Постановление от 16 ноября 2023 г. по делу № А57-23389/2022

114/2023-51208(2)



ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-23389/2022
г. Саратов
16 ноября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 09 ноября 2023 года. Полный текст постановления изготовлен 16 ноября 2023 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Самохваловой А.Ю., судей Савенковой Н.В., Шалкина В.Б.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2

на решение Арбитражного суда Саратовской области от 01 сентября 2023 года по делу № А57-23389/2022

по иску индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП 319645100007201, ИНН <***>), Саратовская область, Саратовский район, р.п. Соколовый

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 311645309500169, ИНН <***>), г. Саратов

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, МКУ «Транспортное управление», акционерное общество «Ершовское автотранспортное предприятие» о взыскании задолженности по договору, неустойки,

при участии в судебном заседании представителя индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО4, действующего на основании доверенности от 18.02.2021, представителя индивидуального предпринимателя ФИО3 – ФИО5, действующей на основании доверенности от 05.02.2023,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее - ИП ФИО3, истец) обратился в Арбитражный суд Саратовской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее ИП

Штыркова Л.А., ответчик) о взыскании задолженности по договору № 5 от 08.04.2019 в размере 924 400 руб., неустойки, начисленной на сумму задолженности за период с 01.09.2020 по 25.07.2022 в размере 6 406 092 руб., неустойки в размере 1% за каждый день просрочки, начисленной на сумму задолженности 924 400 руб. за период с 26.07.2022 до полного исполнения обязательства.

До рассмотрения спора по существу истец уточнил исковые требования, просил взыскать с ответчика задолженность по договору № 5 от 08.04.2019 в размере 489 250 руб., неустойку, начисленную на сумму задолженности 489 250 руб. за период с 01.10.2022 по 14.08.2023, в размере 1 555 815 руб., неустойку в размере 1% за каждый день просрочки, начисленную на сумму задолженности 489 250 руб. за период с 15.08.2023 до полного исполнения обязательства. Уточнения исковых требований приняты судом.

01 сентября 2023 года Арбитражным судом Саратовской области с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО3 взыскана задолженность по договору от 08.04.2019 № 5 в размере 489 250 руб.; неустойка, начисленная на сумму задолженности 489 250 руб., за период с 02.10.2022 по 25.08.2023 (на момент вынесения решения) в размере 160 474 руб., неустойка, начисленная на сумму задолженности, начиная с 26.08.2023 в размере 1% за каждый день просрочки до полного исполнения обязательства. В удовлетворении остальной части требования о взыскании неустойки отказано. Взыскана с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 15 995 руб. Взысканы с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Приоритет-Оценка» расходы по производству судебной экспертизы в размере 80 000 руб.

Индивидуальный предприниматель ФИО2 не согласилась с принятым судебным актом и обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Заявитель апелляционной жалобы считает, что суд первой инстанции сделал необоснованный вывод относительно того, что с июля по август 2020 года ИП ФИО3 продолжал оказывать ответчику диспетчерские услуги по спорному договору, однако ИП ФИО2, принимая эти услуги, уклонилась от подписания актов сдачи-приемки услуг в указанный период; акты оказанных услуг по спорному договору ИП ФИО2 не направлялись, ведомости учета рейсов не были заверены ИП ФИО3; ходатайство о вызове эксперта для дачи пояснений по проведенной экспертизе необоснованно было не удовлетворено судом, что в числе прочего привело к неверным выводам суда; суд первой инстанции необоснованно принял в качестве доказательств по делу показания свидетеля ФИО6, необоснованно отказал в снижении размера неустойки с момента вынесения решения и до момента фактического исполнения обязательств, удовлетворив требование о взыскании неустойки в размере 1% за каждый день просрочки исполнения обязательств по оплате; отнесение расходов на оплату стоимости проведения судебной экспертизы на ИП ФИО2 является необоснованным, так как судом первой инстанции экспертное заключение фактически признано недопустимым доказательством, которому судом первой инстанции дана критическая оценка.

От ИП ФИО3 в суд поступили письменные пояснения на апелляционную жалобу, согласно которым решение суда не подлежит отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению.

Представители сторон в судебном заседании поддержали свои вышеизложенные доводы.

Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность применения норм материального права в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного

процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, 08 апреля 2019 года между ИП ФИО3 (Диспетчерская служба) и ИП ФИО7 (Перевозчик) заключен договор оказания диспетчерских услуг № 5, согласно которому Диспетчерская служба обязалась предоставлять Перевозчику услуги по круговому движению пассажирских автобусов на маршрутах регулярных перевозок №№ 46, 87, 97, 110 и 115, путем анализа и учета движения с фиксированием данных непосредственно на конечных остановочных пунктах в пределах города Саратова (п. 1.1 договора).

Согласно п. 1.2 договора Диспетчерская служба силами своих сотрудников, находящихся на конечных остановочных пунктах маршрута в соответствии с п. 1.1 договора осуществляет организацию кругового движения автобусов, подает сигнал об отправке автобуса на маршрут, определяет очередность движения автобусов, при необходимости (ДТП, недомогание водителя, иные обстоятельства) осуществляет изменение очередности движения автобусов.

Предоставление услуг по настоящему договору Диспетчерская служба осуществляет посредством передачи информации через сотрудников лично водителям автобусов, посредством телефонной связи, через сеть интернет, любым иным доступным для сторон способом (п. 11.3 договора).

Согласно пункту 2.2.1 Перевозчик обязался своевременно и в полном объеме оплачивать оказанные услуги.

В соответствии с разделом 3 заключенного Договора, цена услуг определена в приложении № 1 к Договору. Оказание услуг подтверждается подписанием актов выполненных работ, не реже одного раза в неделю (п. 3.2 договора).

Оплата за оказанные услуги производится в течение трех банковских дней с момента получения документов.

В случае задержки платежей перевозчику начисляется неустойка в размере 1 процент от суммы задолженности за каждый день просрочки до момента полного погашения долга (п. 3.3 договора).

В соответствии с приложением № 1 к договору вознаграждение Диспетчерской службе, стороны согласовали в следующем размере: - маршрут № 46 - 350 руб. за один автобус, за один рабочий день; - маршрут № 87 - 350 руб. за один автобус, за один рабочий день; - маршрут № 97 - 300 рублей за один автобус, за один рабочий день; - маршрут № 110 - 350 руб. за один автобус, за один рабочий день; - маршрут № 115 - 350 руб. за один автобус, за один рабочий день;

01 ноября 2019 года между сторонами договора заключено дополнительное соглашение к договору, согласно которому приложение к договору изложено в новой редакции, а именно: вознаграждение Диспетчерской службе, стороны согласовали в следующем размере: - маршрут № 46 - 350 руб. за один автобус, за один рабочий день; - маршрут № 87 - 350 руб. за один автобус, за один рабочий день; - маршрут № 97 - 250 руб. за один автобус, за один рабочий день; - маршрут № 110 - 300 руб. за один автобус, за один рабочий день; - маршрут № 115 - 350 руб. за один автобус, за один рабочий день.

За период действия договора сторонами подписывались акты сдачи-приемки работ и акты сверки взаимных расчетов подписывались.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 01.06.2022 по делу № А571018/2022, вступившим в законную силу, с ИП ФИО8 в пользу ИП ФИО3 взыскана задолженность по договору № 5 от 08.04.2019 за период с 01.01.2020 по 01.07.2020. Договор сторонами не расторгнут.

В период с июля по август 2020 года ИП ФИО3 продолжал оказывать ответчику диспетчерские услуги, однако ИП ФИО2 уклонилась от подписания актов сдачи-приемки услуг в указанный период.

На момент подачи иска сформировалась задолженность ИП Штырковой Л.А. перед ИП Мусатовым А.В. за оказанные диспетчерские услуги в размере 924 400 руб. за июль- август 2020 года.

В подтверждение факта оказания услуг истцом представлены акты сдачи-приемки оказанных услуг за июль, август 2020 года, подписанные в одностороннем порядке, ведомости учета рейсов, содержащие подписи и печати сторон. Отказ от подписания актов сдачи-приемки оказанных услуг и их оплаты явился основаниям для обращения истца в суд с настоящим иском. Претензия, направленная истцом в адрес ответчика 28.07.2022, оставлена последним без ответа и удовлетворения.

До рассмотрения спора по существу истец уточнил исковые требования, уменьшив их размер до 489 250 руб.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Статья 307 ГК РФ предусматривает, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

На основании статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу положений статьи 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Эффективная судебная защита нарушенных прав может быть обеспечена своевременным заявлением возражений или встречного иска. Арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск.

При подготовке к судебному разбирательству дела о взыскании по договору арбитражный суд определяет круг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, к которым относятся обстоятельства о соблюдении правил его заключения, наличии полномочий на заключение договора у лиц, его подписавших (пункты 1, 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств»).

В силу пунктов 1, 4 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Принцип свободы договора предполагает добросовестность действий его сторон, разумность и справедливость его условий, в частности, их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

Свобода договора предполагает, что стороны действуют по отношению друг к другу на началах равенства и автономии воли и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах, при этом не означает, что стороны при заключении договора могут действовать и осуществлять права по своему усмотрению без учета прав других лиц (своих контрагентов), а также ограничений, установленных Кодексом и другими законами.

В соответствии со статьей 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Норма, определяющая права и обязанности сторон договора, толкуется судом исходя из ее существа и целей законодательного регулирования, то есть суд принимает во внимание не только буквальное значение содержащихся в ней слов и выражений, но и те цели, которые преследовал законодатель, устанавливая данное правило (пункт 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 марта 2014 года № 16 «О свободе договора и ее пределах»).

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду (пункт 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Договор оказания услуг от 08 апреля 2019 года, исходя из действительной воли сторон, является договором возмездного оказания услуг и регулируется, как общими положениями гражданского законодательства, так и специальными нормами для отдельных видов обязательств, содержащихся в главе 39 «Возмездное оказание услуг» ГК РФ.

Статья 779 ГК РФ предусматривает, что по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Предметом договора возмездного оказания услуг является совершение определенных действий или осуществление определенной деятельности. Правила настоящей главы применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41, 44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 настоящего Кодекса. По природе договора возмездного оказания услуг, в котором отсутствует материальный результат действия, оплачивается услуга как таковая (статьи 779 - 783 ГК РФ).

Неисполнение ответчиком обязательства по своевременной оплате оказанных истцом услуг по вышеназванному договору в полном объеме послужило основанием для обращения истца с настоящим иском в арбитражный суд первой инстанции.

Согласно нормам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Частью 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой

стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

На основании пункта 1 статьи 408 ГК РФ надлежащее исполнение прекращает обязательство. В соответствии с нормами гражданского законодательства обязательственные правоотношения между коммерческими организациями основываются на принципах возмездности и эквивалентности обмениваемых материальных объектов и недопустимости неосновательного обогащения.

Поэтому обязанность оплаты полученных юридическим лицом результатов оказанных услуг зависит от самого факта их принятия этим лицом.

Учитывая вышеизложенное, принятие услуг заказчиком является основанием для возникновения у последнего обязательства по их оплате в соответствии со статьей 781 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 781 ГК РФ предусмотрено, что заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

По смыслу статей 779, 781 ГК РФ услуга в качестве предмета договора неотделима от процесса ее оказания и потребляется в процессе исполнения договора возмездного оказания услуг, следовательно, услуги могут не иметь материального результата, который можно было бы сдать или принять, в то же время оплате подлежат фактически оказанные услуги. При возмездном оказании услуг заказчика интересует именно деятельность исполнителя, не приводящая непосредственно к созданию вещественного результата и связанная с совершением действий, не имеющих материального воплощения.

Указанная правовая позиция отражена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27 апреля 2010 года № 18140/09 по делу № А56-59822/2008.

При рассмотрении споров, связанных с оплатой оказанных в соответствии с договором услуг, арбитражным судам необходимо руководствоваться положениями статьи 779 ГК РФ, по смыслу которых исполнитель может считаться надлежаще исполнившим свои обязательства при совершении указанных в договоре действий (деятельности).

При этом следует исходить из того, что отказ заказчика от оплаты фактически оказанных ему услуг не допускается (пункт 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 сентября 1999 года № 48 «О некоторых вопросах судебной практики, возникающих при рассмотрении споров, связанных с договорами на оказание правовых услуг»).

Согласно статье 783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702-729) и положения о бытовом подряде (статьи 730-739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779-782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

На основании статьи 711 ГК РФ, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно. Подрядчик вправе требовать выплаты ему аванса либо задатка только в случаях и в размере, указанных в законе или договоре подряда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 720 ГК РФ Федерации заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику. Сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из

сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом, и акт подписывается другой стороной. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными (пункт 4 статьи 753 ГК РФ).

Статья 753 ГК РФ предусматривает возможность составления одностороннего акта. Названная норма защищает интересы подрядчика, если заказчик необоснованно отказался от надлежащего оформления документов, удостоверяющих приемку.

Указанная норма означает, что оформленный в таком порядке акт является доказательством исполнения подрядчиком обязательства по договору и при отказе заказчика от оплаты на суд возлагается обязанность рассмотреть доводы заказчика, обосновывающие его отказ от подписания акта приемки результата работ (пункт 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 января 2000 года № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).

В подтверждение факта оказания услуг истцом в материалы дела представлены акты сдачи-приемки выполненных работ № 133 от 13.07.2020, № 134 от 21.07.2020, № 135 от 03.08.2020, № 136 от 11.08.2020, № 137 от 21.08.2020, № 138 от 01.09.2020, подписанные в одностороннем порядке ИП ФИО3, а также ведомости учета рейсов по маршрутам № 97 и № 110, № 46, № 115, № 87.

Указанные ведомости содержат подписи и оттиски печати ИП ФИО2 и ИП ФИО3

С целью проверки сведений, указанных в ведомостях учета рейсов, судом были истребованы из МКУ «Транспортное Управление» заверенные копии ведомостей учета рейсов по маршрутам № 97, № 110, № 46, № 115, № 87, которые представлены в материалы дела.

Из анализа ведомостей учета рейсов по маршруту № 97 следует, что в графе Ф.И.О. диспетчера указан ФИО6, в ведомостях учета рейсов по маршрутам № 110, 46, 115 значится ФИО9

Как следует из письменной позиции ответчика и пояснений представителя ответчика, в спорный период времени ведомости учета рейсов заполнялись ИП ФИО2, что объясняет отсутствие подписи ФИО9 в некоторых ведомостях, а в остальных случаях, где ведомости заверены подписями, именно она привлекала диспетчеров для оказания ей услуг и производила расчеты конкретно с диспетчерами за предоставленные услуги.

Кроме того, ссылается, что в спорный период времени у ИП ФИО3 данные диспетчеры не работали и не оказывали услуги в рамках договора оказания диспетчерских услуг № 5 от 08.04.2019.

В подтверждение трудоустройства у ИП ФИО3 в спорный период времени диспетчеров ФИО6 и ФИО9 и осуществление ими диспетчерской работы от имени истца, последним представлены и приобщены к материалам дела договор возмездного оказания услуг № 5 от 01.06.2020, заключенный между ИП ФИО3 и ФИО6, а также акты выполненных услуг к указанному договору от 31.07.2020 и 31.08.2020. Также к материалам дела приобщен трудовой договор № 11 от 08.04.2019, заключенный между ИП ФИО3 и ФИО9, а также договор возмездного оказания услуг № 12 от 01.08.2020, заключенный между ИП ФИО3 и ФИО9, а также акт выполненных услуг к указанному договору от 31.08.2020.

Ответчиком заявлено о фальсификации договора возмездного оказания услуг № 5 от 01.06.2020, заключенного между ИП ФИО3 и ФИО6, акта выполненных услуг к указанному договору от 31.07.2020 и 31.08.2020, а также договора возмездного оказания услуг № 12 от 01.08.2020, заключенного между ИП ФИО3 и ФИО9 и акта выполненных услуг к указанному договору от 31.08.2020.

Судом заявление о фальсификации принято к рассмотрению по правилам статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Для проверки достоверности заявления о фальсификации ответчиком заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы.

У истца и ответчика отобрана расписка о разъяснении уголовной ответственности по ст. 306, 303 УК РФ в связи с заявлением о фальсификации доказательств по делу.

Истцу предложено исключить оспариваемые документы из числа доказательств.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 22.03.2023 назначена судебная техническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Приоритет-Оценка» ФИО10

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1. Определить, соответствуют ли дата выполнения подписей и дата нанесения печати ИП ФИО3 в договоре возмездного оказания услуг № 5 от 01.06.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО6, дате, указанной в нем – 01.06.2020? Если нет, то в какой период времени они выполнены?

2. Определить, соответствуют ли дата выполнения подписей и дата нанесения печати ИП ФИО3 в акте выполненных услуг от 31.07.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО6 по договору возмездного оказания услуг № 5 от 01.06.2020, дате, указанной в нем – 31.07.2020? Если нет, то в какой период времени они выполнены?

3. Определить, соответствуют ли дата выполнения подписей и дата нанесения печати ИП ФИО3 в акте выполненных услуг от 31.08.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО6 по договору возмездного оказания услуг № 5 от 01.06.2020 дате, указанной в нем – 31.08.2020? Если нет, то в какой период времени они выполнены?

4. Определить, соответствуют ли дата выполнения подписей и дата нанесения печати ИП ФИО3 в договоре возмездного оказания услуг № 12 от 01.08.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО9, дате, указанной в нем – 01.08.2020? Если нет, то в какой период времени они выполнены?

5. Определить, соответствуют ли дата выполнения подписей и дата нанесения печати ИП ФИО3 в акте выполненных услуг от 31.08.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО9 по договору возмездного оказания услуг № 12 от 01.08.2020, дате, указанной в нем – 31.08.2020? Если нет, то в какой период времени он выполнен?

Через канцелярию суда от экспертного учреждения поступили материалы дела и экспертное заключение № 03/23-65.

Экспертом даны следующие ответы на поставленные судом вопросы:

Ответ на вопрос № 1. Штрихи и подписи от имени ФИО3 на третьем листе договора возмездного оказания услуг № 5 от 01.06.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО6, непригодны для применения используемой методики, так как штрихи указанной подписи имеют значительные наложения со штрихами оттиска печати с текстом в центре «ФИО3.

Период выполнения подписи от имени ФИО6 на третьем листе договора возмездного оказания услуг № 5 от 01.06.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО6 составляет не ранее декабря 2022 года и не соответствует дате, указанной в документе – «1 июня 2020 года».

Период выполнения оттиска печати с текстом в центре «ФИО3» на третьем листе договора возмездного оказания услуг № 5 от 01.06.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО6, составляет не ранее января 2023 года и не соответствует дате, указанной в документе – «1 июня 2020 года».

Ответ на вопрос № 2. Период выполнения подписи от имени ФИО3 в акте выполненных услуг от 31.07.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО6

по договору возмездного оказания услуг № 5 от 01.06.2020, составляет не ранее января 2023 года и не соответствует дате, указанной в документе – «31 июля 2020 года». Период выполнения подписи от имени Д.С. Свиткина в акте выполненных услуг от 31.07.2020, подписанном ИП Мусатовым А.В. и Свиткиным Д.С. по договору возмездного оказания услуг № 5 от 01.06.2020, составляет не ранее января 2023 года и не соответствует дате, указанной в документе – «31 июля 2020 года». Определить период выполнения оттиска печати с текстом в центре «МУСАТОВ Алексей Владиславович» в акте выполненных услуг от 31.07.2020, подписанном ИП ИП Мусатовым А.В. и Свиткиным Д.С. по договору возмездного оказания услуг № 5 от 01.06.2020, не представляется возможным, так как по показателям изменения (уменьшения на 77,6 %) относительного содержания глицерина (маркера старения) в штемпельной краске, которой выполнены штрихи вышеуказанного оттиска, дальнейший расчет приведет к недостоверным результатам и к необоснованным выводам.

Ответ на вопрос № 3. Период выполнения подписи от имени ФИО3 в акте выполненных услуг от 31.08.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО6 по договору возмездного оказания услуг № 5 от 01.06.2020, составляет не ранее декабря 2022 года и не соответствует дате, указанной в документе – «31 августа 2020 года».

Определить период выполнения подписи от имени ФИО6 в акте выполненных услуг от 31.08.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО6 по договору возмездного оказания услуг № 5 от 01.06.2020, не представляется возможным, так как по показателям изменения (уменьшения на 62%) относительного содержания 2- фенокси-этанола (маркера старения) в пасте шариковой ручки, которой выполнены штрихи вышеуказанной подписи, дальнейший расчет приведет к недостоверным результатам и к необоснованным выводам.

Определить период выполнения оттиска печати с текстом в центре «ФИО3» в акте выполненных услуг от 31.08.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО6 по договору возмездного оказания услуг № 5 от 01.06.2020, не представляется возможным, так как по показателям изменения (уменьшения на 74,9 %) относительного содержания глицерина (маркера старения) в штемпельной краске, которой выполнены штрихи вышеуказанного оттиска, дальнейший расчет приведет к недостоверным результатам и к необоснованным выводам.

Ответ на вопрос № 4. Период выполнения подписи от имени ФИО3 на третьем листе договора № 12 от 01.08.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО9, составляет не ранее января 2023 года и не соответствует дате, указанной в документе – «1 августа 2020 года». Период выполнения подписи от имени ФИО9 на третьем листе договора № 12 от 01.08.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО9, составляет не ранее декабря 2022 года и не соответствует дате, указанной в документе – «1 августа 2020 года».

Определить период выполнения оттиска печати с текстом в центре «ФИО3» на третьем листе договора № 12 от 01.08.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО9, не представляется возможным, так как по показателям изменения (уменьшения на 61 %) относительного содержания глицерина (маркера старения) в штемпельной краске, которой выполнены штрихи вышеуказанного оттиска, дальнейший расчет приведет к недостоверным результатам и к необоснованным выводам.

Ответ на вопрос № 5. Период выполнения подписи от имени ФИО3 в акте выполненных услуг от 31.08.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО9 по договору возмездного оказания услуг № 12 от 01.08.2020, составляет не ранее ноября 2022 года и не соответствует дате, указанной в документе – «31 августа 2020 года». Период выполнения подписи от имени ФИО9 в акте выполненных услуг от 31.08.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО9 по

договору возмездного оказания услуг № 12 от 01.08.2020, составляет не ранее ноября 2022 года и не соответствует дате, указанной в документе – «31 августа 2020 года».

Определить период выполнения оттиска печати с текстом в центре «ФИО3» на акте выполненных услуг от 31.08.2020, подписанном ИП ФИО3 и ФИО9, не представляется возможным, так как по показателям изменения (уменьшения на 71,6%) относительного содержания глицерина (маркера старения) в штемпельной краске, которой выполнены штрихи вышеуказанного оттиска, дальнейший расчет приведет к недостоверным результатам и к необоснованным выводам.

Истцом исключены из числа доказательств договор возмездного оказания услуг № 12 от 01.08.2020, заключенный между ИП ФИО3 и ФИО9, акт выполненных услуг к указанному договору от 31.08.2020, уменьшен размер заявленных требований в части основного долга, исключены из актов к оплате услуги, оказанные диспетчером ФИО9 в августе 2020 года.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

В соответствии с пунктом 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение экспертизы исследуется судом наряду с другими доказательствами по делу.

Оценка доказательств судом производится по правилам, предусмотренным статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

По результатам ознакомления с экспертным заключением от истца и ответчика поступили письменные вопросы эксперту по проведенному экспертному исследованию.

От эксперта ФИО10 поступили письменные пояснения по вопросам заданным истцом и ответчиком от 18.07.2023 и 10.08.2023, согласно которым эксперт поддержал выводы, изложенные в экспертном заключении. Давая оценку представленному экспертному исследованию, суд не может принять его в качестве бесспорного доказательства заведомой фальсификации оспариваемых ответчиком доказательств, представленных истцом, по следующим основаниям.

В представленном заключении эксперт делает категорический вывод об абсолютной давности реквизитов документов, а также самих исследуемых документов, указывая, что они выполнены не ранее декабря 2022 года и января 2023 года.

При этом, как следует из материалов дела, исследуемые документы в копиях приобщены к материалам дела в октябре 2022 года (том 1 л.д. 138-153), подлинные документы, исследованные экспертом, поступили в суд и приобщены к материалам дела до 16 декабря 2022 года (том 3 л.д. 68-77).

Следует отметить, что договор и акты, которые не исключены из числа доказательств, скреплены печатью ИП ФИО3, давность проставления печати не определена.

Суд первой инстанции критически оценил использованный экспертом при выполнении экспертизы метод определения содержания и динамики 2-фенексиэтанола, являющегося маркером старения, поскольку, избранная экспертом «Методика определения давности выполнения реквизитов в документах по относительному содержанию в штрихах летучих растворителей», (ФИО11, ФИО12, ФИО13 Н.А.Ю., ФИО14, ФИО15 // Теория и практика судебной

экспертизы № 2 (30) 2013) непригодна для исследования документов, возраст которых на дату начала исследования составляет 2 года и более, при том, что экспертное исследование спорных документов от 01.06.2020, 31.07.2020, 31.08.2020, то есть заведомо в период, превышающий двухлетний срок (исследование проводилось с 04.04.2023 по 23.05.2023).

В связи с изложенным суд признал, что частично выводы эксперта не отвечают критериям допустимости и не могут является надлежащими доказательствами применительно к положениям статей 67, 68 АПК РФ.

Представленная ответчиком рецензия общества с ограниченной ответственностью «Многопрофильный центр экспертиз и исследования документа «Гарант» на экспертное заключение общества с ограниченной ответственностью «Приоритет-Оценка», правомерно не принята судом первой инстанции во внимание, поскольку рецензия не может являться доказательством, опровергающим или подтверждающим выводы экспертизы. Действующее процессуальное законодательство и законодательство об экспертной деятельности не предусматривает рецензирование экспертных заключений.

Довод жалобы о необоснованном отказе судом в удовлетворении ходатайства о вызове и допросе эксперта подлежит отклонению, поскольку удовлетворение такого ходатайства является правом, а не обязанностью суда. Суд наделен полномочиями принимать решение о вызове и допросе свидетеля, исходя из конкретных обстоятельств дела и при наличии для этого соответствующих оснований. При установлении всех имеющих значение для дела фактов и документальном подтверждении выводов суда материалами дела отказ в вызове свидетеля не может являться основанием для утверждения о неполном исследовании и выяснении судом всех обстоятельств настоящего дела.

Ходатайств о проведении дополнительной или повторной экспертизы лицами, участвующими в деле, заявлено не было.

В удовлетворении ходатайства о вызове эксперта для дачи пояснений по экспертизе отказано, ввиду отсутствия необходимости.

Довод апеллянта о том, что заключение судебной экспертизы не может быть признано надлежащим доказательством, поскольку эксперт не был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, апелляционный суд рассмотрел и отклонил, поскольку определением от 22.03.2023 суд поручил руководителю ООО «Приоритет - Оценка», разъяснить эксперту права и обязанности, предусмотренные ст.55 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и предупредить об уголовной ответственности в соответствии со ст.307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, что соответствует требованиям части 4 статьи 82 АПК РФ.

Доводы апелляционной жалобы о несоответствии выводов суда обстоятельствам дела и нормам материального права апелляционный суд отклоняет, так как они не нашли подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Проведя в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверку заявления истца о фальсификации доказательств, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления о фальсификации и признании достоверными следующих доказательств: договора возмездного оказания услуг № 5 от 01.06.2020, заключенного между ИП ФИО3 и ФИО6, акта выполненных услуг к указанному договору от 31.07.2020 и 31.08.2020.

Договор возмездного оказания услуг № 12 от 01.08.2020, заключенный между ИП ФИО3 и ФИО9, акт выполненных услуг к указанному договору от 31.08.2020 исключены истцом из числа доказательств самостоятельно на основании письменного заявления. ФИО6 был допрошен в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции в качестве свидетеля и подтвердил заключение им договора возмездного оказания услуг с ИП ФИО3, а также подписание актов

выполненных работ и получения денежных средств за свою работу по диспетчеризации маршрута 97 именно от ИП Мусатова А.В.

Не доверять показаниям свидетеля ФИО6 у суда первой инстанции не имелось, поскольку они согласуются с иными материалами дела.

В апелляционной жалобе ответчик ставит под сомнение показания свидетеля ФИО6 указывая, что ИП ФИО3 и еще один работодатель ФИО6 ИП ФИО16 являются родственниками.

Данный довод отклоняется апелляционным судом, поскольку не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Довод ответчика о том, что к показаниям свидетеля ФИО6 стоит отнестись критически, поскольку длительный период времени он находился в гражданско-правовых отношениях с истцом, а в последующем был официально трудоустроен у ФИО16, и он может быть заинтересован в рассмотрении дела, подлежит отклонению, поскольку не подтвержден соответствующими доказательствами.

В материалах дела имеется трудовой договор, заключенный 08.04.2019 между ИП ФИО3 и ФИО9, который ответчиком не оспаривался, также представлены сведения о застрахованных лицах по форме СЗВ-М за май-июль 2020 года, в которых указана ФИО9, справки формы 2-НДФЛ на указанное лицо, которые в совокупности подтверждают трудовые отношения между ИП ФИО3 (работодатель) и ФИО9 (работник) в период, в том числе, июль 2020 года.

Исходя из представленных доказательств, доводы ответчика о том, что ведомости заполнялись самой ФИО2 и указанные выше лица не являлись работниками ИП ФИО3, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

На представленных истцом в материалах дела ведомостях имеются подписи как ИП ФИО3, так и ИП ФИО2, подписи скреплены печатями, установлен факт передачи ведомостей учета рейсов в спорный период ИП ФИО2 в МКУ «Транспортное управление».

У суда отсутствуют основания сомневаться в достоверности сведений, содержащихся в представленных ведомостях учета рейсов. Доводы ответчика о том, что услуги не оказывались истцом в спорный период, не подтвержден какими-либо доказательствами.

Согласно расшифровке расчета задолженности, представленной истцом, с учетом уменьшения заявленных требований, истец просит взыскать с ответчика задолженность по оплате оказанных услуг: по акту сдачи-приемки выполненных работ № 133 от 13.07.2020 за период с 01.07.2020 по 10.07.2020 в размере 139 150 руб., исключив из акта стоимость услуг на маршруте № 87 - 3500 руб. (142650-3500); по акту сдачи-приемки выполненных работ № 134 от 21.07.2020 за период с 11.07.2020 по 20.07.2020 в размере 139 550 руб., исключив из акта стоимость услуг на маршруте № 87 - 3500 руб. (143050-3500); по акту сдачи-приемки выполненных работ № 135 от 03.08.2020 за период с 21.07.2020 по 31.07.2020 в размере 165 050 руб., исключив из акта стоимость услуг на маршруте № 87 - не 3850 руб. (168 900-3850).

Таким образом, задолженность за оказанные диспетчерские услуги на маршрутах № 46, № 97, № 110, № 115 за период с 01.07.2020 по 31.07.2020 составляет (139150+139550+165050)= 443 750 руб.

Доводы апелляционной жалобы о том, что акт сверки взаимных расчетов от 15.10.2020 не содержит информации о наличии задолженности за период с 01.07.2020 по 31.08.2020 и никем не оспорен, отклоняются апелляционным судом.

Акт сверки не является первичным бухгалтерским документом и сам по себе при отсутствии надлежащих доказательств оплаты оказанных услуг не является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, факт наличия задолженности установлен судом на основании первичных документов.

По акту сдачи-приемки выполненных работ № 136 от 11.08.2020 за период с 01.08.2020 по 10.08.2020 заявлено к взысканию 14 500 руб., исключена из акта стоимость услуг на маршруте № 87, № 46 (диспетчер Карташенкова А.Ю.), № 110 (диспетчер Карташенкова А.Ю.) и № 115 (диспетчер Карташенкова А.Ю.) (147 250 - 5600 - 46 550 - 37 200 - 43 400;

По акту сдачи-приемки выполненных работ № 137 от 21.08.2020 за период с 11.08.2020 по 20.08.2020 заявлено к взысканию 15 500 руб., исключена из акта стоимость услуг на маршруте № 87, № 46 (диспетчер ФИО9), № 110 (диспетчер ФИО9) и № 115 (диспетчер ФИО9) (156 300 - 5250 - 47 950 - 41400 - 46 200).

По акту сдачи-приемки выполненных работ № 138 от 01.09.2020 за период с 21.08.2020 по 31.08.2020 заявлено к взысканию 15 500 руб., исключена из акта стоимость услуг на маршруте № 87, № 46 (диспетчер ФИО9), № 110 (диспетчер ФИО9) и № 115 (диспетчер ФИО9) (166 250 - 6300 - 51 450 - 44700 - 48 300).

Таким образом, стоимость за оказанные диспетчерские услуги на маршруте № 97 за период с 01.08.2020 по 31.08.2020 составляет (14 500+15500+15500)= 45 500 руб.

Исковые требования с учетом уточнений заявлены в размере 489 250 руб. (443 750 руб. (июль 2020 года) + 45500 (август 2020 года).

Доказательств оплаты оказанных услуг ответчиком в материалы дела не представлено. Контррасчета основной задолженности после уточнения ИП ФИО3 исковых требований материалы дела не содержат.

Согласно нормам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Задолженность ИП ФИО2 по договору № 5 от 08.04.2019 в размере 489 250 руб. подтверждена представленными в материалы дела доказательствами, и не опровергнута ответчиком, в связи с чем, исковые требования о ее взыскании правомерно удовлетворены судом первой инстанции.

Ответчик в возражениях указывает на необходимость применения принципа «эстопеля», ссылаясь на непоследовательность и недобросовестность действий истца, приводя в обоснование обстоятельства, установленные решением Арбитражного суда Саратовской области по делу А57-1018/2022, которым удовлетворены исковые требования ИП ФИО3 к ИП ФИО2 и взыскана задолженность по тому же договору оказания диспетчерских услуг № 5 за период с 01.01.2020 по 30.06.2020.

Ответчик указывает, что в рамках указанного дела рассматривался акт сверки расчетов сторон, в котором спорная задолженность не фигурирует.

Данный довод правомерно отклонен судом первой инстанции, поскольку в указанном деле задолженность взыскивалась в порядке статьи 711 ГК РФ на основании двухсторонне подписанных актов сдачи-приемки выполненных работ (оказанных услуг). Иные доказательства оказания услуг судом не рассматривались.

Истцом заявлялся к взысканию иной период задолженности.

Частично удовлетворяя требования истца о взыскании с ответчика неустойки в размере 1 % за каждый день просрочки за период с 01.10.2022 по 14.08.2023 в размере 1 555 815 руб., с дальнейшим начислением неустойки на сумму задолженности на период до полного исполнения обязательств, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Пункт 3.3 договора предусматривает, что в случае задержки платежей перевозчику начисляется неустойка в размере 1 процент от суммы задолженности за каждый день просрочки до момента полного погашения долга.

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательства может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение.

Принимая во внимание отсутствие доказательств оплаты спорной задолженности, требования истца в части взыскания неустойки заявлены правомерно.

Согласно статье 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о несостоятельности (банкротстве)) для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации. Целью введения моратория, предусмотренного статьей 9.1 Закона о несостоятельности (банкротстве), является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 с 01.04.2022 на территории Российской Федерации сроком на 6 месяцев введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей (за исключением лиц, указанных в пункте 2 данного постановления). Постановление № 497 вступило в силу со дня его официального опубликования и действует в течение шести месяцев, то есть с 01.04.2022 по 01.10.2022.

Согласно подпункту 2 пункта 3 статьи 9.1. Закона о несостоятельности (банкротстве), на срок действия моратория в отношении должников, наступают последствия, предусмотренные абзацами 5 и 7 - 10 п. 1 ст. 63 настоящего Федерального закона, в частности не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

На основании пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац 10 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

Из анализа вышеприведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в период действия моратория (с 01.04.2022 по 01.10.2022) финансовые санкции не начисляются.

Согласно пункту 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение

обязательств», по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Присуждая неустойку, суд, по требованию истца, в резолютивной части решения указывает ее сумму, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве). В случае неясности судебный пристав- исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 179 АПК РФ). При этом день фактического исполнения нарушенного обязательства, в частности, день уплаты задолженности кредитору включается в период расчета неустойки.

Возражая против расчета неустойки, ответчиком было заявлено ходатайство о снижении неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении от 24.03.2016 № 7, суд снижает неустойку по заявлению должника (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). Снижение размера договорной неустойки допускается, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с позицией, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 21.12.2000 № 263-О, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Таким образом, суд должен установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, оценка указанному критерию отнесена к компетенции суда и производится им по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из своего внутреннего убеждения.

В соответствии с пунктом 73 Постановления от 24.03.2016 № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

В пункте 77 Постановления от 24.03.2016 № 7 указано, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки (пункт 75).

Суд отмечает, что размер неустойки, предусмотренный сторонами в п. 3.3 договора, не является соразмерным последствиям нарушения обязательства, поскольку размер неустойки 1% за каждый день просрочки, начисленной на сумму задолженности, что составляет 365% годовых, свидетельствует о явном ее превышении над обычной ставкой банковского процента по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, а также размером ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации, превышает ключевую ставку банковского процента более, чем в 33 раза. Размер требования о взыскании неустойки в несколько раз превышает размер основного неисполненного денежного обязательства.

Доказательств причинения истцу неисполнением денежного обязательства ответчиком значительных убытков, обусловивших начисление такого значительного размера неустойки, в материалы дела не представлено.

Суд счел возможным применить ст. 333 ГК РФ и снизить размер неустойки до 0,1 % от суммы неуплаты за каждый день просрочки на момент вынесения решения.

Апелляционный суд с данной позицией согласен.

По расчету суда размер неустойки на сумму задолженности 489 250 руб., исходя из размера неустойки 0,1% за каждый день просрочки, за период с 02.10.2022 по 25.08.2023 (на момент вынесения решения) составит 160 474 руб.

С 26.08.2023 на сумму задолженности подлежит начислению неустойка в размере 1% за каждый день просрочки до полного исполнения обязательства. Оснований для применения положений статьи 333 ГК РФ на будущее время судом не установлено.

Доводы апеллянта о неправомерном не снижении судом неустойки, начисленной до момента фактического исполнения обязательства, подлежат отклонению.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, оценка указанного критерия относится к исключительной компетенции суда, исходя из своего внутреннего убеждения, основанного на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех обстоятельств дела.

Ответчиком не представлены доказательства наличия исключительных (экстраординарных) обстоятельств, свидетельствующих о необходимости еще большего снижения неустойки, или несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

При этом необоснованное снижение нивелирует стимулирующее значение неустойки.

На основании изложенного, оценив совокупность имеющихся в деле доказательств по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований.

Довод апелляционной жалобы о том, что отнесение оплаты за проведение судебной экспертизы на ФИО2 является необоснованным, отклоняется апелляционным судом.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в

случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании части 2 статьи 107 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации эксперты получают вознаграждение за работу, выполненную ими по поручению арбитражного суда, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей как работников государственных судебно-экспертных учреждений. Размер вознаграждения эксперту определяется судом по согласованию с лицами, участвующими в деле, и по соглашению с экспертом.

В силу части 1 статьи 108 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации денежные суммы, подлежащие выплате экспертам и свидетелям, вносятся на депозитный счет арбитражного суда лицом, заявившим соответствующее ходатайство, в срок, установленный арбитражным судом. Если указанное ходатайство заявлено обеими сторонами, требуемые денежные суммы вносятся сторонами на депозитный счет арбитражного суда в равных частях.

Денежные суммы, причитающиеся экспертам, специалистам, свидетелям и переводчикам, выплачиваются по выполнении ими своих обязанностей (часть 1 статьи 109 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, частями 1 и 2 статьи 107 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 20 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", эксперту возмещаются расходы, понесенные им в связи с явкой в суд.

Апелляционным судом установлено и материалами дела подтверждено, что услуги по экспертизе оказаны.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 106 - 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из того, что к заключению эксперта суд отнесся критически, ходатайство о фальсификации доказательств отклонено, оплату стоимости судебной экспертизы суд возложил на ответчика. Поскольку 200 000 руб. в счет оплаты судебной экспертизы ответчиком внесены на депозит суда платежным поручением от 05.12.2022 № 1302, оставшаяся часть стоимости экспертизы взыскана с ИП ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Приоритет- Оценка» в размере 80 000 руб.

Судебные расходы распределены судом первой инстанции правильно, в соответствии со ст.110 АПК РФ.

Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению, поскольку сводятся к иной, чем у суда, трактовке обстоятельств и норм права и не опровергают правомерности и обоснованности выводов арбитражного суда первой инстанции.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, им дана надлежащая правовая оценка.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой инстанции не допущено.

При вышеуказанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены принятого законного и обоснованного решения.

Согласно части 5 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

В соответствии с частью 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской области от 01 сентября 2023 года по делу № А57-23389/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме, через Арбитражный суд 1-ой инстанции, принявший решение.

Председательствующий А.Ю. Самохвалова

Судьи Н.В. Савенкова

В.Б. Шалкин