Постановление от 6 ноября 2024 г. по делу № А08-7968/2021

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А08-7968/2021
г. Воронеж
06 ноября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 06 ноября 2024 года.


Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:


председательствующего судьи Ореховой Т.И.,

судей Потаповой Т.Б.,

Безбородова Е.А.,


при ведении протокола судебного заседания секретарем Щукиной Е.А.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Белстройинвест» ФИО1 – ФИО2, представитель по доверенности от 01.05.2024, паспорт гражданина РФ;

от ФИО3 - представитель не явился, извещен надлежащим образом;

от иных лиц, участвующих в деле, - представители не явились, извещены надлежащим образом,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Белгородской области от 19.07.2024 по делу № А08-7968/2021

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Белстройинвест» ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Белстройинвест»

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Белстройинвест» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Проф Системы» (далее – ООО «Проф Системы») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Белстройинвест» (далее – ООО «Белстройинвест», должник) несостоятельным (банкротом) с применением упрощенной процедуры банкротства отсутствующего должника.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 24.09.2021 заявление ООО «Проф Системы» принято к рассмотрению, возбуждено производство по делу о банкротстве.

Индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее - ИП ФИО5) обратился с заявлением о процессуальном правопреемстве на стороне кредитора ООО «Проф Системы» на основании договора уступки прав требования №06/12/21/4 от 06.12.2021.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 16.03.2022 (резолютивная часть от 09.03.2022) произведена замена заявителя по делу о банкротстве с ООО «Проф Системы» на ИП ФИО5, ООО «Белстройинвест» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО1.

Сведения о введении процедуры конкурсного производства опубликованы на ЕФРСБ 19.03.2022, в газете «Коммерсантъ» - 26.03.2022.

Конкурсный управляющий ООО «Белстройинвест» ФИО1 20.07.2023 обратилась в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, о привлечении в солидарном порядке к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО3 по обязательствам ООО «Белстройинвест» перед ФНС России и конкурсным управляющим ООО «Белстройинвест» ФИО1, о взыскании с ФИО4 и ФИО3 солидарно 85 861,16 руб.; о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам ООО «Белстройинвест» перед ФИО5 и взыскании с ФИО3 345 000 руб.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 19.07.2024 заявление конкурсного управляющего ООО «Белстройинвест» ФИО1 удовлетворено частично; к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Белстройинвест» привлечены ФИО3 и ФИО4, с ФИО3 в пользу ООО «Белстройинвест» взыскано 345 000 руб., с ФИО3, ФИО4 в пользу ООО «Белстройинвест» взыскано солидарно 55 661,16 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности; в удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Белстройинвест» ФИО3 и ФИО4 и взыскания с ФИО3 в пользу ООО «Белстройинвест» 345 000 руб., а так же взыскания солидарно с ФИО3, ФИО4 в пользу ООО «Белстройинвест» 55 661,16 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Белстройинвест» возражал против доводов апелляционной жалобы, по основаниям указанным в отзыве, просил суд оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

ФИО3 и иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились.

С учетом наличия в материалах дела доказательств надлежащего извещения неявившихся лиц, участвующих в деле, на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие их представителей.

Частью 1 статьи 268 АПК РФ установлено, что при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав объяснения участника процесса, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного акта и исходит из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). Основной целью конкурсного производства является формирование конкурсной массы должника и удовлетворение требований кредиторов.

При недостаточности имеющейся на момент открытия конкурсного производства имущественной массы должника для полного удовлетворения требований кредиторов, законодательство о банкротстве устанавливает дополнительные механизмы защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, в том числе институт привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Согласно пункту 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Порядок привлечения к субсидиарной ответственности регламентирован Законом о банкротстве.

На основании пункта 3 статьи 53 и пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве и пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53) правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статье 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 № 137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 ГК РФ, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 № 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

В данном случае при определении признаков состава гражданского правонарушения подлежат применению положения подпунктов 2, 4 статьи 10 Закона о банкротстве (учитывая доводы конкурсного управляющего о необходимости обращения в суд с заявлением о банкротстве 17.12.2016 и бездействия руководителя ФИО3 по непогашению задолженности за периоды 2016-2017 гг. с учетом даты возникновения признаков неплатежеспособности (17.11.2016), а также даты фактического прекращения деятельности должника (02.11.2017) и положения статьи 61.11 названного закона (принимая во внимание наступление обязанности по передаче документов и материальных ценностей конкурсному управляющему должника после введения процедуры конкурсного производства решением от 16.03.2022), статьи 61.12 Закона о банкротстве (учитывая дату назначения ФИО4 (18.08.2018) руководителем должника ООО «Белстройинвест».

В силу пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Исходя из пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В силу абзаца второго пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Закона.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в ред. 15.07.2016) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно. Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника. Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

В действующей редакции аналогичные нормы содержатся в подпунктах 1, 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Исходя из пунктов 4 - 7 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В силу пунктов 9 - 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 настоящего Федерального закона, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Обязанность юридического лица по составлению, ведению и хранению первичных учетных документов предусмотрена Федеральными законами от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - ФЗ от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете») (статьи 6, 7, 13 - 15, 29) и от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В соответствии с вышеуказанными статьями ФЗ от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. Документы учетной политики, стандарты экономического субъекта, другие документы, связанные с организацией и ведением бухгалтерского учета, в том числе средства, обеспечивающие воспроизведение электронных документов, а также проверку подлинности электронной подписи, подлежат хранению экономическим субъектом не менее пяти лет после года, в котором они использовались для составления бухгалтерской (финансовой) отчетности в последний раз. При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

В связи с чем, законодательством предусмотрена как обязанность ведения, хранения документации, так и ее передача - при смене руководителя.

В силу пункта 1 статьи 401 ГК РФ помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации, либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности исходя из того, приняло ли данное лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при должной степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

Согласно пункту 2 статьи 401, пункту 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности (постановление Президиума ВАС РФ от 06.11.2012 № 9127/12).

Ответственность, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета, за соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, за организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности на основании вышеприведенных норм ФЗ от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», и с обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставлять арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Ответственность руководителя должника возникает при неисполнении им обязанности по сбору, составлению, ведению, организации хранения бухгалтерской документации, непредставлению либо несвоевременному представлению бухгалтерской документации, отражению в бухгалтерской отчетности недостоверной информации, что влечет за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и как следствие - неудовлетворение требований кредиторов.

Пунктом 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Как следует из материалов дела и установлено судом, в соответствии с данными ЕГРЮЛ с 15.05.2014 учредителем (участником) ООО «Белстройинвест» с долей 100% является ФИО3, в период с 15.05.2014 по 17.08.2018 руководителем должника являлся ФИО3, с 18.08.2018 по 16.03.2022 (дата введения конкурсного производства) полномочия руководителя ООО «Белстройинвест» исполнял ФИО4

ООО «Проф Системы» (правопреемник ООО «Гелиос») 28.11.2018 обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, к ООО «Белстройинвест» о взыскании неосновательного обогащения в размере 345 000 руб.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 11.08.2020 по делу №А08-11941/2018 иск ООО «Проф Системы» удовлетворен, с ООО «Белстройинвест» в пользу ООО «Проф Системы» взыскано 345 000 руб. неосновательного обогащения.

Указанным судебным актом установлено, что денежные средства от ООО «Гелиос» (правопреемник ООО «Проф Системы», впоследствии ИП ФИО5) в пользу должника перечислены платежным поручением № 311 от 17.08.2016, а также то обстоятельство, что имело место внедоговорное обязательство – неосновательное обогащение.

Впоследствии неисполнение обязательств перед ООО «Проф Системы»» (правопреемник ИП ФИО5) послужило основанием для возбуждения в отношении ООО «Белстройинвест» дела о банкротстве, а требования ИП ФИО5 (правопреемника ООО «Проф Системы», ООО «Гелиос») на сумму 345 000 руб. были включены в реестр требований кредиторов ООО «Белстройинвест».

Конкурсный управляющий ООО «Белстройинвест» считает, что признаки банкротства у должника наступили не позднее 17.11.2016, в течение трех месяцев с даты перечисления на счет ООО «Белстройинвест» суммы неосновательного обогащения, в связи с чем руководитель ООО «Белстройинвест» ФИО3 должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Белстройинвест» несостоятельным (банкротом) не позднее 17.12.2016.

С заявлением о признании ООО «Белстройинвест» несостоятельным (банкротом) ФИО3, будучи руководителем должника, вплоть до 17.08.2018 в суд не обращался.

В своих возражениях ФИО3 указал, что довод конкурсного управляющего о возникновении у должника признаков неплатежеспособности является надуманным и противоречащим обстоятельствам дела, полагает, что по состоянию на 17.08.2018 - дату прекращения полномочий ФИО3, как единоличного исполнительного органа ООО «Белстройинвест», у общества отсутствовали признаки неплатежеспособности.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), наличие обязательств должника с более ранним сроком исполнения, которые не были исполнены и впоследствии включены в реестр требований кредиторов подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения договора.

Таким образом, наличие признаков неплатежеспособности должника определяется не моментом взыскания долга в суде, а возникновением просроченной задолженности, включенной в реестр требований кредиторов. В связи с чем возражения ФИО3 отклонены судом первой инстанции.

В соответствии с пунктом 2 стать 30 Закона о банкротстве учредители (участники) должника, собственник имущества должника - унитарного предприятия, федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления в случаях, предусмотренных федеральным законом, обязаны принимать своевременные меры по предупреждению банкротства организаций.

Являясь единственным участником и руководителем (с 15.05.2014 по 17.08.2018) должника, ФИО3 не мог не знать о неудовлетворительном финансовом состоянии ООО «Белстройинвест» и был обязан предпринять меры для обращения в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (действующей в период, когда должно было быть подано заявление) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с положениями пунктов 1-2 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах). При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно. Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредиторов и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Таким образом, с учетом срока, установленного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, единственный участник и руководитель общества ФИО3 был обязан принять решение о подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) не позднее 17.12.2016. Однако, заявление о признании ООО «Белстройинвест» несостоятельным (банкротом) подано не было.

ФИО3, как единственное контролирующее должника лицо в период с 15.05.2014 по 17.08.2018, не мог не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, но не исполнил данной обязанности.

Как усматривается из материалов дела, ФИО4 осуществлял полномочия руководителя ООО «Белстройинвест» с 18.08.2018 по 16.03.2022.

Так как на момент внесения записи в ЕГРЮЛ от 18.08.2018 о полномочиях ФИО4 ООО «Белстройинвест» уже обладало признаками неплатежеспособности (признаки возникли 17.11.2016), соответственно, обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом возникла у ФИО4 не позднее 18.09.2018.

ФИО4 указанная обязанность исполнена не была.

Из материалов дела следует, что после предполагаемой даты подачи заявления о банкротстве ФИО3 (17.12.2016) и ФИО4 (18.09.2018), и до возбуждения дела о банкротстве должника, у должника возникли обязательства перед УФНС России по Белгородской области на общую сумму 30 200 руб. (определение о включении требований в реестр требований кредиторов от 28.06.2022).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности руководителей должника за необращение в суд с заявлением о банкротстве должника ФИО3 по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, ФИО4 -по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий ООО «Белстройинвест» также указал, что основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 является бездействие последнего по непринятию мер, направленных на погашение задолженности перед кредиторами, задолженность перед которыми образовалась ранее, а в настоящее время включена в реестр требований кредиторов должника. За период с 17.11.2016 (дата возникновения задолженности – наступление признаков неплатежеспособности) по 02.11.2017 (дата фактического прекращения деятельности) он не предпринял мер по погашению задолженности перед заявителем по делу о банкротстве - ООО «Гелиос» (впоследствии ООО «Проф Системы», затем ИП ФИО5) и, что за указанный временной промежуток по расчетному счету должника прошли обороты в размере более 91 931 663,96 руб., в то время как задолженность перед заявителем по делу о банкротстве составила 345 000 руб.

Как следует из материалов дела, за период с 30.08.2016 по 02.11.2017 (дата закрытия последнего счета должника) по расчетным счетам должника поступления денежных средств составили 91 931 663,96 руб., в том числе с 30.08.2016 по 02.11.2017 по счету в Банке ВТБ 24 (ПАО) № 3652 в сумме 91931663,96 руб.

В сведениях о банковских счетах организации от 20.02.2023 по должнику указана информация об открытии и закрытии банковских счетов должника:

Номер счета

Дата открытия

Дата закрытия

Наименование банка

Состояние счета

4070****380

09.04.2012

14.07.2017

ПАО Сбербанк Белгородское отделение №8592

закрыт

4070****520

22.09.2014

02.11.2017

Банк ВТБ 24 (ПАО) №3652

закрыт

Таким образом, по состоянию на 02 ноября 2017 г. все счета должника были закрыты, с указанного периода хозяйственная деятельность ООО «Белстройинвест» не велась.

Согласно сведениям налоговой инспекции, книги покупок за 2 кв. 2018 г., а также книги покупок и продаж за периоды 3-4 кв. 2018 г., 1-4 кв.2019, 1-4 кв. 2020 г., 1-4 кв. 2021 г., 1-4 кв. 2022 г., отсутствуют, ООО «Белстройинвест» не представило бухгалтерскую отчетность за 2018-2020 гг. Представлены книги покупок и продаж за 2 кв. 2016 г. и книга продаж за 2 кв. 2018 г.

Как следует из бухгалтерской отчетности ООО «Белстройинвест», представленной в материалы дела, у должника отсутствуют «материальные внеоборотные активы», «нематериальные, финансовые и другие внеоборотные активы», «запасы» по состоянию на 31.12.2017 (в предыдущий период 2016 г. на указанных балансовых счетах (строки баланса 1150, 1170, 1210) также отражено отсутствие активов), «денежные средства и денежные эквиваленты» составляют 0 руб. (за 2016 год – составляли 2 732 000 тыс. руб.), «финансовые и другие оборотные активы» (строка баланса 1230) - 258000 тыс. руб. (на 31.12.2016 – 1 845 000 тыс. руб.), «долгосрочные заемные средства» - 0 руб. (на 31.12.2016 – 0 руб.), «краткосрочные заемные средства» - 0 руб. (на 31.12.2016 – 0 руб.), «кредиторская задолженность» - 126 000 тыс. руб. (на 31.12.2016 – 4 354 000 руб.). Актив баланса на 31.12.2016 (строка 1600) составлял 4 568 000 тыс. руб., чистая прибыль (строка 2400) – 204 000 тыс. руб. На 31.12.2017 актив баланса составлял 258000 тыс. руб., чистая прибыль – 122 000 тыс. руб.

В связи с чем суд первой инстанции пришел к выводу о том, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица ФИО3 и наличии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по указанному выше основанию.

Также, конкурсный управляющий ООО «Белстройинвест» указал, что руководителями должника ФИО4 и ФИО3 не исполнена обязанность о передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей, установленная пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 2 пункта 47 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Следовательно, именно руководитель должника должен принять меры к организации такой передачи в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Обязанность доказывания надлежащего исполнения требований пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве в силу статьи 65 АПК РФ лежит на бывшем руководителе должника.

Как следует из материалов дела, конкурсным управляющим в адрес бывшего руководителя должника 01.06.2022 и 24.06.2022 направлены запросы о предоставлении информации и документов по хозяйственной деятельности должника.

В связи с неисполнением требований о предоставлении информации и документов и наличии предусмотренной законодательством о банкротстве обязанности по передаче документов и имущества должника, конкурсный управляющий ООО «Белстройинвест» обратился в арбитражный суд с заявлением об обязании органов управления должника ФИО3 и ФИО4 предоставить документы, необходимые для проведения мероприятий конкурсного производства.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 14.03.2024, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2024, частично удовлетворено заявление конкурсного управляющего ООО «Белстройинвест» ФИО1, бывшие руководители ООО «Белстройинвест» ФИО3 за период с 01.01.2016 по 17.08.2018 и ФИО4 за период с 18.08.2018 по 16.03.2022 обязаны передать конкурсному управляющему ООО «Белстройинвест» ФИО1 следующие документы и информацию в отношении должника:

- имущество, принадлежащее должнику (отраженное в бухгалтерском балансе за 2017 год, строка баланса 1230);

- документы первичного бухгалтерского учета за период с 01.01.2016 по 16.03.2022, ежемесячную (ежеквартальную) отчетность;

- расшифровку расчетов с дебиторами по статье «Расчеты с персоналом по прочим операциям» (регистры бухгалтерского учета);

- расшифровку авансов, выданных поставщикам и подрядчикам, обоснованность авансов за период с 01.01.2016 по 16.03.2022 (регистры бухгалтерского учета);

- расшифровку краткосрочных финансовых вложений за период с 01.01.2016 по 16.03.2022 (регистры бухгалтерского учета);

- расшифровку всех активов должника, числящихся в балансе должника за период с 01.01.2016 по 16.03.2022 (регистры бухгалтерского учета);

- расшифровку всех пассивов должника, числящихся в балансе должника за период с 01.01.2016 по 16.03.2022 (регистры бухгалтерского учета);

- расшифровку кредиторской и дебиторской задолженности с указанием почтовых адресов контрагентов, идентифицирующих сведений о должниках и кредиторах и даты возникновения, а также копии первичных бухгалтерских документов, подтверждающих такую задолженность; разделить дебиторскую и кредиторскую задолженность на краткосрочную и долгосрочную, т.е. платежи по которой должны быть осуществлены более чем через 12 месяцев после отчетной даты и менее чем через 12 месяцев; также отдельной справкой или иным документом указать суммы дебиторской задолженности, списанной в убыток и больше не числящейся за должником, с расшифровкой контрагентов по указанной задолженности;

- договоры, соглашения, контракты, заключенные должником за период с 01.01.2016 по 16.03.2022;

- документы, свидетельствующие о выполнении или невыполнении должником денежных обязательств перед контрагентами (претензии, акты сверки, платежные поручения).

Бывшими руководителями должника обязанность по передаче истребуемой бухгалтерской и иной документации не исполнена.

В рамках исполнения своих обязанностей конкурсным управляющим были направлены запросы о предоставлении информации в отношении ООО «Белстройинвест» в регистрирующие и иные органы, включая налоговый орган.

Согласно ответу ИФНС России по г. Белгороду от 13.01.2022 № 25-11/00476, бухгалтерская отчетность за 2018-2020 гг. налогоплательщиком не предоставлялась.

Сведения о наличии объектов движимого и недвижимого имущества, находящегося в собственности ООО «Белстройинвест», отсутствуют.

Из бухгалтерской (финансовой) отчетности следует, что в 2017 году у должника имелись финансовые и другие оборотные активы (код строки 1230) – 258 000 руб., на 31.12.2016 - 1 845 000 руб., денежные средства и денежные эквиваленты (код строки 1250) – 0 руб., при этом на 31 декабря предыдущего года показатель составлял 2 723 000 руб.; активы баланса составляли (код строки 1 600) – 258 000 руб.; капитал и резервы (код строки 1300) - 132 000 руб. При этом, существовала кредиторская задолженность (код 1520) – 126000 руб.

В отчете о финансовых результатах отражены: выручка (код строки 2110) на сумму 290 670 000 тыс. руб.; расходы по обычной деятельности (код строки 2120) 290 413 000 тыс. руб.; прочие расходы (код строки 2350) 105000 тыс. руб.; чистая прибыль (код строки 2400) 122 000 тыс. руб.

Вследствие неправомерных действий руководителей должника ФИО3 и ФИО4 конкурсным управляющим не были выявлены вышеуказанные активы должника, не проведен анализ деятельности должника, уменьшения денежных средств и денежных эквивалентов за период с 31.12.2016 по 31.12.2017 с 2 723 000 тыс. руб. до 0 руб.; не установлены дебиторы и кредиторы должника. В результате неисполнения соответствующими лицами обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации конкурсному управляющему не удалось сформировать конкурсную массу должника, в связи с чем требования кредиторов остались непогашенными.

Вместе с тем, размер требований кредиторов установленных в реестре должника составляет 375 200 руб., размер текущих обязательств должника составляет 55 661,16 руб.

Возможности у конкурсного управляющего идентифицировать активы должника при отсутствии документов бухгалтерского учета, сведений о совершенных должником сделках и его имущественных правах, наличии дебиторской задолженности у должника, по существу не имеется.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713 по делу № А50-4524/2013 отмечено, что, исходя из положений статьи 10 ГК РФ руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

В результате непередачи бухгалтерской и иной документации, имущества, материальных и иных ценностей, конкурсному управляющему не удалось сформировать конкурсную массу должника, достаточную для погашения задолженности.

В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В данном случае материалами дела подтверждается вина ФИО3 и ФИО4 в том, что конкурсному управляющему ООО «Белстройинвест» не удалось сформировать конкурсную массу должника, достаточную для погашения кредиторской задолженности. Такие действия свидетельствуют о недобросовестном поведении контролирующих лиц и подлежат оценке судом применительно к статье 10 ГК РФ.

В результате неправомерных действий затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. Непроявление должной меры заботливости и осмотрительности, халатность в управлении обществом создали, в том числе, условия для банкротства должника и невозможности удовлетворения требований кредиторов.

При этом судом первой инстанции установлено, что ФИО4 является номинальным руководителем ООО «Белстройинвест», поскольку после регистрации ФИО4 в качестве руководителя организации – (18.08.2018) должник не осуществлял реальную экономическую деятельность, движение денежных средств по расчетному счету прекратилось с 02.11.2017, доказательства передачи документации должника в адрес ФИО4 отсутствуют, бухгалтерская отчетность с даты назначения ФИО4 руководителем не сдавалась, меры по замене ФИО4 как руководителя со стороны участника ООО «Белстройинвест» ФИО3 не предпринимались.

Руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11. абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

ФИО6 как единственный участник и руководитель общества до 17.08.2017 и ФИО4 как руководитель общества с 18.08.2017 обязаны были предпринять действия по ведению бухгалтерской отчетности, передаче бухгалтерской и иной документации ООО «Белстройинвест», печатей, штампов, материальных и иных ценностей должника конкурсному управляющему.

Ответчики не представили доказательств того, что они предпринимали все возможные и зависящие от них меры как для надлежащего исполнения обязательств по составлению, восстановлению, ведению, хранению бухгалтерской и иной документации, так и по передаче всей имеющейся документации должника арбитражному управляющему, при должной степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру своей деятельности и условиям гражданского оборота (статьи 9, 65 АПК РФ).

Причинно-следственная связь между непередачей документов и материальных ценностей конкурсному управляющему и невозможностью удовлетворения требований кредиторов подтверждается материалами дела, так как конкурсный управляющий лишен возможности формирования конкурсной массы путем осуществления действий по установлению активов должника, предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника, проведения оценки и реализации имущества ООО «Белстройинвест».

Невыполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов и материальных ценностей привело к тому, что конкурсный управляющий был лишен возможности установить наличие и/или отсутствие всех активов должника, правомерность совершенных сделок, то есть он был лишен реальной возможности сформировать конкурсную массу и, как следствие, полностью рассчитаться с кредиторами.

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу, что конкурсным управляющим представлены доказательства, свидетельствующие о наличии всей совокупности условий, позволяющих привлечь учредителя и бывшего руководителя ООО «Белстройинвест» ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании подпунктов 2, 4 статьи 10, подпунктов 2,4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, бывшего руководителя ООО «Белстройинвест» ФИО4 – на основании подпунктов 2,4 пункта 2 статьи 61.11, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Расходы на выплату вознаграждения арбитражному управляющему и судебные расходы с учетом положений пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве могут быть включены в размер субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов.

Согласно расчету конкурсного управляющего, размер субсидиарной ответственности равен 430 861,16 руб., исходя из суммы требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника (ИП ФИО5 – 345 000 руб.; учтены в отдельном разделе реестра требований кредиторов ООО «Белстройинвест» требования ФНС России в лице УФНС России по Белгородской области – 30 200 руб. штрафов) и размера текущих обязательств (30 000 руб. – вознаграждение конкурсного управляющего; 25 661,16 руб. – расходы конкурсного управляющего на проведение процедуры банкротства).

Таким образом, в состав размера субсидиарной ответственности включена задолженность перед уполномоченным органом в размере 30 200 руб. штрафов.

Вместе с тем, с учетом частноправовой природы субсидиарной ответственности пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве не может использоваться для взыскания с лица, контролирующего должника, в составе субсидиарной ответственности суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на организацию-налогоплательщика, что следует из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 30.10.2023 № 50-П.

Следовательно, при определении размера субсидиарной ответственности лиц, контролирующих деятельность ООО «Белстройинвест», не подлежат учету требования уполномоченного органа в части штрафных санкций, в связи с чем, общий размер субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам ООО «Белстройинвест» равен 400 661,16 руб. (430 861,16 руб. – 30 200 руб.).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу о частичном удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Белстройинвест»: с ФИО3 подлежат взысканию денежные средства в сумме 345 000 руб.; с ФИО3 и ФИО4 солидарно подлежат взысканию денежные средства в сумме 55 661,16 руб.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции апелляционный суд не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы ФИО3 фактически сводятся к несогласию с оценкой доказательств и обстоятельств дела, в связи с чем не могут служить основанием для удовлетворения жалобы. Данные доводы дублируют позицию ответчика, занимаемую в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, и направлены на иную оценку обстоятельств дела.

При этом заявителем апелляционной жалобы документально не опровергнуты выводы, к которым пришел суд первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования представленных в дело доказательств (статьи 9, 65 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно статье 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционным судом не установлено.

При таких обстоятельствах определение Арбитражного суда Белгородской области от 19.07.2024 по делу № А08-7968/2021 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000 руб. согласно статье 110 АПК РФ относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Белгородской области от 19.07.2024 по делу № А08-7968/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья Т. И. Орехова



Судьи Т. Б. Потапова



Е. А. Безбородов