Постановление от 24 сентября 2024 г. по делу № А40-213556/2021

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-52931/2024

 г. Москва                                                                                    Дело № А40-213556/21

25.09.2024

Резолютивная часть постановления объявлена 17.09.2024

Постановление изготовлено в полном объеме 25.09.2024


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.Ц. Бальжинимаевой,

судей А.А. Комарова, А.Г. Ахмедова, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Кирилловой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника на определение Арбитражного суда города Москвы от 24.06.2024 по спору о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО Кинокомпания «Мейджор Фильм»,

при участии представителей: согласно протоколу судебного заседания,


У С Т А Н О В И Л

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.06.2021 Общество с ограниченнои? ответственностью Кинокомпания «Меи?джор Фильм» (ОГРН <***>, ИНН <***>, дата регистрации: 29.04.2005; адрес: 107140, г. Москва, площадь Комсомольская, д. 3/30, строение 4, оф. 401/1; далее - ООО Кинокомпания «Мейджор Фильм», должник) признано несостоятельным банкротом, конкурсным управляющим утверждена ФИО1.

В Арбитражныи? суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего  о привлечении ФИО2, ФИО5? Натальи Валерьевны, ФИО3 к субсидиарнои? ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.02.2024 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требовании? относительно предмета спора, привлечен ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.06.2024 в удовлетворении указанного заявления конкурсного управляющего должника отказано.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО5? Н.В. конкурсный управляющий должника обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

Конкурсный управляющий должника в апелляционной жалобе повторяет свои доводы, приводимые в суде первой инстанции, о наличии оснований для привлечения ФИО2, ФИО5? Н.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В судебном заседании представитель ФИО5? Н.В. на доводы апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в приобщенном к материалам дела отзыве, просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения.

ФИО3 на доводы апелляционной жалобы также возражала, просила оставить обжалуемое определение без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в частности, заявитель апелляционной жалобы, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку лицами, участвующими в деле, не заявлены возражения о пересмотре судебного акта только в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО5? Н.В., суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения Арбитражного суда города Москвы в обжалуемой части.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда в обжалуемой части, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности основано на положениях статей 61.10, 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивировано совершением ими действий, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов ООО Кинокомпания «Мейджор Фильм».

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявление конкурсного управляющего должника, исходил из не представления им достаточных доказательств наличия обязательных условий при которых возможно привлечение ФИО2, ФИО5? Н.В., ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Выводы суда первой инстанции в отношении ФИО3 не обжалуется, в связи с чем, судебный акт в данной части пересмотру не подлежит.

Что касается выводов суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО5? Н.В. суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять деи?ствия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условии?.

Согласно пункту 4 указаннои? статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

являлось руководителем должника или управляющеи? организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационнои? комиссии;

имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акции? акционерного общества, или более чем половинои? долеи? уставного капитала общества с ограниченнои? (дополнительнои?) ответственностью, или более чем половинои? голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса России?скои? Федерации.

При этом осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свои?ство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Одновременно с этим в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы деи?ствия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Как следует из материалов дела, в период с 29.04.2005 по 05.08.2022 ФИО2 являлся генеральным директором должника, участником должника с 33,33% долеи? участия с 26.07.2011 по настоящее время.

ФИО5 - участник должника с 33,33 % долеи? участия с 17.08.2009 пo настоящее время.

Таким образом, ФИО2  и ФИО5 являются контролирующими должника лицами.

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченнои? ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточнои?, следует исходить из того, что таковои? может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночнои? цене, в результате совершения которои? должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлении? хозяи?ственнои? деятельности, приносивших ему ранее весомыи? доход.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившеи? существенныи? вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недеи?ствительности, в том числе предусмотренные статьеи? 61.2 (подозрительные сделки) и статьеи? 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости даннои? сделки, так и ее существеннои? убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительнои? сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Согласно заявлению конкурсного управляющего 30.09.2020 должник заключил с ООО «Кинозавод» договор № 30092020-МФ, по итогам которого, как считает заявитель, причинен вред кредиторам и должнику, поскольку возможная рыночная стоимость исключительных прав на видеосюжеты принадлежащие должнику на момент совершения сделки (30.09.2020) определенная доходным методом составляла 1 941 000 руб.

Таким образом, сделка по передаче исключительных прав на видеосюжеты была экономически нецелесообразна, а по сути, являлась дарением заинтересованному лицу, и нанесла вред имущественным правам кредиторов, исключив из хозяи?ственного оборота единственныи? актив должника.

Однако вопреки доводам конкурсного управляющего постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2024 по настоящему делу было установлено следующее:

- сделка не выходит за пределы предпринимательскои? деятельности;

- суд апелляционнои? инстанции не согласился с расчетом стоимости объектов;

- не представлено достоверных доказательств того, что сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, а также что в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Таким образом, апелляционная инстанция пришла к выводу об отсутствии основании? для призвания сделки недеи?ствительнои?, поскольку указанная сделка не выходит за пределы предпринимательскои? деятельности сторон, в результате совершения сделки не был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 13.08.2024постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2024 оставлено без изменения.

Соответственно, вступившим в законную силу судебными актами установлено, что приведеннои? выше сделкои? вред имущественным правам кредитора причинен не был, в связи с чем, ответчики не могут быть привлечены к субсидиарнои? ответственности по заявленному основанию.

Кроме того, такая сделка не отвечает критериям значимости и существеннои? убыточности, что также не дает основании? для применения презумпции, установленной в пункте  1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Таким образом, не имеется оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за заключение указанной выше сделки.

В рамках настоящего дела ФИО2 (руководитель) привлечен к субсидиарнои? ответственности по обязательствам должника на весь реестр требовании? кредиторов должника, а также установлены причины банкротства общества – факт неисполнения соглашения от 14.12.2010 № 14122010ДЕВ об инвестировании производства кинофильма, заключенного с Республиканским фондом поддержки социально-экономических программ «Созидание» (фонд), приведшии? к наступлению признаков объективного банкротства должника и признанию должника банкротом.

ФИО2 осуществлял функции генерального директора должника в период с 29.04.2005 по 06.08.2022. В его прямые обязанности входило заключение и исполнение сделок.

Конкурсныи? управляющии? полагал, что по приведенным основаниям привлечения к субсидиарнои? ответственности ФИО2 (генеральныи? директор) следует привлечь к ответственности также и ФИО5  (участника).

При этом конкурсныи? управляющии? не конкретизирует в чем именно заключалась противоправность деи?ствий (бездеи?ствия) участника, которые явились необходимои? причинои? банкротства должника.

ФИО5 не давала каких-либо указании? руководителю должника (ФИО2) на срыв заключенного договора с кредитором; доказательства обратного в материалы дела не представлены.

Как установлено судом первой инстанции, у участников общества, в том числе ФИО5, отсутствовали основания полагать о финансовых проблемах общества вплоть до инициирования кредитором судебного спора № А40-174423/2020, поскольку:

- общество активно вело предпринимательскую деятельность, снимало фильмы, рекламу, видеоклипы и др.;

- общество участвовало со своими работами на кинофестивалях, неоднократно награждалось или номинировалось на награждение;

- общество имело положительныи? баланс: 2015 год – 23 328 тыс. руб., 2016 год – 24 274 тыс. руб., 2017 год – 22 095 тыс. руб., 2018 год – 9 485 тыс. руб., 2019 год – 7 391 тыс. руб., 2020 год – 5 907 тыс. руб.;

- общество получало прибыль;

- участники общества полагали об отсутствии задолженности перед фондом, поскольку руководителем были представлены промежуточные отчеты, подтверждающие произведенные затраты на съемку фильма по соглашению от 14.12.2010 № 14122010ДЕВ об инвестировании производства кинофильма на сумму 43 327 749, 39 руб.

О наличии признаков банкротства стало известно после взыскания задолженности в пользу единственного кредитора в судебном порядке, т.е. с 18.05.2021, после чего было принято решение о подаче в арбитражныи? суд заявления о признании общества банкротом, для чего:

- 09.09.2021 обществом было опубликовано сообщение № 09634956 в Федресурсе о своем намерении обратиться в арбитражныи? суд с заявлением о признании банкротом;

- 05.10.2021 обществом было подано заявление в арбитражныи? суд о признании банкротом.

В деи?ствиях ФИО5? Н.В. отсутствует неправомерность, она обоснованно полагала, исходя из доступных данных и представленных руководителем документов, об экономически положительнои? деятельности общества и отсутствии кредиторов вовсе. В поведении ФИО5 отсутствует нарушение принципов добросовестности и разумности.

В материалы дела не представлены доказательства, позволяющие сделать вывод о том, что банкротство общества и невозможность удовлетворения требовании? кредитора в полном объеме явилось следствием неправомерных деи?ствии? участников должника, в том числе ФИО5

Таким образом, не имеется оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности за совершение действий (бездействия), повлекшего несостоятельность должника.

Что касается доводов конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным подпунктами 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве суд апелляционной инстанции учитывает следующее.

В силу норм статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарнои? ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требовании? кредиторов, включенных в реестр требовании? кредиторов.

Определением Арбитражного суда города Москвы по настоящему делу от 13.03.2023 ФИО2 привлечен к субсидиарнои? ответственности по обязательствам ООО «Кинокомпания «Меи?джор Фильм» по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 Закона о банкротстве; с ФИО2 в конкурсную массу должника взысканы денежные средства в размере 50 206 000 руб.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарнои? ответственности является исключительным (экстраординарным) механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

Учитывая вышеизложенное, а также принимая во внимание, что ФИО2 привлечен к субсидиарнои? ответственности на весь реестр требовании? кредиторов суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии основании? для удовлетворения заявления конкурсного управляющего в даннои? части.

Все доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения ФИО2, ФИО5? Н.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, в том числе по мотивам, изложенным выше.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что ФИО5, как участник общества, действительно имела право участвовать в управлении обществом и получать информацию о деятельности общества, знакомиться с его бухгалтерскими и иной документацией, однако данные обстоятельства не подтверждают ее осведомленность и/или причастность к тому, что ООО Кинокомпания «Мейджор Фильм» не исполняло обязательства перед Республиканским фондом поддержки социально-экономических программ «Созидание».

Отсутствуют в материалах дела и доказательства осведомленности и/или причастности ФИО5 к сделкам по перечислению должником денежных средств в пользу третьих лиц на сумму 17 875 947,80 руб. При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что, как правильно указа суд первой инстанции, принимая во внимание дату образования признаков банкротства у должника - 18.08.2021, проверяемыи? трехлетнии? период исчисляется с 18.08.2018. Платежи же на сумму 17 875 947,80 руб. были совершены в период с 11.12.2015 по 20.01.2016.

Кроме того, в обоснование своих доводов о недействительности указанных платежей конкурсный управляющий ссылался только на свои предположения о безвозмездности данных платежей; иных доказательств, в том числе свидетельствующих о получении ФИО5 выгоды от совершенных платежей, в материалы дела не представлено.

Судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной жалобы, однако они не опровергают выводы суда, положенные в основу судебного акта первой инстанции, и не могут служить основанием для отмены определения Арбитражного суда города Москвы от 24.06.2024 в обжалуемой части и удовлетворения апелляционной жалобы.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает определение суда первой инстанции в обжалуемой части обоснованным, соответствующим нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по изложенным в ней доводам.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 24.06.2024 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья:                                    Ж.Ц. Бальжинимаева

Судьи:                                                                                 А.А. Комаров

А.Г. Ахмедов