Постановление от 5 ноября 2025 г. по делу № А56-55862/2020

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-55862/2020
06 ноября 2025 года
г. Санкт-Петербург
/суб.1 Резолютивная часть постановления объявлена 22 октября 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 06 ноября 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи И.Ю. Тойвонена, судей А.В. Радченко, А.Ю. Слоневской,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Т.А. Дмитриевой, при участии: ФИО1 лично, по паспорту,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-14879/2025) ООО «Механика» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.05.2025 по обособленному спору № А56-55862/2020/суб.1 (судья Ильенко Ю.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ООО «Лидергрупп СПб» ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Лидергрупп СПб»,

установил:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.06.2021 ООО «Лидергрупп СПб» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО9.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 100 от 11.06.2021.

Определением арбитражного суда от 02.12.2021 ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Лидергрупп СПБ».

Определением арбитражного суда от 26.09.2022 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2.

В арбитражный суд 03.06.2024 обратился конкурсный управляющий с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих лиц: ФИО3, ФИО4

Александра Александровича, ФИО6, ФИО7, ФИО10, ФИО5, ФИО1.

Определением арбитражного суда от 26.05.2025 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Механика» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, принять новый судебный акт. Податель жалобы полагает необоснованным отказ в удовлетворении заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, просит истребовать:

из Московского районного суда г. Санкт-Петербурга документы по уголовному делу 1-722/2024, судья Козунова Н.В., а именно: заверенную копию обвинительного заключения в отношении ФИО1; заверенную копию обвинительного приговора в отношении ФИО1.

из Московского районного суда г. Санкт-Петербурга документы по уголовному делу № 1-742/2014, уникальный идентификатор дела 78RS0014-01-2014-010421-62, судья Альский Р.А., а именно: заверенную копию обвинительного заключения в отношении ФИО10 (ИНН: <***>); заверенную копию обвинительного приговора в отношении ФИО10 (ИНН: <***>).

От ФИО3 поступил отзыв, в котором против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, указывая на отсутствие оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности в связи с совершением сделок по перечислению денежных средств контрагентам, равно как и в связи с неисполнением обязанности по передаче документов должника.

ООО «Механика» в порядке статьи 81 АПК РФ представило письменные объяснения, в которых кредитор доводы апелляционной жалобы поддержал, полагая, что суд необоснованно возложил на конкурсного управляющего обязанность по доказыванию извлечения выгоды контролирующими должника лицами из их незаконного поведения.

Конкурсный управляющий ООО «Лидергрупп СПб» также представил письменные пояснения, в которых считает определение суда подлежащим отмене, просит привлечь ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановить производство по обособленному спору в части определения размера их субсидиарной ответственности.

ФИО1 представлен отзыв, в котором просил в удовлетворении требований конкурсного управляющего о его привлечении к субсидиарной ответственности отказать, освободить от солидарной ответственности по обязательствам должника и отменить взыскание судебных расходов, неправомерно на него возложенных.

Определением от 30.07.2025 апелляционный суд отложил судебное разбирательство, предложив участвующим в деле лицам представить дополнительные письменные позиции, а также истребовав у Московского районного суда Санкт-Петербурга копии приговоров в отношении ФИО1 и ФИО10

В ответ на запрос суда в материалы дела из Московского районного суда города Санкт-Петербурга поступили копии приговоров от 17.10.2014 и 22.10.2024.

От ФИО11 поступило ходатайство об истребовании сведений и документов у следующих организаций (операторов): ПАО «МегаФон», ПАО «МТС», ПАО «Вымпелком», ООО «Яндекс», «Вотсап ЛЛС» («WhatsApp LLC»), ФИО12- ЭлЭлСи (Telegram FZ-LLC).

Также ФИО11 представлен отзыв, в котором указал на то, что фактически руководителем должника являлся ФИО5, а деятельность ФИО3 носила номинальный характер, в этой связи привлечению к субсидиарной ответственности подлежат указанные лица в солидарном порядке.

От ООО «Механика» поступили письменные объяснения, в которых просило:

привлечь третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований - ФИО13 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.),

направить запрос в «ФКУ ИК-6 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области»,

обязать ФИО13 предоставить сведения по ряду вопросов.

В случае неявки представителя ООО «Механика» в судебное заседание, рассмотреть заявление в его отсутствие.

От ООО «Механика» поступило ходатайство об истребовании у ГК ОАО «РЖД» сведений и документов в отношении ООО «Артэр» и ООО «Балтком».

Определением от 17.09.2025 апелляционный суд отложил судебное разбирательство, предложив участвующим в деле лицам представить письменные позиции по заявленным ФИО11 и ООО «Механика» ходатайствам; конкурсному управляющему и поддерживающим его позицию кредиторам представить дополнительные пояснения. Также апелляционным судом направлен запрос в Министерство обороны Российской Федерации и войсковую часть 52436 по вопросу получения информации о прохождении военной службы по контракту ФИО4

Войсковой частью 52436 представлен ответ на запрос суда, согласно которому ФИО4 не выполняет боевые и специальные задачи на территории зоны проведения СВО с 01.11.2023, контракт о прохождении военной службы главного корабельного старшины является действующим, между тем ФИО4 числится в списках войсковой части как «самовольно оставивший войсковую часть». В подтверждение приведённых обстоятельств представлена выписка из приказа командира войсковой части 52436 от 05.03.2024, копия контракта о прохождении военной службы и постановления о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 16.12.2024.

До судебного заседания от ООО «Механика» поступили письменные пояснения, в которых кредитор доводы апелляционной жалобы и ходатайство об истребовании у ГК ОАО «РЖД» сведений и документов в отношении ООО «Артэр» и ООО «Балтком» поддержал.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

В судебном заседании ФИО1 против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Суд апелляционной инстанции, оценив обстоятельства дела, руководствуясь пунктом 4 статьи 66 АПК РФ, статьей 67 АПК РФ, не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайств ФИО11 и ООО «Механика» об истребовании дополнительных доказательств (документов и сведений).

Также апелляционный суд с учётом положений статьи 51 АПК РФ и пределов полномочий суда апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения ходатайства ООО «Механика» о привлечении к участию в споре в качестве третьего лица без самостоятельных требований ФИО13 и его обязания предоставить сведения.

В этой связи ходатайство о направлении запроса в ФКУ ИК-6 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, в котором отбывает наказание ФИО13, удовлетворению не подлежит.

В связи с получением из войсковой части 52436 информации в отношении ФИО4 апелляционный суд в данном случае не усмотрел достаточных оснований для приостановления производства по настоящему обособленному спору в отношении указанного лица

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Исследовав доводы апелляционной жалобы, иные письменные позиции участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

.Как указал суд первой инстанции в обжалуемом определении, согласно сведениям, полученным арбитражным управляющим из налогового органа, руководителями и учредителями должника в разные периоды осуществляли следующие лица:

1. В период с 13.03.2017 по 10.08.2017 – ФИО14; 2. В период с 11.08.2017 по 10.01.2019 – ФИО4; 3. В период с 11.01.2019 по 02.06.2021 – ФИО3

ФИО3, согласно сведениям из ЕГРЮЛ являлся последним руководителем ООО «Лидергрупп СПб» перед открытием в отношении него конкурного производства; учредителем общества он указан и по настоящее время.

В свою очередь, ФИО4 являлся руководителем и учредителем должника в трехлетний период, предшествующий введению в отношении ООО «Лидергрупп СПб» процедуры банкротства.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе, причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53), согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что

значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

По смыслу абзаца третьего пункта 16 постановления Пленума № 53 к ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения.

В силу разъяснений, приведенных в пункте 18 постановления Пленума № 53, контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), абзац второй пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В настоящем деле, как указал суд первой инстанции в обжалуемом определении, конкурсный управляющий в качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности ссылался на то, что ООО «Лидергрупп СПБ» и ООО «Балтком» в период с 01.01.2016 по 22.12.2019 без должной проверки контрагентов перечисляли денежные средства на счета многих юридических лиц, в частности, ООО «Периметр» (ИНН <***>), ООО «ТД Гарант» (ИНН <***>), ООО «ТДТ» (ИНН <***>), ООО «СМУ 32» (ИНН <***>), ООО «Юстерра» (ИНН <***>), ООО «СК Модерн» (ИНН <***>), ООО «Элита» (ИНН <***>), ООО «Лидер» (ИНН <***>), ООО «Джоиндер» (ИНН <***>), ООО «Строй Сити» (ИНН <***>), ООО «Цитрон» (ИНН <***>), ООО «Эвкалипт билдинг» (ИНН <***>), ООО «Спецстрой» (ИНН <***>), ООО «Винтаж» (ИНН <***>), ООО «РТК-300» (ИНН <***>), ООО «Металлмастер» (ИНН <***>), ООО «Элегея» (ИНН <***>), ООО «Сириусмет» (ИНН <***>), ООО «Литера» (ИНН <***>), ООО «Южный ветер» (ИНН <***>).

В настоящее время все указанные компании прекратили финансово-хозяйственную деятельность, 2 компании были ликвидированы, остальные исключены из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Исходя из вышеизложенного, управляющий пришел к выводу о том, что все договоры с указанными юридическими лицами не служили средством оплаты/предоплаты услуг или работ, а совершены лишь для вида, без намерения сторон создать соответствующие таким платежам последствия, поскольку встречное исполнение по таким платежам заведомо не могло быть предоставлено.

Кроме того, конкурсный управляющий ООО «Лидергрупп СПб» констатировал отсутствие у должника товарно-материальных ценностей, что также свидетельствует об отсутствии реальной хозяйственной деятельности.

Как полагал управляющий, со стороны должника имело место ряд взаимосвязанных противоправных операций по искажению отчетности (схемных операций), направленных на фиктивное искажение отчетности и фальсификацию расходов Должника.

По сведениям управляющего, за период с октября 2018 года по март 2019 года должник перечислил связанным подконтрольным компаниям 95 217 233 руб., оформив несуществующие договора и получив взамен документы, содержащие данные о номере, дате, сумме счета фактуры, с целью дальнейшей сдачи отчетности в уполномоченный орган.

По мнению управляющего и поддерживающие его кредиторов, в ряде случаев заключаемые должником договора являлись заведомо недействительными, поскольку должник - не являясь реальной стороной сделки, - занимался подготовкой правоустанавливающих документов для взаимосвязанных с ним компаний уже после того, как платежи фактически должны были быть совершены, направлял в уполномоченный орган отчетность.

По мнению управляющего, выборочное исследование договоров поставки (подряда), заключенных между должником и рядом подрядчиков (дебиторов) показало, что, согласно условиям договоров, должник оплачивал строительные работы или поставку строительных материалов, но фактически работы подрядчиками не проводились, поставка строительным материалов не осуществлялась. Управляющий полагал, что существует вероятность, что ООО «Лидергрупп СПб», ООО «Балтком», ООО «Стройком», ООО «ТД «ТАБАК», ООО «Секо», ООО «Кировская ПЗК» и другие подконтрольные общества участвовали в схемах по легализации доходов, полученных незаконным путем, с целью присвоения денежных средств, полученных от контрагентов должника. которые поступали по цепочке расчетных счетов должника и иных аффилированных лиц.

Кроме того, в качестве дополнительного основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО3 управляющий указывал на отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, а также документов, хранение которых является обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью.

Суд первой инстанции в обжалуемом определении обоснованно указал, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53). При этом. как посчитал суд первой инстанции, бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя юридического лица, а также наличия причинно-следственной связи между этими действиями (бездействием) и возникшими для кредитора негативными последствиями, возлагается на лицо, требующее привлечения указанного лица к ответственности.

Соответственно, как правильно отметил суд первой инстанции, субсидиарная ответственность по обязательствам должника (несостоятельного лица) является разновидностью гражданско-правовой ответственности и наступает в связи с

причинением вреда имущественным правам кредиторов подконтрольного лица. В этой связи, в части, не противоречащей специальному регулированию законодательства о банкротстве, к данному виду ответственности подлежат применению положения глав 25 и 59 ГК РФ (пункт 2 Постановления № 53).

Согласно положениям, изложенным в пункте 3 Постановления № 53, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве. Кроме того, суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических признаков аффилированности (пункт 3 Постановления № 53).

С учетом специфики процесса доказывания по делам о привлечении к ответственности бывшего руководителя, связанной с объективными сложностями, вызванными как отсутствием у заявителей прямых письменных доказательств, подтверждающих их доводы, так и в связи с нежеланием членов органов управления раскрывать документы, отражающие реальное положение дел, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы, в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на привлекаемое к ответственности лицо (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 302-ЭС14- 1472(4,5,7) по делу N А33-1677/2013).

Судебная практика выработала совокупность косвенных признаков, свидетельствующих о наличии группы и подконтрольности ее единому центру. В частности, об этом могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д. (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2020 N 305-ЭС19-24480).

Суд первой инстанции в обжалуемом определении указал, что конкурсным управляющим заявлено в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности факты незаконного обналичивания денежных средств через подконтрольные организации, имеющие признаки фирм «однодневок».

Между тем, как посчитал суд первой инстанции, конкурсным управляющим не представлены бухгалтерские балансы должника с указанием активов и пассивов ООО «Лидергрупп СПБ», а также анализ финансового состояния должника; какой-либо анализ движения денежных средств по указанным управляющим обособленным спорам об оспаривании сделок должника с точки зрения их связи с денежными средствами (активами) должника не приведен.

При этом суд первой инстанции в обжалуемом определении указал, что по сути доводы управляющего сводятся к оценке деятельности иных юридических лиц и участию юридических лиц в различных уголовных делах. По мнению суда первой

инстанции, конкурсный управляющий не представил достаточных доказательств того, что ответчики являлись контролирующими должника лицами и имели фактическую возможность определять действия должника, при отсутствии достоверных доказательств того, что ответчики давали обязательные указания на совершение сделок, имели доступ к бухгалтерии должника, либо к расчетному счету.

Как следует из материалов дела определением от 26.11.2022 по делу № А56- 55862/2020/истр.1 арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области обязал ФИО4 и ФИО3 передать конкурсному управляющему печати, штампы, имущество, материальные и иные ценности, а также оригиналы всех документов ООО «ЛИДЕРГРУПП СПБ». До настоящего времени указанный судебный акт бывшими руководителями не исполнен.

Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности указанных лиц в связи с не передачей документации должника, в том числе документов бухгалтерского учета и отчетности, суд первой инстанции исходил из того, что конкурсный управляющий Обществом в заявлении не указал, каких именно документов ему не хватает для формирования конкурсной массы должника и проведения процедур банкротства. При этом, как посчитал суд первой инстанции конкурсным управляющим не представлено доказательств того, каким образом, отсутствие у него документов бухгалтерского учета и отчетности, а также иной документации должника, повлияло на проведение процедур банкротства либо существенно их затруднило.

Кроме того, судом первой инстанции в ходе рассмотрения дела не установлено совершение ответчиками, как контролирующими лицами, виновных действий, имеющих причинно-следственную связь между отсутствием документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Управляющий в своем заявлении также сослался на то, что определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской от 23.04.2024 по делу № А56-55862/2020/сд2 признана недействительной сделка по перечислению денежных средств ООО «Лидергрупп СПБ» в пользу ООО «Кировская ПЗК» в общей сумме 1 306 401,44 руб.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 23 постановления Пленума № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. В абзаце шестом названного пункта постановления Пленума N 53 указано, что для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что существенно убыточной применительно к масштабам деятельности должника, такую сделку признать нельзя, а само по себе заключение с должником подозрительной сделки не свидетельствует о наличии у контрагента статуса контролирующего лица.

Оценив существенность влияния действий (бездействия) привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц, проверив наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством, суд первой инстанции посчитал недоказанным взаимосвязь между возникновением у должника признаков неплатежеспособности и действием (бездействием) привлекаемых лиц, в отсутствие доказательств того, что названные лица определяли действия должника при ведении им хозяйственной деятельности.

Вышеуказанные выводы послужили основанием для отказа в привлечении всех ответчиков, включая и ФИО4 и ФИО3 к субсидиарной ответственности, в том числе по основанию, связанному с не передачей документации и имущества должника.

Оценивая доводы апелляционной жалобы и позицию ряда кредиторов, а также конкурсного управляющего, суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить следующее.

Значительная часть доводов ряда кредиторов и конкурсного управляющего сводятся к тому, что указанные в заявлении ответчики, наряду с иными лицами, участвовали в незаконной деятельности, так или иначе связанной с незаконными банковскими и иными финансовыми операциями по обналичиванию денежных средств. Заявители полагали, что ООО «Лидергрупп СПб» также было использовано соответствующими лицами, включая и ответчиками, в вышеназванной деятельности, как посредством формирования фиктивного документооборота, так и путем осуществления финансовых операций с использованием расчетных счетов должника. Кредиторы полагали, что с учетом наличия ряда уголовных дел, в которых судами давалась определенная оценка ряду фактических обстоятельств, в контексте предмета уголовного разбирательства, в том числе посредством опросов физических лиц как в качестве свидетелей, так и в качестве обвиняемых, имеются основания полагать, что ответчики по настоящему обособленному спору могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам ООО «Лидергрупп СПб». Податель жалобы и конкурсный управляющий ссылались на то, что незаконная, по их мнению, деятельность ряда физических лиц, являвшихся организаторами и исполнителями вышеназванной деятельности, повлекла невозможность исполнения должником своих обязательств перед кредиторами, что привело к банкротству должника.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что при разрешении гражданских дел, в частности обособленных споров в делах о банкротстве, суд исходит из имеющейся компетенции, а также принимает во внимание нормы процессуального законодательства, определяющие возможность принятия во внимание каких-либо фактических обстоятельств, установленных в рамках уголовных и иных производств. В этой связи апелляционный суд полагает, что ссылки подателя жалобы, иных поддерживающих жалобу лиц на уголовные дела, по которым имеются определенные приговоры в отношении ряда физических лиц, арбитражному суду следует оценивать только в части вопросов о том, имели ли место определенные действия и совершены ли действия определенным лицом (применительно к пункту 4 статьи 69 АПК РФ). Кроме того, вышеназванные действия в любом случае должны быть предметно связаны с тем, каким образом они могут повлиять либо доказать обстоятельства и основания, с которыми Закон о банкротстве связывает возможность привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в отношении конкретного должника (хозяйствующего субъекта). При этом в любом случае арбитражному суду необходимо установить наличие совокупности условий, при наличии которых могут быть применены соответствующие нормы, регулирующие вопросы привлечения к субсидиарной ответственности в рамках конкретной процедуры банкротства юридического лица, в данном случае ООО «Лидергрупп СПб»».

Апелляционный суд, с учетом вышеизложенного, полагает, что из представленных в материалы дела сведений и пояснений участвующих в деле лиц непосредственно не следует, что ответчики по настоящему обособленному спору (ФИО5, ФИО1, ФИО10,ФИО6, ФИО7, ФИО4, ФИО3) признаны виновными в рамках указанных заявителями

уголовных дел за деяния, непосредственно связанные с должником (ООО «Лидергрупп СПб»), в том числе за совершение с указанным лицом каких-либо сделок и финансовых операций, повлекших существенное причинение вреда кредиторам ООО «Лидергрупп СПб». Кроме того, заявителями не приведено ссылок на установленные судами и иными органами фактические обстоятельства, обусловленные установлением фактов личного обогащения ответчиков за счет денежных средств, принадлежащих ООО «Лидергрупп СПб», в условиях какой-либо противоправной и иной деятельности.

Доводы заявителей относительно необходимости вызова свидетелей, запроса судом информации у операторов сотовой и иной связи, как полагает апелляционный суд, в полной мере не могут быть признаны процессуально обоснованными, с учетом того, что свидетельские показания сами по себе хотя и могут являться средствами доказывания, однако предопределяют оценку судами возможности их использования для целей разрешения конкретного спора, исходя из относимости и допустимости данных доказательств и с учетом того, что вызов свидетелей в гражданском деле осложнен отсутствием у арбитражного суда полномочий принуждения для целей обеспечения их явки в суд. В этой связи, как полагает апелляционный суд, в рамках рассматриваемого в деле о банкротстве обособленного спора по привлечению к субсидиарной ответственности, показания свидетелей не будут иметь для суда должной юридической силы, исходя из того, что соответствующие основания ответственности связаны, в первую очередь, с использованием иных средств доказывания, применительно к формированию соответствующих гражданско-правовых отношений. Соответственно, установление в формате запросов операторов связи информации о переговорах определенных лиц, исходя из указываемой заявителями схемы и механизма общения группы лиц, с указанием на незаконный характер их деятельности, как полагает апелляционный суд, относим более к компетенции уголовного суда, тогда как устный формат общения в полной мере не может подтвердить фактические обстоятельства, непосредственно устанавливающие основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Апелляционный суд дополнительно отмечает, что документально подтвержденных сведений относительно установления оснований для отнесения ответчиков (ФИО1, ФИО5, ФИО10, ФИО6, ФИО7) к числу контролируемых должника (ООО «Лидергрупп СПб») лиц в материалах дела не имеется, тогда как ссылки заявителей на так называемый «теневой характер контроля» также не нашел должного документального и иного подтверждения. Наличие у ФИО5 доверенности на представление интересов должника, как полагает апелляционный суд, в полной мере не подтверждает степень контроля и участия указанного лица в хозяйственной деятельности должника, при этом сама по себе доверенность не подтверждает факт заключения именно ФИО5 сделок от имени должника, повлекших существенны ущерб должнику и его кредиторам.

Ссылки заявителей на отзыв ФИО4, поступивший в материалы настоящего обособленного спора, в котором изложена версия данного лица о ведении незаконного бизнеса группой компаний, в числе которых указано ООО «Лидергрупп СПб», под руководством ФИО5, как полагает апелляционный суд, следует признать недостаточными и документально не подтвержденными, с учетом того, что указанное лицо представляло собственную версию ведения деятельности, поскольку ФИО4, согласно сведениям из ЕГРЮЛ, указывался в качестве генерального директора ООО «Лидергрупп СПб». В свою очередь, надлежащего документального подтверждения вышеназванной позиции,

изложенной ФИО4, представлено не было, фактических обстоятельств и доказательств, указывающих на противоправный характер поведения вышеназванных ответчиков в связи с деятельностью именно ООО «Лидергрупп СПб» также не представлено. При этом апелляционный суд дополнительно отмечает, что пояснения ФИО4, со ссылкой на уголовно-наказуемый аспект деятельности ряда лиц, которых он указывает в отзыве, не нашли отражения в приговорах судов по различным уголовным делам (на которые ссылается управляющий и ряд кредиторов), применительно к оценке хозяйственной деятельности ООО «Лидергрупп СПб», что в полной мере не позволяет арбитражному суду оценить их обоснованность и объективность, в условиях разрешения настоящего обособленного спора.

Ссылки кредиторов и конкурсного управляющего на пояснения ряда физических лиц, включая пояснения бывшего руководителя ООО «БАЛТКОМ» ФИО15, а также бывших участников и генеральных директоров ООО «Лидергрупп СПб» ФИО4 и ФИО3. относительно оказания на них воздействия со стороны ряда ответчиков, в частности, со стороны ФИО10, ФИО5, ФИО1, в контексте совершения физическими лицами и номинальными руководителями определенных действий и сделок, как полагает апелляционный суд, также не могут быть приняты в качестве достаточных и убедительных доказательств, устанавливающих степень вины ответчиков, наличие причинно-следственной связи их действий либо на деятельность должника, применительно к основанию, установленному пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции также полагает необходимым отметить, что по имеющейся у арбитражного суда информации относительно приговоров суда по ряду уголовных дел, в двух из которых фигурируют фамилии ФИО10 и ФИО1, и в отношении которых вынесены обвинительные приговоры Московским районным судом г.Санкт-Петербурга (приговор от 22.10.2024 по делу № 1-722 – применительно к ФИО1, и приговор от 17.10.2014 по делу № 1-742/14 – применительно к ФИО10) установленные судами фактические обстоятельства непосредственно не связаны с деятельностью ООО «Лидергрупп СПб», как и с оценкой финансовых операций с участием ООО «Лидергрупп СПб». При этом, несмотря на установление уголовным судом ряда обстоятельств, указывающих на противоправный характер деятельности вышеназванных физических лиц, данная деятельность сама по себе не может быть относима к обстоятельствам, с которыми непосредственно связано банкротство ООО «Лидергрупп СПб», при отсутствии в вышеназванных приговорах достаточного объема сведений и доказательств, которые могли бы подтвердить факты незаконной деятельности вышеназванных ответчиков в связи с ведением хозяйственной деятельности ООО «Лидергрупп СПб». Следует отметить, что общества, к которым имел отношение ФИО1, будучи участником и руководителем указанных лиц (ООО «Артэр» и ООО ПО «Ремэнерго»), являлись реальными хозяйствующими субъектами, тогда как фактов, указывающих на наличие фиктивного документооборота между данными Обществами и ООО «Лидрегрупп СПб», в материалы обособленного спора не представлено. Соответственно, ФИО1 в своих пояснениях, данных суду в рамках настоящего дела, отрицает какую-либо роль в качестве лица, контролирующего ООО «Лидергрупп СПб», как и непосредственную связь с иными ответчиками применительно к организации незаконной финансовой и иной деятельности с участием ООО «Лидергрупп СПб», при отсутствии у суда достаточного объема доказательств, позволяющих придти к иному выводу

Доводы подателя жалобы относительно того, что арбитражный суд в деле о банкротстве фактически устанавливает обстоятельства, обусловленные противоправной и уголовно-наказуемой деятельностью контролирующих должника лиц, как полагает апелляционный суд, представляются ошибочными, с учетом того, что у суда, рассматривающего дело о банкротстве, имеется соответствующая и строго регламентированная АПК РФ и Законом о банкротстве компетенция, за пределы которой арбитражный суд выйти не вправе. В свою очередь, несмотря на применяемые в делах о банкротстве презумпции, обусловленные повышенным стандартом доказывания по ряду категорий дел, наряду с оценкой оснований, определяющих механизм привлечения к субсидиарной ответственности (либо ответственности в форме убытков), арбитражный суд должен исходить из соблюдения соответствующих процедур доказывания в разрезе оценки гражданско-правовых отношений между должником и его контрагентами.

Между тем, апелляционный суд в полной мере не может согласиться с выводами суда первой инстанции относительно отсутствия оснований для применения в отношении бывших генеральных директоров ООО «Лидергрупп СПБ» (ФИО4 и ФИО3), являвшимися в определенные промежутки времени как участниками должника, так и его единоличным исполнительным органом, презумпций, установленных подпунктами 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно вышеназванной норме Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

Как указано выше, в рамках дела о банкротстве ООО «Лидергрупп СПб» вышеназванные лица (ФИО4 и ФИО3) определением арбитражного суда от 26.11.2022 по обособленному спору, связанному с истребованием документации и имущества должника принуждены к обязанию передать конкурсному управляющему печати, штампы и имущество, материальные и иные ценности, а также оригиналы всех документов должника. Указанный судебный акт вступил в силу и сведений о его исполнении в материалы обособленного спора не представлено.

В правоприменительной практике имеются презумпции, связанные с тем, что даже факт непередачи соответствующих документов, в условиях неисполнения требований кредиторов и при наличии кредиторской задолженности в процедуре банкротства должника указывает на наличие причинно-следственной связи между

действиями (бездействием) руководителя (руководителей) должника и невозможностью исполнения требований кредиторов, наряду с тем, что фактическое отсутствие документации априори существенным образом затрудняет деятельность конкурсного управляющего для целей реализации мероприятий в процедуре конкурсного производства.

Суд апелляционной инстанции также полагает необходимым отметить, что в условиях установления обстоятельств, связанных с тем, что должник вступал в различные и многочисленные правоотношения с иными хозяйствующими субъектами (юридическими лицами), совершая соответствующие платежи, притом, что значительная часть контрагентов в настоящее время исключена из ЕГРЮЛ, что существенно затрудняет самостоятельную реализацию конкурсным управляющим мероприятий по сбору необходимой первичной информации об основаниях финансовых и иных операций с участием должника. В этой связи, как полагает апелляционный суд, выявление и установление реальности тех или иных правоотношений с участием должника и его контрагентов, наряду с оценкой наличия либо отсутствия встречного предоставления и анализа экономической обоснованности осуществления тех или иных операций и платежей, зависит, прежде всего, от наличия у конкурсного управляющего доступа к первичной документации должника, обязанность по передаче которой законом возложена на бывших руководителей должника.

Кроме того, следует отметить, что в рамках дела о банкротстве должника судом принят ряд судебных актов, по обособленным спорам, связанным с оспариванием сделок и с предъявлением требований о возмещении убытков, ответчиками по которым, в числе прочих лиц, выступали ФИО4 и ФИО3 Как следует из пояснений конкурсного управляющего, представленных апелляционному суду, с приложением ряда судебных актов по иным обособленным спорам (сд.2, уб.2, уб.8, уб.7, уб.6, уб.5) ФИО3 и ФИО4 на основании судебных актов, вступивших в силу, привлечены к ответственности в форме убытков на общую сумму 26 752 453 руб. Соответственно, при рассмотрении обособленного спора, связанного с оспариванием платежей должника в пользу ООО «Кировская ПЗК» (сд.2) судами указано на отсутствие должной информации о раскрытии разумных экономических мотивов совершения должником оспариваемых платежей, в условиях отсутствия должного документального обоснования оснований их перечисления и получения, при недоказанности реальности сложившихся правоотношений между должником и его контрагентом. Объем взысканных с бывших руководителей должника убытков указывает на существенный характер относительно формирования кредиторской задолженности должника, включенной в реестр.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции полагает, что вне зависимости от того, располагал ли должник основными средствами либо запасами в период своей хозяйственной деятельности, отсутствие, как таковой первичной документации у конкурсного управляющего, а также неисполнение бывшими руководителями должника соответствующей обязанности по обеспечению ее сохранности и передаче управляющему, в условиях невозможности получения управляющим информации от большинства контрагентов должника, с которыми он вступал в определенные правоотношения, наряду с привлечением вышеуказанных лиц к ответственности в форме убытков на значительную сумму позволяет суду применить презумпции, установленные подпунктами 1, 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, с установлением оснований для привлечения к субсидиарной ответственности бывших участников и руководителей должника ФИО4 и ФИО3

При этом, как полагает апелляционный суд, доводы ФИО4 и ФИО3 о номинальном характере их деятельности в качестве руководителей должника, в условиях оказания на них влияния со стороны иных лиц, не свидетельствуют об отсутствии оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника. Деятельность указанных лиц, применительно к организации корпоративного управления должником, вытекала их наличия публичной и иной информации, связанной с установлением органов управления должника (ЕГРЮЛ, бухгалтерской отчетности, финансовых операций), тогда как само по себе указание на номинальный характер такой деятельности вышеназванной ответственности не снимает. Соответственно, информация вышеназванных лиц относительно осуществления руководства должником иными лицами апелляционным судом оценивается с должной степенью критичности, с учетом отсутствия надлежащего документального подтверждения данной информации, притом, что судебных актов либо приговоров относительно иных лиц, обусловленных надлежащей оценкой деятельности именно ООО «Лидергрупп СПб», не представлено.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции усматривает основания для частичной отмены определения суда первой инстанции, в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО3, с принятием в указанной части апелляционным судом иного судебного акта об установлении оснований для привлечения вышеназванных лиц к субсидиарной ответственности.

В остальной части определение суда первой инстанции следует оставить без изменений. При этом апелляционный суд отмечает, что при изготовлении резолютивной части настоящего постановления судом была допущена техническая ошибка, связанная с не указанием информации относительно оставления в соответствующей части судебного акта суда первой инстанции без изменений, притом, что данная информация была оглашена судом в судебном заседании 22.10.2025, что подтверждается аудиозаписью судебного заседания.. В этой связи при изготовлении полного текста постановления указанный технический недостаток судом устранен, при дополнительном вынесении апелляционным судом определения в порядке статьи 179 АПК РФ об устранении технической ошибки в резолютивной части судебного акта от 22.10.2025..

Поскольку информации о завершении всех мероприятий в процедуре конкурсного производства ООО «Лидергрупп СПб» в материалах обособленного спора не имеется, при наличии ходатайства конкурсного управляющего о приостановлении производства по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности (в случае установления судом оснований для привлечения) апелляционный суд, с учетом положений, установленных пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, усматривает основания для приостановления соответствующего производства по заявлению конкурсного управляющего до окончания расчетов с кредиторами. Вопрос о возобновлении данного производства находится в компетенции суда первой инстанции, рассматривающего настоящее дело о банкротстве должника.

При этом апелляционный суд дополнительно отмечает, что при разрешении судом первой инстанции вопроса об установлении размера субсидиарной ответственности заинтересованные лица, включая и привлеченных к ответственности лиц, вправе дополнительно заявить доводы и возражения по вопросу размера ответственности, с учетом раскрытия соответствующей информации и представления сведений, которые могут повлиять на принятие судом решения о возможном снижении размера ответственности.

Судебные расходы по рассмотрению апелляционной жалобы распределены в порядке статьи 110 АПК РФ и относятся на привлеченных к ответственности лиц в равных долях.

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.05.2025 по обособленному спору № А56-55862/2020/суб.1 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО3 отменить.

Установить наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО3.

Производство по заявлению в части установления размера ответственности приостановить до окончания расчётов с кредиторами.

Взыскать с ФИО4 и ФИО3 в доход федерального бюджета по 15000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

В остальной части определение суда первой инстанции оставить без изменений.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий И.Ю. Тойвонен

Судьи А.В. Радченко

А.Ю. Слоневская