Постановление от 18 декабря 2019 г. по делу № А76-5956/2018

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-17544/2019, 18АП-17546/2019, 18АП-17548/2019, 18АП-17849/2019

Дело № А76-5956/2018
18 декабря 2019 года
г. Челябинск


Резолютивная часть постановления объявлена 12 декабря 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 декабря 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хоронеко М.Н.,

судей Журавлева Ю.А., Румянцева А.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4 и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Экспертиза» ФИО5 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 01.11.2019 по делу № А76-5956/2018.

В судебное заседание явились:

ФИО4 (паспорт), его представитель - ФИО6 (паспорт, доверенность от 23.01.2019);

представитель ФИО2, ФИО3 - ФИО6 (паспорт, доверенность от 23.01.2019);

представитель ФИО7 – ФИО8 (паспорт, доверенность от 18.01.2019).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 06.04.2018 на основании заявления закрытого акционерного общества «Кедр» (далее – ЗАО «Кедр») возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Экспертиза» (далее – ООО «Экспертиза», должник).

Определением суда от 11.05.2018 в отношении ООО «Экспертиза» введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО5.

Решением суда от 24.08.2018 (резолютивная часть от 20.08.2018) ООО «Экспертиза» признано несостоятельным (банкротом) с открытием процедуры конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО5 (далее – конкурсный управляющий ФИО5).

12.11.2018 конкурсный управляющий ФИО5 обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором просила привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Экспертиза» ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО4 (далее - ФИО4), ФИО7 (далее – ФИО7), взыскать с них солидарно в пользу ООО «Экспертиза» 1 083 485 руб. 35 коп. (с учетом уточнений).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 01.11.2019 заявление удовлетворено частично, ФИО2, ФИО3, ФИО4 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Экспертиза»; с ФИО2, ФИО3, ФИО4 в пользу ООО «Экспертиза» солидарно в порядке привлечения к субсидиарной ответственности взыскано 777 485 руб. 35 коп.; в удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Не согласившись с определением суда, ФИО2, ФИО3, ФИО4 и конкурсный управляющий ФИО5 обратились с апелляционными жалобами.

ФИО4 в апелляционной жалобе утверждает, что с 29.01.2019 долг ООО «Экспертиза» перед ЗАО «Кедр» по судебным расходам в размере 602 500 рублей перешел на ФИО7 Суд фактически вторично взыскал одну и туже сумму 602 500 рублей в пользу ООО «Экспертиза» для расчетов с ЗАО «Кедр», а до этого ЗАО «Кедр» уже взыскал указанную сумму напрямую с ФИО7, то есть в пользу ЗАО «Кедр» данная сумма фактически взыскивается дважды. Конкурсный управляющий как лицо, фактически находящееся на зарплате у ЗАО «Кедр», вольно или невольно исполняет заказ акционера ФИО9 (51 % акций ЗАО «Кедр»). Ведь начиная с 2007 года после приобретения контрольного пакета акций ЗАО «Кедр» акционер ФИО9 не выплачивает дивиденды и ЗАО «Кедр» направляет свои усилия на устранение остальных акционеров от собственности и управления ЗАО «Кедр». Поэтому для защиты прав и интересов учредителя управления ООО «Экспертиза» вынуждена вести суды, которые требовали больших финансовых затрат. Если бы ЗАО «Кедр», в лице мажоритарного акционера ФИО9, вело бы нормальную дивидендную политику и не пыталось бы превратить пакет акций доверительного управления в доли одного процента, то никаких судов и представительских расходов не возникло бы. При этом, если исключить ФНС, то единственным кредитором ООО «Экспертиза» на дату подачи заявления о банкротстве являлось только ЗАО «Кедр». Отраженный в балансах ООО «Экспертиза» с 31.12.2014 размер обязательств не имеет никакого отношения к судебным расходам перед ЗАО «Кедр». ООО «Экспертиза» отражала задолженность перед ФИО4 Данные денежные средства не проходили через расчетный счет или кассу ООО «Экспертиза». ФИО4 тратил личные средства и оформлял только договорные обязательства с ООО «Экспертиза», пытался взыскать эту задолженность с ООО «Экспертиза» в судебном порядке не только, чтобы взыскать с ЗАО «Кедр», но и с доверителя управления, когда он сможет управлять своими активами. Таким образом, данные бухгалтерской задолженности ООО «Экспертиза» с 2014 года по 2017 год не могли являться основанием для банкротства ООО «Экспертиза». Задолженность перед ЗАО «Кедр» не отражалась в балансе ООО «Экспертиза» по причине отсутствия первичных бухгалтерских документов по возникновению данной задолженности. В свете вышеизложенного представляется, что задолженность перед ЗАО «Кедр» необходимо сравнивать не только с имуществом и активами ООО «Экспертиза», находящимися на балансе, но и с балансовой стоимостью пакета акций, находящимися в то время в управлении. То есть, при долге перед ЗАО «Кедр» - 602 500 рублей, и балансовой стоимости 33,57% уставного капитала пакета акций – 38 035 145,7 рублей, у «контролирующих должника лиц» не было никаких правовых оснований для подачи заявления о банкротстве. До середины 2018 года ЗАО «Кедр» под руководством ФИО9 так и не смогло обесценить акции ФИО7, и, несмотря на распродажу активов, обанкротить само ЗАО «Кедр», демонстрируя ежегодный рост прибыли. Действующее акционерное законодательство позволяет мажоритарным акционерам не выплачивать дивиденды и вести с миноритарными акционерами судебные споры фактически за их счет. На основании вышеизложенного, ФИО4 просит отменить судебный акт, принять новое решение, отказав в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

Как указывает в апелляционной жалобе ФИО2, он занимал должность директора ООО «Экспертиза» с 22.12.2015 по 30.05.2018. К моменту назначения ФИО2 на должность директора, ООО «Экспертиза» финансово-хозяйственную деятельность не осуществляло. Единственным направлением деятельности было доверительное управление ценными бумагами по договору Учредительного управления от 09.07.2012, заключенного между ООО «Экспертиза», в лице директора ФИО4, и акционером ЗАО «Кедр» ФИО7, которое включало представление интересов ФИО7 на собраниях акционеров ЗАО «Кедр» и в судебных заседаниях. Интересы Ардабьевского представлял ФИО4 Все судебные иски были поданы до назначения на должность ФИО2, он узнал только после того как стал директором организации. Таким образом, по условиям договора, ФИО7 обязан был возместить расходы, связанные с доверительным управлением. Что и было сделано: судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда 29.01.2019 по делу №11-807/2019 определила: «Взыскать с ФИО7 в пользу ЗАО «Кедр» 602 500 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 8875 руб. и госпошлину в доход местного бюджета в размере 350 руб.». Вывод арбитражного суда о том, что эта сумма была взыскана в порядке субсидиарной ответственности, является неверным. Повторное их взыскание повлечет нарушение действующего законодательства, так как приведет к неосновательному обогащению ЗАО «Кедр». Взыскание указанной суммы с ФИО7 подтверждает, что никаких негативных последствий для кредиторов не было и нет и делает процедуру банкротства ООО «Экспертиза» бессмысленной и незаконной. Все это доказывает, что общество осуществляло обычную деятельность, связанную с исполнением Договора доверительного управления, и не выходило за пределы обычного делового риска. Ссылка на то, что ФИО2 состоит в родственных отношениях с ФИО4 и ФИО3, не соответствует действительности. В настоящий момент брак между ФИО2 и ФИО3 расторгнут, фактически брачные отношения были прекращены в 2016 году. Таким образом, привлечение ФИО2 к субсидиарной ответственности незаконно и необоснованно, так как у ООО «Экспертиза» отсутствуют признаки несостоятельности (банкротства), а ФИО2 не совершал каких-либо противоправных действий, имеющих цель причинить негативные последствия ЗАО «Кедр», не скрывался сам и не скрывал имущества предприятия, его вина не доказана. На основании изложенного ФИО2 просит отменить определение от 01.11.2019, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

Согласно доводам жалобы ФИО3, суд не дал надлежащую правовую оценку всем обстоятельствам дела, не учел личную степень вины каждого лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности. ФИО3 занимала должность директора ООО «Экспертиза» с 21.08.2014 по 21.12.2015. Исковые заявления во исполнение договора доверительного управления в интересах ФИО7 были поданы ООО «Экспертиза» до момента назначения на должность ФИО3 Таким образом, ФИО3 не могла повлиять на данные обстоятельства, она не могла изменить условия договора доверительного управления, так как ФИО7 находился в этот момент под стражей, не могла повлиять на подачу исковых заявлений, и тем более предположить исход данных судебных процессов. Обязательства общества, которые указаны в бухгалтерских балансах 2014 год, - это задолженность ООО «Экспертиза» перед ФИО4 за оказание услуг по представлению интересов доверительного управляющего в суде, а также задолженность по возмещению транспортных и иных расходов, связанных с доверительным управлением акциями ФИО7 (расходы на собрания акционеров ЗАО «Кедр» в г. Минск). Представить документы, подтверждающие это, ФИО3 не может, так как с 21.12.2015 не имеет никакого отношения к организации. Кроме того, в соответствии с договором Доверительного управления от 09.07.2012, а именно: в соответствии с пунктом 5.2. Доверительный управляющий имеет право на возмещение всех расходов, связанных с управлением. Таким образом, ФИО3 полагала, что все расходы, включая задолженность ООО «Экспертиза» перед ФИО4, а также судебные затраты, должны быть погашены ФИО7 после завершения всех судебных процессов. Следовательно, никакой угрозы для кредиторов общества не возникало, т.е. это обычная деятельность Общества, связанная с исполнением договорных обязательств. ООО «Экспертиза» осуществляла обычную экономическую деятельность, ее действия не были направлены на нарушение прав и законных интересов третьих лиц. Судебные расходы, возникшие в результате защиты интересов учредителя управления - обычный деловой риск, который возник у общества, в результате его деятельности. Таким образом, вывод суда о том, что ФИО3 «выбрала и поддерживала такую модель ведения деятельности, которая привела к возникновению у ООО «Экспертиза» признаков неплатежеспособности», не обоснован и противоречит материалам дела. Не доказана причинно-следственная связь между действиями ФИО3 и банкротством предприятия. На основании изложенного, податель жалобы просит отменить определение от 01.11.2019 в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, принять новый судебный акт об отказе в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Экспертиза».

По мнению конкурсного управляющего ФИО5, выводы суда об отсутствии оснований для привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности не обоснованы, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Существенным для рассмотрения дела обстоятельством является тот факт, что основанием для возбуждения дела о банкротстве ООО «Экспертиза» являлась задолженность ООО «Экспертиза» перед АО «Кедр» по судебным спорам, инициированным должником в ходе исполнения последним обязательств по договору доверительного управления акциями ЗАО «Кедр», принадлежащими ФИО7, а равно спорам, инициированным должником в интересах собственника акций. Помимо договора доверительного управления акциями ЗАО «Кедр», между ООО «Экспертиза» и ФИО7 были заключены аналогичные договоры доверительного управления акциями ОАО «МиаесЭлектроАппарат» и ЗАО «Арка», по которым за весь период их действия ФИО7 также не производилась оплата. Задолженность по указанным договорам была частично оплачена ФИО7 лишь в рамках рассмотрения арбитражным судом исковых требований конкурсного управляющего по делам №А76-39911/2018, №А76-38510/2018. Таким образом, фактически вся деятельность ООО «Экспертиза» была связана с доверительным управлением имуществом (акциями) ФИО7, который, если следовать логике суда и пояснениям представителя ФИО7 в свою очередь, с 2012г. по 2018г. ни разу не интересовался судьбой переданного в доверительное управление имущества, не запрашивал отчеты доверительного управляющего, не считал нужным производить оплату даже мизерного вознаграждения, предусмотренного договорами доверительного управления. При этом, как акционер вышеназванных акционерных обществ, ФИО7 не мог не знать, что для надлежащего пользования правами акционера (в рассматриваемом случае доверительного управляющего) необходимо несение определенных затрат, в т.ч. затрат на участие в собраниях акционеров, запросов выписок, почтовых расходов и т.п. Является несостоятельной ссылка суда на тот факт, что ФИО7 в период действия договоров доверительного управления находился под стражей, так как указанное обстоятельство не помешало ему выдать представителям нотариальные доверенности на представление его интересов и управление принадлежащим ему имуществом (в т.ч. акциями). ООО «Экспертиза» в лице представителей и своих руководителей действовало исключительно в интересах ФИО7, относя все убытки и расходы на должника при наличии у ООО «Экспертиза» признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества. Выводы суда о наличии оснований для снижения размера субсидиарной ответственности по текущим платежам до 172 072 руб. 61 коп. не обоснованы, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. В период после 13.11.2018 процессуальные действия по делу о банкротстве не прекращались, дебиторская задолженность взыскивалась, дело не приостанавливалось. Учитывая, что возражения лиц, участвующих в деле, с требованием о снижении размера вознаграждения арбитражного управляющего и понесенных судебных расходов в материалы дела не посылали и судом не рассматривались, нельзя признать правомерным рассмотрение судом вопроса о наличии оснований для снижения суммы текущих расходов по собственной инициативе при принятии решения по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. На основании изложенного, конкурсный управляющий просит изменить определение в части отказа в привлечении Ардабьевского к субсидиарной ответственности и принять в данной части новое решение о взыскании с последнего в пользу ООО «Экспертиза» солидарно с ФИО2, ФИО3, ФИО4 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности суммы требований по текущим платежам в размере 478 072 руб. 61 коп.; изменить определение в части снижения размера субсидиарной ответственности по текущим платежам до 172 072 руб. 61 коп. и принять в данной части новое решение о взыскании с ФИО2, ФИО3, ФИО4 в пользу ООО «Экспертиза» солидарно в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 1 083 485 руб. 35 коп.

Поступившие до начала судебного заседания от ФИО4, во исполнение определения суда, доказательства о вручении копии апелляционной жалобы, приобщены к материалам дела.

Отзыв ФИО7 на апелляционные жалобы приобщен к материалам дела (статья 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании представитель ФИО2, ФИО3 с определением суда не согласился, просил определение отменить, апелляционные жалобы удовлетворить.

ФИО4 с определением суда не согласился, просил определение отменить, апелляционные жалобы удовлетворить.

Представитель ФИО7 с доводами апелляционной жалобы конкурсного управляющего не согласился, просил определение в части отказа в удовлетворении требований оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривалось судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, их представителей.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно заявлению конкурсного управляющего, контролирующими лицами ООО «Экспертиза» являлись:

-ФИО2 - с 21.08.2014 является участником (учредителем) ООО «Экспертиза», владеющим долей в размере 80% уставного капитала общества, номинальной стоимостью 100 000 руб., с 22.12.2015 являлся директором ООО «Экспертиза»;

-ФИО3 - с 21.08.2014 до 21.12.2015 являлась директором ООО «Экспертиза»;

-ФИО4 - с 28.07.2004 по 15.11.2012 являлся участником (учредителем) ООО «Экспертиза», владеющим долей в размере 80% уставного капитала общества, номинальной стоимостью 100 000 руб., с 07.07.2006 до 20.08.2014 являлся директором ООО «Экспертиза». При этом ФИО4 находится в отношениях родства с ФИО3, ФИО2, а именно является отцом ФИО3, ФИО3 является супругой ФИО2 Также ФИО4 являлся полномочным представителем ООО «Экспертиза» на основании доверенности;

-ФИО7 является лицом, которое извлекло существенную выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного поведения руководителя должника.

У должника ООО «Экспертиза» недостаточно имущества для погашения требования кредиторов. Полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц:

1) ФИО2 не переданы бухгалтерская и иная документация, печати, штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему, что является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Определением от 21.09.2018 суд обязал ФИО2 передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности ООО «Экспертиза».

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2018 определение от 21.09.2018 оставлено без изменения.

Однако до настоящего времени ФИО2 не передал конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию, материальные и иные ценности ООО «Экспертиза», в результате чего существенно затруднено проведение процедуры банкротства, в том числе отсутствует возможность: формирования конкурсной массы, в т.ч. определения основных активов должника и их идентификации; выявления контрагентов должника; выявления в полном объеме совершенных в период подозрительности сделок и их условий, в т.ч. возможность проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы.

2) ФИО3 и ФИО2 не исполнена обязанность по подаче заявления должника о признании несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд, что является основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве.

У должника имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Должником не исполнялись вступившие в законную силу решения суда или иные судебные акты. Не исполнены требования по исполнительным производствам начиная с 02.06.2015.

Должником не оплачиваются в полном объеме налоги и сборы. В реестр требований кредиторов должника включены кредиторы с датой возникновения требований начиная с 06.05.2015.

Начиная с 01.04.2015 - момент формирования бухгалтерской отчетности за 2014 год, для руководителя ООО «Экспертиза» являлось очевидным, что должник не имел возможности рассчитаться в полном объеме со своими кредиторами, и удовлетворение требований одного кредитора приводило к невозможности удовлетворения требований других кредиторов. Соответственно, у руководителя должника с 01.05.2015 возникла предусмотренная пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом. Вместе с тем, руководитель должника не только не обратился в суд с заявлением о признании должника банкротом, но и не предпринимал меры по предотвращению несостоятельности (банкротства) должника, погашению требований кредиторов.

Кроме того, руководитель должника продолжал убыточную деятельность должника, в результате которой возникли новые обязательства. При этом добросовестное исполнение руководителем обязанности по подаче заявления позволило бы должнику погасить требования в большем размере.

3) ФИО7, ФИО4, ФИО3 и ФИО2 причинен естественный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этими лицами сделок должника, что является основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Между ООО «Экспертиза» и ФИО7 (выгодоприобретателем) был заключен договор от 09.07.2012 доверительного управления акциями ЗАО «Кедр», принадлежащими ФИО7

На дату заключения договора руководителем должника являлся ФИО4 Исполнение договора осуществлялось в период, когда руководителями должника являлись ФИО4, ФИО3 и ФИО2

Согласно п. 1.1 договора доверительного управления имуществом от 09.07.2012 (далее по тексту - договор) управляющий (ООО «Экспертиза») обязуется за вознаграждение в течение срока действия настоящего договора в интересах учредителя управления (ФИО7) осуществлять доверительное управление переданных ему обыкновенных именных акций ЗАО «Кедр» (далее - эмитент), номер государственного выпуска ценных бумаг 1-01-30228-К, в количестве 2711,0 штук, номинальной стоимостью 10,0 рублей за акцию, общей номинальной стоимостью 27100,0 руб., что составляет 27,11% уставного капитала эмитента. Состав имущества, переданного в доверительное управление, фиксируется сторонами в акте приема-передачи имущества.

Изменениями №02 от 16.02.2013 внесены изменения в п. 1.1 договора доверительного управления имуществом от 09.07.2012 в части количества акций - 3357,0 штук, номинальной стоимостью 10,0 рублей за акцию, общей номинальной стоимостью 33570,0 руб., что составляет 33,57% уставного капитала эмитента.

В соответствии с разделом 5 договора управляющий имеет право на получение вознаграждения в размере 100 рублей в месяц. Оплата вознаграждения производится учредителем управления не позднее 10-го числа каждого месяца путем перечисления денежных средств на расчетный счет управляющего.

Доверительный управляющий имеет право на возмещение всех расходов, связанных с доверительным управлением, за исключением тех, которые были вызваны его непрофессиональными действиями, если таковые последуют.

Выступая в качестве доверительного управляющего по договору доверительного управления имуществом от 09.07.2012 ООО «Экспертиза» понесло расходы, связанные с доверительным управлением, а именно: судебные расходы, взысканные с ООО «Экспертиза» в пользу ЗАО «Кедр» Определениями Арбитражного суда Челябинской области от 08.07.2016 по делу №А76-19048/2014, от 21.01.2015 по делу № А76-7657/2014, от 29.03.2016 по делу № А76-29406/2013, от 25.10.2016 по делу № А76-16058/2014, от 14.03.2016 по делу № А76-21054/2014, от 09.02.2016 по делу № А76-6253/2014, от 29.06.2015 по делу № А76-20403/2013, постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2016 по делу № А76-15141/2014 в размере 602 500 руб.

В судебных процессах, по результатам которых с ООО «Экспертиза» взысканы судебные расходы, интересы ООО «Экспертиза» представлял уполномоченный представитель ФИО4

С даты заключения договора доверительного управления имуществом от 09.07.2012 ФИО7 не производилась оплата вознаграждения и возмещение расходов по договору.

Задолженность по вознаграждению управляющего за период с 09.07.2012 по 12.10.2018 в размере 7 400 руб. (исходя из размера вознаграждения в сумме 100 рублей в месяц) была оплачена представителем ФИО7 ФИО10 только после получения претензии конкурсного управляющего 15.10.2018.

Руководители должника ФИО4, ФИО3, ФИО2 требований об оплате вознаграждения и возмещения расходов, связанных с доверительным управлением, ФИО7 не заявляли, сумму задолженности в судебном порядке не взыскивали.

Таким образом, по мнению конкурсного управляющего, в действиях сторон договора доверительного управления имуществом от 09.07.2012 имеет место злоупотребление правом. Договор доверительного управления имуществом от 09.07.2012 является сделкой, заключенной на заведомо невыгодных условиях. Размер вознаграждения управляющего, установленный договором в сумме 100 рублей в месяц, существенно в худшую сторону отличается от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Размер вознаграждения ООО «Экспертиза» по договору доверительного управления имуществом от 09.07.2012 за период с 09.07.2012 по 31.10.2018 должен составлять 2 778 218 руб. 11 коп.

С учетом произведенной оплаты, недополученный доход (упущенная выгода) по договору составляет 2 770 818 руб. 11 коп., расходы, связанные с доверительным управлением составляют 602 500 руб. Итого убытки составляют 3 373 318 руб. 11 коп.

Действия руководителей должника ФИО4, ФИО3 и ФИО2 и выгодоприобретателя ФИО11 по заключению и исполнению договора доверительного управления имуществом от 09.07.2012 осуществлялись за пределами нормальных предпринимательских соображений, чем причинены убытки должнику и кредиторам. Неправомерные действия (бездействие) контролирующих лиц должника выражаются в принятии решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе заключение и исполнение явно убыточной сделки на заведомо невыгодных условиях, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Заключение и исполнение договора доверительного управления имуществом от 09.07.2012 на заведомо невыгодных условиях является причиной объективного банкротства должника, приведшее к невозможности погашения требований кредиторов.

Дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Экспертиза» возбуждено на основании заявления кредитора ЗАО «Кедр», в пользу которого с должника взысканы судебные расходы определениями Арбитражного суда Челябинской области от 08.07.2016 по делу №А76-19048/2014, от 21.01.2015 по делу № А76-7657/2014, от 29.03.2016 по делу № А76-29406/2013, от 25.10.2016 по делу № А76-16058/2014, от 14.03.2016 по делу № А76-21054/2014, от 09.02.2016 по делу № А76-6253/2014, от 29.06.2015 по делу № А76-20403/2013, постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2016 по делу № А76-15141/2014 в размере 602 500 руб.

Таким образом, по мнению конкурсного управляющего ФИО5, действия контролирующих лиц должника ФИО4, ФИО3, ФИО2 и ФИО7 повлекли фактически наступление объективного банкротства должника и причинили существенный вред имущественным правам должника и кредиторов.

Основываясь на вышеизложенных обстоятельствах, конкурсный управляющий ФИО5 обратилась в суд с настоящим заявлением о привлечении ФИО4, ФИО3, ФИО2 и ФИО7 к субсидиарной ответственности.

Суд первой инстанции удовлетворил заявление конкурсного управляющего в части, привлек ФИО4, ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Экспертиза» солидарно в размере 777 485 руб. 35 коп., придя к выводу, что указанные контролирующие должника лица выбрали и поддерживали такую модель ведения деятельности, которая привела к возникновению у ООО «Экспертиза» признаков неплатежеспособности и банкротству предприятия без возможности осуществления расчетов с кредиторами за счет имущества должника. Отказывая в удовлетворении заявления в части привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Экспертиза», суд исходил из того, что ФИО7 не является контролирующим должника лицом.

Апелляционный суд полагает, что определение подлежит отмене в части удовлетворения требований в силу следующего.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве применяются к лицам, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника банкротом отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными из-за недостаточности имущества должника. Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер причиненного по его вине вреда имущественным правам кредиторов существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за его счет.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника о собственном банкротстве в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд на основании указанной нормы не позднее чем через месяц со дня возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 10 названного Закона нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен статьей 9 Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего, возникшим после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016 (раздел, связанный с практикой применения положений законодательства о банкротстве), в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума N 53), привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

В пункте 56 постановления Пленума N 53 разъяснено, что по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Вместе с тем, отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1012 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя).

Передача имущества в доверительное управление не влечет перехода права собственности на него к доверительному управляющему.

На основании пункта 3 статьи 1022 Гражданского кодекса Российской Федерации долги по обязательствам, возникшим в связи с доверительным управлением имуществом, погашаются за счет этого имущества. В случае недостаточности этого имущества взыскание может быть обращено на имущество доверительного управляющего, а при недостаточности и его имущества на имущество учредителя управления, не переданное в доверительное управление.

В силу абзаца 2 статьи 1025 Гражданского кодекса Российской Федерации правомочия доверительного управляющего по распоряжению ценными бумагами определяются в договоре доверительного управления.

Судом установлено, что должник осуществлял только один вид деятельности – доверительное управление акциями.

Договор доверительного управления и документы, связанные с его исполнением, имеются в материалах дела.

Конкурсный управляющий не указал, какие конкретно документы необходимо передать бывшим руководителем должника для формирования конкурсной массы, тем более, что она составляет только право требование к учредителю доверительного управления на сумму понесенных расходов, связанных с доверительным управлением.

В этой связи оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за не передачу документов и имущества не имеется.

В соответствии с разделом 5 договора доверительного управления управляющий имеет право на получение вознаграждения в размере 100 рублей в месяц. Оплата вознаграждения производится учредителем управления не позднее 10-го числа каждого месяца путем перечисления денежных средств на расчетный счет управляющего.

Доверительный управляющий имеет право на возмещение всех расходов, связанных с доверительным управлением, за исключением тех, которые были вызваны его непрофессиональными действиями, если таковые последуют.

Условия договора не являются подозрительными и отвечают требованиям действующего законодательства.

Сделка совершена при равноценном встречном предоставлении при отсутствии доказательств аффилированности ФИО7 по отношению к ООО «Экспертиза».

Размер вознаграждения 100 руб. в месяц не является заниженным, а представленная в материалы дела справка Южно-Уральской торгово-промышленной палаты от 07.11.2018 №3796/18 (т.1, л.д.39) о стоимости услуг доверительного управления имуществом - акциями, не может принята в качестве надлежащего доказательства, поскольку она составлена на основании анализа стоимости услуг профессиональных участников рынка ценных бумаг, тогда как должник к таким не относится.

Фактически кредиторская задолженность перед ЗАО «Кедр» образовалась в связи с оказанием ООО «Экспертиза» услуг по договору доверительного управления акциями, при этом анализ судебных актов показал, что иски ООО «Экспертиза» направлены на сохранение активов ЗАО «Кедр» (оспаривались сделки по отчуждению имущества ЗАО «Кедр»), а также на сохранение корпоративного контроля (оспаривались решения акционеров, в том числе по изменению места проведения собрания, по увеличению уставного капитала).

Так, по делу №А76-19048/2017 ООО «Экспертиза», ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 (далее – истцы) 29.07.2014 обратились в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к ЗАО «Кедр», ООО «Кедр-Автомотив» о признании недействительными договоров купли-продажи от 28.02.2013 №01, от 30.04.2013 №02, от 28.10.2013 № 03, от 20.11.2013 № 04, от 27.02.2014 № 05, от 01.04.2014 № 06. Ссылаясь на заключение сделки с заинтересованным лицом без одобрения сделки собранием акционеров, при этом реализовывался актив, участвовавший в основном виде деятельности общества. Суд, отказывая в удовлетворении требований, согласился с тем, что сделка совершена с нарушением установленном законом порядка ее одобрения, однако пришел к выводу об отсутствии вреда Обществу в результате ее совершения.

По делу №А76-7657/2014 ООО «Экспертиза», ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 обратились в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к ЗАО «Кедр»: о признании недействительными решений совета директоров ЗАО «Кедр» от 21.10.2013, оформленных протоколом №12, 2) о признании недействительным пункта 5.3.1 устава ЗАО «Кедр». Пунктом 5.3.1. устава установлено место проведения общего собрания акционеров ЗАО «Кедр»: 220026, <...>. 95. Данная редакция указанного пункта устава утверждена решением общего собрания акционеров ЗАО «Кедр» от 31.10.2007г. Однако поскольку решение общего собрания акционеров в установленном законом порядке акционерами ЗАО «Кедр» не оспорено, суд отказал в удовлетворении требований.

По делу №А76-29406/2013 ООО «Экспертиза», ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 обратились в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к ЗАО «Кедр» о признании недействительными решений совета директоров ЗАО «Кедр» от 21.10.2013, оформленных протоколом №12, пункта 5.3.1 устава ЗАО «Кедр», утвержденного решением общего собрания акционеров от 31.10.2007. Как следует из судебных актов, 21.10.2013 в г.Миассе состоялось заседание совета директоров ЗАО «Кедр», оформленное протоколом №12, в котором приняли участие члены совета директоров ФИО17, ФИО18, ФИО19 Согласно протоколу присутствовавшими на заседании членами совета директоров единогласно приняты следующие решения по вопросам повестки дня:

1) Созвать внеочередное общее собрание акционеров.

2) Утвердить повестку дня годового общего собрания акционеров:

1. Внесение изменений и дополнений в устав ЗАО «Кедр»;

2. Об увеличении уставного капитала ЗАО «Кедр» путем размещения дополнительных акций посредством закрытой подписки.

3) Определить место проведения внеочередного общего собрания акционеров ЗАО «Кедр» в соответствии с п.5.3.1 устава: <...>; дату проведения: 15.11.2013, время проведения 13 час. 00 мин., начало регистрации 12 час. 00 мин. по местному времени, форму проведения внеочередного общего собрания акционеров как собрание (совместное присутствие акционеров для обсуждения вопросов повестки дня и принятия решений по вопросам, поставленным на голосование).

4) Определить дату составления списка лиц, имеющих право на участие во внеочередном общем собрании акционеров ЗАО «Кедр» - 22.10.2013.

5) Определить порядок сообщения акционерам о проведении внеочередного общего собрания акционеров путем направления им письменного уведомления заказным письмом.

6) Определить перечень информации, предоставляемой акционерам при подготовке к проведению внеочередного общего собрания акционеров и порядок ее предоставления следующим образом: сообщение о проведении внеочередного общего собрания акционеров, список лиц, имеющих право на участие во внеочередном общем собрании акционеров (материалы, которые будут представлены для ознакомления).

Предоставить возможность ознакомиться с информацией (материалами), подлежащей предоставлению при подготовке к проведению внеочередного общего собрания акционеров в учебном классе ЗАО «Кедр» по адресу: 456320, <...> в рабочее время с 09.00 до 17.00 ежедневно, кроме субботы и воскресенья, с 25.10.2013 по 14.11.2013.

7) Предложить общему собранию акционеров ЗАО «Кедр» принять решение об увеличении уставного капитала ЗАО «Кедр» путем размещения дополнительных обыкновенных именных бездокументарных акций на следующих условиях:

- количество размещаемых дополнительных акций 3 100 000 штук; - номинальная стоимость каждой дополнительно размещаемой обыкновенной именной бездокументарной акции: 10 руб.;

- способ размещения: закрытая подписка;

- потенциальный приобретатель всех дополнительных акций:

Иностранное унитарное частное производственное предприятие «БРЕЙК ХАЙДРОЛИКС» Компании «ТОЛЛГЕЙТ СИСТЕМЗ ЛИМИТЕД» ИП «БРЕЙК ХАЙДРОЛИКС» (зарегистрировано Решением Республики Беларусь от 18.05.1998 № 84 ЕРГ № 101498057);

- цена размещения (рыночная стоимость) дополнительных акций, размещаемых посредством закрытой подписки: 10 руб. за одну обыкновенную именную бездокументарную акцию;

- цена размещения (рыночная стоимость) дополнительных акций, размещаемых посредством закрытой подписки лицам, имеющим преимущественное право приобретения размещаемых акций: 10 руб. за одну обыкновенную именную бездокументарную акцию;

- форма оплаты дополнительных акций, размещаемых посредством подписки: денежные средства в валюте Российской Федерации.

8) Определить цену размещения одной дополнительной акции ЗАО «Кедр», размещаемой посредством закрытой подписки, в том числе лицам, имеющим преимущественное право приобретения размещаемых акций, в размере 10 руб. (по номинальной стоимости) за одну обыкновенную именную бездокументарную акцию.

9) Определить форму и текст бюллетеней для голосования на внеочередном общем собрании акционеров ЗАО «Кедр».

В обоснование иска истцами указано на принятие решений советом директоров, являющимся нелегитимным органом, поскольку решением Арбитражного суда Челябинской области от 03.06.2014 по делу №А76- 20403/2013 принятые на общем собрании акционеров 21.08.2013 решения признаны недействительными. Также истцы полагают, что со стороны общества имеет место злоупотребление правом, поскольку собрания проводятся неоднократно с одной и той же повесткой дня об увеличении уставного капитала ЗАО «Кедр» за пределами границы Российской Федерации в г.Минске. Кроме того, члены совета директоров ФИО12 и ФИО20 не были надлежащим образом уведомлены о проведении заседания совета директоров, назначенного на 10 час. 00 мин. 21.10.2013. На внеочередном общем собрании акционеров ЗАО «Кедр» 15.11.2013 решения по вопросам утвержденной советом директоров 21.10.2013 повестки дня собрания не приняты (л.д.146-147 т.2).

Отказывая в удовлетворении требований истцов, суд первой инстанции исходил из того, что решения совета директоров ЗАО «Кедр», оформленные протоколом от 21.10.2013 № 12, относятся к его компетенции, приняты легитимным составом, при наличии необходимого кворума, доказательств нарушения принятыми решениями прав истцов как акционеров ЗАО «Кедр» не представлено.

По делу №А76-16058/2014 ООО «Экспертиза», ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, обратились в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к ЗАО «Кедр» с требованием о признании недействительным решения внеочередного общего собрания акционеров от 27.03.2014, оформленного протоколом без номера 28.03.2014. Как следует из судебных актов, 27.03.2014 состоялось внеочередное общее собрание акционеров ЗАО «Кедр» по адресу: <...>, со следующей повесткой дня: «Об утверждении «Положения о Совете директоров ЗАО «Кедр» в редакции, согласно приложению № 1 к протоколу совета директоров № 13 от 31.01.2014» (т.1, л.д. 151). На внеочередном общем собрании акционеров присутствовал ФИО9, владеющий 51% от общего числа голосующих акций общества, который голосовал за утверждение «Положения о Совете директоров ЗАО «Кедр» в редакции согласно приложению № 1 к протоколу совета директоров № 13 от 31.01.2014. Положение о совете директоров ЗАО «Кедр» в редакции согласно приложению № 1 к протоколу совета директоров № 13 от 31.01.2014 (т.1, л.д. 119-123) утверждено решением внеочередного общего собрания акционеров ЗАО «Кедр», оформленным протоколом от 28.03.2014. Полагая, что определение в положении о совете директоров ЗАО «Кедр» в качестве места проведения заседаний совета директоров ЗАО «Кедр» населенных пунктов, находящихся вне пределов Российской Федерации и отдаленных от места нахождения общества, создает возможность для воспрепятствования членам совета директоров ЗАО «Кедр» участвовать в заседаниях совета директоров ЗАО «Кедр», проводимых в городе Минске, Республики Беларусь, является злоупотреблением правом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации; решение, принятое на внеочередном общем собрании акционеров ЗАО «Кедр» от 27.03.2014, нарушает права и законные интересы на участие представителей миноритарных акционеров в заседаниях совета директоров; при отсутствии выплаты по дивидендам акционер ФИО9 предпринимает меры по введению остальных миноритарных акционеров в дополнительные расходы и лишению их возможности влиять на политику и управление ЗАО «Кедр», истцы обратились с настоящим иском в суд.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что голосование истцов, исходя из принадлежащего им в совокупности пакета акций и порядке принятия решения по спорному вопросу повестки дня, не могло повлиять на принятие решения, за которое проголосовал акционер, владеющий 51% голосов. Принятое решение не повлекло за собой причинение убытков обществу или истцам. Суд также не установил злоупотребления правом при определении места проведения собрания в г. Минске, поскольку акционер ЗАО «Кедр» ФИО9, обладающий 5 100 обыкновенных именных акций общества, члены совета директоров – ФИО17, ФИО19 проживают в г. Минске.

По делу №А76-21054/2014 ООО «Экспертиза» обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к ЗАО «Кедр» о взыскании убытков в размере 122 983 руб. 60 коп. (с учетом уточнения исковых требований). В обоснование иска общество ссылалось на то, что является доверительным управляющим акциями ЗАО «Кедр» в количестве 3357 штук, обеспечивало участие своего представителя в общих собраниях акционеров 26.07.2013, 21.08.2013, 15.11.2013, состоявшихся в г. Минске Республики Беларусь, в связи с чем, понесло расходы в размере 122 983 руб. 60 коп., обратилось в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании с общества убытков в указанном размере. В обоснование того, что расходы, связанные с прибытием на собрания, являются его убытками, ООО «Экспертиза» указало на ненадлежащую организацию проведения собраний, а именно осуществление регистрации участников собраний и подсчета результатов голосования ненадлежащим лицом – ФИО17, являющимся членом совета директоров ЗАО «Кедр»; решением Арбитражного суда Челябинской области от 03.06.2014 по делу № А76-20403/2013 признаны недействительными решения повторного общего собрания акционеров ЗАО «Кедр» от 21.08.2013, оформленные протоколом № 7. Отказывая в удовлетворении требований, суд исходил из того, что участие акционеров в общем собрании является их правом, реализуемым в зависимости от наличия соответствующего желания, в связи с чем, расходы ООО «Экспертиза» по направлению представителя для участия в общих собраниях акционеров ЗАО «Кедр» по своей правовой природе не являются убытками по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По делу №А76-6253/2014 ООО «Экспертиза», ФИО12, ФИО20 обратились в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к ЗАО «Кедр» о признании незаконными действий генерального директора ЗАО «Кедр» ФИО18 по не допуску 17.12.2013 членов совета директоров общества «Кедр» на заседание совета директоров указанного общества, признании недействительными решений совета директоров общества от 31.01.2014, оформленных протоколом № 13.

Истцы считают, что решения совета директоров, принятые 31.01.2014 и оформленные протоколом № 13, являются недействительными, поскольку проведение заседания совета директоров в Республике Беларусь, а не по месту государственной регистрации акционерного общества нарушило право истцов на участие в принятии решений. ООО «Экспертиза» также указало, что оспариваемые решения совета директоров от 31.01.2014 являются недействительными, так как в список кандидатов в члены совета директоров, которые подлежали включению в бюллетени для голосования, не включен один из предложенных ООО «Экспертиза» кандидатов - ФИО21, а также в список не включен предложенный обществом кандидат в ревизоры ФИО12 Решением Арбитражного суда Челябинской области от 03.06.2014 по делу №А76-20403/2013 решения годового общего собрания акционеров общества «Кедр» от 21.08.2013, оформленные протоколом № 7, в том числе в части избрания членов совета директоров, признаны недействительными в связи с нарушением при проведении собрания порядка регистрации участников собрания и подсчета голосов. В связи с чем, истцы в обоснование иска также указали на нелегитимность совета директоров, принявшего оспариваемые решения. Отказывая в удовлетворении исковых требований, суды исходили, в том числе из пропуска истцами срока исковой давности.

По делу №А76-15141/2014 ООО «Экспертиза», ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 24.06.2014 обратились в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением о признании недействительным договора № 05_01-13 от 16.01.2013, заключенного между ЗАО «Кедр» и ООО «Кедр - Автомотив», г. Екатеринбург, указав, что сделка совершена при наличии признаков заинтересованности, а заключение оспариваемой сделки обусловлено передачей посреднических функций приобретателю продукции в отсутствие каких-либо оснований, который фактически получает всю прибыль. По мнению истцов, решение собрания акционеров, свидетельствующее об одобрении сделки, является ничтожным в связи с нарушением положений статьи 67.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении требований, суд исходил из недоказанности доводов истцов ввиду не представления необходимых для анализа сделок документов, а также ввиду одобрения сделки, о чем представлен протокол внеочередного собрания общего собрания акционеров общества «Кедр» (л. д. 11-14 т. 3), на котором принимал участие ФИО9, голосующий 51 % акций (л. д. 18 т. 3), принявший решение об одобрении спорного договора.

Оценив в совокупности указанные судебные акты, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что действия ООО «Экспертиза» по подаче данных исков отвечали интересам учредителя доверительного управления, направлены на защиту интересов миноритарного акционера, следовательно, в соответствии с условиями договора доверительного управления управляющий - ООО «Экспертиза» имеет право на возмещение всех расходов, понесенных в рамках настоящих споров.

Несмотря на то, что ООО «Экспертиза» не обращалось с требованием к ФИО7 (учитывая, что ФИО7 с 30.09.2013 находился под стражей, а доверенность на представление своих интересов смог выдать только в 2018 году) о возмещении судебных расходов, связанных с доверительным управлением акциями, ЗАО «Кедр» обратилось в порядке статьи 1022 Гражданского кодекса Российской Федерации в Миасский городской суд Челябинской области с иском к ФИО7 о взыскании 602 500 руб. Апелляционным определением Челябинского областного суда от 29.01.2019 (дело №11-807/2019) исковые требования удовлетворены. Суд исходил из субсидиарной ответственности ФИО7 по обязательствам ООО «Экспертиза» (т.2, л.д.62-70).

Согласно справке о движении денежных средств по депозитному счету по исполнительному производству №16977/19/74054-ИП по состоянию на 17.10.2019, АО «Кедр» получает от ФИО7 исполнение указанного судебного акта Челябинского областного суда.

На основании пункта 3 статьи 1022 Гражданского кодекса Российской Федерации долги по обязательствам, возникшим в связи с доверительным управлением имуществом, погашаются за счет этого имущества. При этом стоимость одной акции ЗАО «Кедр», находившейся в доверительном управлении должника, составляла на 31.08.2018 – 15 294 руб. 10 коп., при общем количестве акций, находившемся в доверительном управлении- 3 357, что было установлено постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2019 по делу №А76-32977/2018.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области от 30.08.2019 по делу №А76-38510/2018 конкурсному управляющему ФИО5 отказано во взыскании с ФИО7 суммы 602 500 руб. на том основании, что апелляционным определением Челябинского областного суда от 29.01.2019 по делу №11-807/2019 с ФИО7 в пользу ЗАО «Кедр» взыскано 602 500 руб. в порядке субсидиарной ответственности.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В соответствии с частью 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом дела обстоятельства, имеющие отношение к лицам, участвующим в данном деле, и установленные вступившим в законную силу судебным актом суда общей юрисдикции по гражданскому делу.

С учетом изложенного, материалами дела доказано, что у ООО «Экспертиза» имеется право требование к ФИО7 на сумму, составляющую реестр требований кредиторов, ввиду того, что реестр требований кредиторов составляет сумму расходов, понесенных в связи с доверительным управлением акциями ФИО7, последний владеет акциями АО «Кедр» в количестве 3 357 штуки, стоимость которых многократно превышает размер обязательств перед ООО «Экспертиза» и, соответственно, перед АО «Кедр», и за счет которых возможно погасить кредиторскую задолженность.

В этой связи, как на момент заключения договора доверительного управления имуществом, так и в период его исполнения, а также в период взыскания с ООО «Экспертиза» судебных расходов общество в лице своих руководителей правомерно полагало возможным погасить образовавшуюся задолженность за счет имущества, находившегося в доверительном управлении, в связи с чем, отсутствовала обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве.

Также суд апелляционной инстанции не установил неправомерных действий либо бездействия органов управления должника по доведению его до банкротства, учитывая, что задолженность, послужившая основанием для возбуждения дела о банкротстве, в настоящее время погашается субсидиарным ответчиком в силу положений статьи 1022 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть отсутствовала целесообразность инициирования АО «Кедр» процедуры банкротства при наличии ликвидного актива у ООО «Экспертиза» - право требования к ФИО7 и обращения взыскания на акции АО «Кедр», находившиеся в доверительном управлении.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводом суда первой инстанции о том, что указанные контролирующие должника лица выбрали и поддерживали такую модель ведения деятельности, которая привела к возникновению у ООО «Экспертиза» признаков неплатежеспособности и банкротству предприятия без возможности осуществления расчетов с кредиторами за счет имущества должника, поскольку деятельность ООО «Экспертиза» осуществлялась в соответствии с договором доверительного управления акциями, в отсутствие убытков от такой деятельности.

Суд также соглашается с доводами жалоб о том, что никакой угрозы для кредиторов общества не возникало в результате деятельности ООО «Экспертиза», т.е. общество вело обычную хозяйственную деятельность, связанную с исполнением договорных обязательств. Никакие активы из общества не выводились и подозрительные сделки не заключались.

При таких обстоятельствах в удовлетворении требований конкурсного управляющего о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника следует отказать.

С учетом изложенного, судебный акт в части привлечения к ответственности ФИО2, ФИО3 ФИО4 следует отменить в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4 – удовлетворить.

В части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего ООО «Экспертиза» о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности, судебный акт не подлежит отмене в силу следующего.

Для определения вины и привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо доказать, что это лицо давало указания, прямо или косвенно направленные на доведение организации до банкротства, либо совершало действия (бездействовало), в результате чего был причинен имущественный вред.

Между тем, из материалов дела следует, что ФИО7 с сентября 2013 года находился под стражей, соответственно, презюмируется, что не имел возможности влиять на осуществление ООО «Экспертиза» своей деятельности, давать обязательные для исполнения указания по ее осуществлению, в том числе при реализации ООО «Экспертиза» полномочий доверительного управляющего принадлежащими ФИО7 акциями.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что вина ФИО7 в доведении ООО «Экспертиза» до банкротства не установлена.

Доверенность на представителя ФИО7 смог выдать только в 2018 году, обратное материалами дела не доказано.

В этой связи суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, апелляционная жалоба конкурсного управляющего ООО «Экспертиза» ФИО5 в указанной части удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 01.11.2019 по делу № А76-5956/2018 отменить в части удовлетворения требований, апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4 удовлетворить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Экспертиза» ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3, ФИО4 отказать.

В удовлетворении апелляционной жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Экспертиза» ФИО5 отказать.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяМ.Н. Хоронеко

Судьи:Ю.А. Журавлев

А.А. Румянцев