции согласуется с тем обстоятельством, что в спорной квартире должник не зарегистрирован, фактически проживает по иному адресу регистрации.

Ссылка на статус квартиры в качестве единственного не может являться препятствием для признания сделки с таким имуществом недействительной и применения последствий недействительности, поскольку вопрос об обращения взыскания на соответствующее имущество с применением статьи 446 ГПК РФ возможно разрешить лишь по завершении формирования конкурсной массы, в том числе, с учетом обжалования сделок должника, в результате чего будет известен весь перечень принадлежащего должнику имущества; иной подход позволит исключить возврат имущества со ссылкой на статус единственного жилья в рамках отдельных обособленных производств, что не соответствует целям процедуры банкротства.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 12.04.2023 по делу № А63-3321/2021.

Ссылка апеллянта на наличие предусмотренного частью 4 статьи 288 АПК РФ основания для отмены обжалуемых судебных актов, выразившегося в рассмотрении дела арбитражным судом первой инстанции в незаконном составе, поскольку на момент изготовления полного текста обжалуемого решения судья, его вынесший, находился в очередном отпуске, подлежит отклонению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 18 АПК РФ формирование состава суда для рассмотрения дела, то есть определение конкретного судьи или судей, осуществляется с учетом нагрузки и специализации судей в порядке, исключающем влияние на его формирование лиц, заинтересованных в исходе судебного разбирательства, в том числе с использованием автоматизированной информационной системы.

Частью 2 статьи 18 АПК РФ предусмотрено, что дело, рассмотрение которого начато одним судьей или составом суда, должно быть рассмотрено этим же судьей или составом суда.

В то же время Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации допускает возможность замены одного из судей в процессе рассмотрения дела в случае заявленного и удовлетворенного в порядке, установленном АПК РФ, самоотвода или отвода судьи, длительного отсутствия судьи ввиду болезни, отпуска, пребывания на учебе, нахождения в служебной командировке, а также в случаях прекращения или приостановления его полномочий по основаниям, установленным федеральным законом.

Такое законодательное регулирование призвано обеспечить реализацию конституционного права каждого на рассмотрение его в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

В Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 12 "О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ "О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации" также разъяснено, что положение о неизменности одного и того же состава суда, установленное частью 2 статьи 18 АПК РФ, распространяется на стадии подготовки дела к судебному разбирательству, рассмотрения дела по существу и принятия решения (пункт 3.2).

Изготовление полного текста обжалуемого судебного акта в период ежегодного отпуска судьи Пузановой В.В. не является в соответствии с действующим законодательством основанием для отмены определения ввиду следующего.

Согласно Федеральному закону Российской Федерации от 26.06.1992 N 3132-1 (ред. от 31.07.2020) «О статусе судей в Российской Федерации» (далее – Закон о статусе судей), судьями в соответствии с настоящим Законом являются лица, наделенные в конституционном порядке полномочиями осуществлять правосудие и исполняющие свои обязанности на профессиональной основе (часть 3 статьи 1). Нахождение судьи в ежегодном отпуске не умаляет его судейский статус и не лишает судью возможности осуществлять свои профессиональные функции, в частности по изготовлению полного текста судебного акта во время своего отпуска, с учетом оглашения его резолютивной части в рабочее время.

В соответствии со статьей 14 Закона о статусе судей полномочия судьи прекращаются по следующим основаниям:

1) письменное заявление судьи об отставке;

2) неспособность по состоянию здоровья или по иным уважительным причинам осуществлять полномочия судьи;

3) письменное заявление судьи о прекращении его полномочий в связи с переходом на другую работу или по иным причинам;

4) достижение судьей предельного возраста пребывания в должности судьи или истечение срока полномочий судьи, если они были ограничены определенным сроком;

5) прекращение гражданства Российской Федерации, приобретение гражданства иностранного государства либо получение вида на жительство или иного документа, подтверждающего право на постоянное проживание гражданина Российской Федерации на территории иностранного государства;

6) нарушение судьей, его супругой (супругом) и несовершеннолетними детьми запрета открывать и иметь счета (вклады), хранить наличные денежные средства и ценности в иностранных банках, расположенных за пределами территории Российской Федерации, владеть и (или) пользоваться иностранными финансовыми инструментами;

7) занятие деятельностью, не совместимой с должностью судьи;

7.1) избрание судьи Президентом Российской Федерации, депутатом Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации, представительного органа муниципального образования, а также главой муниципального образования или выборным должностным лицом местного самоуправления;

8) вступление в законную силу обвинительного приговора суда в отношении судьи либо судебного решения о применении к нему принудительных мер медицинского характера;

9) вступление в законную силу решения суда об ограничении дееспособности судьи либо о признании его недееспособным;

10) смерть судьи или вступление в законную силу решения суда об объявлении его умершим;

11) отказ судьи от перевода в другой суд в связи с упразднением или реорганизацией суда, а также если судья оказывается состоящим в близком родстве или свойстве (супруг (супруга), родители, дети, родные братья и сестры, дедушки, бабушки, внуки, а также родители, дети, родные братья и сестры супругов) с председателем или заместителем председателя того же суда;

12) совершение судьей дисциплинарного проступка, за который решением квалификационной коллегии судей на судью наложено дисциплинарное взыскание в виде досрочного прекращения полномочий судьи.

Доказательства того, что полномочия судьи Пузановой В.В. в период рассмотрения данного дела и изготовления полного текста судебного акта были прекращены в порядке, установленном законом, в материалах дела отсутствуют. Не имеется и оснований полагать, что полномочия указанного судьи утрачиваются на период его очередного отпуска либо нахождения на больничном. Определение в настоящем деле судьей Пузановой В.В. подписано. Какие-либо основания для предположения о том, что судебный акт подписан иным лицом, либо о физической невозможности подписания полного текста определения судьей Пузановой В.В., у апелляционного суда отсутствуют.

При таких обстоятельствах, процессуальные нарушения при рассмотрении обособленного спора отсутствуют.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.06.2018 по делу № А63-5839/2017.

Доводы апеллянта о допущении процессуальных нарушений в виде оставления протокола судебного заседания, признаются апелляционным судом несостоятельными ввиду следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 155 АПК РФ в ходе каждого судебного заседания арбитражного суда первой инстанции, а также при совершении отдельных процессуальных действий вне судебного заседания ведется протоколирование с использованием средств аудиозаписи и составляется протокол в письменной форме.

При этом согласно части 2 статьи 155 АПК РФ протокол в письменном виде является дополнительным средством фиксирования основных процессуальных действий в ходе судебного заседания.

Из изложенного следует, что протокол в письменной форме содержит краткое отражение сведений о совершении процессуальных действиях, в связи с чем не является аналогичным аудиозаписи судебного заседания.

При таких обстоятельствах доводы о процессуальных нарушениях при составлении протокола судебного заседания не принимаются апелляционным судом в качестве оснований для отмены судебного акта.

Доводы жалобы относительно того, что выводы суда первой инстанции в обжалуемом определении противоречат выводам, изложенным в определении от 03.10.2023, которым из конкурсной массы исключены денежные средства в размере 15 000 руб. на аренду жилья должником, отклоняются апелляционной коллегией судей, поскольку и содержания указанного определения не следует, что судом сделан вывод о том, что должник является номинальным собственником оспариваемой в данном обособленном споре квартиры, в связи с чем выводы, изложенные в оспариваемом определении и определении от 03.10.23, не пересекаются между собой и не имеют правового значения для рассмотрения настоящего спора.

С учетом изложенного, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

В целом доводы апелляционных жалоб выражают несогласие с выводами суда первой инстанции, вместе с тем согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 23.04.2013 № 16549/2012, исходя из принципа правовой определенности, судом апелляционной инстанции не может быть отменено решение (определение) суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

В ходе проверки законности и обоснованности принятого по делу определения коллегия судей не установила каких-либо нарушений со стороны суда первой инстанции и полностью согласилась с оценкой представленных в дело документов.

Таким образом, судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Рассмотрев заявление Загреба Г.И о взыскании судебных расходов на оплату государственной пошлины в размере 3 000 руб., на оплату юридической помощи в размере 10 000 руб. за апелляционное производство, на отправку заказных писем в размере 243 руб. с ФИО3, апелляционный суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении на основании следующего.

Состав и порядок взыскания судебных расходов регламентированы нормами главы 9 АПК РФ.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом (статья 101 АПК РФ).

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде относятся, в том числе, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь.

Статья 110 АПК РФ предусматривает, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с проигравшей стороны стороны.

Статьей 112 АПК РФ определено, что вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

В данном случае, поскольку апелляционным судом отказано в удовлетворении апелляционной жалобы, то есть судебный акт принят не в пользу Загреба Г.И., заявление об отнесении судебных расходов на ФИО11 не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 29.05.2024 по делу № А63-8214/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В удовлетворении заявления ФИО1 о взыскании судебных расходов на оплату государственной пошлины в размере 3 000 рублей, на оплату юридической помощи в размере 10 000 рублей, на отправку заказных писем в размере 243 рубля с ФИО3, отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий

Судьи

Н.В. Макарова

З.А. Бейтуганов

Д.А. Белов