Постановление от 16 июня 2020 г. по делу № А40-252169/2017

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-11172/2020

Дело № А40-252169/17
г. Москва
16 июня 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 июня 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Н.В.Юрковой,

судей А.С.Маслова, М.С.Сафроновой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ИФНС России № 18 по Москве на определение Арбитражного суда города Москвы от 31.01.2020, вынесенное судьей А.А. Свириным, по делу № А40-252169/17 об отказе в удовлетворении заявления ИФНС России № 18 по г. Москве о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности солидарно в размере 168 850 151 руб.в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Консалтинговые услуги» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии в судебном заседании

от ФИО6- ФИО7 дов.от 09.10.2019

от ФИО3 – ФИО8 дов.от 08.11.2019

От к/у ООО «Консалтинговые услуги»- ФИО9 дов.от 04.06.2020

От ФИО2- ФИО10 дов.от 30.09.2019

От ФИО4- ФИО11 дов.от 16.10.2019

От ФИО5 – ФИО12 дов.от 09.10.2019

От ИФНС России № 18 по Москве - ФИО13 дов.от 06.09.2019

У С Т А Н О В И Л:

решением Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2019 в отношении ООО «Консалтинговые услуги» (ИНН <***>, ОГРН <***>) открыто конкурсное производство, и.о. конкурсного управляющего утвержден ФИО14 (ИНН <***>), член СРО АУ «Лига».

26.08.2019 (согласно штампу канцелярии) в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ИФНС России № 18 по г. Москве о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности солидарно в размере 168 850 151 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 31.01.2020 в удовлетворении заявления ИФНС России № 18 по г. Москве о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности солидарно в размере 168 850 151 руб. отказано.

ИФНС России № 18 по г. Москве не согласилась с вынесенным определением суда первой инстанции и обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ИФНС России № 18 по г. Москве поддержал доводы жалобы, представители ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, конкурсного управляющего ООО «Консалтинговые услуги» поддержали оспариваемое определение суда первой инстанции.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате и времени ее рассмотрения, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции.

Основанием для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности послужило решение налогового органа по результатам проведения выездной налоговой проверки о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения.

ИФНС России № 18 по г. Москве была проведена выездная налоговая проверка в отношении ООО «Консалтинговые услуги» по вопросам правильности исчисления и уплаты (удержания, перечисления) налога на добавленную стоимость, налога на прибыль организаций, налога на доходы физических лиц, транспортного налога за период с 01.01.2014 по 31.12.2014, по итогам которой составлен акт выездной налоговой проверки от 27.06.2016 № 1001.

По результатам рассмотрения материалов налоговой проверки налоговым органом вынесено Решение о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения от 28.10.2016 № 411.

Указанным Решением налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности, предусмотренной п. 3 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации, в виде штрафа в размере 72 440 186 руб. (по НДС - 33 480 122 руб.– по налогу на прибыль организаций – 38 960 064 руб.), организации доначислены налог на прибыль организаций в размере 87 660 143 руб. и налог на добавленную стоимость в размере 97 400 159 руб., а также пени в общем размере 38 686 914 руб.

Кроме того, указанным решением ООО «Консалтинговые услуги» привлечено к ответственности в виде штрафа за неполное перечисление в установленный Налоговым кодексом Российской Федерации срок сумм НДФЛ, подлежащего удержанию и перечислению налоговым агентом, в размере 60 руб.

Таким образом, судом установлено и подтверждается материалами дела, что налоговая проверка проводилась за период с 01.01.2014 по 31.12.2014 (т. 1 л.д. 23).

Заявитель указал следующие фактические обстоятельства дела.

ФИО2 являлась генеральным директором должника с 08.06.2012 по 18.11.2016, что подтверждается Протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «Консалтинговые услуги» от 08.06.2012. При этом, протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «Консалтинговые услуги» от 18.11.2016 № 54 ФИО2 была освобождена от должности генерального директора.

ФИО3 являлась главным бухгалтером должника в проверяемый период, что подтверждается Приказом от 05.04.2013.

ФИО4 являлся участником Должника с 12.11.2009, с размером доли в 51%.

ФИО6 являлся участником Должника с 12.11.2009, с размером доли в 24,5%.

ФИО5 являлся участником Должника с 12.11.2009 года, с размером доли в 24,5%.

Таким образом, по мнению заявителя, ФИО2, ФИО6, ФИО4, ФИО3, ФИО5 являются контролирующими должника лицами в соответствии со ст. 61.10 Закона о банкротстве и подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по вышеизложенным обстоятельствам.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве) и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку заявление уполномоченного органа подано после 01 июля 2017 года к рассматриваемым правоотношениям подлежат применению положения Закона о несостоятельности (банкротстве) в редакции Федерального закона № 266-ФЗ.

Как предусмотрено пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности (ст. ст. 9, 10 ФЗ № 127-ФЗ в редакции 134-ФЗ).

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности), то есть в рассматриваемом обособленном споре подлежат применению нормы материального права Закона о банкротстве как в редакции Закона № 134- ФЗ, действовавшего с 30.06.2013 по 01.07.2017, поскольку налоговая проверка должника была осуществлена за период его хозяйственной деятельности с 01.01.2014 по 31.12.2014.

Пунктом 4 статьи 10 применимой редакции Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Субсидиарная ответственность может иметь место только в том случае, если между несостоятельностью (банкротством) должника и неправомерными действиями руководителя должника имеется непосредственная причинно-следственная связь.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)», если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе, следующего обстоятельства: требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (абзац 5).

Положения абзаца пятого настоящего пункта применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения.

Согласно пункту 9 статьи 13 Федерального закона от 23 июня 2016 года № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные Российской Федерации» положения абзаца тридцать четвертого статьи 2 и пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к поданным после 1 сентября 2016 года заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в виде возмещения убытков.

Таким образом, упомянутые положения Закона применимы к рассматриваемым правоотношениям, поскольку заявление подано в 2019 году.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении должника, участниками общества являются – ФИО4 (размер доли 51%), ФИО5 (размер доли 24,5%), ФИО6 (размер доли 24,5%).

В соответствии с протоколом внеочередного общего собрания должника № 27 от 08.06.2012, генеральным директором должника избрана ФИО2 Обязанности по ведению бухгалтерского учета приказом от 05.04.2013 № 63 возложены на ФИО3

Каких-либо должностей в органах управления должника в трехлетний период, предшествующий возникновению признаков банкротства и позднее, ФИО3, ФИО4, ФИО6 и ФИО5 не занимали.

Уставом Должника предусмотрено, что единоличным исполнительным органом Общества является Генеральный директор, в полномочия и обязанности которого входит, в числе прочего: представление интересов Должника без доверенности, заключение сделок, утверждение должностных инструкций.

В соответствии со ст. 32 Закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) высшим органом Общества является общее собрание участников Общества. Решения общего собрания являются обязательными для генерального директора.

Между тем, в нарушение положений ст. 65 АПК РФ, в материалы дела не представлены протоколы общего собрания участников Должника, которыми бы давались распоряжения генеральному директору о совершении сделок с ЗАО «Лекс» и ООО «Контакт».

Доводы о наличии широкого круга полномочий у ФИО5, ФИО6 и ФИО3 в соответствии с должностными инструкциями судом отклоняются в связи с тем, что данные инструкции не включают в себя указания или ограничения полномочий исполнительного органа, либо запрещающие последнему совершать действия по управлению Обществом.

При этом следует отметить, что у ФИО5 и ФИО6 размер долей составлял по 24,5% у каждого, что указывает на невозможность самостоятельного принятия ими обязательных для исполнения единоличным исполнительным органом Должника решений.

Кроме того, в связи с приведенной выше нормой, согласно которой положения абзаца пятого пункта 4 статьи 10 Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)» применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения, суд приходит к выводу, что ответчики ФИО3 (главный бухгалтер должника); ФИО4, ФИО5, ФИО6 (учредители должника), являются ненадлежащими субъектами ответственности, поскольку не были единоличным исполнительным органом должника в 2014 году. Таким образом, в привлечении перечисленных лиц к субсидиарной ответственности по изложенным выше основаниям надлежит отказать.

Что касается ответчика ФИО2, то указанное лицо являлось генеральным директором должника с 08.06.2012 по 18.11.2016, т.е. надлежащим субъектом ответственности применительно к вменяемому правонарушению.

Вместе с тем, ответственность, предусмотренная в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

В соответствии с частью 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Пунктом 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена презумпция добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений. Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ и товариществ, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений действуют в интересах общества.

Материалами дела подтверждается, что ФИО2 в период с 08.06.2012 по 18.11.2016 осуществляла полномочия руководителя должника.

Вместе с тем, судом установлено, что обстоятельств, свидетельствующих о непосредственном участии ФИО2 в разработке тех или иных схем уклонения от уплаты налогов, получения необоснованной налоговой выгоды, привлечения ФИО2 к уголовной ответственности за неуплату налогов (ст. 199 УК РФ), равно как и обстоятельств, свидетельствующих о том, что действия (бездействие) ответчика были направлены на причинение вреда возглавляемому им обществу, судом не установлено.

В упомянутом выше решении налогового органа было установлено, что ООО «Консалтинговые услуги» оказывало консалтинговые услуги по оптимизации системы налогообложения, в числе которых информационно-консультационные услуги по идентификации, обоснованию, согласованию с уполномоченными органами не возмещаемых из бюджета расходов организаций на проведение работ по мобилизационной подготовке, утверждению соответствующего перечня расходов и обеспечению возврата (зачета) соответствующей суммы излишне уплаченного налога на прибыль. Заказчиками указанных услуг являлись компании электроэнергетической отрасли и топливно-энергетического комплекса.

ООО «Консалтинговые услуги» представило в Инспекцию документы, согласно которым для исполнения своих обязательств перед заказчиками в качестве соисполнителей привлекало ООО «Налоговые консультанты» (передан объем работ стоимостью 186 млн. рублей), ООО «Эксперт консалт» (передан объем работ стоимостью 235 млн. рублей), ЗАО «Лекс» (передан объем работ стоимостью 291 млн. рублей), ООО «Контакт» (передан объем работ стоимостью 284 млн. рублей).

В ходе анализа банковских выписок ООО «Эксперт консалт» и ООО «Налоговые консультанты» за 2014 год установлено, что основные суммы денежных средств на расчетные счета организаций поступали от ООО «Консалтинговые услуги» за оказание информационноконсультационных услуг и расходовались на выплату заработной уплаты и премий сотрудникам, уплату налогов.

По результатам контрольных мероприятий Инспекцией сделан вывод, что ООО «Консалтинговые услуги» оказывало заказчикам услуги собственными силами и с привлечением подконтрольных компаний ООО «Налоговые консультанты» и ООО «Экспертконсалт». ЗАО «Лекс» и ООО «Контакт» фактически услуги не оказывали, по взаимоотношениям с данными организациями создан фиктивный документооборот с целью заявления расходов для исчисления налога на прибыль и вычетов по НДС.

Таким образом, доказательств того, что ФИО2 знала или должна была знать о том, что между ЗАО «Лекс» и ООО «Контакт» был создан фиктивный документооборот, руководителем которых она не была, в материалы дела не представлено.

Более того, договор № 03/12, заключенный между должником и ЗАО «Лекс» (исполнитель) был заключен 22.03.2012, т.е. более чем за 2 месяца до избрания ответчика ФИО2 генеральным директором должника.

При этом, как уже было отмечено выше, обстоятельств, свидетельствующих о непосредственном участии ФИО2 в разработке тех или иных схем уклонения от уплаты налогов, получения необоснованной налоговой выгоды, привлечения ФИО2 к уголовной ответственности за неуплату налогов (ст. 199 УК РФ), равно как и обстоятельств, свидетельствующих о том, что действия (бездействие) ответчика были направлены на причинение вреда возглавляемому ей обществу, судом не установлено.

Кроме прочего, в рамках дела о банкротстве Общества не установлено недобросовестных действий со стороны ФИО2, выраженные в непередаче документации конкурсному управляющему, совершение оспоримых сделок, причинивших вред имущественным правам кредиторов. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В соответствии с п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

В соответствии с п. 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые являлись необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

В настоящем деле, Инспекцией не приведены конкретные сделки и не доказаны такие факторы, свидетельствующие о причинении в результате их совершения существенного вреда, как совершение сделки на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделки, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (п. 23 Постановления № 53).

Сам по себе факт предположительной аффилированности лиц по отношению к Должнику, при отсутствии объективных доказательств, указывающих на то, что данные сделки недействительны по основаниям, предусмотренным ст. 61.1, 61.2 Закона о банкротстве, или по основаниям, установленным ГК РФ, не может при данных конкретных обстоятельствах являться основанием для определения вины ответчика.

Ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ. Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя. При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01.07.1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Как указывалось ранее, заявителем не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о причинении действиями ФИО2 вреда должнику или его кредиторам, равно как и не представлены доказательства, подтверждающие наличие причинной связи между действиями контролирующих должника лиц и наступлением последствий (банкротством должника).

Заявитель не подтвердил какими-либо доказательствами недобросовестность и противоправность действий ФИО2 при осуществлении функций руководителя общества.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При таких обстоятельствах, доводы уполномоченного органа о необходимости привлечения руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности в соответствии с абзацем 5 пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» признаются судом несостоятельными.

Дополнительно следует отметить, что 07 октября 2019 года Арбитражным судом г. Москвы выдан исполнительный лист по делу № А40-25821/19-68-215 о взыскании задолженности в сумме 21 782 783 руб. 66 коп., проценты в сумме 5 531 052 руб. 97 коп. с ПАО «Московская объединенная электросетевая компания».

15 октября 2019 конкурсным управляющим в соответствии с ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» было погашено часть основного долга в размере 25 670 199 руб. 56 коп., на 24 октября 2019 года задолженность должника перед ИФНС №18 по г. Москве составляла 143 175 952 руб. 25 коп. в том числе: 56 187 724 руб. 25 коп. - основного долга; 48 032 164 руб. - пени; 38 956 064 руб. – штрафа.

Учредителями ООО «Консалтинговые услуги» были произведены оплаты задолженности основного долга уполномоченного органа в следующих размерах.

30 октября 2019г. ФИО6 погасил задолженность реестра требований кредиторов в размере 9 794 682 руб. 20 коп.

30 октября 2019г. ФИО5 погасил задолженность реестра требований кредиторов в размере 9 794 682 руб. 20 коп.

25 и 30 октября 2019г. ФИО4, погасила задолженность реестра требований кредиторов в размере 36 594 516 руб. 63 коп.

Таким образом, сумма основного долга ИФНС №18 по г. Москве в реестре требований кредиторов составляет 3 843 руб. 22 коп.

При этом конкурсным управляющим выявлено движимое имущество, которое было оценено на общую сумму 1 118 300 руб., после реализации выявленного имущества задолженность перед уполномоченным органом будет погашена в полном объеме.

При таких обстоятельствах, учитывая довод, который положен в основу подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (вынесение решения налогового органа о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения) и условий для привлечения ответчика по данном основанию (превышение на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов), суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что остаток суммы основного долга требования налогового органа, включенного в третью очередь реестра требований кредиторов¸ составляющий 3 843 рубля 22 копейки, при наличии выявленного у должника имущества на общую сумму 1 118 300 руб., будет погашен, в связи с чем отсутствуют основания для привлечения к субсидиарной ответственности в порядке абзаца пятого пункта 4 статьи 10 в применимой редакции Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)».

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 31.01.2020 по делу № А40-252169/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ИФНС России № 18 по Москве – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Н.В. Юркова

Судьи: А.С. Маслов

М.С. Сафронова

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.