Решение от 11 июня 2020 г. по делу № А40-269/2020

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А40-269/20-149-2
г. Москва
11 июня 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 08 июня 2020 года

Решение в полном объеме изготовлено 11 июня 2020 года

Арбитражный суд в составе судьи Кузина М.М.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению ООО «Блоссом»

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по г.Москве

третье лицо: ФКУ «В/ч №28178»

о признании незаконным решения

с участием:

от заявителя: ФИО2 (дов. от 20.12.2019 №1/10)

от ответчика: ФИО3 (дов. от 27.12.2019 №03-76)

от 3-го лица: ФИО4 (дов. от 17.04.2019 №166/320)

УСТАНОВИЛ:

ООО «Блоссом» (далее – заявитель, Общество) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании незаконным решения Управления Федеральной антимонопольной службы по г.Москве (далее – ответчик, антимонопольный орган, Московское УФАС России) от 11.10.2019 по делу №077/10/19-11440/2019 о проведении проверки факта одностороннего отказа от исполнения государственного контракта.

Заявитель поддержал требования в полном объеме по доводам, изложенным в заявлении.

Ответчик против удовлетворения требований возражал по доводам, изложенным в отзыве.

ФКУ «В/ч №28178» (далее – заказчик) поддержало позицию ответчика.

Изучив материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании ст.71 АПК РФ, суд установил, что требования заявителя не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч.4 ст.198 АПК РФ заявление об оспаривании ненормативного правового акта может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом.

Суд установил, что срок установлены для оспаривания ненормативного правового акта, установленный ч.4 ст.198 АПК заявителем не пропущен.

В соответствии со ст.198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии со ст.13 Гражданского кодекса РФ, п.6 Постановления Пленума ВС и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным, является, одновременно как несоответствие его закону или иному нормативно-правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых интересов граждан или юридических лиц, обратившихся в суд с соответствующим требованиям.

Согласно ч.4 ст.200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, в круг обстоятельств подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, действий (бездействий) госорганов входит проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативно-правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом, действием (бездействием) прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Как следует из заявления и материалов дела, в антимонопольный орган поступило обращение ФКУ «Войсковая часть 28178» о включении сведений в отношении заявителя в реестр недобросовестных поставщиков на основании имевшего место с его стороны одностороннего отказа от исполнения государственного контракта по причине неисполнения заявителем условий этого контракта.

В результате рассмотрения указанного обращения антимонопольным органом вынесено решение о включении сведений о заявителе в реестр недобросовестных поставщиков в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по поставке запасных частей и расходных материалов к полиграфической технике «Хегох».

Не согласившись с принятым решением, общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании вынесенного ненормативного правового акта недействительным.

В обоснование своей позиции заявитель ссылается на неполное выяснение антимонопольным органом всех обстоятельств, имеющих значение для данного дела.

Как указывает заявитель, им был поставлен требуемый товар в части, однако в связи с прекращением производства определенной детали, общество не смогло поставить товар в полном объеме.

Отказывая в удовлетворении требований ООО «Блоссом», суд исходит из следующего.

Включение сведений в Реестр осуществляется уполномоченным органом в порядке, определенном Федеральным законом от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон о контрактной системе) и Правилами ведения реестра недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей), утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 года№ 1062 (далее — Правила ведения реестра).

В силу ч. 2 ст. 104 Федерального закона от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон о контрактной системе) в реестр недобросовестных поставщиков включается информация о поставщиках (подрядчиках, исполнителях) в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов.

Согласно ч. 8 ст. 95 Закона о контрактной системе расторжение контракта допускается в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

В соответствии с ч. 9 названной статьи закона заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации (далее — ГК РФ) для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

Как следует из фактических обстоятельств дела, 03.04.2019 между заявителем и заказчиком был заключен контракт №166/313/19-118.

Согласно п. 1.1 названного контракта поставщик обязуется поставить запасные части и расходные материалы к полиграфической технике «Хегох» в соответствии с ведомостью поставки в порядке и на условиях, предусмотренных госконтрактом.

Согласно п. 3.1 контракта поставка товара осуществляется в течение 60 календарных дней с даты подписания контракта. Соответственно, поставить требуемый товар обществу надлежало в срок до 02.06.2019.

Как следует из материалов дела, 04.06.2019 (с пропуском регламентированного срока) заявителем был поставлен товар, однако не в полном объеме. При этом общество, уведомило заказчика о невозможности поставки оставшегося товара, вследствие прекращения его выпуска производителем. Указанные обстоятельства не оспариваются заявителем (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ).

Заказчиком в адрес общества, с учетом поступившего письма о невозможности поставить товар, были направлены претензии от 19.06.2019 №166/3/Т-2695, от 01.08.2019 № 166/3/Т-3245, из содержания которых следует, что заказчик готов расторгнуть контракт по соглашению сторон с выплатой заявителем штрафа в размере 10% от цены контракта, либо обществом должен быть поставлен товар с улучшенными характеристиками.

В ответ на указанные претензии письмами от 24.06.2019 №5/1/220-н, от 02.08.2019 №5/1/318-н общество просило исключить из п. 28 Ведомости поставки снятый с производства товара.

Указанные обстоятельства послужили основанием для принятия заказчиком решения об одностороннем расторжении контракта от 28.08.2019.

Впоследствии все документы и сведения, касающиеся исполнения контракта, были переданы в Московское УФАС России для разрешения вопроса о применении мер публичной ответственности.

В результате рассмотрения названных документов комиссия антимонопольного органа приняла решение о необходимости включения сведений о заявителе в реестр недобросовестных поставщиков ввиду недоказанности наличия объективных оснований для неисполнения обязательств по контракту.

Согласно условиям контракта, заявитель обязан поставить запасные части и расходные материалы к полиграфической технике «Хегох» в срок до 02.06.2019.

Как указано выше, заявителем 04.06.2019 (с пропуском установленного контрактом срока) был поставлен требуемый товар не в полном объеме.

Руководствуясь п. 11.4 контракта и Законом о контрактной системе, заказчик расторг контракт 28.08.2019. Решение об одностороннем отказе было получено заявителем посредством электронной почты, что последним не оспаривается (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ).

В свою очередь, основания для одностороннего расторжения договора поставки предусмотрены ст. 523 ГК РФ, согласно ч. 1 которой односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абз. 4 п. 2 ст. 450 ГК РФ).

При этом, в силу приведенной нормы права существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Таким образом, из совокупного толкования ч.ч. 8, 9 ст. 95 Закона о контрактной системе закупок, ст.ст. 450, 523 ГК РФ следует, что основанием для одностороннего расторжения государственного контракта на поставку товаров является существенное нарушение одной из сторон своих обязательств по этому контракту в случае, если возможность такого расторжения была предусмотрена государственным контрактом.

Учитывая то обстоятельство, что предметом контракта в настоящем случае являлась поставка товаров, то в контексте постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда

Российской Федерации от 14.02.2012 №12632/11 предмет договора поставки, а также качество поставляемого товара относятся к существенным условиям такого договора.

Согласно фактическим обстоятельствам дела, общество поставило некачественный товар (в части требований к его оригинальности), что не оспаривается заявителем (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ), а даже подтверждается тем, что последний согласился с заменой поставленного товара.

Согласно п. 7 контракта поставщик гарантирует, что товар поставлен в полном объёме, новый и не был в эксплуатации, функциональные характеристики поставляемого товара должны удовлетворять потребностям заказчика, изложенным в спецификации согласованного товара, поставляемого по государственному контракту.

Однако материалами дела подтверждается, что заявителем был пропущен срок поставки товара, а также был поставлен товар не в полном объеме. При этом доказательств обратного заявителем, вопреки ч. 1 ст. 65 АПК РФ, не представлено.

Доводы общества о невозможности поставить товар, в связи с его снятием с производства, подлежат отклонению, по следующим основаниям.

Так, из материалов дела усматривается, что о невозможности поставить необходимую деталь общество уведомило заказчика после заключения контракта, уведомив последнего письмом б/н б/д с подтверждением скриншотов производителя, датированных 31.12.2018. Указанное обстоятельство подтверждает, что общество, как профессиональный участник рассматриваемых правоотношений, при необходимой предусмотрительности могло до заключения контракта сообщить заказчику о снятии с производства необходимой детали путем направления запроса разъяснений условий контракта. В то же время, как следует из материалов дела, надлежащему информированию заказчика об имеющихся обстоятельствах общество предпочло подачу заявки на участие в закупке, заключение государственного контракта по результатам этой закупки, а впоследствии, придя к выводу о невозможности надлежащего и своевременного исполнения со своей стороны условий государственного контракта, сочло возможным проинформировать заказчика о снятии товара с производства еще за 3 (три) месяца до даты заключения контракта. Оценивая действия заявителя в указанной части, следует признать, что они были совершены явно за пределами границ собственных прав и обязанностей и представляли собой не что иное, как попытку избежать применения к нему мер публично-правовой ответственности за неисполнение принятых на себя обязательств, что не может свидетельствовать в пользу проявленной обществом добросовестности в ходе исполнения контракта.

Следует также отметить, что в настоящем случае рассматриваемые правоотношения урегулированы нормами публичного права и предполагается значительно более ответственное отношение сторон к принятым на себя обязательствам. Победитель конкурентной процедуры должен осознавать, что он вступает в публично-правовые отношения, связанные с расходованием бюджетных средств на реализацию публичных экономически и социально значимых нужд, что предполагает значительно большую ответственность сторон в этих правоотношениях, в отличие от тех правоотношений, которые основаны исключительно на частно-правовых началах.

При этом, риски, сопутствующие предпринимательской деятельности (ст. 2 ГК РФ) и возникающие вследствие ненадлежащего исполнения принятых на себя обязанностей, подрядчик несет самостоятельно.

В настоящем случае, поставка товара в полном объеме в установленный срок осуществлена не была, следовательно общество фактически отказалось от выполнения обязательств в полном объеме.

В установленном ст. 95 Закона о контрактной системе порядке общество не устранило причины, послужившие основанием для принятия учреждением решения об одностороннем отказе от исполнения контракта даже после 28.08.2019. Факт ненадлежащего исполнения обществом своих обязательств зафиксирован заказчиком, подтверждается материалами дела, а обратного заявителем, вопреки ч. 1 ст. 65 АПК РФ, не доказано.

Невозможность урегулирования поставки товара, снятого с производства, не является обстоятельством, освобождающим лицо от публично-правовой ответственности, поскольку такое обстоятельство является предпринимательским риском, сопутствующим деятельности коммерческой организации (риском, не относящимся на заказчика, который вправе своевременно получить то, на что он рассчитывал) и в настоящем случае данное обстоятельство имело место ранее момента заключения государственного контракта, а потому, заключив этот контракт на изложенных в нем условиях, заявитель конклюдентно (ч. 1 ст. 8 ГК РФ) согласился со всеми изложенными в этом контракте условиями и в контексте ст. 309 ГК РФ обязался исполнить принятые на себя обязательства в полном объеме.

Согласно ч. 3 ст. 401 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Таким образом, невозможность поставки в связи с прекращением производства деталей, о чем заявителю было доподлинно известно до заключения контракта, к числу обстоятельств непреодолимой силы не относится.

В настоящем случае, общество безосновательно пытается отнести риски собственного недобросовестного поведения на заказчика, которому была сорвана закупка. Такие действия общества, в контексте ч. 4 ст. 1 ГК РФ, расцениваются антимонопольным органом как направленные на извлечение преимуществ из своего недобросовестного поведения в виде безосновательного ухода от применения к нему мер публично-правовой ответственности за неисполнение принятых на себя обязательств по контракту.

Таким образом, объективных оснований, свидетельствующих о невозможности исполнить обязательства по государственному контракту, со стороны заявителя не приведено, в связи с чем у антимонопольного органа отсутствовали правовые основания для освобождения лица от мер публично-правовой ответственности.

Исходя из требований ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе, включению в реестр недобросовестных поставщиков подлежит информация, в том числе о лицах, с которыми расторгнуты государственные контракты вследствие их недобросовестного поведения в ходе их исполнения.

При этом, учитывая то обстоятельство, что реестр недобросовестных поставщиков является мерой публично-правового характера, антимонопольный орган в каждом конкретном случае обязан выяснить причины неисполнения контракта и оценить действия хозяйствующего субъекта в процессе его исполнения, что и было сделано административным органом в настоящем случае.

В этой связи в целях разрешения вопроса о включении либо невключении сведений о хозяйствующем субъекте в реестр недобросовестных поставщиков антимонопольный орган оценивает действия исполнителя с точки зрения недобросовестности.

В настоящем случае заявителем не были предприняты все необходимые и разумные меры с целью исполнения государственного контракта, в связи с чем включение заявителя в реестр недобросовестных поставщиков является необходимой мерой его ответственности, поскольку служит для ограждения государственных заказчиков от недобросовестных поставщиков.

Как следует из Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Действия общества не были направлены на улучшение положения заказчика.

В этой связи, учитывая факт неисполнения заявителем своих обязательств по контракту, существенность допущенных заявителем нарушений (непоставка товара в полном объеме в предусмотренный контрактом срок), а также учитывая факт вступления в силу решения заказчика от 28.08.2019 об одностороннем отказе от исполнения указанного контракта и непринятие заявителем никаких мер, направленных на устранение выявленных заказчиком нарушений, антимонопольный орган пришел к обоснованному выводу о том, что заявитель не проявил ту степень заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него при исполнении государственного контракта, что в силу действующего гражданского законодательства влечет применение к нему мер как частно-правовой, так и публично-правовой ответственности.

Тут же следует отметить, что действия заказчика и его решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, общество не оспаривало.

На основании изложенного у антимонопольного органа отсутствовали основания для невключения сведений о заявителе в реестр недобросовестных поставщиков, в связи с чем принятое решение следует признать законным и обоснованным.

Выводы антимонопольного органа соответствуют обстоятельствам и материалам дела, отвечают положениям ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе. Мера ответственности соответствует допущенным нарушениям; ее неприменение противоречило бы законодательству и публичному правопорядку.

Приведенные же заявителем доводы о малозначительности допущенного им нарушения условий государственного контракта подлежат отклонению как не основанные на нормах права, поскольку нормоположения ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе подобного разграничения нарушений условий контракта не предусматривают, а потому ответственности подлежит любое лицо за неисполнение условий принятых на себя обязательств, если не докажет, что неисполнение им своих обязательств явилось следствием обстоятельств непреодолимой силы. В настоящем же случае таких доказательств со стороны заявителя приведено не было, а потому при оценке соотношения степени недобросовестности участника и последствий, которые наступили вследствие ненадлежащего исполнения обществом своих обязательств в рамках государственного контракта, следует признать, что ограничение права заявителя на участие в государственных закупках сроком на два года не превышает степень негативных последствий, наступивших для заказчика, в связи с чем примененная антимонопольным органом мера является соразмерной и справедливой.

Кроме того, необходимо обратить внимание, что Заявитель имеет возможность участия в процедурах определения поставщиков, в которых заказчиками не установлено требование к участникам закупок об отсутствии соответствующей информации в Реестре, а также во всех закупочных процедурах, проводимых в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 11.05.2012 по делу №ВАС-5621/12, «само по себе включение в реестр недобросовестных поставщиков не подавляет экономическую самостоятельность и инициативу общества, не ограничивает чрезмерно его право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, а также право частной собственности, не препятствует осуществлению обычной хозяйственной деятельности».

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что совокупность условий, предусмотренных ч. 1 ст. 198 АПК РФ и необходимых для признания незаконным оспариваемого решения отсутствуют, оспариваемое решение является законным, обоснованным, принято в полном соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации о контрактной системе и не нарушает прав и законных интересов Заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в связи с чем заявленные требования удовлетворению не подлежат (ч. 3 ст. 201 АПК РФ).

Судом проверены все доводы заявителя, однако они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований.

Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на заявителя.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 1-13, 15, 17, 27, 29, 51, 64-68, 71, 75, 81, 123, 156, 163, 166-170, 176, 180, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления ООО «Блоссом» - отказать.

Проверено на соответствие требованиям действующего законодательства.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с даты принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья: М.М. Кузин