Постановление от 1 июля 2022 г. по делу № А31-13747/2018

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А31-13747/2018
01 июля 2022 года
г. Киров




Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 июля 2022 года.


Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Караваева И.В.,

судейХорошевой Е.Н., ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2,


без участия представителей лиц, участвующих в деле, в судебном заседании,


рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Костромской области от 14.03.2022 по делу № А31-13747/2018


по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Унжа-Лес» ФИО4 о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности,

третьи лица: ФИО5, Ярославская область, Большесельский район, д. Миглино; индивидуальный предприниматель ФИО6, г. Кострома (ИНН <***>, ОГРНИП 309440113300013); ФИО7, участники обособленного спора (учредители должника): общество с ограниченной ответственностью «МД-Мебель»(ОГРН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Китеж»(ОГРН <***>),

в рамках дела по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО6, г. Кострома (ИНН <***>, ОГРНИП 309440113300013) к обществу с ограниченной ответственностью «Унжа-Лес», д.Большая Чежма, Кологривский р-н, Костромская обл. (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании его несостоятельным (банкротом),

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Унжа-Лес» (далее – ООО «Унжа-Лес», должник) конкурсный управляющий должника ФИО4 (далее – конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Костромской области с заявлением, уточненном в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в котором просит привлечь бывшего руководителя должника - ООО «Унжа-Лес» ФИО3 (далее – ФИО3, заявитель) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Унжа-Лес», взыскать с него в конкурсную массу в пользу должника в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника денежные средства в размере 16 569 009 рублей 29 копеек.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5 (далее – ФИО5), индивидуальный предприниматель ФИО6, ФИО7.

Определением Арбитражного суда Костромской области от 14.03.2022 заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Унжа-Лес» ФИО4 удовлетворено, бывший руководитель должника ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Унжа-Лес» взысканы денежные средства в размере 16 569 009 рублей 29 копеек.

ФИО3 с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Унжа-Лес» о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ООО «Унжа-Лес» ФИО3 к субсидиарной ответственности и взыскании с него в пользу ООО «Унжа-Лес» денежные средства в размере 16 569 009,29 руб., в случае, если суд согласится по существу с обжалуемым судебным актом, просит снизить размер ответственности с учетом вышеназванных обстоятельств.

Из апелляционной жалобы следует, что ФИО3 считает себя ненадлежащим ответчиком по настоящему делу, отмечает, что согласно сведениям, поступившим в суд из налогового органа, ФИО3 сложил с себя полномочия директора, направив соответствующее заявление в налоговую инспекцию. Кроме того, налоговым органом предоставлены сведения о том, что в 2018 году действующие участники общества избрали на должность единоличного исполнительного органа общества - юридическое лицо. Заявитель указывает, что на момент вынесения определения суда об обязании предоставить документы ФИО4 ФИО3 не являлся исполнительным органом общества, вновь избранный исполнительный орган в лице генерального директора Анны Новы указал в справке о получении от прежней администрации общества документации должника, ФИО3 не получал заработную плату в спорный период от деятельности в обществе. По мнению заявителя, суд не учел частичное предоставление ФИО3 документов ФИО4. как на основание снижения размера ответственности. ФИО3 считает недоказанным тот факт, что действия ФИО3, по непредставлению всего необходимого пакета документов, информации привели к затруднению деятельности арбитражного управляющего. ФИО3 поясняет, что транспортные средства не передавались, соответствующие акты приема-передачи им не подписывались, информацией об их месте нахождения он не располагает, кроме того, ФИО7, бывший директор общества, являющийся третьим лицом по настоящему делу и занимавший должность директора примерно в течение полугода до назначения директором ФИО5, утверждает, что уже в период его руководства у общества фактически отсутствовала спорная техника. По мнению заявителя, ФИО4 не предоставил в суд какие-либо доказательства, свидетельствующие о принадлежности ООО «УнжаЛес» указанной техники вообще и в период, когда ФИО3 занимал должность генерального директора ООО «УнжаЛес». в частности. ФИО3 указывает, что ФИО4, прося суд привлечь ответчика к ответственности по 2-м взаимоисключающим основаниям противоречит сам себе: не ясно вследствие или не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица наступила невозможность полного погашения требований кредиторов. Заявитель отмечает, что договор аренды расторгнут не по инициативе ФИО3, а по иску Департамента лесного хозяйства Костромской области, который был удовлетворен судом частично. ФИО3 по существу также не согласен с экспертным заключение заключением, так как в качестве приложения к заключению значится карта-схема расположения н границ лесного участка, а оцениваться должна карта-схема лесоустройства. Карта-схема лесоустройства содержит качественные и количественные характеристики леса, такие как вид деревьев, возраст и т.д. Поскольку оценке подлежит право аренды лесного участка, такие характеристики имеют принципиальное значение. Также нужно учитывать особенности почвы, климатические условия. Поскольку лесной участок окружен болотистой местностью, вывоз древесины может физически осуществляться только в зимний период, что существенно снижает стоимость права аренды. Также рыночная стоимость права пользования земельного участка определена на дату 28.08.2018, при этом не указан период, за который определен размер арендной платы. Заявитель полагает, что данный актив утрачен обществом не по инициативе ФИО3, а в связи с расторжением договора в судебном порядке по иску Департамента лесного хозяйства Костромской области, причем в основу иска легли основания для расторжения договора, имеющие место, начиная с 2011 года, а не исключительно в период работы в обществе ФИО3 ФИО3 указывает, что факт утраты права аренды не лишает общество права заключить договор права аренды иного земельного участка. Заявитель полагает, что он доказал номинальность руководства в обществе-банкроте, предоставил суду информацию о действительном бенефициаре общества ФИО5, в связи с чем размер субсидиарной ответственности подлежит уменьшению.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 11.05.2022 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 12.05.2022.

Конкурсный управляющий в отзыве на апелляционную жалобу просит отказать в ее удовлетворении, определение суда первой инстанции оставить без изменения. Указывает, что отсутствие первичных документов, документов по сделкам и оборотам по счетам, при наличии активов и положительных показателей финансовой деятельности до января 2018 года и полном их падении до нуля лишает вероятности определить причины прекращения деятельности должника, оценить состав активов, возможность оспаривания сделок, пополнить конкурсную массу для расчетов с кредиторами. По мнению конкурсного управляющего, имеются все основания считать, что контролирующим должника лицом ФИО3 были совершены действия и (или) допущено бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника. Таковыми можно считать ненадлежащее исполнение ООО «Унжа-Лес» под руководством ФИО3 условий договора аренды лесного участка, повлекшее его расторжение, вследствие чего должник лишился значительного дохода. При этом очевидно, что должник уже имел признаки неплатежеспособности, а именно - просроченную с 2015 года задолженность перед ИП ФИО6, которая образовалась в период исполнения обязанностей предыдущим директором, о чем ФИО3, как действующий руководитель, был осведомлен. Конкурсный управляющий полагает, что суд первой инстанции правомерно пришёл к выводу о том, что именно ФИО3 до даты введения процедуры конкурсного производства продолжал являться лицом, контролирующим должника. Также конкурсный управляющий поддерживает иные выводы суда первой инстанции в обжалуемом определении.

Стороны явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей сторон.

Законность определения Арбитражного суда Костромской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Костромской области от 08.04.2019 (резолютивная часть определения объявлена 01.04.2019) в отношении ООО «Унжа-Лес» введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО4, член Крымского союза профессиональных арбитражных управляющих «Эксперт».

Решением Арбитражного суда Костромской области от 23.08.2019 (резолютивная часть решения объявлена 08.08.2019) ООО «Унжа-Лес» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО4, член Крымского союза профессиональных арбитражных управляющих «Эксперт».

08.10.2019 Арбитражным судом Костромской области было вынесено определение, которым удовлетворено заявление конкурсного управляющего ФИО4 об истребовании документов и материальных ценностей у бывшего руководителя должника ФИО3

Конкурсный управляющий, полагая, что ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника « по основаниям, предусмотренным п.1, п.2, п.12 ст.61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

По пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Общие правила действия процессуального закона во времени приведены в части 4 статьи 3 АПК РФ, согласно которому судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Однако действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам - пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), в соответствии с которым акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

С настоящим заявлением конкурсный управляющий обратился после 01.07.2017, вменяемые ответчику нарушения имело место после вступления в законную силу Закона № 266-ФЗ, следовательно, при рассмотрении данного спора подлежат применению процессуальные и материальные нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии со статьей 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

ФИО3 указывает, что он являлся номинальным руководителем должника, а фактическим руководителем являлся ФИО5

Материалами дела подтверждается, что на дату введения в отношении должника процедуры конкурсного производства (08.08.2019) в ЕГРЮЛ имелась запись о ФИО3, как о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица ООО «Унжа-Лес» с 15.06.2016 (т. 1 л.д. 14). Также имеется запись о недостоверности указанных сведений, внесенная по заявлению ФИО3

ФИО3 значился в ЕГРЮЛ как единственный участник должника с 20.12.2016 по 27.07.2018.

В настоящий момент в качестве участников должника с 27.07.2018 указаны ООО «Китеж (2,27%), ООО «МД-Мебель» (2,27%).

С 10.09.2018 – доля 95,46% принадлежит ООО «Унжа-Лес».

ФИО3 ссылается на то, что на основании протокола № 2 общего собрания участников от 11.09.2018 ФИО3 освобожден от занимаемой должности генерального директора с 12.09.2018 и с 13.09.2018 функции управления Обществом переданы управляющей организации – ООО «ДжиСи Групп» (т. 1 л.д. 157). В материалах дела также имеется справка о передаче документации ООО «Унжа-Лес» управляющей организации – ООО «ДжиСи Групп» (т. 1 л.д. 158).

Суд первой инстанции, несмотря на указанные обстоятельства, пришел к выводу о том, что именно ФИО3 до даты введения процедуры конкурсного производства продолжал являться лицом, контролирующим должника.

Оснований для иного вывода судебная коллегия не усматривает.

Материалами дела подтверждается, что сообщение заявителя по делу ИП ФИО6 о намерении обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) опубликовано на Федресурсе 08.10.2018 за № 03409937.

Производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено арбитражным судом 29.11.2018 на основании заявления ФИО6, поступившего в суд 26.10.2018.

Согласно записям в ЕГРЮЛ, государственная регистрация изменений, внесенных в учредительный документ и сведения о юридическом лице в связи с переходом долей участия в размере 2,27% от ФИО3 к Обществам ООО «Китеж» и ООО «МД-Мебель» произведена 27.07.2018 за ГРН 2184401152868 на основании заявлений от 22.06.2018, 18.06.2016 и решения о внесении изменений в учредительные документы от 22.06.2018.

Государственная регистрация изменений в части выхода ФИО3 из состава участников произведена 10.09.2018 за ГРН 2184401171414 на основании заявления о выходе из Общества от 28.08.2018.

Также в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений о юридическом лице от 28.11.2018 за ГРН 2184401213489 на основании заявления физического от 21.11.2018 (т. 1 л.д. 154-156). На основании документов, представленных в материалы дела Инспекцией ФНС России по г.Костроме, указанная запись была внесена на основании заявления ФИО3 о снятии с себя полномочий генерального директора. К заявлению прилагался протокол № 2 общего собрания участников ООО «Унжа-Лес» от 11.09.2018, согласно которому участники ООО «Китеж» и ООО «МД-Мебель» постановили освободить от занимаемой должности генерального директора ФИО3 с 12.09.2018, передать функции управления Обществом управляющей организации – ООО «ДжиСи Групп» с 13.09.2018.

При таких обстоятельствах, как верно отметил суд первой инстанции, часть своей доли участия в Обществе ФИО3 передал ООО «Китеж» и ООО «МД-Мебель» (по 2,27%) в период, не превышающий 4-х месяцев до публикации заявления кредитора о намерении обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). ФИО3 полностью вышел из состава участников Общества в пределах одного месяца до указанной даты. С заявлением о недостоверности сведений о нем ФИО3 обратился в ИФНС 21.11.2018, то есть по истечении месяца после публикации, менее месяца до обращения кредитора в суд и через 8 дней после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве).

Выписками из ЕГРЮЛ подтверждается, что ООО «МД-Мебель» исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо 30.09.2019 (т. 3 л.д. 76), ООО «Китеж» исключено из реестра 16.07.2020 в связи с наличием сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, запись о недостоверности внесена 16.09.2019 (т. 3 л.д. 70-71).

Лицом, имеющим право без доверенности действовать как от имени ООО «МД-Мебель», так и от ООО «Китеж» в ЕГРЮЛ указан ФИО8 (директор), а единственным участником как ООО «МД-Мебель», так и ООО «Китеж» являлось ЭЙ ЭС ДЖИ ИНВЕСТ ЛТД, страна происхождения – Сейшельские острова.

Единственным участником управляющей компании ООО «ДЖИСИ ГРУПП», которой новыми участниками Общества незадолго до возбуждения в отношении него дела о несостоятельности (банкротстве) были переданы полномочия руководителя должника ООО «Унжа-Лес», является компания ЭЙ ЭС ДЖИ РЕНЕССАНС КОРП., страна происхождения – Сейшельские острова. Компания 16.07.2020 также исключена из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности (т. 3 л.д. 67-68).

Республика Сейшельские Острова является оффшорной зоной в соответствии с Перечнем государств и Территорий, предоставляющих льготный налоговый режим налогообложения и (или) не Предусматривающих раскрытия и предоставления информации при проведении финансовых Операций (оффшорные зоны), утвержденным Приказом Минфина России от 13.11.2007 № 108н.

Суд первой инстанции, приняв во внимание фактическое прекращения деятельности Обществом с 2018 года, передачу доли участия в Обществе и затем руководства в нем оффшорным компаниям, спустя непродолжительное время также прекратившим деятельность, выход ФИО3 из состава участников, совершенный непосредственно до обращения кредитора в суд и возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника, пришел к выводу о том, что данные события не являлись цепочкой случайных совпадений, целью данных мероприятий являлся вывод активов должника из-под юрисдикции Российской Федерации, а контролирующего должника лица ФИО3 – из-под риска привлечения к субсидиарной ответственности за невозможность удовлетворения требований кредиторов и наличии признаков злоупотребления правом в действиях ответчика (статья 10 ГК РФ).

Судебная коллегия не усматривает оснований не согласиться с указанными выводами суда первой инстанции.

Доводы ФИО3 о том, что фактическим владельцем бизнеса был ФИО5 правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку соответствующих доказательств в материалы дела не представлено. Более того, при рассмотрении дела № А31-6142/2017 ФИО3, напротив, ссылался на номинальный статус ФИО5 в качестве руководителя должника. Как следует из решения Арбитражного суда Костромской области от 17.07.2018, ФИО3 сообщил суду, что ФИО5, подписавший акты приемки выполненных работ, никогда не являлся легитимным генеральным директором, поскольку никогда не избирался, о чем новому собственнику и руководителю сообщили бывшие учредители ООО «Унжа-Лес». В этой связи ФИО5 не имел права подписывать какие-либо договоры и акты от имени предприятия.

Кроме того, при вынесении определения Арбитражного суда Костромской области от 08.10.2019 об истребовании у ФИО3 документации должника суд исходил из того, что руководителем должника на момент введения конкурсного производства являлся ФИО3, указанное определение вступило в законную силу, сведений о том, что при рассмотрении данного заявления ФИО3 ссылался на номинальный статус руководителя или обжаловал определение суда по данному основанию в материалы дела не представлено.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что, несмотря на указанные заявителем обстоятельства, ФИО3 фактически сохранил статус контролирующего должника лица, в связи с чем является субъектом, который в силу Закона о банкротстве может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В обоснование наличия оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылается на неполную передачу документации ФИО3

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В пункте 2 этой же статьи указано, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Таким образом, по смыслу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве негативным последствием отсутствия у конкурсного управляющего документов должника является невозможность осуществления мероприятий по формированию конкурсной массы.

При этом само по себе наличие презумпций (вины, причинно-следственной связи и т.д.) означает лишь определенное распределение бремени доказывания между участниками спора, что не исключает ни право ответчика на опровержение приведенных заявителем доводов, ни обязанности суда исследовать и устанавливать наличие всей совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчиков к ответственности.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2017 № 305-ЭС17-9683, для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

Как указано ранее, определением Арбитражного суда Костромской области от 08.10.2019 удовлетворено заявление конкурсного управляющего ФИО4 об истребовании документов и материальных ценностей у бывшего руководителя должника ФИО3

В результате исполнительных действий, проведенных Федеральной службой судебных приставов по Ярославской области, ФИО3 направил в адрес конкурсного управляющего отдельные документы Общества: уставные документы, некоторые документы бухгалтерского учета, некоторые документы по кадрам, всего 28 наименований (опись вложения Почты России от 18.03.2020 имеется в материалах дела (т. 1 л.д. 123-124).

По результатам анализа финансово-хозяйственной деятельности (представлен посредством системы «Мой Арбитр» 06.03.2020) должника и на основании сведений, предоставленных Департаментом АПК РФ по Костромской области, при введении в отношении должника процедуры конкурсного производства судом установлено, что у должника имеются в собственности транспортные средства:

трактор трелевочный, ТДТ-55, год выпуска 1986, цвет красный, ГРЗ 9546КТ44;

трактор гусеничный, ДТ-75М, год выпуска 1990, ГРЗ 9545КТ44.

В ходе процедуры конкурсного производства управляющим данного имущества не выявлено, правоустанавливающие документы на него и сами транспортные средства не переданы, о местонахождении имущества бывший руководитель не сообщил.

Как следует из сведений, размещенных на интернет-ресурсе «Авито» и представленных в материалы дела конкурсным управляющим (представлен посредством системы «Мой Арбитр» 06.02.2021), стоимость аналогичной техники (б/у) по объявлениям о продаже составляет: трактор трелевочный от ТДТ-55 от 580 000 рублей до 950 000 рублей; трактор гусеничный ДТ-75М - 350 000 рублей.

Согласно финансового анализа, проведенного временным управляющим ФИО4 за период: 2016 - 6 месяцев 2019 года совокупные активы по представленным в ФНС бухгалтерским документам составляли в периоды: 2016 год – 922 тыс.руб., 2017 год – 1 184 тыс.руб. На январь 2017 величина выручки нетто составляла 2 365 тыс.руб., на январь 2018 – 4 194 тыс.руб., с января 2017 по январь 2018 предприятие имело чистую прибыль 683 тыс.руб. (2017) и 350 тыс.руб. (2018). За последующие периоды с 2018 года и далее данные отсутствуют, поскольку отчетность Обществом не сдавалась.

Согласно отчету конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства от 14.01.2021, стоимость имущества, включенного в конкурсную массу, составляет ноль рублей (17.01.2022 подано через «Мой арбитр»).

Судебная коллегия соглашается с доводами конкурсного управляющего о том, что отсутствие первичных документов, документов по сделкам и оборотам по счетам, при наличии активов и положительных показателей финансовой деятельности до января 2018 года и снижении впоследствии их наличия до нуля лишает вероятности определить причины прекращения деятельности должника, оценить состав активов, возможность оспаривания сделок, пополнить конкурсную массу для расчетов с кредиторами.

Кроме того, в результате бездействия ФИО3 не представилось возможным реализовать в процедуре конкурсного производства транспортные средства, имеющиеся в собственности должника.

Доводы заявителя о том, что транспортные средства ему не передавались, его ссылка на пояснения бывшего директора должника ФИО7, который указал, что уже в период его руководства техника отсутствовала, - подлежат отклонению, поскольку не представлено доказательств, что ФИО3 в период осуществления полномочий руководителя должника обращался к предыдущим руководителям об истребовании спорных транспортных средств или иным образом предпринимал попытки выяснить местонахождение транспортных средств, имеющихся на балансе должника, и вернуть их.

Вопреки положениям статьи 65 АПК РФ, ФИО3 не были опровергнуты доводы конкурсного управляющего о существенном затруднении в проведении процедур банкротства вследствие передачи документации должника не в полном объеме.

Доводы ФИО3 об отсутствии вины в непередаче документации правомерно отклонены судом первой инстанции.

Как обоснованно отметил суд первой инстанции, сведений о том, что имущество и документация были утрачены, уничтожены, переданы третьим лицам, не имеется.

Заявитель ссылается на справку от 12.10.2018, выданную в Словацкой республике генеральным директором ООО «ДЖИСИ ГРУПП» Анной Новы, в которой указано на получение от прежней администрации Общества документации должника.

Вместе с тем, в силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67, 68, 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 3 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Достоверность доказательств устанавливается арбитражным судом в результате сопоставления оцениваемого доказательства с иными доказательствами по делу. При отсутствии противоречий между ними суд приходит к выводу о достоверности каждого из них.

Оценка доказательств с точки зрения их достаточности и взаимной связи производится для того, чтобы устранить противоречия между доказательствами, преодолеть сомнения в истинности вывода, извлекаемого из всей совокупности получаемой доказательственной информации.

Принимая во внимание судебный акт от 08 октября 2019 года, которым Арбитражный суд Костромской области истребовал у ФИО3 печати, штампы, денежные средства (находящиеся в кассе предприятия), материальные и иные ценности, бухгалтерские и иные документы ООО «Унжа-Лес», в том числе оригиналы документов, судебная коллегия соглашается с критической оценкой суда первой инстанции относительно справки от 12.10.2018 с учетом установленных обстоятельств возложения полномочий руководителя должника на офшорную компанию, прекратившую впоследствии деятельность, в период, непосредственно предшествовавший возбуждению дела о банкротстве должника, а также принимая во внимание, что часть документов должника, а также печать, были переданы ФИО3 конкурсному управляющему 18.03.2020, то есть после составления спорной справки.

С учетом вступившего в законную силу указанного судебного акта доводы ответчика об отсутствии у него документов и ценностей расцениваются как направленные на недопустимое опровержение выводов вступившего в силу судебного акта.

С учетом изложенного, отсутствуют основания полагать, что документация должника фактически выбывала из владения ФИО3 и имелись какие-либо препятствия для ее передачи.

Таким образом, непередача ФИО3 документации конкурсному управляющему должника существенно затруднила проведение процедур банкротства, в связи с чем суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника конкурсному управляющему.

Также конкурсный управляющий указывает на наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по пункту 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве 12. Контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если: должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Пункт 17 Постановления № 53 предусматривает, что контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Материалами дела подтверждается, что между Департаментом лесного хозяйства Костромской области и ООО «Унжа-Лес» на основании протокола аукциона № 14 от 16 марта 2011 года был заключен договор аренды лесного участка от 25 марта 2011 года № 482 (далее – договор аренды). В соответствии с разделом 1 Договора Арендатору был передан в аренду лесной участок, общей площадью 7942 га, расположенный на территории Костромской области, Кологривский муниципальный район, ОГУ «Кологривское лесничество», Понговское участковое лесничество<...>, 28-31,41-47, 56-61,78-81; для осуществления деятельности по заготовке древесины и ведению лесного хозяйства.

Материалами обособленных споров по требованию Департамента по включению задолженности в реестр требований кредиторов ООО «Унжа-Лес» (определение от 18.07.2019 по делу № А31-13747-3/2018) установлено, что должник имеет задолженность по указанному договору в общей сумме 5 039 989 руб. 46 коп., подтвержденную вступившими в законную силу судебными актами.

Решением Арбитражного суда Костромской области от 26.10.2017 года по делу № А31-2932/2017 с ООО «Унжа-Лес» в пользу Департамента взыскано 2 259 152 руб. 08 коп. задолженности по неустойкам за лесонарушения за 2016 год.

Решением Арбитражного суда Костромской области от 28.02.2019 года по делу № А31-14540/2018 с ООО «Унжа-Лес» в пользу Департамента взысканы 761 945 руб. 42 коп. задолженности по арендной плате за 2018 год, 877 761 руб. 11 коп. неустойки.

Решением Арбитражного суда Костромской области от 31.08.2018 года по делу № А31-2403/2018 с ООО «Унжа-Лес» в пользу Департамента взысканы 457 167 руб. 26 коп. задолженности по арендной плате за 2018 год, неустойка в размере 16 458 руб. 02 коп., неустойка в размере 3 702 руб. 40 коп., штраф в размере 84 832 руб. 24 коп., штраф в размере 578 970 руб. 93 коп. и договор аренды расторгнут в связи с существенным нарушением арендатором ООО «Унжа-Лес» условий договора.

Как верно установил суд первой инстанции, в результате расторжения договора аренды должник, основным видом деятельности которого являлись лесозаготовки, лишился актива в виде права аренды лесного участка.

На данный период должник уже имел задолженность перед кредитором ИП ФИО6 по договору подряда от 20.06.2015 по актам выполненных работ за 2015 год в сумме 8 216 750 руб. 00 коп., что установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Костромской области от 17.07.2018 по делу №А31-6142/2017, то есть имел признаки неплатежеспособности.

Доводы заявителя о том, что право аренды утрачено должником не по инициативе ФИО3, т.к. в основу иска легли основания для расторжения договора, имеющие место, начиная с 2011 года, а не исключительно в период работы в обществе ФИО3, опровергаются содержанием мотивировочной части решения Арбитражного суда Костромской области от 31.08.2018 года по делу № А31-2403/2018.

Так из данного решения следует, что основанием для расторжения договора послужило существенное нарушение условий договора по своевременному внесению арендной платы в период с 15.09.2017 и далее по 2018 год, а также неисполнение договорных обязательств в части выполнения работ по охране, защите и воспроизводству лесов на арендуемом лесном участке, установленные по результатам осмотров мест рубок 3-4 мая 2017 года и 27, 29 июня 2017 года, а именно, оставление деревьев предназначенных для рубки (п.п. а) п.16 Договора); оставление не вывезенной в установленные сроки древесины на лесосеках (п.п. б) п.16 Договора); оставление на весенне-летний период без удаления коры или не обработанной пестицидами заготовленной древесины (п.п. в) п.16 Договора); неудовлетворительная очистка мест рубок от порубочных остатков (п.п. г) п.16 Договора).

Таким образом, нарушения договора, послужившие основанием для расторжения договора аренды имели место в период руководства ООО «Унжа-Лес» ФИО3, в связи с чем обстоятельства, явившиеся основанием для расторжения договора аренды, находились в пределах ответственности ФИО3, как контролирующего должника лица.

Как разъяснено в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

В данном случае, доказательств того, что расторжение договора аренды вызвано исключительно объективными факторами при полном добросовестном исполнении контролирующим лицом своих фидуциарных обязанностей относительно общества, ответчик не представил, хозяйственные документы в полном объеме не передал, установленные законом презумпции доведения до банкротства не опровергнуты.

По оценке, выполненной экспертом ООО «Энергостар» ФИО9 и представленной в материалы дела конкурсным управляющим, рыночная стоимость права пользования лесным участком, находившимся в аренде у должника, по состоянию на 28.08.2018 составляла 19 240 000 рублей.

Доводы заявителя об иной стоимости утраченного права аренды надлежащими доказательствами не подтверждаются, ходатайства о назначении экспертизы не заявлено.

В отсутствие иных сведений о стоимости права аренды суд первой инстанции правомерно руководствовался стоимостью, указанной в оценке эксперта ООО «Энергостар» ФИО9

Материалами дела подтверждается, что в результате утраты права аренды лесного участка должник фактически перестал осуществлять хозяйственную деятельность, с 2018 года должник перестал сдавать бухгалтерскую и налоговую отчетность.

Как обоснованно отметил суд первой инстанции, сам по себе факт прекращения права владения и пользования единственным лесным участком для должника, основным видом деятельности которого являлись лесозаготовки, означает фактическое прекращение им деятельности с утратой шансов на реабилитацию, извлечение прибыли, в том числе для погашения требований кредиторов.

В связи с расторжением договора по основанию существенного нарушения его условий арендатором суд первой инстанции пришел к верному выводу, что именно ФИО3 совершил действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

По смыслу пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Однако в рассматриваемом случае ФИО3 не доказал отсутствия своей вины в утрате должником ликвидного актива в виде права аренды лесного участка.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Унжа-Лес» и в соответствии с подпунктом 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу 1 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

Обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности (с учетом уточнения), конкурсным управляющим определен размер субсидиарной ответственности в сумме 16 569 009 рублей 29 копеек.

ФИО3 полагает, что размер субсидиарной ответственности подлежит уменьшению по причине номинального осуществления ФИО3 обязанностей руководителя должника.

Однако судебная коллегия не усматривает оснований для уменьшения размера ответственности, поскольку, как отмечено ранее, номинальный статус ФИО3 в качестве директора опровергается имеющейся в материалах дела совокупностью доказательств.

На иные обстоятельства, которые бы свидетельствовали о наличии оснований для уменьшения размера ответственности, ФИО3 не ссылается, контррасчет не представлен.

Ответчик не пояснил, каким образом частичная передача документов способствовала наполнению конкурсной массы и удовлетворению требований кредиторов.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно в порядке привлечения к субсидиарной ответственности взыскал с ФИО3 в пользу должника 16 569 009 рублей 29 копеек.

Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается. Уплаченная заявителем государственная пошлина подлежит возвращению.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Костромской области от 14.03.2022 по делу № А31-13747/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Возвратить ФИО3 из средств федерального бюджета денежные средства в сумме 3000 рублей, уплаченные в счет государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы по чеку-ордеру от 22.03.2022 (операция 17).

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Костромской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий

И.В. Караваев



Судьи

ФИО10


ФИО1