Постановление от 4 сентября 2017 г. по делу № А46-583/2016

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А46-583/2016
05 сентября 2017 года
город Омск


Резолютивная часть постановления объявлена в судебном заседании 22-29 августа 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме 05 сентября 2017 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Тетериной Н.В.

судей Кудриной Е.Н., Рожкова Д.Г.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Кукаркиной О.В., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-8668/2017) индивидуального предпринимателя Рудаева Александра Степановича на решение Арбитражного суда Омской области от 15.05.2017 по делу № А46-583/2016 (судья Глазков О.В.), принятое по исковому заявлению акционерного общества «Омскэлектро» (ИНН 5506225921, ОГРН 1135543015145) к индивидуальному предпринимателю Рудаеву Александру Степановичу (ИНН 551201461087, ОГРН 310554327300199) о взыскании задолженности по договору за 1, 2, 3 этапы в сумме 3 750 620 руб. 32 коп., договорной неустойки в сумме 3 017 936 руб. 32 коп., договорной неустойки на сумму 3 750 620 руб. 32 коп. с 10.01.2016 рассчитанную как произведение 0,014 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, установленной на дату заключения настоящего договора и общего размера платы за технологическое присоединение по настоящему договору за каждый день просрочки, по день фактического исполнения обязательства, процентов на сумму долга 54 272 руб. 23 коп. с 01.01.2016 по день фактического исполнения обязательна, согласно действующей ставки рефинансирования ЦБ РФ,

при участии в судебном заседании представителей:

от индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность № 3-127 от 23.06.2016 сроком действия три года);

от акционерного общества «Омскэлектро» – ФИО4 (паспорт, доверенность № 06-11/131юр от 12.09.2016 сроком действия один год);

установил:

акционерное общество «Омскэлектро» (далее - истец, общество, АО «Омскэлектро») обратилось в Арбитражный суд Омской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее - ответчик, предприниматель, ИП ФИО2, податель жалобы) о взыскании задолженности по договору осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 11328/14 от 05.11.2014 за 1, 2, 3 этапы в сумме 3 750 620 руб. 32 коп., неустойку по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 11328/14 от 05.11.2014 за период с 20.11.2014 по 11.01.2016 в сумме 3 017 936 руб. 63 коп., неустойку начисленную на сумму 6 251 033 руб. 84 коп. с 12.01.2016 рассчитанную как произведение 0,014 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, установленной на дату заключения договора, за каждый день просрочки по день фактического исполнения обязательств по договору (с учетом уточнения).

Решением Арбитражного суда Омской области от 15.05.2017 по делу № А46-583/2016 исковые требования удовлетворены частично: с ИП ФИО2 в пользу АО «Омскэлектро» взыскана неустойка по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 11328/14 от 05.11.2014 за период с 20.11.2014 по 11.01.2016 в сумме 3 017 936 руб. 63 коп., неустойка, начисленная сумму 6 251 033 руб. 84 коп. с 12.01.2016 рассчитанную как произведение 0,014 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, установленной на дату заключения договора, за каждый день просрочки по день фактического исполнения обязательств по договору, а так же 25 344 руб. 83 коп. расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

ИП ФИО2, не согласившись с решением суда, обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование жалобы ответчик указывает на то, что договор о технологическом присоединении не подписывал, имущество (земельные участки) продано по договору купли-продажи от 24.09.2015. Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

От истца поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором общество выражает несогласие с доводами, изложенными в апелляционной жалобе.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции податель жалобы поддержал требования, изложенные в апелляционной жалобе, просил отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт, заявил ходатайство о проведении повторной экспертизы и приобщении дополнительных доводов к апелляционной жалобе.

Суд апелляционной инстанции удовлетворил ходатайство о приобщении дополнительных доводов к материалам дела.

Представитель АО «Омскэлектро» поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить решение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, считая решение суда первой инстанции законным и обоснованным, пояснил, что срок действия договора на технологическое присоединение истек, так же как и истек срок действия технических условий, при этом считает, что заявление о взыскании неустойки за спорный период без учета данных обстоятельств является правом истца. Негативные последствия неисполнения ответчиком обязанности для истца выражается в финансовых потерях, поскольку на основании договора резервируется мощность, которая не может быть предоставлена другому лицу, но и не используется ответчиком.

В порядке статьи 163, части 1 статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), в судебном заседании 22.08.2017 был объявлен перерыв до 29.08.2017, 12 час. 35 мин., информация размещена на сайте суда в сети Интернет.

Представитель АО «Омскэлектро» заявил ходатайство о приобщении возражений на апелляционную жалобу и на ходатайство о назначении повторной экспертизы, которое удовлетворено в порядке статьи 262 АПК РФ.

При оценке ходатайства о назначении повторной экспертизы суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В соответствии с частью 2 статьи 87 АПК РФ повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов, может быть назначена в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Следовательно, заявление лицом, участвующим в деле, ходатайства о назначении экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

Подобный вывод подтверждается правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении Президиума от 09.03.2011 № 13765/10.

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Согласно статье 16 указанного Закона эксперт обязан провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам.

По смыслу части 2 статьи 87 АПК РФ и статьи 20 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» повторная экспертиза назначается, если: выводы эксперта противоречат фактическим обстоятельствам дела, сделаны без учета фактических обстоятельств дела; во время судебного разбирательства установлены новые данные, которые могут повлиять на выводы эксперта; необоснованно отклонены ходатайства участников процесса, сделанные в связи с экспертизой; выводы и результаты исследований вызывают обоснованные сомнения в их достоверности; при назначении и производстве экспертизы были допущены существенные нарушения процессуального закона.

Исходя из буквального толкования приведенных норм права, в совокупности с рекомендациями, изложенными в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», следует, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом.

Как усматривается из материалов дела, судом первой инстанции назначалась почерковедческая экспертиза (заключение федерального бюджетного учреждения Омская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации от 16.03.2017).

Из материалов дела следует, что процедура назначения и проведения экспертизы соблюдена, эксперт предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, эксперт компетентен в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, имеет соответствующий опыт и квалификацию, обоснованных отводов эксперту не заявлено.

Кроме того, проанализировав упомянутое заключение эксперта, суд апелляционной инстанции считает, что оно соответствует требованиям, предъявляемым законом, экспертом полно и всесторонне исследованы представленные на экспертизу документы, исследованы не только подпись в оспариваемом договоре, вопреки утверждению подателя жалобы, но и экспериментальные и свободные образцы подписи ФИО2, представленные в распоряжение эксперта (в исследовательской части экспертного заключения указано, что на исследование поступил договор № 11328/14 от 26.09.2014, исследованию подлежат подписи от имени ФИО2, расположенные на первой и второй страницах в правом нижнем их углу, на странице третьей в строке «Рудаев Александр Степанович»; в качестве сравнительного материала представлены свободные образцы подписей ФИО2 (перечень приведен в пункте 1 на 2 странице заключения) и экспериментальные образцы), даны подробные пояснения по вопросам, поставленным на разрешение эксперта. Доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертом при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, доказательства наличия в заключениях противоречивых или неясных выводов, из материалов дела не усматриваются, и предпринимателем в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не представлены.

Отсутствие графической фиксации сходства и различия сравниваемых подписей, на что ссылается податель жалобы, не исключает достоверность экспертизы, так и сделанные по ее результатам выводов. При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что экспертом достаточно подробно и четко приведено описание совпадений и различий, выявленных при исследовании подписей.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае отсутствуют сомнения в обоснованности выводов эксперта или противоречия в его выводах, в связи с чем основания для удовлетворения ходатайства о назначении повторной экспертизы, заявленного суду апелляционной инстанции, отсутствуют.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу с дополнениями, отзыв на нее с дополнениями, заслушав представителей сторон, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для изменения обжалуемого судебного акта.

Как усматривается из материалов дела, исковые требования основаны на договоре об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 11328/14 от 26.09.2014, заключенном между АО «Омскэлектро» (сетевая организация) и ИП ФИО2 (заявитель).

Однако наличие такового и его подписание со стороны ИП ФИО2 оспаривается ответчиком, в связи с чем в суде первой инстанции последним заявлено о фальсификации обозначенного договора.

В апелляционной жалобе ее податель продолжает настаивать на том, что договор № 11328/14 от 26.09.2014 ответчиком не заключался.

Проанализировав данные возражения, суд апелляционной инстанции отклоняет их за необоснованностью.

Так, исходя из материалов дела, судом первой инстанции в соответствии со статьей 161 АПК РФ осуществлена проверка заявления ИП ФИО2 о фальсификации спорного договора, в результате чего сделан вывод о его необоснованности, принимая во внимание обстоятельства заключения договора (подачу заявки на заключение договора за подписью предпринимателя, получение проекта договора уполномоченным представителем ответчика и последующий его возврат с подписями заявителя).

Суд апелляционной инстанции поддерживает данный вывод, поскольку утверждение ответчика о том, что рассматриваемый договор подписан не предпринимателем, не подтверждено соответствующими доказательствами. Согласно заключению эксперта № 534/2-3 от 14.02.2017 не представляется возможным решить вопрос, кем исполнены подписи от имени ФИО2 в договоре № 11328/14 от 26.09.2014, самим ФИО2 или иным лицом, так как совпадающие признаки не образуют индивидуальной совокупности (относятся к часто встречающимся в почерках разных лиц), а причины различия, несмотря на их устойчивость, не удалось установить, поскольку таковые могут быть признаками почерка другого лица, так и вариантами признаков почерка ФИО2, не отобразившимися в представленных образцах, либо обусловленные действием на процесс письма «сбивающих» факторов (например, намеренным изменением ФИО2 своего почерка).

Само по себе отсутствие в договоре оттиска печати предпринимателя, на что также ссылается ответчик в обоснование фальсификации договора, не свидетельствует о не заключении договора, поскольку наличие подобного реквизита не является обязательным для договора. К тому же из материалов дела прослеживается, что подобное оформление договоров со стороны ИП ФИО2 является характерным (например, в договоре купли-продажи недвижимого имущества от 24.09.2015, представленном в качестве доказательства по делу самим ответчиком, также отсутствует оттиск печати предпринимателя).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно исходил из наличия между сторонами договорных отношений, возникших в рамках договора № 11328/14 от 26.09.2014.

Как указывалось выше, предметом иска являлось взыскание основного долга по указанному договору, так и штрафных санкций.

В удовлетворении требования АО «Омскэлектро» о взыскании с ответчика задолженности по графику оплаты платежей за технологическое присоединение в сумме 3 750 620 руб. 32 коп. судом первой инстанции отказано, поскольку, по сути, истцом заявлено о взыскании предварительной платы за технологическое присоединение в отсутствие закрепленного договором права на принудительное взыскание таковых платежей.

Самостоятельных возражений относительно взыскания авансовых платежей апелляционная жалоба, как и отзыв на нее, не содержит, поэтому оснований для переоценки выводов суда первой инстанции по этому вопросу суд апелляционной инстанции не имеет (часть 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Основные возражения подателя жалобы связаны с взысканием неустойки.

Так, согласно статьям 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается.

В соответствии с пунктом 1 договора № 11328/14 от 26.09.2014 ответчик, будучи заявителем, обязался оплатить расходы на технологическое присоединение в соответствии с условиями настоящего договора.

Размер платы за технологическое присоединение определяется в соответствии с решением Региональной энергетической комиссии по Омской области от 30.12.13 № 608/75 и составляет 6 251 033 руб. 84 коп. (пункт 10 договора).

В силу пункта 11 договора внесение платы за технологическое присоединение осуществляется заявителем в следующем порядке:

а) 10 процентов платы за технологическое присоединение вносятся в течение 15 дней со дня заключения настоящего договора в размере 625 403 руб. 38 коп.;

б) 30 процентов платы за технологическое присоединение вносятся в течение 60 дней со дня заключения настоящего договора в размере 1 875 310 руб. 15 коп.;

в) 20 процентов платы за технологическое присоединение вносятся в течение 180 дней со дня заключения настоящего договора в размере 1 250 206 руб. 78 коп.;

г) 30 процентов платы за технологическое присоединение вносятся в течение 15 дней со дня фактического присоединения в размере 1 875 310 руб. 15 коп.;

д) 10 процентов платы за технологическое присоединение вносятся в течение 10 дней со дня подписания акта о технологическом присоединении в размере 625 403 руб. 38 коп.

Как указывает истец, заявитель не исполнил свои обязательства по договору в установленные сроки, а именно, не произвел оплату за 1, 2, 3 этапы технологического присоединения согласно подпунктам «а», «б», «в» пункта 11 указанного выше договора.

В силу статьи 330 ГК РФ неустойкой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Согласно пункту 16 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861) (в редакции, действовавшей на момент заключения договора), договор о технологическом присоединении должен содержать такие существенные условия как положение об ответственности сторон за несоблюдение установленных договором и настоящими Правилами сроков осуществления мероприятий по технологическому присоединению уплатить другой стороне в течение 10 рабочих дней с даты наступления просрочки неустойку, рассчитанную как произведение 0,014 ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, установленной на дату заключения договора, и общего размера платы за технологическое присоединение по договору за каждый день просрочки.

Поскольку Правилами № 861 определен размер неустойки только за нарушение сроков осуществления мероприятий по технологическому присоединению, размер неустойки за нарушение сроков оплаты определяется сторонами при заключении договора (пункт 15 Правил № 861).

В соответствии с пунктом 17 договора в случае нарушения одной из сторон сроков исполнения своих обязательств по настоящему договору такая сторона в течение 10 рабочих дней со дня наступления просрочки уплачивает другой стороне неустойку, рассчитанную как произведение 0,014% ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, установленной на дату заключения настоящего договора, и общего размера платы за технологическое присоединение по договору за каждый день просрочки.

Таким образом, сторонами установлена, в том числе и ответственность за нарушение сроков внесения авансовых платежей.

Поскольку доказательств исполнения обязательства по внесению платы за технологическое присоединение ответчиком не представлено, данное обстоятельство и не оспаривается предпринимателем, следовательно, со стороны последнего допущено нарушение договорного обязательства, влекущее право истца на взыскание неустойки.

Между тем, истец осуществил начисление неустойки за период с 20.11.2014 по 11.01.2016 в сумме 3 017 936 руб. 63 коп., одновременно заявив требование о взыскании неустойки по день фактического исполнения обязательств по договору.

Суд апелляционной инстанции считает, что истцом неверно определен период просрочки и, как следствие, осуществлен неверный расчет суммы пени, подлежащей взысканию с ответчика.

Так, исходя из Правил № 861 (в частности пункта 10), договор технологического присоединения может быть заключен с лицом при условии наличия права собственности или иного предусмотренного законом основания на объект капитального строительства (нежилое помещение в таком объекте капитального строительства) и (или) земельный участок, на котором расположены (будут располагаться) объекты заявителя, либо права собственности или иного предусмотренного законом основания на энергопринимающие устройства.

Факт отсутствия такового исключает реальную возможность осуществления сторонами своих обязательств в рамках подобного договора, в частности выполнять мероприятия по технологическому присоединению.

В соответствии с пунктом 2 рассматриваемого договора технологическое присоединение необходимо для электроснабжения объекта, расположенного (который будет располагаться) административно-торговый комплекс на земельных участках в 50 м. севернее относительно здания по ул. Бударина, 3, кад. № 55:36:040117:3100 и относительно гаража по ул. Ленина, 9, кад. № 55:36:040117:49.

Как следует из материалов дела, ответчик утратил право собственности на имущество, в отношении которого должно было быть осуществлено технологическое присоединение, заключив договор купли-продажи б/н от 24.09.2015, переход права собственности зарегистрирован 07.10.2015.

Согласно пункту 1 статьи 407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В силу пункта 1 статьи 416 ГК РФ обязательство прекращается невозможностью исполнения, если она вызвана обстоятельством, за которое ни одна из сторон не отвечает.

Последствием невозможности исполнения является прекращение права кредитора и обязанности должника, составляющих содержание обязательства.

Применительно к рассматриваемому случаю обстоятельство прекращения права собственности предпринимателя на объекты, перечисленные в пункте 2 договора, можно отнести к обстоятельствам, обозначенным в пункте 1 статьи 416 ГК РФ, следовательно, договор технологического присоединения к электрическим сетям № 11328/14 от 26.09.2014 при таких условиях должен считаться прекратившимся невозможностью исполнения (постановление Президиума ВАС РФ от 13.03.2012 № 14594/11).

В силу пункта 4 статьи 329 ГК РФ прекращение основного обязательства влечет прекращение обеспечивающего его обязательства, если иное не предусмотрено законом или договором.

Таким образом, период начисления неустойки должен ограничиваться 07.10.2015, что не учтено истцом при расчете пени.

Следовательно, исковые требования о взыскании неустойки за просрочку исполнения обязательства по спорному договору подлежат удовлетворению с учетом даты прекращения действия договора, а именно до 07.10.2015.

При этом в отношении неустойки ответчиком заявлено о применении статьи 333 ГК РФ, в силу которой, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Из указанной выше нормы также следует и то, что уменьшение размера неустойки применяется судом только в случае, если он сочтет размер предъявленной к взысканию неустойки не соответствующим последствиям нарушения обязательства.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против злоупотребления кредитором своим правом на свободное определение размера неустойки.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату добросовестной стороне такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

В пункте 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что к последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены неполучение истцом имущества и денежных средств, других имущественных и неимущественных прав, на которые истец вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором, несение убытков.

Критериями для установления явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки над суммой убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательства (пункт 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 16.02.2016 № 80-КГ15-29, решая вопрос об уменьшении размера подлежащей взысканию неустойки, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, в том числе соотношение сумм неустойки и основного долга; длительность неисполнения обязательства; соотношение процентной ставки с размерами ставки рефинансирования; недобросовестность действий кредитора по принятию мер по взысканию задолженности; имущественное положение должника.

Согласно пункту 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7) бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Кроме того, согласно правовой позиции, сформулированной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в пункте 1 статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Предоставляя суду право уменьшить размер неустойки, закон не определяет критерии и пределы ее соразмерности. Определение несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства осуществляется судом по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В данном случае технологическое присоединение истцом на момент рассмотрения спора не осуществлено, то есть истец не понес каких-либо финансовых затрат по исполнению рассматриваемого договора, соответственно отсутствуют убытки истца, ответчиком не осуществлялось пользование услугами либо денежными средствами истца. В то же время размер неустойки, определенный договором, значительно превышает размер ставки рефинансирования.

Кроме того, неустойка определена, исходя из стоимости договора в целом, в то время как допущена просрочка в отношении отдельных этапов (при этом договором предусмотрена стоимость каждого этапа внесения авансового платежа).

Хотя положениями пункта 1 статьи 330 ГК РФ не предусмотрена обязанность истца доказывать наличие убытков, при наличии возражений ответчика истец может представить обоснование размера требуемой им неустойки.

Так, согласно пункту 74 Постановления № 7, возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

Вместе с тем истцом не приведены и в материалы дела не представлены доказательства наступления для него значительных последствий, связанных с несвоевременным выполнением ответчиком обязательств по оплате авансовых платежей, доказательства выполнения своей части мероприятий по технологическому присоединению.

Принимая во внимание изложенное, исходя из фактических обстоятельств дела, в отсутствие доказательств возникновения на стороне истца определенных негативных последствий, связанных с нарушением ответчиком договорных условий, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, считает, что испрашиваемый размер неустойки значительно превышает возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения ответчиком обязательств по договору, в связи с чем подлежит уменьшению на основании статьи 333 ГК РФ до 420 000 руб.

Суд апелляционной инстанции считает, что такое снижение размера неустойки не ущемляет права истца, а устанавливает баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что определенный с учетом применения статьи 333 ГК РФ размер неустойки не нарушает известного правового подхода о снижении до размера не менее двух ключевых ставок Центрального банка России (пункт 2 постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»). Определенный судом апелляционной инстанции размер ответственности достаточен для обеспечения восстановления нарушенных прав истца, соответствует принципам добросовестности, разумности и справедливости и не приведет к чрезмерному, избыточному ограничению имущественных прав и интересов ответчика.

Доказательств иного истцом в материалы дела не представлено (пункт 74 Постановления № 7).

В связи с этим исковые требования АО «Омскэлектро» подлежат удовлетворению частично, в размере 420 000 руб. с учетом ограничения периода взыскания неустойки (07.10.2015) и применения статьи 333 ГК РФ.

При таких обстоятельствах решение Арбитражного суда Омской области от 15.05.2017 по делу № А46-583/2016 подлежит изменению в части взыскания неустойки.

Судебные расходы подлежат распределению по правилам части 1 статьи 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 269, пунктом 3 части 1 статьи 270, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Омской области от 15.05.2017 по делу № А46-583/2016 изменить, изложив его резолютивную часть следующим образом:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) в пользу акционерного общества «Омскэлектро» (ИНН <***>, ОГРН <***>) неустойку по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 11328/14 от 05.11.2014 в сумме 420 000 руб., 19 463 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Возвратить акционерному обществу «Омскэлектро» (ИНН <***>, ОГРН <***>) из федерального бюджета 1 540 руб. 77 коп. государственной пошлины, уплаченной при подаче искового заявления платежным поручением от 13.07.2015 № 3406.

Взыскать с акционерного общества «Омскэлектро» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в размере 696 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

Н.В. Тетерина

Судьи

Е.Н. Кудрина

Д.Г. Рожков