Постановление от 16 апреля 2024 г. по делу № А50-7594/2019

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-237/2021(3)-АК

Дело № А50-7594/2019
16 апреля 2024 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 09 апреля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 апреля 2024 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Чепурченко О.Н.,

судей Темерешевой С.В., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Саранцевой Т.С.,

при участии:

от ФИО1: ФИО2, паспорт, доверенность от 04.04.2024;

в качестве слушателей ФИО3, паспорт, ФИО4, паспорт,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Пермского края от 05 февраля 2024 года об отказе в удовлетворении заявления ФИО1 о выдаче исполнительного листа,

вынесенное в рамках дела № А50-7594/2019 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО6,

установил:

12 марта 2019 года ФИО7 в лице финансового управляющего ФИО8 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании ФИО6 несостоятельным (банкротом).

Определением от 25.06.2019 заявление финансового управляющего ФИО7 признано обоснованным, в отношении ФИО6 введена процедура реструктуризации долгов сроком на четыре месяца; финансовым управляющим утвержден ФИО9.

Объявление о введении процедуры реструктуризации долгов опубликовано в ЕФРСБ от 04.07.2019.

Решением арбитражного суда от 12.11.2019 ФИО6 (должник) признана несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина-должника. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО9.

Определением от 03.08.2021 процедура реализации имущества в отношении ФИО6 завершена. ФИО6 освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных в рамках соответствующей процедуры, за исключением обязательств, предусмотренных п.п. 5, 6 ст. 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

28 ноября 2023 года в арбитражный суд поступило заявление ФИО1 о выдаче исполнительного листа.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 05 февраля 2024 года в удовлетворении заявления ФИО1 отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО1 обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, заявленные требования удовлетворить, ссылаясь на ошибочный вывод суда о том, что неисполненные должником обязательства перед заявителем не относятся к перечисленным п.п. 5, 6 ст. 213.28 Закона о банкротстве обязательствам.

В обоснование апелляционной жалобы апеллянт указывала на то, что основанием для введения процедуры банкротства в отношении должника и, впоследствии, признания его банкротом явилось определение по делу № А50-42677/2017 от 10.12.2018, которым признан недействительной сделкой договор купли-продажи доли в праве собственности на земельный участок от 01.10.2014, заключенный между ФИО7 и ФИО6, которым применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу ФИО7 19 347 915,36 руб.; при этом, указанное определение содержит вывод, что установленных судом обстоятельств достаточно для квалификации сделки как совершенной в условиях злоупотребления правом, то есть совершенной в нарушение закона (ст. 10 ГК РФ)». Кроме того, в реестр требований кредиторов должника определением по настоящему делу от 17.12.2019 были включены требования ФИО7 в общей сумме 5 681 270 руб. основного долга, основанные на определении от 14.08.2019 по делу № А50-42677/2017, которым признан недействительным договор купли-продажи от 01.10.2014 ? доли в праве собственности должника на объект незавершенного строительства общей площадью 2 705,3 кв.м., находящего на ул. 9 Мая в г. Перми, заключенный между ФИО7 и ФИО6, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 конкурсную массу ФИО7 5 681 270 руб. и 6 000 руб. судебных расходов; абзацем 2 стр.7 определения от 14.08.2019 такая сделка также квалифицирована судом как совершенная в условиях злоупотребления правом, то есть совершенной в нарушение закона (ст. 10 ГК РФ). Именно эти перечисленные обязательства были предметом уступки ФИО1 по договору цессии от 01.09.2022 в результате состоявшихся торгов по продаже дебиторской задолженности ФИО7, явившегося основанием для вынесения определения по настоящему делу о правопреемстве от 31.08.2023, соответственно должник не может быть освобожден от возникших в связи с признанием определениями по делу № А50-7594/2019 от 25.06.2019 и от 17.12.2019 недействительными сделок обязательств.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в деле не поступило.

Участвующий в судебном заседании представителей ФИО1 на доводах апелляционной жалобы настаивала; просила обжалуемое определение отменить, заявленные требования удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, определением от 31.08.2023 произведена замена взыскателя ФИО7 по определениям Арбитражного суда Пермского края по делу № А50-7594/2019 от 25.06.2019 и от 17.12.2019 его правопреемником – ФИО1.

Определением суда от 03.08.2021 завершена процедура реализации имущества в отношении ФИО6 последняя была освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных в рамках соответствующей процедуры, за исключением обязательств, предусмотренных п.п. 5, 6 ст. 213.28 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание, что процедура банкротства в отношении ФИО6 завершена, должник признан свободным от обязательств, предусмотренных абз. 1 п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве, установив, что требования ФИО1 не являются текущими и не являются требованиями, указанными в пунктах 5, 6 ст. 213.28 Закона о банкротстве, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления ФИО1 о выдаче исполнительного листа.

Исследовав представленные в дело доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения, лица, участвующего в процессе, суд апелляционной инстанции усмотрел основания для отмены обжалуемого судебного акта, в силу следующего.

В силу ч. 1 ст. 318 АПК РФ судебные акты арбитражных судов приводятся в исполнение после вступления их в законную силу, за исключением случаев немедленного исполнения, в порядке, установленном Кодексом и иными федеральными законами, регулирующими вопросы исполнительного производства. В соответствии с ч. 2 названной статьи принудительное исполнение судебного акта производится на основании выдаваемого арбитражным судом исполнительного листа, если иное не предусмотрено Кодексом.

Согласно частям 1, 3 ст. 319 указанного Кодекса исполнительный лист на основании судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции, выдается этим арбитражным судом после вступления судебного акта в законную силу, за исключением случаев немедленного исполнения.

В соответствии с п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» исполнительные листы выдаются на основании судебных актов, возлагающих обязанность по передаче другим лицам денежных средств и иного имущества либо совершение в их пользу определенных действий или воздержание от совершения определенных действий.

Выдачей исполнительного листа обеспечивается принудительное исполнение судебных актов, связанных с взысканием денежным средств, присуждением имущества, обязанием ответчика совершить иные действия.

По смыслу пунктов 4-6 ст. 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) предъявляемые к должнику требования могут быть поделены на два основных вида в зависимости от того, допустимо ли их списание (прекращение соответствующего обязательства) по завершении процедуры реализации.

От требований, указанных в пунктах 5 и 6 данной статьи, должник не может быть освобожден. В то же время п. 4 предусматривает возможность списания остальных долгов, если только не будет доказано, что при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами должник действовал недобросовестно (в частности, осуществлял действия по сокрытию своего имущества, воспрепятствованию деятельности арбитражного управляющего и т.п.). Требования кредиторов, в отношении которых должник проявил недобросовестность, сохраняют силу и могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве.

Таким образом, в пунктах 5 и 6 ст. 213.28 названного Закона предусмотрен вид обязательств, от которых гражданин, признанный банкротом, не может быть освобожден в любом случае, в том числе при наличии оснований для освобождения его от иных обязательств. Положения пунктов 5 и 6 ст. 213.28 Закона о банкротстве в данном случае содержат нормы прямого регулирования, иного толкования не предполагают и применяются в их буквальном изложении.

По требованиям, поименованным в пунктах 5 и 6 ст. 213.28 Закона о банкротстве, законодатель указал на наличие у кредиторов права получить исполнительный лист.

Из материалов дела следует, что основанием для введения определением от 25.06.2019 процедуры банкротства в отношении должника и, впоследствии, признания его банкротом явилось определение Арбитражного суда Пермского края от 10.12.2018 по делу № А50-42677/2017, которым признан недействительной сделкой договор купли-продажи доли в праве собственности на земельный участок от 01.10.2014, заключенный между ФИО7 и ФИО6; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу ФИО7 19 347 915,36 руб. Признавая сделку недействительной суд установил, что установленных при рассмотрении данного спора обстоятельств достаточно для квалификации сделки как совершенной в условиях злоупотребления правом, то есть совершенной в нарушение закона (ст. 10 ГК РФ); более того, как отмечено судом совершенная сделка явно посягала на права и законные интересы третьих лиц – кредиторов должника.

Кроме того, в реестр требований кредиторов должника определением от 17.12.2019 были включены требования ФИО7 в общей сумме 5 681 270 руб. основного долга, основанные на определении Арбитражного суда Пермского края от 14.08.2019 по делу № А50-42677/2017, которым признан недействительным договор купли-продажи от 01.10.2014 ? доли в праве собственности должника на объект незавершенного строительства общей площадью 2 705,3 кв.м., расположенный на ул. 9 Мая г. Перми, заключенный между ФИО7 и ФИО6, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу ФИО7 5 681 270 руб. и 6 000 руб. судебных расходов. Признавая сделку недействительной как совершенной со злоупотреблением правом (ст. 10 ГК РФ), суд пришел к выводам, аналогичным указанным в определении от 10.12.2018.

Указанные выводы никем из лиц, участвующих в деле о банкротстве ФИО7, а равным образом и ответчиком по сделкам – ФИО6 в установленном законом порядке оспорены не были; определения вступили в законную силу.

Таким образом, требование ФИО1, как правопреемника ФИО7, включено в реестр требований кредиторов должника по обязательству, основанному на судебных актах о применении последствий недействительности сделок, признанных таковыми определениями от 10.12.2018 и 14.08.2019 в рамках дела №А50-42677/2017 о банкротстве ФИО7 на основании ст. 10 ГК РФ, как совершенных со злоупотреблением правом с целью причинения вреда и посягавших на права и законные интересы кредиторов должника.

Данное требование кредитора отнесено к прямо поименованному в абзаце 6 п. 6 ст. 213.28 Закона о банкротстве обязательству, от которого должник не может быть освобожден в любом случае, в том числе при наличии условий для освобождения его от иных обязательств.

Указанные в п. 6 ст. 213.28 Закона о банкротстве случаи являются в гражданско-правовом смысле проявлением недобросовестности в отношении кредитора, что и обусловливает их отнесение к «несписываемым» обязательствам.

Соответствующие обстоятельства недобросовестности ФИО6 были установлены судом в судебных актах о признании сделок недействительными на основании ст. 10 ГК РФ и должником как ответчиком по спорам о признании сделки недействительной – не опровергнуты в установленном процессуальным законом порядке.

Вместе с тем в настоящем деле суд первой инстанций, отказывая в удовлетворении заявления кредитора о выдаче исполнительного листа, допустил противоположные выводы, не усмотрев в действиях ФИО6 недобросовестности, тем самым фактически освободил должника от ответственности за совершенные ранее противоправных действий, установленные вступившими в законную силу судебными актами.

Обстоятельства, подлежащие установлению при оспаривании сделок по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст. 10 ГК РФ, являются схожими; поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по ст. 10 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Действительно, содержащиеся в абзацах втором-пятом п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве презумпции совершения неплатежеспособным должником подозрительной сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов являются опровержимыми и применяются лишь в том случае, если иное не доказано другой стороной сделки (п.п. 5-7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Вместе с тем оспаривание наличия условий для применения соответствующих презумпций должно производиться в судебном споре о признании сделки недействительной, а не при решении вопроса о квалификации обязательств для целей выдачи исполнительного листа; наличие судебного акта о признании сделки недействительной как совершенной со злоупотреблением правом с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов создает, по сути, неопровержимую презумпцию недобросовестности должника – стороны по такой сделке.

В связи с изложенным суд первой инстанции при рассмотрении вопроса о выдаче исполнительного листа необоснованно не применил в отношении требований ФИО1 правила, предусмотренные абзацем шестым п. 6 ст. 213.28 Закона о банкротстве.

После завершения реализации имущества гражданина на неудовлетворенные требования кредиторов, предусмотренные пунктами 5 и 6 ст. 213.28 Закона о банкротстве и включенные в реестр требований кредиторов, арбитражный суд в установленном законодательством Российской Федерации порядке выдает исполнительные листы.

В данном случае, завершение процедуры банкротства, не означает, что кредитор не вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о выдаче исполнительного листа, поскольку указанные в п. 6 ст. 213.28 Закона о банкротстве сохраняют силу после окончания производства по делу о банкротстве в силу прямого указания на это в Законе.

В отсутствие исполнительного листа на сумму требований, включенных в реестр требований к должнику, ФИО1 лишается законного права на получение денежных средств и удовлетворение своего требования к должнику.

На основании изложенного определение арбитражного суда от 05.02.2024 подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела (п. 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ).

Оплата государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы на обжалуемое определение налоговым законодательством не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 05 февраля 2024 года по делу № А50-7594/2019 отменить.

Заявление ФИО1 о выдаче исполнительного листа удовлетворить.

Поручить Арбитражному суду Пермского края выдать исполнительный лист.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.


Председательствующий


О.Н. Чепурченко


Судьи


С.В. Темерешева




М.А. Чухманцев