Постановление от 21 марта 2023 г. по делу № А61-4488/2019

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Ессентуки Дело № А61-4488/2019

21.03.2023


Резолютивная часть постановления объявлена 14.03.2023

Постановление изготовлено в полном объёме 21.03.2023


Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Годило Н.Н., судей: Макаровой Н.В., Джамбулатова С.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя ФИО2: ФИО3 по доверенности от 07.04.2022, представителя ФИО4: ФИО5 по доверенности от 31.01.2023, представителя ФИО6: ФИО5 по доверенности от 21.01.2023, в отсутствие иных лиц, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО4, ФИО7 и ФИО6 на определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 13.12.2022 по делу № А61-4488/2019, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6



УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6 (далее - ФИО6, должник) конкурсный кредитор ФИО2 (далее - ФИО2, заявитель) обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора дарения от 24.01.2013 недвижимого имущества ? доли в праве на земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов для ИЖС, площадью 410 кв. м, кадастровый номер 23:43:0202040:25, расположенный по адресу: г. Краснодар, Западный внутригородской округ, ул. Аэродромная, 158, и ? доли в праве на жилой дом литер К, площадью 308,8 кв. м, жилая 157,9 кв. м, кадастровый (условный номер 23:43:0:0:11847/101:678/101/К), заключенного с письменного нотариального согласия ФИО6, ФИО7 (далее - ФИО7) и ФИО4 (далее - ФИО4); применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО4 возвратить спорное имущество в конкурсную массу.

Определением суда от 13.12.2022 заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4, ФИО6 и ФИО7 поданы апелляционные жалобы, в которых просят определение суда отменить и отказать в удовлетворении заявленных требований.

Жалоба ФИО4 мотивирована тем, что на дату совершения сделки ФИО4 не обладала информацией о финансовом состоянии должника, соответственно не предполагала, что заключенный договор дарения может причинить вред имущественным правам кредиторов. В жалобе также приведены доводы о том, что спорное имущество по сделке является единственным жилым помещением для проживания ФИО4, ФИО7 и ФИО6, так как все лица проживают и зарегистрированы по адресу г. Краснодар, Западный внутригородской округ, ул. Аэродромная, 158. Оспариваемым судебным актом нарушаются права лиц, проживающих в указанном жилом доме. Также апеллянт полагает, что требования заявлены с пропуском срока исковой давности. Кроме того, податель жалобы обращает внимание на то обстоятельство, что оспариваемые ? часть доли на жилой дом и земельный участок являлись до заключения договора личной собственностью ФИО7, в то время как суд первой инстанции необоснованно применил последствия недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника. Податель жалобы указывает на ненадлежащее извещение ФИО4 о начавшемся в отношении нее судебном разбирательстве.

ФИО7 и ФИО6 в жалобах также ссылаются на ненадлежащее извещение о судебном разбирательстве. Указывают, что спорное имущество является единственным жильем для семьи. При этом, доля на имущество являлась личной собственностью должника, в связи с чем, она должна была быть возвращена ФИО7, а не в конкурсную массу должника.

Определением суда от 07.02.2023 судебное заседание отложено на 14.03.2023. ФИО6 предложено представить в срок до 07.03.2023, информацию об адресе регистрации должника на момент возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве) должника, а также на момент подачи обособленного заявления. Информацию о наличии у должника иного жилья, пригодного для проживания, сделки совершенные должником по продаже недвижимого имущества. ФИО7 предложено представить информацию о недвижимом имуществе, информацию о приобретении и возникновении прав не оспариваемое имущество, является ли указанное имущество общим имуществом супругов.

В отзывах на апелляционные жалобы ФИО2 и финансовый управляющий должника, просили определение суда оставить без изменения.

В судебном заседании представители сторон озвучили свои позиции, дали пояснения по обстоятельствам спора.

Иные лица, участвующие в деле, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалоб, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 13.12.2022 по делу № А61-4488/2019 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как усматривается из материалов дела, супруге должника - ФИО7 на основании договора купли-продажи от 08.09.2003 принадлежала ? доля жилого дома (запись регистрации в ЕГРН от 07.10.2003 № 23-01/00-141/2003-584); на основании договора купли-продажи земельного участка № 39 от 08.02.2012 супруге должника ФИО7 принадлежала земельная доля в размере ? в праве общей долевой собственности на земельный участок (запись регистрации в ЕГРН от 19.03.2012 № 23-23-01/249/2012-085).

Другие ? доли на недвижимость по указанному адресу принадлежали родной матери ФИО7 - ФИО4 (запись регистрации в ЕГРН от 07.10.2003 № 23-01/00-141/2003-584).

24.01.2013 между ФИО7 (даритель) и ФИО4 (одаряемый) заключен договор дарения недвижимого имущества - ? доли в праве на жилой дом и земельный участок. Сведения о регистрации права собственности ФИО4 на подаренную ? доли недвижимого имущества зарегистрированы в ЕГРН 01.02.2013 (номер государственной регистрации - 23-23-01/035/2013-316).

Указанный договор заключен с письменного нотариального согласия супруга ФИО7 - ФИО6 (должник).

Полагая, что договор дарения совершен с противоправной целью вывода активов должника на заинтересованное лицо, с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов и воспрепятствованию обращения взыскания на отчуждаемое имущество, конкурсный кредитор обратился в суд с настоящим заявлением, оспаривая договор дарения на основании статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Принимая во внимание, что оспариваемая сделка заключена до 01.10.2015, данная сделка может быть оспорена на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию конкурсного кредитора в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 154-ФЗ).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25) разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 7 постановления Пленума № 25 указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу) (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

При разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами (пункт 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, спорное имущество было приобретено ФИО7 в период брака с должником; доказательств установления режима раздельной собственности супругов не представлено, следовательно, доля в праве на земельный участок и жилой дом являются общим имуществом супругов, которым они обладают в равных долях.

Давая оценку поведению сторон при заключении договора дарения, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

На дату заключения договора дарения ФИО6 обладал признаками неплатежеспособности, поскольку у него имелись неисполненные денежные обязательства перед ООО «Солид-АСК» на сумму 1 814 065,33 рублей. Согласно решению Моздокского районного суда от 19.03..2013 по делу №2-66/13 задолженность ФИО6 перед ООО «Солид-АСК» по договору займа возникла с 17.07.2012, решение Моздокского районного суда РСО-Алания по делу 2-66/13 установило данную задолженность и период ее возникновения.

Договор займа между заявителем и ФИО2 заключен 16.03.2013, по договору займа на 60 млн. руб. оплаты ФИО6 не производились, из чего следует, что перед заключением договора займа на столь значительную для физического лица сумму, должник не собирался отдавать денежные средства, а, напротив, совершал действия, направленные на сокрытие общего имущества супругов путем переоформления на заинтересованных лиц, с целью нивелирования возможности обращения взыскания на ликвидное имущество.

Сделка совершена с заинтересованным лицом - матерью супруги должника ФИО4 (факт родства подтверждается материалами дела и не оспорен сторонами).

Согласно пункту 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Одаряемым лицом по оспариваемому договору дарения является заинтересованное лицо - матерь супруги должника ФИО4, что свидетельствует об осведомленности одаряемого лица о финансовом состоянии должника и о том, что заключаемой сделкой причиняется вред имущественным правам его кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Исходя из правовой природы договора дарения, данная сделка не подразумевает встречного предоставления одариваемым дарителя.

В условиях банкротства лица, в целях предотвращения ущемления прав кредиторов и неосновательного уклонения несостоятельного лица от принятых на себя обязательств, при рассмотрении вопроса о соответствии действий должника, предшествующих возбуждению дела о банкротстве, должны предъявляться повышенные стандарты доказывания. При этом, согласованность действий сторон спорных взаимоотношений, предшествующих возбуждению дела о банкротстве, предполагается при наличии признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Таким образом, безвозмездное отчуждение в пользу заинтересованного лица не обремененного залогом высоколиквидного недвижимого имущества, а также имущественных прав, незадолго до принятия на себя заведомо неисполнимых многомиллионных обязательств должником, впоследствии включенных в реестр требований кредиторов, является злоупотреблением правом.

Суд верно установил, что в результате совершения оспариваемой сделки уменьшилась конкурсная масса должника, поскольку доля в праве на недвижимое имущество была отчуждена без предоставления встречного исполнения, что привело к утрате возможности удовлетворения за счет стоимости этого имущества требований кредиторов.

Заключение договора дарения свидетельствует о действиях супруги должника по безвозмездному отчуждению совместно нажитого имущества, не обремененного залогом, в преддверии заключения многомилионного договора займа и предъявления исков кредиторами. Соответственно имеются основания констатировать, что супругой должника была совершена сделка по безвозмездному отчуждению совместно нажитого имущества, за счет которого могли быть погашены требования кредиторов.

Ответчиками не представлены доказательства реальной возможности удовлетворить требования кредиторов после отчуждения своего имущества.

В данном случае, безвозмездное отчуждение супругой должника своей матери ликвидного имущества при наличии неисполненных обязательств и отсутствии иного ликвидного имущества, формирующего конкурсную массу для расчетов с кредиторами, не может быть признано добросовестным поведением, при осуществлении гражданских прав.

Такая тотальная реализация имущества в преддверии процедуры банкротства признается судебной практикой нестандартной, не соответствующей обычной хозяйственной деятельности (Определения Верховного суда Российской Федерации № 308-ЭС17-1634(5) от 25.02.2019, № 301-ЭС21-8863 от 22.06.2021, № 310-ЭС21-28752 от 09.02.2022, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 08.06.2022 по делу № А12-4575/2021).

Сомнения в добросовестности лица, получившего безвозмездно актив, принадлежащий должнику, в том числе праву совместной собственности супругов, должны истолковываться в пользу заявителя и перелагать бремя процессуальной активности на другую сторону, которая становится обязанной раскрыть добросовестный характер мотивов своего поведения и наличие у сделки разумных экономических оснований.

Однако, таких мотивов и оснований в рамках настоящего обособленного спора ФИО4, не раскрыла, поэтому ее следует признать осведомленной о наличии цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника от совершения спорной сделки. Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания. Даритель, а равно и другая сторона спорной сделки - одаряемая, будучи близкими родственниками, и являясь одной семьей с должником, безусловно, знали о наличии у должника неисполненных и планируемых к неисполнению обязательств перед кредиторами и не могли не осознавать, что отчуждение имущества преследует иную цель.

Совершение спорной сделки имело цель избежать обращения взыскания на ликвидное имущество. Более того, суд считает необходимым отметить, что отчуждение ликвидного имущества накануне заключения займа на значительную для физического лица сумму (60 млн. руб.) является согласованными действиями группы аффилированных лиц, направленных на создание ситуации, позволяющей не возвращать полученное по займу, рискуя утратить имущество, в том числе, и в результате избавления от ликвидного актива.

При этом заключение сделки дарения свидетельствует о направленности на смену титульного собственника, влекущего за собой невозможность обращения взыскания по требованиям кредиторов на такое имущество.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о мнимости совершенной сделки (договора дарения).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 86 постановления Пленума № 25, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения. Действительный смысл мнимой сделки суд устанавливает путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение, что не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем финансовый управляющий. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009).

Со стороны лиц, участвовавших в заключении спорной сделки, разумных и документально обоснованных пояснений относительно указанных выше обстоятельств не представлено.

С точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, стремление совместно с супругой одарить своих родственников (мать супруги должника) не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника.

Будучи осведомленным о наличии неисполненных и заведомо неисполнимых в будущем денежных обязательств, супруга должника произвела безвозмездное отчуждение собственного имущества заинтересованному лицу (совей матери), что является заведомо недобросовестным осуществлением гражданских прав (злоупотребление правом в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Каких-либо доказательств объективной необходимости безвозмездной передачи своей матери спорного имущества сторонами суду первой и апелляционной инстанции не представили.

Вред кредиторам может быть причинен не только доведением должника до банкротства, но и умышленными действиями, направленными на создание невозможности получения кредиторами полного исполнения за счет имущества контролирующих лиц, виновных в банкротстве должника, в том числе путем приобретения их имущества родственниками по действительным безвозмездным сделкам, не являющимся мнимыми, о вредоносной цели которых не мог не знать приобретатель (указанная правовая позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 13.01.2022 по делу № А63-14780/2018.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности с доводами сторон, с учетом норм гражданского законодательства и Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии совокупности всех обстоятельств для признания сделок по заключению договора дарения от 21.01.2013 недействительным на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, заявление ФИО2 является обоснованным и подлежит удовлетворению.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В рассматриваемом случае спорное имущество передано заинтересованному по отношению к должнику лицу, следовательно, последствия признания сделки недействительной в виде обязания ФИО4 возвратить в конкурсную массу должника долю в праве собственности на спорные земельный участок и жилой дом, применены судом первой инстанции верно.

Доводы ФИО4 о том, что на дату совершения сделки она не обладала информацией о финансовом состоянии должника, подлежит отклонению судом, поскольку наличие прямых родственных отношений с супругой должника презюмирует наличие у нее осведомленности о положении должника, планировавшим заключение договора займа без намерения его дальнейшего исполнения.

Ссылка апеллянтов на то, что спорное имущество по сделке является единственным жилым помещением для проживания ФИО4, ФИО7 и ФИО6, так как все лица проживают и зарегистрированы по адресу: г. Краснодар, Западный внутригородской округ, ул. Аэродромная, 158, не принимается апелляционным судом ввиду следующего.

Исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер. Исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае. В применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания.

В первом случае, суд вправе применить к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления - отказать в применении исполнительского иммунитета к упомянутому объекту (пункт 2 статьи 10 ГК РФ). Во втором случае, суд должен разрешить вопрос о возможности (как минимум потенциальной) реализации жилья должника на торгах с таким расчетом, чтобы за счет вырученных от продажи жилого помещения средств должник и члены его семьи могли бы быть обеспечены замещающим жильем, а требования кредиторов были бы существенно погашены. При этом замещающее жилье должно быть предоставлено в том же (как правило) населенном пункте и не меньшей площадью, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма.

Данный правовой подход изложен в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 № 304-ЭС21-9542 (1,2) по делу № А27-1729/2018.

Из материалов дела следует, что на момент возбуждения дела о банкротстве должник - ФИО7 зарегистрирован в Республике Северная Осетия-Алания, город Моздок,а его супруга - ФИО7 зарегистрирована в городе Краснодаре. Достоверных доказательств того, что должник и его супруга совместно проживают в спорном жилом доме, в материалы дела не представлено.

При этом, как пояснил финансовый управляющий должника 22.09.2022 во время процедуры реализации имущества ФИО6 выписался из города Моздока и прописался в оспариваемом жилом доме. Таким образом, сам факт прописки в этом жилье 22.08.2022 указывает на не добросовестные действия с целью придания статуса объекту недвижимости защищенного исполнительским иммунитетом.

Следовательно, исполнительский иммунитет не подлежит применению к оспариваемой сделке еще и потому, что должник зарегистрировался в указанном доме, только непосредственно перед подачей конкурсным кредитором в арбитражный суд заявления о признании сделки недействительной.

Апелляционный суд отмечает, что после отчуждения по сделке, признанной судом недействительной, должник не вправе ссылаться на то, что данная жилье является единственным жилым помещением (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 10.02.2020 по делу № А53-33060/2017).

Кроме того, выбор жилого помещения, пригодного для проживания должника и членов его семьи, осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 213.25 Закона о банкротстве после завершения мероприятий по формированию конкурсной массы, в том числе возвращения имущества путем оспаривания сделок должника.

При этом, сам по себе статус жилого помещения в качестве единственного пригодного жилья для проживания должника не может являться препятствием для признания сделки с таким жильем недействительной и применения последствий недействительности сделки, поскольку вопрос об обращении взыскания на соответствующее имущество с применением статьи 446 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно разрешить лишь по завершении формирования конкурсной массы.

В рассматриваемом случае, признание сделки недействительной и применение последствий ее недействительности не нарушает прав должника и членов его семьи.

Должник и его супруга не лишены права на защиту своих интересов в отношении причитающихся им в соответствии с законодательством доли в совместно нажитом имуществе, поскольку законом предусмотрена реализация прав супруга или супруги должника на общее имущество путем участия в деле о банкротстве гражданина при рассмотрении вопросов, связанных с реализацией общего имущества (в том числе, вопросов, обусловленных применением института исполнительского иммунитета, в том числе путем исключения имущества из конкурсной массы при наличии к тому правовых и фактических оснований).

Ссылка ФИО4 на то, что требования заявлены с пропуском срока исковой давности, не принимается апелляционным судом, поскольку соответствующий довод сторонами в суде первой инстанции не заявлялся и не был предметом его оценки.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что законодательство связывает начало течения срока исковой давности с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права.

В суде апелляционной инстанции заявитель указал, что об оспариваемой сделке ему стало известно только 27.07.2022 после признания должника банкротом и предоставления информации о сделках супруги должника Управлением Росреестра по Краснодарскому краю. Таким образом, до получения указанных документов у кредитора отсутствовали сведения о совершенной супругой должника сделки по отчуждению совместно нажитого имущества.

Доводы апеллянтов о том, что оспариваемые ? часть доли на жилой дом и земельный участок являлись до заключения договора личной собственностью ФИО7, в то время как суд первой инстанции необоснованно применил последствия недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника, подлежат отклонению апелляционной коллегией.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее - постановление Пленума № 48) в деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 статьи 34, статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, супруг (бывший супруг), полагающий, что реализация общего имущества в деле о банкротстве не учитывает заслуживающие внимания правомерные интересы этого супруга и (или) интересы находящихся на его иждивении лиц, в том числе несовершеннолетних детей, вправе обратиться в суд с требованием о разделе общего имущества супругов до его продажи в процедуре банкротства (пункт 3 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации). Данное требование подлежит рассмотрению судом общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности. К участию в деле о разделе общего имущества супругов привлекается финансовый управляющий. Все кредиторы должника, требования которых заявлены в деле о банкротстве, вправе принять участие в рассмотрении названного иска в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (статья 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Подлежащее разделу общее имущество супругов не может быть реализовано в рамках процедур банкротства до разрешения указанного спора судом общей юрисдикции.

В силу изложенной в пункте 8 постановления Пленума № 48 правовой позиции если супругами не заключались внесудебное соглашение о разделе общего имущества, брачный договор либо если судом не производился раздел общего имущества супругов, при определении долей супругов в этом имуществе следует исходить из презумпции равенства долей супругов в общем имуществе (пункт 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации) и при отсутствии общих обязательств супругов перечислять супругу гражданина-должника половину средств, вырученных от реализации общего имущества супругов (до погашения текущих обязательств).

Супруг (бывший супруг) должника, не согласный с применением к нему принципа равенства долей супругов в их общем имуществе, вправе обратиться в суд с требованием об ином определении долей (пункт 3 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации). Такое требование подлежит рассмотрению судом общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности. К участию в указанном деле привлекается финансовый управляющий. Все кредиторы должника, требования которых заявлены в деле о банкротстве, вправе принять участие в рассмотрении данного иска в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (статья 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Доказательства обращения в суд общей юрисдикции с заявлением о разделе общего имущества супругов в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, в отсутствие доказательств обратного, апелляционный суд приходит к выводу о том, что доля в праве собственности на спорный земельный участок и жилой дом, приобретенная в браке, является общим совместным имуществом супругов Л-ных, которым они владеют в равных долях, и которое подлежит в силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве реализации в деле о банкротстве ФИО6, с последующей выплатой бывшей супруге должника половины средств, вырученных от их реализации.

Ссылка апеллянтов на их ненадлежащее извещение о начавшемся в отношении нее судебном разбирательстве также отклоняется апелляционным судом, поскольку судом первой инстанции приняты исчерпывающие меры по извещению сторон о данном обособленном споре. Однако, все почтовые отправления возвращены с отметкой об истечении срока хранения.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по смыслу пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю.

При этом необходимо учитывать, что гражданин несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по перечисленным выше адресам, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя.

В данном случае, органом почтовой связи не нарушен порядок вручения почтового отправления органами почтовой связи, установленный Правилами № 234 и Порядком № 98-п.

Кроме того, апелляционный суд отмечает, что в силу положений статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, изложенных в пункте 63 постановления Пленума № 25, в отсутствие сведений об изменении адреса почтовая корреспонденция направляется по месту жительства.

Согласно части 2 статьи 124 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны сообщить арбитражному суду об изменении своего адреса во время производства по делу. При отсутствии такого сообщения копии судебных актов направляются по последнему известному арбитражному суду адресу и считаются доставленными, хотя бы адресат по этому адресу более не находится или не проживает.

В соответствии с частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Лицо, не обеспечившее получение корреспонденции, направленной по адресу его государственной регистрации, и не сообщившее об изменении своего адреса, несет риск последствий своего бездействия. В данном случае таковым риском является констатация судом факта надлежащего извещения ответчика о состоявшемся судебном разбирательстве.

Должник не сообщил суду о смене адреса места жительства, в силу чего определения суда об отложении судебного заседания были направлены судом по прежнему известному адресу.

Исходя из указанных обстоятельств, суд апелляционной приходит к выводу о том, что должник как лицо, изменившее адрес жительства уже в период рассмотрения дела о банкротстве и не принявшее меры по извещению о перемене адреса, считается надлежащим образом извещенным.

Данная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 12.03.2021 по делу № А32-37505/2016.

Кроме того, как пояснил финансовый управляющий должника с момента возбуждения производства по делу ФИО6 ни разу не знакомился с делом, не предоставлял отзыв на заявление о признании его банкротом, проявлял полное бездействие вплоть до вынесения определения, вынесенного в рамках настоящего обособленного спора. Все процессуальные действия им совершены незамедлительно после вынесения определения, что свидетельствует о самостоятельном отслеживании должником информации о деле в сети «Интернет» и осознанном не получении корреспонденции с целью возможности в последующем заявить доводы относительно его не извещения. Аналогичное процессуальное поведение также было избрано сторонами оспариваемого договора - его супругой и тещей, которыми не получались судебные акты непосредственно по месту их регистрации.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно посчитал, что ФИО6, ФИО7 и ФИО4 надлежащим образом извещены о времени и месте проведения судебного заседания.

Арбитражный апелляционный суд считает, что доводы апелляционных жалоб не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Выводы суда сделаны с правильным применением норм материального права, на основе полного и всестороннего исследования всех имеющихся в материалах дела доказательства в их совокупности.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 13.12.2022 по делу № А61-4488/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через суд первой инстанции.


Председательствующий Н.Н. Годило


Судьи Н.В. Макарова


С.И. Джамбулатов