Постановление от 27 октября 2025 г. по делу № А45-19024/2023

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

634050, <...> Ушайки, 24


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск Дело № А45-19024/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 28 октября 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Фаст Е.В., судей Иванова О.А.,

Фроловой Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Мизиной Е.Б., с использованием средств аудиозаписи, в режиме веб-конференции, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 ( № 07АП-3943/25 (1)) на определение от 16.05.2025 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Кальяк А.М.) по делу № А45-19024/2023 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Слава» (ИНН <***>, далее – должник, ООО «Слава»), принятое по заявлению конкурсного управляющего Им ФИО2 (далее – заявитель, управляющий) о привлечении ФИО3, ФИО1 (далее – ответчики, ФИО3, ФИО1) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО1: ФИО4 по доверенности от 05.06.2025. Суд

установил:

в деле о банкротстве должника его управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО1 по обязательствам должника.

Определением суда от 16.05.2025 заявление управляющего удовлетворено: установлены основания для привлечения солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Слава» ФИО5, ФИО1; с ответчиков солидарно в пользу должника взыскано 2 036 607,30 руб., в федеральный бюджет - 43 049,11 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 16.05.2025 отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств по делу, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение судом норм материального и процессуального права.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО1 указывает на ненадлежащее извещение судом первой инстанции о начавшемся судебном разбирательстве, недоказанность оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности, в том числе в хозяйственной деятельности должника не участвовал, сделки, которые привели к банкротству должника не заключал, одобрение на заключение сделок не выдавал, заключение договоров аренды было направлено на извлечение прибыли, не являются крупными сделками, кредитор своими действиями способствовал увеличению кредиторской задолженности.

Управляющий в представленном отзыве с дополнениями считает доводы апелляционной жалобы необоснованными и не подлежащими удовлетворению, поскольку ответчик ФИО1 (участник ООО «Слава» с долей 50 %), как контролирующее должника лицо, знал и должен был знать о критическом состоянии организации, но не предпринял никаких действий для улучшения финансового состояния должника и выхода из кризисной ситуации; полагает, что своими действиями и бездействиями ФИО5 и ФИО6 фактически довели ООО «Слава» до банкротства, просит оставить определение суда от 16.05.2025 без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Судебное разбирательство неоднократно откладывалось, в том числе до 14.10.2025 для информирования ФИО5 о необходимости предоставления пояснений и в связи с истребованием доказательств в целях проверки доводов апеллянта.

ФИО5 в представленных пояснениях указывает, что в 2008 году предложил знакомому ФИО1 стать соучредителем ООО «Слава», чтобы развивать бизнес дальше, ФИО1 внес 5 000 руб. в уставной капитал и стал соучредителем, он остался руководителем и занимался заключением договоров с мэрией г. Новосибирска; после окончания договоров аренды обращался в мэрию с целью их продления, но мне отказали, в связи с отказом в продлении (перезаключении) договоров аренды со стороны мэрии г. Новосибирска добросовестно решил, что тем самым пользование земельными участками прекратилось автоматически, известно, что на земельных участках, где были расположены стоянки ООО «Слава», местные жители продолжали ставить автомобили, плата за охрану автомобилей не взималась, ограждения и будка сохранились не неохраняемых участках; судебные повестки, направляемые в адрес ООО «Слава» не получал, деятельность по юридическому адресу юридического лица не вел, о долге перед мэрией г. Новосибирска не знал.

ФИО1 в представленных пояснениях поддерживает доводы апелляционной жалобы.

Поступившие дополнения приобщены апелляционным судом к материалам дела на основании статей 66, 81, 262 АПК РФ.

Довод о ненадлежащем извещении судом первой инстанции ФИО1 о времени и месте проведения судебных заседаний отклоняется апелляционным судом как необоснованный.

Согласно части 1 статьи 121 АПК РФ, лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса извещаются арбитражным судом о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия путем направления копии судебного акта в порядке, установленном настоящим Кодексом, не позднее чем за пятнадцать дней до начала судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

В силу части 1 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном настоящим Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

Согласно части 6 статьи 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению информации о движении дела, если суд располагает информацией о том, что указанные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе, за исключением случаев, когда лицами, участвующими в деле, меры по получению информации не могли быть приняты в силу чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств.

Арбитражным судом Новосибирской области 29.03.2025 в адрес ФИО1 направлялась копия определения об отложении судебного разбирательства по адресу: 630099, <...> (почтовый идентификатор 63097605289793), что соответствует сведениям из адресной справки от 02.11.2024 (л.д. 127 т. 1) и указанному в апелляционной жалобе адресу.

В связи с неудачной попыткой вручения – 08.04.2025, письмо возвращено отправителю из-за истечения срока хранения – 16.04.2025 (согласно отчету об отслеживании отправления с почтовым идентификатором, л.д. 153 т. 1), нарушения правил вручения почтовой корреспонденции не установлено, что следует из ответа АО «Почта России».

Таким образом, апелляционный суд приходит к выводу о том, что должник был надлежащим образом извещен о рассмотрении дела.

Доказательств того, что у должника отсутствовала объективная возможность для получения почтовой корреспонденции в материалы дела не представлено.

Доказательств того, что должник был зарегистрирован по иному адресу, также не представлено.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия, учитывая реализованную в отношении апеллянта «фикцию извещения о процессе», считает, что основания для безусловной отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ считает возможным рассматривать апелляционную жалобу в их отсутствие.

В судебном заседании представитель ФИО1 просил удовлетворить его апелляционную жалобу, заявил о необходимости ожидания истребуемых документов из мэрии г. Новосибирска.

Вместе с тем, учитывая, что определениями апелляционного суда от 15.08.2025, от 21.08.2025 у мэрии г. Новосибирска истребованы сведения для проверки обстоятельств возможного своевременного и надлежащего возврата арендованных участков для целей оценки действий ответчиков на предмет оснований для уменьшения размера субсидиарной ответственности в условиях процессуальной неактивности при рассмотрении настоящего обособленного спора субсидиарного ответчика ФИО5, поступление от последнего исчерпывающих объяснений об отсутствии с его стороны каких-либо действий по возврату арендованных земельных участков, суд апелляционной инстанции не усматривает невозможность рассмотрения дела без истребуемых судом доказательств от мэрии г. Новосибирска, полагает объем предоставленных доказательств достаточным для установления фактических обстоятельств по делу.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и позиций на неё, проверив законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции в порядке главы 34 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены или изменения.

Из материалов дела следует, решением суда от 12.01.2024 ООО «Слава» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден Им ФИО2.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Слава» установлено, что размер непогашенных требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, составил 2 036 607,30 руб. (мэрия г. Новосибирска, ФНС России).

Имущество, на которое возможно обращение взыскание, у ООО «Слава» отсутствует, конусная масса не сформирована, удовлетворение требований кредиторов в ходе проведения процедуры банкротства невозможно.

Ссылаясь на наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции исходил из доказанности наличия оснований для привлечения ФИО5 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Выводы суда первой инстанции являются правильными.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав).

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника является формой ответственности контролирующего должника лица за доведение до банкротства, вред в таком случае причиняется кредиторам в результате деликта контролирующего лица - неправомерного вмешательства в деятельность должника, вследствие которого должник теряет способность исполнять свои обязательства.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия (бездействие) ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, от 18.08.2023 № 305-ЭС18-17629(5-7)).

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия

(бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; далее - Постановление № 53).

Оценивая обстоятельства, связанные с наличием задолженности и причинами неплатежа, следует учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статьи 56 ГК РФ), наличие у участников общества и его руководителя широкой свободы усмотрения при принятии деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статьи 10 ГК РФ) (пункт 1 Постановления № 53).

Прекращение подконтрольным обществом хозяйственной деятельности при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами не является достаточным основанием для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности, ввиду того, что одним из условий удовлетворения требования кредиторов является установление того обстоятельства, что непогашенный долг возник в результате неразумности и недобросовестности данных лиц.

Если будет доказано, что действия контролирующего лица не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов подконтрольного общества, то оно не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац второй пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 18 Постановления № 53).

В соответствии с правовым подходом, отраженным в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809, закон, предоставляя право каждому свободно использовать свои способности и имущество для предпринимательской деятельности, в том числе через объединение и участие в хозяйственных обществах, не поощряет «брошенный бизнес».

Данная позиция предписывает контролирующему должника лицу активное процессуальное поведение при доказывании возражений относительно предъявленных к нему требований под угрозой принятия решения не в его пользу (пункт 2 статьи 61.15, пункт 4 статьи 61.16, пункт 2 статьи 61.19 Закона о банкротстве, пункт 2 статьи 9, пункт 3.1 статьи 70 АПК РФ).

Вопрос о распределении бремени доказывания по делам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности применительно к случаю, когда подконтрольный должник ликвидирован, разрешен Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 07.02.2023 № 6-П, а также Верховным Судом Российской Федерации в пункте 8 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год, утвержденного 15.05.2024 и ряде определений (от 10.04.2023 № 305-ЭС22-16424, от 04.10.2023 № 305-ЭС23-11842, от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809, от 11.02.2025 № 307-ЭС24-18794).

Эта же правовая позиция применима и к случаю, когда юридическое лицо еще не исключено из реестра, но является уже фактически недействующим («брошенным»), так как по существу экономически оно ничем не отличается от ликвидированного и нет никаких оснований уменьшать правовую защищенность кредиторов «брошенных» юридических лиц по сравнению с кредиторами ликвидированных (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.2025 № 305-ЭС24-22290).

Добросовестный руководитель общества обязан действовать в интересах контролируемого им юридического лица и его кредиторов, в том числе сохранять, раскрывать информацию о хозяйственной деятельности должника при предъявлении требований как к подконтрольному обществу, так и лично к контролирующему лицу; давать пояснения относительно причин неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено названным Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей

организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Из материалов регистрационного дела должника и дела о банкротстве следует, руководителем должника с 14.06.2006 по 12.01.2024 (дата введения конкурсного производства) был ФИО5; учредителями должника являются ФИО5 (доля участия в обществе 50%, с 14.06.2006) и ФИО1 (доля в участия в обществе 50%, с 29.10.2008).

По смыслу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве ФИО5 и ФИО1 под определение контролирующих должника лица и являются субъектами субсидиарной ответственности, иного не доказано (статья 65 АПК РФ).

Из материалов дела следует, в ходе проведения мероприятий конкурсного производства управляющим установлено, что хозяйственная деятельность ООО «Слава» сводилась к организации автомобильных стоянок на арендованных у мэрии г. Новосибирска земельных участках на основании договоров аренды земельных участков № 120582а от 28.02.2018 (в <...>) и № 111592а от 07.06.2012 (в <...>).

Договоры аренды прекращены сроки их окончания, ООО «Слава» арендованные земельные участки не возвратило.

В связи с неисполнением обязательств по оплате арендной платы по договору № 111592а с должника взыскана задолженность решениями Арбитражного суда Новосибирской области от 20.06.2018 по делу № А45-13054/2018 (период задолженности с 3 квартала 2016 по 3 квартал 2017 г.г.), от 27.07.2019 по делу № А45-22874/2019 (период задолженности с 4 квартала 2017 года по 2 квартал 2018 года), от 11.03.2020 по делу № А45- 1222/2020 (период задолженности с 3 квартала 2018 по 2 квартал 2019 г.г.), от 03.12.2020 по делу № А45-27888/2020 (период задолженности с 3 квартала 2019 по 3 квартал 2020 г.г.), от 19.04.2021 по делу № А45-5332/2021 (период самовольного пользования с 3 квартала 2019 по 3 квартал 2020 г.г.).

В связи с неисполнением обязательств по оплате арендной платы по договору № 120582а с должника взыскана задолженность решениями Арбитражного суда Новосибирской области от 20.06.2018 по делу № А45-13953/2018 2018 (период задолженности с апреля 2017 по ноябрь 2017 г.г.), от 27.07.2019 по делу № А45-22876/2019 (период задолженности с декабря 2017 по август 2018 г.г.), от 23.03.2020 по делу № А45-1219/2020 (период задолженности с сентября 2018 по июль 2019 г.г.), от 08.02.2021 по делу № А45- 27889/2020 (период задолженности с августа 2019 по май 2020 г.г.), от 07.02.2022 по делу № А45-34348/2021 (период задолженности с июня 2020 по август 2020 г.г.).

На дату введения конкурсного производства 12.01.2024 у должника образовалась задолженность перед кредитором мэрия г. Новосибирска в сумме 2 008 091, 96 руб. (основной долг).

Согласно данным полученным из информационного ресурса Руспрофайл конкурсным управляющим, с 2019 года бухгалтерская отчетность в ИФНС России должником не сдавалась.

Применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора установлено, что каких-либо ясных и убедительных пояснений относительно обстоятельств ведения должником хозяйственной деятельности, освобождения и возврата арендованных земельных участков арендодателю после прекращения срока действия договоров аренды, в том числе по требованию мэрии г. Новосибирска и в судебном порядке, не представлено, земельные участки собственнику не переданы, что при этом влекло начисление арендной платы за фактически неиспользуемые земельные участки.

Из материалов дела усматривается и ФИО5, ФИО1 не опровергнуто, что задолженность перед мэрией г. Новосибирска возникла вследствие неисполнения обязательств по оплате арендной платы за пользование арендованными ООО «Слава» земельными участками.

При этом, мэрия г. Новосибирска направляла обществу-должнику претензию от 21.08.2018 с требованием в добровольном порядке и за свой счёт освободить муниципальный земельный участок, однако общество не исполнило требование.

После 28.02.2018 арендованный участок был не освобожден, вплоть до введения процедуры банкротства, в результате чего образовалась задолженность в сумме 2 008 091, 96 руб.

Доказательства, свидетельствующие о предпринимаемых ответчиками действиях для возврата спорных земельных участков с целью недопущения увеличения кредиторской задолженности, учитывая, что фактически деятельность по организации

автостоянок, по утверждению ответчиков, прекратилась после отказа мэрии г. Новосибирска от продления договоров аренды, ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции не представлены.

С учетом изложенного имеются объективные сомнения в добросовестности действий ответчиков, которые последними не опровергнуты.

Таким образом, поскольку в материалы дела не представлено обоснованных пояснений о том, что наращиванию кредиторской задолженности действительно способствовало принятие разумного делового решения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о вредоносном характере действий (бездействия) ФИО5 и ФИО1, образующих состава правонарушения, являющегося основанием для привлечения контролирующих лиц к гражданско-правовой ответственности пункту 1 и подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Оценивая доводы апеллянта о недоказанности оснований привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в том числе в хозяйственной деятельности должника не участвовал, сделки, которые привели к банкротству должника не заключал, одобрение на заключение сделок не выдавал, заключение договоров аренды было направлено на извлечение прибыли, не являются крупными сделками, кредитор своими действиями способствовал увеличению кредиторской задолженности, судебная коллеги исходит из следующего.

Для привлечения к гражданско-правовой ответственности за доведение должника до банкротства не требуется наличия у лица, привлекаемого к ответственности, прямого умысла именно на это, достаточно доказанности факта совершения контролируемым должника лицом виновных неправомерных действий, которые привели к несостоятельности последнего.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 19 Постановления № 53, доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при

этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В свою очередь, контролирующее должника лицо должно подтвердить добросовестность своих действий и опровергнуть презумпцию своего недобросовестного поведения (действий/бездействия).

Доказательств добросовестного поведения ФИО5 и ФИО1, подтверждающих, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от них требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности ООО «Слава» предпринимательских рисков, они действовал добросовестно и приняли все меры как для исполнения обществом договорных обязательств перед мэрией г. Новосибирска, так и для исполнения судебных актов о взыскании спорной задолженности, не представлено.

Ссылка ФИО7 на недобросовестные действия кредитора несостоятельна и подлежит отклонению, поскольку требования мэрии г. Новосибирска подтверждение вступившими в силу решениями суда (статья 69 АПК РФ).

Кроме того, добросовестный участник ООО «Слава» обязан действовать в интересах контролируемого им юридического лица и его кредиторов, тогда как ФИО7 судьбой должника не интересовался, попыток восстановить деятельность ООО «Слава» или погасить требования кредиторов не предпринимал, контроль за деятельность директора ФИО5 не осуществлял.

Таким образом, должником в лице контролирующих должника лиц ФИО5 и ФИО7 не были своевременно приняты все меры для надлежащего исполнения обязательств, при должной степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательств и условиям оборота, допущено сознательное наращивание задолженности перед кредитором длительное время, в связи с чем контролирующие должника лица – ФИО5, ФИО7 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, поскольку должнику и кредиторам причинен имущественный вред от их действий (бездействия).

При доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующих лиц явились необходимой причиной объективного банкротства.

В силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой (абзац первый пункта 22 Постановления № 53).

Применительно к обстоятельствам данного спора судом первой инстанции установлена совокупность условий, определяющих виновные действия ответчиков и являющихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности солидарно, иного ответчиками не раскрыто и не доказано (статья 65 АПК РФ).

Пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено ряд презумпций, наличие которых предполагает, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в частности, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 названной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 24 Постановления № 53, при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей документации, необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Однако, признаки презумпции не могут подменять обстоятельства самого правонарушения, которое выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

Кроме того, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов

В рассматриваемом случае, что ФИО5 являлось лицом, в обязанности которого входит введение, хранение и передача бухгалтерской документации.

Доказательств передачи документов ФИО5 управляющему не представлено.

Учитывая вышеприведенные обстоятельства, исходя из того, что у управляющего отсутствуют сведения о наличии у должника какого-либо ликвидного имущества (основных средств, дебиторской задолженности), что существенно затрудняет проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, ФИО5 не опроверг презумпции, предусмотренные пунктом 4 статьи 10 и подпунктами 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения к субсидиарной ответственности; доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника, в том числе принятие достаточных мер для исполнения обязанности по ведению и хранению бухгалтерской отчетности не представил, суд первой инстанции правомерно признал обоснованными требования управляющего в соответствующей части и привлек к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего руководителя ФИО5 по самостоятельному основанию за непередачу документов конкурсному управляющему (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

С учетом положений статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ), статьи 61.12 Закона о банкротстве, а также позиции, изложенной в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации 21.10.2019 № 305-ЭС19-9992, от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412, от 17.08.2022 № 305-ЭС21-29240, от 15.12.2022 № 302-ЭС19-17559(2), от 29.12.2022 № 305-ЭС22-11886, для привлечения лица к ответственности за неподачу заявления должника о банкротстве необходимо доказать совокупность условий: наличие признаков объективного банкротства в ту или иную дату, а также наличие обязательств, возникших у должника в период с момента возникновения обязанности по подаче заявления о банкротстве и до момента возбуждения судом дела о банкротстве, составляющих размер ответственности привлекаемого лица по указанному основанию.

Управляющий считает моментом возникновения кредиторской задолженности 07.06.2015, с момента неподачи контролирующими должника лицами заявления о признании ООО «Слава» банкротом кредиторская задолженность увеличилась до 2 036 607,30 руб.

Доказательств принятия руководителем, учредителем должника ФИО5 и учредителем должника ФИО1 каких-либо действий, направленных на улучшение финансового состояния ООО «Слава» материалы дела не содержат, не представлено и суду апелляционной инстанции.

Вместе с тем, поскольку основанием для привлечения ФИО5 и ФИО1 к субсидиарной ответственности является невозможность погашения требований кредиторов должника, то правового значения установление даты объективного банкротства ООО «Слава» и возникших после нее обязательств для определения размера ответственности не имеет. Размер субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве полностью охватывается ответственностью по правилам статьи 61.11 Закона о банкротстве. При наличии одновременно нескольких оснований для привлечения к ответственности контролирующих лиц, предусмотренных Законом о банкротстве, окончательный размер ответственности определяется путем поглощения большей из взыскиваемых сумм меньшей. Совокупный размер ответственности должен быть ограничен максимальным размером, установленным Законом о банкротстве (в совокупном размере требований кредиторов).

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

Как следует из материалов дела, сумма требований, составляющая размер субсидиарной ответственности, составил 2 036 607,3 руб., поэтому суд первой инстанции правомерно взыскал указанную сумму с ответчиков.

Судом апелляционной инстанции не установлено оснований для уменьшения размере субсидиарной ответственности или освобождения ответчиков от нее не имеется.

Доводы апелляционной жалобы изучены апелляционным судом и подлежат отклонению в полном объеме, поскольку не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

С учетом итогов рассмотрения апелляционной жалобы, расходы по уплате государственной пошлины по правилам статьи 110 АПК РФ относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

постановил:

определение от 16.05.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-19024/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Председательствующий Е.В. Фаст

Судьи О.А. Иванов Н.Н. Фролова