Постановление от 7 сентября 2025 г. по делу № А70-7591/2023

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-7591/2023
08 сентября 2025 года
город Омск


Резолютивная часть постановления объявлена 26 августа 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 08 сентября 2025 года Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Горобец Н.А., судей Дябина Д.Б., Еникеевой Л.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Моториной О.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-4858/2025) акционерного общества «Роспан Интернешнл» на решение от 12.05.2025 Арбитражного суда Тюменской области по делу № А70-7591/2023 (судья Михалева Е.В.), по иску акционерного общества «Роспан Интернешнл» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 629306, ЯНАО, <...>) к акционерному обществу «ЕВРАКОР» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 101000, <...>, пом./комн III/2) о взыскании убытков в размере 54 601 119 руб. 85 коп., третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Подводно-технические работы» (ИНН <***>), акционерное общество «Торговый дом «ТМК» (ИНН <***>), публичное акционерное общество «Трубная металлургическая компания»,

при участии в судебном заседании:

посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от акционерного общества «Торговый дом «ТМК» - представитель ФИО1 по доверенности от 01.02.2025 № ТД-08 сроком действия по 31.01.2028;

от акционерного общества «Роспан Интернешнл» – представитель ФИО2 по доверенности от 28.04.2023 № 77 сроком действия по 31.12.2025;

в здании суда:

от акционерного общества «ЕВРАКОР» – представитель ФИО3 по доверенности от 08.04.2025 № 44-08-25 сроком действия до 08.04.2026,

установил:

акционерное общество «Роспан Интернешнл» (далее – истец, АО «Роспан Интернешнл») обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с исковым заявлением к акционерному обществу «ЕВРАКОР» (далее – ответчик, АО «ЕВРАКОР») о взыскании убытков в размере 54 601 11 руб. 85 коп. по договору от 19.04.2016 № РИ231-16 на выполнение строительно-монтажных работ.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: общество с ограниченной ответственностью «Подводно-технические работы» (далее - ООО «Подводно-технические работы»), акционерное общество «Торговый дом «ТМК» (далее - АО «Торговый дом «ТМК»), публичное акционерное общество «Трубная металлургическая компания» (далее - ПАО «Трубная металлургическая компания»).

Решением от 12.05.2025 Арбитражного суда Тюменской области по делу № А70-7591/2023 исковые требования удовлетворены частично. С АО «ЕВРАКОР» в пользу АО «Роспан Интернешнл» взысканы убытки в размере 15 143 177 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 55 488 руб. С АО «Роспан Интернешнл» в пользу АО «ЕВРАКОР» взысканы расходы на оплату судебной экспертизы в размере 31 111 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, АО «Роспан Интернешнл» обратилось в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, исковые требования удовлетворить в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) не подлежит применению. Также отмечает, что суд первой инстанции не применил условия договора (пункты 2.1, 2.2, 7.3), ссылаясь на письмо от 05.03.2021, не выяснил обстоятельств о фактическом проведении иного опробования. Сроки работ по устранению дефекта подтверждены представленными актами освидетельствования скрытых работ (от 01.09.2020 по 10.10.2020). Работы по демонтажу дефектного участка и установке муфты в целях устранения дефекта выполнены третьим лицом 03.10.2020. Полагает, что судом необоснованно принят довод ответчика о том, что он не отказывался от устранения дефекта в зимний период, что было бы значительно дешевле. После устранения дефекта в октябре 2020 года ввод объекта в эксплуатацию задержан по вине ответчика. Соответственно период устранения дефекта не имеет правового значения, поскольку договором предусмотрен график выполнения работ, согласно которому все работы должны были быть завершены до 30.08.2020.

Кроме того, указывает, что судом не исследован вопрос о непроектном способе устранения дефекта, так как указанные способы в проекте не содержатся, изначально предполагается выполнение работ с надлежащим качеством. Действия истца по устранению дефекта в летне-осенний период 2020 года не могут расцениваться как содействие к увеличению убытков, напротив, предпринятые истцом меры направлены на их минимизацию.

Определением от 15.07.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда апелляционная жалоба назначена к рассмотрению в судебном заседании на 26.08.2025.

От АО «ЕВРАКОР» поступил отзыв на апелляционную жалобу (приобщен в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ), в котором просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить решение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Представитель истца поддержал требования, изложенные в апелляционной жалобе, просил отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Представитель АО «Торговый дом «ТМК» дал пояснения.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Как следует из материалов дела, между АО «Роспан Интернешнл» (заказчик) и АО «Евракор» (подрядчик) заключен договор подряда на выполнение строительно-монтажных работ от 19.04.2016 № РИ231-16 (далее – договор), по условиям которого подрядчик принял на себя обязательства выполнить работы по объекту «Нефтеконденсатопровод от УПН Валанжинской залежи Восточно-Уренгойского лицензионного участка до ПСП «Заполярное». Корректировка» в соответствии с договором и рабочей документацией.

Пунктом 7.1 договора стороны установили, что подрядчик выполняет все работы, являющиеся предметом договора, в соответствии с рабочей документацией, графиком выполнения работ, расчетом стоимости строительства объекта, иными условиями договора, а также требованиями действующего законодательства Российской Федерации и ЛНД заказчика. Любые отклонения от рабочей документации, в том числе не влияющие на технологию и качество объекта, подрядчик обязан согласовать с представителем заказчика.

Согласно пункту 7.22 договора подрядчик по требованию заказчика обязуется провести работу по выяснению причины любой неисправности или дефекта/недостатка и предоставить подробный письменный отчет с описанием причины их возникновения, если это находится в компетенции подрядчика. Все затраты, связанные с проведением такой работы, относятся на счет виновной стороны.

Подрядчик устраняет в течение срока, согласованного с заказчиком, своими силами и за свой счет все дефекты/недостатки в выполненных им работах, выявленные в течение срока действия договора и являющиеся следствием неисполнения и/или ненадлежащего исполнения подрядчиком исполнения по договору (пункт 7.23 договора).

В ходе проведения предпусковой внутритрубной диагностики трубопровода на участке от 35 км до 102 км выявлены 2 дефекта (в т.ч. вмятина на дистанции 65975,266 м, глубиной 46,8 мм, поименованного как «особенность № 503»), требующих ремонта до ввода трубопровода в эксплуатацию (пункт 6 статьи 10 комплексного отчета по внутритрубной диагностике).

На требование заказчика об устранении недостатков, подрядчик письмом от 01.06.2020 № 2020-807 сообщил об устранении дефектов силами заказчика с последующим отнесением затрат на виновную сторону.

Работы по устранению дефектов проведены ООО «Подводно-технические работы» по поручению истца в рамках договора от 28.07.2020 № 7440320/0866Д.

В ходе выполнения работ по вскрытию и устранению дефектов, проведения комиссионного дополнительного дефектоскопического контроля с участием подрядчика, установлено, что параметры подлежащего устранению дефекта-вмятина на дистанции 65975,266 м, глубиной 46,8 мм, поименованного как «особенность № 503», на ПК 368+51 свидетельствуют о повреждении трубной продукции при выполнении работ подрядчиком, что зафиксировано актом о проведении дополнительного дефектоскопического контроля от 02.10.2020.

Истец ссылается на то, что при передаче материала для производства работ, у подрядчика не было возражений относительно качества предоставленного заказчиком материала (пункт 1 статьи 716 ГК РФ). Отсутствие дефекта при передаче трубы подрядчику подтверждается актом входного контроля от 02.03.2018 № 089-Т-КТП-4.

Согласно сведениям, отраженным в акте входного контроля № 089-Т-КТП-4 заводом-изготовителем трубы является АО «ВТЗ» (Волжский трубный завод). Поставка трубы осуществлялась АО «Торговый дом «ТМК», в рамках договорных отношений с АО «РН-Снабжение».

Прокладка трубы осуществлялась на участке ПК 368+51, что подтверждается журналом Б-17 «Сведения по фактической раскладке труб Ду 426X9 на трассе по объекту «Нефтеконденсатопровод от УПН Валанжинской залежи Восточно-Уренгойского лицензионного участка до ПСП «Заполярное». «Корректировка» к акту о приемке выполненных работ (КС02) за март 2018 года».

В соответствии с расчетом истца, затраты на устранение дефекта трубопровода, допущенного по вине подрядчика, составили 54 601 119 руб. 85 коп. без учета НДС и являются убытками заказчика, подлежащими возмещению подрядчиком.

С целью урегулирования спора в досудебном порядке истец направил претензию о возмещении убытков, неудовлетворение которой послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим исковым заявлением.

Оценив представленные в материалы дела документы по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для частичного удовлетворения исковых требований.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены или изменения, исходя из следующего.

Пунктом 1 статьи 723 ГК РФ установлено, что в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда.

В силу статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательство либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно статье 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, которые определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик ссылается на то, что истец пытается возложить на ответчика обязанность по возмещению ему расходов, не связанных с устранением дефекта № 503, по сути, делая его ответственным за ошибки сторонней организации, допущенные ею при устранении дефекта № 503.

Поскольку между сторонами возник спор относительного причин недостатка (дефекта) трубы, работы, по укладке которой производились АО «Евракор», и стоимости устранения дефекта, суд первой инстанции определением от 08.11.2023 назначил судебную экспертизу, производство которой поручил АНО «Экспертный центр «Совет», экспертам ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7.

В заключении от 15.03.2024 № А70-7591-2023-СТЭ эксперты пришли к следующим выводам:

по вопросу № 1: установить причину образования выявленного и подлежащего устранению дефекта типа «вмятина», является ли дефект «вмятина», поименованный как «особенность № 503» (далее – Дефект 503), заводским браком?

Согласно акту входного контроля от 02.03.2018 № 089-Т-КТП-4 труба с тепловой изоляцией из ППУ: 426х9.0 ст.13ХФА, К52 по ТУ 14-ЗР-124-2012; ППУ-830-СтПЭ по ТУ 5768-016-35349408-2015; АО «ВТЗ» в результате входного контроля признана

соответствующей технической документации заводов изготовителей и прошла входной контроль без замечаний. Согласно исполнительной документации АО «Евракор» в процессе выполнения строительно-монтажных работ на участке от ПК367+80 до ПК371+12 какие-либо дефекты (повреждения) трубопровода зафиксированы не были.

Таким образом, исходя из представленной на экспертизу документации, однозначно установить, когда именно и при каких обстоятельствах на трубопроводе появился дефект № 503, не представляется возможным.

По вопросу № 2: возможна ли безопасная эксплуатация трубопровода с учетом наличия дефекта № 503?

Эксплуатация трубопровода при наличии дефекта № 503 являлась бы не допустимой, так как нарушала бы требования пунктов 6.2. - 6.2.9, 19.8.10, 19.8.11 СП 86.13330.2014 «Магистральные трубопроводы». Исследование по вопросам № 3, № 4

По вопросу № 3: свидетельствуют ли параметры и характер дефекта № 503 о повреждении трубной продукции при выполнении работ АО «Евракор» или его субподрядчиками, в том числе (но не ограничиваясь): работ по обратной засыпке уложенного трубопровода мерзлым грунтом? Работ с использованием землеройной техники? Работ по протаскиванию и укладке трубопровода в траншею?

По вопросу № 4: возможно ли возникновение вмятин, в результате нарушения технологии протаскивания и укладки трубопровода в траншею, по причине возникновения его напряженно-деформированного состояния?

Исходя из характера, размеров и расположения повреждений, наиболее вероятной причиной возникновения дефекта № 503 является действие на трубу недопустимого изгибающего момента, под действием которого произошел изгиб (залом) трубы, следствием чего является разрыв металлополимерной оболочки и ППУ теплоизоляции и остаточная деформация тела трубы в виде вмятины. Появление повреждений такого рода не характерно для работ по обратной засыпке уложенного трубопровода, при механическом воздействии на трубопровод комьев мерзлого грунта или рабочих органов землеройной техники. Наиболее вероятной причиной возникновения дефекта № 503 является нарушение технологии протаскивания и укладки трубопровода в траншею, по причине возникновения его напряженно-деформированного состояния.

По вопросу № 5: направлено ли применение тепловой и гидравлической изоляции на предотвращение образования вмятин на теле трубы?

Пенополиуретановая (ППУ) теплоизоляция предназначена для уменьшения теплопередачи между перекачиваемым продуктом и грунтом, с целью поддержания необходимого температурного режима в трубопроводе. Гидроизоляция предназначена для защиты стальной трубы от воздействия грунтовых вод. Ни теплоизоляция, ни гидроизоляция не предназначены для защиты тела трубы от значительных внешних воздействий, способных привести к образованию вмятин на стальном теле трубы.

По вопросу № 6: может ли наличие повреждений на изоляции трубопровода свидетельствовать о возможном повреждении тела трубы?

Толщина слоя теплоизоляции из ППУ на поврежденной трубе составляет 200 мм. В общем случае, при наличии внешнего повреждения 42 изоляции, глубина повреждения, либо может ограничиваться толщиной теплоизоляционного слоя, либо достигать тела трубы. Внешнее повреждение изоляции не является однозначным признаком того, что тело трубы также имеет повреждения.

По вопросу № 7: может ли проведение ремонта изоляции трубопровода без дополнительного контроля состояния тела трубы привести к образованию скрытых дефектов, в том числе дефекта № 503.

Если провести ремонт только металлополимерной оболочки и ППУ теплоизоляции, не проконтролировав при этом состояние тела трубы, то дефект будет устранен частично: повреждения теплоизоляции и металлополимерной оболочки будут устранены, но вмятины на теле трубы останутся не устраненными. Отремонтированная таким

образом труба будет не пригодна для эксплуатации, так как согласно пункту 19.8.10 СП 86.13330.2014 «Магистральные трубопроводы», эксплуатация трубопроводов с вмятинами глубиной более 6 мм не допускается.

По вопросу № 8: установить, имеются доказательства, указывающие на виновность ответчика в возникновении дефекта № 503?

Исходя из представленной на экспертизу документации, однозначно установить когда именно и при каких обстоятельствах на трубопроводе появился дефект № 503 не представляется возможным. Таким образом, прямых доказательств, указывающих на виновность ответчика в возникновении дефекта № 503, в предоставленных на экспертизу материалах не содержится.

При этом, исходя из характера, размеров и расположения повреждений, можно сделать вывод, что вероятной причиной возникновения дефекта № 503 является нарушение технологии протаскивания и укладки трубопровода в траншею, по причине возникновения его напряженно-деформированного состояния.

По вопросу № 9: установить возможность выявления дефекта № 503 при приемке трубы в ходе визуального осмотра.

Дефект № 503 имеет визуально определимые форму и размеры, в соответствии с ГОСТ 15467-79 «Управление качеством продукции. Основные 43 понятия термины и определения», дефект № 503 классифицируется как явный. Согласно пунктам 6.2.3, 62.4 СП 86.13330.2014 «Магистральные трубопроводы» данный дефект должен был быть выявлен методами визуального контроля при приемке.

По вопросу № 10: установить необходимость выполнения всех предъявленных истцом (АО «Роспан Интернешнл») работ по актам по форме КС-2: № 1.1; № 1.2; № 1.3; № 3.1; № 3.2; № 3.3; № 3.5 от 15.09.2020; № 2.1; № 2.2 от 30.09.2020; № 5.2; № 5.3 от 30.11. 2020; № 5.1; № 6.1; № 6.2; № 6.3 от 31.12.2020; № 4.1; № 2.1; № 2.2; № 3.1 от 25.01.2021 для устранения выявленного дефекта № 503. Если в выполнении каких-либо работ, из предъявленных истцом, не была необходимость выполнять, пояснить, почему и определить стоимость таких работ (без НДС).

Из исполнительной документации следует, что при производстве работ в котлован происходило поступление мелкого песка насыщенного водой, в результате чего из котлована грунтососами удалено 330+2130=2460 м3, что более чем в пять раз превышает объем самого котлована.

Такое значительное поступление песка в котлован свидетельствует о ненадлежащем качестве работ по ограждению котлована.

При надлежащем выполнении подрядчиком работ по устройству ограждения котлована, в выполнении работ по удалению намываемого в котлован песка не было бы необходимости, а именно следующих работ:

1. «Работы по разработке грунта под водой водолазами с помощью грунтососов в речных условиях, группа грунтов 2» в объеме 330 м3, на сумму 3 070 558 руб. по акту КС-2 № 3.1 доп. 1 от 15.10.2020.

2. «Работы по разработке грунта под водой водолазами с помощью грунтосов в речных условиях, группа грунтов 2» в объеме 2130 м3, на сумму 2130*9304,72=19 819 056 руб. по акту КС-2 № 6.1 от 31.12.2020.

Суммарная стоимость работ, в выполнении которых не было необходимости, составляет 22 889 614 руб.

По вопросу № 11: в случае установления работ, в которых не было необходимости для устранения дефекта, установить стоимость работ исключительно для устранения дефекта № 503.

Суммарная стоимость работ, направленных исключительно на устранение дефекта № 503, объемы которых подтверждены исполнительной документацией, составляет 23 979 699 руб. (без НДС).

Объемы и стоимость следующих работ невозможно верифицировать поскольку на экспертизу не предоставлена исполнительная документация на данные работы и соответствующие документы-обоснования:

- акт КС-2 от 15.09.2020 № 1.1. Перебазирование техники (мобилизация/демобилизация) на сумму 1 473 093 руб. без НДС;

- акт КС-2 от 15.09.2020 № 1.3. Транспортировка материалов (профили для шпунтовых свай) (70,77 т) на сумму 1 090 297 руб. без НДС;

- акт КС-2 от 31.10.2020 № 4.1 исп. 1 от 25.01.2021. Использование дополнительных механизмов на сумму 1 831 913 руб. без НДС;

- акт КС-2 от 30.11.2020 № 5.1. Затраты на перевозку вахтовых рабочих до места вахты на сумму 263 223 руб. без НДС;

- акт КС-2 от 30.11.2020 № 5.2. Затраты на проживание, содержание и эксплуатацию вахтового поселка на сумму 1 224 424 руб.;

- акт КС-2 от 30.11.2020 № 5.3. Перебазирование техники (мобилизация/демобилизация) на сумму 1 848 858 руб. без НДС.

Итого, суммарная стоимость работ, по которым не представлена исполнительная документация и соответствующие документы-обоснования, составляет 7 731 808 руб. (без НДС).

Определить размер затрат, необходимых для устранения дефекта № 503 не представляется возможным, поскольку на часть работ экспертам не предоставлена исполнительная документация и документы – обоснования затрат.

Определением от 12.09.2024 Арбитражного суда Тюменской области по делу назначена дополнительная судебная экспертиза, на разрешение которой поставлены следующие вопросы:

1). В случае установления работ, в которых не было необходимости для устранения дефекта, установить стоимость работ исключительно для устранения дефекта № 503 с учетом прочих затрат (по перебазировке МТР и техники, на проживание, содержание и эксплуатацию вахтового поселка, перевозку вахтовых рабочих, а также затрат на использование дополнительных механизмов, не учтенных применяемыми расценками).

2). Относятся ли расходы, подтверждаемые представленными истцом дополнительными доказательствами, к устранению дефекта № 503.

3). Установить стоимость расходов АО «Роспан Интернешнл» (истца) на основании дополнительно представленных истцом доказательств на устранение исключительно дефекта № 503, исключив расходы на устранение дефекта № 511, а также учитывая пропорциональное распределение этих расходов исходя из ответа экспертов на вопрос № 10 относительно работ, в которых не было необходимости.

4) Определить, имелся ли наиболее экономически эффективный способ устранения дефекта № 503. Рассчитать стоимость такого способа.

В заключении эксперта от 25.11.2024 № А70-7591-2024-СТЭ/2 эксперт пришел к следующим выводам:

- стоимость работ исключительно для устранения дефекта 503 с учетом прочих затрат (по перебазировке МТР и техники, на проживание, содержание и эксплуатацию вахтового поселка, перевозку вахтовых рабочих, а также затрат на использование дополнительных механизмов) за вычетом стоимости работ, в которых не было необходимости для устранения дефекта 503, составляет 27 112 161 руб., без НДС;

- расходы, относящиеся исключительно к работам по устранению дефекта № 503 и подтвержденные представленными истцом дополнительными доказательствами, составляют 3 132 462 руб. без НДС;

- исходя из дополнительно представленных истцом доказательств, стоимость расходов АО «Роспан Интернешнл» на устранение исключительно дефекта № 503 без учета расходов на устранение дефекта № 511 и стоимости работ, в которых не было

необходимости, а также учитывая пропорциональное распределение расходов между дефектами № 503 и № 511, составляет 27 112 161 руб. без НДС, в том числе:

- 23 979 699 руб. без НДС - стоимость работ, направленных исключительно на устранение дефекта № 503;

- 3 132 462 руб. без НДС - прочие затраты, относящиеся исключительно к работам по устранению дефекта № 503, и подтвержденные представленными истцом дополнительными доказательствами;

- при устранении дефекта № 503 разработка грунта производилась водолазами с помощью грунтососов, данный способ разработки грунта не является оптимальным, так как требует больших трудозатрат и имеет высокую стоимость. Наиболее экономически эффективным способом разработки грунта, является использование гидромониторнонасосно-землесосных установок.

В случае разработки грунта гидромониторно-насосно-землесосными установками, а не водолазами с помощью грунтососов, стоимость работ исключительно для устранения дефекта № 503 с учетом прочих затрат (по перебазировке МТР и техники, на проживание, содержание и эксплуатацию вахтового поселка, перевозку вахтовых рабочих, а также затрат на использование дополнительных механизмов) за вычетом стоимости работ, в которых не было необходимости для устранения дефекта 503, составила бы 15 143 177 руб. без НДС.

В силу части 2 статьи 64, части 5 статьи 71, части 3 статьи 86 АПК РФ заключение судебной экспертизы является доказательством, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (статья 71 АПК РФ).

Суд апелляционной инстанции, оценив экспертные заключения АНО «Экспертный центр «Совет» от 15.03.2024 № А70-7591-2023-СТЭ и от 25.11.2024 № А70-7591-2024-СТЭ/2, пришел к выводу о том, данные заключения соответствуют требованиям статей 82, 83, 86 АПК РФ. В заключении отражены все, предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ, сведения, содержатся ответы на все поставленные вопросы, экспертные заключения являются ясными и полными, противоречия в выводах экспертов отсутствуют. Изложенные в заключениях экспертизы выводы экспертов не противоречат иным доказательствам, имеющим отношение к фактическим обстоятельствам по делу.

Обстоятельств, свидетельствующих о недостоверности представленных экспертных заключений, судом не установлено. Экспертные заключения подготовлены лицами, обладающими соответствующей квалификацией для исследований подобного рода; процедура назначения и проведения экспертизы соблюдена, на момент вынесения судом первой инстанции определения о назначении судебной экспертизы сторонами об отводе экспертов заявлено не было. Каких-либо аргументированных доводов, по которым непосредственно заключения от 15.03.2024 № А70-7591-2023-СТЭ и от 25.11.2024 № А70-7591-2024-СТЭ/2 не отвечают требованиям закона или обязательным для данного вида экспертизы нормативным актам, правилам или стандартам, в том числе указания несоответствия заключения конкретным положениям Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», не приведено. Доказательств, достаточных для опровержения выводов эксперта, в материалы дела также не представлено.

Таким образом, экспертные заключения АНО «Экспертный центр «Совет» от 15.03.2024 № А70-7591-2023-СТЭ и от 25.11.2024 № А70-7591-2024-СТЭ/2

обоснованно приняты судом первой инстанции в качестве надлежащего доказательства по делу.

На основании изложенного, апелляционный суд поддерживает вывод суда первой инстанции о доказанности вины ответчика в ненадлежащем исполнении обязательств по договору и совокупности условий для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, при этом установив отсутствие обстоятельств, исключающих ответственность ответчика по договору.

При этом, судом первой инстанции не приняты доводы истца о том, что на ответчике лежит обязанность по возмещению фактически понесенных убытков истца в полном объеме исходя из следующего.

Из заключения экспертов следует, что истцом мог быть избран более дешевый способ устранения недостатков. В случае разработки грунта гидромониторно- насосноземлесосными установками, а не водолазами с помощью грунтососов, стоимость работ исключительно для устранения дефекта № 503 с учетом прочих затрат (по перебазировке МТР и техники, на проживание, содержание и эксплуатацию вахтового поселка, перевозку вахтовых рабочих, а также затрат на использование дополнительных механизмов) за вычетом стоимости работ, в которых не было необходимости для устранения дефекта № 503, составила бы 15 143 177 руб. без НДС.

Из пояснений экспертов также следует, что при расчете наиболее эффективного метода устранения дефекта № 503 в ответе № 4 дополнительной экспертизы учтены погодные условия (сезон) и скорость (сроки) производства работ таким методом.

В соответствии с актом от 12.09.2020 № Д1-РК2 ООО «Подводно-технические работы» выполнило работы по разработке грунтососом (непроектным методом) в объеме 1102 куб.м. в период с 02.09.2020 по 12.09.2020, т.е. в течение 11 дней. При этом, работа выполнялась на участке длиною 11 м., т.е. подрядчику не надо было перемещаться для выполнения работ. Между тем, ответчик выполнил работы в 2019 году на том же участке, но длиною 332 кв.м. при помощи ГИМ (проектный метод) в объеме 3300 куб.м. в период с 09.03.2019 по 02.04.2019, т.е. в течение 25 дней - акт от 02.04.2019 № зРТ-СУПТР.

Вопреки мнению подателя жалобы, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что выбранный истцом непроектный способ устранения дефекта № 503 не только кратно увеличил стоимость такого устранения, но и сроки производства работ.

При этом в обоснование выбора способа устранения истец указал на ввод объекта в эксплуатацию в октябре 2020 года.

Однако из разрешения на ввод объекта в эксплуатацию следует, что объект введен в эксплуатацию 31.12.2021, через 1 год после устранения дефекта.

Затем истец указал, что 01.10.2020 должен был быть не ввод объекта в эксплуатацию, а комплексное опробование объекта в соответствии с протоколом от 03.07.2020 № 17/2020.

В качестве доказательства проведения истцом комплексного опробования объекта представлен акт приемки оборудования объекта после комплексного опробования от 09.10.2020.

В АО «Роспан Интернешнл» проведение комплексного опробования регламентировано Положением Компании «Порядок ввода в эксплуатацию законченных строительством объектов» № П2-01 Р-0283, утвержденным приказом ПАО НК Роснефть от 12.12.2019 № 741 (далее - Положение), согласно которому под комплексным опробованием понимается комплекс пусконаладочных работ по объектам производственного назначения, выполняемый с целью проверки, регулировки и обеспечения совместной взаимосвязанной работы оборудования в предусмотренном проектом технологическом процессе.

Комплексное опробование является финальным этапом проверки сложного объекта, направленным на испытание работы всех систем объекта под нагрузкой в реальных условиях. Проверка проводится на стадии полной строительной готовности объекта,

с подключением всех систем, сетей и приборов, в условиях, соответствующих условиям эксплуатации, предусмотренным проектом или СНиП 3.05.05-84 «Технологическое оборудование и технологические трубопроводы».

Необходимость проведения комплексного опробования предусмотрена также СП 284.1325800.2016 Трубопроводы промысловые для нефти и газа. Правила проектирования и производства работ (пункты 27, 28).

Однако, как верно указано судом, акт приемки оборудования объекта после комплексного опробования от 09.10.2020 не указывает на комплексное опробование трубопровода, а говорит лишь о том, что оборудование, установленное на трубопроводе, исправно. Под оборудованием понимается электротехнические устройства, автоматизированные системы управления, запорные механизмы и т.д., но не сам трубопровод.

Еще одним доказательством того, что по состоянию на 05.03.2021 комплексное опробование объекта не было произведено является письмо истца от 05.03.2021 № AE-304/1, в котором истец сообщает ответчику о проведении подготовки к комплексному опробованию объекта.

Также в ходе рассмотрения дела истец пояснил, что фактически работы по устранению дефекта выполнялись с 26.08.2020 по 10.10.2020, непосредственно работы по установке муфты выполнены 03.10.2020, ссылаясь, на представленные акты освидетельствования скрытых работ.

Следовательно, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что комплексное опробование объекта не могло быть произведено 01.10.2020, так как работы по комплексному опробованию объекта относятся к категории работ повышенной опасности, то есть в момент проведение комплексного опробования не допускается не только проведение каких-либо работ на объекте, но и вообще присутствие посторонних людей вблизи объекта.

Кроме того, истец и третье лицо пояснили, что акты КС за октябрь (частично), ноябрь и декабрь подписаны ими «задним» числом. При этом, в акты КС-2 за октябрь-декабрь 2020 года вошли такие работы как: разработка грунта экскаватором, укладка мешков с песком водолазами, разработка грунта под водой водолазами.

При этом, в разделах сроки производства работ в этих актах указаны периоды работ именно ноябрь, декабрь 2020 года.

Ответчик указывается, что отказался только от устранения недостатка только в летний период, но не отказывался от устранения дефекта в осенне-зимний период, что было бы значительно дешевле.

Ответчиком в адрес истца многократно направлялись письма о переносе сроков проведения работ на объекте на осенне-зимний период 2020-2021 года.

В августе 2020 года истец согласовал сроки проведения работ на осенне-зимний период 2020-2021 года (письмо от 20.08.2020 № АЕ-1185).

Письмом от 29.09.2020 № АЕ-1431 истец подписал и направил в адрес ответчика дополнительное соглашение к договору (от 16.09.2020 № До22) о продлении срока действия договора до 31.08.2021.

Со стороны ответчика указанное дополнительное соглашение не было подписано.

Между тем, начиная с октября 2020 года и до апреля 2021 года, ответчик продолжал производить работы на объекте (что подтверждается первичной учетной документацией) согласно согласованному истцом графику производства работ, письмом от 20.08.2020 № AE-11 85.

Ответчик также ссылается на то, что истец не мог начать устранять дефект № 503 ранее чем 03.10.2020, поскольку как усматривается из акта повторного ДДК, в качестве обоснования своих исковых требований, дефект № 503 повторно зафиксирован 02.10.2020 (при повторном ДДК) комиссией с участием представителей истца, ответчика, дефектоскопистов и т.д.

Таким образом, фактически недостатки устранялись в октябре - ноябре 2020 года, а доводы истца о срочности устранения дефекта № 503, в связи с необходимостью комплексного опробования, не находят своего подтверждения.

Пунктом 1 статьи 404 ГК РФ предусмотрено, что, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

Исследовав материалы дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что истцу было известно, что ответчик продолжит работы на объекте в осенне- зимний период 2020-2021 года, с наступлением допустимых погодных значений, при этом истец не принял всех мер по уменьшению убытков, путем предоставления ответчику возможности самостоятельного устранения недостатков, следовательно, содействовал увеличению размера убытков, и не принял разумных мер к их уменьшению.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о частичном удовлетворении иска в размере 15 143 177 руб.

Несогласие с выводами судов, иная оценка фактических обстоятельств дела, исследованных доказательств и иное толкование положений закона не означают допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не являются основанием для отмены решения судом апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции считает, что все обстоятельства дела, собранные по делу доказательства, исследованы судом первой инстанции в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ и получили надлежащую правовую оценку в судебном акте.

Учитывая изложенное, принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены решения суда первой инстанции, установленные статьей 270 АПК РФ, а равно принятия доводов апелляционной жалобы, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 12.05.2025 Арбитражного суда Тюменской области по делу № А70-7591/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий Н.А. Горобец Судьи Д.Б. Дябин

Л.И. Еникеева