Постановление от 28 января 2025 г. по делу № А75-24536/2023

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А75-24536/2023
29 января 2025 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена  16 января 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  29 января 2025 года


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Еникеевой Л.И.,

судей  Горобец Н.А., Фроловой С.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Мироновой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-12393/2024) закрытого акционерного общества «Технобурсервис» на решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 16.10.2024 по делу № А75-24536/2023 (судья Бухарова С.В.), принятое по иску акционерного общества «Самотлорнефтегаз» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 628606, ХантыМансийский автономный округ – Югра, <...> зд. 4) к закрытому акционерному обществу «Технобурсервис» (ОГРН <***>, ИНН <***>, место нахождения: 628616, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, <...>, помещ. 1002) о взыскании 4 058 666 руб. 09 коп., при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, -общества с ограниченной ответственностью «РН-Бурение»,

при участии в судебном заседании посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» представителя акционерного общества «Самотлорнефтегаз» - ФИО1 по доверенности от 20.11.2023 № 369,

при участии в судебном заседании  очно представителей закрытого акционерного общества «Технобурсервис» - ФИО2 по доверенности от 28.04.2023, ФИО3 по доверенности от 17.12.2024 № 11,

установил:

акционерное общество «САМОТЛОРНЕФТЕГАЗ» (далее – АО «Самотлорнефтегаз», истец) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с иском к закрытому акционерному обществу «ТЕХНОБУРСЕРВИС» (далее – ЗАО «Технобурсервис», ответчик) о взыскании 4 058 666 руб. 09 коп. убытков по договору от 27.11.2017 № СНГ-0227/18.

            До принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в суде первой инстанции, истец на основании части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) уточнил размер исковых требований, просил взыскать 3 082 239 руб. 60 коп.  убытков.

            К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общества с ограниченной ответственностью «РН-Бурение» (далее – ООО «РН-Бурение»).

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 16.10.2024 исковые требования удовлетворены. С ЗАО «Технобурсервис» в пользу АО «Самотлорнефтегаз» взыскано 3 082 239 руб. 60 коп.  убытков, 38 411 руб. расходов по уплате государственной пошлины. АО «Самотлорнефтегаз» из федерального бюджета возвращено 4 882 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ЗАО «Технобурсервис» обратилось в Восьмои? арбитражныи? апелляционныи? суд с апелляционнои? жалобои?, в которои? просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в иске.

В обоснование апелляционной жалобы её податель  приводит следующие доводы: акт непроизводительного времени (НПВ) от 22.12.2020 в количестве 34,3 час.  не подтверждает вину ответчика в непроизводительном времени, поскольку не устанавливает причины отсутствия сигнала телесистемы. Ответчиком  представлен акт тестирования телесистемы на устье скважины от 21.12.2020, которым подтверждается, что в период указанного НПВ 21.12.2020 в 19 час. 30 мин. при забое 1820 м. после подъема КНБК до гл. 60 м. произведена опрессовка телесистемы и установлено, что телесистема (ТС) работает, сигнал стабильный. Истцом не опровергнут довод ответчика о том, что отсутствие сигнала с телесистемы на забое произошло по причине высокого уровня вибрации импульсного характера, превышающего эксплуатационный порог 15g, что подтверждено актом внутреннего расследования по факту нестабильной работы телесистемы на кусту № 540 скважины от 20.12.2020 № 16578 и актом проведения комиссионного разбора работы телесистемы от 30.12.2020. Таким образом, непроизводительное время в количестве 34,3 час. имело место не по вине ответчика, а по причине повышенных вибрационных нагрузок на телесистему, превышающих эксплуатационный порог 15g, возникших из-за несоответствия применяемых истцом буровых долот типу винтового забойного двигателя. Кроме того, судом первой инстанции не дана оценка двустороннему акту о приёмке оказанных услуг при бурении скважины № 16578 куста № 540 Самотлорского месторождения, согласно которому ответчиком оказаны услуги в пределах нормативного времени оказания услуг, предусмотренного договором. Также, судом первой инстанции  не учтено, что в период оказания услуг ответчиком на скважине № 16578 куста № 540 имело место непроизводительное время по метеоусловиям, что является риском заказчика, не принят во внимание протокол технического совещания от 01.02.2021 № 540/16578, которым установлена вина истца и подрядчика по буровым растворам ТОО «Омас Интегрейтед» в дополнительном расходе услуг и материалов по причине непроизводительного времени в количестве 147 часов (6,13 суток). Акт непроизводительного времени (НПВ) от 19.01.2021 в количестве 58 час. не подтверждает вину ответчика в непроизводительном времени, поскольку не устанавливает причины отсутствия сигнала телесистемы. К материалам дела также приобщен акт комиссионного разбирательства по факту отсутствия сигнала от телесистемы MWD-350 от 21.01.2021, которым подтверждается, что пульсаторы МК-4 № С-04-15 и № С-06-17 с зондом Г35.2 № 70 прошли стендовые испытания и признаны годными к работе, причиной в перебоях сигнала от телесистемы MWD-350 на буровой является недостаточный литраж буровых насосов, виновником инцидента является буровой подрядчик - ООО «РН-Бурение».  Кроме того, судом первой инстанции не принято во внимание, что непроизводительное время в количестве 58 час., указанное в акте от 19.01.2021, не привело к превышению нормативного времени оказания услуг. Помимо этого, акты о приёмке выполненных работ по форме КС-2, прилагаемые к исковому заявлению, в том числе о выполнении работ подрядчиками ООО «ГеоРазрез», ООО «Технологическая компания «Шлюмбержэ», ООО «Интегра-Бурение», ООО «Ойл Сервис Гарант». ООО «Геосервис», ООО «PH-Бурение», ТОО «Омас Интегрейтед» не содержат сведений об оплате указанным подрядчикам именно за непроизводительное время, допущенное по вине ответчика. Указанными актами подтверждается выполнение подрядчиками работ в соответствии с условиями договоров.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2024 апелляционная жалоба принята к производству, назначена к рассмотрению в судебном заседании на 16.01.2025.

Оспаривая доводы апелляционной жалобы, АО «Самотлорнефтегаз»,  ООО «РН-Бурение» представили отзывы на апелляционную жалобу, в котором просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ЗАО «Технобурсервис» заявил ходатайство об истребовании от АО «Самотлорнефтегаз» раздела группового технического проекта, содержащего нормативный срок строительства скважин № 16578, № 11178.

Представитель АО «Самотлорнефтегаз» возражал против удовлетворения ходатайства, поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить решение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, считая решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Судебное заседание проведено в отсутствие третьего лица, извещённого о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции путём размещения информации на сайте суда, в соответствии с частью 5 статьи 156 АПК РФ.

Рассмотрев ходатайство об истребовании доказательств, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для его удовлетворения, в силу следующего.

Согласно части 3 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции. Апелляционный суд не вправе отказать в удовлетворении указанных ходатайств на том основании, что они не были удовлетворены судом первой инстанции.

Частью 4 статьи 66 АПК РФ предусмотрено, что лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. Из приведенной нормы следует, что истребование доказательства является правом, а не обязанностью суда, а разрешение данного вопроса осуществляется судом исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом необходимости и значимости данного доказательства для разрешения спора.

Между тем, ответчиком не обосновано доказательственное значение подлежащего истребованию документа применительно к предмету спора, в том числе не раскрыто, каким образом содержащаясяв указанном документе информация позволит установить значимые по делу обстоятельства, учитывая, что истец не оспаривал то обстоятельство, что нормативное время строительства скважины не превышено, а время работы подрядчиков указано в актах о приёмке выполненных работ по форме № КС-2.


Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, суд установил, что между АО «Самотлорнефтегаз» (заказчик) и ЗАО «Технобурсервис» (исполнитель) заключен договор от 27.11.2017 № СНГ-0227/18 на оказание услуг по техническому и технологическому сопровождению наклонно-направленного бурения при выполнении работ по реконструкции скважин на лицензионных участках, эксплуатируемых истцом, в соответствии с условиями договора, в объеме и в сроки, определённые в приложении № 4.8 к договору.

В пункте 3.1.7 раздела 2 договора  предусмотрено, что заказчик имеет право заключать с любой сервисной компанией (сервисными компаниями) договоры на выполнение работ или оказание услуг одновременно с услугами на месте оказания услуг. Исполнитель предоставляет заказчику и сервисной компании (сервисным компаниям) доступ и возможность выполнять их работу и сотрудничает с сервисными компаниями.

Как следует из содержания главы 1 «Определения» раздела 1 договора под сервисными компаниями понимаются любые юридические лица, кроме исполнителя, которые заключили контракты с заказчиком и привлечены им для оказания услуг или выполнения работ на месте оказания услуг или привлечены заказчиком для оказания услуг или выполнения работ в связи с услугами.

По условиям пункта 2.6 раздела 3 договора исполнитель несёт ответственность за НПВ заказчика, возникшее по вине исполнителя, которое включает, но не ограничивается следующими случаями: a) время, затраченное на подъём и спуск КНБК вследствие отказа оборудования исполнителя, невозможности поддержания траектории скважины; b) время, затраченное на ограничение скорости проходки для изменения пространственной интенсивности искривления ствола скважины (за исключением геологических условий); c) отказ оборудования при тестировании, забитии кольматантом, льдом и т.д., при отсутствии трубного фильтра (время, затраченное на замену оборудования); d) превышение лимита времени на взятия замеров, подачи команд рус, указанных в программе на бурение.

Случаи НПВ должны быть подтверждены актом, подписанным представителями обеих сторон, с решением о причинах возникновения и продолжительности НПВ.

В силу пункта 7.4.1. раздела 2 договора невыполнением или ненадлежащим выполнением работ исполнителем являются следующие факты/действия/бездействия исполнителя за исключением случаев, когда указанное произошло в результате действий/бездействий (вины) заказчика или сервисных компаний или геологических осложнений:

- нарушение обязательства по началу оказания услуг в сроки, установленные договором; оказание услуг с нарушением сроков, установленных договором;

- оказание услуг не в соответствии с нормативами эффективности, предусмотренными в разделе 5 договора;

- оказание услуг с недостатками.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 раздела 1 договора недостатки означают несоответствие оказываемых услуг, материалов и/или оборудования исполнителя условиям договора, в том числе:

- несоответствие услуг в части сроков, объемов, качества, способов и методов оказания услуг;

- несоответствие оборудования и/или материалов исполнителя требованиям настоящего договора.

В соответствии с пунктом 7.4.12 раздела 2 договора в случае неоказания или ненадлежащего оказания услуг заказчик имеет право применить любую или несколько из следующих мер:

(a)        потребовать от исполнителя безвозмездного устранения недостатков в установленный заказчиком разумный срок.

(b)поручить оказание услуг третьим лицам либо выполнить их своими силами и потребовать от исполнителя возмещения своих расходов на устранение недостатков и других убытков;

(c)               соразмерно уменьшить стоимость оказанных услуг на основании шкалы оценки качества, приведённой в Приложении 2.1 к договору;

(d)уменьшить объёмы услуг по выданному наряд-заказу;

(e)               потребовать уплаты неустойки, определённой договором;

(f)               приостановить оказание услуг вплоть до устранения недостатков в соответствии со статьёй 9 «Приостановка работ» раздела 2 договора;

(g)                 досрочно расторгнуть договор в порядке, предусмотренном договором;

(h)                 потребовать от исполнителя возмещения убытков, в том числе, возмещения затрат заказчику, связанных с оплатой услуг и работ сервисных компаний, если такие услуги и работы обусловлены недостатками работы исполнителя.

В пункте 31 раздела 1 «Общие штрафы» приложения № 2.5. к договору согласовано возмещение исполнителем заказчику всех убытков в связи с простоем по вине исполнителя.

Из искового заявления следует, что при оказании услуг на скважине № 16578 куста № 540 Самотлорского месторождения ответчиком допущено непроизводительное время продолжительностью 34,3 час. (1,4 сут.) в период с 22:12 час. 20.12.2020 до 12:00 час. 22.12.2020.

Данный факт подтверждается актом НПВ от 22.12.2020, а также подтверждён ответчиком при закрытии и оплате объёмов выполненных работ, а именно актом о приёмке выполненных работ от 15.02.2021 № 144, счётом-фактурой от 15.02.2021 № 1, платёжным поручением от 16.04.2021 № 766666).

АО «Самотлорнефтегаз» понесло  расходы  в виде сверхнормативной оплаты буровому и сервисным подрядчикам работ/услуг в период непроизводительного времени в размере 1 164 268 руб. 56 коп., а именно:

- на сумму 21 255 руб. 83 коп. при выполнении ООО «Георазрез» геолого- технологических исследований при бурении скважин по договору от 17.10.2017 № СНГ-0113/18, что подтверждается актом о приёмке выполненных работ от 15.01.2021 № 2, счётом-фактурой от 15.01.2021 № 2, платёжным поручением от 15.04.2021 № 769843;

- на сумму 13 580 руб. при выполнении ТОО «Омас Интергрейтед» инженерного сопровождения по буровым растворам по договору от 26.12.2019 № СНГ-0322/20, что подтверждается актом о приёмке выполненных работ от 25.03.2021 № 77, счётом-фактурой от 25.03.2021 № 77, платёжным поручением от 23.06.2021 № 792266;

- на сумму 1 129 462 руб. 73 коп. при выполнении ООО «Интегра-Бурение» бурения по договору от 31.12.2016 № СНГ-1501/19, что подтверждается актом о приёмке выполненных работ от 25.12.2020 № 251220-0002, от 31.12.2020 № 251220- 0012, счётом-фактурой от 25.12.2020 № 251220-0002, от 31.12.2020 № 251220-0012, платёжным поручением от 25.03.2021 № 757235, от 30.03.2021 № 757237.

При оказании услуг на скважине № 11178 куста № 1239 Самотлорского месторождения ответчиком допущено непроизводительное время продолжительностью 58,0 час. (2,42 сут.) в период с 04:06 час. 16.01.2021 до 12:30 час. 17.01.2021, с 02:00 час. 18.01.2021 до 01:48 час. 19.01.2021, с 05:30 час. 19.01.2021 до 07:18 час. 19.01.2021.

Данный факт подтверждается актом НПВ от 19.01.2021, а также подтверждён ответчиком при закрытии и оплате объёмов выполненных работ, а именно актом о приёмке выполненных работ от 28.02.2021 № 154, счётом-фактурой от 28.02.2021 № 13, платёжным поручением от 29.04.2021 № 770172.

В результате указанного нарушения АО «Самотлорнефтегаз» понесло  расходы  в виде сверхнормативной оплаты буровому и сервисным подрядчикам работ/услуг в период непроизводительного времени в размере 1 917 971 руб. 04 коп.

В связи с чем истцу  причинены  убытки в общей сумме 4 058 666 руб. 09 коп., а именно:

- на сумму 36 690 руб. 37 коп. при выполнении ООО «Георазрез» геолого- технологических исследований при бурении скважин по договору от 17.10.2017 № СНГ-0113/18, что подтверждается актом о приёмке выполненных работ от 20.02.2021 № 12, счётом-фактурой от 25.02.2021 № 12, платёжным поручением от 20.05.2021 № 779328;

- на сумму 23 958 руб. при выполнении ТОО «Омас Интегрейтед» инженерного сопровождения по буровым растворам по договору от 26.12.2019 № СНГ-0322/20, что подтверждается актом о приёмке выполненных работ от 25.03.2021 № 82, счётом-фактурой от 25.03.2021 № 82, платёжным поручением от 23.06.2021 № 792271;

- на сумму 2 062 294 руб.  96 коп. при выполнении ООО «РН-Бурение» бурения по договору от 12.12.2018 № СНГ-0184/19, что подтверждается актом о приёмке выполненных работ от 25.01.2021 № 11/000000067, счётом-фактурой от 25.01.2021 № 11/000000067, платёжным поручением от 16.03.2021 № 757654.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, АО «Самотлорнефтегаз» направило в адрес ЗАО «Технобурсервис» претензию от 27.06.2023 № 02/2-3-2632 с требованием возместить убытки.

Поскольку требования претензий истца оставлены ответчиком без исполнения, АО «Самотлорнефтегаз»  обратилось в суд с настоящим иском.


Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для его отмены или изменения, исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причине?нные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причине?нных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальныи? ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда России?скои? Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положении? раздела I части первои? Гражданского кодекса России?скои? Федерации» (далее - постановление № 25) разъяснено, что, применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

Как следует из пункта 12 постановления № 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате деи?ствии? (бездеи?ствия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно пункту 5 постановления Пленума Верховного Суда России?скои? Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положении? Гражданского кодекса России?скои? Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление № 7), по смыслу статеи? 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумнои? степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причине?нных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

В обоснование  исковых требований истец ссылается на то, что в результате допущенного по вине ответчика непроизводительного времени АО «Самотлорнефтегаз»  причинены  убытки  размере  сверхнормативной оплаты буровому и сервисным подрядчикам работ/услуг в период непроизводительного времени.

В подтверждение факта допущения непроизводительного времени истцом в материалы дела представлены акты на НПВ от 22.12.2020, от 19.01.2021, согласно которым виновной стороной является ЗАО «Технобурсервис».

Возражая против удовлетворения иска, ЗАО «Технобурсервис» указало, что акты НПВ от 22.12.2020, от 19.01.2021 не подтверждают вину ответчика в непроизводительном времени, поскольку не устанавливают причины отсутствия сигнала телесистемы, непроизводительное время на скважине  № 16578 кустовой площадки № 540 Самотлорского месторождения в количестве 34,3 часа имело место не по вине ответчика, а по причине повышенных вибрационных нагрузок на телесистему, превышающих эксплуатационный порог 15g, возникших из-за несоответствия применяемых истцом буровых долот типу винтового забойного двигателя,  виновником инцидента на скважине № 11178 куста № 1239 Самотлорского месторождения является буровой подрядчик ООО «РН-Бурение»,  кроме того, непроизводительное время в количестве 58 час., указанное в акте НПВ от 19.01.2021, не привело к превышению нормативного времени оказания услуг.

Статьёй 401 ГК РФ сформулированы общие основания для ответственности за нарушение обязательств, к каковым отнесены неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, а также наличие вины у лица, его не исполнившего.

Лицо признаётся невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

В силу части 3 статьи 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

В материалы дела ответчиком представлен акт внутреннего расследования по факту нестабильной работы телесистемы на кусту № 540 скважины №16578 от 20.12.2020, подписанный только представителями ЗАО «Технобурсервис», согласно которому причиной инцидента является высокий уровень вибрации импульсного характера, превышающего эксплуатационный порог 15g, зафиксированный зондом Гамма-каротажа «Геопласт-35Г» № 525, создаваемый низом буровой колонны, предположительно долотом, в результате чего возникал фактор механического резонанса, повлиявший на связь между зондом гамма- каротажа и инклинометрическим зондом, а также представлен акт проведения комиссионного разбора работы телесистемы от 30.12.2020, согласно которому  причиной нестабильного информационного обмена между зондами и, как следствие, нестабильной передачи данных инклинометрии, являются вибрационные нагрузки (вероятно, временами имеющие резонансный характер).

Между тем, апелляционный суд отмечает, что в соответствии с пунктом 2.1 статьи 2 раздела 3 договора услуги, оказываемые исполнителем, включают в себя  в себя все требования, указанные в Техническом задании (Приложение № 3.1), а также:

-Технологическое сопровождение наклонно-направленного бурения, которое включает в себя инженерное сопровождение процесса бурения и/или зарезки боковых стволов, то есть обеспечение безопасного и эффективного процесса бурения скважин и ЗБС включая, планирование в процессе бурения и ЗБС, взаимодействие с сервисными подрядчиками, участвующими в процессе бурения, выдача рекомендаций по соблюдению технологии бурения, обеспечение соответствия реального профиля скважины запланированному;

- Расчёт траектории ствола скважины в соответствии с данными предоставленными заказчиком, произведенного с учётом предупреждения пересечения стволов с соседними скважинами;

- Расчёт критических значений крутящего момента, эффекта (скручивания) и натяжения бурильной колонны и её элементов при бурении наклонно-направленных и горизонтальных стволов скважин;

- Проведение гидравлического моделирования КНБК с целью расчета оптимальной очистки ствола, долотной гидравлики и возможных перепадов давления;

- Проведение расчётов возникновения потенциальных забойных вибраций для подбора оптимальных КНБК для каждого участка бурения.

Таким образом, для устранения высокого уровня вибрации импульсного характера, превышающего эксплуатационный порог 15g, ответчик обязан в соответствии с пунктом 2.1 статьи 2 раздела 3 договора провести расчёт возникновения потенциальных забойных вибраций для подбора оптимальных КНКБ для каждого участка бурения.

Из отзыва истца на апелляционную жалобу следует, что вибрации при бурении возникают в результате выбранного ответчиком технологического режима бурения, подбора оптимального взаимодействия оборудований долото и винтового забойного двигателя (ВЗД).

В материалы дела представлена долотная программа АО «Самотлорнефтегаз», в котором указан тип оборудования (долота, расширители).

Являясь профессиональным участником рынка оказания услуг по техническому и технологическому сопровождению наклонно-направленного бурения, ЗАО «Технобурсервис» при оказании услуг должно было надлежащим образом ознакомиться с указанной программой и подобрать оптимальный ВЗД и технологический режим бурения.

Для оказания услуг на строительство скважины № 16578 куст № 540 ответчиком утверждена и согласованна с истцом Программа на проводку горизонтальной скважины № 16578 куст № 540 от 08.12.2020 (Версия 1), по которой в разделе «Компоновка низа бурильной колонны» сторонами согласован состав КНБК (компоновка низа буровой колонны) и технологический режим бурения.

Дополнительно, перед началом работ по строительству скважины ответчиком составлены технологические элементы КНБК для бурения каждой секции скважины, в том числе по рейсу с отказом телесистемы и последующего рейса на добуривание.

По указанным технологическим элементам КНБК 15.12.2020 и 21.12.2020 ответчиком применено одно и то же ВЗД – МВР-176ТУ 7:8 (1 гр 44 мин) № Т19.М213 + долото 220,7 VS516DG1HXU (7/Серия 55 х 9,5 мм) № 9002837.

 Изменение технологического режима на добуривание участка скважины под эксплуатационную колонну отсутствует, технологический режим сохранён согласно утверждённой Программе на проводку горизонтальной скважины.

Как указал истец, при изучении диаграммы ГТИ по скважине № 16578 куста № 540 установлено, что бурение до начала инцидента выполнялось в соответствии с утверждённым  режимом бурения согласно долотной программе и программе на проводку горизонтальной скважины, при этом имелись факты нарушений режима бурения в части превышения допустимой нагрузки на долото -  допустимая нагрузка согласно долотной программе 10-12 тн, фактические кратковременные нагрузки до 16 тн.

Согласно диаграмме ГТИ, в момент отсутствия сигнала телесистемы ответчиком не предпринимались изменения технологических режимов бурения, в том числе, снятие замера от телесистемы выполнялось без изменения режима производительности буровых насосов.

Указанные пояснения истца ответчиком надлежащими доказательствами не опровергнуты.

В силу части 1 статьи 716 ГК РФ подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении: непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в части 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства (часть 2 статьи 716 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 6.6 статьи 6 раздела 3 договора в случае, когда параметры бурового раствора или режим эксплуатации оборудования исполнителя не соответствует программе на бурение/ЗБС и грозит выходом оборудования из строя или его преждевременным износом, исполнитель вправе приостановить процесс бурения, что не является нарушением исполнителем своих обязательств по настоящему договору, исполнитель и заказчик без промедления предпримут возможные меры для безопасной работы оборудования. Если эти меры не приведут к положительному результату и/или если представитель заказчика настаивает на продолжении оказания услуг в данном режиме, стороны составляют акт за подписью представителей обеих сторон, при этом заказчик принимает на себя всю ответственность за последующие события, возможное повреждение приборов и их преждевременный износ. При этом исполнитель освобождается от ответственности за аварийные ситуации или выход забойного оборудования исполнителя из строя.

Из данного пункта 6.6 статьи 6 раздела 3 договора следует, что в случаях, когда режим эксплуатации оборудования ответчика не соответствует программе на бурение и грозит выходом оборудования из строя, ответчик вправе приостановить процесс бурения для принятия мер по безопасной работе оборудования.

Однако доказательств принятия указанных мер ответчиком в материалы дела не представлено.

В силу пункта 7.4.1. раздела 2 договора установлено, что невыполнением или ненадлежащим выполнением работ исполнителем являются следующие факты/действия/бездействия исполнителя за исключением случаев, когда указанное произошло в результате действий/бездействий (вины) заказчика или сервисных компаний или геологических осложнений:

- нарушение обязательства по началу оказания услуг в сроки, установленные договором; оказание услуг с нарушением сроков, установленных договором;

- оказание услуг не в соответствии с нормативами эффективности, предусмотренными в разделе 5 настоящего договора;

- оказание услуг с недостатками.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 раздела 1 договора недостатки означает несоответствие оказываемых услуг, материалов и/или оборудования исполнителя условиям договора, в том числе:

- несоответствие услуг в части сроков, объемов, качества, способов и методов оказания услуг;

- несоответствие оборудования и/или материалов исполнителя требованиям настоящего договора.

Таким образом, в данном случае отсутствие сигнала телесистемы по причине превышения пороговых (рекомендованных) значений вибрационных нагрузок является ответственностью ответчика.

В связи с чем доводы ответчика о том, что непроизводительное время на скважине № 16578 кустовой площадки № 540 в результате повышенных вибрационных нагрузок на телесистему имело место по вине истца отклоняются апелляционным судом.

Кроме того, в соответствии с пунктом 7.2 статьи 7 раздела 3 договора исполнитель  должен незамедлительно информировать заказчика обо всех инцидентах, авариях и несчастных случаях, организовывать их расследование в соответствии с требованиями государственных нормативно-технических и правовых актов, а также требованиями заказчика. Расследование причин аварий, инцидентов и несчастных случаев осуществляется в порядке, предусмотренном применимым правом и внутренними нормативными актами заказчика, комиссией с обязательным участием представителей заказчика, исполнителя и субисполнителя, а также представителей уполномоченных государственных органов в случаях, предусмотренных применимым правом. Отказ от участия в комиссии не допускается.

Однако из материалов дела следует, что акт внутреннего расследования по факту нестабильной работы телесистемы на кусту № 540 скважины №16578 от 20.12.2020, акт проведения комиссионного разбора работы телесистемы от 30.12.2020 составлены  без участия  заказчика.

Ссылка ответчика на акт о тестировании телесистемы на устье от 21.12.2020, подписанный представителем истца, не подтверждает исправность и работоспособность телесистемы, так как во время бурения зафиксировано отсутствие сигнала от телесистемы, проведённая опрессовка на устье скважины перед разборкой КНБК свидетельствует лишь только о работоспособности оборудования в условиях, отличных от бурения.

Доводы ответчика о том, что в период оказания услуг ответчиком на скважине имело место непроизводительное время в связи с метеоусловиям, не принимаются апелляционным судом.

 Из актов о простое по метеоусловиям от 06.01.2021, от 28.12.2020 следует, что непроизводительное время имело место в период с 02.01.2021 по 06.01.2021, с 25.12.2020 по 28.12.2020.

Между тем истцом заявлены требования о взыскании убытков в связи с НПВ продолжительностью 34,3 часа в период с 20.12.2020 по 22.12.2020.

 Таким образом,  требование о взыскании  расходов в период  непроизводительного времени в связи с метеоусловиями, истцом не заявлено.

Из пояснений истца также следует, что протокол технического совещания от 01.02.2021 также не относится к спорному НПВ продолжительностью 34,3 часа в период с 20.12.2020 по 22.12.2020, спорный инцидент на данном совещании не рассматривался.

Также ответчик указывает, что виновником инцидента на скважине № 11178 куста № 1239 Самотлорского месторождения является буровой подрядчик ООО «РН-Бурение».

Как следует из сводки от 16.01.2021 № 35, 16.01.2021 зафиксировано непроизводительное время: «НПВ. Холостой рейс. Отказ телесистемы – отсутствует сигнал. Промывка скважины, тестирование ТС на различных режимах – сигнал отсутствует. Режим промывки: Q=8- 13-16 л/сек; P=74-86атм. Скачков давления не зафиксировано. Циркуляция полная. Проведена ревизия бурового оборудования – без замечаний. Виновная сторона: ЗАО «ТБС»».

В материалы дела ответчиком представлен акт комиссионного разбирательства по факту отсутствия сигнала от телесистемы от 21.01.2021, подписанный представителями ЗАО «Технобурсервис», согласно которому причиной в перебоях сигнала от телесистемы на кусте № 1239 скважины № 11178 является недостаточный литраж буровых насосов, отсутствие расходометра у станции ГТИ, заявленные данные ГТИ не соответствуют фактическим, виновной стороной является  буровой подрядчик ООО «РН-Бурение».

Данный акт комиссионного разбирательства по факту отсутствия сигнала от телесистемы от 21.01.2021 составлен в одностороннем порядке, со стороны заказчика не подписан.

При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание отсутствие документов, подтверждающих причины в перебоях сигнала от телесистемы, диаграмм ГТИ, подтверждающих отсутствие расходомера, фактического литража буровых насосов.

Также, из отзыва истца следует, что по акту внутреннего разбирательства от 19.01.2021 ответчик определил причину отсутствия сигнала телесистемы в связи с коротким замыканием пульсаторов, в связи с чем ответчиком «переподписан» акт на непроизводительное время от 19.01.2021 без комментариев и замечаний.

Ссылка ответчика на протокол технического совещания от 08.02.2021 № 1239-11178 в подтверждение допущения непроизводительного времени по вине истца и бурового подрядчика ООО «РН-Бурение» не принимается апелляционным судом, поскольку спорный инцидент на данном совещании не рассматривался, предметом рассмотрения являлось не производительное время, допущенное по актам на НПВ от 24.12.2020, от 28.12.2020, от 04.01.2021, акту от 11.01.2021.

Вопреки доводам ответчика, факт подписания актов сдачи-приёмки выполненных работ заказчиком не свидетельствует о надлежащем выполнении работ (оказании услуг), поскольку согласно пункту 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», наличие акта приемки работ, подписанного заказчиком, не лишает его права заявить возражения по качеству работ.

Принятие заказчиком фактически оказанных исполнителем услуг не исключает требование о возмещении расходов на оплату услуг и выполненных работах третьими лицами по причине допущенных ответчиком НПВ.

В данном случае факт допущенного непроизводительного времени (НПВ)по вине подрядчика подтверждается актами НПВ от 22.12.2020, от 19.01.2021, подписанными представителем ответчика.

Акт на непроизводительное время от 22.12.2020 подписан ответчиком с комментарием «С актом НПВ согласен».

Также, в акте сдачи-приемки оказанных услуг от 19.02.2021 между АО «Самотлорнефтегаз» и ЗАО «Технобурсервис» указано непроизводительное время по вине исполнителя - 2,42 сут. (58 час.).

Демотивация не применена по следующим причинам: непроизводительное время не по вине ЗАО «Технобурсервис» составило 19,48 сут., дополнительные работы не по вине ЗАО «Технобурсервис» составили 4,19 сут., ожидание начала работ составило 0,63 сут. Фактическое время работ ЗАО «Технобурсервис» составило 16,19 сут.

Балансом времени между АО «Самотлорнефтегаз» и ЗАО «Технобурсервис» также подтверждается непроизводительное время (58 час. или 2,42 сут.) по вине ЗАО «Технобурсервис». Так, 16.01.2021 непроизводительное время по вине ЗАО «Технобурсервис» составило 19,90 час., 17.01.2024 – 12,50 час., 18.01.2024 – 22,00 час., 19.01.2024 – 3,60 час.

При оценке совокупности вышеуказанных обстоятельств, суд апелляционной инстанции, учитывая отмеченный в определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400 повышенный стандарт поведения лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, в гражданских правоотношениях (пункт 3 статьи 401 ГК РФ), а также стандарт ожидаемого добросовестного поведения при ведении деятельности профессиональным участником гражданского оборота (статья 10 ГК РФ), помимо прочего, исходит из принципа добросовестности (эстоппель) и правила venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению), в соответствии с которыми изменение стороной своей позиции в ущерб контрагенту, который ранее разумно и добросовестно полагался на обратное поведение такой стороны, лишает в рассматриваемом случае права на возражение.

Применительно к рассматриваемому спору, действия ответчика, подтвердившего при подписании актов НПВ от 22.12.2020, от 19.01.2021 вину в непроизводительном времени, противоречит последующему поведению истца, заявляющему возражения относительно наличия вины в непроизводительном времени.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик ссылается на отсутствие убытков, поскольку непроизводительное время не привело к превышению нормативного времени оказания услуг.

Отклоняя указанные доводы, апелляционный суд учитывает следующее.

По правилам статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора.

В пунктах 43, 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» приведены разъяснения относительно применения данной нормы права, согласно которым буквальное значение слов и выражений определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Толкование условий договора осуществляется с учётом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

В силу пункта  31 раздела 1 «Общие штрафы» приложения № 2.5. к договору установлено, что в случае простоя сервисных компаний по вине исполнителя исполнитель возмещает заказчику все убытки в связи с таким простоем.

Согласно пункту 8.5.1 статьи 8 раздела 4 договора, за исключением форс-мажорных обстоятельств, всё время, на которое приостановлено, или невозможно оказание услуг исполнителем не по вине заказчика или сервисных компаний, считается непроизводительным временем, на весь период НПВ никакие ставки не выплачиваются исполнителю.

Из буквального толкования условий договора суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что между сторонами отсутствуют условия о том, что простои, допущенные исполнителем в пределах согласованных сроков оказания услуг, являются основаниями для уменьшения либо исключения гражданско-правовой ответственности исполнителя перед заказчиком в виде возмещения убытков.

В данном случае выполнение работ (оказание услуг) исполнителем направлено на бесперебойную и безаварийную работу, при этом непрерывный процесс бурения скважины обеспечивается взаимосвязанными действиями исполнителя, бурового подрядчика и сервисных подрядчиков, в связи с чем, простой одного из подрядчиков (исполнителей) влечёт простой остальных подрядчиков, которые в период простоя (в период НПВ) на объекте находятся, но непосредственно свои функции не имеют возможности выполнять по вине лица, допустившего НПВ, либо выполняют незапланированные объёмы работ, в том числе по устранению последствий допущенных инцидентов.

При ограничении права заказчика на возмещение убытков периодом, выходящим за пределы согласованного срока нормативного срока выполнения работ и оказания услуг, ответчик неправомерно освобождается от ответственности за ненадлежащее выполнение договорных обязательств по недопущению простоев в его работе.

Следовательно, механизм расчёта убытков, предложенный ответчиком, а именно - только в случае, когда НПВ, допущенное по вине ответчика, превысило нормативный срок оказания услуг, не соответствует условиям договора.

В данном случае работы, которые проводились сервисными подрядчиками, во время НПВ, являлись незапланированными.

Таким образом, в рассматриваемом случае требования истца основаны на периодах НПВ, которые зафиксированы соответствующими актами.

Из содержания акта на НПВ усматривается, что простой сервисных подрядчиков произошёл по вине ответчика.

В подтверждение факта оплаты работ сервисным подрядчиком истцом в материалы дела представлены акты о приёмке выполненных работ, платёжные поручения.

Соответственно, в периоды НПВ по вине ответчика истец был вынужден оплачивать сервисным компаниям.

Указанное подтверждает наличие причинно-следственной связи между допущенным производственным простоем по вине ответчика и затратами истца.

Допущение исполнителем производственного простоя не могло служить основанием для освобождения истца, как заказчика, от обязанности оплаты дополнительных работ/услуг и вынужденного простоя сервисных компаний.

На основании изложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что с ответчика в пользу истца подлежат взысканию убытки в сумме 3 082 239 руб. 60 коп.  

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения при рассмотрении апелляционной жалобы, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение, влияли на обоснованность и законность решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учётом изложенного, оснований для отмены решения арбитражного суда и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьёй 110 АПК РФ относятся на подателя апелляционной жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 16.10.2024 по делу № А75-24536/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.


Председательствующий


Л.И. Еникеева

Судьи


Н.А. Горобец

С.В. Фролова