Постановление от 5 ноября 2024 г. по делу № А51-416/2024

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-416/2024
г. Владивосток
05 ноября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 29 октября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05 ноября 2024 года.


Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Н.Н. Анисимовой,

судей О.Ю. Еремеевой, С.В. Понуровской,

при ведении протокола секретарями судебного заседания А.А. Шулаковой, Е.Д. Спинка,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ХИМИНТЕХ»,

апелляционное производство № 05АП-5745/2024

на решение от 21.08.2024

судьи А.А. Фокиной

по делу № А51-416/2024 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ХИМИНТЕХ» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании незаконным решения от 28.10.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/130923/3375774,

при участии:

от Владивостокской таможни: представитель ФИО1 по доверенности от 21.05.2024 сроком действия до 31.05.2024;

от ООО «ХИМИНТЕХ»: представитель ФИО2 (при участии онлайн) по доверенности от 28.12.2023 сроком действия 2 года;

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ХИМИНТЕХ» (далее - заявитель, общество, декларант) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Владивостокской таможни (далее – таможня, таможенный орган) от 28.10.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/130923/3375774, после выпуска товаров.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 21.08.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество обратилось с апелляционной жалобой в Пятый арбитражный апелляционный суд, согласно которой просит отменить обжалуемое решение и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование доводов жалобы указывает на несогласие с выводом суда об отсутствии доказательств согласования порядка оплаты товара в адрес третьего лица, отмечая, что данные условия нашли отражение в спецификации, являющейся неотъемлемой частью контракта и отражающей все существенные условия сделки, включая вопросы оплаты. Приводит доводы о том, что представленный в ходе контрольных мероприятий прайс-лист продавца является его коммерческим предложением и отражает уровень цены за товар в тех же единицах измерениях, что и было указано в спецификации, в связи с чем нет оснований для его критической оценки. При этом поясняет, что в ходе проверки достоверности заявленной таможенной стоимости указанные недочеты не было предложено объяснить при направлении дополнительного запроса, чем были нарушены принципы таможенного контроля. Кроме того, настаивает на том, что представленными документами и пояснениями была подтверждена достоверность и количественная определенность заявленной таможенной стоимости, в связи с чем основания для принятия оспариваемого решения отсутствовали.

В судебном заседании представитель общества доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объёме.

Таможенный орган с доводами апелляционной жалобы не согласился, обжалуемое решение считает законным и обоснованным, принятым при полном исследовании всех обстоятельств дела, с правильным применением норм материального и процессуального права и не подлежащим отмене.

При этом в судебном заседании 21.10.2024 в порядке статей 163, 184, 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) судом апелляционной инстанции был объявлен перерыв до 29.10.2024, о чём лица, участвующие в деле, были уведомлены путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.

Из материалов дела судебной коллегией установлено следующее.

В сентябре 2023 года в рамках исполнения внешнеторгового контракта №RMB 20230421 от 21.04.2023, заключенного обществом (покупатель) с иностранной компанией «Shenghongyu Cellulose International Co, Limited» (продавец), из КНР на территорию Евразийского экономического союза на условиях FOB Ксинган были ввезены товары «добавка для цементов на основе сополимера винилацетата и этилена», «гидроксиэтилцеллюлоза» на общую сумму 318000 юаней.

В целях таможенного оформления указанного товара общество подало в таможню ДТ №10702070/130923/3375774, определив таможенную стоимость товаров по первому методу определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами».

В ходе проведения контроля заявленной таможенной стоимости декларируемых товаров таможенным органом на основании пункта 4 статьи 325 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС, Кодекс) в адрес декларанта были направлены запросы от 13.09.2023, от 12.10.2023 о предоставлении документов и сведений, необходимых для подтверждения правильности определения таможенной стоимости, в ответ на которые общество представило имеющиеся в его распоряжении документы, запрошенные таможней, а также дало пояснения относительно формирования таможенной стоимости.

Посчитав, что сведения, использованные обществом при заявлении таможенной стоимости товаров, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, таможня приняла решение от 28.10.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №10702070/130923/3375774.

Не согласившись с указанным решением таможенного органа, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере внешнеэкономической деятельности, декларант обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, который обжалуемым решением суда отказал в удовлетворении заявленных требований.

Исследовав материалы дела, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, отзыве на нее, проверив в порядке статей 268, 270 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены решения суда в силу следующего.

По правилам пункта 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса)

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 Кодекса, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Как подтверждается материалами дела, при таможенном оформлении ввезенного товара обществом в качестве подтверждающих документов по названной ДТ были представлены внешнеторговый контракт №RMB 20230421 от 21.04.2023, спецификация №3 от 22.08.2023, инвойс №SH230823 от 23.08.2023, заявление на перевод №2 от 24.08.2023, коносамент MAXGVS55819, договор транспортной экспедиции №33СЕА21 от 18.02.2021, счет на оплату №20367 от 07.09.2023, платежное поручение №1109 от 12.09.2023 и прочие документы согласно графе 44 ДТ и описям к ДТ.

В рамках таможенного контроля таможенной стоимости товаров, начатой до выпуска, обществом были представлены заверенные копии коммерческих и транспортных документов по спорной поставке, спецификации, проформы инвойсов, упаковочный лист, заявления на перевод по текущей и предыдущим поставкам, выписки по счетам, ведомость банковского контроля, экспортная декларация, прайс-лист, письменные пояснения и иные документы.

Анализ указанных документов показывает, что по условиям пункта 2.1 контракта №RMB 20230421 от 21.04.2023 продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить товар согласно условиям настоящего контракта.

Условия каждой поставки, согласованной по ассортименту, качеству, количеству, упаковке и маркировке, цене и сроку поставки товара, определяются сторонами в спецификациях, являющихся неотъемлемой частью данного контракта (пункт 2.2 контракта).

На основании пункта 2.3 контракта стороны пришли к соглашению рассматривать спецификации к настоящему контракту в качестве неотъемлемой его части.

Цена, подлежащая уплате за товар, устанавливается в спецификациях к настоящему контракту (пункт 3.1 контракта).

Согласно пункту 4.2 контракта все цены и суммы, подлежащие уплате продавцу со стороны покупателя по настоящему контракту, являются суммами, подлежащими уплате в китайских юанях, не включающими никаких российских налогов, российских таможенных пошлин, российских сборов и всех других российских начислений.

В рамках исполнения указанного контракта стороны внешнеэкономической сделки согласовали поставку товаров «гидроксипропилметилцеллюлоза «Г-5» в количестве 12000 кг и «редиспергируемый полимерный порошок «Р-1» в количестве 14000 кг на условиях FOB Ксинганг на общую сумму 318000 юаней, что было оформлено спецификацией №3 от 22.08.2023.

По состоянию на 23.08.2023 в адрес покупателя иностранным продавцом были сформированы и выставлены проформа инвойса №SH230823 на сумму 318000 юаней и коммерческий инвойс №SH230823 на эту же сумму поставки.

В этой связи в графах 22, 42, 45 спорной декларации общество заявило указанную стоимость ввезенных товаров и произвело исчисление таможенных платежей от указанной стоимости, включая расходы на перевозку.

Изучив представленные документы, таможенный орган с использованием системы управления рисками выявил риски недостоверного декларирования, выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости товаров от ценовой информации, имеющейся в его распоряжении.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 №49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума ВС РФ №49), таможенные органы вправе убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с их действительной стоимостью.

Признаки недостоверности сведений о стоимости сделки могут проявляться, в частности, в ее значительном отличии от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов (пункт 10 Постановления Пленума ВС РФ №49).

Из материалов дела усматривается, что по данным ИИС «Малахит» отклонение заявленного декларантом индекса таможенной стоимости по ДТ №10702070/130923/3375774 от среднего уровня по товару №1 составило 43,60% по ФТС России и 34,11% по ДВТУ и по товару №2 – 38,14% по ФТС России и 37,61% по ДВТУ.

При этом средний уровень индекса таможенной стоимости товара «редиспергируемый полимерный порошок» по ФТС России сложился на уровне 2,69 долл.США/кг и по ДВТУ - 2,33 долл.США/кг против ИТС товара №1 по спорной декларации - 1,41 долл.США. Кроме того, средний уровень ИТС однородных товаров «гидроксиэтилцеллюлоза» по ФТС России составил 3,55 долл.США/кг и по ДВТУ - 3,53 долл.США/кг, тогда ИТС ввезенного товара №2 по спорной ДТ – 2,19 долл.США.

С учетом изложенного апелляционная коллегия приходит к выводу о том, что у таможни имелись законные основания для проведения проверки заявленной таможенной стоимости, в силу которого у декларанта были запрошены дополнительные пояснения и документы по факторам, влияющим на значительно низкую цену декларируемых товаров по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Между тем, как подтверждается материалами дела, достоверность и количественная определенность заявленной таможенной стоимости не были подтверждены в ходе таможенного контроля, исходя из содержания и характера представленных коммерческих документов и документов, сопутствующих спорной поставке, что в рассматриваемой ситуации не устранило сомнения таможни в обоснованности применения первого метода таможенной стоимости.

В данном случае суд апелляционной инстанции отмечает, что по условиям пункта 11 спецификации №3 от 22.08.2023 оплата спорной поставки должна была быть осуществлена двумя платежами, а именно: сумма в размере 159000 юаней не позднее 26.08.2023 и сумма в размере 159000 юаней до отгрузки товара с фабрики.

При этом в качестве банковских реквизитов продавца указаны сведения об иностранной компании «PINGPONG GLOBAL TECHNOLOGY LIMITED». Аналогичные сведения о продавце приведены в проформе инвойса №SH230823 от 23.08.2023 и в коммерческом инвойсе №SH230823 от 23.08.2023.

В свою очередь из имеющихся в деле заявлений на перевод №2 от 24.08.2023 на сумму 159000 юаней и №14 от 30.08.2023 на сумму 159000 юаней следует, что указанными платежными документами произведена оплата в пользу бенефициара - компании «PINGPONG GLOBAL TECHNOLOGY LIMITED» со ссылками исключительно на контракт.

Между тем продавцом по контракту №RMB 20230421 от 21.04.2023 является компания «Shenghongyu Cellulose International Co, Limited», банковские реквизиты которой не были указаны ни во внешнеторговом контракте, ни в спецификации или иных коммерческих документах.

Кроме того, совокупный анализ положений пунктов 14.2, 14.4 контракта показывает, что, если иное не согласовано сторонами в настоящем контракте, все изменения и дополнения к настоящему контракту считаются действительными, если они оформлены в письменном виде и подписаны всеми сторонами. Ни одна из сторон не имеет права передавать свои права и обязанности третьей стороне без письменного согласия остальных договаривающихся сторон.

Таким образом, условия и порядок оплаты контрактом не согласованы, равно как отсутствует соглашение сторон о возможности оплаты третьему лицу.

Соответственно вывод таможенного органа о том, что платежи по спорной поставке осуществлены в адрес третьего лица, роль и статус которого в отношении товаров либо связь с продавцом не установлены, нашел подтверждение материалами.

Довод апелляционной жалобы о том, что возможность осуществления платежей на счет третьего лица была согласована в спецификации, являющейся неотъемлемой частью внешнеторгового контракта, названных выводов суда не отменяет, учитывая, что документов, обосновывающих объективные причины перевода денежных средств в адрес третьего лица, не имеющего отношения к производству и продвижению данных товаров, декларантом не представлены.

В частности, из представленных декларантом документов не следует, что компания «PINGPONG GLOBAL TECHNOLOGY LIMITED» участвовала в исполнении сделки по спорной ДТ в качестве грузоотправителя, таможенного агента, перевозчика и т.п. лиц.

При этом во всех документах (спецификации, проформе-инвойсе, инвойсе, упаковочном листе, коносаменте, экспортной декларации) указан только продавец по контракту, он же производитель и грузоотправитель – компания «Shenghongyu Cellulose International Co, Limited», в связи с чем оснований для вывода о том, что спорный платёж произведён в пользу продавца, у суда не имеется.

Кроме того, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, доказательств внесения в порядке, указанном в пункте 14.2 контракта, изменений в пункт 4.2 контракта, как и доказательств получения от компании «PINGPONG GLOBAL TECHNOLOGY LIMITED» письменного согласия на передачу ей прав и обязанностей продавца как кредитора в части принятия исполнения в виде оплаты товара, ни таможне на стадии проверки документов и сведений, ни суду представлены не были.

Учитывая, что обычной целью коммерческой торговли является получение прибыли от продажи товаров, неполучение продавцом эквивалентного установленной им цене товара встречного денежного вознаграждения, не устраняет сомнения таможни в достоверности заявленной таможенной стоимости.

Таким образом, предоставление указанных документов не отражало реальное состояние расчетов общества со своим контрагентом, в связи с чем сведения о заявленной декларантом таможенной стоимости исходя из смысла пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС нельзя признать документально подтвержденными.

Довод апелляционной жалобы о том, что такой способ оплаты не противоречит принципу свободы договора и условиям спецификации, которую и следует рассматривать как дополнение к контракту, которым было достигнуто соглашение об оплате спорной поставки на счет третьего лица, судебной коллегией не принимается, поскольку анализ представленных обществом документов не позволяет исключить влияние такого участия на стоимость сделки.

С учетом изложенного судебная коллегия поддерживает вывод таможенного органа о противоречии представленных в ходе проверки документов и сведений до выпуска товаров коммерческих документов условиям контракта, что по смыслу пункта 3 статьи 39 ТК ЕАЭС является ограничением для применения первого метода определения таможенной стоимости товаров.

Довод апелляционной жалобы о наличии у декларанта возможности осуществления перечислений иным лицам в счет исполнения своих обязательств по внешнеторговому контракту не отменяет обязанность общества документально подтвердить заявленную таможенную стоимость количественно определяемыми документами, что соответствует общим требованиям применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, установленным пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, тогда как в спорной ситуации сопоставимость стоимости ввозимых товаров с размером осуществляемых валютных операций не усматривается.

В свою очередь представленные коммерческие документы относительно спорной поставки содержали сведения о стоимости ввозимых товаров, равной величине заявленной таможенной стоимости по спорным ДТ, в отсутствие объективных причин ее значительного отклонения от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможни.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума ВС РФ №49, в порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 Таможенного кодекса декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения.

Лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 Постановления Пленума ВС РФ №49).

В соответствии с пунктом 8 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 №42, при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенным органом могут быть запрошены (истребованы) следующие документы и (или) сведения: а) прайс-листы производителя ввозимых товаров, его коммерческие предложения; б) прайс-листы, коммерческие предложения, оферты продавцов ввозимых, идентичных, однородных товаров, а также товаров того же класса или вида; в) таможенная декларация страны отправления (происхождения, транзита) товаров, если заполнение такой таможенной декларации предусмотрено в стране отправления (происхождения, транзита) товаров; е) бухгалтерские документы о принятии ввозимых, идентичных, однородных товаров на учет; ж) сведения о стоимости ввозимых товаров в разрезе торговых марок (брендов), моделей, артикулов; и иные документы.

Из материалов дела усматривается, что письменные пояснения, обосновывающие низкий уровень заявленной цены товара при наличии данных о ввозе аналогичных товаров на территорию ЕАЭС по цене, превышающей указанную декларантом стоимость товаров, последним подготовлены не были.

Какой-либо информации, позволяющей определить стоимостные характеристики товаров по спорной ДТ, исходя из их качества, внешнего вида и коммерческой привлекательности, представленные обществом пояснения на запросы таможни, а равно коммерческие документы по спорным поставкам не содержат.

Кроме того, дополнительный запрос таможни от 12.10.2023 о предоставлении детальных сведений о стоимости товаров в разрезе торговых марок (брендов), артикулов в виде сведений с сайтов Интернет-магазинов о стоимости реализации товаров обществом исполнен не был.

При этом представленные обществом в суд первой инстанции возражения на отзыв таможни с приложением скриншотов коммерческих предложений по аналогичным товарам судом апелляционной инстанции в качестве устранения декларантом сомнений в достоверности заявленной таможенной стоимости не принимаются, поскольку по правилам главы 24 АПК РФ законность и обоснованность решения таможенного органа проверяется на дату его принятия, в связи с чем судебное разбирательство не может подменять собой таможенный контроль, имевший место на определенную дату.

Что касается представленного обществом в ходе контрольных мероприятий прайс-листа от 20.08.2023, исходящего от иностранного продавца, то по обоснованному указанию таможни данный прайс-лист не содержит сведения о единицах измерения, за которые установлена стоимость товара, так как указан вид упаковки – мешки по 25 кг, но не единицы измерения (кг, мешок, либо иные), а также не содержит сведений о периоде (сроках) его действия.

Кроме того, буквальное прочтение данного документа показывает, что приведенная в нём цена предложения установлена на условиях FOB Tinjin, тогда как спорная поставка была осуществлена на условиях FOB Xingang.

Данные упущения и разночтения не позволили таможенному органу принять указанный прайс-лист в качестве документа, достаточного для целей контроля таможенной стоимости декларируемых товаров, так как указанная в нём информация не устранила сомнения относительно наличия условий и обстоятельств, которые повлияли на формирование цены товаров.

Довод апелляционной жалобы об обратном, мотивированный представлением таможенному органу в ходе проверки экспортной декларации, судом апелляционной инстанции не принимается, поскольку наличие необъяснимых пробелов в прайс-листе, отсутствие актуальной ценовой информации для неограниченного круга лиц в совокупности с осуществлением платежей в адрес третьего лица, а не продавца по контракту, не позволяет признать, что продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, поскольку даже при участии в сопровождении внешнеторговой сделки иных лиц уровень заявленной таможенной стоимости значительно отличался от уровня однородных товаров, ввозимых на таможенную территорию ЕАЭС.

Указание заявителя жалобы на то, что таможенный орган при направлении запроса от 12.10.2023 не обозначил необходимость предоставления пояснений по оплате в адрес третьего лица и по оформлению прайс-листа, не свидетельствует о том, что декларанту не была предоставлена возможность устранить выявленные сомнения в достоверности заявленной таможенной стоимости, поскольку банковские платежные документы, позволяющие однозначно идентифицировать произведенную оплату с рассматриваемой поставкой, а также прайс-лист или коммерческие предложения продавца изначально были запрошены таможней в запросе от 13.09.2023, что является достаточным основанием считать, что обществу была предоставлена возможность обоснованность указанные обстоятельства.

При этом суждение заявителя об обязанности таможни в такой ситуации направить в его адрес новый запрос документов и сведений является необоснованным, поскольку реализация положений пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС является правом таможенного органа и нашла подтверждение материалами в части спорной ДТ.

В тоже время, оценивая оставшийся вывод таможенного органа об отсутствии документального подтверждения заявленной таможенной стоимости в виде невозможности принять в качестве документа, подтверждающего заявленные сведения, проформу инвойса, не имеющую ссылки на контракт или спецификацию, судебная коллегия приходит к выводу об его необоснованности, учитывая, что данный документ выставлен одновременно с коммерческим инвойсом, имеющим те же реквизиты и то же содержание, что позволяет установить относимость данной проформы инвойса к спорной поставке.

В этой связи ошибочность отдельного выводы таможни в целом не свидетельствует об отсутствии оснований для принятия оспариваемого решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары, поскольку документами, представленными в таможню, не был доказан объективный характер значительного отличия цен на декларируемые товары от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, в связи с чем не были устранены основания для проведения проверки заявленной таможенной стоимости.

При таких обстоятельствах таможня обоснованно в порядке пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС приняла решение от 28.10.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары, фактически отказав декларанту в принятии таможенной стоимости ввезенных товаров по первому методу определения таможенной стоимости.

По правилам пункта 15 статьи 38 Кодекса в случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно.

Выбор источника ценовой информации должен быть произведен таможней из числа источников, отраженных в системах специальной таможенной статистики (подпункт 7 пункта 3 статьи 351 ТК ЕАЭС), которая ведется таможенными органами в целях обеспечения задач, возложенных на таможенные органы, а не любых базах данных, формирование которых таможенными органами не контролируется, а потому достоверность которых не может быть обеспечена.

Как установлено судебной коллегией, таможенная стоимость задекларированного в спорных ДТ товара скорректирована с применением метода по стоимости сделки с однородными товарами по правилам, предусмотренным статьей 42 ТК ЕАЭС.

Согласно статье 37 ТК ЕАЭС «однородные товары» - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми.

Проверка соблюдения принципа последовательного применения методов определения таможенной стоимости товара и источника ценовой информации, выбранного таможней для изменения сведений о таможенной стоимости товаров по спорным ДТ, показала, что метод определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с однородными товарами» (третий метод) был выбран таможней последовательно, а выбранные источники ценовой информации (ДТ №10702070/300823/3355916, №10702070/080723/3278438) сопоставимы по коммерческим и качественным характеристикам со сведениями о товарах, заявленных в спорных декларациях.

В этой связи судебная коллегия приходит к выводу о том, что при выборе источников ценовой информации требования статьи 42 ТК ЕАЭС были таможней соблюдены.

Доводы заявителя об обратном с приведением иной ценовой информации получили надлежащую правовую оценку суда первой инстанции, в связи с чем коллегией суда не принимаются.

С учетом изложенного оспариваемое обществом решение от 28.10.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10702070/130923/3375774, не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы общества, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно в порядке части 3 статьи 201 АПК РФ отказал в удовлетворении заявленных требований.

В целом доводы апелляционной жалобы не могут быть приняты во внимание, поскольку не опровергают выводов суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены судебного акта.

Выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Соответственно основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы относятся судом апелляционной инстанции на заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 21.08.2024 по делу №А51-416/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.


Председательствующий


Н.Н. Анисимова

Судьи

О.Ю. Еремеева


С.В. Понуровская