Постановление от 30 декабря 2019 г. по делу № А53-16892/2018

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-16892/2018
город Ростов-на-Дону
30 декабря 2019 года
15АП-17833/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 24 декабря 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 декабря 2019 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сулименко Н.В.

судей Г.А. Сурмаляна, .В. Шимбаревой

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

конкурсного управляющего должника ФИО2,

от ФИО3: адвокат Афицкий Г.А. по доверенности от 12.11.2018, удостоверение от 04.10.2011 № 5359,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника ФИО2

на определение Арбитражного суда Ростовской области от 12.09.2019 по делу № А53-16892/2018 об удовлетворении заявления ФИО3

о включении в реестр требований кредиторов должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) сельскохозяйственного снабженческо-сбытового потребительского кооператива «Агропартнер»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) сельскохозяйственного снабженческо-сбытового потребительского кооператива «Агропартнер» (далее - должник) в Арбитражный суд Ростовской области обратился ФИО3 (далее - заявитель) с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размер 5 700 000 руб. как обеспеченной залогом имущества должника.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 12.09.2019 по делу №А53-16892/2018 требование ФИО3 в сумме 5 700 000 руб. включено в третью очередь реестра требований кредиторов сельскохозяйственного снабженческосбытового потребительского кооператива «Агропартнер», как обеспеченное залогом имущества должника по договору №150706/0395-7.2 об ипотеке (залоге недвижимости) от 30.12.2015, заключенному между АО «Россельхозбанк» и СССПК «АгроПартнер» в отношении здания нежилого (маслоцех), литер АА1А2, эт. 1, инв. № 11-9, 790,5 кв.м.; здания нежилого (цех первичной обработки плодоовощной продукции), Литер А3, эт. 1, инв. № 11-9, 1095,8 кв.м.; земельного участка кадастровый № 61:06:0600004:496, площадью 10000 кв.м., расположенных по адресу: <...>, по договору №150706/0395-5 о залоге оборудования от 30.03.2016. В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением суда от 12.09.2019 по делу №А53-16892/2018, конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. По мнению апеллянта, наличие вступившего в законную силу решения Багаевского районного суда Ростовской области от 08.08.2018 по делу № 2-443/2018 не освобождает заявителя от обязанности доказывания обоснованности своих требований к должнику. В деле о банкротстве признание должником долга не является безусловным основанием для включения требования кредитора в реестр требований кредиторов должника и не освобождает заинтересованное лицо от обязанности подтвердить реальность наличия денежного обязательства. Длительные сроки между снятием заявителем со своего счета денежных средств и поступлением на счет должника не могут свидетельствовать о наличии у заявителя денежных средств в указанном размере в спорные периоды. По мнению подателя жалобы, суд дал ненадлежащую правовую оценку показаниям свидетеля ФИО4 Факт поступления денежных средств в кассу должника не подтвержден достоверными доказательствами. Спорная задолженность не отражена в бухгалтерской отчетности должника за 2017 год, а в последующем указана в бухгалтерской отчетности, поданной в налоговую инспекцию после введения конкурсного производства. Суд не дал надлежащую правовую оценку обстоятельствам, сопутствующим заключению соглашения от 23.10.2017, которое заключено сразу после прекращения производства по делу о банкротстве должника № А53-22339/2017. Действия заявителя по погашения задолженности привели к тому, что поручители по кредитному договору, заключенному между должником и АО «Россельхозбанк», перестали отвечать по обязательствам должника. Обстоятельства дела свидетельствуют о заинтересованности заявителя и ФИО4 в исходе спора. По мнению апеллянта, при заключении соглашения от 23.10.2017 сторонами допущено злоупотребление правом.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ростовской области от 12.09.2019 по делу №А53-16892/2018 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 просит обжалованный судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, считает выводы суда соответствующими установленным по делу обстоятельствам и нормам Закона о банкротстве.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали свои правовые позиции по рассматриваемому спору.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской области от 15.06.2018 заявление индивидуального предпринимателя ФИО5 о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 26.09.2018 требования индивидуального предпринимателя ФИО5 признаны обоснованными. В отношении сельскохозяйственного снабженческо-сбытового потребительского кооператива «Агропартнер» введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден ФИО2.

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 183 от 06.10.2018.

09.01.2019 в Арбитражный суд Ростовской области обратился ФИО3 с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размер 5 700 000 руб. как обеспеченной залогом имущества должника.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 16.01.2019 суд определил рассмотреть заявление кредитора в течение месяца после введения процедуры, следующей за процедурой наблюдения.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 06.03.2019 (резолютивная часть от 06.03.2019) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 21.03.2019 заявление ФИО3 назначено к рассмотрению.

В обоснование заявленных требований кредитор указал, что решением Багаевского районного суда Ростовской области от 08.08.2018 по делу № 2-443/2018, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 15.11.2018, на ФИО3 переведены права кредитора – АО «Россельхозбанк» по договору об открытии кредитной линии с лимитом выдачи №150706/0395 от 30.12.2015 на сумму 5 700 000 руб.

Суд общей юрисдикции пришел к выводу, что ФИО3 исполнил обязательства должника перед АО «Россельхозбанк» по договору кредитной линии на сумму 5 700 000 руб.

В обеспечение обязательств должника перед АО «Россельхозбанком» по договору об открытии кредитной линии № 150706/0395 от 30.12.2015 заключен договор № 150706/0395-7.2 об ипотеке (залоге недвижимости) от 30.12.2015, договор № 150706/0395-7.2/1 об ипотеке от 13.05.2016, договор №150706/0395-7.10 от 30.12.2015 об ипотеке (залоге) земельного участка, договор № 150706/0395-5 о залоге оборудования от 30.03.2016.

Полагая, что на основании статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации к ФИО3 перешли права кредитора по кредитному договору и обеспечительным сделкам на сумму 5 700 000 руб., ФИО3 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о включении требования кредитора в реестр, как обеспеченного залогом имущества должника.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что факт реальности внесения денежных средств в кассу должника подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам от 27.12.2017, от 26.10.2017. Наличие финансовой возможности на совершение указанных платежей подтверждается сведениями о движении денежных средств по расчетным счетам ФИО3 и ФИО6, которые фактически ведут совместное хозяйство. Решение суда общей юрисдикции конкурсным управляющим не оспорено. С целью устранения противоречий в документах, суд по ходатайству заявителя допросил свидетеля ФИО4, являющегося председателем правления должника, который пояснил, что первоначальные приходные кассовые ордера были им утеряны, ввиду чего при их восстановлении произошла неточность.

Суд первой инстанции указал, что на момент внесения денежных средств в кассу должника заявитель не являлся членом кооператива, поэтому не имеется оснований полагать, что указанная задолженность носит корпоративный характер. Спорная задолженность перед ФИО3 была отражена в бухгалтерской отчетности должника за 2018 год. Доказательства аффилированности сторон не предоставлены.

С учетом вступившего в законную силу решения Багаевского районного суда Ростовской области от 08.08.2018 по делу № 2-443/2018, суд пришел к выводу об обоснованности требований заявителя в размере 5 700 000 руб. Признавая задолженность обеспеченной залогом имущества должника, суд исходил из того, что залоговое имущество по договору залога №150706/0395-7.2. и частично по договору залога №150706/0395-5 имеется в наличии. Суд пришел к выводу о том, что оснований для признания требований обеспеченными залогом имущества по договору № 150706/0395-7.2/1 об ипотеке от 13.05.2016 и по договору №150706/0395-7.10 от 30.12.2015 об ипотеке (залоге) земельного участка, заключенных между банком и ФИО4, не имеется, поскольку указанное имущество не принадлежит должнику. В указанной части в удовлетворении заявления отказано.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам апеллянта и имеющимся в деле документам, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что обжалованный судебный акт подлежит отмене, принимая во внимание нижеследующее.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона о банкротстве размер денежных обязательств или обязательных платежей считается установленным, если он определен судом в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенным в статьях 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В силу положений части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

В то же время, правовая оценка (квалификация) отношений, данная судом общей юрисдикции, не исключает возможность иной правовой оценки тех же отношений арбитражными судами (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 N 309-ЭС16-1553).

В силу специфики дел о банкротстве арбитражный суд обязан вне зависимости от доводов лиц, участвующих в деле, оценить действительность заявленного кредитором требования. Формальный подход при разрешении данного вопроса может повлечь включение в реестр несуществующих требований, и как следствие, нарушение прав и законных интересов конкурсных кредиторов, должника и его учредителей.

Наличие вступившего в законную силу решения суда общей юрисдикции не исключает рассмотрение в рамках дела о банкротстве вопроса о соответствии соглашения сторон специальным нормам Закона о банкротстве и нормам Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 3 пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N57, независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору, и в деле по иску об оспаривании договора, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы.

Как следует из материалов дела, 30.12.2015 между АО «Россельхозбанк» (кредитор) и должником (заемщик) заключен договор об открытии кредитной линии с лимитом выдачи, согласно которому кредитор открывает заемщику кредитную линию на общую сумму, которая по совокупному размеру входящих в ее состав лимитов выдачи не превышает 15 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить полученные денежные средства и уплатить проценты за пользование кредитом в размере, в сроки и на условиях настоящего договора (п. 1.1 договора).

Заемщик обязуется использовать полученный кредит на пополнение оборотных средств (приобретение минеральных удобрений, средств защиты растений, ГСМ, семян, запасных частей, а так же материалов для упаковки и транспортировки готовой продукции, приобретения капельной ленты) (п. 2.1 договора).

Надлежащее исполнение заемщиком своих обязательств по кредитному договору обеспечивается:

залогом земельного участка по договору № 150706/0395-7.10 от 30.12.2015 об ипотеке (залоге недвижимости), заключённому между АО «Россельхозбанк» и гражданином ФИО4;

залогом недвижимости с одновременной ипотекой земельного участка по договору №150706/0395-7.2 об ипотеке (залоге недвижимости) от 30.12.2015, заключённому между АО «Россельхозбанк» и должником;

поручительством физических лиц: ФИО4, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 (п. 6.2 договора).

20.10.2017 между должником и ФИО3 заключено соглашение об исполнении обязательств по договору об открытии кредитной линии третьим лицом, в соответствии с которым ФИО3 принимает на себя обязательство перед должником по исполнению кредитного обязательства перед АО «Россельхозбанк», возникшего из договора об открытии кредитной линии с лимитом выдачи №150706/0395 от 30.12.2015 (п. 1).

Сумма кредитного обязательства, которую обязуется погасить третье лицо – 4 700 000 руб., включая сумму основного долга, проценты, просроченные проценты, пени и штрафы (пункт 2).

В соответствии с соглашением от 20.10.2017 после исполнения ФИО3 обязанности по исполнению кредитного обязательства должника перед банком в силу части 5 статьи 313 ГК РФ к третьему лицу переходят права требования по договору об открытии кредитной линии с лимитом выдачи №150706/0395 от 30.12.2015, а так же из договоров, обеспечивающих исполнение основного обязательства (пункт 5).

Само по себе заключение соглашения об исполнении обязательств по договору об открытии кредитной линии третьим лицом не свидетельствует о перемене лиц в основном обязательстве.

В обоснование заявленного требования ФИО3 представил квитанции к приходным кассовым ордерам № 47 от 27.12.2017 на сумму 800 000 руб., № 41 от 28.11.2017 на сумму 1 900 000 руб., № 31 от 26.10.2017 на сумму 1 500 000 руб., № 46 от 27.12.2017 на сумму 1 500 000 руб. В качестве основания платежа в указанных квитанциях указано: «соглашение об исполнении обязательств по договору об открытии кредитной линии третьим лицом от 20.10.2017».

Возражая против удовлетворения заявленных требований, конкурсный управляющий указал, что согласно бухгалтерской документации должника в приходно-кассовых ордерах № 31 от 26.10.2017, № 46 от 27.12.2017, № 47 от 27.12.2017, № 41 от 28.11.2017, оформленных при принятии денежных средств от ФИО3, в качестве основания платежа указано: «дополнительные паевые взносы, соглашение № 16-2017 от 26.10.2017» (т.1 л.д. 46), «дополнительные паевые взносы, соглашение № 21-2017 от 27.12.2017» (т. 1 л.д.51), «дополнительные паевые взносы, соглашение № 22-2017 от 27.12.2017» (т. 1 л.д.53), «дополнительные паевые взносы, соглашение № 20-2017 от 28.11.2017» (т. 1 л.д.53).

Согласно расходному кассовому ордеру №34 от 26.10.2017 денежные средства в размере 1 500 000 руб. выданы ФИО4 для перечисления на расчетный счет АО «Россельхозбанк» для погашения основного долга по кредиту.

Согласно приходному кассовому ордеру №9169 от 26.10.2017 денежные средства в размере 1 500 000 руб. перечислены ФИО4 на счет физического лица – ФИО4 в качестве взноса (т.1 л.д.48).

Согласно расходному кассовому ордеру №48 от 27.12.2017 денежные средства в размере 1 700 000 руб. выданы ФИО4 для перечисления на расчетный счет АО «Россельхозбанк» для погашения основного долга по кредиту.

Согласно приходному кассовому ордеру №434496 от 27.12.2017 денежные средства в размере 1 700 000 руб. перечислены ФИО4 на текущий счет физического лица – ФИО4 (т. 1 л.д.55).

Согласно расходному кассовому ордеру №44 от 28.11.2017 денежные средства в размере 1 900 000 руб. выданы ФИО4 для перечисления на расчетный счет АО «Россельхозбанк» для погашения основного долга по кредиту.

Согласно квитанции №159565 от 28.11.2017 ФИО4 перечислил на счет должника в АО «Россельхозбанк» денежные средства в размере 1 900 000 руб. в качестве паевых взносов (т. 1 л.д. 59).

Согласно расходному кассовому ордеру № 49 от 27.12.2017 денежные средства в размере 600 000 руб. выданы ФИО4 на основании авансового отчета на хозяйственные расходы № 32 от 03.08.2017.

Часть денежных средств, поступивших на счет должника, была списана на основании инкассового поручения в целях погашения задолженности перед АО «Россельхозбанк» по кредитному договору.

В соответствии с пунктом 1 статьи 313 ГК РФ кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.

К третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 настоящего Кодекса. Если права кредитора по обязательству перешли к третьему лицу в части, они не могут быть использованы им в ущерб кредитору, в частности такие права не имеют преимуществ при их удовлетворении за счет обеспечивающего обязательства или при недостаточности у должника средств для удовлетворения требования в полном объеме (пункт 5).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", если исполнение обязательства было возложено должником на третье лицо, то последствия такого исполнения в отношениях между третьим лицом и должником регулируются соглашением между ними.

В силу пункта 5 статьи 313 ГК РФ при отсутствии такого соглашения к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора в соответствии со статьей 387 ГК РФ.

Использование формальных правовых механизмов для достижения результата, который сторонами сделки не предусмотрен, охватывается понятием злоупотребления правом, которое не может быть признано добросовестным поведением участников гражданского оборота и не подлежит судебной защите (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении спора суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что бухгалтерская отчетность должника за 2017 год, которая была подана в налоговый орган 12.03.2018, не отражает сведений о задолженности перед ФИО3 по кредитному договору. Это обстоятельство свидетельствует о том, что должник считал прекратившимся обязательство по кредитному договору, и ставит под сомнение дату подписания соглашения об исполнении обязательства третьим лицом - 20.10.2017.

Данная задолженность была отражена лишь в бухгалтерской (финансовой) отчетности должника, поданной в налоговый орган 28.03.2019 после введения в отношении должника процедуры конкурсного производства (06.03.2019).

В приходных кассовых ордерах, переданных конкурсному управляющему бывшим руководителем должника, и являющихся основанием для оприходования в кассу предприятия денежных средств, переданных ФИО3, указано, что денежные средства являются паевым взносом участника по соглашению.

Определением арбитражного суда апелляционной инстанции от 29.11.2019 суд истребовал в порядке статьи 66 АПК РФ у ФИО4 следующие документы: список членов сельскохозяйственного снабженческо-сбытового потребительского кооператива «Агропартнер»; сведения о том, кто из членов кооператива внес паевые взносы в размере 24 445 000 руб., отраженные в бухгалтерском балансе организации за 2017 год, и в каком размере; соглашения №16-2017 от 26.10.2017, №21-2017 от 27.12.2017, №20-2017 от 28.11.2017, которые указаны в приходных кассовых ордерах как основания для внесения денежных средств ФИО3 в кассу ССПК «АгроПартнер»; Устав кооператива.

Суд предложил конкурсному управляющему должника ФИО2 представить сведения о том, исполнена ли бывшим руководителем СПК «АгроПартнер» обязанность по передаче конкурсному управляющему документов должника. Если документы переданы, представить в суд апелляционной инстанции следующие документы и сведения: список членов сельскохозяйственного снабженческо-сбытового потребительского кооператива «Агропартнер»; сведения о том, кто из членов кооператива внес паевые взносы в размере 24 445 000 руб., отраженные в бухгалтерском балансе организации за 2017 год, и в каком размере; соглашения №16-2017 от 26.10.2017, №21-2017 от 27.12.2017, №20-2017 от 28.11.2017, которые указаны в приходных кассовых ордерах как основания для внесения денежных средств ФИО3 в кассу ССПК «АгроПартнер»; Устав кооператива.

ФИО4 определение суда от 29.11.2019 не исполнил, истребованные судом документы не представил, не объяснил причины неисполнения определения суда.

Во исполнение определения суда от 29.11.2019 конкурсный управляющий должника представил письменные пояснения, в которых указал, что конкурсным управляющим неоднократно в ходе проведения процедуры банкротства запрашивались сведения у ФИО4 о составе членов кооператива. Согласно представленным сведениям, список членов СССПК «АгроПартнер» председателем не велся.

При рассмотрении заявления о включении требований ФИО3 в реестр, в ходе допроса ФИО4 пояснил, что расшифровку строки баланса 1310 «Паевой фонд» в том числе за 2017 год представить не возможно в связи с тем, что бухгалтерская база утрачена в результате поломки компьютера.

Соглашения, которые указаны в приходных кассовых ордерах как основания для внесения денежных средств ФИО3 в кассу должника, в переданных ФИО4 материалах отсутствуют.

Таким образом, не устранены противоречия в первичных бухгалтерских документах в отношении оснований внесения ФИО3 денежных средств в кассу должника. Бездействие бывшего руководителя должника по непредставлению суду необходимых сведений и документов является недобросовестным.

Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим отсутствующих у него сведений о членах кооператива и размере внесенных ими взносов, суд при рассмотрении спора принимает во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств и поведение заинтересованных лиц.

Конкурсный управляющий привел достаточно серьезные доводы и представил существенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительным его аргумент о корпоративной правовой природе отношений между заявителем и должником, в виду этого на основании статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на ФИО3

Исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что ФИО3 не производил исполнение обязательства в пользу банка, не перечислял денежные средства непосредственно банку. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что в банк было предъявлено соглашение от 20.10.2017 об исполнении обязательства по договору об открытии кредитной линии третьим лицом. Погашение задолженности по кредитному договору происходило со счета должника из суммы денежных средств, внесенных ФИО4 в качестве паевого взноса.

Сведения, указанные в квитанциях к приходным кассовым ордерам, представленных заявителем, являются недостоверными и противоречат бухгалтерской документации должника, в связи с этим не могут свидетельствовать о внесении ФИО3 денежных средств по соглашению об исполнении обязательств по договору об открытии кредитной линии третьим лицом от 20.10.2017.

Принимая во внимание совокупность исследованных судом документов и обстоятельств, отсутствуют основания для вывода о том, что ФИО3 произвел исполнение обязательства за должника перед банком и к нему на основании пункта 5 статьи 313, статьи 382 Гражданского кодекса перешли права кредитора по кредитному договору и договору о залоге.

Суд апелляционной инстанции исследовал обстоятельства, сопутствующие заключению соглашения от 20.10.2017, и установил, что соглашение от 23.10.2017 между должником и ФИО3 заключено сразу после прекращения производства по делу о банкротстве СССПК «Агропартнер» по заявлению ООО «Завод весоизмерительной техники СХТ» (определение Арбитражного суда Ростовской области от 20.09.2017 по делу № А53-22339/2017), а также в преддверии принятия заявления ИП ФИО5 о признании должника банкротом (определение Арбитражного суда Ростовской области от 15.06.2018).

ФИО3 не раскрыл мотивы и причины заключения с должником соглашения об исполнении обязательства по договору об открытии кредитной линии третьим лицом от 20.10.2017.

Обстоятельства совершения платежей и последующее поведение сторон (неотражение информации о кредиторской задолженности должника перед ФИО3 в бухгалтерских документах, непредъявление ФИО3 финансовых претензий к должнику, вплоть до возбуждения дела о банкротстве, нераскрытие информации о членах кооператива и размере внесенных ими взносов), свидетельствуют о том, что ФИО3 изначально внес денежные средства в кассу должника как членские взносы, а впоследствии (после возбуждения дела о банкротстве) воспользовался платежными документами исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 123.1 ГК РФ потребительским кооперативом признается основанное на членстве добровольное объединение граждан или граждан и юридических лиц в целях удовлетворения их материальных и иных потребностей, осуществляемое путем объединения его членами имущественных паевых взносов.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Федерального закона от 08.12.1995 N193-ФЗ "О сельскохозяйственной кооперации" кооператив отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом и не отвечает по обязательствам членов кооператива, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Члены производственного кооператива несут субсидиарную ответственность по обязательствам кооператива в размере, предусмотренном уставом кооператива, но не менее чем в размере 5 процентов своего пая (часть 2).

Члены потребительского кооператива обязаны в течение трех месяцев после утверждения годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности покрыть образовавшиеся убытки за счет резервного фонда кооператива либо путем внесения дополнительных взносов. В случае невыполнения этой обязанности кооператив может быть ликвидирован в судебном порядке по требованию кредиторов. Члены потребительского кооператива солидарно несут субсидиарную ответственность по его обязательствам в пределах невнесенной части дополнительного взноса каждого из членов кооператива (часть 3).

Согласно пункту 3.1 Устава должника от 11.01.2013 членами кооператива могут быть признающие Устав кооператива, принимающие участие в его хозяйственной деятельности и являющиеся сельскохозяйственными товаропроизводителями граждане и (или) юридические лица, а так же граждане, ведущие личное подсобное хозяйство, граждане, являющиеся членами или работниками сельскохозяйственных организаций и (или) крестьянских (фермерских) хозяйств, граждане, занимающиеся садоводством, огородничеством или животноводством, и сельскохозяйственные потребительские кооперативы.

Члены кооператива солидарно несут субсидиарную ответственность по обязательствам кооператива (пункт 3.5 Устава).

В силу нормы абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, в том числе и бывшие, предъявляющие к должнику требования из обязательств, основанных на факте участия.

Данное положение исключает из числа конкурсных кредиторов учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, поскольку характер этих обязательств непосредственно связан с ответственностью указанных лиц за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей, при том, что закон не лишает их права претендовать на часть имущества ликвидируемого должника.

В случае неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника - юридического лица (корпорации) исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости на его участника может быть отнесен риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

ФИО3 и должник не опровергли относимыми и допустимыми доказательствами по делу следующий из анализа бухгалтерских документов должника вывод суда о том, что внесение ФИО3 денежных средств в кассу предприятия является исполнением обязанности членов кооператива покрыть убытки кооператива путем внесения дополнительных взносов (пункт 3 статьи 37 Федерального закона «О сельскохозяйственной кооперации»).

Принимая во внимание назначение платежа, указанное в приходных кассовых ордерах: «дополнительные паевые взносы по соглашениям: №16-2017 от 26.10.2017, №21-2017 от 27.12.2017, №22-2017 от 27.12.2017, №20-2017 от 28.11.2017; не раскрытие ФИО3 мотивов заключения соглашения с должником; уклонение бывшего руководителя должника от представления сведений о членах кооператива и размере внесенных ими вкладов; не раскрытие информации о том, кто из членов кооператива внес паевые взносы в размере 24 445 000 руб., отраженные в бухгалтерском балансе организации за 2017 год, и в каком размере; суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что ФИО3 не доказал, что его требование к должнику не является корпоративным.

Фактически соглашение об исполнении обязательств по договору об открытии кредитной линии третьим лицом от 20.10.2017 является мнимым и заключено с целью создания фигуры залогового кредитора в деле о банкротстве (статьи 10 и 170 ГК РФ).

Суд апелляционной инстанции полагает, что в рамках возможных процедур банкротства требование по выплате паевого взноса не может конкурировать с обязательствами должника перед иными независимыми кредиторами - участниками гражданского оборота и в случае ликвидации должника бывшие участники вправе претендовать лишь на часть имущества ликвидируемого должника, оставшейся после расчетов с другими кредиторами.

В силу изложенного, заявление ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов сельскохозяйственного снабженческо-сбытового потребительского кооператива «Агропартнер» требования в размере 5 700 000 руб. как обеспеченного залогом имущества должника не подлежит удовлетворению.

Поскольку суд первой инстанции не установил все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, пришел к выводам, не соответствующим имеющимся в деле доказательствам, что привело к неправильному применению норм материального права, определение Арбитражного суда Ростовской области от 12.09.2019 по делу № А53-16892/2018 подлежит отмене.

В связи с отменой обжалованного судебного акта, суд апелляционной инстанции в соответствии с полномочиями, предусмотренными пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимает новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 12.09.2019 по делу № А53-16892/2018 отменить.

Отказать ФИО3 в удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов сельскохозяйственного снабженческо-сбытового потребительского кооператива «Агропартнер» требования в размере 5 700 000 руб. как обеспеченного залогом имущества должника.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Сулименко

СудьиГ.А. Сурмалян

ФИО13