Постановление от 2 июля 2024 г. по делу № А45-28956/2019

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город Томск                                                                         Дело № А45-28956/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июня 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 июля 2024 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  


ФИО1

судей


ФИО2

Фаст Е.В.



при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гребенюк Е.И. без  использования средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО3 – ФИО4 (№07АП-1897/20(17)), ФИО5 (№07АП-1897/20(18)) на определение от 01.05.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-28956/2019 (судья Пащенко Е.В.) о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО3 – ФИО4, о включении требования в реестр требований кредиторов должника

В судебном заседании приняли участие:

от финансового управляющего имуществом ФИО3 – ФИО4: не явился (извещен)

от иных лиц: не явились (извещены)

УСТАНОВИЛ:

16.07.2020 решением Арбитражного суда Новосибирской области должник - ФИО5, признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6

18.07.2020 в газете «Коммерсантъ» опубликовано сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества.

27.01.2022 в Арбитражный суд Новосибирской области поступило заявление финансового управляющего имуществом ФИО3 – ФИО4 о включении требования в размере 11 494 312 рублей 50 копеек в реестр требований кредиторов должника – ФИО5.

26.07.2022 определением суда в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом ФИО3 – ФИО4, о включении требования в размере 11 494 312 рублей 50 копеек в реестр требований кредиторов должника – ФИО5, а также заявления финансового управляющего имуществом ФИО3 – ФИО4 о признании права собственности в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО5, было отказано.

28.09.2022 Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда определение от 26.07.2022 было оставлено без изменения.

15.12.2022 постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа определение Арбитражного суда Новосибирской области от 26.07.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2022 были отменены в части отказа во включении требования ФИО3 в реестр требований кредиторов ФИО5. Обособленный спор в указанной части был направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области. В остальной части определение от 26.07.2022 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 28.09.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда оставлено без изменений.

После направления обособленного спора на новое рассмотрение, финансовый управляющий ФИО3 уточнил заявленные требования, указал, что доля ФИО3 по итогам исполнения договора простого товарищества была эквивалентна 9/10 долей стоимости жилого дома с кадастровым номером № 54:19:070124:1167, расположенного по адресу: <...> (далее – Жилой дом), просил провести судебную экспертизу для выяснения данной стоимости и включить денежное требование в этом размере в реестр требований кредиторов должника, как обеспеченное залогом этого имущества. Заявил о восстановлении срока для обращения с требованием.

Определением от 01.05.2024 Арбитражный суд Новосибирской области признал требование ФИО3 в размере 10 171 000 руб. основного долга обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника – ФИО5, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов. В удовлетворении остальной части заявления отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий имуществом ФИО3 – ФИО4 и должник обратились с апелляционными жалобами, в которых просят его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

Должник указал, что доводы суда о том, что лицо, предоставившее денежные средства в качестве вклада в рамках совместной деятельности и получившее причитающейся ему части прибыли вправе требовать возврата этих средств, является несоответствующим природе договора простого товарищества. Доказательств права собственности на 9/10 долей за ФИО3 не представлено. Суд неверно определил стоимость 9/10 долей в общей долевой собственности, которая могла бы быть выплачена из конкурной массы участнику совместной деятельности при наличии оснований и доказательств.

Финансовый управляющий имуществом ФИО3 – ФИО4, с учетом дополнений, указал, что  судом не учтены выводы Верховного суда РФ, изложенные в определении №309-ЭС18-13344(4) от 13.07.2022 по делу №А60-29987/2016. Возможность обращения с требованием ранее данного срока объективно отсутствовала.

Финансовый управляющий ФИО7, в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представил отзыв на апелляционные жалобы, в которых просит определение суда оставить без изменений, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционные жалобы в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзыва на них, проверив в соответствии со статьёй 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения Арбитражного суда Новосибирской области, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, 15.09.2014 между ФИО8 как застройщиком, ФИО5 как вкладчиком и ФИО3 как инвестором, был заключен договор простого товарищества о строительстве десятиквартирного малоэтажного жилого дома по адресу: <...>.

Управлением Росреестра по НСО осуществлена государственная регистрация права собственности на указанный жилой дом на 9/10 долей за ФИО3 и на 1/10 за ФИО5

Однако, право собственности ФИО3 было зарегистрировано не на основании договора простого товарищества, а на основании соглашения об отступном по договору займа пропорционально его вложениям.

22.02.2018 ФИО9 обратился в Новосибирский районный суд с иском к ФИО5, ФИО3 о признании недействительным соглашения о предоставлении отступного и взыскании денежных средств, ссылаясь на то, что 05.08.2016 между ФИО5 и ФИО3 было заключено соглашение, согласно которому ФИО5 взамен исполнения обязательств по возврату денежных средств в сумме 11 000 000 руб. по заключенному договору займа с ФИО3, предоставил отступное и обязался передать в собственность ФИО3 9/10 долей в праве общей долевой собственности на Жилой дом.

ФИО9 просил признать недействительным соглашение о предоставлении отступного от 05.08.2016, заключенное между ФИО3 и ФИО5, аннулировав запись государственной регистрации права собственности на ФИО3 9/10 долей Жилого дома.

Решением от 27.02.2019 суд признал недействительным соглашение о предоставлении отступного №03-2016 от 05.08.2016г., заключенное между ФИО3 и ФИО5, о передаче в собственность 9/10 долей в праве общей долевой собственности на Жилой дом. Применил последствия недействительности сделки – аннулировав в Едином государственном реестре недвижимости запись о государственной регистрации права собственности на 9/10 долей в праве общей долевой собственности на Жилой дом. Взыскал с ФИО5 в пользу ФИО9 проценты в сумме 3 381 898,36 руб. и пени в сумме 1 500 000,00 руб., а всего 4 881 898,36 руб.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 27.06.2019 суд постановил уменьшить размер, взыскиваемых с ФИО5 в пользу ФИО9 процентов с 3 381 898,36 руб. до 960 126,57 рублей, соответственно, всего было взыскано не 4 881 898,36 руб., а 2 460 126,57 руб.

Вступившее в законную силу решение суда стало основанием для аннулирования 28.07.2021 записи о регистрации права собственности ФИО3 на 9/10 долей в праве общей долевой собственности на Жилой дом.

В связи с признанием вышеуказанного соглашения об отступном недействительным, у ФИО5 возникла обязанность вернуть полученное по сделке (займу) в размере 11 000 000 руб., проценты за пользование займом.

Финансовый управляющий имуществом ФИО3 обратился с заявлением о включении требования в размере 11 988 625 руб., в том числе 11 000 000 руб. основного долга, 494 312,50 руб. процентов за пользование займом, 494 312,50 руб. неустойки, в реестр требований кредиторов.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования частично, исходил из того, что требования в размере 10 171 000 руб.  законны и обоснованы, в связи с пропуском срока, подлежат удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьёй 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве; отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Исходя из указанных норм права, арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности и применения мер ответственности на основе положений норм материального права.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Недействительная сделка не влечёт юридических последствий и недействительна момента её совершения (пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно части 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

 К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

На основании части 1 статьи 1041 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.

Вкладом товарища признается все то, что он вносит в общее дело, в том числе деньги, иное имущество, профессиональные и иные знания, навыки и умения, а также деловая репутация и деловые связи.

Вклады товарищей предполагаются равными по стоимости, если иное не следует из договора простого товарищества или фактических обстоятельств. Денежная оценка вклада товарища производится по соглашению между товарищами (статья 1042 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Прибыль, полученная товарищами в результате их совместной деятельности, распределяется пропорционально стоимости вкладов товарищей в общее дело, если иное не предусмотрено договором простого товарищества или иным соглашением товарищей.

Соглашение об устранении кого-либо из товарищей от участия в прибыли ничтожно (статья 1048 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В обоснование заявленного требования финансовый управляющий ФИО4 ссылается на договор простого товарищества от 15.09.2014, соглашение об отступном от 05.08.2016, решение Новосибирского районного суда от 27.02.2019, определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 27.06.2019

Полагает, что за ФИО3 подлежит признание права собственности на 9/10 долей в праве общей долевой собственности на Жилой дом.

Кроме того, в связи с признанием соглашения об отступном недействительным, у ФИО5 возникла обязанность вернуть полученное по сделке (займу) в размере 11 000 000 руб., проценты за пользование займом.

Кредиторская задолженность к должнику была восстановлена на основании вступившего в законную силу (27.06.2019 г.) решения Новосибирского районного суда от 27.02.2019.

Заявителем произведен расчет процентов за пользование суммой займа на основании статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму 494 312,50 руб. и законной неустойки на основании статьи 811, 395 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму 494 312,50 руб. за период с 28.02.2019 по 02.10.2019.

В подтверждение возможности ФИО3 передать денежные средства, финансовый управляющий представил выписку из АО «Россельхозбанк» и Банка Уралсиб.

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, что 15.09.2014 между ФИО8 как застройщиком, ФИО5 как вкладчиком, и ФИО3, как инвестором, был заключен договор простого товарищества о строительстве десятиквартирного малоэтажного жилого дома, общей площадью 960 кв.м. в поселке КЛАССИКА.

При этом, текст данного договора простого товарищества в материалы дела ни ФИО3, ни ФИО5, в том числе при новом рассмотрении обособленного спора, не представлен.

Финансовым управляющим имуществом ФИО3 в материалы дела представлено только дополнительное соглашение от 17.03.2015 к договору простого товарищества от 15.09.2014, согласно которому все деньги, поступающие от продажи квартир в указанном доме, идут к распределению в следующей очередности - в оплату задолженности по земельному участку под жилой застройкой проданной квартиры, в первую очередь; - в оплату затрат Инвестора, вторая очередь к погашению; - далее, согласно Договора от 15.09.2015 (так указано в тексте).

Также, представлены письма ФИО8 о проблемах, возникших в связи с выполнением данного договора простого товарищества.

Из пояснений сторон следует, что ФИО5 как вкладчиком был предоставлен земельный участок, площадью 3765 кв.м. с кадастровым номером 54:19:070124:1100.

Решением Новосибирского районного суда Новосибирской области от 19.12.2017 по делу № 2-1602/2017 было установлено, что данный земельный участок был образован из земельных участков с кадастровыми номерами 54:19:070124:881, 54:19:070124:885 и 54:19:070124:890, приобретенных ФИО5 на основании договора купли-продажи от 23.09.2014 с ООО «Ветеран НСК», при этом, данные земельные участки находились в залоге ООО «Ветеран НСК» до момента полном оплаты цены земельного участка в размере 4 894 500,00 руб.

На основании соглашение от 24.06.2015 права кредитора по договору от 23.09.2014 перешли от ООО «Ветеран НСК» к ФИО9, который стал являться залогодержателем в отношении данного земельного участка.

05.08.2016 между ФИО3 и ФИО5 было заключено Соглашение № 01-2016 о предоставлении отступного, дополнительное соглашение к нему от 28.09.2016, согласно которым ФИО5 взамен исполнения обязательств по возврату денежных средств в сумме 11 000 000 руб. по заключенному договору займа с ФИО10 предоставил отступное и обязуется передать в собственность ФИО3 9/10 долей в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 54:19:070124:1100.

Стороны пришли к соглашению, что стоимость 9/10 долей указанного земельного участка составляет 5 000 000 руб.

Управлением Росреестра по Новосибирской области осуществлена государственная регистрация права собственности на 1/10 долю в праве общей долевой собственности за ФИО5 и 9/10 долей в праве общей долевой собственности за ФИО3 на земельный участок в кадастровым номером 54:19:070124:1100.

Решением суда было установлено, что подпись от имени ФИО9 в заявлении о согласии на отчуждение залогодателем имущества, заложенного по договору залога от 28.09.2016, расположенная в графе «Залогодержатель» в строке «ФИО9, выполнена не ФИО9,, а другим лицом с подражанием подписи ФИО9

Судом было установлено, что ФИО5 не были выполнены обязательства по оплате земельного участка в установленные сроки, в связи с чем, соглашение о представлении отступного № 01-2016 от 05.08.2016, заключенное между ФИО3 и ФИО5 о передаче в собственность ФИО3 9/10 долей в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 54:19:070124:1100, было признано недействительным; применены последствия недействительности сделки – аннулирована в ЕГРН запись о государственной регистрации права собственности ФИО3 на 9/10 долей в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 54:19:070124:1100; договор купли-продажи недвижимого имущества от 23.09.2015, заключенный между ФИО9 и ФИО5 был признан расторгнутым, земельный участок, площадью 3 765 кв.м. с кадастровым номером 54:19:070124:1100, возвращен ФИО9; право собственности ФИО5 на данный земельный участок было прекращено.

Данное решение было обжаловано ФИО3, апелляционным определением Новосибирского областного суда от 22.03.2018 решение Новосибирского районного суда от 19.12.2017 было оставлено без изменения и вступило в законную силу.

 Решением Новосибирского районного суда от 27.02.2019 по делу № 2-31/2019, было установлено, что 05.08.2016 между ФИО3 и ФИО5 было заключено Соглашение № 03-2016 о предоставлении отступного, согласно текста которого на основании Договора займа от 20.04.2014, заключенного между Кредитором (ФИО3) и Должником (ФИО5), Должник взамен исполнения обязательств по возврату денежных средств в сумме 11 000 000 руб. 00 коп. предоставляет отступное и обязуется передать в собственность, а Кредитор принять в собственность 9/10 доли в праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу: Новосибирский район, Морской сельсовет, <...>. Кадастровый номер жилого дома - 54:19:070124:1167, общая площадь 988,6 кв.м., количество этажей – 2.

Указанный жилой дом принадлежит Должнику по праву собственности на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 26.01.2014, что подтверждается Свидетельством о государственной регистрации права, выданным Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Новосибирской области от 26.01.2016.

 Стороны пришли к соглашению, что стоимость указанной доли – составляет 3 000 000 руб.

Передача доли переходит на основании настоящего соглашения в порядке статьи 251 ГК РФ. Кредитор приобретает право собственности на долю после государственной регистрации перехода права собственности.

С момента регистрации перехода права к Кредитору обязательства Должника перед Кредитором по договору Займа от 20.04.2014 прекращаются в размере 3 000 000 руб.

Указанный жилой дом до подписания настоящего договора обременен правами третьих лиц – ипотека в силу закона, о чем в ЕГРПН 26.01.2016 сделана запись регистрации 54-54/001/51/2016-96/1.

При этом, судом было установлено, что подпись от имени ФИО9 в заявлении о согласии на отчуждение залогодателем имущества, заложенного по договору залога от 28.09.2016, расположенная в графе «Залогодержатель» в строке «ФИО9», выполнена не ФИО9, а другим лицом, в связи с чем, Соглашение № 03-2016 от 05.08.2016 о предоставлении отступного, заключенное между ФИО3 и ФИО5 о передаче в собственность ФИО3 9/10 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером 54:19:070124:1167, признано судом недействительным, применены последствия недействительности в виде аннулирования в ЕГРН записи о государственной регистрации права собственности ФИО3 на 9/10 долей в праве общей долевой собственности на Жилой дом с кадастровым номером 54:19:070124:1167; кроме того, с ФИО5 в пользу ФИО9 были взысканы денежные средства.

Данное решение было обжаловано ФИО5, апелляционным определением Новосибирского областного суда от 27.06.2019 было изменено в части размера взыскания денежных средств с ФИО5 в пользу ФИО9

С учетом изложенного, суд пришел к выводу, что Соглашения № 01-2016 и № 03-2016 о предоставлении отступного, были заключены ФИО3 и ФИО5 в целях распределения итогов исполнения Договора простого товарищества от 15.09.2014, что свидетельствует о том, что Договор займа от 20.04.2014 на сумму 11 000 000 руб., упомянутый в тексте данных Соглашений, между ФИО3 и ФИО5 не заключался, денежные средства в размере 11 000 000 руб. от ФИО3 к ФИО5 в собственность на возвратной основе не передавались. Указанные Соглашения являлись притворными сделками, прикрывающими сделку по распределению результатов, созданных по итогам исполнения договора простого товарищества.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в Постановлении от 15.12.2022 указал, что действительно, сам договор простого товарищества (как единый письменный документ) в материалы дела не представлен. Вместе с тем на существование такого договора указывают дополнительное соглашение к нему от 17.03.2015, переписка его участников и выписки по лицевому счёту ФИО11 со ссылкой на перечисление денежных средств для проведения расходных операций. В силу общего правила статьи 1048 Гражданского кодекса Российской Федерации прибыль, полученная товарищами в результате их совместной деятельности, распределяется пропорционально стоимости вкладов товарищей в общее дело.

Судами сделан верный вывод о притворном характере соглашения, прикрывающего собой сделку по распределению результата простого товарищества – жилого дома.

При этом, сама по себе притворность соглашения не могла влечь отказа в притязании гражданина на причитающуюся ему часть общего результата. В то же время, решением суда общей юрисдикции соглашение признано ничтожным на основании пункта 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Соответственно, правовые основания для удовлетворения заявления управляющего о признании за гражданином права на долю в праве собственности на жилой дом, отсутствуют.

В удовлетворении заявления в данной части отказано верно.

Вместе с тем, лицо, предоставившее денежные средства в качестве вклада в рамках совместной деятельности и не получившее причитающейся ему части прибыли (применительно к настоящему спору – лишённого ранее полученной доли в праве на недвижимое имущество) вправе требовать возврата этих средств.

Проверка обоснованности денежного требования осуществляется арбитражными судами в соответствии с пунктами 3 – 5 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учётом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учёте и отчётности и т.д.).

Отказывая в признании требования ФИО11 обоснованным, суды указали на отсутствие относимых доказательств, подтверждающих предоставление гражданином денежных средств в рамках простого товарищества и наличия у него финансовой возможности, позволявшей обеспечить финансирование совместной деятельности.

 При этом судами не приведены мотивы, по которым не признаны относимыми имеющиеся в деле выписки по лицевому счёту ФИО11 (том 1, листы дела 43 – 47), а также сведения о наличии на данном счёте денежных средств.

Кроме того, судами проигнорированы фактические обстоятельства достижения результата совместной деятельности и распределения её результата путём передачи должником гражданину 9/10 доли в праве собственности на жилой дом.

Каких-либо убедительных мотивов в обоснование вероятности возведения ФИО5 жилого дома за счёт собственных (или привлечённых у иных источников) денежных средств и последующей безвозмездной передачи большей его части ФИО11 судами также не приведено.

При новом рассмотрении обособленного спора арбитражным судом должнику предлагалось представить доказательства финансирования должником строительства спорного дома, предлагалось пояснить экономические мотивы заключения соглашения об отступном и регистрации права собственности на 9/10 долей на спорный жилой дом за ФИО3

Таких доказательств и пояснений должником в материалы дела представлено не было.

Не представлено таких доказательств и в апелляционной инстанции.

Представленные заявителем выписки по банковским счетам подтверждают наличие в его распоряжении денежных средств, которые могли быть использованы для финансирования строительства жилого дома.

Оценив в совокупности данные обстоятельства, заключенные Соглашения № 01- 2016 и № 03-2016 о предоставлении отступного, предшествующее и последующее поведение сторон, арбитражный суд первой инстанции, правомерно пришел к выводу, что указанные соглашения были заключены в целях распределения результатов, созданных по итогам исполнения договора простого товарищества, при этом, учитывая, что в собственность ФИО3 в результате данных соглашений должно было быть передано 9/10 долей в праве общей долевой собственности на спорный жилой дом, то его доля по соглашению сторон простого товарищества соответствует рыночной стоимости соответствующей доли этого дома.

Поскольку соглашение о предоставлении отступного № 03-2016 о передаче ФИО3 доли в спорном жилом доме было заключено 05.08.2016, то размер причитающегося ФИО3 результата по итогам исполнения договора простого товарищества необходимо определять именно на эту дату.

Согласно заключению эксперта № 2 от 31.01.2024, полученному в рамках настоящего спора, рыночная стоимость недвижимого имущества – 9/10 долей в праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу: Новосибирская область, Новосибирский район, Морской сельсовет, <...> кадастровый номер 54:19:070124:1167, общая площадь 988,6 кв.м., количество этажей – 2, по состоянию на 05.08.2016, составляет округленно 10 171 000 руб.

Экспертное заключение соответствует положениям статей 64, 67, 68, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; нарушений методических и нормативных требований при проведении экспертного исследования не установлено; оснований для сомнения в квалификации экспертов, компетентности и обоснованности сделанных ими выводов не установлено, при этом выбор конкретных методов и методик экспертного исследования является прерогативой эксперта, от экспертов не поступало мотивированного письменного сообщения о невозможности дать заключение в силу того, что объекты исследования и материалы дела недостаточны для проведения исследований и дачи заключений; выводы, изложенные в заключении, не противоречивы и в достаточной степени мотивированы.

Ходатайств о назначении повторной и (или) дополнительной судебной экспертизы, сторонами не заявлялось.

С учетом изложенного, арбитражный суд обоснованно пришел к выводу, что размер такой доли ФИО3 на 05.08.2016 соответствовал денежной сумме в размере 10 171 000 руб., при том, что ФИО3 данный результат должен был передать именно ФИО5, а не другой участник договора простого товарищества – ФИО8

Возражения должника в данной части не могут быть признаны обоснованными апелляционным судом, в отсутствии допустимых доказательств.

Поскольку ФИО3 утратил переданный ему ФИО5 в натуре результат исполнения договора простого товарищества в результате вынесенного судебного акта, который был возвращен ФИО5, у ФИО5 возникло денежное обязательство перед ФИО3 в указанном размере.

Доводы должника о неверном указании суда на то, что лицо, предоставившее денежных средства в качестве вклада в рамках совместной деятельности и получившее причитающейся ему части прибыли вправе требовать возврата этих средств, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании норм права.

Ссылка должника о том, что доказательств права собственности на 9/10 долей за ФИО3 не представлено, судом апелляционной инстанции признается несостоятельной, поскольку противоречат материалам дела.

Доводы финансового управляющего ФИО4 о том, что указанное денежное обязательство должника перед ФИО3 является обеспеченным залогом вышеуказанного недвижимого имущества, судом обосновано отклонены, поскольку соглашение о залоге заявителем и должником не заключалось, в установленном порядке не регистрировалось, оснований для возникновения залога в силу закона судом не установлено.

Согласно пункту 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 настоящего Федерального закона.

В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

Согласно пункту 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», вопрос о восстановлении срока разрешается судом в судебном заседании одновременно с рассмотрением вопроса об обоснованности предъявленного требования.

Восстановление пропущенного срока на предъявление требования к должнику в целях участия в первом собрании кредиторов возможно на основании ходатайства кредитора только до дня проведения первого собрания.

Предъявление кредитором или уполномоченным органом требования с пропуском установленного пунктом 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве срока или отказ в его восстановлении для целей участия в первом собрании кредиторов должника не является основанием для не рассмотрения судом этого требования для целей включения в реестр.

Данные требования, в случае включения в реестр требований кредиторов должника, удовлетворяются на общих условиях.

Согласно разъяснениям в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества.

Требования, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, срок предъявления которых не был восстановлен судом, удовлетворяются по правилам пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

Кредитор направил требование в арбитражный суд лишь 27.01.2022, в то время как публикация в газете «Коммерсант» о признании должника несостоятельным (банкротом) была произведена 18.07.2020, следовательно, данное требование заявлено после закрытия реестра требований кредиторов должника.

В обоснование восстановления срока для обращения с требованием о включении требования в реестр требований кредиторов должника, финансовый управляющий ФИО4 указал, что о том, что сделка о предоставлении отступного №03-2016 от 05.08.2016 признана недействительной и о прекращении права собственности ФИО3, заявитель узнал 22.12.2021, после получения выписки из ЕГРП, что является уважительной причиной для восстановления срока на подачу заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника.

Между тем, прекращение права собственности ФИО3 на указанную долю произошло на основании судебного акта – Определения судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 27.06.2019 г. ФИО3 являлся участником данного судебного разбирательства, был надлежащим образом извещен о рассмотрении данного дела, вышеуказанные судебные акты, в том числе по мотивам отсутствия надлежащего извещения, не оспаривал.

О нарушении своего права на получение причитающейся доли после исполнения договора простого товарищества, ФИО3 мог узнать 27.06.2019, следовательно, именно, с указанной даты следует исчислять срок исковой давности, который заявителем не пропущен, при этом, заявителем ФИО3 пропущен срок на подачу заявления о включении настоящего требования в реестр требований кредиторов должника.

То обстоятельство, что в отношении ФИО3 была введена процедура банкротства, а финансовый управляющий узнал о прекращении ранее имевшегося у ФИО3 права общей долевой собственности только 22.12.2021, не может являться уважительной причиной для восстановления пропущенного срока на подачу заявления о включении в реестр требований кредиторов должника.

С учетом изложенного, доводы финансового управляющего ФИО4, об отсутствии оснований для понижения очередности, со ссылкой на определение Верховного суда РФ по делу №309-ЭС18-13344(4) от 13.07.2022, судом апелляционной инстанции признаются несостоятельными.

При этом, срок исковой давности, по смыслу положений статей 195, 196, 199, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, для обращения с требованием – не пропущен.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что требование ФИО3 в размере 10 171 000 руб. основного долга является обоснованным и подлежит удовлетворению за счет имущества должника – ФИО5, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

Доводы заявителей апелляционных жалоб не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

 При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьёй 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 01.05.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-28956/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы финансового управляющего имуществом ФИО3 – ФИО4, ФИО5 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий  


ФИО1

Судьи


ФИО2

Е.В. Фаст