Постановление от 26 сентября 2022 г. по делу № А41-37888/2019

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-17305/2022

Дело № А41-37888/19
26 сентября 2022 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 21 сентября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 26 сентября 2022 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Епифанцевой С.Ю., Семикина Д.С.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ООО «Национальная резервная корпорация»: ФИО2 по доверенности от 06.05.22,

конкурсный управляющий ООО «Фрегат» ФИО3 – лично, предъявлен паспорт,

от остальных лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «СК «АК Саратник» на определение Арбитражного суда Московской области от 14 июля 2022 года о процессуальном правопреемстве по делу №А41-37888/19,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 21.08.2019 ООО «Фрегат» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника. В реестр требований кредиторов третьей очереди включено требование ООО «Терех-Инвест» в размере 375 200 руб., из которых: 370 000 руб. – основной долг, 5 200 руб. – судебные расходы.

Определением Арбитражного суда Московской области от 11.02.2021 в деле о банкротстве ООО «Фрегат» произведена замена кредитора «Терех-Инвест» на ФИО4 с требованиями, установленными решением суда от 21.08.2019.

ООО «Национальная резервная корпорация» обратилась в суд с заявлением о замене кредитора ФИО4 на правопреемника ООО «Национальная резервная корпорация» в порядке процессуального правопреемства.

Определением Арбитражного суда Московской области от 14 июля 2022 года в удовлетворении ходатайств конкурсного управляющего должника об истребовании доказательств и отложении судебного разбирательства отказано. В порядке процессуального правопреемства в деле о банкротстве ООО «Фрегат» заменен конкурсный кредитор ФИО4 на ООО «Национальная резервная корпорация».

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «СК «АК Саратник» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

В своей апелляционной жалобе заявитель указывает на аффилированность сторон договора и должника, на мнимость договора, на злоупотребление сторонами правом при заключении договора, что, по мнению кредитора, является основанием для отказа в удовлетворении заявления.

В судебном заседании представитель ООО «Национальная резервная корпорация» и конкурсный управляющий возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей остальных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения и удовлетворения апелляционной жалобы, на основании следующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судом, решением Арбитражного суда Московской области от 21.08.2019 в реестр требований кредиторов третьей очереди включено требование ООО «Терех-Инвест» в размере 375 200 руб., из которых: 370 000 руб. – основной долг, 5 200 руб. – судебные расходы.

Определением Арбитражного суда Московской области от 11.02.2021 в деле о банкротстве ООО «Фрегат» произведена замена кредитора «Терех-Инвест» на ФИО4 с требованиями, установленными судебным актом от 21.08.2019.

21.01.2022 между ФИО4 и ООО «Национальная резервная корпорация» заключен договор уступки права требования (цессии), по условиям которого цедент передал, а цессионарий принял право требования к ООО «Национальная резервная корпорация» на сумму 375 200 рублей.

Удовлетворяя заявление ООО «НРК», суд исходил из того, что в материалы дела представлены достаточные доказательства, подтверждающие факт перехода к ООО «НРК» прав требования к Должнику.

Апелляционная коллегия не находит оснований для иных выводов по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил (ч. 3 ст. 48 АПК РФ).

Анализ указанной нормы права позволяет сделать вывод о том, что процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с материальным правопреемством, при этом перечень оснований материального правопреемства является открытым.

Применительно к настоящему делу для осуществления процессуального правопреемства необходимо подтвердить выбытие заинтересованного лица из того правоотношения, в котором он является стороной по делу, и передачу им соответствующих прав его правопреемнику в случаях, предусмотренных данной нормой закона.

Замена выбывшей стороны ее правопреемником в арбитражном судебном процессе возможна в том случае, если правопреемство произошло в материальном правоотношении, что должно быть подтверждено в соответствии с требованиями статей 65, 67 и 68 АПК РФ относимыми и допустимыми доказательствами лицом, заявившим о правопреемстве.

В рассматриваемом случае обоснованность требования первоначального кредитора, равно как и ФИО4 установлена судебным актом и не требует дополнительной проверки.

Согласно положениям пункта 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

По смыслу приведенных выше норм права, к цессионарию на основании закона переходят права кредитора по обязательству, при этом переход прав кредитора к новому взыскателю не прекращает обязательство, а изменяет его субъектный состав.

Согласно позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации", если иное не предусмотрено законом или договором, при уступке права (требования) или его части к новому кредитору переходят полностью или в соответствующей части также и права, связанные с уступаемым правом (требованием).

Согласно пункту 2 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", по общему правилу, требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, например договора продажи имущественного права (пункт 2 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте.

Поскольку в материальном правоотношении произошел переход прав кредитора от ФИО4 к ООО «НРК», суд первой инстанции правомерно произвел процессуальное правопреемство кредитора по рассматриваемому спору.

Договор уступки прав требования (цессии) соответствует требованиям действующего законодательства. Доказательств признания недействительным договора в материалы дела не представлено.

Вопреки доводам заявителя жалобы оснований полагать, что договор уступки имеет признаки мнимой сделки, у апелляционной коллегии не имеется.

Доводы об аффилированности сторон и должника через цепочку юридических лиц: ООО «Финансовое агентство» - ООО «Машинпроборэксим» - ООО «НЖК-Стройсервис» являются несостоятельными, поскольку доля владения ООО «Финансовое агентство» в уставном капитале ООО «Машинприборэксим» составляет 1%, соответственно, ООО «Финансовое агентство» не может контролировать деятельность ООО «Машинприборэксим».

Кроме того, в любом случае действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем, из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре, обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Так, в пункте 6.2 Обзора раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.

Так, в рамках настоящего спора приобретение требования к должнику по договору цессии осуществлено после введения в отношении должника процедуры наблюдения..

Данное обстоятельство не позволяет рассматривать такое приобретение как способ компенсационного финансирования должника в том смысле, который заложен в пункте 6.2 Обзора.

Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (пункт 3.1 Обзора).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица.

В отличие от обозначенной ситуации после введения процедуры по делу о банкротстве невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной. Об осведомленности независимых кредиторов о наличии процедуры банкротства свидетельствует и сам факт включения их требований в реестр. В связи с этим выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования.

Таким образом, пункт 6.2 Обзора не подлежит применению в ситуации, когда аффилированное лицо приобретает требование у независимого кредитора в процедурах банкротства.

Обратный подход приведет к негативным последствиям в виде отказа контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от приобретения прав требования к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем.

При этом следует учесть, что само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным.

Данная правовая позиция изложена Верховным Судом Российской Федерации в Определении от 20 августа 2020 года №305-ЭС-8593.

Доказательства злоупотребления сторонами правом при заключении Договора не представлены.

Заявителем жалобы не представлено надлежащих доказательств того, каким образом заключение договора уступки нарушило права и законные интересы ООО «СК «АК Соратник».

Доводы заявителя о том, что суд отказал в истребовании доказательств и отложении судебного заседания, не являются безусловным основанием для отмены судебного акта.

В то же время соответствующих ходатайств в апелляционном суде заявлено не было.

Доводов, опровергающих правильность выводов суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, пунктом статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 14 июля 2022 года по делу №А41-37888/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.


Председательствующий


В.А. Мурина


Судьи:


С.Ю. Епифанцева


Д.С. Семикин