Постановление от 18 сентября 2023 г. по делу № А65-27733/2019

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

(11АП-12492/2023)


18 сентября 2023 года Дело № А65-27733/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 12 сентября 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 18 сентября 2023 года


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бондаревой Ю.А., судей Мальцева Н.А., Серовой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

без участия в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащих образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале №4 апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Нефтегазовое монтажное управление» ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 09 июля 2023 года, вынесенное по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки (вх. 33140),



УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Республики Татарстан 18 сентября 2019 года поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Связьбурмонтаж», г.Тверь (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 сентября 2019 года заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 декабря 2019 года (дата оглашения резолютивной части определения 12 декабря 2019 г.) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) введена процедура банкротства – наблюдение.

Временным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) утвержден ФИО4.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №241 от 28.12.2019.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04 июня 2020 года (резолютивная часть) общество с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>), признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) утвержден ФИО2.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №108 (6829) от 20.06.2020.

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г. Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) ФИО2, о признании недействительными сделки по передаче обществом с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) 11 простых векселей ПАО «Сбербанк России» на сумму 6 448 000 рублей ФИО3, и применении последствий недействительности сделок (вх. 33140).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан заявление принято к производству суда, на основании ст. 46 АПК РФ к участию в деле в качестве ответчика привлечен ФИО3. На основании ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: бывший руководитель должника ФИО5; ПАО «Сбербанк России»; УФНС России по РТ.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан на основании ст. 46 АПК РФ к участию в деле в качестве ответчика привлечен ООО «СК Деко-строй».

Определениями Арбитражного суда Республики Татарстан на основании ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО6; МРУ Росфинмониторинга по Приволжскому федеральному округу; УФНС России по РТ; конкурсный управляющий ООО «Камтраст» ФИО7; ликвидатор ООО «СК Деко-строй» ФИО8.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.07.2023 в удовлетворении заявления отказано.

Взыскана с общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление», г.Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 6 000 руб. 00 коп.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Нефтегазовое монтажное управление» ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 09 июля 2023 (дата оглашения резолютивной части определения 03 июля 2023 года) по делу № А65-27733/2019 отменить в полном объеме и принять по делу новый судебный акт в котором:

Признать недействительными притворные сделки:

- договор поставки строительных материалов б/н от 06.07.2017 года заключенный между ООО «НГМУ» и ООО «КОМПЛЕКТСТРОЙ МАСТЕР»;

- Договор субподряда 3П-15/05 от 15.05.2017 года заключенный между ООО «НГМУ» и ООО «СК «Деко-Строй»;

- Агентский договор от 19 октября 2017 года, акт приема-передачи векселя от 20 октября 2017 года, акт приема-передачи денежных средств от 26 октября 2017, заключенный между ФИО3 и ООО «Камтраст».

Применить к возникшим правоотношениям правила дарения векселя и признании ООО «НГМУ» дарителем, а ФИО3 одаряемым.

Признать недействительной мнимую сделку по передаче векселей от ООО «НГМУ» к ФИО3 и применить последствия недействительности мнимых и притворных сделок в виде взыскания с ФИО3 в пользу ООО «НГМУ» денежных средств в размере 6 448 000 руб.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2023 апелляционная жалоба принята к производству. Назначено судебное заседание.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В обоснование доводов о недействительности сделок и применении последствий их недействительности конкурсный управляющий должника ссылался на положения п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ, полагая, что оспариваемые сделки заключены при наличии обязательств перед иными кредиторами, в отсутствие какого-либо экономического обоснования, привели к отчуждению ликвидного имущества должника.

Суд первой инстанции указал, что дело о банкротстве должника возбуждено 25.09.2019, оспариваемые сделки совершены 06.07.2017, 15.05.2017, 19.10.2017, 20.10.2017, 26.10.2017, следовательно, могут быть оспорены по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Как установил суд первой инстанции, согласно отчету ООО «НГМУ» об использовании векселей ПАО «Сбербанк России» (т. 1, л.д. 31-34), в качестве оплаты по договору поставки строительных материалов от 06.07.2017 от ООО «НГМУ» в адрес ООО «Комплектстрой мастер» были переданы следующие векселя:

- простой вексель ВГ № 0195501 на сумму 586 000 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0195502 на сумму 586 000 руб. от 19.10.2017.

Также согласно отчету ООО «НГМУ» об использовании векселей ПАО «Сбербанк России» (т. 1, л.д. 31-34), в качестве оплаты по договору субподряда № П-15/05 от 15.05.2017 от ООО «НГМУ» в адрес ООО «СК Деко-строй» были переданы следующие векселя:

- простой вексель ВГ № 0110040 на сумму 587 000 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110041 на сумму 586 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110042 на сумму 586 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110043 на сумму 586 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110044 на сумму 586 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110045 на сумму 586 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110046 на сумму 585 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110047 на сумму 585 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110048 на сумму 585 500 руб. от 19.10.2017.

Конкурсный управляющий полагал, что ООО «Комплектстрой мастер» и ООО «СК Деко-строй» не могли осуществлять реальные хозяйственные операции и поставить товар должнику, поскольку ООО «Комплектстрой мастер» исключено из ЕГРЮЛ 04.09.2020 (т. 3, л.д. 41), исходя из налоговых деклараций указанные общества не могли вести реальную хозяйственную деятельность (т. 2, л.д. 37-98).

Суд первой инстанции, отклоняя перечисленные доводы, указал, что само по себе исключение ООО «Комплектстрой мастер» из ЕГРЮЛ, равно как и отсутствие сведений в книгах покупок – продаж, в налоговых декларациях не свидетельствуют о невозможности оказания услуг должнику по договору поставки строительных материалов от 06.07.2017, по договору субподряда № П-15/05 от 15.05.2017.

19.10.2017 между ООО «Камтраст» (принципал) и ФИО3 (агент) заключен агентский договор (т. 1, л.д. 109), по условиям которого принципал поручает, а агент обязуется от своего имени, но за счет принципала, предъявить простые векселя ПАО «Сбербанк России» к платежу в ПАО «Сбербанк России», в т.ч.:

- простой вексель ВГ № 0195501 на сумму 586 000 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0195502 на сумму 586 000 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110040 на сумму 587 000 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110041 на сумму 586 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110042 на сумму 586 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110043 на сумму 586 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110044 на сумму 586 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110045 на сумму 586 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110046 на сумму 585 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110047 на сумму 585 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110048 на сумму 585 500 руб. от 19.10.2017.

Поручение должно быть исполнено в срок не позднее 26.10.2017 (п. 1.2 договора). Вознаграждение агента определено в размере 5 000 руб. (п. 2.2.4 договора).

Как следует из акта приема – передачи векселей от 20.10.2017 (т. 1, л.д. 110), в соответствии с агентским договором от 19.10.2017 ООО «Камтраст» передало, а ФИО3 принял простые векселя ПАО «Сбербанк России».

Согласно акту приема – передачи векселей ПАО «Сбербанк» № 1 от 20.10.2017 (т. 1, л.д. 8-26, 57-93) ФИО3 (векселедержатель) передал, а ПАО «Сбербанк России» (банк) принял для определения возможности досрочной оплаты простые векселя банка в количестве 11 шт. на общую сумму 6 448 000 руб. по номинальной стоимости согласно перечню:

- простой вексель ВГ № 0195501 на сумму 586 000 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0195502 на сумму 586 000 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110040 на сумму 587 000 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110041 на сумму 586 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110042 на сумму 586 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110043 на сумму 586 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110044 на сумму 586 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110045 на сумму 586 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110046 на сумму 585 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110047 на сумму 585 500 руб. от 19.10.2017;

- простой вексель ВГ № 0110048 на сумму 585 500 руб. от 19.10.2017.

Согласно акту приема – передачи денежных средств (т. 1, л.д. 111), в соответствии с агентским договором от 19.10.2017 ФИО3 передал, а ООО «Камтраст» приняло 6 443 000 руб., полученные от ПАО «Сбербанк России» в качестве оплаты по векселям.

Оригиналы агентского договора от 19.10.2017, акта приема – передачи векселей от 20.10.2017, акта приема – передачи денежных средств от 26.10.2017 не представлены.

Исходя из выписки из системы «Контр.Фокус», ООО «Камтраст» исключено из ЕГРЮЛ 08.10.2020 (т. 1, л.д. 125-127).

Согласно решению налогового органа № 6 от 06.12.2021, у ООО «Камтраст» отсутствует зарегистрированное имущество в собственности, работники отсутствуют.

Заявитель указывает, что договор поставки строительных материалов от 06.07.2017, заключенный между ООО «НГМУ» и ООО «Комплектстрой мастер»; договор субподряда № П-15/05 от 15.05.2017, заключенный между ООО «НГМУ» и ООО «СК Деко-строй»; агентский договор от 19.10.2017, акт приема – передачи векселя от 20.10.2017, акт приема – передачи денежных средств от 26.10.2017, заключенные между ФИО3 и ООО «Камтраст»; сделка по передаче векселей от ООО «НГМУ» к ФИО3 являются взаимосвязанными, представляют собой цепочку ничтожных (притворных) сделок, прикрывающих безвозмездное отчуждение (дарение) активов должника в пользу ФИО3

Суд первой инстанции указал, что цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом действующее законодательство исходит из того, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 N 301-ЭС17-19678, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 17.11.2020 N Ф06-28853/2017 по делу N А65-13578/2017).

Суд первой инстанции указал, что ООО «Комплектстрой мастер» и ООО «Камтраст» исключены из ЕГРЮЛ.

Согласно ст. 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

В силу ст. 61 ГК РФ ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам.

При этом как установил суд первой инстанции, сведений о наличии аффилированности между ООО «НГМУ», ООО «Комплектстрой мастер», ООО «СК Деко-строй», ООО «Камтраст» и ФИО3 не представлено.

Суд первой инстанции указал, что вопреки доводам конкурсного управляющего представленное решение налогового органа № 6 от 06.12.2021 не содержит какого – либо упоминания об ООО «НГМУ», ФИО3 как о лицах, организовавших фиктивный документооборот.

Оценивая доводы о возможной фактической аффилированности перечисленных лиц, суд первой инстанции в указал на отсутствие сведений о том, что должник ООО «НГМУ», ООО «Комплектстрой мастер», ООО «СК Деко-строй», ООО «Камтраст» и ФИО3 контролируются одними и теми же конечными бенефициарами, либо одни и те же лица определяют действия должника и кредитора, либо иных лиц, входящих с ними в единую группу, не представлено; данные лица не участвуют в уставных капиталах друг друга.

Как установил суд первой инстанции, подробных пояснений об основаниях приобретения ООО «Комплектстрой мастер», ООО «СК Деко-строй» и ООО «Камтраст» спорных векселей у должника ООО «НГМУ» не представлено. Вместе с тем, как уже указывалось судом, ООО «Комплектстрой мастер», и ООО «Камтраст» исключены из ЕГРЮЛ, что делает невозможным истребование соответствующих сведений у указанных лиц, однако не свидетельствует о невозможности ведения указанными лицами хозяйственной деятельности, в связи с чем, доводы конкурсного управляющего в указанной части отклоняются судом как носящие предположительный характер.

Также суд первой инстанции отметил отсутствие доказательств наличия у должника на даты совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, равно как и осведомленности ответчиков о наличии таковых.

Суд первой инстанции посчитал, что в отсутствие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, оспариваемые сделки нельзя квалифицировать как совершенные с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, и, как следствие, что в результате их совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов.

В указанной связи суд первой инстанции констатировал недоказанность совокупности обстоятельств для признания оспариваемых сделок недействительными по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, равно как и недоказанность обстоятельств, позволяющих оценивать сделки как взаимосвязанные и направленные на достижение единого правового результата.

С учетом изложенного, суд первой инстанции посчитал не доказанным наличие взаимосвязанной цепочки сделок: договор поставки строительных материалов от 06.07.2017, заключенный между ООО «НГМУ» и ООО «Комплектстрой мастер»; договор субподряда № П-15/05 от 15.05.2017, заключенный между ООО «НГМУ» и ООО «СК Деко-строй»; агентский договор от 19.10.2017, акт приема – передачи векселя от 20.10.2017, акт приема – передачи денежных средств от 26.10.2017, заключенные между ФИО3 и ООО «Камтраст»; сделка по передаче векселей от ООО «НГМУ» к ФИО3, и применить к возникшим правоотношениям правила дарения векселя и признать ООО «НГМУ» дарителем, а ФИО3 одаряемым.

Суд первой инстанции отметил, что заявление об оспаривании сделки по передаче векселей от ООО «НГМУ» к ФИО3 также удовлетворению не подлежит, поскольку сведений о передаче ООО «НГМУ» векселей ФИО3 не представлено.

Кроме того, как указал суд первой инстанции, агентский договор от 19.10.2017, акт приема – передачи векселя от 20.10.2017, акт приема – передачи денежных средств от 26.10.2017, заключенные между ФИО3 и ООО «Камтраст», не являются сделками должника либо совершенными от имени и (или) за счет должника.

Указанные обстоятельства конкурсным управляющим либо иными лицами не опровергнуты, каких-либо возражений либо доказательств не представлено. При этом. конкурсным управляющим в обоснование своего заявления каких-либо ходатайств (о фальсификации, о назначении экспертизы и т.д.) не заявлено, иных действий, направленных на обоснование своей позиции, не совершено.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не имеется.

Суд первой инстанции также не нашел в данном случае оснований для применения положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку указанные заявителем недостатки оспариваемых сделок не выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, регулирующей подозрительные сделки.

Суд первой инстанции отметил, что в рассматриваемом случае конкурсный управляющий должника, обращаясь в суд с настоящим заявлением, ссылался на совершение должником оспариваемой им сделки в отсутствие встречного исполнения, с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, при наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Вмененные ответчику нарушения в полной мере укладываются в диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов.

С учетом перечисленных обстоятельств, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника, отклонив также доводы ответчика ФИО3 о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности исходя из разъяснений, сформулированных в пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанном до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как указано в пункте 4 Постановления Пленума N 63, судам следует иметь в виду, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В силу пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В абзаце 2 пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04 июня 2020 года (резолютивная часть) ООО "Нефтегазовое монтажное управление" признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим ООО "НГМУ" утвержден ФИО2.

С рассматриваемым заявлением конкурсный управляющий обратился в суд 02.06.2021, соответственно, годичный срок исковой давности (в целях обращения в суд по основаниям п. 1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве), и тем более трехлетний срок исковой давности (в целях обращения в суд по основаниям, установленным статьями 10, 168, 170 ГК РФ) к моменту обращения в суд с рассматриваемым заявлением не истек.

Таким образом, доводы ответчика о пропуске срока исковой давности правомерно отклонены судом первой инстанции.

Арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

Право арбитражного управляющего на предъявление исков о признании недействительными сделок должника основано на положениях статями 61.9, 129 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В то же время, по смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как указано в абз. 7 п. 5 вышеназванного Постановления № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 7 Постановления № 63 разъяснено, что в силу первого абзаца пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, в том числе освобожденный от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце 2 настоящего пункта, в следующих отношениях: его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Исследовав и оценив представленные доказательства, суд первой инстанции мотивированно посчитал, что заявителем не доказана совокупность обстоятельств, необходимых для признания недействительным оспариваемой сделки, по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из установленных при рассмотрении обособленного спора обстоятельств, не доказана в данном случае совокупность условий для признания оспариваемых договоров недействительными сделками по основаниям, предусмотренным статьей 170 ГК РФ.

При этом заявляя о недействительности оспариваемых сделок, как по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, так и статьей 10, 168 ГК РФ, управляющий ссылался на одни и те же обстоятельства (совершение сделок при наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, в целях уменьшения конкурсной массы (вывода активов) и причинения вреда имущественным правам кредиторов), которые охватываются диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем оспариваемые сделки не имеют пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, не имеется условий для применения положений статей 10, 168 ГК РФ.

С учетом недоказанности обстоятельств, позволяющих оценивать сделки как взаимосвязанные и направленные на достижение единого правового результата (цепочка сделок) конкурсным управляющим не подтверждено, что последующие сделки являются сделками должника либо совершены за его счет, при этом, как установил суд первой инстанции, все участвовавшие в правоотношении коммерческие организации прекратили деятельность.

Доводы конкурсного управляющего критически оценивавшего хозяйственную деятельность указанных лиц не опровергают выводов суда о наличии такой деятельности. При этом, как указано выше, перечисленные юридические лица ликвидированы, а оснований для возложения на ответчика ФИО3 обязанности доказывания фактического осуществления перечисленными лицами хозяйственной деятельности не имеется.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий выразил несогласие с выводами суда, указывая на следующие обстоятельства.

В материалы дела не были представлены оригиналы документов, также не представлены пояснения касательно экономического смысла заключения договора и обналичивания векселей.

Вместе с тем в соответствии с ч. 6 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

В рассмотренном споре не имеется копий документов, не тождественных между собой, в связи с чем, непредставление подлинников документов не привело к принятию неправильного судебного акта.

Отсутствие документов у конкурсного управляющего вследствие их непередачи руководителем должника не является основанием для исключения копий документов, представленных стороной, из числа доказательств.

Заявитель указывал, что в спорных векселях отсутствует индоссамент ООО «Комплектстрой мастер», ООО «СК Деко-строй», ООО "Камтраст", ответчика и проставлен индоссамент только ООО "НГМУ". Ответчик при обналичивании спорных векселей должен был обратить внимание на данное обстоятельство. Обналичивание векселей ответчиком без каких-либо доказательств правомерного владения ООО "Камтраст" является отклонением от стандартов поведения обычного участника гражданского оборота и свидетельствует о наличии у сторон оспариваемой сделки скрытых мотивов. В данном случае Ответчик должен был знать о факте выбытия векселя из владения ООО "НГМУ", т.к. индоссамент на векселе был лишь поставлен ООО "НГМУ", иные организации в векселе отсутствовали.

Вместе с тем судом первой инстанции установлено, что ответчик не являлся выгодоприобретателем сделок по отчуждению векселей, а лишь предъявил векселя к погашению и передал векселедержателю причитающиеся ему денежные средства на основании заключенного агентского договора.

Суд первой инстанции установил отсутствие доказательств аффилированности, взаимосвязанности участников последовательных правоотношений, недоказанность наличия между ними сговора, направленного на вывод из потенциальной конкурсной массы имущества с целью передачи его заинтересованным по отношению к должнику лицам.

Заявляя требования в отношении ФИО3, конкурсный управляющий не опроверг доводы ответчика о том, что последний не являлся выгодоприобретателем сделок по отчуждению векселей, а лишь предъявил векселя к погашению и передал векселедержателю причитающиеся ему денежные средства.

С учетом перечисленного, выводы суда первой инстанции заявителем апелляционной жалобы бесспорно не опровергнуты.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 09 июля 2023 года о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки по делу № А65-27733/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий Ю.А. Бондарева


Судьи Н.А. Мальцев


Е.А. Серова