Постановление от 7 сентября 2025 г. по делу № А51-7389/2020

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-7389/2020
г. Владивосток
08 сентября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 25 августа 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 08 сентября 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего М.Н. Гарбуза,

судей Т.В. Рева, К.А. Сухецкой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Простор-ДВ», конкурсного управляющего ЗАО «СП Владитал» ФИО1,

апелляционные производства № 05АП-3878/2024, 05АП-3879/2024

на определение от 03.06.2024

судьи Е.В. Володькиной

по делу № А51-7389/2020 Арбитражного суда Приморского края

заявление конкурсного управляющего должника о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности в рамках дела по заявлению ООО «Простор-ДВ» (ОГРН <***>, адрес: <...>) к ЗАО «СП Владитал» (ОГРН <***>, место нахождения: 690065, <...>) о признании его несостоятельным (банкротом),

при участии:

ФИО2 (лично), паспорт; представитель ФИО3 по доверенности от 10.03.2023 сроком действия 3 года, паспорт (до и после перерыва),

конкурсный управляющий ЗАО «СП Владитал» - ФИО1 (лично), паспорт (до и после перерыва),

от ООО «Простор-ДВ»: представитель ФИО4 по доверенности от 14.03.2025 сроком действия 3 года, паспорт (до и после перерыва),

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Простор-ДВ» (далее - ООО «Простор-ДВ», кредитор) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании закрытого акционерного общества «СП Владитал» (далее - ЗАО «СП Владитал», должник, общество) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 22.09.2020 в отношении общества введена процедура банкротства наблюдение, временным управляющим должником утвержден ФИО1. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 26.09.2020 № 176 (6897).

Решением суда от 23.03.2021 общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 Соответствующие сведения опубликованы в ЕФРСБ 01.04.2021 сообщение № 6432070.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника 20.04.2022 конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 (далее – ответчик) к субсидиарной ответственности по денежным обязательства должника.

Определением суда от 03.06.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «Простор-ДВ» обратилось в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просило определение отменить полностью, разрешить вопрос по существу. Считало, что ответчик подлежит привлечению к ответственности не только как руководитель должника, но и как его участник, обладающий 100% долей акций общества. Полагало, что ответчик как контролирующее должника лицо, обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Обратило внимание суда на то, что основной вид деятельности должника «строительство жилых и нежилых зданий» (код ОКВЭД 42.20). Указало, что ответчик ссылался на то, что за счет собственных средств поддерживает официальный сайт должника, согласно которому должник является членом: СРО «Альянс строителей Приморья» и Ассоциации СРО «Проектировщики Приморского края». Однако должник исключен из членов СРО «Альянс строителей Приморья» и СРО «Проектировщиков Приморского края» 17.12.2020 и 11.07.2019, страхование гражданской ответственности в строительной деятельности не осуществлял, следовательно не мог заниматься деятельностью (строительством). Отметило, что на сайте должника отражена недостоверная информация. Указало, что по состоянию на 07.12.2018 в отношении должника возбуждено 3 исполнительных производства на сумму 328 650,46 руб.; по состоянию на 01.04.2019 в отношении должника в сводном производстве объединены 11 исполнительных производств на сумму 2 239 223,99 руб.; по состоянию на 30.04.2019 в отношении должника возбуждено 13 исполнительных производств на сумму 5 066 462,96 руб.; по состоянию на 04.05.2019 в отношении должника возбуждено 19 исполнительных производств на сумму 6 559 882,54 руб., изложенное, по мнению апеллянта, свидетельствует о признаках объективного банкротства на 01.04.2019. Следовательно, после указанной даты добросовестный руководитель обязан был не позднее 30.04.2019 обратиться в арбитражный суд с заявлением об инициировании процедуры банкротства в отношении общества. Ссылался на то, что после 30.04.2019 кредиторская задолженность общества продолжала нарастать. Кредитор после возбуждения исполнительного производства, полагая, что должник обладает признаками банкротства, 04.04.2019 разместил в ЕФРСБ сообщение № 03796670 о намерении обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом. Аналогичное сообщение о намерении обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом размещено налоговым органом (сообщение от 06.09.2019 № 04250412), заявление подано в суд 30.08.2019, принято к производству определением от 06.09.2019, однако требования уполномоченного органа погашены третьим лицом – ООО «Альфекка». Апеллянт указал, что сумма задолженности должника в рамках исполнительного производства по состоянию на 17.10.2019 составила 7 116 759,49 руб.; по состоянию на 25.10.2019 составила 7 130 759,49 руб.; при этом ответчиком не представлен разработанный им план выхода из кризисной ситуации и его следование разработанному плану. Оспорил факт погашения ответчиком заложенности по заработной плате, поскольку предоставленная ведомость по заработной плате оформлена ненадлежащим образом (не содержит подписи руководителя и главного бухгалтера; отсутствует указание периода, за который произведены расчеты; не представлено доказательств уплаты НДФЛ, страховых взносов). Отметил, что руководитель общества не предоставил информации о заключении тендеров, доказательств ведения деятельности, страхования деятельности должника. Ссылался на передачу в рамках исполнительного производства 5 единиц техники на ответственное хранение ответчику, которая конкурсному управляющему не передана.

Конкурсный управляющий, обратился в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить полностью, разрешить вопрос по существу. Считал, что ответчик, как контролирующее должника лицо, обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). Обратил внимание на то, что судом обстоятельства, связанные с возможностью осуществления должником основного и дополнительных видов деятельности, не установлены; указал, что должник с середины 2017 года не имел возможности осуществлять деятельность; не имел действующих лицензий, сотрудников для осуществления деятельности. Указал, что по состоянию на 17.10.2019 сумма задолженности должника перед взыскателями в рамках исполнительных производств составила 7 116 759,49 руб.; по состоянию на 25.10.2019 задолженность перед налоговым органом погашена, задолженность перед иными взыскателями составила 7 130 759,49 руб. Ссылался на то, что ответчиком не представлены разработанные им планы выхода из кризисной ситуации. Считал несостоятельными выводы суда о взыскании руководителем дебиторской задолженности, поскольку она бесперспективна для взыскания. Кроме того, информация о дебиторской задолженности в бухгалтерском балансе не отражена. Оспорил вывод о выплате заработной плате работником. Отметил, что доказательства выплаты задолженности по заработной плате отсутствуют, поскольку все документы предоставлены в копиях. Обратил внимание на то, что в 2019 году должник деятельность не осуществлял, тендеры, контракты не заключал. Поскольку 01.04.2019 у должника имелись признаки неплатежеспособности, ответчик должен был 30.04.2019 направить в арбитражный суд заявление о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определениями апелляционного суда от 16.07.2024 и 17.07.2024 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание по рассмотрению жалоб назначено на 13.08.2024.

Определениями апелляционного суда от 13.08.2024, 11.09.2024, 09.10.2024, 06.11.2024, 26.11.2024, 17.12.2024, 14.01.2025, 14.02.2025, 11.03.2025, 08.04.2025, 29.04.2025, 30.06.2025, 23.07.2025 судебные заседания по рассмотрению апелляционных жалоб откладывались на 11.09.2024, на 09.10.2024, на 06.11.2024, на 26.11.2024, на 17.12.2024, на 14.01.2025, на 12.02.2025, на 11.03.2025, на 08.04.2025, на 29.04.2025, на 28.05.2025, на 23.07.2025, на 11.08.2025.

Определениями апелляционного суда от 06.09.2024, от 09.01.2025, от 17.06.2025, от 07.08.2025, в коллегиальном составе суда производилась замена судей, в связи с чем рассмотрение апелляционных жалоб начиналось сначала в порядке части 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Также коллегией рассмотрено заявленные конкурсным управляющим ЗАО «СП Владитал» и ответчиком ходатайства о назначении судебной экспертизы. Определением суда от 30.06.2025 ходатайство о назначении судебной экспертизы удовлетворено, производство экспертизы поручено эксперту ООО «Индустрия-Р» ФИО5 (имеющей специальные знания в оценочной деятельности, стаж экспертной работы 15 лет (с 2010 года), стаж работы в оценочной деятельности 17 лет (с 2008 года).

В материалы дела в порядке статей 81, 262 АПК РФ поступили:

-отзыв ответчика, в котором приведены доводы об отсутствии доказательств вины ФИО2 в причинении умышленного вреда экономическому положению общества; ответчик отметил, что определением от 24.03.2023 конкурсному управляющему отказано в признании недействительной сделки по погашению задолженности перед уполномоченным органом; ссылался на предоставление бухгалтерской отчетности в 2019 году и в 2020 году; считал, что заявителем не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика либо ненадлежащим исполнением им обязанностей руководителя и негативными последствиями для должника и кредиторов;

-возражения ответчика, в которых указано: на отсутствие сделок, которые привели к банкротству должника; предоставление в налоговый орган отчетности за 2019 и 2020 годы; передачу документации конкурсному управляющему; отсутствие налоговых нарушений; ссылался на погашение задолженности по заработной плате и перед налоговым органом в период процедуры наблюдения; считал, что заявителем не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика либо ненадлежащим исполнением им обязанностей руководителя и негативными последствиями для должника и кредиторов; считал, что отсутствие возможности формирования конкурсной массы, невозможность взыскания дебиторской заложенности не может являться основанием для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности; ссылался на предоставление в материалы дела заключенных контрактов, договоров; указал, что руководитель не совершал действий, которые могли причинить вред должнику; опроверг доводы об отсутствии возможности общества осуществлять деятельность;

-объяснения ООО «Простор-ДВ», в которых кредитор опроверг доводы о наличии дебиторской задолженности, указал, что по результатам инвентаризации имущества должника выявлено наличие только транспортного средства; ссылался на то, что общество в 2019 году деятельность не осуществляло (отсутствовали работники, работы не производились);

-дополнительные пояснения на отзыв ответчика, предоставленные конкурсным управляющим, в которых указано на непередачу ответчиком транспортного средства Toyota Town Ace Noah, ключей и документов к нему конкурсному управляющему; ссылался на наличие права требования должника к ООО «Торговый дом «ТранзитДВ» на сумму 3 000 000 руб. (включены определением от 11.08.2017 по делу № А51-4298/2017 в третью очередь реестра требований кредиторов); за весь период проведения процедуры банкротства должника в счет оплаты дебиторской задолженности денежные средства не поступили; кредиторами на собрании 01.10.2024 принято решение о списании дебиторской задолженности ООО «Торговый дом «ТранзитДВ» в связи с бесперспективностью ее реализации;

-ходатайство о приобщении дополнительных документов, в котором ФИО2 приобщил проект мирового соглашения;

-заявление ответчика о применении срока исковой давности, согласно которому срок на предъявление настоящего заявления составляет три года и подлежит исчислению с даты признания должника банкротом; ФИО2 считал, что срок исковой давности на предъявление рассматриваемых требований истек;

-заключение эксперта ООО «Индустрия-Р» № 03-2025 (25509) о рыночной стоимости транспортных средств;

-ходатайство ответчика о приобщении документов (отчеты об оценке от 09.07.2025 № 8955/1-В и №8955/2-В);

-объяснения ООО «Простор-ДВ», согласно которым кредитор считает отчеты об оценке, представленные ответчиком, ненадлежащим доказательством по делу;

-дополнительные пояснения конкурсного управляющего по апелляционной жалобе, согласно которым управляющий считает отчеты об оценке, представленные ФИО2 ненадлежащим доказательством по делу;

-дополнительные возражения ответчика, согласно которым заключение эксперта ООО «Индустрия-Р» № 03-2025 (25509) о рыночной стоимости транспортных средств оценке не может быть использовано в качестве надлежащего доказательства по делу в связи с использованием неподтвержденной и неполно исследованной информацией.

К судебному заседанию через канцелярию суда от ООО «Индустрия-Р» поступило экспертное заключение, которое приобщено к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ.

Через канцелярию суда от ФИО2 поступило ходатайство от 08.08.2025 о приобщении к материалам дела копии отчетов об оценке спорных транспортных средств.

Конкурсный управляющий ЗАО «СП Владитал», представитель ООО «Простор-ДВ» поддержали доводы своих апелляционных жалоб. Определение суда первой инстанции просили отменить по основаниям, изложенным в апелляционных жалобах.

ФИО2 и его представитель поддержали доводы, изложенные в отзыве на апелляционные жалобы и письменных пояснений. Обжалуемое определение считали законным и обоснованным, просили оставить его без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

ФИО2 и его представитель передали суду копии отчетов об оценке спорных транспортных средств, ходатайствовали об их приобщении к материалам дела.

Конкурсный управляющий ЗАО «СП Владитал», представитель ООО «Простор-ДВ» против приобщения дополнительных доказательств не возражали.

Коллегия, совещаясь на месте, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определила приобщить к материалам дела дополнительные доказательства, как представленные в обоснование правовой позиции по апелляционным жалобам.

Посовещавшись на месте, руководствуясь статьями 163, 184, 185 АПК РФ суд определил объявить перерыв в судебном заседании до 19.08.2025 до 11 часов 30 минут.

Об объявлении перерыва лица, участвующие в деле, уведомлены в соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.

После перерыва судебное заседание продолжено 19.08.2025 в 11 часов 34 минуты в том же составе суда, при ведении протокола судебного заседания тем же секретарем, при участии в судебном заседании представителя кредитора, конкурсного управляющего, ответчика и его представителя.

Иные лица, участвующие в деле, после перерыва не явились, что в силу части 5 статьи 163 АПК РФ не препятствовало продолжению судебного заседания.

За время перерыва в канцелярию суда от конкурсного управляющего ЗАО «СП Владитал» и ООО «Простор-ДВ» поступили дополнительные пояснения, объяснения по апелляционной жалобе, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ.

ФИО2 и его представитель ходатайствовали об отложении судебного заседания с целью ознакомления с отчетом об оценке.

Представитель ООО «Простор-ДВ», конкурсный управляющий ЗАО «СП Владитал» против отложения судебного заседания возражали.

Коллегия апелляционного суда поставила на обсуждение лиц, участвующих в деле, вопрос о правовой квалификации заявленных требований.

Конкурсный управляющий ЗАО «СП Владитал», ФИО2 и его представитель пояснили, что заявленные требования следует квалифицировать как убытки. Ответили на вопросы суда.

Представитель кредитора пояснил, что заявленные требования следует квалифицировать как привлечение к субсидиарной ответственности. Дал пояснения суду.

Посовещавшись на месте, руководствуясь статьями 163, 184, 185 АПК РФ, суд определил объявить перерыв в судебном заседании до 25.08.2025 до 13 часов 30 минут и отказать в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания.

Об объявлении перерыва лица, участвующие в деле, уведомлены в соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.

После перерыва судебное заседание продолжено 25.08.2025 в 13 часов 56 минут в том же составе суда, при ведении протокола судебного заседания тем же секретарем, при участии в судебном заседании представителя кредитора, конкурсного управляющего, ответчика и его представителя.

Иные лица, участвующие в деле, после перерыва не явились, что в силу части 5 статьи 163 АПК РФ не препятствовало продолжению судебного заседания.

В канцелярию суда от ФИО2 поступили дополнительные возражения, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ.

Лица, участвующие в деле, поддержали озвученные до объявления перерыва в судебном заседании правовые позиции по настоящему спору.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционных жалоб и отзывов на жалобы, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как установлено судом и следует из материалов дела, согласно выписки из Единого государственного реестра юридических лиц (приобщена к заявлению ООО «Простор-ДВ» о признании должника банкротом 16.04.2020) ФИО2 являлся руководителем (с 15.10.2002) и единственным акционером ЗАО «СП Владитал» (30.07.2009, доля участия 100%, размер уставного капитала 600 000 руб.), который до введения в отношении общества процедуры конкурсного производства являлся генеральным директором должника.

Таким образом, применительно к положениям статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) ФИО2 обладает статусом контролирующего должника лица.

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, конкурсный управляющий должником ссылался на неисполнение требований статьи 9 Закона о банкротстве в части направления в суд заявления о признании подконтрольного общества банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве), а также на невозможность полного погашения требований кредиторов в связи с причинением вреда имущественным правам кредиторов (подпункты 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), который выразился в том, что ФИО2, являясь руководителем должника, действовал недобросовестно, совершил сделки, в результате которых произведено преимущественное погашение требований уполномоченного органа, в результате которых причинен существенный вред кредиторам, а также не в полном объеме передал документацию и имущество общества, что привело к невозможности формирования конкурсной массы и погашения требований кредиторов.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные конкурсным управляющим требования, не усмотрел оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности на основании положений подпунктов 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11, статьи 61.12 Закона о банкротстве, установив, что ФИО2 предпринимал меры для восстановления платежеспособности общества (взыскивал дебиторскую задолженность, обжаловал судебные акты по взысканию задолженности, осуществлял поиск контрагентов, погашал задолженность по заработной плате перед работниками за счет собственных средств), передал арбитражному управляющему документацию. Кроме того, суд первой инстанции принял во внимание, что в удовлетворении заявления о признании сделок должника недействительными (перечисления денежных средств в пользу уполномоченного органа) отказано и бывший руководитель должника исполнил обязанность по передаче управляющему документации общества.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции в связи со следующим.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Под субсидиарной ответственностью понимается ответственность перед кредитором лица, не являющегося стороной по обязательству, дополнительно к ответственности другого лица - основного должника по обязательству (статья 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве, устанавливающая основания и порядок привлечения контролирующих должника лиц к ответственности в деле о банкротстве.

В пункте 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ регламентировано, что он вступает в силу с момента его официального опубликования, то есть с 30.07.2017; также указанным законом прекращено действие положений статьи 10 Закона о банкротстве, которой была установлена ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве.

По смыслу пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ), положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 30.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

В данном случае с учетом даты поступления заявления конкурсного управляющего и обстоятельств, на основании которых управляющий заявляет о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции правильно определил, что настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права в редакции Закона № 266-ФЗ.

Заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2. Закона о банкротстве, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности (пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Возможность определять действия должника может достигаться в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии.

Подпунктом 1 пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Поскольку ФИО2 являлся руководителем (с 15.10.2002) и единственным учредителем ЗАО «СП Владитал» (30.07.2009), суд первой инстанции правомерно признал последнего контролирующим должника лицом.

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий ссылался на статью 61.12 Закона о банкротстве, согласно которой основанием для привлечения к субсидиарной ответственности является неисполнение руководством должника обязанности, предусмотренной статьи 9 Закона о банкротстве, по обращению в суд с заявлением о признании ЗАО «СП Владитал» несостоятельным (банкротом).

В обоснование своих требований конкурсный управляющий указал, что по состоянию на 30.08.2019 должник имел непогашенную задолженность перед Федеральной налоговой службой в размере 2 168 233,25 руб. (согласно заявлению уполномоченного органа по делу № А51-18998/2019) и перед ООО «Простор ДВ» в размере 3 406 253,04 руб. (по делу № А51-26325/2019). Задолженность перед ООО «Простор ДВ» подтверждена судебными актами и в последующем включена Арбитражным судом Приморского края в реестр требований кредиторов. При указанных обстоятельствах, конкурсный управляющий полагал, что по состоянию на 30.08.2019 должник отвечал признакам неплатежеспособности, соответственно, не позднее 30.09.2019 руководитель должника обязан был подать заявление о банкротстве (несостоятельности) должника.

Вывод конкурсного управляющего должника о наличии признаков неплатежеспособности подтверждается результатами финансового анализа деятельности должника и реестром требований кредиторов должника.

Конкурсный кредитор ООО «Простор ДВ», поддерживая позицию конкурсного управляющего (согласно отзыва, том 1 л.д. 103-111), полагал, что должник обладал признаками неплатежеспособности по состоянию на 01.04.2019, поскольку на указанную дату имел кредиторскую задолженность перед: ООО «Н-Д» в размере 669 027,43 руб.; Федеральной службой по труду и занятости в размере 35 000 руб. (штраф); по заработной плате в размере 306 500,26 руб. (перед ФИО6; ФИО7); «Альянс строителей Приморья» в размере 124 600 руб.; ГИБДД УМВД России по г. Владивостоку в размере 1 300 руб. (штраф); ИФНС по Фрунзенскому району г. Владивостока в размере 538 771,97 руб.; ООО «Простор ДВ» в размере 564 024,0 руб. Кредитор ссылался на то, что по состоянию на 01.04.2019 задолженность перед кредиторами не погашена, взыскивалась в рамках исполнительного производства, ответчик 30.04.2019 должен был исполнить обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением об инициировании процедуры банкротства в отношении ЗАО «СП Владитал», которая ФИО2 не исполнена. Ссылался на возникновение после 30.04.2019 задолженности перед ИФНС России по Фрунзенскому району г. Владивостока в размере 2 098 845,65 руб.; ООО «Простор ДВ» по неустойке по дату фактического исполнения обязательств по ставке 0,01% в день от суммы основного долга в размере 564 024 руб. и в размере 3 018 393,31 руб.; «Альянс строителей Приморья» в размере 83 200 руб.; Государственной инспекцией труда в размере 30 000 руб. (штраф).

Проверяя указанные доводы, коллегией по материалам дела усматривается, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «СП Владитал» временным управляющим проведен финансовый анализ деятельности должника за период с 2018 года по 2020 год (приобщен 13.03.2021) по состоянию на 31.12.2020, в результате проведения которого установлено следующее: у общества отсутствовали оборотные активы, дебиторская задолженность, ликвидные активы, собственные средства, коэффициенты абсолютной ликвидности, обеспеченности обязательств активами равны 0, выручка отсутствует, степень платежеспособности по текущим обязательствам равняется 0, что позволило сделать вывод о неплатежеспособности общества, а также целесообразности обращения в арбитражный суд с ходатайством о введении процедуры конкурсного производства.

Согласно абзацу 6 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с положениями статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статье 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пункта 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

В размер ответственности в соответствии с настоящей статьей не включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьи 9 Закона о банкротстве, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника.

Таким образом, субсидиарная ответственность по основанию статьи 61.12 Закона о банкротстве наступает при совокупности следующих условий: наличие одного из перечисленных в пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; наличие неисполненных обязательств должника, возникших после наступления обязанности обратиться в суд с заявлением должника.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 № 306-ЭС17-13670(3), по смыслу разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума N 53, при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой (статьей 61.12 Закона о банкротстве), следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

По смыслу приведенных выше норм права и разъяснений высшей судебной инстанции, ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника является следствием недобросовестного поведения контролирующих лиц, скрывающих реальное финансовое состояние подконтрольного лица от независимых кредиторов.

Наличие у должника задолженности перед конкретным кредитором не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения обязательства для обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

ФИО2, возражая против его привлечения к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве, указал, что за счет собственных средств погасил задолженность перед кредитором ООО «Н-Д», поскольку между сторонами подписано соглашение о прекращении обязательств от 27.11.2019, в соответствии с которым новый должник (ЗАО «СП Владитал») передал кредитору (ООО «Н-Д») денежную сумму в размере 400 000 руб., а кредитор, получив денежные средства, полностью отказывается от взыскания денежной суммы 471 782,98 руб. по делу №А51-23586/2017 с нового должника, а также с ООО «СК ГлавВладивосток строй» (соглашение о прекращении обязательств от 27.11.2019 (том 1 л.д. 144)).

Также ФИО2 осуществил погашение:

- задолженности по оплате труда перед работниками (подтверждено ведомостью (том 1 л.д. 127)); копиями расписок работников (том 1 л.д. 128-137); постановлениями об окончании исполнительного производства от 08.12.2020, от 24.03.2021 (том 2 л.д. 25-26);

-задолженности в виде административного штрафа перед ГИБДД УМВД России на общую сумму 5 300 руб. (постановления об окончании исполнительного производства от 16.03.2021 (том 2 л.д. 32, 39,40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47)).

-задолженности перед налоговым органом в размере 1 715 694,62 руб. (погашена третьим лицом ООО «Альфекка» за должника).

Опровергая доводы конкурсного управляющего и кредитора ООО «Простор ДВ», ответчик ссылался на наличие у должника дебиторской задолженности перед ООО «Партнер-Строй», ООО «Торговый Дом Транзит ДВ», ООО «Альфекка» на общую сумму 5 321 694 руб. По предприятиям ООО «Партнер-Строй», ООО «Торговый Дом Транзит ДВ» ответчиком получены исполнительные листы, ООО «Альфекка» в добровольном порядке погасило свою задолженность перед обществом (возражения (том 1 л.д. 114-117)).

Указанные пояснения ФИО2 соотносятся с информацией, размещенной в свободном доступе в «Картотеке арбитражных дел» (https://kad.arbitr.ru/), в результате анализа которой коллегией установлено принятие ответчиком мер по взысканию дебиторской задолженности с ООО «Партнер-Строй» в пользу должника, с ООО «Партнер-Строй» в пользу ЗАО «СП Владитал» взыскано 606 000 руб., арбитражным судом 26.12.2018 выдан исполнительный лист (подтверждено материалами дела № А51-19081/2018).

Кроме того, согласно реестру требований кредиторов ООО «Торговый Дом Транзит ДВ», приобщенного ответчиком к материалам дела (том 3 л.д. 50-61), ФИО2 действительно осуществил мероприятия по включению задолженности общества в сумме 3 000 000 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Торговый Дом Транзит ДВ», рассчитывая на погашение указанной дебиторской задолженности.

Коллегией, по данному основанию по результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств установлено, что в 2019-2020 годах руководитель общества предпринимал попытки заключать контракты и договоры.

Приведенное обстоятельство подтверждено ответом ООО «Лесозаводский лесоперерабатывающий комплекс» (том 2 л.д. 88), из которого усматривается, что предложение генерального директора ЗАО «СП Владитал» ФИО2 рассмотрено, однако вопрос о договорной стоимости работ требует согласования и проработки.

Также в материалы дела предоставлен договор от 12.05.2020 № 12/05-20, заключенный между должником и ООО «Инвестстройтрест», предусматривающий выполнение комплекса строительных работ по заданию заказчика по адресу: <...> порт «Гейзер». Однако названный договор расторгнут по причине смены собственника на предприятии порт Гейзер (том 2 л.д. 89-96). Указанные доказательства оценены судом первой инстанции в совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ и признаны надлежащими доказательствами по делу, участвующими в деле лицами не оспорены, не опровергнуты, о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 АПК РФ не заявлено. С учетом изложенных обстоятельств доводы апеллянтов о том, что бывшим руководителем общества не предпринимались действия по выходу из затруднительного положения общества, опровергаются материалами дела.

Более того, уже на стадии апелляционного производства бывший руководитель ЗАО «СП Владитал» ФИО2 предоставил в материалы настоящего обособленного спора проект мирового соглашения, предусматривающее перечисление оценочной стоимости движимого имущества на расчетный счет должника и прекращение производства по настоящему обособленному спору.

С учетом изложенного, коллегия поддерживает выводы суда первой инстанции о том, что ответчиком предпринимались меры по выходу из затруднительного положения, производилось взыскание дебиторской задолженности в судебном порядке, погашалась задолженность перед кредиторами, в частности перед налоговым органом и по оплате труда, производились мероприятия по заключению договоров с контрагентами.

При вышеуказанных обстоятельствах, вывод суда первой инстанции об отсутствии необходимости инициирования процедуры банкротства общества в 2019 году, и, как следствие, оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о банкротстве общества, является обоснованными.

Коллегия находит выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права.

Поддерживая позицию суда первой инстанции, коллегия отмечает, что наличие у должника долговых обязательств перед отдельными кредиторами само по себе не свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности общества и бездействии руководителя/учредителя общества по необращению в суд с заявлением. Ссылки на наличие неисполненных обязательств не могут служить безусловным доказательством неплатежеспособности должника.

Тот факт, что дело о банкротстве должника возбуждено по заявлению кредитора в первом полугодии 2019 года (определение от 15.05.2019), не указывает на наличие в действиях ответчика признаков недобросовестности.

Надлежащих доказательств, подтверждающих недобросовестность либо неразумность в действиях ответчика, например создание условий для невозможности осуществления расчетов, судам не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции мотивированно заключил, что ответчик не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании статьи 9, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве за неподачу контролирующим должника лицом заявления о признании должника банкротом.

Ссылки апеллянтов на наличие задолженности в рамках исполнительных производств подлежат отклонению, поскольку руководителем должника предпринимались меры по погашению задолженности перед кредиторами, в частности, погашена задолженность по оплате труда перед работниками, погашены требования перед ООО «Н-Д» (соглашение о прекращении обязательств от 27.11.2019 (том 1 л.д. 144)), погашена задолженность по обязательным платежам перед уполномоченным органом на сумму 1 715 694,62 руб. (погашена третьим лицом ООО «Альфекка» (дебитор должника)), погашена задолженность по штрафам перед ГИБДД УМВД России. Приведенные обстоятельства подтверждены допустимыми доказательствами и апеллянтами не опровергнуты. Следовательно, руководителем должника предпринимались меры по выходу из затруднительного положения общества, осуществлялись действия по погашению кредиторской задолженности с целью организации дальнейшей деятельности ЗАО «СП Владитал». С учетом изложенного, доводы апеллянтов в указанной части отклоняются в связи с необоснованностью.

Доводы апелляционных жалоб ООО «Простор-ДВ» и конкурсного управляющего об утрате должником способности осуществлять деятельность со ссылкой на прекращение 11.07.2019 членства в СРО «Проектировщиков Приморского края» не свидетельствует о невозможности ЗАО «СП Владитал» осуществлять деятельность с учетом того, что членство общества в СРО «Альянс строителей Приморья» прекращено лишь 17.12.2020.

Не является основанием для постановки вывода о невозможности осуществления деятельности должником и довод апелляционной жалобы ООО «Простор-ДВ» об отражении на официальном сайте ЗАО «СП Владитал» недостоверной информации поскольку указанный довод документально не подтвержден и носит предположительный характер.

Ссылки апеллянтов о бесперспективности взыскания дебиторской задолженностью правового значения не имеют, поскольку ответчик подтвердил, что он осуществлял мероприятия по взысканию прав требований с контрагентов и надеялся на получение денежных средств, что очевидно свидетельствует об исполнении руководителем ЗАО «СП Владитал» действий, направленных на выход из кризисной ситуации.

Проверяя второе основание, заявленное конкурсным управляющим для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности со ссылкой на подпункты 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, выраженное в том, что ФИО2, являясь руководителем должника, действовал недобросовестно, совершил сделки, в результате которых произведено преимущественное погашение требований уполномоченного органа, в результате которых причинен существенный вред кредиторам, а также не в полном объеме передал документацию и имущество общества, что привело к невозможности формирования конкурсной массы и погашения требований кредиторов, апелляционный суд отмечает следующее.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

При этом в силу подпункта 2 пункта 2 названной статьи предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Обосновывая требования о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий ссылался на сделку по погашению ООО «Альфекка» основного долга задолженности ЗАО «СП Владитал» по обязательным платежам, сославшись на наличие признаков недействительности по ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Проверяя указанный довод, суд первой инстанции установил, что 20.04.2022 от конкурсного управляющего через систему подачи электронных документов «Мой арбитр» поступило заявление о признании указанной сделки недействительной; определением от 27.05.2022 указанное заявление принято к производству, обособленному спору присвоен № А51-7389/2020 (71916/2022).

Вступившим в законную силу определением суда от 24.03.2023 в удовлетворении указанных требований отказано, поскольку судом не установлено совокупности условий, предусмотренных п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

При рассмотрении указанного довода коллегией из информации, размещенной в «Картотеке арбитражных дел», установлено, что 30.08.2019 Федеральная налоговая служба обратилась в арбитражный суд с заявлением об инициировании процедуры банкротства в отношении ЗАО «СП Владитал», определением от 06.09.2019 возбуждено производство по делу с присвоением номера № А51-18998/2019. При этом определением от 15.10.2019 во введении наблюдения отказано, производство по делу прекращено, поскольку ООО «Альфекка» (дебитор должника) погасило задолженность по обязательным платежам перед уполномоченным органом на сумму 1 715 694,62 руб. (основной долг).

Кроме того, в рамках настоящего обособленного спора судом первой инстанции не установлено обстоятельств, подтверждающих причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения указанной сделки.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности конкурсным управляющим совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закон о банкротстве.

При этом по спорам о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в предмет доказывания входит установление факта отсутствия либо искажения бухгалтерской документации должника, невозможность либо затруднительность формирования конкурсной массы и наличие правовой связи между названными фактами.

Отказывая в удовлетворении заявления по указанному основанию, суд первой инстанции установил, что 01.02.2021 через систему подачи электронных документов «Мой арбитр» в суд поступило заявление временного управляющего должника ФИО1 об истребовании у руководителя общества бухгалтерской и иной документации.

Определением от 03.02.2021 указанное заявление принято к производству, обособленному спору присвоен № А51-7389/2020 (14939/2021); определением от 24.06.2021 производство по указанному обособленному спору прекращено на основании отказа временного управляющего от заявленных требований в связи с добровольным их удовлетворением ответчиком – передачей запрошенной документации.

Между тем, суд первой инстанции не принял во внимание разъяснения, данные в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), согласно которым, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Как следует из разъяснений пункт 20 Постановления № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В рассматриваемом случае судебная коллегия признает, что заявитель не доказал наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, вместе с тем имеются основания для взыскания с ответчика убытков.

С учетом изложенного, коллегией в судебном заседании 19.08.2025 поставлен на обсуждение лиц, участвующих в деле, вопрос о правовой квалификации заявленных требований.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами (пункт 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве).

Как разъяснил Пленум ВАС РФ в пункте 53 Постановления от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35), с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

Согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Статьей 53.1 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 настоящего Кодекса), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску (пункт 1 статьи 53 настоящего Кодекса).

В соответствии с разъяснениями Пленума ВАС РФ, приведенными в пункте 1 Постановления от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В силу пункта 2 Постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

На основании пункта 3 Постановления № 62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Однако конкурсный управляющий не доказал, что непередача ответчиком спорных транспортных средств явилась необходимой причиной банкротства должника.

Вместе с тем коллегия исходит из наличия оснований для взыскания с ответчиков убытков в заявленном размере.

В силу пункта 6 Постановления № 62 по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 8 Постановления № 62, удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

Ответственность, установленная в названной норме закона, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

По правилам статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу статей 15 и 1064 ГК РФ для привлечения к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков необходимо доказать совокупность следующих необходимых элементов: наличие и размер убытков, противоправность поведения их причинителя, а также наличие причинно-следственной связи между соответствующим противоправным поведением и убытками.

Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Так, в соответствии с пунктом 1 статьи 11 Закона о бухгалтерском учете активы и обязательства подлежат инвентаризации. При инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов (пункт 2 статьи 11 Закона о бухгалтерском учете). Выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием объектов и данными регистров бухгалтерского учета подлежат регистрации в бухгалтерском учете в том отчетном периоде, к которому относится дата, по состоянию на которую проводилась инвентаризация (пункт 4 статьи 11).

Обязательным является также проведение инвентаризации согласно пункту 27 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного Приказом Минфина России от 29.07.1998 № 34н, при смене материально ответственных лиц и т.д.

Открытие конкурсного производства, утверждение в качестве органа управления должника конкурсного управляющего, влечет для руководителя общества обязанность по проведению инвентаризации и передаче фактически имеющегося у должника имущества утвержденному конкурсному управляющему.

В свою очередь, согласно пункту 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника, провести его инвентаризацию; привлечь независимого оценщика для оценки имущества должника (в случаях предусмотренных законом).

При этом все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу (пункт 1 статьи 131 Закона о банкротстве). Исключение составляют объекты, изъятые из оборота.

Транспортные средства, отнесенные к категории основных средств, не относятся к ограниченному или изъятому из гражданского оборота имуществу, следовательно, изъятию из конкурсной массы не подлежат.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника 16.12.2023 (до даты вынесения обжалуемого судебного акта) конкурсный управляющий обратился с заявлением об истребовании у бывшего руководителя должника имущества: - транспортное средство Toyota Town Ace Noah, 1993 года выпуска, шасси: CR305149228, цвет серый, государственный номер <***>, ключи и документы к нему; - транспортное средство Nissan Diesel, 1992 год выпуска, шасси: G2S41001991, ключи и документы к нему; - бетономешалка, цвет оранжевый – 4 шт.; - компрессор ITR0567358 – 1 шт.; - штробор (цвет желтый) – 2 шт.; - растворонанос (бетононасос), цвет оранжевый – 2шт.; - оборудование для прогрева (пушка) – 2 шт. (с учетом уточнений от 24.09.2024, принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ).

Вместе с тем, суд первой инстанции вынес обжалуемый судебный акт, не рассмотрев по существу обособленный спор об истребовании названного имущества у ответчика.

Материалы настоящего дела подтверждают, что определением от 08.11.2024 (оставлено в силе постановлением апелляционного суда от 27.02.2025 и постановлением кассационного суда от 05.05.2025) суд обязал ФИО2 передать конкурсному управляющему ЗАО «СП Владитал» следующее имущество: транспортное средство Toyota Town Ace Noah, 1993 года выпуска, шасси: CR305149228, цвет серый, государственный номер <***>, ключи и документы к нему; транспортное средство Nissan Diesel, 1992 год выпуска, шасси: G2S41001991, ключи и документы к нему; бетономешалка, цвет оранжевый – 4 шт.; компрессор ITR0567358 – 1 шт.; штробор (цвет желтый) – 2 шт.; растворонанос (бетононасос), цвет оранжевый – 2шт.; оборудование для прогрева (пушка) – 2 шт., отказав в удовлетворении остальной части требований.

Согласно инвентаризационной описи от 22.06.2021, должнику принадлежит 7 позиций имущества, а именно: транспортное средство Toyota Town Ace Noah, 1993 года выпуска, шасси: CR305149228, цвет серый, государственный номер <***>; транспортное средство Nissan Diesel, 1992 год выпуска, шасси: G2S41001991; бетономешалка – 1 шт.; компрессор ITR0567358 – 1 шт.; компрессор ITR0567358 – 1 шт.; штробор – 1 шт.; растворонанос – 1 шт.

Из представленных в материалы дела копий материалов сводного исполнительного производства № 12256/18/25043-СД, возбужденного в отношении должника в декабре 2018 года, усматривается, что судебным приставом-исполнителем на ответственное хранение ФИО2, как генеральному директору общества, было передано следующее имущество (далее также – строительное оборудование): бетономешалка, цвет оранжевый – 4 шт.; компрессор ITR0567358 – 2 шт.; штробор (штроборез) – 2 шт.; растворонанос (бетононасос), цвет оранжевый – 2 шт.; оборудование для прогрева (пушка) – 2 шт.

Поскольку ФИО2 не была исполнена обязанность по передаче имущества конкурсному управляющему, и доказательства невозможности такой передачи по какой-либо причине в материалах дела отсутствовали, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости удовлетворения заявленных требований конкурсного управляющего ФИО1 в уточненной редакции от 24.09.2024 (приведенные обстоятельства усматриваются из мотивировочной части постановления апелляционного суда от 27.02.2025 апелляционное производство № 05АП-7140/2024).

При этом на стадии апелляционного производства № 05АП-7140/2024 ФИО2 предъявлен акт приема-передачи имущества от 30.11.2024, согласно которому ФИО2 передал конкурсному управляющему ЗАО «СП Владитал» ФИО1 часть имущества, а именно: бетономешалка – 1 шт.; компрессор – 1 шт.; штробор (штроборез) – 1 шт.; растворонасос (бетононасос) – 2 шт.; оборудование для прогрева (пушка) – 2 шт., истребованного определением суда от 08.11.2024.

Таким образом, до настоящего времени конкурсному управляющему не переданы: Toyota Town Ace Noah, 1993 года выпуска, шасси: CR305149228, цвет серый, государственный номер <***>; Nissan Diesel, 1992 год выпуска.

В соответствии с представленным в материалы обособленного спора ответом УМВД России по Приморскому краю от 30.07.2024 № 49/3187, за должником зарегистрированы следующие транспортные средства: Toyota Town Ace Noah, 1993 года выпуска, шасси: CR305149228, цвет серый, государственный номер <***>; Nissan Diesel, 1992 год выпуска (приведенные обстоятельства усматриваются из мотивировочной части постановления апелляционного суда от 27.02.2025 апелляционное производство № 05АП-7140/2024).

В ходе апелляционного пересмотра обжалуемого судебного акта по ходатайству конкурсного управляющего ЗАО «СП Владитал» ФИО1 определением суда от 30.06.2025 назначена по делу судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «Индустрия-Р» ФИО5

На разрешение эксперта поставлен вопрос:

Определить рыночную стоимость на дату проведения экспертизы следующих объектов движимого имущества:

-транспортного средства Toyota Town Ace Noah, 1993 года выпуска, кузов CR305149228, шасси - отсутствует, цвет серый, гос. номер <***>, страна производитель Япония, двигатель 3S7327155, мощность 135 л/с (далее - транспортное средство Toyota Town Ace Noah, 1993 года выпуска);

-транспортного средства Nissan Diesel, тип т/с грузовой ботровой, 1992 год выпуска, страна производитель Япония, цвет – синий; шасси: G2S41001991; двигатель FD 42008574, мощность 130 л/с (далее – транспортное средство Nissan Diesel, 1992 год выпуска).

По результатам экспертизы составлено заключение № 03-2025 (35509), в котором содержится вывод о том, что рыночная стоимость транспортного средства Toyota Town Ace Noah, 1993 года выпуска, составляет 756 000 руб., рыночная стоимость транспортного средства Nissan Diesel, 1992 год выпуска, составляет 1 072 000 руб.

Представленное заключение, с учетом предупреждения эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (при даче заключения дал подписку по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации), оценено апелляционным судом и установлено, что оно по форме и содержанию соответствует требованиям Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», федеральным стандартам оценки и другим актам уполномоченного федерального органа, осуществляющего функции по нормативному правовому регулированию оценочной деятельности, стандартов, правил оценочной деятельности.

Арбитражный суд апелляционной инстанции признает выводы данного экспертного заключения обоснованными, недостатков в нем не установлено, в связи с чем, у суда апелляционной инстанции не имеется оснований не принимать во внимание данное заключение эксперта.

Несогласие ответчика с заключением судебной экспертизы, произведенного с соблюдением норм процессуального законодательства, не порождает возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта при отсутствии предоставления заявителем ходатайства (статья 65 АПК РФ) доказательств наличия противоречий в выводах эксперта.

Вопреки позиции ответчика, в заключении № 03-2025 (35509) отражены все предусмотренные действующим процессуальным законодательством сведения, оно основано на материалах дела, является ясным и полным, противоречия в выводах отсутствуют. Как следует из текста заключения эксперта, в нем дан исчерпывающий ответ на поставленный вопрос, содержится итоговый вывод по поставленному вопросу о рыночной стоимости транспортных средств.

При таких обстоятельствах, руководствуясь положениями статьи 71 АПК РФ, оценив заключение эксперта № 03-2025 (35509) ООО «Индустрия-Р» ФИО5, суд апелляционной инстанции счел, что оно является надлежащим доказательством по данному делу.

Оценив с учетом положений статей 67, 68, 71 АПК РФ представленные в материалы дела ФИО2 отчеты № 8955/1-В и № 8955/2-В ООО «Союза независимых оценщиков и консультантов», апелляционный суд установил следующее.

Заключение эксперта является одним из доказательств, которое согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами (частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ); суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 АПК РФ; при этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 АПК РФ).

В соответствии с пунктом 2 Федерального стандарта оценки «Требования к отчету об оценке (ФСО № 6)», утвержденного приказом Минэкономразвития России от 14.04.2022 № 200 (ред. от 30.11.2022) «Об утверждении федеральных стандартов оценки и о внесении изменений в некоторые приказы Минэкономразвития России о федеральных стандартах оценки», при составлении отчета об оценке оценщик должен придерживаться следующих принципов: в отчете должна быть изложена информация, существенная с точки зрения оценщика для определения стоимости объекта оценки; информация, приведенная в отчете об оценке, существенным образом влияющая на стоимость объекта оценки, должна быть подтверждена; содержание отчета об оценке не должно вводить в заблуждение заказчика оценки и иных заинтересованных лиц (пользователи отчета об оценке), а также не должно допускать неоднозначного толкования полученных результатов.

Из текста отчетов № 8955/1-В и № 8955/2-В ООО «Союза независимых оценщиков и консультантов» усматривается, что данные отчеты не является заключением об оценке с учетом требований, установленных требованиям Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», Федеральным стандартом оценки «Требования к отчету об оценке (ФСО № 6)», утвержденным приказом Минэкономразвития России от 14.04.2022 № 200 (ред. от 30.11.2022) «Об утверждении федеральных стандартов оценки и о внесении изменений в некоторые приказы Минэкономразвития России о федеральных стандартах оценки», поскольку итоговая рыночная стоимость спорных транспортных средств определена на основании сложившихся цен (аналогов) в иных регионах (Республика Саха, Санкт-Петербург, Ярославская область, Пермский край, Челябинская область, Иркутская область, Хабаровский край).

При таких обстоятельствах, выводы отчетов № 8955/1-В и № 8955/2-В ООО «Союза независимых оценщиков и консультантов» не могут быть признаны коллегией объективными и достоверными.

Такими образом, в соответствии со статями 68, 71 АПК РФ суд апелляционной инстанции не имеет оснований для признания представленных отчетов № 8955/1-В и № 8955/2-В ООО «Союза независимых оценщиков и консультантов» надлежащим достоверным доказательством по настоящему делу.

Поскольку транспортные средства Toyota Town Ace Noah, 1993 года выпуска (рыночная стоимость 756 000 руб.) и Nissan Diesel, 1992 год выпуска (рыночная стоимость 1 072 000 руб.) конкурсному управляющему не переданы, об их местонахождении не сообщено, при этом надлежащее исполнение обязанности ответчика по передаче транспортных средств (либо документации по технике) позволило бы конкурсному управляющему совершить действия, предусмотренные статьей 129 Закона о банкротстве, в том числе по формированию конкурсной массы, ее реализации, проведению расчетов с кредиторами, осуществлению иных мероприятий, направленных на формирование конкурсной массы должника, именно на ответчике, как на контролировавшем должника лице, осуществлявшем распорядительные и иные, предусмотренные законом и учредительными документами функции, лежит бремя опровержения вины в его действиях (бездействии), следствием которых являются убытки (статьи 9, 65 АПК РФ).

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

Однако в нарушение статьи 9, 65 АПК РФ ФИО2 документально не опровергнуты доводы конкурсного управляющего о наличии вины ответчика в утрате имущества должника.

Определяя размер субсидиарной ответственности, коллегия исходит из оценки рыночной стоимости спорных транспортных средств, проведенной на основании ходатайства конкурсного управляющего ЗАО «СП Владитал» ФИО1, которая составила 1 828 000 руб.

Указанный размер убытков лицами, участвующими в деле, в том числе самим ответчиком, документально не опровергнут.

Таким образом, судебная коллегия пришла к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу должника 1 828 000 руб. убытков.

На основании вышеизложенного апелляционные жалобы ООО «Простор-ДВ» и конкурсного управляющего ЗАО «СП Владитал» ФИО1 признаются коллегией обоснованными, в связи с чем определение Арбитражного суда Приморского края 03.06.2024 по настоящему обособленному спору подлежит отмене в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 270 АПК РФ с принятием нового судебного акта о взыскании с ответчика убытков.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

С учетом итогов рассмотрения апелляционных жалоб судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением апелляционной, кассационной жалобы, распределяются по правилам, установленным статьей 110 АПК РФ.

Таким образом, по правилам статьи 110 АПК РФ со ФИО2 в пользу ООО «Простор-ДВ» надлежит взыскать 14 000 руб. судебных расходов по оплате услуг эксперта, 3 000 руб. судебных расходов, уплаченных при подаче апелляционной жалобы, а также со ФИО2 надлежит взыскать в доход федерального бюджета 3 000 (три тысячи) рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе, поданной конкурсным управляющим ЗАО «СП Владитал» ФИО1

Пятый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 03.06.2024 по делу №А51-7389/2020 отменить.

Взыскать со ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) в конкурсную массу закрытого акционерного общества «СП Владитал» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 1 828 000 (один миллион восемьсот двадцать восемь тысяч) рублей убытков.

Взыскать со ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Простор-ДВ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 14 000 (четырнадцать тысяч) рублей судебных расходов по оплате услуг эксперта, 3 000 (три тысячи) рублей судебных расходов, уплаченных при подаче апелляционной жалобы.

Взыскать со ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) в доход федерального бюджета 3 000 (три тысячи) рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

М.Н. Гарбуз

Судьи

Т.В. Рева

К.А. Сухецкая