Постановление от 8 октября 2024 г. по делу № А03-20799/2023

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск Дело № А03-20799/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 3 октября 2024 года. Постановление изготовлено в полном объеме 8 октября 2024 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Дубовика В.С., судей Фаст Е.В., ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Бакаловой М.О., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 ( № 07АП-7169/2024 (1)) на определение Арбитражного суда Алтайского края от 30.07.2024 по делу № А03-20799/2023 (судья Конопелько Е.И.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Агропромышленная компания «Родная земля» (ИНН <***>, ОГРН <***>), принятое по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 о признании обоснованным и включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 110 447 937 рублей

при участии в судебном заседании:

от должника – ФИО3 по доверенности от 06.09.2024, паспорт, от прокуратуры Алтайского края – Гутов С.С., служебное удостоверение,

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Агропромышленная компания «Родная земля» (далее – ООО «АПК «Родная земля», должник) индивидуальный предприниматель ФИО2

Николаевич (далее – ИП ФИО2, апеллянт) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании обоснованным и включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 110 447 937 рублей.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 30.07.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ИП ФИО2 обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Алтайского края от 30.07.2024 отменить, принять по делу новый судебный акт о включении в реестр требований кредиторов должника требования ФИО2 в размере 110 447 937 рублей.

В обоснование доводов жалобы указано на реальный характер займа. Подчеркивает, что заем предоставлен за счет собственных накоплений, поступлений от предпринимательской деятельности, а не доходов от деятельности должника. Ссылается на использование судом выводов, сделанных в отношении иного предмета по аналогии. Полагает, что сделки по приобретению имущества за счет дохода от имущества, изначально полученного в нарушение антикоррупционного законодательства, сами по себе не являются недействительными, поскольку законом предусмотрены иные последствий нарушения. Заявитель отмечает, что деятельность должника, кредитора или иных лиц преступлением не признавались, каких-либо приговоров суда, содержащих выводы о преступном характере приобретения денежных средств, являющихся предметом оспариваемых сделок, не выносилось. Считает, что заем не противоречил основам правопорядка или нравственности.

В порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) прокуратура Алтайского края представила отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

20.09.2024 отзыв на апелляционную жалобу поступил от ООО «АПК «Родная земля».

Представитель должника – ФИО3 в судебном заседании поддержала доводы, изложенные в своем отзыве на апелляционную жалобу.

Представитель прокуратуры Алтайского края – Гутов С.С. также настаивал на позиции своего отзыва.

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте

рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов, заслушав пояснения участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

В соответствии с материалами дела, определением суда от 25.03.2024 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4

15.05.2024 ФИО2 обратился в суд с заявлением о признании обоснованным и включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 110 447 937 рублей.

Требование обосновано тем, что личные денежные средства заявителя и его супруги ФИО5 были направлены на предоставление должнику заимствования, которое не было возвращено должником.

Отказывая в удовлетворении заявления ФИО2, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что денежные средства, направленные в качестве займов, получены в результате легализации коррупционных доходов, исполнения ничтожных сделок.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Исходя из разъяснений, сформированных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от

наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требований кредиторов подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Данная позиция нашла отражение в определении Верховного суда РФ от 25.07.2016 по делу № 308-ЭС16-2411, из которого следует, что проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований в реестр требований кредиторов, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Целью такой проверки является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Тем более это важно, так как процедура банкротства нередко сопровождается предъявлением лицами, близкими к должнику (его исполнительному органу, участникам), искусственно созданных требований в целях возможности контроля за процедурами банкротства), а также в целях выведения части имущества в ущерб реальным кредиторам.

По правилам статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве установление и включение требований в реестр требований осуществляется на основании представленных кредитором документов, поэтому именно на нем лежит обязанность при обращении со своим требованием приложить соответствующие достоверные и достаточные доказательства действительного наличия денежного обязательства.

Соответственно, при предъявлении настоящих требований о включении в реестр требований кредиторов должника именно заявителю следует доказать действительность наличия у должника перед ним спорной задолженности, представив суду надлежащие доказательства.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона,

иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями, односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

Специфика рассмотрения дел о банкротстве предполагает повышенные стандарты доказывания и более активную роль суда в процессе представления и исследования доказательств, в том числе возможность критического отношения к документам, подписанным должником и кредитором, если содержание этих документов не подтверждается иными, не зависящими от названных лиц доказательствами.

Кроме того, при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Критерии формально-юридической заинтересованности по отношению к должнику установлены статьей 19 Закона о банкротстве. Так, в соответствии с пунктом первым названной статьи заинтересованными лицами по отношению к должнику являются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Аффилированными являются лица, входящие в одну группу лиц (статья 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»).

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать

формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Как следует из материалов дела, заявитель требования изначально являлся единственным участником общества должника, поскольку 05.02.2020 ФИО6 (далее – ФИО6) и ФИО7 (далее – ФИО7) заключили с ФИО2 договор купли-продажи 100% доли в уставном капитале должника номинальной стоимостью 10 000 рублей по цене 35 000 000 рублей, подлежащей оплате до 01.02.2021 наличными на руки.

16.12.2021 ФИО2 и ФИО5, будучи супругами (свидетельство о заключении брака от 26.09.2014), произвели раздел общего имущества, нажитого во время брака, а именно по 50% долей в уставном капитале общества должника.

Таким образом, ФИО2 является лицом, заинтересованным к должнику (ст.19 Закона о банкротстве).

Требования ФИО2 мотивированы наличием у должника задолженности по договорам займа от 27.03.2020, 01.02.2021, 06.04.2022, 18.04.2022, 16.05.2023, по которым на расчетный счет должника в безналичном порядке перечислены денежные средства в общей сумме 106 040 000 рублей.

В подтверждение перечисления денежных средств по договорам займа представлены платежные поручения, содержание в назначении платежей отсылки к конкретным договорам займа.

Общий размер требования ФИО2 составил 110 447 937 рублей, из них: 86 484 250,39 рублей основного долга; 21 702 283,67 рублей процентов за пользование займом на дату ведения наблюдения; 2 261 402,94 рублей неустойки (пени) за нарушение сроков возврата суммы займа.

Выясняя источник предоставления денежных средств, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

ФИО2 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя и осуществляет деятельность с 2008 года. За период с 2019 года по 2021 год совокупно получил доходы от своей деятельности в размере 146 946 267 рублей (копии налоговых деклараций).

Вместе с тем, с 2003 года ФИО2 занимал руководящие должности в предприятиях концерна (с 2003 по 2007 год - финансовый директор ООО «Мясоптицекомбинат «Каневской», с 2007 по 2021 год - генеральный директор

ООО «Агрохолдинг «Каневской», с 2021 года – руководитель сельскохозяйственного подразделения ГК «Концерн «Покровский».

Решением Каневского районного суда Краснодарского края от 09.02.2024 по делу № 2-91/2024 установлено, что ФИО2 реализовывал управленческую концепцию бенефициаров концерна «Покровский», участвуя в обороте активов, приобретенных ФИО8 и ФИО9 в нарушение законодательства о противодействии коррупции, а именно, приобретались активы, в том числе ООО «АПК «Родная земля», которые регистрировались на аффилированных физических и юридических лиц. ФИО2 был привлечен ФИО10 для сокрытия своего личного участия в органах управления хозяйствующих обществ, входящих в концерн, в котором заявитель занимал руководящие должности с 2003 года. ФИО2 принимал непосредственное участие в легализации полученных ФИО10 и ФИО11 коррупционных доходов.

Приобретение ФИО2 долей в уставном капитале ООО «АПК «Родная земля», а также последующее учреждение и развитие ООО «Агро Фирма Победа» осуществлено им за счет легализации денежных средств, полученных от концерна «Покровский», исключительно в его интересах.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что полученный ФИО2 в течение 2017-2022 годов доход в концерне «Покровский» в общем размере более 204 млн руб., направленный им в качестве займов, не может быть признан соответствующим основам правопорядка, поскольку денежные средства получены от легализации коррупционных доходов ФИО10 и ФИО11, а не от предпринимательской деятельности.

Сделки, совершенные с целью нарушения основ правопорядка или нарушающие требования закона и при этом посягающие на публичные интересы, ничтожны (недействительны) - пункт 2 статьи 168, статья 169 Гражданского кодекса РФ, пункт 85 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ».

Согласно статье 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 ГК РФ. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Как разъяснено в определении Конституционного Суда РФ от 08.06.2004 № 226-0, статья 169 ГК РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, т.е. достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности.

Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму ГК РФ, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

В пункте 6 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020 (далее - Обзор от 08.07.2020) указано, что выявление при разрешении экономических и иных споров, возникающих из гражданских отношений, обстоятельств, свидетельствующих о направленности действий участников оборота на придание правомерного вида доходам, полученным незаконным путем, может являться основанием для вывода о ничтожности соответствующих сделок как нарушающих публичные интересы и для отказа в удовлетворении основанных на таких сделках имущественных требований, применении последствий недействительности сделок по инициативе суда.

Сделки, направленные на придание правомерного вида операциям с денежными средствами и имуществом, полученным незаконным путем, в том числе мнимые и притворные сделки, а также сделки, совершенные в обход положений законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, могут быть признаны посягающими на публичные интересы и ничтожными, что исключает возможность удовлетворения судом основанных на таких сделках имущественных требований, не связанных с их недействительностью (абзац 5 пункта 6 Обзора).

Как верно указано судом первой инстанции, ФИО2 был вправе претендовать на оплату своего труда и/или оказываемой услуги по участию в управлении финансово-хозяйственной деятельностью организации, входящих в концерн, однако сверхдоходы, оформляемые, как вознаграждение ФИО2, оцениваются в качестве притворной сделки, прикрывающей инвестиции лиц, контролирующих концерн, в том числе, в должника, для формирования законных оснований для контроля за должником, для возврата размещенных таким образом денежных средств, для сокрытия тех обстоятельств, что в должника вложены денежные средства, полученные в результате

легализации коррупционных доходов, под видом накоплений семьи ФИО2, якобы заработанные на высокооплачиваемой работе.

Извлекаемые доходы получены в результате исполнения ничтожных сделок.

Реальность обязательств по сделке не исключает право суда отказать в удовлетворении требований, основанных па сделке, если целью ее совершения являлся обход запретов и ограничении, установленных законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма; законодательством о банках, и банковской деятельности; валютным законодательством и т.п. (пункт 9 Обзора от 08.07.2020).

Учитывая, что для оценки права требования, основанного на ничтожной сделке, не требуется отдельного судебного разбирательства по ее оспариванию, суд правомерно применил последствия недействительности ничтожной сделки (передачи в заем должнику денежных средств, полученных в результате извлечения дохода от имущества, приобретенною на нелегализованные доходы), и признал отсутствующим право требования ФИО2, а также обязанность должника по возврату займа, уплате процентов, штрафных санкций.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 30.07.2024 по делу № А0320799/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня

вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Председательствующий В.С. Дубовик

Судьи Е.В. Фаст

ФИО1