Постановление от 18 февраля 2026 г. АС Рязанской области

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


Староникитская ул., 1, <...>, тел.: <***>, факс <***>


e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Тула Дело № А54-1167/2025


20АП-43/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 11 февраля 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 19 февраля 2026 года

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волошиной Н.А., судей Волковой Ю.А. и Девониной И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ковалевой Д.А. ., при участии в судебном заседании: от ООО «Пройл Бизнес» - ФИО1 (по доверенности от 31.01.2026), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Рязанской области от 08.12.2025 по делу № А54-1167/2025, п ринятое по результатам рассмотрения иска общества с ограниченной ответственностью «ПРОЙЛ БИЗНЕС» (123098, <...>, ПОДВ П II, КОМ5, ОГРН <***>, ИНН <***>) к ФИО2 (391586, Рязанская область)

третье лицо, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - общество с ограниченной ответственностью «Бегет» (195112, <...>, оф.726А)

о признании регистрации и администрирования доменного имени нарушением исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 723401, актом недобросовестной конкуренции и злоупотреблением правом; запрете использования товарного знака по свидетельству № 723401 в доменном имени,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "ПРОЙЛ БИЗНЕС" (далее - истец)


обратилось в Арбитражный суд Рязанской области с исковым заявлением к Михеевичу Константину (далее - ответчик) о признании регистрации и администрирования доменного имени нарушением исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 723401, актом недобросовестной конкуренции и злоупотреблением правом; запрете использования товарного знака по свидетельству № 723401 в доменном имени.

Определением от 14.02.2025 суд, в соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, привлек к участию в качестве

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета

спора, общество с ограниченной ответственностью "Бегет".


07.03.2025 от истца поступило ходатайство об уточнении наименования ответчика,

указав фамилию ответчика, как ФИО2.

Судом уточнение фамилии ответчика принято.


19.05.2025 от ответчика посредством системы "Мой Арбитр" в материалы дела

поступили письменные пояснения, согласно которым ответчик просит:

1. В исковых требованиях отказать Истцу в полном объеме.


2. Снять запрет на использование товарного знака по свидетельству № 723401 в

доменном имени proil.ru.


3. Возместить судебные расходы, понесённые в связи с обращением за юридической

помощью в размере 35 000 руб.

4. Возместить убытки в размере 88 654,54 руб.


5. Возместить сопутствующие расходы в размере 5 400,70 руб. (транспортные

982,60 руб., 1268,10 руб. и на проживание - 3 150,00 руб.).


Судом заявление ответчика о взыскании с истца судебных расходов принято к

рассмотрению.


В судебном заседании 18.06.2025 представитель ответчика заявил уточненное

заявление о взыскании судебных расходов, согласно которому просит взыскать с истца:

1. Расходы на оплату услуг юриста в размере 45 000 руб.

2. Почтовые расходы в размере 294,40 руб.,

3. Сопутствующие расходы в размере 17 447, 40 руб.,

4. Убытки в размере 132981 руб.


Судом уточненное заявление о возмещении судебных расходов принято к

рассмотрению.


01.07.2025 от ООО "Рег.ру" посредством системы "Мой Арбитр" в материалы дела

поступил ответ на запрос суда.


15.07.2025 от истца посредством системы "Мой Арбитр" в материалы дела поступил отзыв на заявление ответчика о взыскании судебных расходов с документами согласно перечню, указанному в приложении.

31.10.2025 от истца посредством системы "Мой Арбитр" в материалы дела поступило ходатайство в соответствии со ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об уточнении исковых требований, согласно которому истец просит:

1. признать регистрацию и администрирование доменного имени «proil.ru» ФИО2 нарушением исключительных прав ООО «ПРОЙЛ БИЗНЕС» на товарный знак по свидетельству РФ № 723401, актом недобросовестной конкуренции и злоупотреблением правом;

2. обязать ФИО2 безвозмездно передать право администрирования доменного имени proil.ru правообладателю товарного знака по свидетельству РФ № 723401 ООО «ПРОЙЛ БИЗНЕС».

Судом уточнение исковых требований принято.

Решением суда от 08.12.2025 исковые требования удовлетворены.


Суд признал регистрацию и администрирование доменного имени «proil.ru» ФИО2 нарушением исключительных прав ООО «ПРОЙЛ БИЗНЕС» на товарный знак по свидетельству РФ № 723401, актом недобросовестной конкуренции и злоупотреблением правом. ФИО3 безвозмездно передать право администрирования доменного имени proil.ru правообладателю товарного знака по свидетельству РФ № 723401 ООО «ПРОЙЛ БИЗНЕС».

Не согласившись с вынесенным судебным актом ФИО2 обратился с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой, просит обжалуемое решение отменить и принять по делу новый судебный акт, отказав в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Мотивируя позицию, заявитель указывает на нарушение судом области норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда материалам дела.

От ООО «Пройл Бизнес» поступили возражения на апелляционную жалобу, в удовлетворении которой просит суд отказать.

В судебном заседании представитель ООО «Пройл Бизнес» поддержал свои возражения.


Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов жалобы.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом области, ООО «ПРОЙЛ БИЗНЕС» является правообладателем товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 723401, зарегистрированного 14.08.2019 с приоритетом от 22.01.2019 в отношении товаров и услуг 03-го, 35-го и 39 классов МКТУ.

ООО «ПРОЙЛ БИЗНЕС» ведет свою деятельность с 2017 года. С 2020 года истец индивидуализировал свои услуги посредством брендирования транспортных средств и социальных сетей. В результате переговоров 9 февраля 2022 года между ООО «О2О Холдинг» и ФИО4 с ФИО5 был подписан договор купли- продажи. ООО «О2О Холдинг» (ОГРН <***>) стал единственным участником Истца.

В сентябре 2024 г. Истец обнаружил, что Ответчик использует словесный элемент «Proil», сходный до степени смешение с Товарным знаком Истца, в доменном имени «proil.ru», что подтверждается протоколом осмотра от 24 октября 2024 года, выполненного нотариусом города Москвы ФИО6.

Доменное имя было зарегистрировано Ответчиком 01.02.2022, что позже даты приоритета Товарного знака (29.01.2019).

Как указывает истец, Ответчиком на Доменном имени размещался Сайт, на котором он не вел какой-либо реальной деятельности. Все информационные статьи, которые были размещены на Сайте - это статьи сторонних интернет-ресурсов, преимущественно с популярных в российском сегменте интернета сайтов об автомобилях. В связи с чем истец полагает, что цель создания и искусственного ведения Сайта Ответчиком заключалась в том, чтобы создать видимость добросовестного использования Сайта и Доменного имени.

Полагая, что регистрация и администрирование указанного доменного имени ответчиком нарушает исключительное право на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 723401, ООО «ПРОЙЛ БИЗНЕС» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Удовлетворяя заявленные требования, суд области руководствовался следующим.


В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком (знаком обслуживания) обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых этот знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 названного Кодекса).


Подпунктами 2 и 3 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 158 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление № 10), требование о пресечении нарушения (подпункт 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ), выражающегося в неправомерном использовании доменных имен, тождественных или сходных до степени смешения с товарным знаком (подпункт 5 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ), может быть заявлено в виде требования о запрете использования доменного имени определенным образом (например, об обязании удалить информацию о конкретных видах товаров на соответствующем сайте или прекратить адресацию на данный сайт).

Судом установлено, что при регистрации домена proil.ru использовано словесное обозначение "proil", тождественное товарному знаку, принадлежащему ООО «ПРОЙЛ БИЗНЕС».

Согласно п. 13 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 N 122, вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Согласно п. 41 "Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, требований к документам, содержащимся в заявке на государственную регистрацию товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака, и прилагаемым к ней документам и их форм, порядка преобразования заявки на государственную регистрацию коллективного знака в заявку на государственную регистрацию товарного знака, знака обслуживания и наоборот, перечня сведений, указываемых в форме свидетельства на товарный знак (знак обслуживания), форме свидетельства на коллективный знак, формы свидетельства на товарный знак (знак обслуживания), формы


свидетельства на коллективный знак", утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482 (далее - "Правила"), обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Согласно п. 42 вышеуказанных правил, словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Исследовав и оценив предоставленные доказательства, суд пришел к выводу о наличии сходства доменного имени proil.ru с товарным знаком, принадлежащими Истцу; доменное имя proil.ru ассоциируется с товарным знаком "proil " (Свидетельство о регистрации товарного знака № 723401); имеет полное звуковое сходство с товарным знаком; имеется общее зрительное впечатление идентичности слов. Использование строчных букв стандартного латинского шрифта (включая начальный символ доменного


имени) не может служить основанием для вывода об отсутствии визуального сходства сравниваемых обозначений, поскольку является обязательным для сети Интернет.

По общему правилу, нарушением исключительного права на товарный знак является фактическое использование доменного имени, тождественного или сходного до степени смешения с товарным знаком, в отношении товаров, однородных с теми, для которых предоставлена правовая охрана этому товарному знаку.

Вместе с тем правовая охрана общеизвестного товарного знака распространяется также на товары, не однородные с теми, в отношении которых он признан общеизвестным, если использование другим лицом этого товарного знака в отношении указанных товаров будет ассоциироваться у потребителей с обладателем исключительного права на общеизвестный товарный знак и может ущемить законные интересы такого обладателя (пункт 3 статьи 1508 ГК РФ). Поэтому нарушением исключительного права на общеизвестный товарный знак может являться не только использование доменного имени, но и сам по себе факт регистрации доменного имени, тождественного этому общеизвестному товарному знаку или сходного с ним до степени смешения.

Действия администратора по приобретению права на доменное имя (в том числе с учетом обстоятельств последующего его использования) могут быть признаны актом недобросовестной конкуренции. В этом случае исходя из целей регистрации доменного имени нарушением исключительного права на товарный знак может быть признана сама по себе такая регистрация.

Таким образом, само по себе использование доменного имени может быть признано нарушением исключительного права на товарный знак в случае, если он зарегистрирован в качестве общеизвестного товарного знака либо судом установлено, что действия администратора по приобретению права на доменное имя являются актом недобросовестной конкуренции.

В рассматриваемом случае суд обалсти указал, что защищаемый товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 723401 не является общеизвестным.

Исходя из изложенного, для удовлетворения заявленного искового требования, направленного на защиту исключительного права на товарный знак, необходимо установить, что действия ответчика по приобретению права на доменное имя являются актом недобросовестной конкуренции.

Статьей 10 bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности установлен общий запрет недобросовестной конкуренции, под которой понимаются


всякие акты, противоречащие честным обычаям в промышленных и торговых делах.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

По спорам о доменных именах, тождественных или сходных до степени смешения с товарными знаками, при рассмотрении вопросов о недобросовестности лица, участвующего в деле, суд в соответствии с пунктом 1 статьи 5, пунктами 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, параграфами 2 и 3 статьи 10.bis Парижской конвенции для установления содержания честных обычаев при регистрации и использовании (администрировании, делегировании и других действий) доменных имен может использовать положения, сформулированные в Единообразной политике по разрешению споров в связи с доменными именами, одобренной Интернет-корпорацией по присвоению названий и номеров (ICANN) (далее - Политика ICANN), в том числе в ее параграфах 4 (a), 4 (b) и 4 (c).

В силу параграфов 4(a) (i - iii) Единообразной политики по разрешению споров в связи с доменными именами, одобренной Интернет - корпорацией по присвоению названий и номеров (ICANN) (далее - Политика) аннулирование, передача регистрации или изменение доменного имени производится на основании совокупности следующих критериев:

(i) спорное доменное имя ответчика идентично или сходно до степени смешения с товарным знаком истца;

(ii) у администратора доменного имени (ответчика) нет прав и законных интересов в отношении спорного доменного имени;

(iii) спорное доменное имя зарегистрировано и используется администратором доменного имени (ответчиком) недобросовестно.


Недобросовестность регистрации и использования доменного имени администратором доменного имени (ответчиком), указанная в параграфе 4(a)(iii), согласно параграфам 4(b) (i - iv) Политики определяется как одно или несколько из следующих ниже обстоятельств, в частности:

(i) обстоятельства, указывающие на то, что администратор доменного имени зарегистрировал или приобрел доменное имя с основной целью его продажи, сдачи в аренду или передачи использования другим способом истцу, являющемуся правообладателем исключительного права на товарный знак, либо конкуренту истца за денежную сумму, превышающую подтвержденные расходы администратора доменного имени, прямо относящиеся к приобретению доменного имени.

Из материалов дела судом установлено, что Истец предлагал Ответчику выкупить домен. Ответчиком была предложена цена 650 000,00 рублей, то есть в 1000 раз больше реальных затрат на домен. Согласно представленным документам (в электронном виде 02.09.2025) стоимость регистрации освобождающего домена proil.ru составила 600 руб. Доказательств несения иных расходов, ответчиком не представлено.

Как было указано выше, спорное доменное имя, сходное до степени смешения с товарным знаком истца, зарегистрировано ответчиком позднее даты приоритета товарного знака.

По смыслу вышеприведенных положений Политики ICANN такие доказательства и пояснения относительно мотивов регистрации доменного имени, тождественного или сходного до степени смешения с защищаемым законом средством индивидуализации товаров (услуг), и их добросовестности должны исходить именно от администратора спорного доменного имени.

Суд области указал, что ответчиком в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлены доказательства использования им спорного доменного имени с целью добросовестного ввода в гражданский оборот товаров и услуг неоднородных рубрикам регистрации товарного знака истца либо доказательств некоммерческого использования этого доменного имени. При этом фамилия ответчика не является сходной до степени смешения или тождественной спорному доменному имени (параграф 4 (c) Политики ICANN).

При этом, действия администратора по регистрации на свое имя спорного доменного имени уже сами по себе создают угрозу нарушения исключительного права Общества на товарный знак (даже при отсутствии факта реального использования ответчиком спорного доменного имени), поскольку обладание правами администратора


доменного имени влечет за собой возможное (потенциальное) право ответчика использовать доменное имя для адресации в сети Интернет к информации о любых товарах и услугах, в том числе, однородным товарам и услугам, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак истца, а также товарам и услугам иных производителей, нежели правообладатель товарного знака, и при этом одновременно влечет невозможность регистрации тождественного доменного имени на имя правообладателя товарного знака, и при этом одновременно влечет невозможность регистрации тождественного доменного имени на имя правообладателя товарного знака.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 02.11.2024 N 305-ЭС24- 9560 по делу N А41-68198/2021 администратор доменного имени может быть признан недобросовестным или его действия могут быть признаны актом недобросовестной конкуренции по отношению к правообладателю товарных знаков и без фактического использования товарных знаков в отношении однородных товаров (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 ноября 2008 г. N 5560/08, от 18 мая 2011 г. N 18012/10).

С учетом вышеизложенного, суд области пришел к выводу, что поведение ответчика свидетельствует о наличии признаков недобросовестности, обусловленных вышеприведенными положениями п. 158 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" в корреспонденции с параграфами 4 (a), 4 (b) и 4 (c) Политики ICANN.

Если нарушением исключительного права признано именно приобретение права на доменное имя, судом может быть удовлетворено требование об обязании аннулировать соответствующую регистрацию или требование о безвозмездной передаче правообладателю прав администрирования доменным именем.

Данный вывод подтверждается Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.11.2024 N 305- ЭС24-9560 по делу N А41-68198/2021.

Таким образом, суд области пришел к выводу о том, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению.

Между тем, судом области не было учтено следующее.

Как указывает истец, Ответчиком на Доменном имени размещался Сайт, на котором он не вел какой-либо реальной деятельности. Все информационные статьи, которые были размещены на Сайте - это статьи сторонних интернет-ресурсов,


преимущественно с популярных в российском сегменте интернета сайтов об автомобилях. В связи с чем истец полагает, что цель создания и искусственного ведения Сайта Ответчиком заключалась в том, чтобы создать видимость добросовестного использования Сайта и Доменного имени.

В силу правовой позиции, изложенной в п. 22 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2025)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.12.2025) использование товарного знака в адресной строке сайта не является нарушением исключительного права на товарный знак, если такие действия не направлены на индивидуализацию товаров (услуг) и не возникает вероятность смешения товаров, принадлежащих истцу и ответчику, или оказываемых ими услуг.

Согласно подпункту 5 пункта 2, пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения, в частности путем размещения в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации, в отношении товаров по перечню регистрации товарного знака или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Как разъяснено в пункте 157 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", исходя из пункта 1 статьи 1477 и статьи 1484 ГК РФ использованием товарного знака признается его использование для целей индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.

Следовательно, само по себе упоминание обозначения, входящего в объем правовой охраны товарного знака, не является квалифицирующим признаком нарушения исключительного права.

Главным критерием, очерчивающим пределы свободного использования спорного обозначения, служит категория смешения, нарушающая ассоциативную связь товара (услуги) и их коммерческого источника. Правообладатель не вправе ограничивать употребление образующих товарный знак словесных элементов в их общепринятом значении, при описании характеристики товара (услуги), в письменных публикациях, устной речи и другим способом, если такое использование не раскрывает различительную способность обозначения, не выделяет одного участника рынка среди других и не создает конкурентного преимущества.

При определении использования товарного знака для цели индивидуализации следует учитывать, каким образом размещено спорное обозначение (размер, контекст),


указание собственных товарных знаков для индивидуализации товаров (услуг) наряду со спорным обозначением, умысел воспользоваться репутацией иного хозяйствующего субъекта, риск введения потребителя в заблуждение относительно связи лица, применяющего спорное обозначение, с правообладателем товарного знака.

В данном случае, как указывалось ранее, ответчиком использовался сайт в информационных целях, без размещения на нем товаров, предлагаемых к продаже. В вязи с чем, все вышеперечисленные признаки судом апелляционный инстанции не выявлены.

Действительно, в некоторых случаях действия администратора по приобретению права на доменное имя (в том числе с учетом обстоятельств последующего его использования) могут быть признаны актом недобросовестной конкуренции. В этом случае исходя из целей регистрации доменного имени нарушением исключительного права на товарный знак может быть признана сама по себе такая регистрация.

Если нарушением исключительного права признано именно приобретение права на доменное имя, судом может быть удовлетворено требование об обязании аннулировать соответствующую регистрацию.

Таким образом, само по себе использование доменного имени может быть признано нарушением исключительного права на товарный знак в случае, если он зарегистрирован в качестве общеизвестного товарного знака либо судом установлено, что действия администратора по приобретению права на доменное имя являются актом недобросовестной конкуренции.

В рассматриваемом случае судебная коллегия соглашается с выводом суда области о том, что защищаемый товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 72341 не является общеизвестным.

Исходя из изложенного, для удовлетворения заявленного искового требования, направленного на защиту исключительного права на товарный знак, необходимо установить, что действия ответчика по приобретению права на доменное имя являются актом недобросовестной конкуренции.

Статьей 10 bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности установлен общий запрет недобросовестной конкуренции, под которой понимаются всякие акты, противоречащие честным обычаям в промышленных и торговых делах.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление


гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

По общему правилу (пункт 5 статьи 10 ГК РФ) добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

По смыслу статьи 10.bis Парижской конвенции для квалификации регистрации товарного знака как акта недобросовестной конкуренции оценке подлежит честность такой регистрации, которая не может быть установлена без учета цели регистрации товарного знака. В связи с этим при рассмотрении вопроса о добросовестности регистрации товарного знака исследованию могут подлежать как обстоятельства, связанные с самой регистрацией, так и последующее поведение правообладателя, из которого может быть установлена цель такой регистрации.

В соответствии с пунктом 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции под недобросовестной конкуренцией понимаются любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации.

Так, из определения недобросовестной конкуренции, содержащегося в пункте 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции, следует, что для признания действий недобросовестной конкуренцией они должны одновременно выполнять несколько условий, а именно: действия должны совершаться хозяйствующими субъектами; быть направлены на получение преимуществ в предпринимательской деятельности; противоречить законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости; причинить или быть


способными причинить убытки другому хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации (причинение вреда).

В пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 N 2 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства" (далее - Постановление N 2) разъяснено, что в силу запрета недобросовестной конкуренции хозяйствующие субъекты вне зависимости от их положения на рынке при ведении экономической деятельности обязаны воздерживаться от поведения, противоречащего законодательству и (или) сложившимся в гражданском обороте представлениям о добропорядочном, разумном и справедливом поведении (статья 10.bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности, пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса, пункты 7 и 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции).

Нарушение хозяйствующим субъектом при ведении своей деятельности норм гражданского и иного законодательства, в том числе в случае неправомерного использования охраняемого результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, само по себе не означает совершение акта недобросовестной конкуренции.

При рассмотрении спора о нарушении запрета недобросовестной конкуренции должны быть установлены в совокупности:

- факт осуществления хозяйствующим субъектом действий, способных оказать влияние на состояние конкуренции;

- отличие избранного хозяйствующим субъектом способа конкуренции на рынке от поведения, которое в подобной ситуации ожидалось бы от любого субъекта, преследующего свой имущественный интерес, но не выходящего за пределы осуществления гражданских прав и честной деловой практики;

- направленность поведения хозяйствующего субъекта на получение преимущества, в частности имущественной выгоды или возможности ее извлечения, при осуществлении экономической деятельности за счет иных участников рынка, в том числе посредством оказания влияния на выбор покупателей (потребителей), на возможность иных хозяйствующих субъектов, конкурирующих добросовестно, извлекать преимущество из предложения товаров на рынке, на причинение вреда хозяйствующим субъектам-конкурентам иными подобными способами (например, в результате использования (умаления) чужой деловой репутации).

Для доказывания факта недобросовестной конкуренции необходимо установление как специальных признаков, определенных нормами статей 14.1 - 14.7 Закона о защите


конкуренции, так и общих признаков недобросовестной конкуренции, предусмотренных пунктом 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции, статьей 10.bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности.

Статьи 14.1 - 14.7 Закона о защите конкуренции указывают на частные случаи недобросовестной конкуренции.

Однако материалы дела не содержат совокупности вышеуказанных признаков в действиях ответчика.

В данном случае, материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о том, что регистрация и не использование домена ответчиком осуществляется исключительно с целью причинить вред истцу, равно доказательств того, что ответчик при регистрации домена действовал недобросовестно или неразумно, отсутствуют также доказательства того, что ответчик использует свои права в целях ограничения конкуренции.

Недобросовестная конкуренция как действие, совершаемое всегда с определенной целью - получением экономического преимущества за счет потерпевшего лица (потерпевших лиц), всегда является умышленным нарушением. Преимущество не может быть следствием случайного совпадения.

В данном случае, судебная коллегия не установила признаков недобросовестной конкуренции со стороны ответчика ввиду того, что как указывало ранее и не отрицается истцом, ответчиком на спорном сайте не велась никакая экономическая деятельность, ответчиком не предлагались какие-либо похожие товары к продаже, а работа сайта носила чисто информационный характер.

Более того, как следует из материалов дела, с предложением приобрести сайт обратился к ответчику непосредственно сам истец, что не подтверждает намеренных действий ответчика по реализации спорного сайта.

При этом, как указывалось ранее, действия, не направленные на индивидуализацию товаров и услуг, в результате которых не возникает вероятность смешения обозначений, нарушением исключительного права на товарный знак не являются, даже если такие действия прямо поименованы в пункте 2 статьи 1484 ГК РФ (п. 22 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2025)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.12.2025).

Принимая во внимание вышеизложенное, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований.


Согласно ч. 1 ст. 270 АПК РФ основаниями для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции являются несоответствие выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Рязанской области от 08.12.2025 по делу № А54-1167/2025 отменить.

В удовлетворении исковых требований ООО «ПРОЙЛ БИЗНЕС» к ФИО2 отказать.

Взыскать с ООО «ПРОЙЛ БИЗНЕС» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО2 государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 10 000 рублей.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья Н.А. Волошина

Судьи Ю.А. Волкова


И.В. Девонина