Постановление от 26 июня 2024 г. по делу № А32-15789/2013

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-15789/2013
г. Краснодар
27 июня 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 26 июня 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 июня 2024 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Денека И.М., судей Мацко Ю.В. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Южная строительная коммуникационная компания» ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 22.04.2024), от ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 13.02.2024), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО3 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2024 по делу № А32-15789/2013 (Ф08-3420/2024), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Южная строительная коммуникационная компания» (далее – должник) в арбитражный суд обратился конкурсный управляющий должника ФИО1 (далее – управляющий) с заявлением о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 14.10.2011 двухэтажного жилого коттеджа № 19-4 общей площадью 228,50 кв. м, расположенного по адресу: <...>, заключенного должником и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.01.2021 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2021 определение от 29.01.2021 отменено. Признан недействительным договор купли-продажи имущества, заключенный должником и ответчиком. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника 10 млн рублей. В остальной части в удовлетворении заявления отказано. Судебный акт мотивирован заключением сделки в период неплатежеспособности с аффилированным лицом. Судом применены высокие стандарты доказывания и с учетом экспертного заключения суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности фактической передачи денежных средств.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.01.2022 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.01.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2021 определение от 29.01.2021 отменены, дело направлено на новое рассмотрение. Судебный акт мотивирован необходимостью проведения повторной экспертизы.

Определением от 04.08.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано. Перечислены НП ЭО «Кубань-Экспертиза» с депозитного счета Арбитражного суда Краснодарского края денежные средства в размере 828 000 рублей, внесенные ФИО3 по платежному поручению от 03.02.2023 № 63350. Требования ФИО3 в размере  828 000 рублей включены отдельно в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника.

Постановлением от 19.03.2024 определение отменено, признан недействительным договор купли-продажи имущества: двухэтажного жилого коттеджа № 19-4, литера ЦУ общей площадью 228,50 кв. м, расположенного по адресу: <...>, заключенный должником и ФИО3 Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника 10 млн рублей.

В кассационной жалобе ФИО3 просит постановление отменить, оставить в силе определение. Податель жалобы указывает, что вывод суда апелляционной инстанции о том, что должник не получил встречного исполнения по договору купли-продажи от 14.10.2011, поскольку оплата ФИО3 не произведена, не соответствует фактическим обстоятельствам дела. В материалы дела представлены квитанции к приходному кассовому ордеру от 09.08.2010 № 000104 на сумму 4 000 000 рублей и от 03.09.2010 № 000111 на сумму 6 000 000 рублей, подтверждающие факт внесения оплаты по предварительному договору от 30.07.2010 в кассу должника, соглашение о зачете взаимных требований от 20.10.2011. Заявитель считает необоснованным вывод апелляционного суда о невозможности использования экспертное заключение от 20.03.2023. Доводы суда апелляционной инстанции по отказу в принятии проведенной судебной экспертизы в качестве доказательства по делу не имеют под собой каких-либо доказательств, содержащихся в материалах дела, а сводятся только к несогласию судебной коллегии с самой методикой проведения экспертизы без наличия каких-либо научных оснований. Судом апелляционной инстанции проигнорирован факт того, что отсутствие задолженности ФИО3 перед должником подтверждено не только представленными ФИО3 спорными квитанция к приходным кассовым ордерам и соглашением о зачете, но и находящейся в материалах дела справкой должника  от 26.12.2011 № 893, которая входит в состав дела правоустанавливающих документов на объект с кадастровым номером 23:40:0407020 и представлена по запросу апелляционного суда Федеральной службой государственной регистрации кадастра и картографии по Краснодарскому краю. Управляющим не представлено доказательств внесения ФИО5 оставшихся 16 млн рублей по договору, кроме спорной суммы в размере 4 млн рублей, также не представлено доказательств передачи ФИО5 приобретаемого объекта недвижимости, доказательств возврата ФИО5 уплаченной денежной суммы, либо факта включения ФИО5 в реестр кредиторов должника. Судом апелляционной инстанции в постановлении не указано каких-либо разумных объяснений, почему за период с 2011 по 2021 гг. ФИО5 не предпринял каких-либо попыток выяснить судьбу якобы внесенной им значительной суммы в размере 4 млн рублей. Судебная коллегия ограничилась лишь констатацией того, что согласно «объяснениям управляющий неоднократно предпринимал попытки получить какие-либо пояснения ФИО5 относительно совершенной им сделки, однако управляющий такую информацию не получил. Кроме того, несмотря на то, что нотариусом Нотариальной палаты Санкт-Петербурга ФИО6 в отношении умершего ФИО5 открыто наследственное дело № 189/2021, ни один из наследников так и не обратился к должнику для выяснения судьбы якобы внесенной их наследодателем крупной денежной суммы. При этом, суд апелляционной инстанции не обратил внимание на то, что все действия по выяснению местонахождения ФИО5 предприняты только в 2023 году, то есть, когда управляющий знал, что опросить ФИО5 не представится возможным. Также опрошенная в ходе судебного заседания в суде первой инстанции в качестве свидетеля главный бухгалтер должника на момент возникновения спорных правоотношений подтвердила факт оплаты ФИО3 денежных средств за спорный объект недвижимости. Соглашаясь с доводами управляющего о недостаточном финансовом состоянии для заключения спорной сделки, суд апелляционной инстанции проигнорировал представленные налоговые декларации ФИО3 за 2007-2009 гг., согласно которым доход ФИО3 составил в 2007 году – 14 638 495 рублей, за 2008 – 25 680 811 рублей и за 2009 – 3 464 914 рублей. Указание суда апелляционной инстанции на то, что налоговые декларации представлены суду в ненадлежащей форме, то есть не в подлинниках либо заверенных копиях, не обоснован, поскольку законодательство Российской Федерации предусматривает возможность подачи документов в электронном виде через специализированные коммерческие организации, что влечет за собой отсутствие у налогоплательщика каким-либо способом заверенной отчетности на бумажном носителе. Доводы о том, что ФИО3 постоянно приобретались недвижимые имущества с 2007 по 2008 год, не оценен должным образом, все указанные в договорах денежные средства не составляли и половину доходов ФИО3 в период совершения сделок. Суд апелляционной инстанции не принял во внимание, что все указанные в данном постановлении договоры между ФИО3 и должником расторгнуты и внесенные по данным договорам денежные средства возращены ФИО3 (копии соглашений о расторжении договоров находятся в материалах дела). Все доказательства выдачи ФИО3 денежных средств остались в распоряжении управляющего, который явно не заинтересован в их предоставлении суду, что он косвенно и подтвердил тем, что скрыл от суда факт расторжения договоров о приобретении недвижимого имущества и наличие у него соглашений об их расторжении. Суд апелляционной инстанции необоснованно отказал в принятии в качестве доказательства факт получения ФИО3 кредита в размере 4 550 000 рублей в КАБ «Банк Сосьете Женераль Восток» и использовании впоследствии данных денежных средств на оплату спорного объекта недвижимости. Факт получения кредита установлен судом, какие-либо доказательства о том, что данные средства истрачены ФИО3 в иных целях, отсутствуют. Отказ суда апелляционной инстанции в качестве доказательства достаточности денежных средств у ФИО3 сведений о финансовом состоянии его отца ФИО7 на основании отсутствия подтверждающих документов передачи отцом денег своему сыну не обоснован, поскольку договор дарения денежных средств совершен в устной форме, что не запрещено законодательством.

В отзыве управляющий просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы.

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержал доводы жалобы, представитель управляющего – доводы отзыва.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Как видно из материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 27.05.2013 принято заявление общества с ограниченной ответственностью «Фирма «Гравитон» о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Южная строительная коммуникационная компания».

Решением от 20.02.2015 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства.

В рамках процедуры конкурсного производства конкурсным управляющим установлено, что 14.10.2011 должник (продавец) и ответчик (покупатель) заключили договор купли-продажи имущества, по условиям которого продавец передает в собственность покупателю объект недвижимого имущества: двухэтажный жилой коттедж № 19-4, литер ЦV общей площадью 228,50 кв. м, расположенный по адресу: <...>.

Согласно пункту 6 договора цена коттеджа составляет 10 млн рублей.

При этом в силу пункта 3 договора цена договора включает стоимость права на передаваемую часть земельного участка, занятую жилым коттеджем и необходимую для его использования; покупателю одновременно с передачей права собственности на жилой коттедж в соответствии со статьей 552 Гражданского кодекса Российской Федерации переходит право пользования частью земельного участка с кадастровым номером 23:40:0407020:0:51, которая занята жилым коттеджем и необходима для его использования на тех же условиях, что существовали для продавца.

Полагая, что договор купли-продажи от 14.10.2011 совершен в период подозрительности, установленный статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002  № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), при неравноценном встречном предоставлении по цене, существенно ниже рыночной стоимости переданного имущества, оплата по договору ФИО3 не произведена, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

При новом рассмотрении суд первой инстанции, руководствуясь статьей 61.2 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлениях Пленума Высшего Арбитражного Суда от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", от 11.07.2011 № 54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем», статьями 158, 164, 429, 552 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 24 постановления Пленума Верховного Суда Р от 25.12.2018 № 49                  «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», проведя повторную экспертизу пришел к выводу об отсутствии оснований для признании спорной сделки недействительной.

Отменяя определение первой инстанции, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 19, 32, 61.2 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», правовой позицией, сформированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009 по делу № А40-235730/2016, статьями 131, 223, 552 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35  «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», положениями Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» пришел к выводу о наличии  иных оснований для признании спорной сделки недействительной.

Суд апелляционной инстанции установил, что оспариваемый договор заключен аффилированными лицами.

Так, ФИО3 является сыном бывшего руководителя должника – ФИО7 и ФИО8, являвшейся учредителем должника в размере 60% доли в уставном капитале. В свою очередь ФИО7 работал в должности генерального директора должника с 1992 года. Приказом от 15.02.2012 № 6-л ФИО7 уволен с занимаемой должности в порядке перевода в ООО «Импульс». Вместе с тем приказом от 16.02.2012 № 8-л ФИО7 принят на должность исполнительного директора должника без испытательного срока. При этом предварительный договор купли-продажи спорного имущества от 30.07.2010 и соглашение о зачете от 20.10.2011 заключено от имени должника генеральным директором общества ФИО7 

Учитывая изложенное, сын бывшего руководителя должника на момент совершения спорной сделки (14.10.2011) не мог не знать о действительном финансовом положении общества. Поскольку ФИО3 является заинтересованным лицом по отношении к руководителю и учредителю должника по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, осведомленность ответчика о наличии у общества признаков неплатежеспособности по состоянию на дату совершения сделки презюмируется.

Также, суд апелляционной инстанции установил наличие у должника неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами, требования которых в последующем включены в реестр требований кредиторов должника.

Так, решением Арбитражного суда города Москвы от 23.09.2014 по делу                       № А40-132260/2014 с должника в пользу Министерства обороны Российской Федерации взысканы проценты за пользование авансом как коммерческим кредитом за период с 02.12.2010 в размере 299 742 705 рублей 46 копеек. Решением Арбитражного суда города Москвы от 23.01.2014 по делу № А40-3169/2012 с должника в пользу ООО УК «Уралсиб» за нарушение условий договора взыскана неустойка по договорам за период с 02.04.2011, а также с 01.09.2010 в размере 208 354 518 рублей 99 копеек. Решением Арбитражного суда города Москвы от 03.06.2013 по делу № А40-28302/2013 с должника в пользу Министерства обороны Российской Федерации взыскана неустойка за нарушение условий государственного контракта с 15.12.2011 в размере 86 172 419 рублей 03 копеек. Решением Арбитражного суда города Москвы от 11.07.2013 с должника в пользу Министерства обороны Российской Федерации за нарушение условий государственного контракта с 01.12.2010 взыскано 244 695 231 рубль 96 копеек.

Относительно неравноценности встречного представления суд апелляционной инстанции отметил следующее. 

По условиям оспариваемой сделки стоимость имущества определена в размере                       10 млн рублей. В ходе рассмотрения обособленного спора судом первой инстанции по делу назначена судебная экспертиза для определения рыночной цены отчужденного имущества. В соответствии с заключением эксперта от 29.06.2017 № 001-03\17 наиболее вероятная стоимость объекта двухэтажный жилой коттедж № 19-4, литер ЦV общей площадью 228,50 кв. м, расположенный по адресу: <...> по состоянию на дату совершения сделки – 14.10.2011 составила 9 240 000 рублей.

Исследовав и оценив экспертное заключение от 29.06.2017 № 001-03\17, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что экспертное заключение соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каких-либо противоречий не содержит.

Признавая спорную сделку недействительной, суд апелляционной инстанции исходил из того, что надлежащих и бесспорных доказательств фактической передачи денежных средств на момент совершения оспариваемого договора в материалы дела не представлено.

Суд апелляционной инстанции указал, что согласно представленным кассовым книгам должника за август и сентябрь 2010 года сведений том, что 30.07.2010 заключен предварительный договор с ФИО3, не имеется. Вместе с тем, за подписью ФИО7, являвшегося генеральным директором должника, заключен договор № 121 со ФИО5 Предметом указанного договора являлся 2-этажный жилой дом, номер 13, общая площадь 272,2 кв. м, жилая 59,4 кв. м, расположенный по строительному адресу: <...>, в коттеджном комплексе «Турбаза Кубань». По приходному кассовому ордеру от 09.08.2010 № 000104 в кассу должника были внесены денежные средства в размере 4 млн рублей, не ФИО3, как утверждает ответчик, а ФИО5 Кроме того, в кассовой книге должника в качестве основания для поступления денежных средств в размере 4 млн рублей имеется договор именно со ФИО5, а не с ФИО3 При этом, договор от 30.07.2010 с ФИО3 в первичной бухгалтерской документации, в том числе в выписках по счетам, не значится.

ФИО3 не представлено доказательств, что ФИО5 отказался от заключения договора, либо ФИО3 возвратил последнему уплаченные денежные средства в размере 4 млн рублей.

Суд апелляционной инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о том, что по состоянию на 11.11.2011 ни договора купли-продажи, ни соглашения о зачете с ФИО3 не существовало. В бухгалтерских документах должника упоминание об указанной сделке с ФИО3 отсутствует.

Отклоняя в качестве надлежащего доказательства по делу экспертное заключение              от 20.03.2023 № 2023/02-08, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-

Суд апелляционной инстанции посчитал предлагаемый метод исследования не подлежащим применению в определении давности изготовления документа, так как в основе метода Плетень О.И. лежит метод изучения бумаги, тогда как целью экспертного исследования является именно определение времени нанесения печатного текста, рукописного текста и печати. Для объективной проверки подлинности документа имеются препятствия, поскольку термическое воздействие на документ, изменяющее физико-химические свойства ее реквизитов, объективно не позволяет проверить представленные ответчиком документы на предмет их подлинности, а представленное в материалы дела судебное заключение данные выводы не опровергает, что не позволяет разрешить вопрос подлинности и времени нанесения подписи.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции, представленные ответчиком доказательства – квитанции к приходным кассовым ордерам от 09.08.2010 № 000104,                         от 03.09.2010 № 000111, а также соглашение о зачете взаимных требований от 20.10.2011 посчитал недостоверными и ненадлежащими доказательствами по делу.

Отклоняя представленные в материалы дела налоговые декларации ФИО3 за 2007, 2008 и 2009 год, суд апелляционной инстанции отметил, что документы, приложенные к заявлению и представленные сведения не относятся к периоду заключения сделки в августе 2010 года. Доказательств аккумулирования денежных средств на счетах ФИО3 с 2007 по 2009 гг. в материалы дела ответчиком не представлено.

При этом из материалов дела также следует, что ФИО3 постоянно приобретались объекты недвижимого имущества.

Так, 25 декабря 2007 года по договору участия в долевом строительстве № 1084-А ФИО3 внесено 1 791 800 рублей. 25 декабря 2007 года по договору участия в долевом строительстве № 1083-А ФИО3 было внесено 2 961 400 рублей.

20 октября 2008 года по договору участия в долевом строительстве № 1004-Б ФИО3 внесено 4 898 400 рублей. 22 декабря 2008 года по договору участия в долевом строительстве № 1009-Б ФИО3 было внесено 2 796 300 рублей. 24 сентября 2008 года ФИО3 приобретен по договору купли-продажи № 117 коттедж вместе с ФИО9 (сестрой) в размере 12 048 750 рублей. Договор расторгнут 30.06.2011 (после даты заключения договора, являющегося предметом настоящего спора). В декабре 2018 года ФИО3 приобретено по договору купли-продажи 1/3 доли дома и земельного участка по адресу <...> (стоимость сделки неизвестна). 10 декабря 2008 года ФИО3 приобретена по договору купли-продажи квартира по ул. ФИО10, 11, кв.6. Стоимость согласно произведенной оценке 6 971 409 рублей.

Суд апелляционной инстанции отклонил, доводы о том, что при расторжении ДДУ № 1004-Б и ДЦУ № 1009-Б 25.04.2008 на общую сумму 7 694 700 рублей ФИО3 денежные средства возвращены, поскольку данный факт не подтвержден документально.

Также судом апелляционной инстанции отклонены доводы, о том, что ФИО3 располагал достаточными денежными средствами для приобретения недвижимости. Суд указал, что получение заемных денежных средств кредитной организации свидетельствует именно о том, что помимо кредитных средств, собственными денежными средствами ФИО3 не располагал. При этом ставка для ФИО3 по кредитному договору составила 18,25% сроком на 300 календарных месяцев, что не может быть признано выгодным условием.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что доказательства зачисления денежных средств от спорной сделки на расчетный счет должника либо расходование их из кассы после поступления отсутствуют, что свидетельствует о том, что при наличии оформления приходно-кассовых ордеров денежные средства должнику не поступали. В качестве обоснования финансовой возможности приобретения спорного имущества суд апелляционной инстанции указал, что ни кредитные денежные средства, ни собственные доходы не позволяли ФИО3 приобрести, помимо уже приобретенных, такой объект недвижимости в 2010 году или в 2011 году за 10 млн рублей.

Изложенные обстоятельства позволили суду апелляционной инстанции прийти к выводу о том, что имеется совокупность условий, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Иные доводы заявителя, приведенные в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения арбитражных судов и по существу направлены на переоценку доказательств и установление иных обстоятельств по делу, что недопустимо в суде кассационной инстанции в силу пределов компетенции, установленных статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Несогласие с выводами судов не свидетельствует о неправильном применении ими норм материального права.

Основания для отмены или изменения постановления по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют.

Нарушения процессуальных норм, влекущие безусловную отмену судебного акта (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 



ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2024 по делу      № А32-15789/2013 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий                                                                                И.М. Денека

Судьи                                                                                                              Ю.В. Мацко

                                                                                                                         Е.Г. Соловьев