Постановление от 15 июня 2025 г. по делу № А31-11962/2023

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. <***>



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А31-11962/2023
г. Киров
16 июня 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2025 года.      

Полный текст постановления изготовлен 16 июня 2025 года.


Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хорошевой Е.Н.,

судей Калининой А.С., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Ахмедовой О.Р.,


без участия в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле,


рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Костромской области от 18.03.2025 по делу № А31-11962/2023

по заявлению финансового управляющего ФИО2 ФИО3

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (ИНН <***>, СНИЛС <***>),

установил:

определением Арбитражного суда Костромской области от 07.11.2023 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Аврора» в лице конкурсного управляющего ФИО4 возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (далее – ФИО2, должник).

Определением суда от 06.12.2023 заявление о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов.

Решением Арбитражного суда Костромской области от 22.05.2024 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утверждена ФИО3, член Союз арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Северная столица».

03.12.2024 финансовый управляющий ФИО3 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании платежей в сумме 1 500 000 руб., 300 000 руб., 105 000 рублей, совершенных ФИО2 наличными денежными средствами 25.12.2023 и 21.03.2024 в адрес ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик), в счет возврата займа, процентов по договору процентного займа от 23.11.2023 и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Костромской области от 17.02.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5.

Определением суда 17.03.2025 заявление в части расписки от 01.08.2023 выделено в отдельное производство.

Определением Арбитражного суда Костромской области от 18.03.2025 признаны платежи в сумме 1 500 000 рублей, 300 000 рублей от 21.03.2024, в сумме 105 000 рублей от 25.12.2023 недействительными сделками; применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ФИО2 денежных средств в сумме 1 905 000 рублей.

ФИО1 с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит оспариваемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего.

По мнению заявителя жалобы, реальность договора займа и наличие финансовой возможности его исполнения подтверждается распиской, оформленной между ФИО1 и ФИО5 на сумму 1 500 000 рублей, выпиской по операциям по счету ИП ФИО1 Отношения по выдаче займа носили доверительный характер в связи с деловыми отношениями с сыном должника. У ФИО1 не было свободных денежных средств, в связи с чем он одолжил их у ФИО5 в размере 1 500 000 руб., а 28.11.2023 вернул их ФИО5, сняв с расчетного счета ИП ФИО1, что, как утверждает апеллянт, подтверждается выпиской по расчетному счету. ФИО5 в подтверждение финансовой возможности предоставления займа на сумму 1 500 000 руб. представлены доказательства наличия денежных средств, полученных при продаже BMW 3201, 2008 г.в., и ТОЙОТА ХАЙЛЕНДЕР, 2011 г.в. Передача и возврат займа оформлялась расписками, что не запрещено при осуществлении расчетов между физическими лицами. По мнению апеллянта, учитывая, что заем предоставлялся должнику в личных целях, сумма в размере 1 500 000 рублей вполне могла быть предоставлена из личных накоплений, без обязательного их хранения и перечисления кредитной организацией. Ответчик указывает, что никак не мог узнать о наличии требований кредиторов должника, поскольку они не были установлены вступившими в законную силу судебными актами и опубликованы в открытом доступе. Суд лишил ФИО1 возможности применения последствий недействительности сделки, предусмотренных в абзаце третьем пункта 25 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63).

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 12.05.2025 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 13.05.2025.

Финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 в отзыве на апелляционную жалобу указывает, что контрагент по оспариваемой сделке является руководителем и учредителем ряда строительных организаций, имеет статус индивидуального предпринимателя, счет в банке, то есть не является обычным «обывателем». Тем не менее, оформляет с партнёрами по бизнесу отношения расписками, что само по себе с учетом его статуса является странным. ФИО1 должен был понимать риски подобного оформления заемных отношений. Срок возбуждения дела о банкротстве в данном случае не имеет юридического значения, сделки признаны недействительными по статье 10 ГК РФ. На момент совершения оспариваемых платежей были обязательства перед третьими лицами. Требования ООО «Аврора» (и ее правопреемников), ФИО6 установлены судебными актами и включены в реестр требований кредиторов. Просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Костромской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между ФИО7 (заимодавец) и ФИО1 (заемщик) 23.11.2023 заключен договор процентного займа, согласно которому заимодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 1 500 000 руб., а заемщик обязуется вернуть заимодавцу сумму займа и начисленные на нее проценты в размере и сроки, предусмотренные договором.

ФИО1 указал, что полученные по расписке от 23.11.2023 от ФИО5 денежные средства в сумме 1 500 000 рублей были переданы ФИО2 (должнику) по договору процентного займа от 23.11.2023, в подтверждении чего в материалы дела представлена расписка от 23.11.2023.

Впоследствии сумма займа 1 905 000 рублей с учетом начисленных процентов и пени возвращена ФИО1, о чем на договоре займа сделаны отметки от 21.03.2024 и написана расписка от 25.12.2023.

Полагая, что платежи по возврату ФИО2 займа являются сделками, подлежащими оспариванию в процедуре банкротства, финансовый управляющий должника обратился в суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьей 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе, при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно пункту 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановления № 25) к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Исходя из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/10, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, в частности, имеющей целью уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения имущества третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утверждённый Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015).

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения (абзац четвертый пункта 1 Постановления № 25).

Из материалов дела следует, что оспариваемые сделки, как и сами договоры процентного займа от 23.11.2023 заключены после даты возбуждения настоящего дела о банкротстве определением суда от 07.11.2023.

При этом суд первой инстанции обратил внимание, что в отношении ФИО2 ранее уже было возбуждено дело о его банкротстве определением суда от 02.03.2022 (№ А31-891/2022), которое было прекращено на основании определения суда от 27.12.2022 (резолютивная часть от 26.12.2022) ввиду отсутствия на дату заседания по проверке обоснованности заявления о признании гражданина банкротом в связи с частичным погашением условия о сумме требования, предусмотренной пунктом 2 статьи 213.3 Закона о банкротстве и отсутствия иных кредиторов.

По смыслу правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), наличие у должника в спорный период неисполненных обязательств, требования из которых в настоящее время включены в реестр, подтверждают факт его неплатежеспособности в спорном периоде.

На момент совершения рассматриваемых сделок ФИО8 имел неисполненные обязательства перед ООО «Аврора», возникшие на основании определения Арбитражного суда Костромской области от 19.07.2023 по делу №А31-13902/2019 о взыскании с ФИО9 и ФИО2 в солидарном порядке в пользу ООО «Аврора» убытков в размере 1 361 914 руб. 13 коп.

Указанное определение суда от 19.07.2023 оставлено без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 02.11.2023 и постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 27.02.2024.

Соответственно, договор процентного займа от 23.11.2023 заключен сторонами после вступления в законную силу судебного акта о взыскании убытков с ФИО2 (02.11.2023).

Определением суда от 06.12.2023 заявление  о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов.

Доказательства того, что заемные денежные средства были направлены ФИО2 на погашение обязательств перед ООО «Аврора», суду не представлены.

Требования ООО «Аврора» были включены в реестр на основании определения суда от 06.12.2023 по делу № А31-11962/2023.

Кроме того, должник на дату совершения сделок имел неисполненные обязательства перед ФИО6 по расписке от 19.02.2021 в сумме 3 400 долларов США со сроком возврата 30.04.2021 (определением от 23.10.2024 по делу №А31-11962/2023 требование включено в реестр).

Наличие задолженности перед кредиторами на дату совершения оспариваемых сделок не опровергнуто, причины неисполнения должником обязательств перед контрагентами, не связанные с недостаточностью денежных средств, из материалов дела не усматриваются, заявитель жалобы на наличие таких причин не сослался. Следовательно, предполагается, что прекращение исполнения должником обязательств вызвано недостаточностью денежных средств.

Достаточность имущества должника для удовлетворения требований на момент заключения рассматриваемых сделок не подтверждена.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что совершение оспариваемых сделок имело место в условиях прекращения должником исполнения своих обязательств перед кредиторами, что характеризует ФИО2 неплатежеспособным в спорный период.

Перечень лиц, которые могут быть признаны заинтересованными, изложен в статье 19 Закона о банкротстве, согласно которой заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (определение Верховного суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)).

Согласно сведениям, размещенным в ЕГРЮЛ, ФИО1 (ИНН <***>) является индивидуальным предпринимателем, руководителем и учредителем (50%) ООО «Экотранс» (ОГРН <***>, ИНН <***>), ООО «Строительная компания империал» (ОГРН <***>, ИНН <***>), где ФИО1 является и учредителем, и руководителем.

ФИО1 указывает, что спорный займ выдал по просьбе сына должника – ФИО10, с которым ответчик является партнерами по бизнесу, в том числе, через оформленные на лиц фирмы ООО «Специализированный застройщик «Галич Парк».

Суд первой инстанции принял во внимание профессиональный статус ответчика, наличие деловых отношений с сыном должника.

Суд апелляционной инстанции также обращает внимание на нетипичное поведение сторон при исполнении договора процентного займа от 23.11.2023.

Так, срок займа сторонами установлен до 23.12.2023.

25.12.2023 между ФИО2 и ФИО1 оформлена расписка, согласно которой последний получил от должника проценты в сумме 105 000 руб. При этом отражено, что к ФИО2 претензий в части процентов ФИО1 не имеет.

В свою очередь займ был возвращен должником только 21.03.2024, то есть ответчик при отсутствии соответствующего положения в расписке от 25.12.2023 имел бы возможность взыскать проценты за пользование суммой займа по дату его возврата.

Доказательств того, что между должником и ответчиком были подписаны какие-либо дополнительные соглашения к договору, в частности, о продлении срока возврата займа, не представлено.

Несмотря на наступление срока возврата займа ответчик не истребовал задолженность у ФИО2 (обратного не доказано), доказательств направления ответчиком писем и требований в адрес должника не представлено, равно как и доказательств направления каких-либо сообщений должника в адрес займодавца после наступления срока возврата займа.

При этом несмотря на значительную сумму займа сторонами согласовано осуществление расчетов наличными денежными средствами при наличии у них расчетных счетов. 

Кроме того, согласно пункту 4.1 договора процентного займа от 23.11.2023 заимодавец имел право на взыскание с должника неустойки в размере одного процента от не уплаченной в срок суммы займа за каждый день просрочки.

Вместе с тем ФИО1 при возврате займа должником 21.03.2024 начислил неустойку только по состоянию на 12.01.2024, что не было обосновано займодавцем и не характерно для сделок с независимыми участниками.

Разумных мотивов для отступления от согласованных условий договора от 23.11.2023 сторонами не указано.

Экономическая целесообразность отказа от уплаты должником процентов и пени в полном объеме ответчиком не раскрыта, учитывая осуществление последним предпринимательской деятельности, которая направлена на получение прибыли.

При разрешении подобных споров суду в том числе следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность такого лица (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2022 № 305-ЭС21-21196(2) по делу № А41-70837/2017).

В данном случае установленные по делу обстоятельства указывают на то, что презумпция разумности поведения ФИО1 опровергнута. Его поведение не соответствует типичной модели поведения участника гражданского оборота, находящегося в схожих обстоятельствах, и противоречит интересам самого ФИО1, являющегося индивидуальным предпринимателем.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о фактической аффилированности ФИО2 и ФИО1, что подтверждается характером их действий, который нельзя назвать стандартным, экономически обоснованным поведением добросовестных хозяйствующих субъектов.

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике – факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

С учетом повышенного стандарта доказывания, установленного при рассмотрении дел о банкротстве, аффилированности должника и ответчика судебная коллегия полагает недостаточным для признания доказанным факта выдачи займа наличными денежными средствами только на основании договоров и расписок.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в материалах дела отсутствуют доказательства, бесспорно подтверждающие наличие у ответчика финансовой возможности предоставить должнику денежные средства и сам факт передачи денежных средств в качестве займа должнику.

Так, в материалы дела представлен отзыв ФИО5, идентичный отзыву ФИО1, к которому представлены договоры купли-продажи транспортных средств в обоснование довода о наличии у ФИО1 финансовой возможности для предоставления займа должнику.

Вместе с тем только в одном договоре купли-продажи указана дата его заключения (15.06.2023).

Вместе с тем суд критически относится к представленному договору от 15.06.2023, учитывая, что договоры процентного займа заключены 23.11.2023. Оснований полагать, что денежные средства в размере 1 500 000 руб. на протяжении нескольких месяцев (с июня по ноябрь) ФИО5 продолжал хранить в наличном виде, при резком росте ключевой ставки Банка России в августе 2023 года (с 8,5% годовых до 12%) у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом к ноябрю 2023 года ключевая ставка Банка России выросла до 15% годовых.

Каких-либо выписок по счету ФИО5 в материалы дела не представлено.

Ссылка ответчика на выписку по его расчетному счету из ООО «Банк Точка» за период с 01.11.2023 по 30.12.2023 признается несостоятельной, поскольку за указанный период ФИО1 были сняты со счета наличные денежные средства в общей сумме 380 000 руб., в то время как по договору процентного займа от 23.11.2023 с ФИО5 должен был возвратить займ в размере 1 500 000 руб. к 23.12.2023 путем передачи наличных денежных средств.

Данной выпиской также не подтверждается перечисление денежных средств ответчиком на счет ФИО5

Соответственно, каких-либо доказательств возврата займа ФИО1 ФИО5 к установленному договором сроку (23.12.2023), не представлено.

ФИО1, являющемуся непосредственной стороной в сделке с займодавцем ФИО5, не должно составить труда подтвердить реальность займа как прямыми, так и косвенными доказательствами, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с займодавцем.

На невозможность (затруднительность) представить какие-либо документы, имеющие значение для дела, ответчик в судах не ссылался, ходатайств об истребовании доказательств не заявлял, в суде апелляционной инстанции ходатайств о приобщении дополнительных доказательств не представил.

Судебная коллегия также полагает сомнительным соглашаться ФИО1 выдать займ ФИО2 при отсутствии у него денежных средств и для этих целей самому брать займ у иного лица.

Местом выдачи займов как ФИО1, так и ФИО2 указан город Кострома, в то время как ФИО5 проживает в г. Ярославль. 

Целесообразность ФИО5 передавать именно наличные денежные средства в качестве займа в городе, где он не проживает, тратить свои временные и финансовые ресурсы на проезд в г. Кострома, не усматривается. Невозможность (затруднительность) перечислить денежные средства ФИО5 на расчетный счет ФИО1 не подтверждена.

Доказательств исполнения ФИО1 договора процентного займа от 23.11.2023 с ФИО5 не представлено, равно как и доказательств изменения его условий, в частности, по продлению срока займа.

Поскольку сторонами в обоих договорах займа от 23.11.2023 согласован расчет наличными денежными средства, то именно аккумулирование наличных денежных средств в соответствующем размере должен доказать ответчик, в связи с чем само по себе наличие денежных средств на его счете не подтверждает фактическую передачу (возврат) займа.

Сведения о дальнейшем движении денежных средств, полученных должником по договору займа от 23.11.2023, в материалах дела отсутствуют.

Оценив представленные ФИО11 в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, апелляционная коллегия приходит к выводу о недоказанности ФИО1 факта выдачи займа должнику по договору процентного займа от 23.11.2023.

Следовательно, платежи ФИО2 в качестве возврата займа при отсутствии доказательств реальности правоотношений по договору от 23.11.2023 направлены на вывод его активов.

Более того, возврат займа с начисленными процентами и пени осуществлен должником после введения в отношении него процедуры реструктуризации долгов определением суда от 06.12.2023, доказательств получения ФИО2 согласия финансового управляющего, предусмотренного пунктом 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве, не представлено.

Таким образом, после возбуждения в отношении ФИО2 настоящего дела о его банкротстве, при наличии неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами должника в результате совершения оспариваемых сделок из владения должника выбыло ликвидное имущество в пользу заинтересованного лица, что повлекло за собой уменьшение его активов и, как следствие, уменьшение конкурсной массы, за счет которой удовлетворяются требования кредиторов. Безвозмездная передача имущества должника ответчику свидетельствует о том, что имущественным правам кредиторов должника причинен вред.

С учетом отсутствия достаточных и убедительных доказательств выдачи ФИО1 займа ФИО2, судебная коллегия приходит к выводу об осведомленности сторон сделки о безвозмездном выбытии активов должника и расценивает действия сторон договора как недобросовестные, направленные на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Данные обстоятельства свидетельствуют о направленности сделок на сокрытие имущества должника от обращения на него взыскания кредиторами, а также о наличии признаков злоупотребления правом при их совершении, что является основанием для признания их недействительными на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Выводы суда первой инстанции о злоупотреблении правом сторонами сделок надлежащими доказательствами не опровергнуты.

Как указано в пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, всё, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником и изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Аналогичные положения закреплены в пункте 2 статьи 167 ГК РФ.

Учитывая изложенное, судом первой инстанции правомерно применены последствия недействительности сделок только в виде взыскания с ответчика спорной денежной суммы, поскольку ответчиком не доказан факт выдачи должнику займа.

Доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о нарушении судом норм права, не опровергают правильность выводов суда первой инстанции, а по существу сводятся к несогласию с оценкой доказательств и установленных обстоятельств по делу.

Судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства и исследованы доказательства, представленные сторонами по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального права, обстоятельства, установленные статьей 270 АПК РФ в качестве оснований для отмены либо изменения судебного акта, апелляционным судом не установлены.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Костромской области от 18.03.2025 по делу № А31-11962/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Костромской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий


Судьи


Е.Н. Хорошева


А.С. Калинина


Е.В. Шаклеина