Постановление от 19 апреля 2018 г. по делу № А57-7379/2016

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-7379/2016
г. Саратов
19 апреля 2018 года
Резолютивная часть постановления объявлена «12» апреля 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен «19» апреля 2018 года.


Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Грабко О.В.,

судей Макарова И.А., Самохваловой А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Тандем» ФИО3, ФИО4

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 27 февраля 2018 года по делу № А57-7379/2016, принятое судьей Зуевой Л.В.,

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Тандем» ФИО3 о признании сделки недействительной,

в рамках дела, возбужденного по заявлению некоммерческого партнерства «РОНЗ» о признании общества с ограниченной ответственностью «Тандем», город Саратов, ОГРН <***>, ИНН <***>, несостоятельным (банкротом),

заинтересованные лица: ФИО2, ФИО5,

при участии в судебном заседании представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Тандем» ФИО3 ФИО6, действующей на основании доверенности от 10 марта 2017 года, представителя ФИО2 ФИО7, действующего на основании доверенности от 11 апреля 2018 года,





УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 10 ноября 2016 года общество с ограниченной ответственностью «Тандем» (далее - ООО «Тандем», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 10 ноября 2016 года конкурсным управляющим ООО «Тандем» утвержден ФИО3, член НП Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих».

Публикация сообщения о введении процедуры конкурсного производства в отношении должника произведена в газете «Коммерсантъ» №220 от 26 ноября 2016 года.

В Арбитражный суд Саратовской области 16 ноября 2016 года обратился конкурсный управляющий ООО «Тандем» ФИО3 с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в котором заявитель просил:

- признать недействительной сделкой по передаче недвижимого имущества - нежилого помещения общей площадью 823,9 кв. м. с кадастровым номером 64:48:040423:562, расположенного по адресу: <...>, от ООО «Тандем» в пользу ФИО2 (далее - ФИО2), ФИО5 (далее - ФИО5), оформленную соглашением об отступном от 15 ноября 2015 года, соглашением об отступном от 21 декабря 2015 года и договором купли-продажи от 28 сентября 2016 года.

- применить последствия недействительности сделки - возвратить нежилые помещения, образованные после раздела помещения общей площадью 823,9 кв.м., а именно: нежилое помещение площадью 24,1 кв.м. с кадастровым номером 64:48:040423:977, нежилое помещение площадью 101,3 кв.м. с кадастровым номером 64:48:040423:978, нежилое помещение площадью 455,2 кв.м. с кадастровым номером 64:48:040423:979, нежилое помещение площадью 243,3 кв.м. с кадастровым номером 64:48:040423:976, расположенные по адресу: г. Саратов, ул. имени Академика О.К. Антонова, дом 14А, в конкурсную массу должника ООО «Тандем».

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 27 февраля 2018 года заявление конкурсного управляющего ООО «Тандем» ФИО3 о признании недействительной сделкой передачу недвижимого имущества - нежилого помещения общей площадью 823,9 кв. м. с кадастровым номером 64:48:040423:562, расположенного по адресу: <...>, от ООО «Тандем» в пользу ФИО2 и ФИО5, оформленную соглашением об отступном от 15 ноября 2015 года, соглашением об отступном от 21 декабря 2015 года, договором купли-продажи от 28.09.2016 и применении последствий недействительности сделки, удовлетворено частично. Признана недействительной сделка по передаче недвижимого имущества - нежилого помещения общей площадью 823,9 кв. м. с кадастровым номером 64:48:040423:562, расположенного по адресу: <...>, от ООО «Тандем» в пользу ФИО2, оформленная соглашением об отступном от 15 ноября 2015 года, соглашением об отступном от 21 декабря 2015 года. ФИО2 обязан возвратить в конкурсную массу ООО «Тандем» недвижимое имущество, полученное по недействительной сделке, а именно: нежилое помещение площадью 24,1 кв.м. с кадастровым номером 64:48:040423:977, нежилое помещение площадью 101,3 кв.м. с кадастровым номером 64:48:040423:978, расположенные по адресу: г. Саратов, ул. имени Академика О.К. Антонова, дом 14А. Взысканы с ФИО2 в пользу ООО «Тандем» денежные средства в размере 7 885 366,50 рублей. Прекращено производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Тандем» ФИО3 к ФИО5 о признании недействительной сделкой передачу недвижимого имущества по договору купли-продажи от 28 сентября 2016 и применении последствий недействительности сделки.

Не согласившись с определением суда, ФИО2 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой и уточнением к апелляционной жалобе, в которых просит отменить определение суда и отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции необоснованно принял в качестве доказательства заключение экспертизы ООО «Лаборатория Независимой Судебной Экспертизы» от 10 июля 2017 года №17/07-179. Кроме того, указано на то, что ФИО4 не был извещен о времени и месте рассмотрения заявления. ФИО2 указывает на то, что согласно отчету об оценке ООО «Деловой Аудит» от 26 февраля 2018 года стоимость отчужденного объекта на момент его отчуждения составляла 3 865 000 руб.

Не согласившись с определением суда, конкурсный управляющий ООО «Тандем» ФИО3 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда и удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что прекращая производство в отношении требования о возврате в конкурсную массу помещений площадью 455,2 кв. м. и 243,3 кв.м, оформленных договором купли-продажи от 28 сентября 2016 года между ФИО2 и ФИО5 суд первой инстанции не принял во внимание, что отсутствуют доказательства возмездности совершения договора купли-продажи от 28 сентября 2016 года, не представлены доказательства обладания ФИО5 на дату заключения договора купли-продажи помещения средствами.

Не согласившись с определением суда, ФИО4 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда и отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции необоснованно принял в качестве доказательства заключение экспертизы ООО «Лаборатория Независимой Судебной Экспертизы» от 10 июля 2017 года №17/07-179.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru) 16, 20,23 марта 2018 года, что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных лиц.

Представителем ФИО2 заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела отчета ООО «Деловой Аудит» от 26 февраля 2018 года №1185.

Суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении заявленного ходатайства на основании статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку отчет ООО «Деловой Аудит» от 26 февраля 2018 года №1185 изготовлен после принятия обжалуемого определения, поэтому отчет не был учтен судом первой инстанции при вынесении судебного акта, в связи с чем, не может являться доказательством в суде апелляционной инстанции.

Исследовав материалы дела, заслушав доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

Как следует из материалов дела, 15 ноября 2015 года между ООО «Тандем» и ФИО4 было подписано соглашение об отступном.

Согласно данному документу стороны договорились о прекращении всех обязательств должника, вытекающих из договора о переводе долга от 20 декабря 2014 года в силу предоставления должником взамен исполнения этих обязательств отступного - нежилого помещения общей площадью 823,9 кв. м. с кадастровым номером 64:48:040423:562, расположенного по адресу: <...>, которое принадлежало ООО «Тандем» на праве собственности, согласно свидетельства о государственной регистрации права от 20.03.2012 №64-АГ №456694.

В соответствии с пунктом 2.1. соглашения от 15 ноября 2015 года, стороны установили, что по договору о переводе долга от 20.12.2014 должник должен кредитору 4 524 000 рублей.

В соответствии с пунктом 2.2. соглашения от 15 ноября 2015 года с момента государственной регистрации передачи ООО «Тандем» ФИО4 в собственность в качестве отступного нежилого помещения общей площадью 823,9 кв. м. с кадастровым номером 64:48:040423:562, расположенного по адресу: <...>, обязательства должника перед кредитором по договору о переводе долга от 20 декабря 2014 года прекращаются в полном объеме.

Переход права собственности на недвижимое имущество был зарегистрирован на ФИО4 04 декабря 2015 года.

Далее, 21 декабря 2015 года между ФИО2 и ФИО4 заключено соглашение об отступном, согласно которому стороны договариваются о прекращении всех обязательств ФИО4, вытекающих из договора займа от 02 декабря 2015 года, в силу предоставления ФИО4 взамен исполнения этих обязательств отступного в соответствии с условиями настоящего соглашения.

По настоящему соглашению ФИО4 передает ФИО2 в собственность в качестве отступного нежилое помещение общей площадью 823,9 кв. м. с кадастровым номером 64:48:040423:562, расположенное по адресу: <...>.

Указанное помещение принадлежит ФИО4 на праве собственности согласно свидетельства о государственное регистрации права от 04 декабря 2015 года АА № 054587.

Пунктом 2 соглашения, стороны установили, что по договору займа от 02 декабря 2015 года ФИО4 должен ФИО2 4 524 000 рублей.

Стороны договариваются, что с момента государственной регистрации передачи ФИО4 ФИО2 в собственность в качестве отступного нежилого помещения общей площадью 823,9 кв. м. с кадастровым номером 64:48:040423:562, расположенного по адресу: <...>, обязательства ФИО4 перед ФИО2 по договору займа от 02.12.2015 прекращаются в полном объеме.

29 декабря 2015 года в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним о переходе прав на объект недвижимого имущества была внесена запись о переходе права собственности на нежилое помещение общей площадью 823,9 кв. м. с кадастровым номером 64:48:040423:562, расположенное по адресу: <...>, на основании соглашения об отступном, собственником указанного помещения стал ФИО2. 25.05.2016 нежилое помещение общей площадью 823,9 кв. м. с кадастровым номером 64:48:040423:562, расположенное по адресу: <...> преобразовано в 4 объекта недвижимости: нежилое помещение площадью 24,1 кв.м. с кадастровым номером 64:48:040423:977, нежилое помещение площадью 101,3 кв.м. с кадастровым номером 64:48:040423:978, нежилое помещение площадью 455,2 кв.м. с кадастровым номером 64:48:040423:979, нежилое помещение площадью 243,3 кв.м. с кадастровым номером 64:48:040423:976, расположенные по адресу: г. Саратов, ул. имени Академика О.К. Антонова, дом 14А.

Далее, 28 сентября 2016 года между ФИО2 и ФИО5 заключен договор купли-продажи помещения, согласно которому, ФИО2 продал и передал, а ФИО5 купила и приняла в собственность следующие объекты недвижимого имущества:

- помещение, назначение: нежилое помещение, площадь: 455,2 кв.м., этаж: 3, адрес (местонахождение) объекта: Российская Федерация, Саратовская область, город Саратов, улица имени Академика О.К. Антонова, дом 14А, пом. II, кадастровый (условный) номер: 64:48:040423:979, принадлежавшее ФИО2 на праве собственности на основании соглашения об отступном от 21 декабря 2015 года, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 25 мая 2016 года, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 25 мая 2016 года сделана запись регистрации № 64-64/001-64/001/171 /2016-238/1;

- помещение, назначение: нежилое помещение, площадь: 243,3 кв.м., этаж: 3, адрес (местонахождение) объекта: Российская Федерация, Саратовская область, город Саратов, улица имени Академика О.К. Антонова, дом 14А, пом. I, кадастровый (условный) номер: 64:48:040423:976, принадлежавшее ФИО2 на праве собственности на основании соглашения об отступном от 21 декабря 2015 года, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 25 мая 2016 года, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 25 мая 2016 года сделана запись регистрации № 64-64/001-64/001/171 /2016-239/1.

Согласно пункту 2.1 договора от 28 сентября 2016 года, ФИО2 и ФИО5 пришли к соглашению о цене передаваемых по настоящему договору помещений в следующем размере: - за помещение площадь 455,2 кв.м., кадастровый (условный) номер: 64:48:040423:979 - 2 731 200 рублей; - за помещение площадь 243,3 кв.м., кадастровый (условный) номер: 64:48:040423:976 - 4 191 000 рублей

На основании вышеизложенного конкурсным управляющим сделан вывод о том, что соглашение об отступном от 15 ноября 2015 года, соглашение об отступном от 21 декабря 2015 года, договор купли-продажи от 28 сентября 2016 года являются взаимосвязанными сделками, совершенными с целью прикрыть вывод имущества должника из конкурсной массы в преддверии банкротства.

Конкурсный управляющий ООО «Тандем» ФИО3 полагая, что последовательное заключение соглашения об отступном от 15 ноября 2015 года, соглашения об отступном от 21 декабря 2015 года, договора купли-продажи от 28 сентября 2016 года является недействительной сделкой по отчуждению имущества должника, конкурсный управляющий просил признать ее недействительной на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции удовлетворил заявление конкурсного управляющего ООО «Тандем» ФИО3 в части признания недействительной сделкой передачу недвижимого имущества - нежилого помещения общей площадью 823,9 кв.м с кадастровым номером 64:48:0404423:562, оформленную соглашением об отступном от 15 ноября 2015 года, соглашением об отступном от 21 декабря 2015 года и прекратил производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Тандем» ФИО3 к ФИО5 о признании недействительной сделкой передачу недвижимого имущества по договору купли-продажи от 28 сентября 2016 года и применении последствий недействительности сделки.

Рассмотрев доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу положений статьи 61.8 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка также может быть признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25), притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок.

По смыслу приведенных разъяснений цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.

При этом само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

В отношении прикрывающей сделки ее стороны, как правило, изготавливают документы так, что у внешнего лица создается впечатление будто бы стороны действительно следуют условиям притворного договора. Однако существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом (Определение Верховного Суда РФ от 31.07.2017 N 305-ЭС15-11230).

Как следует из пункта 2.1 соглашения об отступном от 15 ноября 2015 года, заключенного между ФИО4 и ООО «Тандем» стоимость объекта недвижимости составила 4 524 000 рублей. В соответствии с пунктом 2.1 соглашения об отступном от 21 декабря 2015 года, заключенного между ФИО2 и ФИО4 стоимость объекта недвижимости составила 4 524 000 рублей. В подтверждение соразмерности цены за отчуждаемое недвижимое имущество, в материалы дела представлен отчет ООО «Деловой Аудит» № 606 от 21 февраля 2012 года, согласно которому рыночная стоимость нежилого помещения литера АА1, общей площадью 823,9 кв.м., расположенного по адресу: <...> по состоянию на 16.02.2012 составляла 2 376 000 руб.

В суде первой инстанции с целью определения рыночной стоимости объекта недвижимости, определением Арбитражного суда Саратовской области от 19 июня 2017 года назначена судебная оценочная экспертиза; производство экспертизы поручено эксперту ООО «Лаборатория Независимой Судебной Экспертизы»; на разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: какова рыночная стоимость нежилого помещения литера АА1, общей площадью 823,9 кв.м., расположенного по адресу: <...> на дату заключения соглашения об отступном - 15 ноября 2015 года.

Согласно заключению эксперта от 10 июля 2017 года № 17/07-179, в котором сделан вывод, что стоимость объекта недвижимости, нежилого помещения литера АА1, общей площадью 823,9 кв.м., расположенного по адресу: <...> на 15 ноября 2015 года составляла 9 301 284 руб.

При этом, экспертом в ходе судебного разбирательства было дано письменное пояснение относительно стоимости 1 кв. метра оцениваемого недвижимого имущества, которая составила 11 289 рублей.

Суд апелляционной инстанции считает, что заключение эксперта от 10 июля 2017 года №17/07-179, подготовленное по результатам проведенной в рамках настоящего дела судебной экспертизы, соответствует требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выводы эксперта в совокупности носят последовательный непротиворечивый характер, иными доказательствами выводы эксперта не опровергнуты. Данных, свидетельствующих о наличии сомнений в обоснованности выводов эксперта, либо доказательств, опровергающих выводы проведенной экспертизы, ответчиком суду первой инстанции в ходе судебного разбирательства представлено не было. Не представлено таких доказательств и суду апелляционной инстанции. Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации под расписку.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что несогласие подателей апелляционной инстанции с выводами судебной экспертизы, выраженные в апелляционных жалобах, в отсутствие объективных доказательств, их опровергающих, само по себе не является обстоятельством, исключающим доказательственное значение заключения эксперта.

При этом апелляционный суд отклоняет довод апелляционной жалобы о необоснованности отказа судом первой инстанции ходатайства о проведении по делу повторной экспертизы, так как предусмотренных законом оснований для назначения по делу повторной экспертизы у суда не имелось.

Повторная экспертиза назначается при возникновении сомнений в обоснованности выводов эксперта или наличия в этих выводах противоречий (часть 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку в выводах экспертизы, назначенной арбитражным судом, противоречий не усматривалось, суд обоснованно отклонил ходатайство представителя ФИО5 о назначении повторной экспертизы.

При этом, податели апелляционных жалоб оспаривая выводы, сделанные в заключении эксперта от 10 июля 2017 года № 17/07-179 в суде апелляционной инстанции ходатайство о назначении повторной экспертизы не заявили.

Таким образом, в результате произведенных расчетов, на основании данных пояснений эксперта, судом установлено, что оспариваемые конкурсным управляющим сделки - соглашение об отступном от 15 ноября 2015 года, соглашение об отступном от 21 декабря 2015 года совершены по идентичной цене, которая в свою очередь более чем в два раза ниже оценочной стоимости объекта недвижимости, что подтверждается заключением эксперта № 17/07-179 от 10 июля 2017 года.

Данные обстоятельства свидетельствует о наличии неравноценного встречного исполнения обязательств по соглашениям об отступном от 15 ноября 2015 года, 21 декабря 2015 года.

При этом, заключенным между ФИО2 и ФИО5 договором купли-продажи от 28 сентября 2016 года установлена общая цена передаваемого имущества в размере 6 922 200 руб., а согласно расчетам суда по представленной экспертом стоимости одного квадратного метра (11 289 руб.) должна составлять 7 885 366,50 руб.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что рыночная цена передаваемого по договору купли-продажи от 28.09.2016 недвижимого имущества, существенно не отличается от цены, указанной в договоре, в результате чего, у суда отсутствуют основания полагать, что данная сделка заключена с признаками неравноценного встречного исполнения обязательств сторонами сделки.

При этом встречное исполнение обязательств по сделкам предусматривало следующее.

03 апреля 2014 года между ФИО4 и ФИО8 (с 29 ноября 2013 года на основании Приказа №2 директор ООО «Тандем») был заключен договор займа сроком до 20 декабря 2014 года.

Сумма, предоставленная по договору займа, составила 3 000 000 рублей, размер процентов - 2% ежемесячно, проценты за пользование чужими денежными средствами - в размере 0,1% за каждый день просрочки в случае нарушения срока исполнения обязательств.

20 декабря 2014 года между ООО «Тандем» и Первоначальным должником по договору займа от 03 апреля 2014 года был заключен договор о переводе долга ФИО8 ФИО4 на ООО «Тандем».

В соответствии с пунктом 1.1. Договора о переводе долга от 20 декабря 2014 года ФИО8 перевел свои обязательства, возникшие на основании Договора займа от 03 апреля 2014 года на ООО «Тандем».

Так, на ООО «Тандем» была переведена сумма долга в следующем размере: сумма основного долга – 3 000 000 рублей, сумма подлежащих уплате процентов – 360 000 руб., сумма процентов за пользование чужими денежными средствами – 540 000 руб. Итого: 3 900 000 руб.

Пунктом 1.3 Договора о переводе долга была установлена отсрочка исполнения обязательств на срок до 01 августа 2015 года, с начислением процентов в размере 2% в месяц.

15 ноября 2015 года между ФИО4 и ООО «Тандем», в лице директора ФИО8 было заключено соглашение об отступном.

Пунктом 2.1. соглашения об отступном стороны определили задолженность ООО «Тандем» перед ФИО4 по договору о переводе долга от 20 декабря 2014 года в размере 4 524 000 руб. В качестве отступного в счет погашения задолженности стороны определили предать ФИО4 нежилое помещение, находящееся на 3 этаже литер АА1 площадью 823,9 кв.м., расположенное по адресу: <...>, принадлежащее ООО «Тандем» на праве собственности в соответствии со свидетельством о государственной регистрации права от 20 марта 2012 года 64-АГ№ 456694.

Далее, 02 декабря 2015 года между ФИО2 и ФИО9 заключается договор займа. По указанному договору ФИО2 предоставляет займ ФИО4 в сумме 4 524 000 руб., в срок до 20 января 2016 года. Ответственность заемщика указана в размере 0,1% за пользование чужими денежными средствами за каждый день просрочки, в случае нарушения срока возврата займа. 21 декабря 2015 года между ФИО2 и ФИО4 было заключено соглашение об отступном.

В соответствии с условиями соглашения об отступном, стороны договорились о прекращении обязательств, возникших на основании договора займа от 02 декабря 2015 года, путем передачи ФИО2 отступного виде жилого помещения, находящегося на 3 этаже литер AA1 площадью 823,9 кв.м., расположенного по адресу: <...>, принадлежащего ФИО4 на праве собственности.

Таким образом, подтверждением встречного исполнения по соглашению об отступном от 15 ноября 2015 года и по соглашению об отступном от 21 декабря 2015 года являются договор займа от 03 апреля 2014 года, заключенный между ФИО4 и ФИО8; договор о переводе долга от 20 декабря 2014 года, заключенный между ФИО8 и ООО «Тандем»; договор займа от 02 декабря 2015 года, заключенный между ФИО2 и ФИО4

Вместе с тем, в материалы дела ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанции не представлено доказательств наличия у ФИО4 реальной возможности передачи денежных средств в сумме 3 000 000 руб.

Кроме того, договор займа датирован 03 апреля 2014 года, а паспортные данные займодавца указаны с учетом того, что паспорт ФИО10 был выдан в июне 2015 года, спустя более года после даты заключения договора займа. Идентичная ситуация и с распиской в получении денежных средств от 03 апреля 2014 года, с договором о переводе долга от 20 декабря 2014 года, что свидетельствует о том, что перечисленные выше договоры были изготовлены значительно позднее, нежели указанные в них даты, что подтверждает безденежность перечисленных договоров. Об отсутствии встречного исполнения по соглашениям об отступном от 15 ноября 2015 года и 21 декабря 2015 года свидетельствует бухгалтерская отчетность должника, которая на протяжении 2012-2016 годов сдавалась в налоговый орган с нулевым балансом.

При этом, оригиналы договора займа от 03 апреля 2014 года, заключенного между ФИО4 и ФИО8; договора о переводе долга от 20 декабря 2014 года, заключенного между ФИО8 и ООО «Тандем»; договора займа от 02 декабря 2015 года, заключенного между ФИО2 и ФИО4, в материалы дела также не представлены.

Кроме того, ФИО2 является сыном ФИО8, бывшего руководителя и учредителя должника – ООО «Тандем».

Спорные сделки совершены в короткие сроки, следовательно, в рассматриваемом случае имеет место прямой переход контроля над недвижимым имуществом ФИО2 с учетом его аффилированности по отношению к должнику.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оспариваемые сделки прикрывают сделку по отчуждению объектов недвижимости в пользу ФИО2

В соответствии с изложенными в пункте 87 Постановления N 25 разъяснениями согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

При этом, предметом договоров между физическими лицами, являлось не жилое помещение, а коммерческая недвижимость (нежилое помещение). Лицами, участвующими в деле, не представлено объяснений разумной экономической целесообразности действий, направленных на последовательное отчуждение недвижимого имущества.

Таким образом, оспариваемые соглашения об отступном от 15 ноября 2015 года, от 21 декабря 2015 года, заключенные между ООО «Тандем» и ФИО4, между ФИО4 и ФИО2, являются недействительными на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку представляют собой взаимосвязанные притворные договоры, фактически совершенные с целью прикрытия сделки по отчуждению должником ООО «Тандем» имущества (нежилого помещения) в собственность физического лица – ФИО2, связанного с руководителем ООО «Тандем» родственными связями, а значит - аффилированным с должником лицом, и недопущению включения соответствующего имущества в конкурсную массу.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В абзаце 4 пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ 23.12.2010 N 63) указано, что в случае оспаривания подозрительной сделки судом проверяется наличие обоих оснований, установленных как пункте 1, так и пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Из материалов дела следует, что отчуждение должником объекта недвижимости, совершено по цене 4 524 000 рублей. В то же время согласно заключению эксперта № 17/07-179 от 10 июля 2017 года, рыночная стоимость передаваемого по соглашению от отступном имущества составляла 9 301 284 руб.

Кроме того, денежные средства по договору, должнику не поступили, что указывает на отсутствие встречного исполнения по договору.

Таким образом, материалами дела подтверждается факт совершения сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств контрагента, что в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве является основанием для признания ее недействительной.

В пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех указанных обстоятельств.

Пунктом 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что согласно абзацам второму

- пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с абзацем 4 пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу пункта 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Оценивая возможность признания недействительной оспариваемой сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции верно установил, что в период совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Так, на момент совершения сделки по отчуждению нежилого помещения должник ООО «Тандем» имело задолженность перед кредитором НП «РОНЗ» в размере 719 783,49 руб. Более того, по состоянию на 15 ноября 2015 года ООО «Тандем» не вело финансово-хозяйственную деятельность, единственным имуществом должника являлось нежилое помещение общей площадью 823,9 кв. м.

Конкурсным управляющим ФИО3 в целях подготовки предложения о возможности (невозможности) восстановления платежеспособности должника и обоснования целесообразности введения в отношении должника соответствующей процедуры банкротства, а также определения возможности покрытия за счет имущества должника судебных расходов был проведен финансовый анализ ООО «Тандем». В ходе проведения финансового анализа должника конкурсным управляющим было выявлено отсутствие в настоящее время у должника ликвидных активов, что является свидетельством неплатежеспособности ООО «Тандем».

Также конкурсным управляющим в результате анализа коэффициентов финансово-хозяйственной деятельности должника за период 01.01.2013 - 01.08.2016 было выявлено, что к моменту отчуждения нежилого помещения финансовое состояние ООО «Тандем» ухудшилось, о чем свидетельствует наличие неоплаченных платежных поручений в банке, сокращение наиболее ценных активов (основных средств), увеличение обязательств перед кредиторами.

По результатам анализа коэффициентов характеризующих деятельность должника конкурсный управляющий выявил основные причины, обусловившие ухудшение состояния общества: отчуждение актива предназначенного для осуществления основной производственной деятельности; отсутствие основной деятельности; накопление значительной величины обязательств.

Согласно статье 2 абзаца 32 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия вершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из имеющихся материалов дела, ООО «Тандем» без встречного обеспечения произвело отчуждение нежилого помещения общей площадью 823,9 кв. м. третьему лицу - ФИО4, а далее - ФИО2.

Кроме того, ФИО2 являлся заинтересованным лицом по отношению к ООО «Тандем».

При этом стороны спорных сделок заключили последовательные сделки с целью придания сделкам правомерный вид.

Таким образом, как верно отметил суд первой инстанции, отсутствие доказательств оплаты по оспариваемой сделке, а также совершение сделки в отношении заинтересованного лица при наличии признаков неплатежеспособности должника свидетельствует о том, что в результате совершения данной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов ООО «Тандем», так как произошло уменьшение размера имущества должника, которое привело к невозможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании вышеизложенного, спорные сделки подлежат признанию недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В связи с тем, что поскольку притворность указанных соглашений об отступном от 15 ноября 2015 года, от 21 декабря 2015 года уже сама по себе свидетельствует о злоупотреблении правом, соответственно, и лица, участвующие в сделке по отчуждению имущества, совершенной между ООО «Тандем» и ФИО2, не могут являться добросовестными приобретателями.

Таким образом, ФИО2 обязан вернуть в пользу ООО «Тандем» недвижимое имущество, полученное по недействительной сделке, которое на момент рассмотрения обособленного спора ему принадлежит на праве собственности, а именно: нежилое помещение площадью 24,1 кв.м. с кадастровым номером 64:48:040423:977 и нежилое помещение площадью 101,3 кв.м. с кадастровым номером 64:48:040423:978, расположенные по адресу: г. Саратов, ул. имени Академика О.К. Антонова, дом 14А.

При этом, как установлено в пункте 1 статьи Закона о банкротстве, возмещение действительной стоимости имущества, подлежащего возврату, допускается в случае невозможности возврата в натуре имущества в конкурсную массу.

Поскольку в настоящий момент часть спорного объекта недвижимости, а именно нежилое помещение площадью 455,2 кв.м. с кадастровым номером 64:48:040423:979, нежилое помещение площадью 243,3 кв.м. с кадастровым номером 64:48:040423:976, расположенные по адресу: г. Саратов, ул. имени Академика О.К. Антонова, дом 14А, согласно выпискам из ЕГРП от 02 декабря 2016 года принадлежат на праве собственности ФИО5 и доказательств обратного в материалах дела не имеется, применению подлежат последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника действительной рыночной стоимости недвижимого имущества на момент заключения оспариваемой сделки (15.11.2015).

Так, согласно экспертному заключению №17/07-179 от 10 июля 2017 года и пояснения эксперта, данным в ходе судебного разбирательства, рыночная стоимость объекта недвижимости, нежилого помещения литер АА1, общей площадью 823,9 кв.м., расположенного по адресу: г. Саратов, ул. имени Академика О.К. Антонова, дом 14А на дату заключения соглашения об отступном – 15.11.2015 рассчитанная доходным и сравнительным подходом составляет 11 289 рублей.

Таким образом, общая сумма, подлежащая взысканию с ФИО2 в пользу должника за недвижимое имущество общей площадью 698,5 кв.м., составляет 7 885 366,50 рублей.

Суд апелляционной инстанции считает несостоятельными доводы апелляционной жалобы ФИО2 о не извещении ФИО4 о времени и месте рассмотрения заявления в суде первой инстанции.

В материалах дела имеется уведомление, согласно которому ФИО4 18 октября 2017 лично получил почтовое отправление в г. Саратове с извещением о судебном акте по настоящему делу.

При этом, довод заявителя апелляционной жалобы о том, что арбитражный суд вышел за пределы требований, заявленных конкурсным управляющим ООО «Тандем» ФИО3, допустив тем самым нарушение норм процессуального права, признается апелляционным судом несостоятельным, поскольку в соответствии с пунктом 29 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Иные доводы подателей апелляционных жалоб отклоняются судом апелляционной инстанции как основанные на неверном толковании норм материального права.

Однако суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции неправомерно прекратил производство по заявлению конкурсного управляющего к ФИО5

В силу пунктов 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне.

Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В случае подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, оспаривающее сделку лицо вправе по правилам статьи 130 АПК РФ соединить в одном заявлении, подаваемом в рамках дела о банкротстве, требования о признании сделки недействительной и о виндикации переданной по ней вещи: также возбужденное вне рамок дела о банкротстве тем же судом дело по иску о виндикации может быть объединено судом с рассмотрением заявления об оспаривании сделки - их объединенное рассмотрение осуществляется в рамках дела о банкротстве (Постановление Пленума ВАС РФ N 63 от 23.12.2010).

В соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

При этом в силу положений статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 Информационного письма президиума ВАС РФ N 126 от 13.11.2008 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения" приобретатель не является добросовестным в случае, когда совершению сделки сопутствовали обстоятельства, которые должны были вызвать у приобретателя имущества сомнения в отношении права продавца на отчуждение спорного имущества (в том числе явно заниженная цена продаваемого имущества).

Таким образом, конкурсный управляющий ООО «Тандем» ФИО3 имел право соединить требования о признании сделки недействительной и о виндикации переданной по ней вещи, следовательно, суд первой инстанции должен был рассмотреть заявленные требования по существу, а не прекращать производство по заявленным требованиям к ФИО5

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, оценив их с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом вышеуказанных норм и разъяснений, суд апелляционной инстанции установил, что договор купли-продажи между ФИО2 и ФИО5 от 28 сентября 2016 года установил общую цену передаваемого имущества в размере 6 922 200 руб., а согласно расчетам на основании экспертной стоимости одного квадратного метра стоимость имущества должна была составлять 7 885 366,50 руб., следовательно, рыночная стоимость передаваемого по договору купли-продажи от 28 сентября 2016 года недвижимого имущества, существенно не отличалась от цены указанной в договоре.

Доказательств заинтересованности ФИО5 к участникам сделки, либо аффилированности не представлено.

Судом апелляционной инстанции также учитывается, что приобретенные ФИО5 нежилые помещения площадью 455,2 кв.м., 243,3 кв.м. расположены на 3 этаже в общем помещении вместе с помещениями истребованными от ФИО2 Несмотря на то, что указанные помещения не отгорожены и имеют один общий вход, суд апелляционной инстанции учитывает, что принадлежащие ФИО5 нежилые помещения могут быть ей использованы в различных коммерческих целях, как для организации офиса, так и для сдачи в аренду и для других целей.

Доводы конкурсного управляющего ООО «Тандем» ФИО3 о том, что помещения имеют один вход и помещения не разделены перегородками не свидетельствует о недобросовестности ФИО5

При этом отсутствие оплаты со стороны ФИО5 за коммунальные услуги также не свидетельствует о том, что ФИО5 не намерена пользоваться приобретенными нежилыми помещениями и нести бремя содержания нежилых помещений. Кроме того, как пояснили участники спора, никто из собственников спорных помещений - ответчиков по настоящему обособленному спору, также не оплачивает коммунальные услуги.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В материалы дела, не представлены конкурсным управляющим ООО «Тандем» ФИО3 доказательства безвозмездности приобретения недвижимого имущества ФИО5, не представлено доказательств того, что приобретая недвижимое имущество ФИО5 знала или должна была знать об отсутствии у продавца спорного имущества права на его отчуждение, не доказана недобросовестность и злонамеренность поведения ФИО5

В связи с этим, с учетом статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений постановления Конституционного Суда РФ от 21.04.2003 N 6-П, пункта 34 постановления Пленума ВС РФ и ВАС РФ от 29.04.2010 N 10/22 оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего ООО «Тандем» ФИО3 к ФИО5 о признании недействительной сделкой передачу недвижимого имущества по договору купли-продажи от 28 сентября 2016 года и применении последствий недействительности сделки не имеется.



В силу пункта 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе отменить определение полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований к отмене определения суда первой инстанции в части прекращения производства по заявлению, с разрешением вопроса по существу.

Разрешая вопрос о распределении по делу судебных расходов по оплате государственной пошлины, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывает, что государственная пошлина за рассмотрение апелляционных жалобы в суде оплачена при подаче апелляционных жалоб.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 27 февраля 2018 года по делу № А57-7379/2016 в части прекращении производства по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Тандем» ФИО3 к ФИО5 о признании недействительной сделкой передачу недвижимого имущества по договору купли-продажи от 28 сентября 2016 года и применении последствий недействительности сделки отменить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Тандем» ФИО3 к ФИО5 о признании недействительной сделкой передачу недвижимого имущества по договору купли-продажи от 28 сентября 2016 года и применении последствий недействительности сделки отказать.

В остальной части определение оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий О.В. Грабко






Судьи И.А. Макаров






А.Ю. Самохвалова