Постановление от 7 декабря 2017 г. по делу № А08-4438/2016

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А08-4438/2016
город Воронеж
07 декабря 2017 года
Резолютивная часть постановления объявлена 30 ноября 2017 года.

В полном объеме постановление изготовлено 07 декабря 2017 года.


Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Осиповой М.Б.,

судей Михайловой Т.Л.,

Миронцевой Н.Д.


при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от Белгородской таможни: ФИО2, главный государственный таможенный инспектор правового отдела по доверенности от 01.09.2017 № 03-26/91 выданной сроком на один год;

от общества с ограниченной ответственностью «Гарант Оптима»: ФИО3, представитель по доверенности № 68 от 20.11.2015 выданной сроком на три года;

от общества с ограниченной ответственностью «Ярило»: представитель не явился, имеются доказательства надлежащего извещения;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Белгородской таможни на решение Арбитражного суда Белгородской области от 20.06.2017 по делу № А08-4438/2016 (судья Назина Ю.И.) по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Гарант Оптима» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к Белгородской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании незаконным решения о корректировке таможенной стоимости товаров от 31.05.2016 по ДТ № 10103080/280415/0002268,

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: общества с ограниченной ответственностью «Ярило» (ОГРН <***>, ИНН <***>),



УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Гарант Оптима» (далее – ООО «Гарант Оптима», Общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с требованием к Белгородской таможне (далее – Таможня, таможенный орган) о признании недействительным решения о корректировке таможенной стоимости товаров от 31.05.2016 по декларации на товары № 10103080/280415/0002268.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 27.06.2016 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Ярило» (далее – ООО «Ярило»).

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 20.06.2017 требования общества с ограниченной ответственностью «Гарант Оптима» удовлетворены, решение Белгородской таможни о корректировке таможенной стоимости товаров от 31.05.2016 по декларации на товары № 10103080/280415/0002268 признано недействительным.

С Белгородской таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «Гарант Оптима» взысканы судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.


Не согласившись с вынесенным судебным актом, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, Таможня обратилась в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы с учетом ее уточнений таможенный орган указывает, что условием ввоза товара по ДТ № 10103080/280415/0002268 на территорию Таможенного союза явилась уплата декларантом на основании лицензионного договора на использование товарного знака от 12.01.2015 № ЛТЗ-1/2015 лицензионных платежей за пользование простой (неисключительной) лицензией на товарные знаки, право на которые на территории Российской Федерации за ООО «Ярило».

Поскольку уплата лицензионных платежей была произведена ООО «Гарант Оптима» на расчетный счет ООО «Ярило» платежными поручениями в период с 19.02.2015 по 24.11.2015 в общей сумме 15 182 500 руб. со ссылкой на лицензионный договор от 12.01.2015 № ЛТЗ-1/2015, то исходя из положений статей 153, 164, 425, 433, 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации и правовых позиций, сформулированных в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 165 и пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» лицензионный договор фактически исполнялся сторонами до его регистрации, вследствие чего уплаченные по нему лицензионные платежи должны были учитываться при расчете таможенной стоимости товаров и декларировании согласно пункту 5 Соглашения между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза».

При этом таможенный орган указывает, что согласно пунктам 5, 6 и 8 Рекомендаций Коллегии Евразийской экономической комиссии от 15.11.2016 № 20 «О Положении о добавлении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары» обязанность по уплате лицензионных платежей может быть оформлена рядом договоров, в том числе лицензионным договором, сублицензионным договором, договором коммерческой концессии (франчайзенга), договором субфранчайзенга, иным видом договора; лицензионные платежи могут уплачиваться как продавцу товаров, так и третьему лицу, не являющемуся продавцом товаров; при принятии решения о включении лицензионных платежей в таможенную стоимость товаров не важно, является ли правообладатель лицом государства-члена либо иностранным лицом; при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товара ключевым вопросом является то, почему они уплачиваются и что именно покупатель (лицензиат) получает в обмен на их уплату.

Также таможенный орган полагает вывод суда первой инстанции о возврате лицензионных платежей таможенный орган необоснованным, ссылаясь на полученную им информацию о взаимозависимости ООО «Гарант Оптима» и ООО «Ярило», расположенных на территории Российской Федерации, и рядом иностранных организаций - Berluga LTD. (Венгрия) и Peters & Burg International Ltd. (Гонконг), других компаний, входящих в один агрохимический холдинг компании Peters & Burg Agrochmical Holding (Венгрия).


В представленном суду апелляционной инстанции отзыве Общество возражает против доводов апелляционной жалобы, указывает на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, а также на отсутствие оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции.

В обоснование своей правовой позиции по делу Общество указывает, что спорный лицензионный договор подлежал государственной регистрации, однако был зарегистрирован в установленном законом порядке только 18.03.2016. Следовательно, данный договор не мог действовать ранее указанной даты, в связи с чем при ввозе товаров по ДТ № 10103080/280415/0002268 лицензионные платежи не подлежали включению в состав таможенной стоимости. Сам по себе факт обладания ООО «Ярило» правом на товарный знак на момент заключения контракта доказательством правомерности решения таможенного органа не является.

Более того, из анализа взаимоотношений ООО «Гарант Оптима» и ООО «Ярило» в рамках заключенного лицензионного договора на использование товарного знака, а также условий внешнеторгового контракта следует, что обязательства Общества по внешнеторговому контракту и лицензионному соглашению не являются взаимосвязанными, хотя и возникли в отношении одного и того же товара, поскольку уплата лицензионных платежей правообладателю является условием самостоятельного отдельного лицензионного соглашения, не связанного с обязательствами общества перед иностранным продавцом-производителем, возникшими из внешнеторгового контракта, и фактическая уплата или неуплата лицензионных платежей правообладателю не влияет на возникновение, изменение или прекращение обязательств иностранного продавца-производителя или общества-покупателя по внешнеэкономическому контракту. Доказательств обратного, по мнению декларанта, таможенным органом не представлено.

Также таможенным органом не представлено и доказательств взаимосвязи ООО «Гарант Оптима» и ООО «Ярило», а уплата роялти (платежа за использование объектов интеллектуальной собственности) не являлась условием продажи товаров (прямо или косвенно) для их ввоза на территорию Таможенного Союза. Денежные средства, перечисленные по спорному договору, были возвращены платежным поручением №60 от 20.04.2016 как ошибочно направленные.


В судебное заседание суда апелляционной инстанции представитель ООО «Ярило» не явился, лицо, участвующее в деле, извещено о времени и месте судебного разбирательства в установленном законом порядке.

На основании ст. ст. 123, 156, 184, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривалось в отсутствие представителя лица, участвующего в деле.


В ходе рассмотрения апелляционной жалобы таможенным органом были заявлены ходатайства о приобщении к материалам дела пояснений и документов к ним, свидетельствующих о наличии отношений взаимозависимости между ООО «Гарант Оптима», ООО «Ярило», Berluga LTD. (Венгрия) и Peters & Burg International Ltd. (Гонконг), а также рядом других компаний, входящих в один агрохимический холдинг компании Peters & Burg Agrochmical Holding (Венгрия), в связи с чем конечными бенефициарами юридических лиц являются их учредители – ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8

В свою очередь, ООО «Гарант Оптима» возражало против приобщения к материалам дела дополнительных доказательств, представленных таможенным органом.

Рассмотрев ходатайство Белгородской таможни о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, касающихся наличия взаимозависимости между ООО «Гарант Оптима» и организациями, владеющими товарными знаками на ввезенные товары на территорию Таможенного союза, суд апелляционной инстанции отказал в приобщении данных документов, исходя при этом из того, что в силу положений части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает законность и обоснованность оспариваемого ненормативного правового акта судом на момент его вынесения.

Судом также учтены положения 11 постановления Пленума ВАС РФ от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства», согласно которым, рассматривая споры о правомерности корректировки таможенной стоимости, произведенной в рамках таможенного контроля до выпуска товаров, судам следует учитывать, что исходя из взаимосвязанных положений статей 65 - 69 ТК ТС решение о корректировке принимается таможенным органом в соответствии с тем объемом документов и сведений, которые были им собраны и раскрыты декларантом на данной стадии.

Ввиду того, что судебное разбирательство не должно подменять осуществление таможенного контроля в соответствующей административной процедуре, новые доказательства признаются относимыми к делу и могут быть приняты (истребованы) судом, если ходатайствующее об этом лицо обосновало наличие объективных препятствий для получения этих доказательств до вынесения оспариваемого решения таможенного органа (пункты 8, 9 настоящего постановления).

Соответствующих доказательств таможенным органом не представлено.

Более того, из содержания решения таможенного органа от 31.05.2016 о корректировке таможенной стоимости, а равно и из акта проверки не следует, что таможенным органом устанавливались обстоятельства, свидетельствующие о взаимозависимости участников сделки, решение Белгородской таможни оценивается судом применительно к обстоятельствам, существовавшим на момент принятия данного решения и послуживших основанием для корректировки таможенной стоимости.

Таким образом, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для приобщения к материалам дела документов и пояснений, представленных сторонами по обстоятельствам, связанным с наличием либо отсутствием отношений взаимозависимости между обществами ООО «Гарант Оптима», ООО «Ярило», Berluga LTD. (Венгрия) и Peters & Burg International Ltd. (Гонконг).


Изучив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее, а также заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что решение суда первой инстанции изменению либо отмене не подлежит.

Как следует из материалов дела, 26.01.2015 между ООО «Гарант Оптима» и Berluga Kft. (Венгрия) заключен контракт № 1 купли-продажи пестицидов и агрохимикатов.

На основании указанного контракта заявителем по ДТ № 10103080/280415/0002268 на территорию Российской Федерации был ввезен гербицид Профессор, КЭ, в количестве 800 литров.

После выпуска товаров в свободное обращение Белгородской таможней проведена выездная таможенная проверка ООО «Гарант Оптима», результаты которой оформлены актом от 31.05.2016 года № 10101000/210/310516/А0008.

В ходе проведения выездной таможенной проверки таможенным органом установлено, что между ООО «Гарант Оптима» (лицензиат) и ООО «Ярило» (лицензиар) заключен лицензионный договор на использование товарного знака от 12.01.2015 № ЛТЗ-1/2015, в соответствии с которым ООО «Ярило» предоставляет, а ООО «Гарант Оптима» получает на срок действия Лицензионного договора за уплачиваемое вознаграждение простую (неисключительную) лицензию на использование, в числе прочих, товарного знака «Профессор» на территории Российской Федерации.

За предоставленные права по лицензионному договору подлежат уплате лицензионные платежи за каждый литр/килограмм произведенной, ввезенной (импортированной) в Российскую Федерацию продукции, маркированной товарными знаками (для товаров 01,05 классов МКТУ) по цене 22 руб. Уплата лицензионных платежей должна осуществляться по итогам каждого очередного календарного месяца.

Согласно пункту 4.1 договора он вступает в силу с момента его государственной регистрации в Федеральной службе по интеллектуальной собственности Российской Федерации.

Оплата за использование товарных знаков в размере 15 182 500 руб. была осуществлена ООО «Гарант Оптима» платежными поручениями в период с 19.02.2015 по 24.11.2015, в которых в графе «назначение платежа» указаны лицензионный договор от 12.01.2015 № ЛТЗ-1/2015 и лицензионный договор от 10.04.2015 № ЛТЗ-1/2015.

Белгородская таможня, полагая, что обществом при расчете таможенной стоимости товаров не были учтены лицензионные платежи, уплаченные Обществом ООО «Ярило» - правообладателю товарного знака «Профессор», приняла решение от 31.05.2016 о корректировке таможенной стоимости товаров по ДТ № 10103080/280415/0002268 в сторону увеличения стоимости товаров на 8 379 руб. 09 коп.

ООО «Гарант Оптима» полагая, что оспариваемым решением на него незаконно возложена обязанность по уплате вышеуказанный суммы, обратилось в арбитражный суд с соответствующими требованиями.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из того, что обязательства ООО «Гарант Оптима» по внешнеторговому контракту и лицензионному соглашению не являются взаимозависимыми, хотя и возникли в отношении одного и того же товара. Кроме того, суд первой инстанции учел, что лицензионный договор от 12.01.2015 № ЛТЗ-1/2015 в период ввоза спорного товара не действовал, так как не был зарегистрирован в Федеральной службе по интеллектуальной собственности Российской Федерации, а также из того, что перечисленная ООО «Гарант Оптима» сумма лицензионных платежей возвращена ООО «Ярило».

Оценивая правомерность указанных выводов суда первой инстанции, апелляционная коллегия исходит из следующего.


В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Соглашения между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Казахстан от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза» (далее – Соглашение) таможенной стоимостью товаров, ввозимых на единую таможенную территорию Таможенного союза, является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на единую таможенную территорию Таможенного союза.

На основании подпункта 7 пункта 1 статьи 5 названного Соглашения от 25.01.2008 при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности (включая платежи за патенты, товарные знаки, авторские права), которые относятся к оцениваемым (ввозимым) товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи оцениваемых товаров, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары.

Пунктом 18 постановления Пленума Верховного Суда от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения таможенного законодательства» предусмотрено, что не включенные в цену товаров платежи за использование объектов интеллектуальной собственности (роялти) учитываются в качестве одного из дополнительных начислений к цене в соответствии со статьей 5 Соглашения от 25.01.2008 при выполнении в совокупности двух требований: эти платежи относятся к ввозимым товарам и уплата роялти является условием продажи оцениваемых товаров (прямо или косвенно) для их вывоза на таможенную территорию Союза.

Из изложенного следует, что лицензионные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, добавляемые к фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары цене при определении таможенной стоимости ввозимых товаров, должны не только относится к этим ввозимым товарам, но и уплата этих платежей правообладателю должна являться условием их продажи для ввоза на таможенную территорию Таможенного союза.

В Комментарии 25.1 Технического комитета по таможенной оценке Всемирной таможенной организации по вопросу выплаты авторских и лицензионных вознаграждений третьим лицам разъяснено, что ключевым фактором в установлении зависимости продажи товара от необходимости выплаты покупателем авторского или лицензионного вознаграждения является возможность/невозможность для последнего приобрести импортируемый товар без выплаты указанного вознаграждения.

Согласно Комментарию решение о том, является ли уплата лицензионного вознаграждения существенным условием договора продажи, следует принимать с учетом анализа всех фактов и обстоятельств, сопутствующих продаже и импорту товара. В качестве таких факторов Технический комитет считает необходимым учитывать следующие: (a) наличие указания на лицензионное вознаграждение в договоре купли- продажи и связанных с ним документах; (b) наличие в лицензионном соглашении ссылки на договор купли-продажи; (c) предусмотренная договором купли-продажи или лицензионным соглашением возможность расторжения договора в случае неуплаты покупателем лицензиару лицензионного вознаграждения, указывающая на связь между выплатой лицензионного вознаграждения и продажей оцениваемого товара; (d) наличие в лицензионном соглашении условия, запрещающего производителю изготавливать и продавать импортеру товар, созданный с использованием интеллектуальной собственности лицензиара, в случае неуплаты последнему соответствующего вознаграждения; (e) наличие в лицензионном соглашении условия, позволяющего лицензиару контролировать производство товара и его продажу производителем импортеру (продажа на экспорт в страну импортера) вне рамок контроля качества.

Таким образом, в том случае, если контроль за ввозимыми товарами со стороны правообладателя ограничивается только лишь контролем их качества, то данный фактор не является достаточным для подтверждения зависимости продажи товаров от уплаты лицензионных платежей.


В рамках настоящего дела судом установлено, что в контракте купли-продажи пестицидов и агрохимикатов № 1 от 26.01.2015, заключенном обществом «Гарант Оптима» с поставщиком компанией Berluga Kft., и в связанных с ним документах отсутствует указание на уплату лицензионных платежей как на условие приобретения товара и ввоза его на территорию Таможенного союза, а в лицензионном договоре на использование товарного знака от 12.01.2015 № ЛТЗ-1/2015, заключенном ООО «Гарант Оптима» с ООО «Ярило», отсутствует ссылка на контракт, заключенный ООО «Гарант Оптима» с компанией Berluga Kft.

Контрактом купли-продажи пестицидов и агрохимикатов № 1 от 26.01.2015 и лицензионным договором на использование товарного знака от 12.01.2015 № ЛТЗ-1/2015 не предусмотрена возможность расторжения договора в случае неуплаты покупателем лицензиару лицензионного вознаграждения, указывающая на связь между выплатой лицензионного вознаграждения и продажей оцениваемого товара.

В лицензионном договоре на использование товарного знака от 12.01.2015 № ЛТЗ-1/2015 также отсутствуют условия, запрещающие производителю изготавливать и продавать импортеру товар, созданный с использованием интеллектуальной собственности лицензиара, в случае неуплаты последнему соответствующего вознаграждения и условия, позволяющие лицензиару контролировать производство товара и его продажу производителем импортеру (продажа на экспорт в страну импортера) вне рамок контроля качества.

Исходя из изложенного, судом сделан верный вывод о недоказанности таможенным органом того обстоятельства, что уплата роялти в рассматриваемой ситуации не являлась условием продажи товаров (прямо или косвенно) для их ввоза на таможенную территорию Таможенного Союза, в связи с чем условия, при которых платежи за использование объектов интеллектуальной собственности (роялти) учитываются в качестве одного из дополнительных начислений к цене, отсутствуют.

Следовательно, платежи за использование объектов интеллектуальной собственности в рассматриваемом случае не подлежали включению в цену товара.


Кроме того, апелляционная коллегия учитывает также следующее.

В силу положений статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

Согласно пункту 2 статьи 1232 ГК РФ в случаях, когда результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации подлежит в соответствии с названным Кодексом государственной регистрации, отчуждение исключительного права на такой результат или на такое средство по договору, залог этого права и предоставление права использования такого результата или такого средства по договору, а равно и переход исключительного права на такой результат или на такое средство без договора, также подлежат государственной регистрации, порядок и условия которой устанавливаются Правительством Российской Федерации.

При несоблюдении требования о государственной регистрации перехода исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации по договору об отчуждении исключительного права или без договора, залога исключительного права либо предоставления другому лицу права использования такого результата или такого средства по договору переход исключительного права, его залог или предоставление права использования считается несостоявшимся (пункт 6 статьи 1232 ГК РФ).

В соответствии со статьей 1490 ГК РФ договор об отчуждении исключительного права на товарный знак, лицензионный договор, а также другие договоры, посредством которых осуществляется распоряжение исключительным правом на товарный знак, должны быть заключены в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность договора.

Материалами дела доказано и не оспаривается таможенным органом, что государственная регистрация лицензионного договора от 12.01.2015 № ЛТЗ-1/2015 осуществлена лишь 18.03.2016, т.е. после ввоза спорного товара на таможенную территорию Таможенного союза.

Следовательно, поскольку лицензионный договор не действовал в момент ввоза товара по ДТ № 10103080/280415/0002268, то его условия не могут быть распространены на этот товар.

Как следует из материалов дела, ООО «Ярило» платежными поручениями от 20.04.2016 № 60 в полном объеме возвратило ООО «Гарант Оптима» денежные средства, полученные от него в 2015 году в качестве лицензионных платежей как ошибочно уплаченные, что не оспаривается таможенным органом.

Письмом от 22.04.2016, направленным в адрес Белгородской таможни, ООО «Ярило» сообщало, что в течение 2015 года согласие правообладателя на использование соответствующих товарных знаков при совершении таможенных операций было предоставлено ООО «Гарант Оптима» безвозмездно, на основании разрешительных писем.

При установленных обстоятельствах отсутствуют основания для увеличения таможенной стоимости товара в силу отсутствия каких-либо платежей за использование товарных знаков, которые Общество произвело как покупатель импортируемого товара.

Довод таможни о формальном возврате обществом уплаченных в 2015 году лицензионных платежей, обосновываемый ссылкой на взаимозависимость ООО «Гарант Оптима» , ООО «Ярило», импортера товара а также ряда иностранных компаний, входящих в один агрохимический холдинг компании Peters & Burg Agrochmical Holding (Венгрия), в том числа, иностранного продавца Peters & Burg International Ltd. (Гонконг), суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку такие доводы основаны на предположениях таможенного органа и не являлись предметом исследования таможенного органа при проведении проверки и основанием для принятия решения о корректировке таможенной стоимости.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что наличие взаимосвязи между лицами, участвующими в соответствующей сделке, повлиявшей на цену сделки, для целей таможенного законодательства влечет невозможность применения первого метода определения таможенной стоимости и применение установленного Соглашением порядка ее определения, на что указано в ст. 4 Соглашения. Взаимосвязь между такими лицами определяется по правилам ст.3 Соглашения( п.19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.05.2016 № 18 "О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства»).

Однако, в рассматриваемом случае, как указано выше, несогласие таможенного органа с примененным Обществом методом определения цены сделки и перерасчет таможенной стоимости в соответствии с установленным Соглашением порядком, не являлось основанием для вынесения оспоренного ненормативного акта.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, и опровергающих выводы суда первой инстанции апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что решение Арбитражного суда Белгородской области от 20.06.2017 по делу № А08-4438/2016 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу Белгородской таможни без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены принятых судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Поскольку на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 337.37 Налогового кодекса Российской Фежерации государственные органы, органы местного самоуправления, выступающие по делам, рассматриваемым в арбитражных судах, в качестве истцов или ответчиков, от уплаты государственной пошлины освобождены, оснований для взыскания или возврата государственной пошлины апелляционная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Белгородской области от 20.06.2017 по делу № А08-4438/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу Белгородской таможни – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.




Председательствующий судья М.Б. Осипова


Судьи Т.Л. Михайлова


Н.Д. Миронцева