Решение от 19 июня 2018 г. по делу № А40-42694/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-42694/18-122-467
20 июня 2018 года
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 15 июня 2018 года

Полный текст решения изготовлен 20 июня 2018 года

Арбитражный суд в составе: судьи Девицкой Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

с использованием средств аудиозаписи в ходе судебного заседания.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению ООО «Аргумент»

к УФАС России по г. Москве

третьи лица: ГБУЗ г. Москвы № 24 ДЗ г. Москвы», ООО «ИРИС», АО «ЕЭТП»

о признании незаконным решения и предписания УФАС России по г. Москве от 07.12.2017 г. № 2-57-15480/77-17

при участии:

от заявителя – ФИО2, дов. от 08.12.2017 г.

от ответчика – ФИО3, удост. №13539, дов. от 26.12.2017 г. №03-65

от третьего лица – не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

ООО «Аргумент» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к УФАС России по Москве о признании незаконным решения и предписания УФАС России по г. Москве от 07.12.2017 г. № 2-57-15480/77-17.

Заявитель требования подержал.

Ответчик требования не признал, по основаниям, изложенным в отзыве.

Представители третьих лиц в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со ст. ст. 123, 156 АПК РФ.

Выслушав представителей заявителя и ответчика, рассмотрев материалы дела, арбитражный суд установил, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 198 Кодекса, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Как следует из материалов дела, в адрес Московского УФАС России 01.12.2017 (вх. № 59195) поступила жалоба ООО «ИРИС» (далее — общество «ИРИС») на действия ГБУЗ г. Москвы «Городская клиническая больница № 24 Департамента здравоохранения города Москвы» (далее — заказчик, Учреждение) при проведении электронного аукциона на право заключения государственного контракта на поставку смесей белковых композитных сухих для диетического лечебного и диетического профилактического питания для нужд ГБУЗ «ГКБ № 24 ДЗМ» (реестровый номер закупки 0373200026117000256), выразившиеся в отказе заявке названного общества в допуске к участию в упомянутом аукционе по причине отсутствия в ее составе сведений, определенных законодательством Российской Федерации о контрактной системе закупок.

По результатам рассмотрения поступившей жалобы антимонопольным органом принято решение о признании этой жалобы обоснованной, а в действиях заказчика было выявлено нарушение требований ч. 5 ст. 67 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон о контрактной системе в сфере закупок), поскольку административный орган пришел к выводу о необоснованности отклонения Учреждением заявки общества «ИРИС», поскольку эта заявка содержала в себе все сведения, предусмотренные ст. 66 Закона о контрактной системе закупок, в отсутствие в аукционной документации указания на необходимость представления в составе заявки иных дополнительных документов. На основании упомянутого решения антимонопольным органом на заказчика была отнесена обязанность по устранению допущенных им нарушений прав и законных интересов подателя жалобы путем отмены составленных в ходе проведения аукциона протоколов, назначения новой даты рассмотрения поданных заявок и их повторного рассмотрения с учетом выводов, изложенных в оспариваемом решении антимонопольного органа.

Не согласившись с выводами и требованиями антимонопольного органа, изложенными в оспариваемых ненормативных правовых актах, полагая действия аукционной комиссии заказчика по отклонению заявки общества «ИРИС» правомерными ввиду несоответствия этой заявки требованиям действующего законодательства о контрактной системе закупок и аукционной документации, а выводы антимонопольного органа об обратном — ошибочными и основанными на неправильном толковании норм материального права, заявитель, будучи победителем закупочной процедуры до пересмотра заявок, обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании оспариваемых ненормативных правовых актов незаконными.

Отказывая в удовлетворении требований Заявителя, суд соглашается с доводами Ответчика, при этом исходит из следующего.

Полномочия административного органа, рассмотревшего дело и вынесшего оспариваемые ненормативные правовые акты, определены п.п. 1, 5.3.1.12 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331, п. 5.6 приказа Федеральной антимонопольной службы от 26.01.2011 № 30 «Об утверждении Положения о территориальном органе Федеральной антимонопольной службы». Таким образом, оспариваемые ненормативные правовые акты вынесены антимонопольным органом в настоящем случае в рамках предоставленных ему полномочий.

Как следует из материалов дела и установлено административным органом, Учреждением проведен электронный аукцион на право заключения контракта на поставку смесей белковых композитных сухих для диетического лечебного и диетического профилактического питания для нужд ГБУЗ «ГКБ № 24 ДЗМ» (реестровый номер закупки 0373200026117000256).

Согласно протоколу рассмотрению заявок, составленному 28.11.2017, на участие в упомянутом аукционе подано 5 (пять) заявок, включая заявку общества «ИРИС».

В то же самое время, заявка упомянутого общества была отклонена со следующим обоснованием: «п. 1 ч. 1 ст. 67 – непредоставление информации, предусмотренной ч. 3 ст. 66 44-ФЗ, или предоставление/установление недостоверной информации, предусмотренной ч. 3 ст. 66 44-ФЗ: В заявке участника отсутствует указание на количество поставляемого товара, единицу измерения, форму и вес упаковки. Данное требование установлено».

В соответствии с п. 1 ч. 4 ст. 67 Закона о контрактной системе в сфере закупок участник электронного аукциона не допускается к участию в нем в случае непредоставления информации, предусмотренной ч. 3 ст. 66 упомянутого закона, или предоставления недостоверной информации.

В свою очередь, приведенная норма права содержит перечень сведений, подлежащих указанию в составе заявки в зависимости от предмета проводимого аукциона.

При заключении контракта на поставку товара в составе первой части заявки должно быть указано согласие участника такого аукциона на поставку товара в случае, если этот участник предлагает для поставки товар, в отношении которого в документации о таком аукционе содержится указание на товарный знак (его словесное обозначение) (при наличии), знак обслуживания (при наличии), фирменное наименование (при наличии), патенты (при наличии), полезные модели (при наличии), промышленные образцы (при наличии), наименование страны происхождения товара, и (или) такой участник предлагает для поставки товар, который является эквивалентным товару, указанному в данной документации, конкретные показатели товара, соответствующие значениям эквивалентности, установленным данной документацией (подп. «а» п. 1 ч. 1 ст. 66 Закона о контрактной системе в сфере закупок); конкретные показатели, соответствующие значениям, установленным документацией о таком аукционе, и указание на товарный знак (его словесное обозначение) (при наличии), знак обслуживания (при наличии), фирменное наименование (при наличии), патенты (при наличии), полезные модели (при наличии), промышленные образцы (при наличии), наименование страны происхождения товара (подп. «б» п. 1 ч. 3 ст. 66 названного закона).

Буквальное толкование приведенной нормы права свидетельствует о наличии у участника закупки необходимости указывать либо на свое согласие на поставку товаров, которые заведомо определены заказчиком с использованием различительных признаков, либо конкретные показатели предлагаемого к поставке товара, позволяющие последнему определить соответствие такого товара своим потребностям. При этом, необходимость указания участником закупки либо согласия, либо конкретных показателей предлагаемого к поставке товара обусловлена требованиями заказчика к необходимому к поставке товару в зависимости от собственных потребностей в его получении.

В пользу приведенного утверждения свидетельствуют и положения п. 1 ч. 1 ст. 64 Закона о контрактной системе в сфере закупок, согласно которому документация об электронном аукционе должна содержать описание объекта закупки и условия исполнения контракта в соответствии со ст. 33 названного закона.

При этом конкретные показатели, подлежащие указанию участником закупки в составе своей заявки, касаются исключительно технических, функциональных и качественных, характеристик товаров, позволяющих заказчику определить соответствие предлагаемого к поставке товара собственным потребностям. Об этом свидетельствуют и положения п. 1 ч. 1 ст. 66 Закона о контрактной системе в сфере закупок, содержащие указание на необходимость предоставления участником закупки в составе своей заявки конкретных показателей именно товара, а не сопутствующих комплектующих, поскольку последние не отнесены к числу качественных, технических и функциональных характеристик товара.

Предъявление же к участнику закупки требований о представлении в составе своей заявки конкретных показателей сопутствующих комплектующих товара, в отношении которого заказчиком установлены неизменяемые показатели, равно как и отклонение такого участника ввиду неуказания им таких показателей не только напрямую противоречит требованиям Закона о контрактной системе в сфере закупок, не соответствует балансу частных и публичных интересов (на необходимость соблюдения которого указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 29.03.2011 № 2-П) и стабильности публичных правоотношений, но и противоречит законодательно закрепленному принципу равенства участников гражданских правоотношений (ч. 1 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), презумпции добросовестности участников таких правоотношений (ч. 5 ст. 10 ГК РФ), а также законодательно установленному запрету на злоупотребление правом (ч. 1 ст. 10 ПС РФ), поскольку подобное требование не только является бесполезным дублированием требований аукционной документации (предлагаемого к поставке товара не станет внезапно больше, нежели требуется заказчику, и у такого товара не появятся иные показатели в части веса и формы упаковки, если участником дано согласие на предъявленные заказчиком в этой части требования) и беспричинно усложняет процесс заполнения заявки, но и в принципе оставляет разрешение вопроса о допуске той или иной заявки к участию в аукционе на исключительное субъективное усмотрение заказчика (который единолично разрешает вопрос достаточности ему согласия участника или необходимости указания им конкретных показателей своего товара).

Вместе с тем, как усматривается из текста протокола рассмотрения заявок, составленного 27.11.2017, заявка общества «ИРИС» отклонена Учреждением в связи с отсутствием в ней сведений о количестве, весе и упаковке предлагаемого к поставке товара.

При этом, согласно условиям аукционной документации (п. 17.1 Технического задания) первая часть заявки на участие в электронном аукционе должна содержать указанную в одном из следующих подпунктов информацию: 1. Согласие участника аукциона на поставку товара в случае, если участник предлагает для поставки товар, в отношении которого в аукционной документации содержится указание на товарный знак (его словесное обозначение) (при наличии), знак обслуживания (при наличии), фирменное наименование (при наличии), патенты (при наличии), полезные модели (при наличии), промышленные образцы (при наличии), наименование страны происхождения товара, и (или) участник предлагает для поставки товар, который является эквивалентным товару, указанному в аукционной документации, конкретные показатели товара, соответствующие значениям эквивалентности, установленным аукционной документацией; 2. Конкретные показатели, соответствующие значениям, установленным аукционной документацией, и указание на товарный знак (его словесное обозначение) при наличии, знак обслуживания (при наличии), фирменное наименование (при наличии), патенты (при наличии), полезные модели (при наличии), промышленные образцы (при наличии), наименование страны происхождения товара; 3. Первая часть заявки на участие в электронном аукционе может содержать эскиз, рисунок, чертеж, фотографию, иное изображение товара (работы, услуги), на поставку (выполнение, оказание) которого (-ой) заключается контракт.

В случае отсутствия в составе документации формы «Сведения о качестве, технических характеристиках товара, его безопасности, функциональных характеристиках (потребительских свойствах) товара, размере, упаковке, отгрузке товара и иные сведения о товаре, предоставление которых предусмотрено документацией об открытом аукционе в электронной форме», утвержденной постановлением Правительства Москвы от 24 февраля 2012 года № 67-ПП «О системах закупок города Москвы», либо не заполнении заказчиком такой формы, участник аукциона предоставляет согласие на поставку товара или выполнение работ, оказание услуг, для которых используется товар.

Иных требований к составу заявки на участие в электронном аукционе закупочной документацией установлено не было.

Приложением № 3 к аукционной документации заказчиком разработана и утверждена инструкция по заполнению заявки, содержащая размытые и абстрактные требования о представлении в составе заявки на участие в аукционе сведений, предусмотренных ч. 3 ст. 66 Закона о контрактной системе в сфере закупок.

При этом, как следует из материалов дела, непосредственные требования к закупаемому товару определены Учреждением в Техническом задании (приложение № 1 к государственному контракту), а именно: сухая белковая композитная смесь на основе белков молока, пакет не более 5 кг, объем 2700 кг, тип упаковки - пакет, масса нетто продукта - не более 5 кг.

Таким образом, заказчиком в настоящем случае установлены требования к показателям, которые не могут варьироваться или изменяться, поскольку представляют собой непосредственную потребность заказчика, а потому их указание в составе заявки является очевидно излишним, поскольку представляет собой бесполезное дублирование таких сведений в составе заявки в отсутствие смысловой нагрузки такого дублирования, поскольку заказчику эти показатели известны заранее.

Кроме того, в составе аукционной документации в настоящем случае наличествует форма для предоставления сведений о качестве, технических характеристиках товара, его безопасности, функциональных характеристиках (потребительских свойствах) товара, размере, упаковке, отгрузке товара и иные сведения о товаре, оценивая содержание которой, следует согласиться с выводом контрольного органа об отсутствии в этой форме прямого указания на необходимость представления участником закупки в составе своей заявки испрашиваемых заказчиком сведений. При этом, наличие в наименовании упомянутой формы словосочетаний «размер товара» и «упаковка товара» не свидетельствует о необходимости представления таких сведений в составе заявки участника закупки в отсутствие прямого на то указания в составе аукционной документации.

К самой форме прикреплена инструкция по ее заполнению (что, при наличии в составе аукционной документации приложения № 3 - инструкции по заполнению заявки, уже само по себе свидетельствует о намеренном усложнении заказчиком порядка заполнения заявок с целью максимально сократить количество участников закупки), также не содержащая прямого требования о необходимости представления в составе заявки сведений о размере, весе и упаковке товара.

При этом, наличие в упомянутой инструкции абстрактной формулировки «сведения о размере, упаковке, отгрузке товара и иные сведений, предоставление которых предусмотрено аукционной документацией, должны содержать значения параметров товара, в соответствии с которыми заказчик осуществляет приемку товара» о необходимости указания таких сведений в составе первой части заявки не свидетельствуют, поскольку данное требование в настоящем случае обусловлено наличием соответствующего указания в аукционной документации, которое в настоящем случае в упомянутой документации отсутствовало.

В этой связи, в случае действительной необходимости в получении заказчиком сведений о сопутствующих комплектующих предлагаемого участником закупки к поставке товара, Учреждению надлежало указать в своей аукционной документации четкие и конкретные требования о необходимости представления в составе подаваемой заявки таких сведений, а не презюмировать наличие у участника закупки такой обязанности путем указания порядка заполнения сведений о предлагаемом к поставке товаре с приоритетом формы над содержанием заявки. В настоящем же случае действия заказчика были направлены исключительно на изыскание всевозможных способов искусственно сократить количество потенциальных участников закупки, что не соответствовало не только балансу частных и публичных интересов (на необходимость соблюдения которого указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 29.03.2011 № 2-П) и принципу стабильности публичных правоотношений, а также принципу добросовестной реализации прав и законных интересов (ч. 3 ст. 1 ГК РФ), недопустимости извлечения преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (ч. 4 ст. 1 ГК РФ), недопустимости злоупотребления правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ).

В то же самое время, как следует из материалов дела и достоверно установлено контрольным органом, заявка третьего лица была отклонена от участия в закупочной процедуре со ссылкой на отсутствие в ней конкретных показателей в отношении количества товара, его веса и формы его упаковки.

Вместе с тем, положениями Технического задания изначально были определены конкретные значения количества товара, единицы его измерения, упаковки товара и его веса.

Таким образом, аукционной документацией изначально были определены испрашиваемые заказчиком характеристики (не диапазонные, из которых участнику надлежало бы выбрать и предложить свои показатели) сопутствующих комплектующих, что напрямую свидетельствует об осведомленности заказчика относительно того, какое именно количество товара, в какой упаковке и в каком весе будет поставлено.

В свою очередь, применительно к ч. 3 ст. 66 Закона о контрактной системе в сфере закупок, п. 17.1 Информационной карты закупки следует возможность указания участником в составе своей заявки только согласия на поставку товара именно на условиях, определенных заказчиком, поскольку сведениями о таких условиях заказчик располагал и так. Конкретные же показатели, касающиеся непосредственно потребительских свойств предлагаемого к поставке товара, обществом «ИРИС» в составе своей заявки были предложены.

Кроме того, оценивая конструкцию формы 2 с инструкцией по заполнению заявки в настоящем случае, следует признать, что основной целью ее формирования являлось максимальное усложнение порядка заполнения заявки с увеличением количества возможностей для их отклонения. Оценивая условия Технического задания в указанной части, следует признать, что подобное ее формирование представляет собой не что иное, как злоупотребление правом, направленное на максимальное ограничение количества участников закупки, а потому не подлежащее судебной защите в контексте ч. 2 ст. 10 ГК РФ.

При этом, документация о проведении закупки, являющаяся, по своей сути, офертой, в соответствии с положениями которой впоследствии заключается договор, не должна содержать возможности ее множественного толкования.

Указанная документация должна содержать в себе четкие, исчерпывающие требования к претендентам, подающим заявки на право участия в торгах, что исключает возможность субъективного толкования указанных в заявках предложений заказчиком.

В этой связи, в целях исключения какого-либо субъективного правоусмотрения при разрешении вопроса о допуске той или иной заявки к участию в закупке, а также недопустимости злоупотребления правом заказчику надлежит максимально четко и конкретно сформулировать свои требования относительно требуемых к выполнению работ или услуг. Наличие же в таких требованиях каких-либо разночтений, либо отсутствие в закупочной документации какого-либо требования исключает последующую возможность отклонения заявок со ссылкой на их несоответствие таким требованиям документации.

Приведенные заявителем ссылки на нормоположения ст. 42 Закона о контрактной системе в сфере закупок об ошибочности выводов

административного органа не свидетельствуют, поскольку положения упомянутой статьи закона касаются содержания извещения о проведении электронного аукциона, но не содержания заявки на участие в нем. Соблюдая требования названной нормы права, заказчик определяет собственную потребность в товарах (работах, услугах), а участники закупки могут определить и рассчитать собственные силы на выполнение соответствующих условий государственного контракта, будучи осведомленными, что эти требования не претерпят никаких изменений в ходе заключения и исполнения контракта.

Оценивая все приведенные заявителем в указанной части доводы, следует признать, что абсолютно все эти доводы сведены к попытке оправдать отсутствие в закупочной документации четких требований к составу заявки со ссылкой на необходимость презумпции участниками закупки обязанности по предоставлению испрашиваемых сведений, сложенной воедино из всех частей аукционной документации и последующую невозможность заключения государственного контракта в отсутствие таких сведений применительно к ст. 432 ГК РФ.

Между тем, нормы Закона о контрактной системе закупок являются специальными по отношению к гражданскому законодательству Российской Федерации, а потому применению в спорных правоотношениях подлежат именно нормы специального законодательства.

В то же самое время, требования к составу заявки на участие в электронной аукционе, установленные ст. 66 Закона о контрактной системе в сфере закупок, являются императивными и не подлежат расширительному толкованию, а установленный заказчиком объем подлежащего поставке товара не подлежит изменению применительно к ст. 95 названного закона.

Более того, учитывая то обстоятельство, что предметом контракта в настоящем случае являлась поставка товаров, то в контексте постановления

Президиума ВАС РФ от 14.02.2012 № 12632/11 предмет договора поставки, а также количество поставляемого товара относятся к существенным условиям такого договора. Иные существенные условия подлежащего заключению договора заказчиком, исходя из условий аукционной документации, не определялись.

Вместе с тем, как усматривается из материалов дела и достоверно установлено административным органом, поданная обществом «ИРИС» заявка содержала конкретные показатели потребительских свойств предлагаемого к поставке товара, а потому предмет договора поставки в контексте ст. 70 Закона о контрактной системе в сфере закупок являлся определенным. Количество же товара изначально было определено Учреждением в количестве 2700 кг и не подлежало изменению, а участником закупки было дано согласие на поставку товара на упомянутых условиях.

Таким образом, все существенные условия договора поставки были бы достигнуты сторонами, вопреки утверждению заявителя об обратном.

Исходя из положений п. 1 ч. 3 ст. 66 Закона о контрактной системе в сфере закупок и с учетом требований Технического задания следует признать, что у третьего лица в настоящем случае имелись правовые основания указать исключительно согласие на поставку товара на условиях, изложенных в Техническом задании, и с характеристиками, указанными в нем, а потому следует согласиться с выводами контрольного органа об отсутствии у заявителя правовых оснований к отклонению заявки общества «ИРИС».

В свою очередь, исчерпывающий перечень оснований для отклонения поданной первой части заявки приведен в ч. 4 ст. 67 Закона о контрактной системе закупок, к числу которых отнесены непредставление информации, предусмотренной ч. 3 ст. 66 упомянутого закона, либо предоставление недостоверной информации (п. 1), а также несоответствие такой информации требованиям аукционной документации (п. 2).

В силу ч. 5 ст. 67 Закона о контрактной системе в сфере закупок отказ в допуске к участию в электронном аукционе по основаниям, не предусмотренным ч. 4 упомянутой статьи закона, не допускается.

В то же самое время, учитывая то обстоятельство, что требования к количеству и упаковке необходимого к поставке товара были определены Учреждением в виде конкретных числовых значений, следует согласиться с выводом административного органа об отсутствии у заявителя в настоящем случае правовых оснований к отклонению этой заявки и, как следствие, о наличии в действиях последнего нарушения положений ч. 5 ст. 67 Закона о контрактной системе в сфере закупок.

Выводы административного органа, изложенные в оспариваемом решении в указанной части, являются правильными и представленным в дело доказательствам соответствуют.

В свою очередь, выданное антимонопольным органом заказчику обязательное к исполнению предписание об устранении выявленных нарушений направлено не только на восстановление прав и законных интересов участника закупки в административном порядке (ст. 11 ГК РФ), но также на проведение закупочной процедуры в строгом соответствии с требованиями Закона о контрактной системе в сфере закупок.

Приведенные же заявителем ссылки на решение Арбитражного суда г. Москвы от 20.03.2018 по делу № А40-233439/2017 подлежат отклонению, поскольку антимонопольный орган участником упомянутого судебного спора не являлся, а потому названный судебный акт в настоящем случае не имеет для настоящего спора ни преюдициального, ни общеобязательного значения (ст.ст. 16, 69 АПК РФ). В рамках упомянутого судебного разбирательства был заявлен иной предмет спора, и, как следствие, исследовалась иная доказательственная база в иных определенных предметом иска пределах. Кроме того, исходя из текста судебного акта, отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд исходил из уже достигнутого восстановления прав и законных интересов общества «ИРИС» в административном порядке (путем вынесения антимонопольным органом оспариваемых ненормативных правовых актов), а потому все иные сделанные судом выводы являются вторичными и не могут с безусловностью свидетельствовать об ошибочности выводов контрольного органа в настоящем случае. При таких данных, следует признать, что оспариваемое решение антимонопольного органа упомянутому судебному акту не противоречит. Несогласие же заявителя с выводами антимонопольного органа об обратном не свидетельствует.

При таких данных выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом ненормативном правовом акте, являются правильными и представленным в дело доказательствам соответствуют.

Согласно ст. 13 ГК РФ, п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом охраняемых законом интересов юридического лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием.

Учитывая изложенное, в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, входят проверка соответствия оспариваемых актов закону или иному нормативному правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемыми актами прав и законных интересов заявителя.

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований.

Заявителем, вопреки ч. 1 ст. 65, ст. 198 АПК РФ не доказано, каким нормативным актам не соответствует оспариваемый акт, какое его право нарушено оспариваемым решением и какое его право подлежит восстановлению путем признания обжалуемого акта недействительным, поскольку этот акт не создает заявителю каких-либо препятствий при осуществлении им экономической деятельности и не возлагает на него каких-либо обязанностей.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что совокупность условий, предусмотренных ч. 1 ст. 198 АПК РФ и необходимых для признания незаконным оспариваемого решения отсутствуют, оспариваемое решение является законным, обоснованным, принято в полном соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации о контрактной системе и не нарушает прав и законных интересов Заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в связи с чем заявленные требования удовлетворению не подлежат (ч. 3 ст. 201 АПК РФ).

Судом проверены все доводы заявителя, однако они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований.

Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на заявителя. Поскольку в деле отсутствуют сведения о ее уплате, госпошлина подлежит взысканию в доход Федерального бюджета.

На основании вышеизложенного, Федерального закона от 05.04.2013г. №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», руководствуясь ст. 1-13, 15, 17, 27, 29, 49, 51, 64-68, 71, 75, 81, 123, 156, 163, 166-170, 176, 180, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований ООО «Аргумент» отказать полностью.

Проверено на соответствие действующему законодательству.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья Н.Е. Девицкая