Постановление от 15 апреля 2021 г. по делу № А50-38510/2017



СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-16593/2020(2)-АК

Дело № А50-38510/2017
15 апреля 2021 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 12 апреля 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 апреля 2021 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Чепурченко О.Н.,

судей Герасименко Т.С., Мухаметдиновой Г.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шмидт К.А.,

при участии:

конкурсного управляющего Шестерикова С.М., паспорт,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу Сербина Алексея Владимировича

на определение Арбитражного суда Пермского края от 15 февраля 2021 года

об отказе в удовлетворении заявления ООО «Инчермет», конкурсного управляющего должника о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 11.04.2017,

вынесенное в рамках дела № А50-38510/2017 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Алекс +» (ОГРН 1145902000089, ИНН 5902245093),



установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 07.06.2018 заявление ООО «Инчермет» о признании должника банкротом признано обоснованным, в отношении ООО «Алекс+» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден Гончаров Константин Александрович.

Объявление о введении процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» 23.06.2018.?

Решением арбитражного суда от 02.11.2018 ООО «Алекс+» (должник) признан банкротом, в отношении него введена процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на Гончарова Константина Александровича.

09 апреля 2019 года в арбитражный суд поступило заявление ООО «Инчермерт» о признании недействительной сделки, совершенной за счет средств должника – договора купли-продажи квартиры от 11.04.2017, заключенного между Бармашевым А.Ю. и Сербиным А.В., применении последствий недействительности сделки в виде приведения положения сторон в первоначальное положение.

27 января 2020 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего Шестерикова С.М. о признании договора купли-продажи квартиры от 11.04.2017, заключенного между Бармашевым А.Ю. и Сербиным А.В. недействительным, как совершенной за счет средств должника; применить последствия недействительности сделки в виде восстановления право собственности на 2-комнатную квартиру по адресу г. Пермь, ул. Богдана Хмельницкого, д. 54, кв. 64 за Бармашевым Антоном Юрьевичем и обязания Бармашева Антона Юрьевича возвратить в конкурсную массу ООО «Алекс+» денежные средства в 1 911 000 руб.

Одновременно конкурсным управляющим заявлено ходатайство об объединении поданного им заявления об оспаривании сделки с заявлением ООО «Инчермерт» о признании недействительной сделки, совершенной за счет средств должника – договора купли-продажи квартиры от 11.04.2017, заключенного между Бармашевым А.Ю. и Сербиным А.В.

Заявление конкурсного управляющего о признании сделки недействительной принято к рассмотрению, в последующем объединено в одно производство с заявление ООО «Инчермерт» о признании сделки недействительной для совместного рассмотрения.

Бармашевым А.Ю. даны пояснения по фактическим обстоятельствам дела.

Сербин А.В. пояснял, что квартира была приобретена в счет возврата денежных средств по договору займа, заключенному с должником.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 15 февраля 2021 года суд в удовлетворении заявлений отказал.

Взыскал с Сербина Алексея Владимировича в конкурсную массу ООО «Алекс+» 1 911 000 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, Сербин А.В. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его изменить.

В обоснование апелляционных жалоб ответчик указывает на то, что на выдачу займа ООО «Алекс+» в денежной форме произвел за счет средств вырученных от продажи квартиры, что подтверждается выпиской из реестра, копией договора купли-продажи от 14.09.2016, о чем в книгу входящих документов внесена запись. Ссылается на оформление договора займа, в соответствии с которым общество «Алекс+» обязалось вернуть Сербину А.В. выданный займ, денежные средства не возвращены; внесенная сумма в размере 1 300 000 руб. была израсходована должником на хозяйственные нужды, юридические услуги по взысканию дебиторской задолженности, а также на погашение задолженности перед контрагентами и налоговым органом. Также апеллянт отмечает, что все данные операции отражены в кассовой книге, которую конкурсный управляющий по непонятной причине суду не предоставляет.

В качестве приложений к апелляционной жалобе апеллянтом приложены копия первой страницы предварительного договора купли-продажи квартиры от 23.08.2016 и расписка на получение документов на государственную регистрацию – договора купли-продажи квартиры от 14.09.2016.

Конкурсный управляющий Шестериков С.М. согласно письменному отзыву против удовлетворения апелляционных жалоб возражает, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Приложение к апелляционной жалобе новых документов расценено судом апелляционной инстанции в качестве ходатайства о приобщении к материалам дела новых доказательств.

Рассмотрев данное ходатайство в порядке ст. 159 АПК РФ, установив, что вновь представленные документы могли быть представлены в суд первой инстанции (судебное заседание откладывалось судом первой инстанции для предоставления документов порядка 10 раз), объективных причин невозможности их представления в арбитражный суд первой инстанции, принимая во внимание неоднократное надлежащее извещение ответчика о месте и времени судебного заседания, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для его удовлетворения, в связи с чем отказывает в их приобщении к материалам дела (п. 2 ст. 268 АПК РФ).

Участвующий в судебном заседании конкурсный управляющий Шестериков С.М. поддержал возражения, приведенные в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом явку своих представителей не обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению апелляционных жалоб в их отсутствие.

Поскольку возражений относительно проверки обжалуемого судебного акта лишь в части лицами, участвующими в деле не заявлено, законность и обоснованность определения проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ только в обжалуемой части – в части взыскания с Сербина А.В. денежных средств.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Алекс+» зарегистрировано в качестве юридического лица 13.01.2014 ИФНС по Кировскому району г. Перми, присвоен ОГРН 1145902000089. Генеральным директором должника являлся Сербин А.В.

Как следует из договора купли-продажи квартиры от 11.04.2017, заключенного между Бармашевым Антоном Юрьевичем (продавец) и Сербиным Алексеем Владимировичем (покупатель), покупатель приобрел у продавца 2-комнатную квартиру, расположенную по адресу г. Пермь, ул. Богдана Хмельницкого, д. 54, кв. 64, по цене 1 911 000 руб. (т. 2, л.д. 47-48).

Оплата по договору произведена в полном объеме.

Переход права собственности на указанную квартиру к Сербину А.В. зарегистрирован в установленном законом порядке (т. 1, л.д. 37-38).

В результате инвентаризации имущества и анализа движения денежных средств должника, конкурсным управляющим выявлено осуществление ООО «Алекс+» перечисление денежных средств в пользу Бармышева Антона Юрьевича по платежному поручению от 11.04.2017 в размере 1 911 000 руб. с указанием в назначении платежа: «оплата договора купли-продажи от 11.04.2017» (т. 1, л.д. 32 оборотная сторона).

Поскольку оплата по договору купли-продажи квартиры от 11.04.2017 между Бармашевым А.Ю. и Сербиным А.В. произведена за счет средств должника, без предоставления последнему встречного предоставления, конкурсный кредитор и конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 11.04.2017 с целью возврата в конкурсную массу общества «Алекс+» необоснованно перечисленных денежных средств, ссылаясь на недобросовестное поведение участников сделки, а также совершение ее с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и направленности действий на вывод ликвидного актива общества (ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отказывая в признании сделки – договора купли-продажи квартиры от 11.04.2017 недействительной, суд первой инстанции исходил из отсутствия явных и однозначных доказательств осведомленности Бармышева А.Ю. о преследуемой иными участниками сделки противоправной цели, а также наличия у должника, как лица, производившего оплату по договору, признаков неплатежеспособности. При этом установив, что перечисление спорных денежных средств осуществлено должником при наличии неисполненных обязательств, в интересах заинтересованного лица Сербина А.В., с противоправной целью безвозмездного вывода активов общества в пользу заинтересованного лица и недопущения обращения на него взыскания, суд первой инстанции взыскал с Сербина А.В. в конкурсную массу ООО «Алекс+» денежные средства в размере необоснованно полученной выгоды – в размере спорного платежа.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и письменного отзыва на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лица, участвующего в процессе, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения в обжалуемой части в силу следующего.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из перечисленных в данном пункте условий.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о банкротстве. В частности под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 6 названого постановления Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки на причинение вреда кредиторам и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

В абзаце 4 п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 даны разъяснения о том, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

При этом, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

С учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с ч. 1 ст. 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Для констатации ничтожности сделки по этому основанию, помимо злоупотребления правом со стороны должника, необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны о противоправных целях должника. Осведомленность контрагента должника должна носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно, в том числе случаи, если контрагент является заинтересованным лицом).

Презумпция добросовестности является опровержимой. В ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что лица ее заключившие действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в интересах контрагентов, а не для причинения вреда кредиторам.

В силу положений п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в п. 86 постановления Пленума ВС Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Как утверждает заявитель апелляционной жалобы, денежные средства в счет оплаты по договору купли-продажи от 11.04.2017, заключенному Сербиным А.В. с Бармышевым А.Ю. были перечислены обществом «Алекс+» в счет возврата сумм займа, выданных по договорам от 01.01.2016 и 11.04.2017.

В частности из представленных в материалы дела документов следует, что:

01 января 2016 года между Сербиным Алексеем Владимировичем (займодавец) и ООО «Алекс+» (заемщик») заключен договор займа, в соответствии с которым Сербин А.В. передал должнику в собственность денежные средства в размере 420 000 руб., а последний обязался возвратить заимодавцу полученную сумму займа, проценты в размере 25% годовых в порядке и сроки, предусмотренные настоящим договором (т. 1, л.д. 79-80).

11 апреля 2017 года между Сербиным Алексеем Владимировичем (займодавец) и ООО «Алекс+» (заемщик») заключен договор займа, в соответствии с которым Сербин А.В. передал должнику в собственность денежные средства в размере 1 911 000 руб., а последний обязался возвратить заимодавцу полученную сумму займа, проценты в размере 7,5% годовых в порядке и сроки, предусмотренные настоящим договором (т. 1, л.д. 82-83, 93-94).

Исходя из доводов лиц, оспаривающего сделку, и имеющихся в деле доказательств суд на основании ч. 1 ст. 133 и ч. 1 ст. 168 АПК РФ самостоятельно определяет характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дает правовую квалификацию).

Согласно п. 3 ст. 61.1 Закона о банкротстве по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут быть оспорены не только сами сделки, но и действия, направленные на их исполнение, в том числе действия должника по уплате контрагенту денег, передаче ему вещей по гражданско-правовым обязательствам.

По смыслу приведенных норм процессуального права, положений п. 3 ст. 61.1 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в абзаце четвертом п. 9.1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, если при обращении в суд конкурсный управляющий заявил требование о признании недействительным договора, а приведенные им в заявлении об оспаривании сделки фактические обстоятельства (основания заявления) и представленные управляющим доказательства свидетельствуют о наличии признаков недействительности действий по исполнению этого договора, суд переходит к проверке данных действий на предмет недействительности и может признать их таковыми в соответствии с надлежащей нормой права (статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве).

При оценке факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. (п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Как обоснованно отмечено судом первой инстанции, с учетом приведенных норм Сербин А.В. должен доказать факт выдачи ООО «Алекс+» займа, финансовую возможность предоставления займа в указанной сумме.

Самостоятельных документов подтверждающих факт передачи обществу заемных денежных средств в материалы дела не представлено.

В обоснование наличия финансовой возможности выдачи займов Сербин А.В. указывал, что располагал необходимой суммой денежных средств от продажи квартиры, в связи с чем судебное заседание неоднократно откладывалось для предоставления ответчиком дополнительных документов, подтверждающих обоснованность перечисления денежных средств, финансовую возможность.

Вместе с тем, за период рассмотрения настоящего спора (09.04.2019 по 08.02.2021) доказательств того, что денежные средства в размерах 420 000 руб. и 1 911 000 руб. были переданы ответчиком должнику, а также доказательств, что его финансовое положение позволяло предоставить ООО «Алекс+» соответствующие денежные суммы на хозяйственны нужды должника, как указывает представитель ответчика, в материалы дела представлены не были (ст. 65 АПК РФ).

Отсутствие таких доказательств свидетельствует о том, что составление указанных выше договоров займа было направлено лишь на создание видимости заемных правоотношений при фактическом их отсутствии (мнимые сделки – ст. 170 ГК РФ).

Более того, в материалы дела представлен приказ ООО «Алекс+» № 5 (т. 1, л.д. 96), в котором отражено решение общества о выдаче займа в размере 1 911 000 руб. для приобретения жилья на срок с 11.04.2017 по 11.04.2032 с условием ежемесячного погашения основной части и выплаты процентов за пользование займом в момент его возврата, с резолюцией генерального директора Сербина А.В. – подготовить договор займа между юридическим и физическим лицом.

Таким образом, фактические правоотношения противоречат документальному оформлению сделок, действий и расчетов, не соответствует действительности.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что фактически 11.04.2017 займ заключен между должником ООО «Алекс+» и Сербиным А.В. (генеральным директором общества), что подтверждается приказом от 11.04.2017, выпиской по счету ООО «Алекс+».

Из представленных документов следует, что фактически платеж на сумму 1 911 000 руб. осуществленный должником в счет оплаты по договору купли-продажи квартиры от 11.04.2017 фактически прикрывает сделку по передаче денежных средств в пользу заинтересованного лица Сербина А.В. без предоставления обществу встречного обеспечения, что привело к получению последним необоснованной выгоды (ст. 170 ГК РФ).

При этом, учитывая вышеизложенное, а также наличие у должника на момент совершения спорного платежа непогашенных обязательств перед собственными кредиторами, в том числе перед ООО «БЛТК» по договору № 61/м-2016 от 01.05.2016, что подтверждается решениями Арбитражного суда Красноярского суда от 11.07.2017, 15.09.2017 (претензии об оплате задолженности в размере 3 765 465 руб. и 2 392 696,54 руб. направлены 30.12.2016, 13.03.2017 соответственно; определение от 13.09.2018 о включении в реестр требований в размере 7 649 940 руб. основного долга, 291 894,87 руб. процентов), суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что платеж на сумму 1 911 000 руб. совершен должником в интересах руководителя Сербина А.В. при злоупотреблении своими правами преследуя единственную цель – вывод активов общества в пользу заинтересованного лица, с целью недопущения на него взыскания и является ничтожной сделкой (ст.ст. 10, 170 ГК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку спорное имущества безвозмездно выбыло из владения должника на основании недействительной (ничтожной) сделки в пользу (в интересах) Сербина А.В., суд первой инстанции применительно к применению последствий недействительности такой сделки правомерно взыскал с Сербина А.В. в конкурсную массу должника денежные средства в размере необоснованно осуществленного платежа – 1 911 000 руб.

Доводов, которые могли бы повлечь отмену или изменение обжалуемого определения в апелляционной жалобе не приведено.

По существу доводы, приведенные в апелляционной жалобе, полностью повторяют доводы, приведенные в суде первой инстанции, и свидетельствуют лишь о несогласии с принятым судебным актом, что само по себе не может являться основанием для его отмены.

Доводов, опровергающих установленные судом по делу обстоятельства, в апелляционной жалобе не изложено. Апелляционная жалоба не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Оснований для отмены определения в обжалуемой части, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.

В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

В силу положений ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы подлежат отнесению на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражный суд Пермского края от 15 февраля 2021 года по делу № А50-38510/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с Сербина Алексея Владимировича в доход федерального бюджета 3 000 (три тысячи) рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.



Председательствующий


О.Н. Чепурченко



Судьи


Т.С. Герасименко





Г.Н. Мухаметдинова