Постановление от 7 июля 2020 г. по делу № А40-244175/2018

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-18104/2020


Москва Дело № А40-244175/18

07 июля 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июня 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 07 июля 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.С. Маслова,

судей Н.В. Юрковой и О.И. Шведко

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 20.02.2020 по делу № А40244175/18, вынесенное судьей Р.Ш. Мухамедзановым в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

о признании недействительными сделками договоров дарения от 03.04.2013, заключенных между должником и ФИО3;

при участии в судебном заседании:

в отсутствие лиц, участвующих в деле

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2019 индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ФИО2, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего Ганина A.M. о признании договоров дарения машиноместа от 03.04.2013, заключенных между Ганиным А.М. и Ганиным Никитой Александровичем (далее - Ганин Н.А., ответчик), недействительными сделками и применения последствий их недействительности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.02.2020 указанное заявление финансового управляющего должника удовлетворено, недействительными признаны следующие сделки, заключенные между Ганиным А.М.и Ганиным Н.А.:

- договор дарения машино-места б/н от 03.04.2013 в отношении недвижимого имущества - нежилого помещения, общей площадью 26,6 кв.м., кад. № 77:02:0024030:3546, этаж П, номер на поэтажном плане: этаж П, помещение I, комната 19 - машино-место 4, находящееся по адресу <...>;

- договор дарения машино-места б/н от 03.04.2013 г., в отношении недвижимого имущества - нежилого помещения, общей площадь 21,8 кв.м., кад. № 77:02:0024030:3539, этаж П, помещение I, комната 21 - машино-место 7, находящееся по адресу <...>.

Применены последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Москва) возвратить в конкурсную массу должника указанное недвижимое имущество.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением Ганин А.М. обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе ФИО2 указывает на недоказанность финансовым управляющим факта совершения оспариваемых сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в частности, на отсутствие доказательств неплатежеспособности должника на момент заключения договоров дарения, а также доказательств осведомленности об этом ФИО3 Кроме того, заявитель апелляционной жалобы обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что суд первой инстанции не принял во внимание факт отчуждения спорного имущества в пользу третьего лица.

Лица, участвующие в деле, в частности, заявитель апелляционной жалобы, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 03.04.2013 между Ганиным А.М. и Ганиным Н.А. заключен договор дарения машино-места, согласно которому даритель безвозмездно передает в собственность одаряемому машино-место, назначение: нежилое, общая площадь 26,6 кв.м., этаж П, номер на поэтажном плане: этаж П, помещение I, комната 19 - машино-место 4, находящееся по адресу г. Москва, пер. Октябрьский, д. 5.

Регистрация перехода права собственности на машино-место площадью 26,6 кв.м.произведена 16.08.2017, номер государственной регистрации перехода права собственности 77:02:0024030:3546- 77/011/2017-1.

Кроме того, 03.04.2013 между ФИО2 и ФИО3 также был заключен договор дарения машино-места, по условиям которого даритель безвозмездно передает в собственность одаряемому машино-место, назначение: нежилое, общая площадь 21,8 кв.м., этаж П, помещение I, комната 21 - машино-место 7, находящееся по адресу <...>.

Регистрация перехода права собственности на машино-место площадью 21,8 кв.м. произведена 16.08.2017, номер государственной регистрации перехода права собственности 77:02:0024030:3539- 77/011/2017-1.

Финансовый управляющий, полагая, что названные договоры дарения от 03.04.2013, заключенные между Ганиным А.М. и Ганиным Н.А., отвечают признакам недействительных сделок по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 612Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в Арбитражный суд города Москвы с рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя указанное заявление финансового управляющего должника, исходил из представления им достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемых договоров недействительными сделками.

Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами Арбитражного суда города Москвы.

Согласно пункту 13 Федерального закона от 29 июня 2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи 2139 и пункты 1 и 2 статьи 21332 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 21332Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Оспариваемые договоры дарения заключены03.04.2013, однако регистрация перехода права собственности на имущество произведена 16.08.2017.

Следовательно, учитывая указанные выше разъяснения рассматриваемые сделки могут быть оспорена как по специальным основаниям Закона о банкротстве, так и по общим основаниям Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 612Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –Постановление № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Заявление о признании ФИО2 банкротом принято к производству определением Арбитражного суда города Москвы от 22.10.2018. Оспариваемые договоры заключены03.04.2013. Однако, поскольку по договорам дарения отчуждено недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами договора, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а дату регистрации перехода права собственности – 16.08.2017. Следовательно, спорные сделки совершены в течение срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 612 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, на момент совершения сделок ФИО2 имел неисполненные обязательства перед АО «Банк Русский Стандарт», АКБ «Инвестиционный торговый банк», ООО «СБК Уран», которые впоследствии были подтверждены в судебном порядке, а после возбуждения дела о банкротстве – включены в реестр требований кредиторов должника.

При этом ссылки ФИО2 на то, что судебные акты о взыскании с него задолженности в пользу названных кредиторов были приняты уже после отчуждения спорного имущества не могут быть приняты во внимание, поскольку правовое значение имеет именно дата возникновения обязательств, а не дата принятия по ним судебного решения.

В пункте 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве отмечено, что для целей настоящего параграфа под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что имеет место хотя бы одно из следующих обстоятельств:

- гражданин прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил;

- более чем десять процентов совокупного размера денежных обязательств и (или) обязанности по уплате обязательных платежей, которые имеются у гражданина и срок исполнения которых наступил, не исполнены им в течение более чем одного месяца со дня, когда такие обязательства и (или) обязанность должны быть исполнены;

- размер задолженности гражданина превышает стоимость его имущества, в том числе права требования;

- наличие постановления об окончании исполнительного производства в связи с тем, что у гражданина отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о неплатежеспособности должника на момент заключения оспариваемых договоров дарения.

Материалами дела подтверждается, что ФИО3 является сыном должника. Следовательно, в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве осведомленность ответчика о неплатежеспособности должника презюмируется.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причинённым имущественным правам кредиторов, понимается любое уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику.

Как указывалось ранее, недвижимое имущество было передано ответчику безвозмездно.

Следовательно, в результате совершения оспариваемых сделок размер имущества ФИО2 уменьшился, при этом должник не получил никакого встречного исполнения.

На основании изложенного суд приходит к выводу о представлении финансовым управляющим надлежащих доказательств наличия оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 612 Закона о банкротстве, для признания оспариваемых договоров дарения недействительными сделками.

Что касается доводов финансового управляющего должника о наличии оснований, предусмотренных статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания оспариваемых платежей недействительными суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Финансовый управляющий должника, заявляя о злоупотреблении сторонами правом при совершении оспариваемых сделок, указывает на безвозмездное отчуждение имущества должника в пользу заинтересованного лица, то есть фактически повторяет свои доводы о совершении сделок с целью причинения вреда.

Однако суд апелляционной инстанции учитывает, что в силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11).

В настоящем обособленном споре финансовый управляющий ссылается только на факты, свидетельствующие о наличии совокупности обстоятельств, необходимой для признания сделок недействительными по основанию статьи 612 Закона о банкротстве, не приводя при этом доводов о наличии у спорных сделок пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок.

Следовательно, основания, предусмотренные статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания оспариваемых договоров недействительными сделками финансовым управляющим должника не доказаны.

Доводы апелляционной жалобы о недоказанности финансовым управляющим факта совершения оспариваемых сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в частности, на отсутствие доказательств неплатежеспособности должника на момент заключения договоров дарения, а также доказательств осведомленности об этом ФИО3 были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, в том числе по мотивам, изложенным выше. При этом суд первой инстанции правомерно отклонил ссылки ФИО2 на отсутствие у него признаков недостаточности имущества, в связи с наличием в собственности более 60 объектов и прав участника долевого строительства, поскольку указанные права были предметом залога перед ООО «СБК Уран»; кроме того наличие у должника имущества не опровергает факт прекращения им расчетов с кредиторами, что в силу положения статьи 2136 Закона о банкротстве свидетельствует о его неплатежеспособности.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не принял во внимание факт отчуждения спорного имущества в пользу третьего лица отклоняется, как необоснованный. При рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции ни должником, ни ответчиком не представлялось доказательств выбытия спорного имущества из собственности ФИО3 Дополнительные документы, приложенные к апелляционной жалобе, возвращены заявителю протокольным определением со ссылкой на нарушение положений статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, в случае если на стадии исполнения судебного акта подтвердиться довод об отчуждении ФИО3 спорного имущества в пользу третьего лица способ и порядок исполнения определения Арбитражного суда города Москвы от 20.02.2020 может быть изменен на основании статьи 324 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной жалобы, однако они не опровергают выводы суда, положенные в основу определения, и не могут служить основанием для его отмены и удовлетворения апелляционной жалобы. По сути, доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с оценкой доказательств судом первой инстанции, с которой соглашается суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьями 266 – 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 20.02.2020 по делу № А40244175/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2– без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: А.С. Маслов


Судьи: О.И. Шведко

Н.В. Юркова