Постановление от 24 сентября 2024 г. по делу № А40-48326/2024

ИИ помощник КонсультантПлюс для юриста

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


№ 09АП-46368/2024

Дело № А40-48326/24
г. Москва
25 сентября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 25 сентября 2024 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Т.В. Захаровой,

судей Ю.Н. Кухаренко, Б.В. Стешана,

при ведении протокола судебного заседания секретарем А.А. Елмановой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью "Агрофирма "Семагро" на решение Арбитражного суда города Москвы от 31 мая 2024 года по делу №А40-48326/24,

по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью "Агрофирма Аэлита" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью "Агрофирма "Семагро" (ОГРН:<***>, ИНН: <***>)

о взыскании убытков,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1 по доверенности от 25.03.2024,

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 15.05.2023, ФИО3 по доверенности от 05.05.2022, ФИО4 по доверенности от 05.05.2022, 



У С Т А Н О В И Л:


Общество с ограниченной ответственностью "Агрофирма Аэлита" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "Агрофирма "Семагро" (далее – ответчик) о взыскании убытков в размере 10 355 664 руб. 80 коп.

Решением от 31 мая 2024 года Арбитражный суд города Москвы исковые требования удовлетворил.

Не согласившись с принятым решением, ответчик обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на нарушение судом норм материального и процессуального права, на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

От истца поступили письменные объяснения на апелляционную жалобу в порядке ст.81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в которых он против удовлетворения  апелляционной  жалобы  возражал,  указав на  отсутствие правовых  оснований для  отмены решения суда первой инстанции.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель истца возражал по доводам, изложенным в жалобе, просил решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, проверив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей истца и ответчика, исследовав материалы дела, пришел к выводу, что решение Арбитражного суда города Москвы от 31.05.2024 не подлежит отмене по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что в июне 2023 года ответчик направил в адрес оптовых покупателей истца (таких как Леруа Мерлен и др.) письма с требованием прекратить продажу семян огурцов под торговыми наименованиями Герман, Маша, Маринда, возвратить все товары поставщику и убрать всю информацию, относящуюся к этим товарам, ссылаясь на наличие у ответчика исключительных прав на товарные знаки со словесным обозначением Герман, Маша, Маринда.

Как следствие этого, истец получил от своих оптовых покупателей письма с указанием на то, что они прекращают все продажи данного товара со ссылкой на письма ответчика, поступившие в их адрес.

Ввиду прекращения продаж данного товара, как истцом, так и оптовыми покупателями истца, в силу поступивших от ответчика требований об этом, истец несет убытки – как в виде реального ущерба (стоимость ранее закупленных семян, но еще не реализованных), так и в виде упущенной выгоды (неполученная истцом прибыль).

В своем иске истец утверждает, что такие действия могут осуществляться исключительно с целью устранения присутствия третьих лиц на рынке определенного товара, в данном случае на рынке семян.

Как указывает истец в своем иске, до момента регистрации ответчиком права на спорное обозначение,  таковое широко использовалось как ответчиком, так и третьими лицами, в том числе крупнейшими поставщиками и розничными продавцами семян на российском рынке, включая и известную торговую сеть Леруа Мерлен, которая имеет свои магазины во всех субъектах РФ, в подтверждение чего истцом представлены прайс-листы, товарные накладные и прочие документы о торговле данными товарными позициями.

Из указанного истец делает вывод, что и ответчику, и другим лицам было известно об использовании данных торговых наименований как истцом, так и иными лицами при продаже соответствующих товаров.

Истец указывает, что данные наименования (обозначения) вошли во всеобщее употребление как обозначения товаров определенного вида, данные торговые наименования получили свою известность именно благодаря активной торговли таковыми истцом и другими третьими лицами, в т.ч. покупателями истца (торговыми сетями вроде Леруа Мерлен).

Спорный товар с 90-х годов завозился истцом в порядке импорта из-за границы.

При этом продажа семян истцом осуществлялась с соблюдением требований к качеству товара – получались фитосертификаты, сертификаты соответствия на продукцию, т.е. истец занимался активным продвижением товара на российский рынок с соблюдением требований к его качеству.

Обосновывая свою позицию о причиненных истцу убытках, истец указывает на то, что указанные убытки вызваны неправомерными действиями по регистрации прав на данные торговые наименования (Герман, Маша, Маринда), которые являют из себя акт недобросовестной конкуренции и злоупотребление правом (ст. 10 ГК РФ, ст. 14.4 ФЗ «О защите конкуренции», ст.10.bis Парижской конвенции заключенной в Париже 20.03.1883), что влечет за собой отсутствие правой охраны данных торговых наименований с момента их регистрации, в связи с чем, действия ответчика по препятствованию торговой деятельности истца в отношении этих торговых наименований являются незаконными.

Как указывает в иске истец, это сделано ответчиком для увеличения своей прибыли и клиентской базы за счет выдавливания с рынка конкурентов, что противоречит обычаям делового оборота – честным обычаям в промышленных и торговых делах.

Обосновывая причинно-следственную связь между действиями ответчика и причиненными убытками, истец указывает, что нарушения ответчиком прав истца путем использования в коммерческой деятельности по продаже однородных товаров спорных торговых наименований естественным образом приводит к перераспределению потребительского спроса в пользу ответчика, что не может не влиять на прибыль истца.

При изложенных обстоятельствах истец полагает, что имеется причинно-следственная связь между действиями ответчика и возникшими у истца убытками, поскольку приостановление истцом производства и реализации продукции, маркированной обозначениями, содержащими спорные торговые наименования, явилось следствием противоправных действий ответчика.

В исковом заявлении приведен расчет убытков. Расчет реального ущерба сделан в отношении оставшихся на складах семян и фасовочных пакетов для них (за вычетом реализованной продукции), исходя из стоимости закупки семян согласно ГТД и ТН на закупку пакетов. Расчет упущенной выгоды сделан из расчета того, что по показателям продаж прошлых периодов сформировалась себестоимость одного пакета семян, которая состоит из стоимости семян и стоимости пустого пакета, а также стоимости накладных расходов.

На основании изложенного истец обратился в суд с требованиями о взыскании убытков в размере 10 355 664 руб. 80 коп.

            Исследовав  и  оценив  представленные  в  материалы  дела  доказательства  по правилам статьи  71 Арбитражного  процессуального  кодекса  Российской  Федерации, установив,  что материалами дела подтверждается наличие условий, необходимых для возложения гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков на ответчика, суд  первой  инстанции  удовлетворил исковые требования.

            Доводы апелляционной жалобы ответчика полежат отклонению по следующим основаниям.

            Арбитражный суд города Москвы правомерно принял и рассмотрел исковое заявление истца, поскольку в соответствии с разъяснениями, содержащимися в абз. третьем п. 4 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" независимо от субъектного состава лиц, участвующих в деле, в арбитражных судах подлежат рассмотрению споры о средствах индивидуализации (за исключением споров о наименованиях мест происхождения товаров).

Пунктом 4 ст. 34 АПК РФ установлен перечень споров, относящихся к подсудности Суда по интеллектуальным правам в качестве суда первой инстанции; данный перечень является закрытым.

Исходя из установленной Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации подсудности дел Суду по интеллектуальным правам, а также принимая во внимания разъяснения Верховного суда РФ, содержащиеся в пункте 8 Постановления № 10, Суд по интеллектуальным правам рассматривает в качестве суда первой инстанции дела об оспаривании решений антимонопольного органа о признании недобросовестной конкуренцией действий, связанных с приобретением исключительного права на средства индивидуализации юридического лица товаров, работ, услуг и предприятий, а также дела по спорам о признании судом актом недобросовестной конкуренции действий правообладателя, связанных с предоставлением правовой охраны товарному знаку.

Однако таких требований, относящихся к подсудности Суда по интеллектуальным правам, истец не заявлял.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика убытков, данное требование подлежит рассмотрению арбитражными судами субъектов Российской Федерации в качестве судов первой инстанции с учетом общих правил о подсудности дел, а потому, в силу п. 1 ст. 24 АПК РФ, данное требование подсудно Арбитражному суду города Москвы.

Ссылка ответчика на отсутствие у истца права на иск подлежит отклонению.

Как подтверждается Свидетельством серии 77 № 00500604 о внесении записи в ЕГРЮЛ, ООО «Агрофирма «АЭЛИТА» было образовано 05.10.1992.

Как подтверждается выпиской ЕГРН в отношении ответчика, ООО «Агрофирма

«СемАгро» было зарегистрировано менее 18 лет назад – 26.10.2006.

Из материалов дела усматривается, что спорные сорта огурца Герман, Маша, Маринда используются в гражданском обороте неограниченным кругом лиц более 20 лет.

Компания ФИО5 являлась оригинатором сортов огурца Герман, Маша, Маринда и по заявке данного лица эти сорта были допущены к использованию на территории России.

Истцом документально (с приложением оригиналов и копий периодических изданий за период с 1996 года) доказано, что первые публикации в российских тематических изданиях относительно спорных сортов семян огурцов датируются второй половиной 1990-х годов, а к дате регистрации ответчика в качестве юридического лица упомянутые сорта огурцов уже успели себя зарекомендовать в качестве одних из лучших на российском рынке.

При этом введение в торговый оборот и семян сортов огурцов Герман, Маша, Маринда и их продвижение на рынке осуществлялось не только силами ответчика, а иными лицами, включая истца (до 06.2023).

Компания Монсанто, внеся наименования спорных сортов семян огурца в Государственный реестр селекционных достижений, допущенных к использованию (ст. 19 Федерального закона от 30.12.2021 № 454-ФЗ «О семеноводстве»), который охраняемым не является, правовую охрану на соответствующее селекционное достижение не получила, чем допустила своими собственными действиями их неограниченное использование на территории Российской Федерации любыми (третьими) лицами.

Это означает, что сорта семян, включенные в данный реестр, свободно используются неограниченным кругом лиц без какого-либо дополнительного согласия оригинатора (автора) селекционного достижения, что прямо подтверждается письмом Первого заместителя Министра сельского хозяйства от 14.12.2023 № ОЛ-3-23/30361 ФИО6, имеющимся в материалах дела.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, истец представил доказательства легальной покупки за рубежом спорных сортов семян и легального их завоза на территорию Российской Федерации, а именно:

- качество ввезенных семян и их отнесение к соответствующим сортам подтверждалось выдачей уполномоченными иностранными публичными органами фитосанитарных сертификатов, с указанием на наименования сортов семян, а также сертификатами качества и сертификатами сортового соответствия иностранных компаний. В указанных документах указано, что семена, поставляемые для истца, получены с полей размножения семян, которые прошли необходимый контроль со стороны селекционера и официальных лиц, чтобы гарантировать, что семена полностью соответствуют действующим стандартам чистоты сорта и биологической категории;

- семенная продукция прошла таможенный, карантинный и фитосанитарный контроль с выдачей Россельхознадзором по результатам ее экспертного исследования специализированной лабораторией Россельхознадзора актов карантинного и фитосанитарного контроля;

- кроме того, истцом были получены сертификаты соответствия в системе добровольной сертификации, получение которых обязательным условием импорта семян в Россию не является.

При этом, как подтверждается документами, предоставленными самим же ответчиком, при подаче апелляционной жалобы, сертификаты соответствия выдаются подразделениями ФГБУ «Россельхозцентр» на основании и в строгом соответствии с сертификатами и документами на ввозимые семена, выдаваемыми в стране происхождения (произрастания) семян, а потому не могут противоречить последним.

Таким образом, сертификаты соответствия, выдаваемые уполномоченным учреждением по сертификации Российской Федерации (ФГБУ «Россельхозцентр»), являются законным доказательством, подтверждающим принадлежность ввезенных семян к определенному сорту.

Истцом были получены на ввезенные им семена сертификаты соответствия в системе добровольной сертификации «Россельхозцентр» (согласно приказу ФГБУ «Россельхозцентр» от 09.04.2015 № 80-ОД), из которых также следует, что сортовая чистота семян составляет - 99,9%, категория сортовой чистоты: первая.

В соответствии с действующим законодательством Российской Федерации в области семеноводства (и в том числе, в соответствии со ст.ст. 13, 14 и 16 ФЗ от 30/12/2021 № 454-ФЗ «О семеноводстве»), перечисленных документов достаточно, чтобы подтвердить соответствие семян сортам, указанных в таких документах.

Довод ответчика о необходимости оформления в спорный период генетического паспорта на семена с целью подтверждения соответствия сорта семян не основан на законе, поскольку данное положение (ч. 7 ст. 20 ФЗ от 30.12.2021 № 454-ФЗ «О семеноводстве») вступает в силу только с 01.09.2025, согласно ч. 3 ст. 32 ФЗ от 30/12/2021 № 454-ФЗ «О семеноводстве», и в настоящее время не применяется.

Кроме того, подлежит отклонению довод ответчика о том, что сведения о родительских формах спорного сорта семян компанией Монсанто никому в мире не передавались.

Так, в письме правопреемника (с 2018 года) компании Монсанто - компании Байер (Bayer) от 29.02.2024 прямо указано на то, что соглашения компании с третьими лицами не позволяют использовать родительские линии гибридов и сортов для их личного воспроизводства или коммерциализации, все родительские линии необходимо данной компании по окончании срока действия договоров вернуть либо уничтожить. Любые продажи от компаний, кроме тех, что зарегистрированы на сайте https://www.vegetables.bayer.com/ru/ не разрешены нами, и в таком случае мы не гарантируем оригинальность или качество семян.

Тем самым, сам ответчик предоставил в материалы дела доказательства того, что родительские формы спорных сортов компанией Монсанто третьим лицам в действительности передавались, причем передавались именно с целью воспроизводства семян.

При этом ответчик не представил в подтверждение данного письма сами соглашения с третьими лицами, ввиду чего суд обоснованно не посчитал доказанными условия таких соглашений лишь по одностороннему утверждению о них со стороны компании Монсанто.

При этом список компаний-контрагентов Monsanto Holland B.V., приведенный на сайте www.vegetables.bayer.com/ru, представлен ответчиком по состоянию на 19.05.2024 в материалы дела (том 21, л.д. 92-104), то есть не может доказывать факт, имевшие место в период закупки истцом спорных семян, которые имели место ранее указанной даты.

Таким образом, спорный товар с 90-х годов XX века завозился истцом в порядке импорта из-за границы.

При этом продажа семян истцом осуществлялась с соблюдением требований к качеству товара – получались фитосертификаты, сертификаты соответствия на продукцию, т.е. истец, занимался активным продвижением товара на российский рынок с соблюдением требований к его качеству.

В июне 2023 года ответчик направил в адрес оптовых покупателей истца (Леруа Мерлен и др.) письма с требованием прекратить продажу семян огурцов под торговыми наименованиями Герман, Маша, Маринда, возвратить все товары поставщику и убрать всю информацию, относящуюся к этим товарам, ссылаясь на наличие у ответчика исключительных прав на товарные знаки со словесным обозначением Герман, Маша, Маринда.

Контрагентами истца и самим истцом данные требования ответчика были исполнены, что привело к возникновению у истца убытков.

Полагая, что указанные действия были осуществлены ответчиком исключительно с целью устранения присутствия третьих лиц на рынке определенного товара, в данном случае на рынке семян, истец 07.12.2023 направил в адрес ответчика претензию с требованием о возмещении убытков.

13.12.2023 претензия была получена ответчиком, что подтверждается отчетом почты России.

Как пояснил истец, 15.12.2023 в офисе истца состоялись переговоры между истцом и ответчиком по факту полученной претензии, однако данные переговоры не привели к положительному результату.

С учетом изложенного, поскольку досудебный порядок урегулирования спора не привел к положительному результату, истец правомерно обратился с исковыми требованиями о взыскании убытков в Арбитражный суд города Москвы.

            Ссылка ответчика на необоснованные выводы суда о наличии недобросовестной конкуренции со стороны ответчика подлежит отклонению.

Так в своих письменных пояснениях от 13.05.2024 в п. 2.1 ответчик указал, что «не оспаривает факт наличия конкурентных отношений между ним и истцом, в связи с чем, какие-либо иные пояснения в этой части излишни». И далее ни в этом пункте, ни где-либо в пояснениях как от 13.05.2024, так и от 21.05.2024 ответчик не указывает, что суд должен рассматривать вопрос конкуренции между истцом и компанией ФИО5

Тем самым, в своих письменных пояснениях ответчик признал два факта:

- что выяснению подлежит вопрос конкуренции именно между истцом и ответчиком;

- что истец и ответчик являются конкурентами.

В силу ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

В данном случае обстоятельства не просто не оспорены, но признаны самим ответчиком в рамках рассмотрения дела судом первой инстанции.

Также стоит отметить, что рассмотрению подлежит действительно вопрос конкуренции между истцом и ответчиком (а не компанией ФИО5), поскольку  компания ФИО5 не реализовывала непосредственно своими силами товар в РФ, это делали российские поставщики товара, более того, компания ФИО5, как указано выше, сама допустила своими собственными действиями его неограниченное использование на территории Российской Федерации любыми (третьими) лицами.

Поскольку товар (семена) спорных сортов (Герман, Маша, Маринда) в РФ завозился силами разных российских поставщиков, которые конкурировали(-ют) между собой, и один из таких поставщиков (ответчик) зарегистрировал за собой товарные знаки на спорные обозначения, то он получил конкурентное преимущество по отношению к иным поставщикам.

При этом ответчик не защищает публичный интерес и не выясняет оригинальность семян, продаваемых конкурентами, а предъявляет иски о запрете использования спорных товарных знаков и взыскания соответствующей денежной компенсации в свою (а не компании Монсанто) пользу.

Ссылка ответчика на наличие в настоящее время иных официальных дистрибьютеров семян, произведенных Монсанто, материалами дела не подтверждена, более того, даже если таковые и имеются, каждый из дистрибьютеров является таковым в своем регионе РФ, они не конкурируют с ответчиком.

То есть,  после регистрации товарных знаков за ответчиком,  иные поставщики не могут не только поставлять товар без договорных отношений с ответчиком, но по факту даже обращение к ФИО5 для заключения дилерского договора бессмысленно, т.к. даже заключив такой договор, любой конкурент ответчика, включая истца, вынужден будет обратиться к ответчику для заключения лицензионного договора с ним об использовании спорных товарных знаков, в противном случае ответчик может обратиться в суд с исками о прекращении использования товарных знаков и взыскания компенсации.

Таким образом, со стороны ответчика имеет место факт осуществления действий по приобретению и использованию исключительного права на товарный знак, направленных на получение преимуществ в предпринимательской деятельности, которые причиняют убытки хозяйствующему субъекту – конкуренту, наносят вред его деловой репутации, и являются проявлением недобросовестной цели приобретения и использования исключительного права на товарные знаки «Герман», «Маша», «Маринда» в отношении 16, 31, 35 класса МКТУ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, истец доказал причинение ему убытков, а доводы об обратном несостоятельны.

Истец доказал принадлежность семян к спорным сортам иностранными сертификатами, без которых вывоз семян экспортером из страны экспорта и ввоз их на территорию РФ невозможен.

Доказательств, однозначно опровергающих информацию, содержащуюся в этих сертификатах, ответчик не предоставил.

Указание в письме VSEED TRADE, что семена продавались по кодам не означает, что это были какие-то иные семена – это всего лишь означает, что во внутренней базе компании и в отношениях с клиентами использовались коды, а у данной компании не сохранилось информации, семена с какими кодами были проданы истцу, что не опровергает поставку именно спорных видов семян.

Доводы о том, что репутацию создает только производитель, а не продавец товара, несостоятельны, поскольку представленные в дело доказательства свидетельствуют о том, что рекламу спорным сортам огурцов делали именно продавцы данного товара, начиная еще с 90-х годов. Сам производитель товара этого не делал.

И в данном случае, по сути, происходит монополизация рынка данных сортов огурцов, что, как следствие, приведет к возможности узкого количества продавцов (кто импортирует этот товар в РФ) определять и цену на него в отсутствие иных конкурентов, что как раз может приводить к нарушению публичного интереса.

При этом внесение сорта семян в Государственный реестр (неохраняемых селекционных достижений) не равно введение в оборот семян с дозволения оригинатора – это просто необходимое условие для продажи таковых на территории РФ.

Если бы оригинатор этого не сделал, то никто в РФ, включая самого оригинатора, не мог бы торговать этими семенами.

Поставка семян иными поставщиками не означает, что данные семена не относятся именно к названным сортам.

Ответчик не опроверг надлежащими доказательствами тот факт, что данные семена являются именно семенами спорных сортов.

При этом сам ответчик представил документы о том, что он торговал спорными семенами не с самого своего основания в 2006 году, а с 2014 года, при этом все эти семена еще до создания ответчика как юрлица рекламировались и продавались на территории РФ иными компаниями, включая истца, о чем истец представил доказательства, в частности, что истец торговал этими семенами еще в 2003-2006 гг.

То есть ответчик стал лишь одной из компаний, кто торгует этими семенами, а потом решил повысить свое конкурентное преимущество и вытеснить иных поставщиков.

Именно иные поставщики (включая истца) сделали эти семена популярными, рекламировали их, поэтому именно с их деятельностью связана популяризация этих семян и производителя, а не с деятельностью ответчика.

Без деятельности всех иных поставщиков данные сорта не стали бы известны российскому потребителю.

Более того, на протяжении всей жалобы ответчик путает понятия контрафакта и некачественного товара: контрафакт – это даже и оригинальный товар, но маркированный товарным знаком, который продавец не имеет право использовать, а некачественный товар – это товар, который не отвечает требованиям качества.       

И в отношении качества семян контроль уполномочены проводить только госорганы.

Ответчик же, как он сам и пишет, борется с контрафактом, то есть незаконным использованием товарного знака, что не имеет отношения к качеству товара, а призвано обеспечить финансовые интересы ответчика через вытеснение конкурентов посредством регистрации товарных знаков на сорта семян за ответчиком.

В своей апелляционной жалобе ответчик приводит доводы о недоказанности размера убытков, тогда как в рамках рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчик ни разу не привел возражений относительно доказанности размера убытков, ввиду чего ссылка в апелляционной жалобе на такие доводы недопустима в силу ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ.

В силу ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Таким образом, если ответчик не совершил процессуальное действие и не представил доказательства, опровергающие обоснованность требований истца и его несогласие не вытекает из иных доказательств, то он несет риск наступления последствий своего поведения - обстоятельства, на которые ссылается истец, считаются признанными, что влияет на итоговый результат рассмотрения дела.

Суд не вправе за ответчика совершать какие-либо процессуальные действия, в том числе по опровержению заявленных требований, что может привести к нарушению принципа состязательности сторон.

Так, ответчик представил в суд первой инстанции следующие процессуальные документы: отзыв от 12.04.2024, письменные пояснения № 1 от 13.05.2024, письменные пояснения № 2 от 21.05.2024, консолидированную позицию от 21.05.2024.

Ни в одном из указанных документов ответчик не приводит контррасчета иска или доводов (возражений) о необоснованности и недоказанности размера убытков.

В своем отзыве и письменных пояснениях ответчик утверждает об отсутствии у истца самого факта убытков по причине того, что ответчик полагает, что помимо факта обладания семенами под спорными торговыми наименованиями, истец должен доказать соответствие семян сортам Герман, Маша, Маринда, чего, по мнению ответчика, истец не доказал.

Как следствие, ответчик полагал недоказанной причинно-следственную связь между своими действиями и возникшими у истца убытками.

В силу ст. 15 ГК РФ доказыванию в делах о взыскании убытков подлежат следующие элементы:

- факт причинения убытков;

- размер убытков;

- неправомерные действия ответчика;

- причинно-следственную связь между действиями ответчика и убытками истца.

В суде первой инстанции ответчик оспаривал факты причинения убытков, наличия вины в его действиях и наличия причинно-следственной связи исключительно доводом о недоказанности со стороны истца того факта, что реализуемые истцом семена соответствуют сортам Герман, Маша, Маринда.

Однако ответчик вообще не привел ни единого довода о несогласии с размером убытков.

То есть если исходить из презумпции, что семена истца соответствуют сортам Герман, Маша, Маринда, то ответчик не оспаривал факт причинения и размер убытков из предположения о недоказанности ввоза истцом именно этого количества семян, по такой цене и их реализации в определенном количестве по определенной цене, а также об остатках семян на складах истца в заявленном количестве.

Следовательно, своим процессуальным поведением ответчик признал данное обстоятельство (размер заявленных истцом убытков), поскольку размер убытков не был ответчиком прямо оспорен и несогласие с размером убытков не вытекает из иных доказательств.

С учетом изложенного, доводы апелляционной жалобы об обратном не могут быть приняты судом во внимание, т.к. нарушают принцип состязательности сторон (ст. 9 АПК РФ) и доказательственную презумпцию, установленную ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ.

В решении суда указано, что «довод ответчика о том, что товар истца не уничтожен, находится в его собственности, каких-либо требований касательно этого товара ответчик истцу не предъявляет, ввиду чего истец также не лишен возможности реализовать свой товар по справедливой цене на территории Российской Федерации под иным обозначением, или на территории другого государства, не соответствует действительности… поскольку невозможно реализовать семена определенного сорта под видом семян другого сорта либо без их внесения в Государственный реестр селекционных достижений. В свою очередь хранение семян на складе ограничено определенными сроками, поскольку поставщик должен заботиться о сохранении всхожести семян».

При этом в отношении подтверждения расходов на закупку семян и пакетиков для их фасовки, на реализацию семян покупателям истца последним в материалы дела представлены соответствующие ГТД, ТТН/УПД, Счета-фактуры, внутренние документы компании о движении товара по складу и остатках по складу, договоры с крупнейшими покупателями товара.

При этом ответчик в суде первой инстанции не оспорил данные доказательства, не представил своих возражений относительно недостаточности доказательств для подтверждения размера убытков.

Также следует отметить, что расчет упущенной выгоды сделан с учетом того, что в отсутствие действий ответчика по регистрации товарного знака по спорным позициям истец мог бы и далее ввозить соответствующий товар на территорию РФ и получать прибыль от его реализации.

Данный расчет ответчиком не оспорен в суде первой инстанции, как и не оспорен размер причиненного реального ущерба.

            Следовательно, размер убытков истца на 05.03.2024 составил:

- реальный ущерб (упаковка и семена, закупленные ранее, но не проданные из-за

остановки продаж ввиду незаконных действий ответчика) – 2 216 627,15 руб.

- упущенная выгода (прибыль, которую истец не получил ввиду незаконных действий ответчика за период с 01.07.2023 по 05.03.2024) – 8 139 037,60 руб.

Доводы апелляционной жалобы ответчика не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного решения.

Таким образом, оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам жалобы, а также безусловных, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

Расходы по госпошлине в соответствии со ст. 110 АПК РФ возлагаются на заявителя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266-268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд, 



П О С Т А Н О В И Л:


Решение Арбитражного суда города Москвы от 31 мая 2024 года по делу                              № А40-48326/24 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в суд кассационной инстанции.



Председательствующий судья                                                             Т.В. Захарова



Судьи                                                                                                     Ю.Н. Кухаренко



Б.В. Стешан


Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.



Суд:

9 ААС (Девятый арбитражный апелляционный суд) (подробнее)

Истцы:

ООО "АГРОФИРМА АЭЛИТА" (ИНН: 7716048380) (подробнее)

Ответчики:

ООО "Агрофирма "СемАгро" (ИНН: 7728598830) (подробнее)

Судьи дела:

Кухаренко Ю.Н. (судья) (подробнее)


Судебная практика по:

Злоупотребление правом
Судебная практика по применению нормы ст. 10 ГК РФ

Упущенная выгода
Судебная практика по применению норм ст. 15, 393 ГК РФ

Возмещение убытков
Судебная практика по применению нормы ст. 15 ГК РФ