Постановление от 31 марта 2025 г. по делу № А60-68631/2021

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-1716/2025(1)-АК

Дело №А60-68631/2021
01 апреля 2025 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 25 марта 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 01 апреля 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей                                            Гладких Е.О., Нилоговой Т.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Малышевой Д.Д.,

от заявителя жалобы - финансового управляющего ФИО1: ФИО2, доверенность от 21.03.2025, паспорт;

от лица, в отношении которого совершены оспариваемые сделки, ФИО3: ФИО4, доверенность от 23.08.2023, удостоверение адвоката;

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО5 ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 23 января 2025 года

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО5 ФИО1 о признании недействительной сделки по приобретению ФИО3 транспортных средств (грохот Sandvik QA33, экскаватор гусеничный JCB JS3301) за счет средств должника, 

вынесенное в рамках дела №А60-68631/2021

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5 (ИНН <***>),

третье лицо: ФИО6,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.03.2022 принято к производству заявление индивидуального предпринимателя ФИО7 (далее – ИП ФИО7) о признании ФИО5 (далее - ФИО5, должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.05.2022

заявление ИП ФИО7 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.12.2022 в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1, член Ассоциации «РСОПАУ».

11.08.2023 финансовый управляющий должника ФИО1 (далее – финансовый управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок по приобретению ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) на основании договора купли-продажи от 15.07.2016 №11, заключенного с обществом с ограниченной ответственностью «Управление строительной механизации» (далее – ООО  «Управление строительной механизации»), экскаватора гусеничного JCB JS3301, заводской номер JCB JS33СТ01304755, а также  на основании договора купли-продажи от 16.12.2018 №15, заключенного с обществом с ограниченной ответственностью «Грунтсервис-КБ» (далее - ООО «Грунтсервис-КБ»), грохота марки (модели) Sandvik QA33, заводской номер 1884BG12170 и о применении последствий признания данных сделок недействительными в виде признания за ФИО5 права собственности на указанные транспортные средства. В качестве правового основания заявленных требований финансовый управляющий сослался на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением арбитражного суда от 28.02.2024 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) к участию в рассмотрении заявления финансового управляющего в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6 (далее - ФИО6).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.01.2025 в удовлетворении заявленных требований полностью отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, вынести новый об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указывает на то, что в данном случае фактически между ФИО5 и ФИО3 сложились отношения, которые позволяли заключать сделки на условиях, недоступных иным участникам рынка. Полагает недоказанным факт передачи ответчиком должнику экскаватора гусеничного JCB JS3301, заводской номер JCB JS33СТ01304755 на непродолжительный период (4-6 дня), а также дальнейшей передачи ФИО5 данного транспортного средства ФИО6 и незаконное удержание его до настоящего времени. Отмечает, что согласно представленному должником совместно с отзывом на заявление письмом представителя ФИО3 экскаватор гусеничный JCB JS3301, заводской номер JCB JS33СТ01304755 был передан ответчиком ФИО5 весной 2018 года (за один год до назначения ФИО3 директором общества с ограниченной ответственностью «НВА-БВР Инжиниринг» (далее – ООО «НВА-БВР Инжиниринг»), тогда как проблемы с возвратом данного имущества возникли только через три года, то есть на момент его передачи правоотношений с ФИО6 у должника еще не существовало, следовательно, спорный эскалатор в пользование ФИО5 на 4-6 дней не передавался, а находился в его пользовании более 3 лет. По мнению апеллянта, подобные устные договоренности, которые были скрыты от участников процесса и суда первой инстанции, свидетельствуют о том, что между сторонами возникли такие отношения, которые способствуют заключению сделок с условиями, которые не могут быть применены к обычным участникам рынка. Так, в частности, передача спорного экскаватора в отсутствие письменного договора свидетельствует о наличии фактической аффилированности между должником и ответчиком, которая возникла значительно ранее, чем назначение ФИО3 руководителем ООО «НВА-БВР Инжиниринг». Считает, что в рассматриваемой ситуации суд первой инстанции при наличии сведений о фактической аффилированности должника и ответчика необоснованно принял во внимание устные пояснения ФИО3, проигнорировав, что отсутствие с ее стороны пояснений относительно того, как происходила перебазировка спецтехники; как осуществлялась передача денежных средств при приобретении спецтехники; как осуществлялся ремонт, стоянка и обслуживание спецтехники, когда только для хранения грохота (примерная длина 15 м., высота 3 м., ширина 2 м.) необходима специальная площадка, а перебазировка допустима только с использование трала; кто именно занимался обслуживанием указанной спецтехники; как и при каких обстоятельствах ею был выбран контрагент ФИО5 для передачи техники по устному договору аренды. Указывает на то, что, с учетом заявленных финансовым управляющим доводов и представленных доказательств, ФИО3 не раскрыла ни экономической целесообразности приобретения спорной спецтехники, ни сведений об извлечении прибыли за счет ее эксплуатации. Полагает, что в данном случае именно на ответчика должно было быть возложено бремя опровержения доводов финансового управляющего и представление убедительных доказательств приобретения спорной спецтехники за счет собственных денежных средств и использования ее в своей предпринимательской деятельности. Помимо этого приводит доводы о недоказанности материалами дела факта оплаты ФИО3 спорной спецтехники через кассы предприятий либо иным способом. Обращает внимание на то, что ООО «Грунтсервис-КБ» было ликвидировано меньше, чем через год после продажи грохота марки (модели) Sandvik QA33, заводской номер 1884BG12170 (20.06.2019), а ООО «Управление строительной механизации» в период с 2013 года по 2023 года ни разу не сдавало налоговой отчетности, имело признаки неработающей организации. Также считает недоказанным факт наличия у ответчика финансовой возможности произвести оплату спорной спецтехники. Полагает, что представленные ФИО3 в подтверждение данных обстоятельств документы, а именно: договор купли-продажи транспортного средства от 24.11.2015 между ФИО9 и ФИО10, справки по форме 2-НДФЛ за 2017 и 2018 года не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств, подтверждающих данное обстоятельство, поскольку продажа транспортного средства марки (модели) Тойота Лэнд Крузер 200 была осуществлена ФИО9 за 9 месяцев до покупки ФИО3 экскаватора гусеничного JCB JS3301, заводской номер JCB JS33СТ01304755 в 2016 году, при этом, из ответа ГАИ следует, сведений о снятии ФИО9 данного транспортного средства с регистрационного учета не имеется; более того, 30.09.2015 ФИО9 был приобретен автомобиль марки (модели) Lexus LX 570, стоимость которого по состоянию на 30.09.2015 составляла ориентировочно 5 300 000 руб., в связи с чем, и передача денежных средств от продажи указанного транспортного средства ФИО3 является очевидно непоследовательным действием при продаже старого автомобиля и в последующем приобретения нового; представленные в материалы дела справки 2-НДФЛ также не подтверждают наличие у ФИО9 финансовой возможности безвозмездно передать ФИО3 в 2018 году денежные средства в размере 2 050 000 руб.; в материалах дела также отсутствуют доказательства передачи денежных средств между ФИО3 и ФИО9 Считает, что суд первой инстанции должен был критически отнестись к представленному в материалы дела письму ООО «Управление строительной механизации» от 16.05.2024, так как, во-первых, данное письмо было представлено только после истребования арбитражным судом сведений из ГАИ о приобретении ФИО9 в период с 2015 по 2019 года иных транспортных средств; во-вторых, из его содержания следует, что оплата производилась наличными денежными средства в рассрочку тремя частями в период с 2016 по 2018 года по 500 000 руб., при том, что в соответствие с пунктом 3.2. договора купли-продажи 15.07.2016 №11 имущество (экскаватор) должно быть передано Покупателю до 15.07.2016 при условии его полной оплаты; спорный экскаватор был передан ответчику по акту приема-передачи от 15.07.2016, что подразумевает его полную оплату и противоречит указанному выше письму. Отмечает, что после совершения крупной покупки в виде приобретения спорной спецтехники ФИО3 продолжала осуществлять трудовую деятельность в должности менеджера отдела продаж и не предпринимала мер для реализации своего предпринимательского потенциала, а ее трудовая деятельность никогда не была связана с горнодобывающей отраслью или переработкой добытых нерудных материалов, при этом, при вложении инвестиций в средства производства, как правило, обычный субъект правоотношений рассчитывает на скорый их возврат, вместе с тем, каких-либо доказательств сдачи ответчиком спецтехники в аренду третьим лицам, за исключением ФИО5, в материалы дела представлено не было. Утверждает, что на момент приобретения ФИО3 спорной спецтехники у должника имелась финансовая возможность передать ей денежные средства. Полагает, что в данном случае ФИО3 за счет денежных средств ФИО5, полученных в результате причинения убытков руководимому им обществу с ограниченной ответственностью «АСК-Логистик» (далее – ООО «АСК-Логистик») приобрела в собственность грохот и экскаватор, которые впоследствии передала должнику. Указывает на то, что из полученного от публичного акционерного общества «Аэрофлот» (далее - ПАО «Аэрофлот») ответа следует, что в период 24.03.2024 - 25.03.2024 должник совершил покупку авиабилетов с использованием банковской карты номер 5197477241638008; из ответа Акционерного общества «Альфа-Банк» (далее – АО «Альфа-Банк») от 11.02.2025 следует, что данная карта принадлежит ФИО3, начиная с 18.02.2022.

До начала судебного заседания от ФИО3 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просит обжалуемое определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель финансового управляющего ФИО1 заявил ходатайство о приобщении к материалам дела копий приложенных к апелляционной жалобе ответов из ПАО «Аэрофлот» и АО «Альфа-Банк».

Представитель ФИО3 возразил против удовлетворения данного ходатайства.

Данное ходатайство судом апелляционной инстанции рассмотрено в  порядке статьи 159 АПК РФ и удовлетворено на основании части 2 статьи 268 АПК РФ; представленные финансовым управляющим ФИО1 копии документов приобщены к материалам дела.

Представитель финансового управляющего ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, на отмене обжалуемого определения суда настаивал.

Представитель ФИО3 против позиции апеллянта возражал по мотивам, изложенным в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО3 на праве собственности принадлежат следующие специализированные транспортные средства (техника):

- экскаватор гусеничный JCB JS3301, заводской номер JCB JS33СТ01304755, приобретенный ею на основании договора купли-продажи 15.07.2016 №11, заключенному с ООО «Управление строительной механизации», что подтверждается также актом приема передачи от 15.07.2016, ПСМ ТС № 475578; в письме ООО «Управление строительной механизации» от 16.05.2024 указано, что транспортировка производилась силами общества;

- грохот марки (модели) Sandvik QA33, заводской номер 1884BG12170, приобретенный на основании договора купли-продажи от 16.12.2018 №15, заключенному с ООО «Грунтсервис-КБ», что подтверждается также актом приема-передачи от 16.12.2018, ПСМ ТС 756239.

Из представленного в материалы дела письма Отдела государственного технического надзора Гостехнадзор от 28.08.2023 №06-07-01/20066 следует, что согласно сведениям АИС «Гостехнадзор Эксперт» на территории Свердловской области данная техника не зарегистрирована и ранее не регистрировалась.

В соответствие с информацией о регистрации самоходных машин, представленной в письме Инспекции технического надзора Пермского края от 25.09.2023 №28-02-10-444Исх./223, спорная техника не зарегистрирована в базе данных.

Согласно ответу Российского Союза Автостраховщиков от 30.08.2023 отсутствует возможность представить информацию о договорах, заключенных в отношении данных транспортных средств.

Из письма Следственного отдела по г.Заречный от 25.01.2022 №1210265002400051 следует, что в его производстве находилось уголовное дело, возбужденное по признакам преступления, предусмотренного статьей  246 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ); в хода осмотра места происшествия, проведенного на территории Гагарского щебеночного карьера, расположенного в Белоярском районе Свердловской области изъят грохот марки (модели) Sandvik QA33, серийный номер 44612869, принадлежащий на праве собственности ФИО3

Из рапорта старшего участкового МО МВД «Заречный» от 30.07.2021 следует, что согласно пояснениям ФИО6 грохотильная установка «Сандвик» находится на территории Гагарского карьера, принадлежащего ООО «Уралщебень», соучредителем которого он является; данное оборудование доставлено на данное место осенью 2020 года ФИО5, но ФИО6 возвращать его отказывается, поскольку ФИО5 имеет перед ним долговые обязательства, исполнять которые отказывается; в настоящее время в производстве Арбитражного суда Свердловской области рассматривается дело №А60-20661/2021 по иску общества с ограниченной ответственностью «Штерн66» (далее – ООО «Штерн66») в лице директора ФИО6 к обществу с ограниченной ответственностью «БВР Инжиниринг» (далее – ООО «БВР Инжиниринг») в лице директора ФИО5

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 23.12.2021, вынесенного врио начальника ОУУП ОП №13 УМВД России по г.Екатеринбургу, следует, что в ходе проверки установлено, что ФИО3 передала в пользование по устной договоренности ФИО5 экскаватор JCB, государственный регистрационный знак 77ВТ6069, а ФИО5 передал данный экскаватор ФИО6, с которым у него сложилось деловые отношения по устной договоренности во временное пользование. Далее между ФИО5 и ФИО6 возникли разногласия по вопросам совместного бизнеса, в результате чего ФИО6 отказывается возвратить ФИО5 предоставленный экскаватор. В настоящее время экскаватор находится по адресу: <...>.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 23.09.2022 удовлетворены исковые требования ФИО3 к ФИО6 об истребовании имущества из чужого незаконного владения; на ФИО6 возложена обязанность передать ФИО3 экскаватор гусеничный JCB JS3301, заводской номер JCB JS33СТ01304755, 2010 года выпуска, государственный регистрационный знак 77 ВТ 6069.

Ссылаясь на то, что ФИО3 является аффилированным по отношению к должнику лицом; полагая, что  оспариваемые сделки совершены с целью создания искусственной конструкции, предусматривающей наличие мнимого собственника, в результате чего действительный собственник, которым является ФИО5, получает возможность владения, пользования и распоряжения имуществом без угрозы обращения на него взыскания по долгам со стороны кредиторов, финансовый управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании данных сделок недействительными (ничтожными) на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Рассмотрев данный спор, арбитражный суд первой инстанции не нашел оснований для признания оспариваемых сделок недействительными (ничтожными) по указанным финансовым управляющим основаниям.

Изучив материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, суд апелляционной инстанции считает, что определение суда первой инстанции отмене не подлежит, исходя из следующего.

Изучив материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции считает, что определение суда первой инстанции отмене не подлежит, исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или статье 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ).

Поскольку оспариваемые сделки по приобретению ФИО3 спорной спецтехники были совершены 15.07.2016 и 16.12.2018, то есть после 01.10.2015, то финансовый управляющий имел право оспорить данную сделку по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательство (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ).

Заявление о признании должника банкротом принято к производству 25.03.2022, оспариваемые финансовым управляющим сделки совершены 15.07.2016 и 16.12.2018, то есть в срок более трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, в связи с чем, может быть оспорена только на основании статьи 10 ГК РФ, а не по специальным основаниям Закона о банкротстве.

Из содержания заявления следует, что в качестве оснований для признания оспариваемой сделки недействительной финансовым управляющим были приведены, в том числе, положения статей 10, 168, 170 ГК РФ.

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 №32), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В соответствие со статьей 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить  вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

По смыслу Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 №1795/11 по делу N А56-6656/201 для квалификации сделок как ничтожных в связи со злоупотреблением правом необходимо доказать наличие либо сговора между сторонами сделки, либо осведомленности одного контрагента по сделке о злоупотреблении правом (недобросовестности действий) второго контрагента в сделке.

При формировании условий сделок по распоряжению своими активами должник обязан учитывать интересы своих кредиторов, как имеющихся в момент отчуждения актива, так и необходимость погашения задолженности, срок погашения которой наступит после совершения сделок.

Злоупотребление правом имеет место в случае, когда субъект поступает вопреки норме, предоставляющей ему соответствующее право, не соотносит поведение с интересами общества и государства, не исполняет корреспондирующую данному праву юридическую обязанность (Определение Верховного Суда РФ от 03.02.2015 №32-КГ14-17).

В статьи 170 ГК РФ закреплено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна; притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

В данном случае, обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, финансовый управляющий в обоснование своей позиции указывал на то, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «АСК-Логистик» (№ А60-19552/2016)определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.06.2017 с ФИО5 в пользу ООО «АСК-Логистик» взысканы убытки в размере 5 388 189 руб., в связи с неправомерным снятием с расчетного счета данного общества, открытого в АО «АльфаБанк», денежных средств; в связи с неисполнением указанного судебного акта в отношении ФИО5 возбуждено настоящее дело о несостоятельности (банкротстве), в связи с чем, ФИО1 полагает, что в данной ситуации ФИО3 за счет денежных средств ФИО5, полученных в результате причинения убытков ООО «АСК-Логистик», приобрела в собственность две единицы техники: экскаватор гусеничный JCB JS3301, заводской номер JCB JS33СТ01304755 и грохот марки (модели) Sandvik QA33, заводской номер 1884BG12170, которые в дальнейшем передала ФИО5, что подтверждается, в том числе апелляционным определением Свердловского областного суда от 23.09.2022 и постановлением УМВД России об отказе в возбуждении уголовного дела от 23.12.2021.

Управляющий также полагает, что на момент приобретения ФИО3 спорной спецтехники должнику достоверно было известно о причинении убытков его действиями ООО «АСК-Логистик», о банкротстве данного общества, а также (на момент приобретения грохота) о вынесении судебного акта о взыскании с него убытков, следовательно, в момент приобретения ответчиком данного имущества должник прекратил исполнение обязательств и одновременно получил в свое распоряжение денежные средства, которых достаточно для приобретения грохота и экскаватора, соответственно, в результате создания искусственной конструкции с мнимым собственником по сделкам кредиторы должника утратили возможность удовлетворения своих требований.

При рассмотрении настоящего спора судом установлено и материалами дела подтверждено, что, действительно, определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.06.2017 по делу №А60-19552/2016 с ФИО5 в пользу ООО «АСК-Логистик» взыскано 5 388 189 руб. убытков.

Вместе с тем, как верно указано судом первой инстанции, из содержания указанного выше определения суда не следует, в какой период и какие конкретно суммы были сняты ФИО5 с расчетного счета ООО «АСК-Логистик», указан лишь общий период, когда он являлся руководителем данного общества (с 10.11.2014 по 11.05.2017).

Кроме того, договор купли-продажи экскаватора гусеничного JCB JS3301, заводской номер JCB JS33СТ01304755 был заключен ФИО3 15.07.2016, то есть до вынесения определения арбитражного суда от 20.06.2017 по делу №А60-19552/2016 по заявлению, поступившему в суд 03.03.2017.

Из материалов дела следует, в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции должник пояснял, что в сентябре 2014 года им было создано (учреждено) ООО «АСК-Логистик» с целью оказания услуг по перевозке известняка из г.Михайловск в г.Полевской для нужд Акционерного общества «Северского трубного завода» (АО «СТЗ»); по условиям заключенного с данным юридическим лицом договора АО «СТЗ» оплачивало услуги с отсрочкой 45 дней, в течение которых ООО «АСК-Логистик» должно было заправлять принадлежащий ему автотранспорт дизельным топливом, что составляло около 70% от оборота за услуги; для исполнения данного обязательства ООО «АСК-Логистик» был заключен договор с обществом с ограниченной ответственностью «ТД  РУНАТКО» (далее – ООО «ТД РУНАТКО»), по которому предоставлялись топливные карты для заправки дизельным топливом с ежемесячным лимитом около 1,5 млн.руб. в кредит, то есть АО «СТЗ» оплачивало 1 раз в 45 дней денежные средства за услуги по перевозке, из которых погашалась кредитная линия за дизельное топливо, остальные денежные средства направлялись на уплату лизинговых платежей ООО «АСК-Логистик»; через 1,5 месяца работы ООО «ТД РУНАТКО» потребовало расторжение договора без объяснения причин, задолженность по кредитной линии составляла около 350 000 руб., при этом, для того, чтобы не останавливать работу с АО «СТЗ» ФИО5 снимал денежные средства с расчетного счета ООО «АСК-Логистик» и приобретал на них топливо для заправки автотранспорта; в последующем ООО «ТД РУНАТКО» обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с ООО «АСК-Логистик» денежных средств в размере 450 000 руб.; после удовлетворения иска инициировало вопрос о возбуждении в отношении ООО «АСК-Логистик» дела о несостоятельности (банкротстве), при этом, ФИО5 в судебных заседаниях участия не принимал, так как пытался заработать денежные средства и рассчитаться по данному долгу, а также погашал лизинговые платежи и не осознавал всех возможных последствий; позже ему стало известно, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.06.2017 по делу №А60-19552/2016 с него в пользу ООО «АСК-Логистик» взыскано 5 388 189 руб. убытков, в связи с необоснованным снятием с расчетного счета общества денежных средств и направлением их на оплату приобретения топлива для заправки автотранспорта и частично на погашение лизинговых платежей за общество с ограниченной ответственностью «ТД-Атомстройкомплекс» (далее – ООО «ТД-Атомстройкомплекс»), при этом, у должника имелись оправдательные документы на осуществленные перевозки, доказательства внесения денежных средств в счет оплаты лизинговых платежей, оплаты топлива, которые ни суд, ни управляющий у ФИО5 не истребовали.

Возражая против заявленных требований, ФИО3 в суде первой инстанции указала на то, что ФИО5 на непродолжительный период времени(4-6 дней) был передан только экскаватор гусеничный JCB JS3301, заводской номер JCB JS33СТ01304755, который в дальнейшем был передан должником ФИО6, а последний его незаконно удерживал и удерживает до настоящего времени, в связи с чем, данное движимое имущество являлось предметом судебных разбирательств, что подтверждается представленными в материалы дела копиями судебных актов, при этом, грохот марки (модели) Sandvik QA33, заводской номер 1884BG12170 сдавался в аренду ООО «НВА-БВР Инжиниринг», что подтверждается материалами дела и финансовым управляющим не отрицается.

Применительно к рассматриваемому случаю суд первой инстанции, исследовав и оценив фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, пришел к выводу о недоказанности финансовым управляющий обстоятельств, позволяющих полагать, что денежные средства на приобретение спорной спецтехники перечислялись в пользу ФИО3 посредством использования должником расчетного счета руководимого им юридического лица (ООО «АСК-Логистик») либо каким-либо иным образом предоставлены ответчику.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильной оценке фактических обстоятельств. Оснований для их переоценки судебная коллегия не усматривает.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы о недоказанности факта оплаты ответчиком спорной спецтехники, в том числе через кассы предприятий либо иным способом, подлежат отклонению, поскольку опровергаются представленными в материалы дела доказательства, в частности, письмом ООО  «Управление строительной механизации» от 16.05.2024.

При этом, как справедливо указано судом первой инстанции, со стороны контрагентов по сделкам (ООО «Грунтсервис-КБ» и ООО «Управление строительной механизации») не было обращений к ФИО3 с требованием об уплате денежных средств, что свидетельствует об исполнении с ее стороны обязательств по договорам купли-продажи от 15.07.2016 №11 и от 16.12.2018 №15 в полном объеме.

Указания финансового управляющего на то, что ООО «Грунтсервис-КБ» было ликвидировано меньше, чем через год после продажи грохота марки (модели) Sandvik QA33, заводской номер 1884BG12170 (20.06.2019), а ООО «Управление строительной механизации» в период с 2013 года по 2023 года ни разу не сдавало налоговой отчетности, имело признаки неработающей организации, не могут быть приняты судом апелляционной инстанции во внимание, поскольку об отсутствии оплаты стоимости транспортных средств не свидетельствуют.

Так, в случае неоплаты ФИО3 денежных средств по договору купли-продажи от 16.12.2018 №15, ООО «Грунтсервис-КБ» могло до момента его ликвидации обратиться с требованием о выплате денежных средств.

В нарушение положений статьи 65 АПК ПРФ надлежащих и убедительных доказательств того, что в период с 2013 года по 2023 ООО «Управление строительной механизации» ни разу не сдавало налоговой отчетности и имело признаки неработающей организации, финансовым управляющим в материалы дела представлено не было.

Доводы апелляционной жалобы о том, что после совершения крупной покупки в виде приобретения спорной спецтехники ФИО3 продолжала осуществлять трудовую деятельность в должности менеджера отдела продаж и не предпринимала мер для реализации своего предпринимательского потенциала, а ее трудовая деятельность никогда не была связана с горнодобывающей отраслью или переработкой добытых нерудных материалов с указанием на то, что при вложении инвестиций в средства производства обычный субъект правоотношений, как правило, рассчитывает на скорый их возврат, вместе с тем, каких-либо доказательств сдачи ответчиком спецтехники в аренду третьим лицам, за исключением ФИО5, в материалы дела представлено не было, подлежат отклонению.

Так, из представленных ответчиком в материалы дела сведений          из ее трудовой книжки сведений следует, что в период с 2011 по 2014 года ФИО3 работала в качестве менеджера проектов в обществе с ограниченной ответственностью «Системэйр», ее трудовая функция заключалась в продаже промышленного вентиляционного оборудования; в период с 2015 по 2016 года ФИО3 работала в качестве руководителя направления по работе с АЭС в обществе с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Прессмаш», ее трудовая функция заключалась в продаже промышленного оборудования и техники; в 2016 году ФИО3 работала в качестве менеджера отдела продаж специализированной техники (экскаваторы, погрузчики и пр.) в обществе с ограниченной ответственностью  «РТА»; в 2017 году ФИО3 работала в качестве менеджера отдела продаж сваебойно-бурового оборудования в обществе с ограниченной ответственностью  «Группа компаний «Коперник».

В соответствие с представленным обществом с ограниченной ответственностью «БАУЭР Машины-Курган» в материалы дела письмом последнее подтверждает активное сотрудничество с ФИО3 в области продаж спецтехники в период с 2015 года по 2018 года, в течение которых успешно реализованы продажи нескольких буровых установок МБГ как новых, так и бывших в употреблении.

Ответчиком в материалы дела также были представлены письма Корпорации «Севкавэлеваторспецстрой» от 03.07.2024, письмо общество с ограниченной ответственностью «СМУ № 1»

Доводы заявителя жалобы о недоказанности наличия у ответчика финансовой возможности произвести оплату спорной спецтехники, судом апелляционной инстанции рассмотрены и признаны подлежащими отклонению в силу следующего.

Так, в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Изложенная правовая позиция по аналогии может быть применена и при оценке обоснованности заявления о признании сделки недействительной.

Согласно пояснениям ответчика, представленным в ходе рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции, оплата стоимости экскаватора в 2016 году и грохота в 2018 году была осуществлена за счет полученных ФИО3 от ее дяди ФИО9 денежных средств.

В подтверждение наличия у ФИО9 финансовой возможности предоставления денежных средств ФИО3 в материалы дела представлены справки по форме 2-НДФЛ за 2017 и 2018 года, а также договор купли-продажи транспортного средства от 24.11.2015 по цене 2 050 000 руб.

Изучив данные документы в совокупности, проанализировав сведения, содержащиеся в них, суд первой инстанции, в совокупности с данными ответчиком пояснениями, пришел к обоснованному выводу о том, что по состоянию на даты приобретения ФИО3 спорной спецтехники ФИО9 мог располагать достаточными финансовыми ресурсами для предоставления ей денежных средств для оплаты экскаватора и грохота и недоказанности финансовым управляющим, в связи с этим, утверждения о совершении оспариваемых сделок на безвозмездной основе.

В материалы дела финансовым управляющим также не представлено доказательств того, что на момент приобретения ФИО3 экскаватора в 2016 году у ФИО5 имелись денежные средства в размере 1 500 000 руб. для его оплаты.

Доводы об отсутствии в материалах дела доказательств передачи ФИО9 в адрес ФИО3 денежных средств судом апелляционной инстанции признаются несостоятельными, поскольку, как указывалось выше,  ФИО9 приходится ФИО3 родным дядей, в связи с чем, какие-либо договоры в письменной форме между ними не заключались.

При таких обстоятельствах, следует признать, что в спорный период времени ФИО3 могла рассчитаться по оспариваемым сделкам.

Помимо этого, с учетом совокупности собранных и оцененных доказательств, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности финансовым управляющим наличие у должника на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

По общему правилу недостаточность имущества определяется по данным бухгалтерской отчетности на последнюю отчетную дату, предшествующую совершению сделки.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Между тем, наличие соответствующих обстоятельств материалами дела не подтверждается.

В судебно-арбитражной практике выработан устойчивый подход относительно того, что сам по себе факт наличия у должника обязательств перед кредиторами не является основанием для вывода о неплатежеспособности должника. Предъявление требований в исковом порядке еще не означает, что они будут удовлетворены судом, а в случае если они будут удовлетворены – не означает, что у должника недостаточно средств для погашения таких требований. Неплатежеспособность не может отождествляться с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.

В рассматриваемом случае, проанализировав доводы управляющего, положенные в основу заявленного требования, суд первой инстанции обстоятельств, однозначно свидетельствующих о том, что на даты совершения должником оспариваемых сделок ФИО5 отвечал признакам недостаточности имущества (превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника) либо неплатежеспособности (прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств) не установил, отметив, что неисполнение обязательств перед отдельным кредитором о таких обстоятельствах не свидетельствует.

Таким образом, вопреки доводам заявителя жалобы, материалами дела не подтверждено наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения спорных сделок.

При таких обстоятельствах, с учетом исследования доводов и возражений сторон, а также оценки представленных в их обоснование доказательств, принимая во внимание недоказанность материалами дела факта приобретения ФИО3 в собственность за счет денежных средств ФИО5, полученных в результате причинения им убытков ООО «АСК-Логистик», спорных транспортных средств (спецтехники); учитывая наличие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что договоры купли-продажи от 15.07.2016 №11 и от 16.12.2018 №15 в действительности были заключены и исполнены, реальность передачи денежных средств ФИО3, получение их ООО «Управление строительной механизации» и ООО «Грунтсервис-КБ», а также наличие у ответчика финансовой возможности произвести их оплату с использованием денежных средств ее дяди ФИО9, апелляционный суд считает, что арбитражный суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме факта причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и, соответственно, об отсутствии в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных обстоятельств, которые могут являться основанием для признания оспариваемых финансовым управляющим сделок недействительными (ничтожными) на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ, ввиду чего в удовлетворении заявленных требований судом отказано правомерно.

При этом, поскольку в данном случае факт совершения сделок за счет денежных средств должника документально не подтвержден, доводы финансового управляющего об аффилированности должника и ответчика правового значения не имеют, поскольку установление факта аффилированности недостаточно для установления факта злоупотребления правом.

Позиция апеллянта о том, что при рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции не разрешены вопросы, подлежащие разрешению, отклоняется как необоснованная в силу того, что отсутствие перечисления в судебном акте всех имеющихся в деле обстоятельств и неуказание всех доводов участников спора не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки судом (определение Верховного Суда Российской Федерации в определении от 30.08.2017 №305-КГ17-1113).

В этой связи, следует признать, что оспариваемый судебный акт соответствует нормам действующего законодательства права, сделанные в нем выводы, в целом соответствуют обстоятельствам дела, нарушений норм материального и процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку они направлены на переоценку фактических обстоятельств и представленных доказательств, правильно установленных и оцененных судом первой инстанции, опровергаются материалами дела и не отвечают требованиям действующего законодательства. Каких-либо оснований для отмены определения суда первой инстанции, по приведенным в жалобе доводам не имеется.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены определения суда и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Поскольку определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2025 финансовому управляющему ФИО1  была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, в удовлетворении апелляционной жалобы отказано, в связи с чем, с за счет конкурсной массы ФИО5 в доход федерального бюджета подлежит взысканию 10 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 23 января  2025 года по делу № А60-68631/2021 оставить без изменения, апелляционную  жалобу - без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массы ФИО5 (ИНН <***>)  в доход федерального бюджета 10 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Л.В. Саликова


Судьи


Е.О. Гладких


Т.С. Нилогова