Решение от 11 ноября 2018 г. по делу № А41-82229/2017

Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А41-82229/17
12 ноября 2018 года
г.Москва


Резолютивная часть решения оглашена 06 ноября 2018 года

В полном объеме решение изготовлено 12 ноября 2018 года

Арбитражный суд Московской области в составе: председательствующего судьи Ж.П. Борсовой, при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1, рассмотрел в судебном заседании дело по иску ФГУП «Предприятие по поставкам продукции Управления делами Президента Российской Федерации» (ФГУП ППП) (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ООО "ТД "КОНТИНЕНТ", ООО "ТД "РОСАЛКО" (ИНН <***>; 0716009149, ОГРН <***>; 1120716000074),

третье лицо: ООО «РЯБИНКА-2»,

о признании незаключенным договора об уступке права требования,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2, по доверенности от 06.06.2018 года,

от ответчиков и третьего лица: не явились, извещены надлежащим образом,

у с т а н о в и л:

ФГУП «Предприятие по поставкам продукции Управления делами Президента Российской Федерации» (далее - ФГУП ППП) (ИНН <***>, ОГРН <***>) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ООО "ТД "КОНТИНЕНТ", ООО "ТД "РОСАЛКО" (ИНН <***>; 0716009149, ОГРН <***>; 1120716000074) о признании незаключенным договора об уступке права требования № 20-П от 15 января 2016г., а также 6 000,00 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Представитель истца поддержал заявленные требования в полном объеме по основаниям, изложенным в иске.

Представители ответчиков и третьего лица, надлежащим образом извещенных, в судебное заседание не явились. Дело рассмотрено в порядке ст.ст. 123, 156 АПК РФ.

Заслушав представителя истца, исследовав письменные материалы дела, арбитражный суд приходит к следующему.

Между Федеральным государственным унитарным предприятием «Предприятие по поставкам продукции Управления делами Президента Российской Федерации» (далее - Истец) и Обществом с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Континент» (далее - Ответчик 1) 03 марта 2014 года был заключен Договор № Р 133-XIV/14 (далее -Договор поставки).

В соответствии с п. 1.1. Договора поставки Ответчик 1 обязался передать в собственность Истца партии имеющейся в наличии алкогольной продукции, а Истец обязался принять и оплатить принятый товар в порядке и на условиях, определенных Договором поставки.

15 января 2016 года между Ответчиком 1 и Обществом с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Росалко» (далее - Ответчик 2) был заключен договор уступки прав требования № 20-П (далее - Договор уступки).

В соответствии с пунктами 1.1. и 1.2. Договора уступки Ответчик 1 уступил, а Ответчик 2 принял в полном объеме право требования к Истцу по Договору поставки в размере 88 739 053 рубля 01 коп., включая суммы неустоек, пеней, штрафов и убытков, связанных с неисполнением Истцом своих обязательств по Договору поставки.

Исковые требования мотивированы тем, что пунктом 3.3. Договора поставки предусмотрено, что поставляемый товар должен быть оплачен Истцом после полной реализации товара третьим лицам и получения денежных средств от них на расчетный счет Истца.

Таким образом, обязательство Истца по оплате поставленного товара, как и право требования указанной оплаты связано с фактом реализации товара в полном объеме, и не может возникнуть ранее.

Как указывает истец, ни на дату заключения Договора уступки, ни до настоящего времени товар, полученный Истцом от Ответчика 1 по Договору поставки, в полном объеме не реализован, денежные средства на расчетный счет Истца от третьих лиц не получены. Учитывая вышеизложенное, требование к Истцу об оплате поставленного товара по Договору поставки у Ответчика 1 до настоящего времени не возникло.

Согласно п. 1, 2 ст. 388.1 Гражданского кодекса Российской Федерации требование по обязательству, которое возникнет в будущем (будущее требование), в том числе требование по обязательству из договора, который будет заключен в будущем, должно быть определено в соглашении об уступке способом, позволяющим идентифицировать это требование на момент его возникновения или перехода к цессионарию. Если иное не предусмотрено законом, будущее требование переходит к цессионарию с момента его возникновения. Соглашением сторон может быть предусмотрено, что будущее требование переходит позднее.

Вместе с тем, передаваемое Ответчиком 1 Ответчику 2 требование в Договоре уступки определено как существующее на момент заключения указанного договора. Договор уступки не содержит указаний на будущий характер передаваемого требования.

В соответствии со статьей 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Кроме того, пунктами 2.1. и 2.2.Договора закреплено, что уступка права требования является возмездной. В качестве оплаты за уступаемое право требования Ответчик 2 обязался оплатить Ответчику 1 денежные средства в размере 84 079 379 руб. до 01.07.2017.

Вместе с тем, Ответчиком 2 при уведомлении Истца об уступке прав требования в соответствии с Договором уступки не было представлено доказательств уплаты Ответчиком 2 указанных денежных средств Ответчику 1.

В соответствии с п. 3 ст. 382 Гражданского кодекса РФ, если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обращает на себя внимание тот факт, что несмотря на возможные риски ни Ответчик 1, ни Ответчик 2 между тем не предпринимали попыток по уведомлению Истца о состоявшемся переходе прав вплоть до 27.07.2017 (по истечении полутора лет со дня заключения Договора уступки).

Кроме того, фамилия лица, подписавшего в качестве единоличного исполнительного органа Ответчика 2 Договор уступки, а также уведомление об уступке прав требований, направленное в адрес Истца, не соответствует фамилии единоличного исполнительного органа Ответчика 2, содержащейся в Едином государственном реестре юридических лиц. Также единоличным исполнительным органом Ответчика 2 согласно данным, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц, является директор, в то время как указанная должность в Договоре уступки обозначена как «генеральный директор». Вышеуказанные обстоятельства позволяют сделать вывод о подписании Договора уступки и уведомления об уступке неуполномоченным лицом.

Также истец указывает на следующие обстоятельства.

Решением Арбитражного суда Московской области от 13.04.2017 года по делу № А41-75344/16 ООО «Торговый дом «Континент» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство ликвидируемого должника.

27.07.2017 года ООО «Торговый Дом «Росалко» направило в адрес истца уведомление о состоявшейся уступке права из Договора поставки № Р 133-XIV/14 от 15.01.2016 года.

При этом, оплата по договору цессии была произведена путем зачета еще 15.01.2016 года согласно отзыву ответчика и представленному акту зачета взаимных требований от 15.01.2016 года.

Договор цессии и Акт зачета взаимных требований подписаны со стороны ООО «Торговый дом «Континент» генеральным директором ФИО3, который уклоняется от передачи документации конкурсному управляющему.

Как указывает истец, если договор цессии фактически был подписан уже после введения в отношении ООО «Торговый дом «Континент» конкурсного производства, то ФИО3 не является уполномоченным на его подписание лицом.

Истец указал, что соглашение относительно предмета Договора уступки Ответчиком 1 и Ответчиком 2 не достигнуто, доказательства оплаты по Договору усту1пки не представлены, оспариваемый Договор уступки подписан со стороны Ответчика 2.

Требования истца основаны на ст.ст. 12, 388, 388.1, 432 ГК РФ.

Рассматривая требования истца по существу, суд исходит из следующего.

Согласно п. 1 ст. 11 Гражданского кодекса Российской Федерации защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, суд, арбитражный суд, третейский суд (далее - суд).

В соответствии с ч. 1 ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Таким образом, конституционное право на судебную защиту реализуется истцом путем подачи в суд, в частности, искового заявления по спору хозяйствующих субъектов, а в дальнейшем - предоставлением возможности обжалования принятого по делу решения. Право на судебную защиту не включает в себя право на безусловное удовлетворение исковых требований.

В предмет доказывания по любому судебному делу обязательно входит выяснение вопроса о том, на защиту какого нарушенного или оспариваемого права или охраняемого законом интереса направлен иск.

Сам факт заключения соглашения об уступке права (требования) и замена кредитора не свидетельствуют о нарушении законных прав и интересов должника.

Истец (должник) в иске не ссылается и в материалы дела не представил доказательства, каким образом оспариваемое соглашение об уступке права (требования) нарушает его права и законные интересы. Такие доказательства, в частности, могли касаться наличия обстоятельств, указанных в статье 388 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец лишь оспаривает наличие согласованной воли сторон договора уступки по его предмету.

В силу закона у должника нет интереса в оспаривании предмета договора уступки прав требований, поскольку должнику должно быть безразлично кому исполнять обязательство, так как закон защищает его от негативных последствий при исполнении обязательства кредитору, указанному в полученном им уведомлении об уступке. Следовательно, права должника не могут быть нарушены ни фактом заключения договора, ни содержанием и согласованностью (несогласованностью) его предмета.

В силу пункта 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно статье 384 Кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права пункт 1).

Конкретный размер подлежащей взысканию неустойки может быть определен судом по иску нового кредитора. Возможность снижения судом размера неустойки на основании статьи 333 Кодекса не лишает первоначального кредитора права уступить указанное право (требование).

Истец получил уведомление от нового кредитора, на которое ссылается в иске, а также копию договора. Уведомление подписано обеими сторонами договора цессии.

В силу положений, предусмотренных статьями 312, 382, 385 Гражданского кодекса Российской Федерации, должник при предоставлении ему доказательств перехода права (требования) к новому кредитору не вправе не исполнять обязательство данному лицу. Кодекс не предусматривает обязательность предоставления должнику в качестве доказательства перемены кредитора соглашения, на основании которого цедент принял обязательство передать право (требование) цессионарию. Достаточным доказательством является уведомление должника цедентом о состоявшейся уступке права (требования) либо предоставление должнику акта, которым оформляется исполнение обязательства по передаче права (требования), содержащегося в соглашении об уступке права (требования).

Законодатель предусмотрел неблагоприятные последствия не уведомления должника о состоявшейся уступке для нового кредитора. В соответствии с пунктом 3 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу.

Указанные положения направлены на защиту интересов должника, исключая возможность предъявления к нему повторного требования в отношении исполненного обязательства со стороны первоначального либо нового кредитора при наличии между ними спора о действительности соглашения об уступке права (требования).

Согласно статье 385 Кодекса уведомление должника о переходе права имеет для него силу независимо от того, первоначальным или новым кредитором оно направлено.

Должник вправе не исполнять обязательство новому кредитору до предоставления ему доказательств перехода права к этому кредитору, за исключением случаев, если уведомление о переходе права получено от первоначального кредитора.

В данном случае должник был надлежащим образом уведомлен о состоявшейся уступке, в связи с чем надлежащим кредитором для него является цессионарий.

Кроме того, статьей 386 Кодекса прямо предусмотрено, что должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора, если основания для таких возражений возникли к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору.

Из содержания и смысла ст. ст. 382, 390 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что, по общему правилу, сделка уступки требования не нарушает и не может нарушить права должника. При уступке первоначальным кредитором новому кредитору прав требования к должнику по оплате поставленного товара, это общее правило действует в полном объеме, поскольку покупателю безразлично, в пользу кого исполнять обязательство по оплате полученного товара.

При заключении Договора уступки прав № 20-П от 15.01.2016 г. (далее - «Договор уступки прав») между Ответчиком 1 и Ответчиком 2 соблюдены требования необходимые для заключения договора уступки права, а именно в п. 1.2 Договора уступки прав указаны сведения об обязательстве, из которого вытекает право требования (п. 1 ст. 382 ГК РФ):

«Цедент уступает Цессионарию право требования в размере 88 739 053,01 руб. возникшую в виде задолженности по договору № Р 133 -XIV/14 от 03 марта 2014 г., включая сумы неустоек, пеней, штрафов и убытков, связанных с неисполнением Должником своих обязательство по договору».

В Договоре уступки прав, в части наименования должности и фамилии руководителя произошла описка. Дополнительным соглашением № 1 от 18 января 2016 г. к Договору уступки права требования № 20-П от 15.01.2016 года были внесены изменения в договор:

- стороны изложили преамбулу договора в следующей редакции:

«Общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Континент», в лице Генерального директора ФИО3, действующего на основании Устава, именуемое в дальнейшем «Цедент», с одной стороны, и

Общество с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Росалко», в лице Директора ФИО4, действующего на основании Устава, именуемое дальнейшем «Цессионарий» заключили настоящий договор о нижеследующем»;

- п. 6 Договора уступки права требования № 20-П от 15 января 2016 г. изложили в следующей редакции:

«Генеральный директор Директор

ФИО3 ФИО4».

Таким образом, договор уступки прав подписан уполномоченными сторонами, что не оспаривается также и Ответчиком 1.

Более того, суд считает необходимым отметить, что в соответствии с материалами дела Договор был исполнен сторонами, то есть ООО «Торговый Дом «Росалко» фактически одобрило совершение спорной сделки, при том, что по смыслу пункта 2 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации последующее одобрение представляемым сделки, совершенной неуполномоченным лицом, создает, изменяет и прекращает для представляемого гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

Как следует из материалов дела, посредством трехстороннего Акта зачета взаимных требований от 15.01.2016 г. (далее - «Акт»), подписанного сторонами, Цессионарий (Ответчик 2) произвел Цеденту (Ответчик 1) оплату, из которого следует, что:

- между сторонами ООО «ТД «Континент» и ООО «Рябинка - 2» заключен договор поставки № 26/06 от 26.06.2014 г., по данному договору образовалась задолженность ООО «ТД «Континент» перед ООО «Рябинка - 2» в размере 84 075 859,00 руб.;

- между сторонами ООО «Торговый дом «Росалко» и ООО «Рябинка - 2» заключен договор № 2 от 27 марта 2014 г., по данному договору № 2 от 27 марта 2014 г., образовалась задолженность у ООО «Рябинка - 2» перед ООО «Торговый дом «Росалко» в размере 144 518 113,30 руб.;

- между сторонами ООО «Торговый дом «Росалко» и ООО «ТД «Континент» заключен договор уступки права требования № 20 -П от 15 января 2016 г., по договору уступки права требования № 20 -П от 15 января 2016 г., образовалась задолженность у ООО «ТД «Континент» перед ООО «ТД «Росалко» в размере 84 075 859 руб.

В виду установления взаимных обязательств по вышеуказанным договорам и в соответствии с п. 3. Акта зачета взаимных требований от 15.01.2016 г. стороны согласились произвести взаимозачет по вышеупомянутым договорам в размере 84 075 859 руб., в том числе НДС 18% 12 825 131,03 руб.

Проверяя обоснованность доводов истца о том, что если договор цессии фактически был подписан уже после введения в отношении ООО «Торговый дом «Континент» конкурсного производства, то ФИО3 не является уполномоченным на его подписание лицом, судом по ходатайству истца определением от 12.02.2018 года была назначена судебная физико-химическая экспертиза.

Проведение экспертизы было поручено АНО «СОДЭКС МГЮА им. О.Е. Кутафина» (123242, <...>, тел. <***> 2448888*1876, 8(916)6023010), эксперту ФИО5.

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

- в какой период времени выполнена подпись от имени ФИО3 в графе «6. Реквизиты и подписи сторон» в договоре № 20-П от 15 января 2016 года об уступке прав требования, заключенном между ООО «Торговый дом «Континент» и ООО «Торговый дом «Росалко»?

- соответствует ли период проставления подписи от имени ФИО3 в графе «6. Реквизиты и подписи сторон» в договоре № 20-П от 15 января 2016 года об уступке прав требования, заключенном между ООО «Торговый дом «Континент» и ООО «Торговый дом «Росалко», обозначенной на вышеуказанному документе дате – 15 января 2016г.?

В материалы дела была представлено заключение эксперта № 82-18 от 15.05.2018 года, согласно которому эксперт пришел к следующим выводам: «Период выполнения подписи от имени ФИО3 превышает один год до момента проведения исследования, что может соответствовать указанной в документе дате».

Также в заключении указано, что на основании ч.2 ст.86 АПК РФ в качестве экспертной инициативы определен период выполнения:

- оттиска печати ООО «Торговый дом «Континент», который не превышает одного года до момента проведения исследования, что не соответствует дате, указанной в документе,

- подписи от имени ФИО6, который не прувышает одного года, до момента проведения исследования, что не соответствует указанной в документе дате.

Определить период выполнения оттиска печати ООО «Торговый дом «Росалко» не представляется возможным.

Определением суда от 05.07.2018 года была назначена дополнительная судебная физико-химическая экспертиза.

Проведение дополнительной экспертизы также было поручено АНО «СОДЭКС МГЮА им. О.Е. Кутафина» (123242, <...>, тел. <***> 2448888*1876, 8(916)6023010), экспертам ФИО5, ФИО7.

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

- определить относительную давность выполнения в графе «Цедент» подписи ФИО3 и оттиска печати ООО «Торговый дом «Континент» на договоре № 20-П от 15 января 2016 года об уступке прав требования, заключенном между ООО «Торговый дом «Континент» и ООО «Торговый дом «Росалко»?

- определить относительную давность выполнения подписи ФИО3 и печатного текст договора № 20-П от 15 января 2016 года об уступке прав требования, заключенного между ООО «Торговый дом «Континент» и ООО «Торговый дом «Росалко»?

В материалы дела по результатам дополнительной экспертизы поступило заключение № 140-18 от 03.09.2018 года, согласно которому эксперты пришли к следующим выводам:

1. В графе «Цедент» на договоре №20-П от 15 января 2016 года об уступке прав требования, заключенном между ООО «Торговый дом «Континент» и ООО «Торговый дом «Росалко» сначала была выполнена подпись от имени ФИО3, а затем нанесен оттиск простой круглой печати ООО «Торговый дом «Континент».

2. В договоре №20-П от 15 января 2016 года об уступке прав требования, заключенном между ООО «Торговый дом «Континент» и ООО «Торговый дом «Росалко» сначала был выполнен печатный текст договора, а затем была выполнена подпись от имени ФИО3

Требования к заключению экспертов предусмотрены частью 2 статьи 86 АПК РФ.

Представленные в материалы дела экспертные заключения оформлены в соответствии с требованиями статей 82, 83, 86 АПК РФ, в них отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения, экспертные заключения основаны на материалах дела, являются ясными и полными, противоречий в выводах экспертов отсутствуют. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

В экспертных заключениях содержатся ответы на поставленные судом вопросы, заключения мотивированы, выводы экспертов предельно ясны, обоснованы исследованными им обстоятельствами, содержат ссылки на представленные судом для производства экспертизы доказательства.

Какие-либо доказательства того, что представленные в материалы дела заключения экспертов по результатам судебных экспертиз являются недостаточно ясными и полными, истцом не представлены.

Таким образом, заключения экспертов в силу статьи 64, 67, 68, 71, 82, 86 АПК РФ принимаются судом в качестве надлежащего доказательства по делу и оценено наряду с другими доказательствами (статья 71 АПК РФ), в связи с чем суд принимает выводы, изложенные в заключении.

Следовательно, указанные доводы истца не подтверждаются материалами дела и результатами судебной экспертизы.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно ч.1 ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд в силу ч.3 ст. 9 АПК РФ, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом и создает условия для установления фактических обстоятельств, что является необходимым для достижения главной задачи судопроизводства в арбитражных судах - защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность (ст. 2 АПК РФ).

С учётом вышеуказанных выводов суда, в материалах дела отсутствуют доказательства обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках настоящего спора, позволяющие суду удовлетворить заявленные требования.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

С учетом результатов спора, судебные расходы по оплате государственной пошлины, а также по проведению экспертизы остаются на истце.

Руководствуясь статьями ст. 110,167-170, 176, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца через Арбитражный суд Московской области.

Судья Ж.П. Борсова