Постановление от 20 сентября 2018 г. по делу № А05-1539/2018

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-1539/2018
г. Вологда
20 сентября 2018 года


Резолютивная часть постановления объявлена 13 сентября 2018 года.

В полном объёме постановление изготовлено 20 сентября 2018 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Алимовой Е.А., судей Докшиной А.Ю. и Мурахиной Н.В.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу муниципального предприятия муниципального образования «Котлас» «Объединение котельных и тепловых сетей» на решение Арбитражного суда Архангельской области от 07 июня 2018 года по делу № А05-1539/2018 (судья Звездина Л.В.),

у с т а н о в и л:

муниципальное предприятие муниципального образования «Котлас» «Объединение котельных и тепловых сетей» (ОГРН <***>, ИНН <***>; место нахождения: 165300, <...>; далее – предприятие, МП МО Котлас «ОК и ТС») обратилось в Арбитражный суд Архангельской области с заявлением к Северо-Западному управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (ОГРН 5067847165018, ИНН <***>; место нахождения: 191028, Санкт-Петербург, улица Моховая, дом 3; далее – управление, Ростехнадзор) о признании недействительным и отмене предписания от 15.12.2017 № 58-8542-4216/ПР.

Решением Арбитражного суда Архангельской области от 07 июня 2018 года по делу № А05-1539/2018 заявленные требования удовлетворены в части. Признаны недействительными следующие пункты предписания управления от 15.12.2017 № 58-8542-4216/ПР:

пункт 8 предписания - в части указания в нем нарушения, выразившегося в том, что котел «ДКВР-4-13» в котельной № 9 и котлы «Братск-1Г» в количестве 6 штук в котельной № 10 и 4 штук в котельной № 16 эксплуатируются сверх нормативного ресурса и данные технического освидетельствования по этим котлам не представлены;

пункт 10 предписания - в части указания в нем нарушения, выразившегося в том, что эксплуатация котлов «Медведь 50 KLOM» в количестве 2 штук, расположенных в теплогенераторной по ул. Ульяны ФИО2, д.5, происходит без допуска в эксплуатацию, осуществляемого органами энергетического надзора.

В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано. Кроме того, с управления в пользу предприятия взыскано 3 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлине.

Предприятие с судебным актом не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, просительная часть которой 10.09.2018 уточнена, просит решение суда в части требований, в удовлетворении которых отказано, отменить и принять по делу новый судебный акт. В обоснование жалобы указывает на то, что в данном случае Правила технической эксплуатации тепловых энергоустановок, утвержденные приказом Минэнерго России от 24.03.2003 № 115 (далее - ПТЭ ТЭ, Правила № 115), применению не подлежат, поскольку на котельной установлены котлы, работающие под избыточным давлением с температурой нагрева воды выше 115 град С.; суд необоснованно признал наличие факта совершения нарушения, так как соблюдение требований законодательства подтверждается представленными заявителем фотоматериалами.

Управление отзыв не представило.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Поскольку в порядке апелляционного производства решение суда обжаловано только в части требований, при этом лица, участвующие в деле, не заявили иных возражений, в соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части.

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность решения суда, изучив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения.

Как следует из материалов дела, Ростехнадзор на основании распоряжения от 22.11.2017 № 58-8542/Рк по согласованию с прокуратурой в период с 08.12.2017 по 15.12.2017 провел плановую выездную проверку предприятия в рамках осуществления федерального государственного энергетического надзора в сфере теплоснабжения.

В ходе проверки ответчиком выявлены нарушения требований, установленных Правилами № 115, а именно: отсутствие на корпусах насосов табличек с отражением в них необходимых данных, на арматуре - обязательных надписей, на манометрах котлов - красной черты, на предохранительных клапанах - табличек с обязательными реквизитами. Кроме этого, предприятие по ряду котельных не обеспечило точность измерения расходов тепловой энергии, у него отсутствуют приборы учета вырабатываемой тепловой энергии, отсутствует информация о квалификации теплоэнергетического персонала, в ряде отопительных котельных эксплуатируется теплоэнергетическое оборудование сверх нормативного ресурса, отсутствуют документы о техническом освидетельствовании специализированной организацией строительных конструкций производственных зданий, работа ряда котлов происходит без допуска в эксплуатацию, в проектную документацию не внесены изменения относительно котла.

По результатам этой проверки ответчик составил акт от 15.12.2017 № 58-8542-8930/А, в котором отражены выявленные нарушения, и выдал предприятию предписание от той же даты № 58-8542-4216/ПР с указанием в нем описания и характера выявленных нарушений, нормативного правового акта, требования которого нарушены, и срока исполнения (устранения нарушений). Выявленные нарушения отражены в 11 пунктах предписания.

Не согласившись с данным предписанием, заявитель обратился в суд.

Суд первой инстанции требования удовлетворил частично, признал незаконными пункты 8 и 10 предписания в части, в удовлетворении остальной части заявленных требований отказал.

Апелляционная инстанция не находит правовых оснований для отмены решения суда в силу следующего.

По смыслу статей 65, 198 и 200 АПК РФ обязанность доказывания наличия права и факта его нарушения оспариваемыми актами, решениями, действиями (бездействием) возложена на заявителя, обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решения, действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для их принятия (совершения), возлагается на орган или лицо, которые приняли данный акт, решение, совершили действия (допустили бездействие).

Исходя из части 2 статьи 201 АПК РФ обязательным условием для принятия решения об удовлетворении заявленных требований о признании ненормативного акта недействительным (решения, действий, бездействия незаконными) является установление судом совокупности юридических фактов: во-первых, несоответствия таких актов (решения, действий, бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, а во-вторых, нарушения ими прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Пунктом 1 части 1 статьи 17 Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» (далее – Закон № 294-ФЗ) установлена обязанность органа государственного контроля выдать предписание об устранении выявленных нарушений с указанием сроков их устранения в случае выявления при проведении проверки нарушений юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем обязательных требований.

Оспариваемое предписание выдано Ростехнадзором в пределах его полномочий.

Частью 12 статьи 16 Закона № 294-ФЗ предусмотрено, что юридическое лицо, проверка которого проводилась, в случае несогласия с фактами, выводами, предложениями, изложенными в акте проверки, либо с выданным предписанием об устранении выявленных нарушений в течение пятнадцати дней с даты получения акта проверки вправе представить в соответствующие органы государственного контроля (надзора) в письменной форме возражения в отношении акта проверки и (или) выданного предписания об устранении выявленных нарушений в целом или его отдельных положений. При этом юридическое лицо вправе приложить к таким возражениям документы, подтверждающие обоснованность таких возражений, или их заверенные копии либо в согласованный срок передать их в орган государственного контроля (надзора). Указанные документы могут быть направлены в форме электронных документов (пакета электронных документов), подписанных усиленной квалифицированной электронной подписью проверяемого лица.

Суд первой инстанции установил, что при проведении проверки присутствовали представители заявителя: директор, главный инженер, начальник котельной № 1, мастер района по котельным в Лименде, начальник района Лименда, начальник ПТО предприятия. Однако предприятие, получив акт проверки, в установленный 15-дневный срок не выразило несогласия с фактами, изложенными в акте проверки, либо с выданным предписанием в оспариваемой части.

В пункте 1 предписания указано, что в котельных № 1, 2, 3, 6, 12 отсутствует на корпусе каждого насоса табличка, в которой указываются следующие данные: наименование завода-изготовителя; год изготовления и заводской номер; номер по схеме котельной; номинальная производительность при номинальной температуре воды; частота вращения рабочего колеса центробежных насосов или число ходов поршня для поршневых насосов; максимальный напор при номинальной производительности; номинальная температура перекачиваемой среды перед насосом. Указанные обстоятельства являются нарушением пунктов 5.1.2 и 2.2.1 Правил № 115.

Правила № 115 устанавливают требования по технической эксплуатации тепловых энергоустановок, в частности производственных, производственно-отопительных и отопительных котельных с абсолютным давлением пара не более 4,0 МПа и с температурой воды не более 200 °C на всех видах органического топлива, а также с использованием нетрадиционных возобновляемых энергетических ресурсов (пункт 1.1 ПТЭ ТЭ).

Пунктом 2.2.1 ПТЭ ТЭ предусмотрено, что руководитель организации обеспечивает, в частности, содержание тепловых энергоустановок в работоспособном состоянии и их эксплуатацию в соответствии с требованиями настоящих Правил, требований безопасности и охраны труда, соблюдение требований промышленной и пожарной безопасности в процессе эксплуатации оборудования и сооружений, а также других нормативно-технических документов.

Раздел 5 ПТЭ ТЭ содержит нормы о теплогенерирующих энергоустановках.

Пунктом 5.1.2 раздела 5 ПТЭ ТЭ предусмотрено, что на корпусе каждого насоса прикрепляется табличка, в которой указываются следующие данные: наименование завода-изготовителя; год изготовления и заводской номер; номер по схеме котельной; номинальная производительность при номинальной температуре воды; частота вращения рабочего колеса центробежных насосов или число ходов поршня для поршневых насосов; максимальный напор при номинальной производительности; номинальная температура перекачиваемой среды перед насосом.

В ходе проверки ответчик установил, что в котельных № 1, 2, 3, 6, 12 на корпусе каждого насоса отсутствуют таблички с данными, предусмотренными пунктом 5.1 раздела 5 ПТЭ ТЭ.

Заявитель, не соглашаясь с данным пунктом предписания, указывал, что нарушения, отраженные в пункте 1 предписания, отсутствуют, все насосы и прикрепленные на них таблички находились в зоне видимого восприятия проверяющих. Предприятие обеспечило беспрепятственный доступ на свои объекты должностным лицам Ростехнадзора с назначением представителей предприятия. При этом заявитель представил в суд фотографии, на которых изображены таблички на корпусах насосов с необходимыми данными.

Как следует из представленных заявителем фотографий (том 1, листы 68-86), на них изображено оборудование, в том числе насосы, на корпусах которых (котельные № 2, 3, 6 и 12) действительно имеются таблички с указанием всех необходимых реквизитов. Однако, как пояснили представители заявителя, данные фотографии сделаны предприятием после проверки, в конце декабря 2017 года.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции ответчик утверждал, что при проверке таблички на корпусах насосов отсутсвовали, а представленные заявителем фотоматериалы не являются допустимым доказательством наличия табличек во время проверки.

В силу статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В связи с изложенным суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что представленные фотографии не являются относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами, не опровергают факт отсутствия на корпусе насосов табличек с необходимыми данными в период проверки.

Данный вывод относится и к нарушениям, отраженным в других (последующих) пунктах предписания, по которым предприятие в качестве доказательств представило фотографии, выполненные после проверки.

Кроме этого, суд первой инстанции принял во внимание вступившее в законную силу решение Котласского городского суда Архангельской области от 06.04.2018 по делу № 12-49/18 по жалобе предприятия на постановление ответчика от 23.01.2018 № 58-8542-90/ПС о назначении административного наказания, предусмотренного статьей 9.11 КоАП РФ. В данном решении суд установил наличие нарушения, отраженного в данном пункте предписания, и признал предприятие виновным в совершении административного правонарушения.

Согласно части 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 21.12.2011 № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Поскольку решением суда подтверждено обстоятельство наличия нарушения, отраженного в пункте 1 оспариваемого предписания, а также в материалах настоящего дела, суд первой инстанции обоснованно признал пункт 1 предписания законным и обоснованным.

Доводы апеллянта об отсутствии в материалах проверки фотоматериалов, подтверждающих наличие нарушения, коллегией судей не принимаются, поскольку не опровергают соблюдение предприятием приведенных норм Правил № 115.

В пункте 2 предписания указано, что в котельных № 1, 8 отсутствуют на арматуре надписи, определяющие ее назначение, нумерация по технологической схеме трубопроводов, указатели направления вращения штурвалов в котельной, что является нарушением пунктов 5.2.9 и 2.2.1 ПТЭ ТЭ.

В силу пункта 5.2.9 указанных Правил арматура должна иметь надписи, определяющие ее назначение, быть занумерованной по технологической схеме трубопроводов, а также иметь указатели направления вращения штурвалов.

Заявитель указывал, что нарушения, отраженные в пункте 2 предписания, отсутствуют, поскольку в котельных вся арматура имеет надписи, определяющие её назначение, нумерации по технологической схеме трубопроводов, указатели направления вращения штурвалов. Всё это находится в зоне видимого восприятия, предприятием обеспечен беспрепятственный доступ на объекты предприятия должностных лиц Ростехнадзора с назначением представителей предприятия. При этом заявитель также представил фотографии, на которых присутствуют соответствующие надписи на арматуре.

Кроме этого, предприятие, оспаривая данный пункт предписания, считало, что трубопроводы горячей воды, на которых установлена арматура со штурвалом, на которой, по мнению ответчика, отсутствуют необходимые надписи, нумерация и указатели, относятся к оборудованию, работающему под давлением, так как температура воды в них превышает 115 °C, и являются опасными производственными объектами. В связи с этим заявитель считает, что поэтому положения пунктов 5.2.9 и 2.2.1 ПТЭ ТЭ в данном случае неприменимы, а необходимо руководствоваться Правилами промышленной безопасности опасных производственных объектов, на которых используется оборудование, работающее под избыточным давлением, утвержденными приказом Федеральной службы по экологическому и атомному надзору от 25.03.2014 № 116 (далее - Правила № 116, ФНП № 116), которые предназначены для эксплуатации оборудования, работающего под избыточным давлением.

Согласно пункту 1.1 Правил № 115 они устанавливают требования по технической эксплуатации следующих тепловых энергоустановок:

производственных, производственно-отопительных и отопительных котельных с абсолютным давлением пара не более 4,0 МПа и с температурой воды не более 200 °C на всех видах органического топлива, а также с использованием нетрадиционных возобновляемых энергетических ресурсов;

паровых и водяных тепловых сетей всех назначений, включая насосные станции, системы сбора и возврата конденсата, и других сетевых сооружений);

систем теплопотребления всех назначений (технологических, отопительных, вентиляционных, горячего водоснабжения, кондиционирования воздуха), теплопотребляющих агрегатов, тепловых сетей потребителей, тепловых пунктов, других сооружений аналогичного назначения.

Из пункта 1.4 упомянутых Правил следует, что устройство и безопасная эксплуатация поднадзорных Госгортехнадзору России паровых и водогрейных котлов, сосудов, работающих под давлением, трубопроводов пара и горячей воды, газового хозяйства осуществляется в соответствии с требованиями, установленными Госгортехнадзором России.

В пункте 2 ФНП № 116 отражено, что настоящие ФНП направлены на обеспечение промышленной безопасности, предупреждение аварий, инцидентов, производственного травматизма на объектах при использовании оборудования, работающего под избыточным давлением более 0,07 мегапаскаля (МПа): пара, газа (в газообразном, сжиженном состоянии); воды при температуре более 115 градусов Цельсия (°C); иных жидкостей при температуре, превышающей температуру их кипения при избыточном давлении 0,07 МПа.

Пунктом 3 Правил № 116 установлено, что они предназначены для применения при разработке технологических процессов, техническом перевооружении опасного производственного объекта (далее - ОПО), а также при размещении, монтаже, ремонте, реконструкции (модернизации), наладке и эксплуатации, техническом освидетельствовании, техническом диагностировании и экспертизе промышленной безопасности оборудования, работающего под избыточным давлением (далее - оборудование под давлением), отвечающих одному или нескольким признакам, указанным в подпунктах "а", "б" и "в" пункта 2 настоящих Правил, в частности трубопроводов пара и горячей воды (подпункт «з» пункта 3).

Правила № 116 разработаны в соответствии с Федеральным законом от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», в статье 3 которого отражено, что требования промышленной безопасности - условия, запреты, ограничения и другие обязательные требования, содержащиеся в настоящем Федеральном законе, других федеральных законах, принимаемых в соответствии с ними нормативных правовых актах Президента Российской Федерации, нормативных правовых актах Правительства Российской Федерации, а также федеральных нормах и правилах в области промышленной безопасности.

Как видно из приведенных норм, нормы ПТЭ ТЭ устанавливают требования по технической эксплуатации тепловых энергоустановок с определенными характеристиками, а нормы Правил № 116 направлены на обеспечение промышленной безопасности и предназначены для применения при эксплуатации оборудования под давлением.

Как следует из распоряжения о проведении плановой выездной проверки предприятия от 22.11.2017 № 58-8542/Рк, задачами проверки являлись предупреждение, выявление и пресечение нарушений требований безопасности при эксплуатации тепловых энергоустановок и сетей теплоснабжающих организаций. Предметом проверки являлось соблюдение в процессе осуществления деятельности по эксплуатации энергоустановок объектов энергетики совокупности обязательных требований.

Следовательно, задачи и предмет проверки связаны с технической эксплуатацией тепловых энергоустановок. В связи с этим суд первой инстанции обоснованно отразил, что ответчиком проводилась проверка соблюдения обязательных требований именно Правил № 115 и указание в оспариваемом предписании на нарушение норм ПТЭ ТЭ является законным и обоснованным.

Как установил суд первой инстанции, спорное оборудование установлено на отопительных котельных № 1 и 8 с максимальной температурой на выходе 150 º С - 95 º С и давлением, не превышающем 4,0 Мпа, то есть соответствует критериям, установленным пунктом 1.1 ПТЭ ТЭ.

В данном случае трубопроводы горячей воды, на которых установлена арматура со штурвалом, являются составной частью тепловой энергоустановки, требования по технической эксплуатации которых содержатся именно в ПТЭ ТЭ, в связи с чем суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что порядок их технической эксплуатации регулируют нормы Правил № 115.

Как верно отметил суд первой интанции, трубопроводы горячей воды, на которых установлена арматура со штурвалом, являются составной частью тепловой энергоустановки, требования по технической эксплуатации которых содержатся именно в ПТЭ ТЭ, в связи с этим порядок их технической эксплуатации регулируют нормы Правил № 115.

Коллегия судей соглашается с выводами суда первой инстанции, в связи с этим отклоняет доводы апеллянта о невозможности применения Правил № 115 к рассматриваемому оборудованию.

Представленные заявителем фотографии не приняты судом первой инстанции по основаниям, отраженным при оценке пункта 1 предписания.

При таких обстоятельствах коллегия судей соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что пункт 2 предписания является законным и обоснованным, а требования предприятия в этой части - не подлежащими удовлетворению.

В пункте 3 предписания указано, что на котельных № 1, 8, 11, 16 не соответствуют обозначения и номера оборудования, запорной, регулирующей и предохранительной арматуры в схемах и выполненных в натуре, что является нарушением пунктов 2.8.3 и 2.2. ПТЭ ТЭ.

Раздел 2.2 ПТЭ ТЭ содержит нормы, регулирующие задачи персонала по эксплуатации тепловых энергоустановок, согласно которым в организации должно обеспечиваться содержание тепловых энергоустановок в работоспособном состоянии и их эксплуатация производится в соответствии с требованиями Правил № 115, должны обеспечиваться требования безопасности и охраны труда, соблюдение требований промышленной и пожарной безопасности в процессе эксплуатации оборудования и сооружений, а также соблюдение других нормативно-технических документов.

Пунктом 2.8.3 ПТЭ ТЭ установлено, что обозначения и номера оборудования, запорной, регулирующей и предохранительной арматуры в схемах, чертежах и инструкциях должны соответствовать обозначениям и номерам, выполненным в натуре.

Ответчик в ходе проверки установил, что на котельных № 1, 8, 11, 16 обозначения и номера оборудования, запорной, регулирующей и предохранительной арматур в натуре не соответствуют указанным обозначениям и номерам, отраженным в схемах.

Заявитель полагает, что данные нарушения отсутствуют.

Кроме этого, предприятие указало, что оборудование и арматура в указанных цехах работают под давлением, так как температура воды в них превышает 115 °C, и являются опасными производственными объектами, поэтому считает, что положения Правил № 115 в данном случае неприменимы, а следует руководствоваться нормами ФНП № 116. Аналогичные возражения изложены в апелляционной жалобе.

Как верно отразил суд первой инстанции, заявитель не представил суду доказательств, опровергающих доводы ответчика и отвечающих принципам относимости, допустимости и достоверности. Нарушения подтверждены материалами проверки, в связи с этим доводы апеллянта о нарушении части 5 статьи 200 АПК РФ по вопросу бремени доказывания коллегией судей не принимаются.

Ссылки о невозможности применения Правил № 115 отклонены судом по основаниям, аналогичным изложенным по доводам об оспаривании пункта 2 решения.

При таких обстоятельствах коллегия судей соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что пункт 3 предписания является законным и обоснованным, а требования предприятия в этой части - не подлежащими удовлетворению.

В пункте 4 предписания указано, что в котельных № 1, 8 отсутствует красная черта на манометрах котлов и трубопроводов, соответствующая предельному рабочему давлению, что является нарушением пункта 2.2.1 ПТЭ ТЭ. Взамен красной черты разрешается прикреплять к корпусу манометра пластину (из металла или иного материала достаточной прочности), окрашенную в красный цвет и плотно прилегающую к стеклу манометра.

В данном случае пункт 2.2.1 Правил № 115 указанного требования не содержит.

Как отразил суд первой инстанции, в ходе судебного разбирательства ответчик указывал, что дополнительно к указанной в предписании норме права (пункт 2.2.1 ПТЭ ТЭ) необходимо учитывать пункт 5.4.3 Правил устройства и безопасной эксплуатации паровых котлов с давлением пара не более 0,07 Мпа (0,7 кгс/кв. см), водогрейных котлов и водоподогревателей с температурой нагрева воды не выше 388 К (115 град. С), утвержденных Приказом Минстроя России от 28.08.1992 № 205 (далее - Правила № 205), а также пункт 243 ФНП № 116.

Ответчик также указывал, что при проведении мероприятий по обследованию в котельных № 1 и 8 установлен факт отсутствия красных черт на манометрах, а также факт нанесения красных черт на стекло манометров краской. На представленных фотоматериалах управлением отображены только манометры с разрешенным давлением в котле 0,04-0,06 МПа, что не превышает 0,07 МПа. Следовательно, Правила № 205 распространяются на данное оборудование.

Кроме этого, предприятие указывало, что положения ПТЭ ТЭ и Правил № 205 в данном случае неприменимы, поскольку на котельных № 1 и 8 установлены котлы, работающие под избыточным давлением с температурой нагрева воды свыше 115 °С, поэтому применению подлежат требования, изложенные в ФНП № 116.

Заявитель, не соглашаясь с данным пунктом предписания, указывал, что все манометры в котельных находятся в зоне видимого восприятия, все манометры, установленные на теплоэнергетическом оборудовании, поверены Госстандартом и имеют обозначения предельно-допустимых рабочих параметров согласно требованиям нормативных документов.

Как уже указано ранее в настоящем решении, пунктом 2.2.1 ПТЭ ТЭ установлена обязанность руководителя организации обеспечивать в частности содержание тепловых энергоустановок в работоспособном состоянии и их эксплуатацию в соответствии с требованиями Правил № 115, соблюдение требований безопасности и охраны труда, требований промышленной и пожарной безопасности в процессе эксплуатации оборудования и сооружений, а также других нормативно-технических документов.

Комплекс мероприятий по метрологическому обеспечению тепловых энергоустановок, выполняемый каждой организацией, включает в том числе своевременное представление в поверку средств измерений, подлежащих государственному контролю и надзору (пункт 2.9.1 ПТЭ ТЭ).

Пунктом 1.4 Правил № 205 предусмотрено, что они обязательны для исполнения руководящими и инженерно-техническими работниками, занятыми проектированием, изготовлением, монтажом, наладкой, ремонтом и эксплуатацией котлов и водоподогревателей.

В соответствии с пунктом 5.4.3 Правил № 205 на шкалу манометра наносят красную черту по делению, соответствующему разрешенному давлению в котле с учетом добавочного давления от веса столба жидкости.

Взамен красной черты разрешается прикреплять или припаивать к корпусу манометра металлическую пластину, окрашенную в красный цвет и плотно прилегающую к стеклу манометра, над соответствующим делением шкалы. Наносить красную черту на стекло краской запрещается.

Как следует из пункта 243 ФНП № 116, в редакции, действующей в проверяемый период, шкалу манометра выбирают исходя из условия, что при рабочем давлении стрелка манометра должна находиться во второй трети шкалы.

На шкале манометра должна быть нанесена красная черта на уровне деления, соответствующего рабочему давлению для данного элемента с учетом добавочного давления от веса столба жидкости.

Взамен красной черты допускается прикреплять к корпусу манометра пластинку из металла (или иного материала соответствующей прочности), окрашенную в красный цвет и плотно прилегающую к стеклу манометра.

Манометр должен быть установлен так, чтобы его показания были отчетливо видны обслуживающему персоналу, при этом шкала его должна быть расположена вертикально или с наклоном вперед до 30 ° для улучшения видимости показаний.

Номинальный диаметр манометров, устанавливаемых на высоте до 2 метров от уровня площадки наблюдения за манометром, должен быть не менее 100 мм; устанавливаемых на высоте от 2 до 5 метров - не менее 160 мм; устанавливаемых на высоте более 5 метров - не менее 250 мм. При установке манометра на высоте более 5 метров должен быть установлен сниженный манометр в качестве дублирующего.

Таким образом, и Правила № 205, и ФНП № 116 содержат требование, обязывающее наносить красную черту на шкалу манометра, поэтому доводы предприятия суд первой инстанции правомерно отклонил.

Представленные заявителем фотографии не опровергают факт отсутствия на корпусе насосов табличек с необходимыми данными в период проверки и нанесение на ряд манометров красной черты краской, что запрещается Правилами № 205.

На основании изложенного коллегия судей соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что пункт 4 предписания является законным и обоснованным, а требования предприятия в этой части - не подлежащими удовлетворению.

В пункте 5 предписания указано, что в отопительной котельной № 8 предохранительные клапаны не имеют таблички с указанием давления срабатывания, срока проведения испытания, срока следующего проведения испытания, что является нарушением пунктов 5.3.25, 5.3.26, 2.2.1 ПТЭ ТЭ.

Раздел 5 Правил № 115 касается теплогенерирующих энергоустановок, в том числе паровых и водогрейных котельных установок (пункт 5.3).

В пункте 5.3.25 указанных Правил отражено, что предохранительные клапаны должны иметь табличку с указанием давления срабатывания клапана, срока проведения испытания, срока следующего проведения испытания.

Пунктом 5.3.26 ПТЭ ТЭ определено, что эксплуатация котлов с недействующим предохранительным устройством не допускается.

В соответствии с Правилами № 115 границы (пределы) котла - запорные устройства: по пароводяному тракту питательные, предохранительные, дренажные и другие клапаны, вентили и задвижки, отделяющие внутренние полости элементов котла от присоединенных к ним трубопроводов. При отсутствии запорных устройств пределами котла следует считать первые от котла фланцевые или сварные соединения. Предохранительные клапаны - устройства, предохраняющие котлы, сосуды, трубопроводы и т. п. от повышения давления внутри них сверх установленного.

Заявитель, не соглашаясь с данным пунктом предписания, указывал на то, что положения ПТЭ ТЭ в данном случае неприменимы, поскольку предохранительные клапаны являются составной частью конструкции котла (находятся в границах котла) и их устройство и безопасная эксплуатация должны регулироваться нормативным актом, который регламентирует устройство и безопасную эксплуатацию котлов. При этом пункт 1.1 ПТЭ ТЭ содержит перечень тепловых энергоустановок, техническая эксплуатация которых регулируется нормами ПТЭ ТЭ, в этом перечне котлы не указаны. Поэтому в данном случае, по мнению заявителя, продублированному в апелляционной жалобе, надо руководствоваться положениями ФНП № 116, которые не содержат указаний на необходимость наличия табличек у предохранительных клапанов котлов с указанием давления срабатывания, срока проведения испытания, срока следующего проведения испытания. В связи с этим эксплуатация котлов на котельной № 8 и предохранительных клапанов, являющихся их составной частью, производится в соответствии с требованиями ФНП № 116, а не ПТЭ ТЭ или Правилами № 205, при этом положения ФНП вменяемых требований не содержат. Кроме этого, на котлах установлены предохранительные клапана с табличками, отражающими необходимые сведения; предохранительные клапана установлены в районе верхних площадок котлов, с нулевой отметки котлов предохранительные устройства не в зоне видимости, проверяющие на данные площадки не поднимались, хотя им был обеспечен беспрепятственный доступ на котельные с назначением представителей предприятия.

Ответчик, оспаривая доводы предприятия, указывал, что требования ПТЭ ТЭ в отношении безопасной эксплуатации котлов, а именно в части наличия на предохранительных клапанах таблички с указанием упомянутых реквизитов, не противоречат требования ФНП № 116 к эксплуатации котлов и в рассматриваемом случае применяются одновременно.

Доказательств того, что в период проверки в отопительной котельной № 8 предохранительные клапаны имели таблички с указанием необходимых сведений, заявитель суду не представил.

Доводам заявителя о том, что в данном случае подлежат применению ФНП № 116, дана оценка ранее с учетом характеристики и критериев тепловых энергоустановок, содержащихся в пункте 1.1 ПТЭ ТЭ. Предохранительные клапаны, о которых идет речь в данном пункте предписания, являются составной частью котла, находящегося в котельной, которая исходя из терминов и определений, содержащихся в Правилах № 115, представляет собой комплекс технологически связанных тепловых энергоустановок, расположенных в обособленных производственных зданиях, встроенных, пристроенных или надстроенных помещениях с котлами, водонагревателями (в том числе установками нетрадиционного способа получения тепловой энергии) и котельно-вспомогательным оборудованием, предназначенный для выработки теплоты.

В связи с указанным коллегия судей соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что пункт 5 предписания является законным и обоснованным, а требования предприятия в этой части - не подлежащими удовлетворению.

В пункте 6 предписания отражено, что на отопительных котельных № 1, 10, 15 не обеспечена требуемая точность измерения расходов тепловой энергии, отсутствуют приборы учета вырабатываемой тепловой энергии, что является нарушением пункта 2.5.2 ПТЭ ТЭ.

Согласно пункту 5 статьи 19 Федерального закона от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении» владельцы источников тепловой энергии, тепловых сетей обязаны организовать коммерческий учет тепловой энергии, теплоносителя с использованием приборов учета в порядке и в сроки, которые определены законодательством об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности.

На основании пункта 1 статьи 13 Федерального закона от 23.11.2009 № 261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» производимые, передаваемые, потребляемые энергетические ресурсы подлежат обязательному учету с применением приборов учета используемых энергетических ресурсов.

Пунктом 2.5.1 Правил № 115 установлено, что для эффективной эксплуатации тепловых энергоустановок организация обеспечивает учет топливно-энергетических ресурсов.

В соответствии с пунктом 2.5.2 ПТЭ ТЭ в тепловых энергоустановках должна быть обеспечена требуемая точность измерения расходов тепловой энергии, теплоносителей и технологических параметров работы, учет (сменный, суточный, месячный, годовой) по установленным формам показателей работы оборудования, основанный на показаниях контрольно-измерительных приборов и информационно-измерительных систем.

В соответствии с Правилами коммерческого учета тепловой энергии, теплоносителя», утвержденными постановлением правительства Российской Федерации от 18.11.2013 № 1034 (далее - Правила № 1034) под узлом учета понимается техническая система, состоящая из средств измерений и устройств, обеспечивающих учет тепловой энергии, массы (объема) теплоносителя, а также контроль и регистрацию параметров теплоносителя.

Пунктом 20 Правил № 1034 установлено, что на источниках тепловой энергии узлы учета устанавливаются на каждом выводе тепловой сети.

В пункте 52 Правил № 1034 указано, что смонтированные узлы учета (измерительные системы узлов учета), прошедшие опытную эксплуатацию, подлежат вводу в эксплуатацию.

В пункте 53 упомянутых Правил усматривается, что для ввода в эксплуатацию узла учета, установленного на источнике тепловой энергии, владельцем источника тепловой энергии назначается комиссия по вводу в эксплуатацию узла учета (комиссия) в следующем составе: а) представитель владельца источника тепловой энергии; б) представитель смежной теплосетевой организации; в) представитель организации, осуществляющей монтаж и наладку сдаваемого в эксплуатацию оборудования.

Согласно пункту 57 Правил № 1034 при вводе в эксплуатацию измерительной системы узла учета на источнике тепловой энергии составляется акт ввода в эксплуатацию узла учета и узел учета пломбируется. Пломбы ставят представители организации - владельца источника тепловой энергии и основной смежной теплоснабжающей организации.

Пунктом 58 вышеназванных Правила определено, что узел учета считается пригодным для коммерческого учета тепловой энергии, теплоносителя с даты подписания акта ввода в эксплуатацию.

Из совокупности приведенных норм вытекает, что на источнике тепловой энергии должен быть узел учета тепловой энергии, обеспечивающий контроль и регистрацию параметров теплоносителя; ввод в эксплуатацию узла учета строго регламентирован; должны быть обеспечены требуемая точность измерения расходов тепловой энергии и учет показателей работы оборудования, основанный на показаниях контрольно-измерительных приборов и информационно-измерительных систем.

Заявитель, не соглашаясь с данным пунктом предписания, указывал на то, что установленные на котельных предприятия контрольно-измерительные приборы обеспечивают требуемую точность измерений расходов тепловой энергии, все приборы поверены в установленном законодательством порядке, имеют свидетельства, всё это было предоставлено при проверке. Кроме этого, пункт 2.5.2 ПТЭ ТЭ не устанавливает запрет на техническую эксплуатацию котельных, которые не оснащены приборами учета тепловой энергии, не устанавливает конкретные способы, которыми на котельных может быть обеспечена требуемая точность измерения расходов тепловой энергии, теплоносителей и технологических параметров работы.

Ответчик, отклоняя доводы предприятия, ссылался на то, что при проведении мероприятий по обследованию в котельных № 1, 10, 15 установлен факт отсутствия приборов учета вырабатываемой (производимой) тепловой энергии.

Заявителем представлены копии дубликатов паспортов на комплект узла технологического учета тепловой энергии по котельным № 1, 10 и 15, утвержденных главным инженером предприятия. При этом паспорта завода-изготовителя узлов учета тепловой энергии (заводские паспорта составных частей узла учета, содержащие технические и метрологические характеристики) с обязательной отметкой о прохождении государственной поверки (свидетельства о поверке приборов и датчиков, подлежащих поверке, с действующими клеймами поверителя), которые являются надлежащими техническими документами, подтверждающими технические характеристики и точность измерений, в материалы дела не представлены.

Кроме этого, предприятие в нарушение Правил № 1034 не представило суду доказательств того, что смонтированные узлы учета прошли опытную эксплуатацию, а также таких доказательств, как комиссионный акт ввода в эксплуатацию узла учета, данные о монтаже и наладке сдаваемого в эксплуатацию оборудования, о пломбировании узла учета и т. д.

В связи с этим суд первой инстанции правомерно не признал представленные заявителем документы в качестве допустимых и относимых доказательств.

При таких обстоятельствах коллегия судей соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что пункт 6 предписания является законным и обоснованным, а требования предприятия в этой части - не подлежащими удовлетворению.

В пункте 7 предписания указано, что у предприятия отсутствует информация, подтверждающая соответствующую квалификацию (теплоэнергетический персонал) лиц, ответственных за исправное состояние и безопасную эксплуатацию тепловых энергоустановок и их заместителей, что является нарушением пунктов 2.1.1, 2.1.2, 2.2.1, 2.2.2 ПТЭ ТЭ.

Пунктами 2.1.1 и 2.1.2 ПТЭ ТЭ установлено, что эксплуатация тепловых энергоустановок организации осуществляется подготовленным теплоэнергетическим персоналом. В зависимости от объема и сложности работ по эксплуатации тепловых энергоустановок в организации создается энергослужба, укомплектованная соответствующим по квалификации теплоэнергетическим персоналом. Допускается проводить эксплуатацию тепловых энергоустановок специализированной организацией. Ответственный за исправное состояние и безопасную эксплуатацию тепловых энергоустановок и его заместитель назначаются распорядительным документом руководителя организации из числа управленческого персонала и специалистов организации.

Согласно пунктам 2.2.1 и 2.2.2 ПТЭ ТЭ 2.2.1 руководитель организации обеспечивает обучение персонала и проверку знаний правил эксплуатации, техники безопасности, должностных и эксплуатационных инструкций. Для непосредственного выполнения функций по эксплуатации тепловых энергоустановок руководитель организации назначает ответственного за исправное состояние и безопасную эксплуатацию тепловых энергоустановок организации и его заместителя из числа управленческого персонала или специалистов, со специальным теплоэнергетическим образованием, после проверки знаний настоящих Правил, правил техники безопасности и инструкций.

Заявитель, не соглашаясь с данным пунктом предписания, указывал, что предприятие укомплектовано подготовленным теплоэнергетическим персоналом, имеющим соответствующую квалификацию, что подтверждается протоколами проверки знаний, проверяющим должностным лицам Ростехнадзора все документы представлены.

Как следует из приказа предприятия от 19.02.2016 № 9, ответственными за исправное состояние и безопасную эксплуатацию тепловых энергоустановок и тепловых сетей по разным районам, участкам, котельным, тепловым сетям назначены начальники и мастера районов, участков, котельных: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и другие. Сведений, подтверждающих наличие у ответственных лиц специального теплоэнергетического образования, в ходе проверки не представлено.

При этом доказательствами, представленными заявителем, подтверждается факт наличия специального теплоэнергетического образования у главного инженера ФИО7 и начальника ПТО ФИО8 Однако данные лица назначены упомянутым приказом ответственными за безопасную эксплуатацию объектов котлонадзора, ГПМ и газового хозяйства (ФИО7) и за безопасную эксплуатацию ОПО (ФИО8), а не за исправное состояние и безопасную эксплуатацию тепловых энергоустановок.

В связи с указанным коллегия судей отклоняет доводы апеллянта о соблюдении требований в связи с представлением им копий дипломов ФИО7, ФИО8, ФИО9 и копий протоколов проверки знаний, поскольку, несмотря на наличие образования, доказательств назначения указанных лиц в качестве лица, ответственного за исправное состояние и безопасную эксплуатацию тепловых энергоустановок, не представлено.

На основании изложенного коллегия судей соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что пункт 7 предписания является законным и обоснованным, а требования предприятия в этой части - не подлежащими удовлетворению.

В пункте 8 предписания указано, что в отопительных котельных эксплуатируется теплоэнергетическое оборудование сверх нормативного ресурса (более 20 лет), а именно: котлы «Универсал-6» (4 шт.) в котельной № 15, котлы «ДКВР-2,5-13» (3 шт.), «ДКВР-4-13» (1 шт.) в котельной № 9, котлы «Энергия-6» (6 шт.) в котельной № 4, котлы «Братск-1Г» (6 шт.) в котельной № 10, котлы «Е-1/9-Г» (4 шт.) в котельной № 12, котлы «Братск-1Г» (4 шт.) в котельной № 16. Данные технического освидетельствования не представлены. Указанное обстоятельство является нарушением пунктов 2.6.1, 2.6.2, 2.2.1 ПТЭ ТЭ.

Правила о техническом контроле за состоянием тепловых энергоустановок содержатся в разделе 2.6 Правил № 115.

Пунктами 2.6.1 и 2.6.2 ПТЭ ТЭ предусмотрено, что в организациях необходимо организовать постоянный и периодический контроль технического состояния тепловых энергоустановок (осмотры, технические освидетельствования). Все тепловые энергоустановки подвергаются техническому освидетельствованию с целью: оценки их технического состояния; установления сроков и условий их эксплуатации и определения мер, необходимых для обеспечения расчетного ресурса тепловой энергоустановки; выявления потерь топливно-энергетических ресурсов; составления тепловых балансов.

Приведенные нормы не содержат в себе указания на нормативный ресурс теплоэнергетического оборудования.

В то же время пунктом 1.1 Инструкции по продлению срока безопасной эксплуатации паровых котлов с рабочим давлением до 0,4 МПа включительно и водогрейных котлов с температурой воды выше 115 °С № СО 153-34.17.469-2003, утвержденной приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 24.06.2003 № 254 (далее - Инструкция № 254) установлено, что техническое диагностирование котлов проводится в период их эксплуатации в пределах назначенного срока службы, после истечения назначенного срока службы, а также после аварии.

В соответствии с пунктом 1.2 Инструкции № 254 назначенный срок службы для каждого типа котлов определяют предприятия-изготовители и указывают его в паспорте котла. При отсутствии такого указания устанавливается следующая длительность назначенного срока службы:

для стационарных котлов: паровых водотрубных 24 года, паровых огнетрубных (газотрубных) 20 лет, водогрейных всех типов 16 лет;

для передвижных котлов: паровых и водогрейных 12 лет, для чугунных экономайзеров 16 лет.

Пунктом 1.4 Инструкции № 254 предусмотрено, что по достижении назначенного срока эксплуатации, указанного в пункте 1.2 настоящей Инструкции, производятся работы по продлению срока безопасной эксплуатации котла.

Эти работы в соответствии с пунктом 1.5 указанной Инструкции включают в себя анализ технической (проектной, конструкторской, эксплуатационной, ремонтной) документации, наружный и внутренний осмотры, ультразвуковой контроль толщины стенки элементов и др. Содержание этапов работ по техническому диагностированию и продлению срока безопасной эксплуатации котлов изложено в разделах 2 - 4 Инструкции № 254.

Пунктом 2.5 Инструкции № 254 предусмотрено, что по результатам визуального, измерительного, дефектоскопического контроля, лабораторных исследований металла и расчетов элементов котла в соответствии с требованиями нормативных документов (НД) на отдельные виды контроля и исследований организацией, выполняющей указанные работы, составляется первичная документация в виде актов, заключений, протоколов, формуляров, таблиц, схем, рисунков, фотографий и др.

В пункте 2.6 Инструкции № 254 указано, что на основании первичной документации на визуальный и измерительный контроль, отдельные виды дефектоскопического контроля, результатов лабораторных исследований, расчетов, гидравлического испытания пробным давлением организацией, выполняющей работы по продлению срока безопасной эксплуатации котла, разрабатывается итоговое заключение о его техническом состоянии, возможности, рабочих параметрах и сроке дальнейшей безопасной эксплуатации с рекомендациями мероприятий по контролю металла на продлеваемый период.

В ходе судебного разбирательства ответчик ссылался на то, что дополнительно к указанной в предписании норме права (пункт 2.2.1 ПТЭ ТЭ) необходимо учитывать положения Инструкции № 254. Предприятие, не соглашаясь с данным пунктом предписания, отражало, что нормы, на которые ссылается ответчик, не содержат в себе указания на нормативный ресурс теплоэнергетического оборудования. Из паспорта котла «ДКВР-4-13» следует, что котел изготовлен в 2005 году, расчетный срок службы 20 лет, следовательно нормативный ресурс его не истек, только этот котел подпадает под действие данной Инструкции. Остальные котлы, указанные в пункте 8 предписания, работают по температурному графику 95-70 °С, соответственно, температура воды на выходе не превышает 95 °С. Поэтому данные котлы не подпадают под требования Инструкции № 254, а подлежат освидетельствованию комиссией, назначенной руководителем организации в соответствии с пунктом 2.6.4 ПТЭ ТЭ. Данная обязанность заявителем выполнена, копии актов технического обследования предоставлены в материалы дела. Кроме того, перед началом каждого отопительного сезона, то есть ежегодно, предприятие проводит освидетельствование котлов, акты освидетельствования прилагаются к акту готовности к отопительному сезону.

Как следует из объяснений ответчика, при проведении мероприятий по обследованию котельных установлено, что для парового котла «ДКВР-2,5-13», являющегося вертикально-водотрубным, при отсутствии соответствующих данных в паспорте котла срок службы принимается 24 года. В котельной № 9 котлы «ДКВР-2,5-13» в количестве 3 штук введены в работу в 1986 году, т. е. последние 8 лет эти котлы эксплуатируются без технического освидетельствования специализированной организацией.

Согласно техническому описанию и инструкции по эксплуатации срок службы парового котла «Е-1/9-Г» составляет 20 лет. В котельной № 12 в 1978 году введены в работу 4 котла данного типа, т. е. последние 20 лет в нарушение правил они эксплуатируются без технического освидетельствования специализированной организацией.

В котельной № 15 установлено 4 котла «Универсал-6», которые эксплуатируются сверх нормативного ресурса, поскольку по паспорту срок службы 6 лет. В котельной № 4 установлено 6 котлов «Энергия-6», которые эксплуатируются сверх нормативного ресурса (по паспорту срок службы 10 лет).

Не оспаривая приведенные ответчиком доводы по сроку эксплуатации (кроме котлов «ДКВР-4-13» и «Братск-1Г»), заявитель ссылался на представленные в дело акты технического обследования паровых (водогрейных) котлов.

Как верно отразил суд первой инстанции, большая часть этих актов не может быть признана надлежащими, допустимыми и относимыми доказательствами, поскольку эти акты составлены в одностороннем порядке и не имеют даты их составления.

Более того, продление срока безопасной эксплуатации котлов в соответствии с разделами 2 - 4 Инструкции № 254 должно сопровождаться первичной документацией в виде актов, заключений, протоколов, формуляров, таблиц, схем, рисунков, фотографий и др., а также составлением итогового заключения о его техническом состоянии, возможности, рабочих параметрах и сроке дальнейшей безопасной эксплуатации. Такие документы в материалы дела не представлены.

Следовательно, суд первой инстанции обоснованно посчитал, что заявитель не доказал, что котлы «Универсал-6», «ДКВР-2,5-13», «Энергия-6» и « Е-1/9-Г» эксплуатируются в пределах нормативного ресурса.

В отношении котлов «Братск-1Г» суд первой инстанции установил следующее.

Ответчик утверждал, что на котельной № 10 (ул. Кронштадтская, д. 25) установлено 6 котлов «Братск-1Г», на котельной № 16 (ул. Конституции, д. 25, корп. 9) - 4 таких котла, которые эксплуатируются сверх нормативного ресурса (по паспорту срок службы 10 лет).

Вместе с тем, как следует из вступившего в законную силу решения Котласского городского суда Архангельской области от 06.04.2018 по делу № 12-49/18, сведения об эксплуатации котлов «Братск-1Г» и «ДКВР4-13» сверх нормативного ресурса включены в акт проверки ошибочно, нарушения в отношении этих котлов ответчиком не доказано. Поэтому решением Котласского городского суда Архангельской области из описательно-мотивировочной части постановления ответчика от 23.01.2018 № 58-8542-90/ПС о назначении административного наказания исключены выводы о том, что заявитель осуществил эксплуатацию котлов «Братск-1Г» и «ДКВР4-13» сверх нормативного ресурса.

Принимая во внимание преюдициальность для данного дела решения Котласского городского суда Архангельской области от 06.04.2018 по делу № 12-49/18, суд первой инстанции счел недействительным пункт 8 оспариваемого предписания в части указания в нем нарушения, выразившегося в том, что котел «ДКВР-4-13» в количестве одной штуки в котельной № 9 и котлы «Братск-1Г» в количестве 6 штук в котельной № 10 и 4 штук в котельной № 16 эксплуатируются сверх нормативного ресурса и данные технического освидетельствования по этим котлам не представлены.

В данной части решение суда не оспаривается.

В остальной части пункт 8 предписания суд первой инстанции признал законным и обоснованным, а требования предприятия в этой части - не подлежащими удовлетворению. Коллегия судей не находит оснований не согласиться с названным выводом.

В пункте 9 предписания ответчиком выявлено нарушение пункта 3.3.9 ПТЭ ТЭ и указано, что предприятием не представлены документы, подтверждающие техническое освидетельствование специализированной организацией строительных конструкций производственных зданий. Строительные конструкции производственных зданий и сооружений для тепловых энергоустановок подвергаются один раз в 5 лет техническому освидетельствованию специализированной организацией по перечню, утвержденному руководителем организации и согласованному проектной организацией.

Согласно пункту 3.3.9 ПТЭ ТЭ строительные конструкции производственных зданий и сооружений для тепловых энергоустановок подвергаются один раз в 5 лет техническому освидетельствованию специализированной организацией по перечню, утвержденному руководителем организации и согласованному проектной организацией.

Заявитель, не соглашаясь с данным пунктом предписания, указывал на то, что отчёты о техническом освидетельствовании строительных конструкций зданий и сооружений имеются, на проверку представлены.

Предприятие представило в материалы дела технические заключения о состоянии конструкций здания по котельным № 1-6, 8-12, 15-16 и котельной ДОК. В составе данных заключений имеются технические заключения о состоянии строительных конструкций, утвержденные главным инженером и подписанные комиссией предприятия с участием директора общества с ограниченной ответственностью «ЭПБСпринт» (далее – ООО «ЭПБСпринт») ФИО10 (том 2, листы 1-32). При этом данные технические заключения не имеют даты их составления и утверждения.

В ответ на запрос Ростехнадзора организация (ООО «ЭПБСпринт») в письме от 02.04.2018 № 15 сообщила, что в 2017 году данная экспертная организация не проводила работ по техническому освидетельствованию строительных конструкций зданий и сооружений, эксплуатируемых МП МО Котлас «ОК и ТС», и заключения не выдавала. В этом же письме ООО «ЭПБСпринт» указало, что в 2017 году проведен предварительный осмотр зданий и сооружений, а в феврале 2018 года заключены договоры на освидетельствования строительных конструкций зданий и сооружений, эксплуатируемых предприятием, в весенне-летний период.

Таким образом, заявитель не доказал факт технического освидетельствования специализированной организацией строительных конструкций производственных зданий предприятия.

На основании изложенного коллегия судей соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что пункт 4 предписания является законным и обоснованным, а требования предприятия в этой части - не подлежащими удовлетворению.

В пункте 10 предписания указано, что эксплуатация котлов «ТТ100-01» (2 шт.) в котельной № 6, котлов «Медведь 50 KLOM» (2 шт.) в теплогенераторной по ул. Ульяны ФИО2, д. 5 происходит без допуска в эксплуатацию, осуществляемого органами энергетического надзора, что является нарушением пунктов 2.4.1, 2.4.2, 2.4.11 ПТЭ ТЭ.

Согласно пункту 2.4.1 ПТЭ ТЭ новые или реконструированные тепловые энергоустановки принимаются в эксплуатацию в порядке, установленном настоящими Правилами.

Пунктом 2.4.2 ПТЭ ТЭ определено, что допуск в эксплуатацию новых и реконструированных тепловых энергоустановок осуществляют органы государственного энергетического надзора на основании действующих нормативно-технических документов.

В пункте 2.4.11 ПТЭ ТЭ указано, что включение в работу тепловых энергоустановок производится после их допуска в эксплуатацию. Для наладки, опробования и приемки в работу тепловой энергоустановки срок временного допуска устанавливается по заявке, но не более 6 месяцев.

Заявитель, не соглашаясь с данным пунктом предписания, указывал, что при проведении проверки проверяющие Ростехнадзора не посещали объект, расположенный по адресу: <...>, проверку на нем не проводили. Кроме этого, по адресу: <...>, нет ни теплогенераторных, ни котельных, и тем более нет никаких котлов или иных источников тепловой энергии. По данному адресу расположен центральный тепловой пункт (далее - ЦТП). Рядом с ЦТП, а именно по адресу: <...>, расположена котельная ДОК, но она теплогенераторной не является и котлов «Медведь 50KLOM» в ней не имеется. Что касается котлов «ТТ100-01», расположенных на котельной № 6, то ни акт проверки, ни предписание не содержат адреса котельной, о которой идет речь.

Кроме этого, заявитель ссылался на то, что при эксплуатации котлов «ТТ100-01» необходимо руководствоваться требованиями, изложенными в ФНП № 116, поскольку эти котлы являются опасными производственными объектами и относятся к оборудованию, работающему под давлением, т. к. температура воды в них превышает 115 °С.

Как следует из пояснений ответчика, при проведении мероприятий по обследованию котельных и изучению представленных документов был установлен факт эксплуатации котлов «ТТ100-01» (2 шт.), расположенных в котельной № 6 по адресу: <...>, без соответствующего разрешения. В соответствии со схемой теплоснабжения муниципального образования «Котлас» на 2013-2027 годы на территории города имеется единственная котельная № 6, эксплуатируемая МП МО Котлас «ОК и ТС».

В связи с этим довод заявителя о том, что предписание не содержит адреса котельной, суд первой инстанции правомерно отклонил.

Из пояснений ответчика также вытекает, что в котельной № 6 в связи с её реконструкцией установлены новые котлы, при этом допуск в эксплуатацию этих котлов предприятие не получило.

Факт отсутствия допуска в эксплуатацию реконструированных котлов «ТТ100-01» (2 шт.), расположенных в котельной № 6, заявитель не оспаривает.

Апеллянт отразил, что ему вменяется допуск в эксплуатацию не котельной, а котлов, порядок допуска которых (котлов) установлен Правилами № 116, а ПТЭ ТЭ, как указал заявитель, регулирует вопросы по отопительным котельным.

В соответствии с Правилами № 115 под котельной понимается комплекс технологически связанных тепловых энергоустановок, расположенных в обособленных производственных зданиях, встроенных, пристроенных или надстроенных помещениях с котлами, водонагревателями (в т.ч. установками нетрадиционного способа получения тепловой энергии) и котельно-вспомогательным оборудованием, предназначенный для выработки теплоты.

Вместе с тем пункты 2.4.1, 2.4.2, 2.4.11 ПТЭ ТЭ регулируют вопросы порядка эксплуатации тепловых энергоустановок, под которой понимается энергоустановка, предназначенная для производства или преобразования, передачи, накопления, распределения или потребления тепловой энергии и теплоносителя.

Довод предприятия о том, что в отношении котлов «ТТ100-01» неправомерно применять положения ПТЭ ТЭ, а необходимо руководствоваться требованиями, изложенными в ФНП № 116, суд первой инстанции обоснованно отклонил по основаниям, изложенным ранее, с чем коллегия судей согласилась. Кроме этого, суд первой инстанции отметил, что сами котлы без вспомогательного оборудования, установленного на котельной, не могут эксплуатироваться. В соответствии с проектом «Реконструкция котельной № 6 с переключением теплоснабжения объектов от котельной ОАО «СРП» и котельной № 4», разработанным обществом с ограниченной ответственностью «ВТК Проект» в 2014 году, помимо котлов монтируется и другое оборудование. Более того, нормы ПТЭ ТЭ не отменяют действие норм ФНП № 116, на которые ссылается заявитель, в части устройства тепловых энергоустановок и их безопасной эксплуатации и не противоречат им. Следовательно, указанное нарушение вменено заявителю обоснованно на основании действующего законодательства.

В связи с этим суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что пункт 10 предписания в части эксплуатации котлов «ТТ100-01» (2 шт.) в котельной № 6 без допуска в эксплуатацию, осуществляемого органами энергетического надзора, является законным и обоснованным.

В отношении эксплуатации без допуска котлов «Медведь 50 KLOM» (2 шт.) в теплогенераторной по улице Ульяны ФИО2, д. 5, суд первой инстанции отметил следующее.

При рассмотрении дела № 12-48/18 Котласским городским судом Архангельской области установлено, что квартальная котельная микрорайона ДОК расположена по ул. Ульяны ФИО2, д. 5«г», объект по адресу: ул. Ульяны ФИО2, д. 5, государственным инспектором ФИО11 в ходе поверки не посещался. Наличие двух котлов «Медведь 50 KLOM» на объекте, расположенном по адресу: <...>, а также факт их эксплуатации в ходе судебного заседания подтверждения не нашли, в связи с чем Котласский городской суд пришел к выводу о недоказанности вины заявителя в данной части. Указанное решение Котласского городского суда Архангельской области по упомянутому делу вступило в законную силу 24.05.2018 и применено судом первой инстанции в качестве судебного акта, установившего преюдициальное значение для дела обстоятельство.

Суд первой инстанции счел возможным признать недействительным пункт 10 оспариваемого предписания в части указания в нем нарушения, выразившегося в том, что эксплуатация котлов «Медведь 50 KLOM» в количестве 2 штук, расположенных в теплогенераторной по ул. Ульяны ФИО2, д. 5, происходит без допуска в эксплуатацию, осуществляемого органами энергетического надзора. В данной части решение суда не оспаривается.

В пункте 11 предписания указано, что предприятием не внесены изменения в проектную документацию котельной № 2. Данные о котле «ЗиОСаб» (1 шт.), теплопроизводительностью 1,375 Гкал/ч, установленном на котельной № 2, отсутствуют в проектной документации, что является нарушением пункта 2.8.1 ПТЭ ТЭ.

Согласно пункту 2.8.1 ПТЭ ТЭ при эксплуатации тепловых энергоустановок хранятся и используются в работе такие документы как утвержденная проектная документация (чертежи, пояснительные записки и др.) со всеми последующими изменениями.

Заявитель, не соглашаясь с данным пунктом предписания, указывал, что нарушения пункта 2.8.1 ПТЭ ТЭ отсутствуют, т. К. в котельной № 2 установлен котел «ЗиОСаб», аналогичный предыдущему котлу «КВ-ГМ», изменения технологического процесса, схем инженерных трубопроводов котельной, мощности котельной при замене котла не произошло. Предприятие полагает, что внесение изменений в проектную документацию не требуется, информация о составе оборудования котельной № 2 изложена в сведениях, характеризующих опасный производственный объект, 24.02.2016 проведена регистрация в Ростехнадзоре.

Как следует из материалов дела, ответчиком при обследовании котельных и изучению документации выявлен факт невнесения изменений в проектную документацию котельной № 2. Данные о котле «ЗиОСаб» (1 шт.) теплопроизводительностью 1,375 Гкал/ч, установленном на котельной № 2, отсутствуют в проектной документации, которой предусматривается установка водогрейных котлов «КВ-ГМ-1,5-115Н» (5 шт.).

В соответствии с книгой учета тепловых энергоустановок на предприятии поставлены на учет и эксплуатируются в котельной № 2 по адресу: <...>, г, водогрейные котлы «КВ-ГМ-1,5-115Н» с заводскими номерами 020801, 020802, 020815, 020857 (4 шт.) и «ЗиОСаб 1600», заводской номер - 176.

В соответствии с техническими характеристиками теплопроизводительность котла «ЗиОСаб -1600» составляет 1 600 кВт (или 1,375 Гкал/ч), водяной объем - 2,3 м3, габаритные размеры (без выступающих элементов) – 4 245 x 1 770 x 2 470 мм. В то же время теплопроизводительность котла «КВ-ГМ-1,5-115Н» - 1 500 кВт (или 1,289 Гкал/ч), водяной объем - 1,3 м3, габаритные размеры (без выступающих элементов) – 3 535 x 1 450 x 1 880 мм.

Таким образом, суд первой инстанции верно указал, что водогрейный котел «ЗиОСаБ-1600» по техническим характеристикам (теплопроизводительность котла, водяной объем, габаритные размеры) и в части обвязки котлов (подключение котлов к трубопроводам) не соответствует котлу «КВ-ГМ-1,5-115Н», в связи с чем отклонил довод предприятия о том, что котел «ЗиОСаб» аналогичен котлу КВ-ГМ.

Как верно указал суд первой инстанции, в данном случае в соответствии с пунктом 2.8.1 ПТЭ ТЭ необходимо внесение изменения в проектную документацию котельной № 2.

Пункт 11 предписания суд первой инстанции признал законным и обоснованным, а требования предприятия в этой части - не подлежащими удовлетворению. Коллегия судей не находит оснований не согласиться с указанным выводом.

Кроме этого, отказывая в удовлетворении части требований, суд первой инстанции принял во внимание вступившее в законную силу решение Котласского городского суда Архангельской области от 06.04.2018 по делу № 12-49/18, которым проверены и установлены обстоятельства совершенных нарушений.

Доводы заявителя о том, что предприятие не было надлежащим образом извещено о предстоящей проверке, в акте проверки и предписании отсутствуют подписи инспекторов ФИО12 и ФИО13, что в журнале проверок предприятия имеются подписи только двух проверяющих из шести, судом первой инстанции оценены и отклонены.

В соответствии с частью 1 статьи 20 Закона № 294-ФЗ результаты проверки, проведенной органом государственного контроля (надзора), органом муниципального контроля с грубым нарушением установленных настоящим Федеральным законом требований к организации и проведению проверок, не могут являться доказательствами нарушения юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем обязательных требований и требований, установленных муниципальными правовыми актами, и подлежат отмене вышестоящим органом государственного контроля (надзора) или судом на основании заявления юридического лица, индивидуального предпринимателя. В части 2 указанной статьи отражены нарушения, которые относятся к грубым.

Как установил суд первой инстанции, в представленных заявителем экземплярах акта проверки от 15.12.2017 № 58-8542-8903/А и предписания от 15.12.2017 № 58-8542-4216/ПР подписи инспекторов ФИО12 и ФИО13 выполнены в отсканированном виде. Из пояснений представителей ответчика вытекает, что в адрес предприятия направлен экземпляр акта, в котором подписи двух инспекторов выполнены в отсканированном виде, поскольку рабочие места инспекторов находятся в разных районах, в момент отправки акта и предписания упомянутые инспекторы в г. Коряжме не находились, однако содержание данного акта идентично экземпляру акта, находящегося в материалах проверки.

В материалы дела ответчиком представлен акт проверки, имеющий подписи всех инспекторов, проводивших проверку, и подписи эти не являются отсканированными. По содержанию акт проверки, представленный заявителем, идентичен акту проверки, представленному ответчиком. Кроме этого, в судебном заседании, состоявшемся 31.05.2018, суд первой инстанции обозревал подлинники акта и предписания, в которых имелись подписи указанных инспекторов. Следовательно, представленный Ростехнадзором акт проверки свидетельствует о том, что в конечном итоге данный акт подписан всеми проверяющими, что исключает необъективность закрепленных в нем результатов проверки и безосновательность выдачи предписания.

Таким образом, данное нарушение суд первой инстанции посчитал невозможным отнести к числу грубых, влекущих в силу статьи 20 Закона № 294-ФЗ недействительность результатов проверки.

Коллегия судей не находит оснований для переоценки указанного вывода.

Коллегия судей также не соглашается с возражениями апеллянта, изложенными в поданной жалобе, о нарушении порядка извещения предприятия о проведении проверки.

В силу части 12 статьи 9 Закона № 294-ФЗ о проведении плановой проверки юридическое лицо, индивидуальный предприниматель уведомляются органом государственного контроля (надзора), органом муниципального контроля не позднее чем за три рабочих дня до начала ее проведения посредством направления копии распоряжения или приказа руководителя, заместителя руководителя органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля о начале проведения плановой проверки заказным почтовым отправлением с уведомлением о вручении и (или) посредством электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью и направленного по адресу электронной почты юридического лица, индивидуального предпринимателя, если такой адрес содержится соответственно в Едином государственном реестре юридических лиц, Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей либо ранее был представлен юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем в орган государственного контроля (надзора), орган муниципального контроля, или иным доступным способом.

Поскольку о проведении проверки согласно указанной норме уполномоченный орган может известить иным доступным способом, довод апеллянта о том, что проверяемое лицо извещается только посредством направления копии распоряжения или приказа, является ошибочным.

Согласно пункту 3 статьи 15 Закона № 294-ФЗ при проведении проверки должностные лица органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля не вправе требовать представления документов, информации, образцов продукции, проб обследования объектов окружающей среды и объектов производственной среды, если они не являются объектами проверки или не относятся к предмету проверки, а также изымать оригиналы таких документов.

Ссылка апеллянта на нарушение данной нормы при запросе документов, подтверждающих соблюдение Правил № 116, в связи с отсутствием в распоряжении указания на нормы указанных Правил, апелляционным судом не принимается, поскольку не исключает возможность представления всех необходимых документов. Вместе с тем судами выявлено, что предметом проверки являлось соблюдение в том числе Правил № 115, соблюдение норм Правил № 116 проверяющими не устанавливалось, такие документы не запрашивались.

Материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено.

Доводы апелляционной жалобы являлись предметом исследования судом первой инстанции, не опровергают выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, поэтому не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

С учетом изложенного апелляционная инстанция приходит к выводу о том, что спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства, основания для отмены решения суда, а также для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ в связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы государственная пошлина в сумме 1 500 руб. относится на ее подателя.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Архангельской области от 07 июня 2018 года по делу № А05-1539/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу муниципального предприятия муниципального образования «Котлас» «Объединение котельных и тепловых сетей» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

Е.А. Алимова

Судьи

А.Ю. Докшина

Н.В. Мурахина