Постановление от 3 декабря 2020 г. по делу № А27-7656/2016

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Томск Дело № А27-7656/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 26 ноября 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 декабря 2020 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зайцевой О.О.,

судей: Иванова О.А.

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Гребенюк Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Чешский экспортный банк» (№07АП-10462/2017(48)) на определение от 21.09.2020 Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-7656/2016 (судья Димина В.С.) о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Шахта «ЗАРЕЧНАЯ», ОГРН <***>, ИНН <***>, город Полысаево, зарегистрированное по адресу: 652562, <...>, принятое по акционерного общества «Чешский экспортный банк», город Прага, Чешская Республика о взыскании убытков с контролирующих должника лиц

при участии в судебном заседании:

- от АО «Чешский экспортный банк» - ФИО2, доверенность от 15.05.2020, паспорт;

- от ФИО3 – ФИО4, доверенность от 16.11.2020, паспорт,

у с т а н о в и л:

в рамках дела о банкротстве акционерного общества «Шахта «ЗАРЕЧНАЯ», ОГРН <***>, ИНН <***>, город Полысаево (далее – АО «Шахта «ЗАРЕЧНАЯ», должник), признанного банкротом решением суда от 20 ноября 2017 года, конкурсный кредитор акционерное общество «Чешский экспортный банк», город Прага, Чешская Республика (далее- АО «ЧЭБ», конкурсный кредитор, банк) 16 июля 2019 года обратился в суд с заявлением о взыскании с контролирующих должника лиц: общества с ограниченной ответственностью «Угольная компания «Заречная» ИНН <***>, ОГРН <***> (далее - ООО «УК «Заречная», ответчик-1), ФИО3 (далее-Харитонов В.Н., ответчик-2) в пользу банка убытков в размере стоимости отчужденного предмета залога, в сумме 79 923 200 рублей.

Банком в суд направлены уточнения к заявлению, в которых он просит взыскать в конкурсную массу должника с ООО «УК «Заречная», ФИО3 в конкурсную массу АО «Шахта «ЗАРЕЧНАЯ» убытки в размере 79 923 200 рублей (том 780, л.д.1-2)а также пять дополнительных пояснений к заявлению (том 780, л.д.3-6), том 812, л.д.10-12, л.д. 42-46, л.д. 127-128, т. 847, л.д.2-5).

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 21.09.2020 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, АО «Чешский экспортный банк» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы апеллянт указывает, что к рассматриваемым правоотношениям суд первой инстанции применил норму статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-Ф3, не подлежащей применению, в связи с чем, срок исковой давности не пропущен. Возможность взыскания убытков с руководителей должника, вызванных утратой предмета залога, подтверждается правоприменительной практикой, например, постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.03.2018 №007-663/2018 по делу №А56-2542/2016.

ФИО3 согласно письменному отзыву против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле, не поступило.

В судебном заседании представитель АО «Чешский экспортный банк» просил апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель ФИО3 поддержал возражения, изложенные в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между банком (кредитор) и должником (заемщик) 5 марта 2009 года заключен кредитный договор № <***> (том 780, л.д. 65-139). В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору его сторонами 1 июня 2009 года заключен договор залога недвижимого имущества, по условиям которого согласно приложению № 1 в залог передано следующее имущество: крепь MVPO 2008 (0,72/2.1), в количестве 136 штук, аппаратура управления (САУК) 1 штуки, конвейер главный CZK 190/800-207м (прямой пересып),с ЗИП в количестве 1 штуки, перегружатель PZF 05/PЗ (64 м) с ЗИП (без дробилки DU 2) в количестве 1 штуки, маслостанция НА 200/320 Р1 в количестве 2-х штук, пускатель ARK9U (9 контакторов) в количестве 1 штуки, дизелевоз BIZON, 120 в количестве 6 штук (том дела 717, л.д. 33).

В соответствии с разделом 5.07 договора залога продавать, уступать, передавать, закладывать, отдавать в аренду или иным образом распоряжаться или создавать какое - либо обременение, либо иным образом обременять заложенное имущество или любое право, связанное с заложенным имуществом, залогодатель не вправе без предварительного письменного согласия залогодержателя.

Между ОАО «Шахта «ЗАРЕЧНАЯ» (продавец) и покупателем ОАО «Угольная компания «Шахта «Красноармейская-Западная № 1» (в настоящее время ПАО «Шахтоуправление «Покровское») 17 июля 2009 года заключен контракт ZK-1 на поставку конвейера главного CZK 190/800-207м (прямой пересып),с ЗИП в количестве 1 штуки, стоимостью 2 216 315,41 Евро, с оплатой по июль 2016 года включительно (том 717, л.д. 46-50).

При этом, ОАО «Шахта «Заречная» конвейер был приобретен по цене 1 792 000 Евро, что подтверждается спецификацией к контракту № ZAR- CEB-0412008 от 15 декабря 2008 года, заключенному должником с компанией «T.Machinery a.s.» (Чешская Республика).

От имени АО «Шахта «ЗАРЕЧНАЯ» кредитный договор, договор залога и контракт ZK-1 подписаны ФИО3, генеральным директором ООО «Угольная компания «Заречная», которое в период с 10.10.2008 по 19.11.2017 осуществляло полномочия единоличного исполнительного органа должника. ФИО3 в период с 16 июня 2008 года по 27 сентября 2013 года являлся генеральным директором управляющей организации.

Полагая, что ООО «УК «Заречная», как учредитель должника и его единоличный исполнительный орган, а также ФИО3, как генеральный директор управляющей компании, заключив договор о продаже заложенного имущества без согласия залогового кредитора, действовали недобросовестно, в результате их действий имущество не вошло в конкурсную массу должника, что повлекло убытки для залогового кредитора, не получившего удовлетворение своих требований за счет реализации предмета залога, банк обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Судом отказано в удовлетворении требования в связи с пропуском срока исковой давности.

Между тем, судом не учтено следующее.

Исследовав представленные материалы дела в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим, а также о возмещении убытков, причиненных должнику- юридическому лицу его органами могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты.

Вывод суда первой инстанции о возможности применения по настоящему обособленному спору специальных сроков исковой давности по заявлениям о привлечении к субсидиарной ответственности является ошибочным.

В отношении доводов о пропуске как годичного, так и трехлетнего срока исковой давности, апелляционный суд отмечает следующее.

В соответствии с абзацем 4 п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ, подлежащему применению по настоящему делу), заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Между тем, порядок взыскания убытков регулируется пунктом первым статьи 10 Закона о банкротстве

Так, согласно этому пункту, в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

АО «Чешский экспортный банк» не заявляло о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, предметом его требования является взыскание определенной суммы убытков, вызванных потерей залогового обеспечения. Причем убытков, возникших не у всех кредиторов и должника, а у конкретного кредитора, лишившегося предмета залога.

По таким категориям споров Закон о банкротстве в редакции Федерального закона № 134 – ФЗ, не предусматривал специальных сроков исковой давности.

В этой ситуации подлежит применению общий срок исковой давности, предусмотренный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так, в пункте 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 данного кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу пункта 59 Постановления Пленума № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

В пункте 68 постановления от 21.12.2017 № 53 разъяснено следующее, поскольку заявленное по корпоративным основаниям требование о привлечении к ответственности в силу прямого указания Закона о банкротстве подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушения директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредовано) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение. При этом течение срока исковой давности не может начаться ранее дня, когда названные лица узнали или должны были узнать о том, кто является надлежащим ответчиком (например, фактическим директором).

Таким образом, право на предъявление в деле о банкротстве требований к контролирующим должника лицам о взыскании убытков у конкурсного кредитора не могло возникнуть ранее введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Процедура банкротства - наблюдение введена в отношении АО «Шахта «ЗАРЕЧНАЯ» 30 января 2017 года.

АО «Чешский экспортный банк» обратилось с заявлением об установлении требований 15 марта 2017 года.

Определением от 31 мая 2017 года (в полном объеме определение изготовлено 05 июня 2017 года) требования банка установлены и включены в реестр требований кредиторов должника как обеспеченные залогом имущества должника, в том числе и выбывшим из конкурсной массы оборудованием.

В рамках этого обособленного пора банк в своих пояснениях указывал на отсутствие доказательств утраты залогового имущества, а также утраты возможности обращения взыскания на данное имущество (том 218, л.д. 156-157).

Сведения о залоге имущества в пользу банка внесены 05.05.2017 в реестр уведомлений о залоге (том 812, л.д. 20).

Конкурсный управляющий АО «Шахта «ЗАРЕЧНАЯ» письмом от 10 января 2018 года (том 717, л.д.64-68) направил банку ведомость находящегося у должника залогового имущества банка, среди которого конвейер главный CZK 190/800-207м (прямой пересып), с ЗИП в количестве 1 штуки не указан. Как указывает банк, данное письмо он получил 18 января 2018 года.

Следовательно, с этой даты банк следует признать осведомленным об отсутствии у должника предмета залога.

Банк обратился с заявлением в суд с настоящим заявлением 16.07.2019, то есть в пределах срока исковой давности.

Повторно рассматривая доводы в части взыскания убытков в размере 79 923 200 руб., суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных банком требований.

17.07.2009 между АО «Шахта Заречная» и ОАО «Угольная компания «Шахта Красноармейская - Западная №1» заключен контракт №ZK-1, согласно которому АО «Шахта Заречная» обязуется передать в собственность ОАО «Угольная компания «Шахта Красноармейская - Западная №1» конвейер главный CZK 190/800-207 м (прямой пересып), с ЗИП. Общая стоимость оборудования - 2 216 315,41 евро.

Согласно пункту 5.07 договора залога движимого имущества от 01.06.2009 без предварительного письменного согласия залогодержателя залогодатель обязуется воздерживаться от следующих действий: продавать, уступать, передавать, закладывать, отдавать в аренду или иным образом распоряжаться или создавать какое-либо обременение.

Согласие залогового кредитора АО «Чешский Экспортный Банк» на заключение контракта №ZK-1 не было получено.

В результате на сегодняшний день имущество конвейер главный CZK 190/800-207 м (прямой пересып), с ЗИП у АО «Шахта Заречная» отсутствует, а залоговый кредитор АО «Чешский экспортный банк» не может удовлетворить свое право требование путем реализации имущества в конкурсном производстве должника, что свидетельствует о возникновении у него прямых убытках в соответствии со статьей 15 ГК РФ.

Как установлено пунктом 1 статьи 10 Закона о банкротстве, в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно статье 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу положений пунктов 1 и 5 статьи 393 ГК РФ, должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Как разъяснено в п. п. 1, 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 ГК РФ). Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное.

Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГКРФ).

Проверяя наличие у ответчиков статуса контролирующих должника лиц, суд на основании статьи 61.10 Закона о банкротстве пришел к выводу, что они таким статусом обладают.

В трехлетний период, предшествующий возбуждению дела о банкротстве должника (15 марта 2016 года) ООО «УК «Заречная» являлось учредителем и исполняло функции единоличного исполнительного органа должника. ФИО3 являлся руководителем управляющей компании, его полномочия прекращены решением Совета директоров ООО «УК «Заречная» от 27 сентября 2013 года. Указанные обстоятельства подтверждаются имеющими в деле о банкротстве документами и лицами, участвующими в деле, не оспариваются.

Таким образом, именно совершением совместных действий ООО «УК «Заречная» и ФИО3 и причинены убытки залоговому кредитору.

Суд апелляционной инстанции отклоняет довод ФИО3 о согласии банка на переход права собственности на спорное оборудование третьему лицу.

Так, в материалах дела имеется письмо ОАО «Шахта Заречная» от 15.06.2009 № 1680, адресованное банку, в котором председатель Совета директоров извещает о поставке спорного оборудования с сохранением прав собственности на конвейер за ОАО «Шахта «Заречная», а также с соблюдением всех договорных обязательств по договору залога движимого имущества от 01.06.2009.

То есть, банк не располагал информацией и, тем более, не давал своего согласия на выбытие из собственности должника конвейера.

Размер убытков составляет 79 923 000 рублей, что соответствует цене конвейера на дату заключения контракта № ZК – 1.

Со стороны ответчиков контррасчет убытков в материалы дела не представлен.

Таким образом, апелляционный суд полагает, что АО «Чешский экспортный банк» доказан весь состав убытков, определенный в статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и его требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в случае поступления заложенного имущества в конкурную массу реализации его торгах, лица, участвующие в деле, не лишены права обратиться в суд с заявлением о пересмотре настоящего постановления судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам в порядке статьи 311 АПК РФ.

Таким образом, арбитражный суд апелляционной инстанции при оценке доказательств по делу в их совокупности, приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Угольная компания Заречная» солидарно с ФИО3 в конкурсную массу акционерного общества «Шахта Заречная» убытков в размере 79 923 000 рублей, поскольку именно в результате их бездействия конкурсная масса не пополнилась соответствующим активом, а банк утратил залоговое обеспечение.

Следовательно, определение от 21.09.2020 Арбитражного суда Кемеровской области подлежит отмене, как принятое в результате неполного выяснения обстоятельств, имеющих значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и неправильного применения норм материального права (часть 2 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на обжалуемое определение налоговым законодательством не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, 270, п. 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

определение от 21.09.2020 Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-7656/2016 отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Угольная компания Заречная» солидарно с ФИО3 в конкурсную массу акционерного общества «Шахта Заречная» убытки в размере 79 923 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.


Председательствующий О.О. Зайцева

Судьи О.А. Иванов


ФИО1