Постановление от 7 декабря 2023 г. по делу № А60-49076/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-11260/2021(2)-АК

Дело № А60-49076/2020
07 декабря 2023 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 07 декабря 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 07 декабря 2023 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Мартемьянова В.И.,

судей Темерешевой С.В., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

в отсутствие сторон;

лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в заседании суда апелляционную жалобу кредитора АО «Российский сельскохозяйственный банк»

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 октября 2023 года

о завершении процедуры реализации имущества ФИО2 и применение в отношении должника положения пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от обязательств, за исключением требований, предусмотренных пунктами 5 и 6 статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»,

вынесенное в рамках дела №А60-49076/2020

о признании ФИО2 (ИНН <***>) несостоятельной (банкротом),

установил:

30.09.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО2 (далее – ФИО2, должник) о признании ее несостоятельной (банкротом), которое определением от 05.10.2020 принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12.11.2020 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина сроком на пять месяцев. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден арбитражный управляющий ФИО3 (далее – ФИО3), член Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемая организация «Центральное Агентство Арбитражных Управляющих».

Определениями арбитражного суда от 22.03.2021, 16.06.2021, 13.08.2021, 07.10.2021, 08.12.2021, 12.01.2022, 15.02.2022, 13.03.2022, 27.04.2022, 03.06.2022, 18.07.2022, 10.08.2022, 07.09.202 процедура реализации имущества неоднократно продлевалась.

Определением арбитражного суда от 14.09.2022 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2

Определениями арбитражного суда от 10.02.2023, 01.03.2023, 25.04.2023 процедура реализации имущества неоднократно продлевалась.

В Арбитражный суд Свердловской области 22.05.2023 от финансового управляющего поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества;

АО «Россельхозбанк» направлено ходатайство о неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств.

От ООО «ЮрПрофит» поступило ходатайство о неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств.

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 04.10.2023 процедура реализации имущества ФИО2 прекращена. В отношении ФИО2 применены положения пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от обязательств, за исключением требований, предусмотренных пунктами 5 и статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту вынесения настоящего определения.

Не согласившись с указанным определением суда, АО «Российский сельскохозяйственный банк» обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение суда отменить в части применения к должнику правил об освобождении и принять в указанной части новый судебный акт – не освобождать должника от исполнения обязательств перед АО «Россельхозбанк».

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает, что ФИО2 при получении кредита в АО «Россельхозбанк» указала недостоверные сведения о своих доходах ; в ходе ознакомления с материалами настоящего дела было установлено несоответствие доходов ФИО2, указанных при подаче заявления о признании себя банкротам, справке, представленной должником в АО «Россельхозбанк» при получении кредита. Отмечает, что средний доход должника в 2019 году составлял не более 30 000 руб. в месяц; данное обстоятельство также подтверждено ответом ПФР, представленном финансовому управляющему и приложенному к его отчету, согласно которому должник в 2019 году была трудоустроена в ООО «Манэ» с доходом 5 750 руб. в месяц и ООО «Галерея строительства «Манэ» с доходом 23 000 руб. в месяц. Ежемесячный платеж по кредиту только в АО «Россельхозбанк» составил 32 213,91 руб., что уже превышает месячный доход должника, что явно свидетельствует о получении кредита без цели последующего возврата. Тем самым ФИО2 при получении кредита предоставила Кредитной организации заведомо ложные сведения, что исключило возможность достоверно проанализировать финансовое состояние должника и оценить риски, связанные с возвратом кредита. Данное поведение должника является недобросовестным и исключает применение в отношении него нормы об освобождении от обязательств перед АО «Россельхозбанк». Также заявитель отмечает, что в действиях должника имеются признаки преднамеренного банкротства, что подтверждается заключением финансового управляющего. Должник ФИО2 оформила в один день – 27.01.2020 как минимум 5 кредитных договоров в различных банках на общую сумму более 6 млн. рублей, явно в целях того, чтобы у Банков отсутствовала возможность получения актуальных сведений из кредитной истории о наличии иных обязательств. В ходе судебного разбирательства не установлено, на какие цели были израсходованы заемные денежные средства в таком значительном объеме. Судом при вынесении обжалуемого судебного акта принято утверждение ФИО2, что она обращалась в кредитные организации с просьбой предоставить ей отсрочку и дальнейшую реструктуризацию кредитных обязательств, но ей было отказано, в связи с чем последняя обратилась в суд с заявлением о признании ее банкротом. Однако какие-либо доказательства обращения должника в Банки не представлены. Исходя из изложенного в совокупности, невозможно сделать однозначный вывод о добросовестности должника, доводы которого не подтверждаются доказательствами, а основаны лишь на голословных утверждениях.

До начала судебного заседания от должника и финансового управляющего поступили отзывы на апелляционную жалобу, в которых стороны просят определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, что на основании части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

Поскольку заявитель в апелляционной жалобе указывает на обжалование судебного акта только в части, а иные лица не заявили возражений по поводу обжалования определения в иной части, то суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке части 5 статьи 268 АПК РФ только в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела, решением от 12.11.2020 заявление должника призвано обоснованным, в отношении ФИО2 введена процедура реализации имущества.

В ходе процедуры реализации имущества финансовым управляющим проведены следующие мероприятия по выявлению имущества должника: приняты меры по поиску имущества должника для дальнейшей реализации с целью погашения требований кредиторов должника, произведена опись данного имущества; направлялись запросы в контролирующие и регистрирующие органы, а также должнику для предоставления необходимых документов; направлялись уведомления и запросы в кредитные организации.

Реестр требований кредиторов должника сформирован на сумму 8 349 220,14 руб.

В третью очередь реестра требований кредиторов включены требования: ПАО «Сбербанк России» в размере 712 130,36 руб.; ПАО КБ «УБРиР» задолженность в размере 2 052 939,08 руб.; ПАО «Российский Сельскохозяйственный банк» в размере 1 598 163,01 руб.; ПАО «Промсвязьбанк» в размере 921 250,25 руб.; Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 23 по Свердловской области в размере 1 190,39 руб.; АО «Газэнергобанк» в размере 1 083 798,51 руб.; ООО «Юрпрофит» в размере 10 000 руб.

По сведениям регистрирующих органов, имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, на должника не зарегистрировано.

Финансовым управляющим проведен анализ финансового состояния должника, представлены заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства, о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника, сделаны следующие выводы: признаков фиктивного и преднамеренного банкротства не установлено, должник неплатежеспособен, восстановить платежеспособность не представляется возможным, денежных средств достаточно для погашения судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющем у.

По результатам процедуры банкротства, ссылаясь на выполнение всех мероприятий процедуры, на отсутствие свидетельств наличия и возможного выявления имущества должника, пополнения конкурсной массы и реализации имущества в целях проведения расчетов с кредиторами, управляющий обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника, представив отчет о результатах проведения реализации, реестр требований кредиторов и другие необходимые документы.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности наличия всех необходимых и достаточных оснований для завершения процедуры реализации.

Судебный акт в части завершения процедуры реализации имущества ФИО2 лицами, участвующими в деле, не обжалуется и судом апелляционной инстанции в соответствующей части не пересматриваются.

Как было отмечено ранее, возражая против применения к должнику правила об освобождении от обязательств, кредитор АО «Россельхозбанк» указывал на представление должником (заемщиком) заведомо ложных сведений при получении кредита и сокрытие им информации о наличии неисполненных кредитных обязательств.

Освобождая ФИО2 от исполнения обязательств, суд пришел к выводу о недоказанности совершения должником действий, которые в силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве являются основанием для неосвобождения должника от долгов.

Однако, освобождая должника от обязательств, суд первой инстанции не учел следующее.

Конституция Российской Федерации (статья 57) и общие положения гражданского законодательства об обязательствах определяют критерии добросовестности гражданина, указывая, что каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы, а при исполнении гражданско-правовых обязательств должен исполнять их надлежащим образом, не допускать одностороннего отказа от исполнения обязательства, учитывать права и законные интересы другой стороны обязательства, оказывать необходимое содействие для достижения цели обязательства и т.п. (пункт 3 статьи 307, статья 309, пункт 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Как правило, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 ГК РФ, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) и т.д.). В то же время при определенных обстоятельствах гражданин, не способный удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, может быть признан банкротом по решению арбитражного суда (пункт 1 статьи 25 ГК РФ, параграф 1 главы X Закона о банкротстве) или во внесудебном порядке (параграф 5 главы X Закона о банкротстве).

Завершение расчетов с кредиторами в процедурах судебного банкротства или завершение процедуры внесудебного банкротства гражданина влекут освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов («списание долгов») и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28, пункт 1 статьи 223.6 Закона о банкротстве). Тем самым гражданин получает возможность выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации, вернуться к нормальной экономической жизни без долгов и фактически начать ее с чистого листа.

Однако, институт банкротства - это крайний (экстраординарный) способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой помимо прочего не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Если должник при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество, то в силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства лишают должника права на освобождение о долгов, о чем указывается судом в судебном акте.

В пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» даны разъяснения о том, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах. По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В судебной практике выработан правовой подход, согласно которому принятие должником непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является. Банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов. В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429, от 31.10.2022 № 307-ЭС22-12512).

Между тем вывод суда о применении указанного правового подхода в настоящем деле является неверным, нормы материального права применены судом без учета того, что фактические обстоятельства настоящего дела свидетельствуют не о неразумности поведения физического лица, а о явной недобросовестности ФИО2 при вступлении в кредитные обязательства, предоставлении ею заведомо недостоверной информации о своем доходе при получении кредитов .

Как следует из представленных в Арбитражный суд Свердловской области документов, по состоянию на дату подачи заявления о признании банкротом, общая сумма задолженности ФИО2 составляет 7 748 773,28 руб., перед следующими кредиторами:

ПАО «Сбербанк России» в размере 740 995 руб. (требования в размере 712 130,36 руб. включены в реестр требований кредиторов определением от 02.02.2021);

АО «Россельхозбанк» по соглашению от 27.01.2020 № 2073001/0028 в размере 1 500 000 руб. (требования в размере 1 598 163,01 руб. включены в реестр требований кредиторов определением от 02.03.2021);

ПАО «Кб «УБРиР» по кредитному договору от 27.01.2020 № KD232052000000460 в размере 1 761 619 ,72 руб. (требования в размере 1 969 748,54 руб. включены в реестр требований кредиторов определением от 24.02.2021);

ПАО «СКБ-банк» в размере 1 000 000 руб. (требования в размере 1 083 798,51 руб. включены в реестр требований кредиторов определением от 02.02.2021);

ПАО АКБ «Связь-банк» по кредитному договору от 27.01.2020 № 8491/2020 в размере 872 377 руб. (требования в размере 921 250,25 руб. включены в реестр определением от 26.01.2021);

ПАО «ВТБ» по кредитному договору от 27.01.2020 № 625/0002-0689883 в размере 1 764 952 руб., по кредитному договору от 27.01.2020 № 633/0002-0596586 в размере 130 000 руб. (требования в размере 2 052 939,08 руб. включены в реестр требований кредиторов определением от 11.03.2021).

ФИО2 оформила в один день – 27.01.2020 – как минимум пять кредитных договоров в различных банках на общую сумму более 6 млн.руб.

В рассматриваемом случае, должником создана ситуация, при которой у банков отсутствовала возможность проверить на предмет достоверности сведения о наличии у ФИО2 иных обязательств, поскольку данная информация не могла быть размещена в Бюро кредитных историй на дату кредитования ввиду одновременной подачи нескольких заявок и оформления кредитных договоров в короткий промежуток времени – 27.01.2020

При этом само по себе подписание должником в короткий промежуток времени кредитных договоров с разными банками свидетельствует о том, что она понимала невозможность одобрения последующего кредита в другом кредитном учреждении в связи с отсутствием соответствующего уровня доходов для его обслуживания и с учетом уже принятой на себя долговой нагрузки.

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При выдаче кредитов банки руководствуются разработанными ими правилами кредитования, в том числе устанавливают лимиты выдачи потребительских кредитов физическим лицам, требования к заемщикам, применяют механизмы страхования и обеспечения (поручительство, залог) в качестве мер по снижению риска невозврата кредита.

ФИО2 заключая потребительские кредиты с пятью банками в одно и то же время 27.01.2020, действовала в обход установленных правил и фактически получила потребительский кредит в размере (более 6 млн. руб.), многократно превышающем установленный лимит, исходя из доходов заемщика, без какого-либо обеспечения, и при таких обстоятельствах поведение должника, осознающего невозможность принятия новых кредитных обязательств, в связи с чем принимающего меры для обхода требований банков при заключении кредитных договоров, не может быть признано добросовестным. Все негативные последствия такого поведения несет лицо, действующее неправомерно при вступлении в обязательства.

Должник в своих пояснениях указала, что по всем кредитным обязательствам согласно графику произвела три платежа, после в апреле 2020 года в связи с пандемией снизился уровень заработной платы, в связи с чем не смогла выполнять платежи по кредитным обязательствам.

Между тем доказательств снижения дохода не представлены.

В ходе судебного разбирательства не установлено на какие цели были израсходованы заемные денежные средства в таком значительном объеме.

Суд , отклонив доводы Банка, принял во внимание пояснения должника о том, что действия ФИО2 по оформлению договоров займа (кредитов) совершены в результате противоправных (мошеннических) действий неустановленного лица по имени Сергей, в последующем заемные денежные средства переданы указанному лицу. Данные пояснения должник также изложил при обращении с заявлением о возбуждении уголовного дела, с которым он обратился лишь 22.03.2021 г., то есть спустя более, чем пять месяцев после принятия к производству своего заявления о признании себя банкротом, при этом в возбуждении уголовного дела было отказано.

В рамках доказательств , представленных в дело о банкротстве, показания ФИО2 о том, что оформлению договоров займа (кредитов) совершены в результате противоправных (мошеннических) действий неустановленного лица не нашли своего подтверждения.

Ввиду чего, к данной версии должника необходимо отнестись критически и исходить из того, что недостоверные сведения о доходах ФИО2 предоставила самостоятельно, к предоставлению ложных данных ее никто не понуждал.

Также судом при вынесении обжалуемого судебного акта принято утверждение ФИО2, что она обращалась в кредитные организации с просьбой предоставить ей отсрочку и дальнейшую реструктуризацию кредитных обязательств, но ей было отказано, в связи с чем последняя обратилась в суд с заявлением о признании ее банкротом. Однако какие-либо доказательства обращения должника в Банки не представлены.

Более того, заявителю апелляционной жалобы АО «Россельхозбанк» такие заявления не поступали.

Также следует отметить, что ФИО2 про получении кредита предоставила в АО «Россельхозбанк» следующие документы, подтверждающие трудовую занятость и финансовое положение:

копия трудовой книжки и вкладыша в трудовую книжку, согласно которым она на момент обращения за кредитом занимала должность руководителя департамента продаж в ООО «Галерея Строительства «МАНЭ»;

справку о доходах по форме Банка от 21.01.2020, согласно которой ее заработок за последние 6 месяцев составлял 150 000 руб. в месяц. Справка подписана ФИО4.

Между тем, согласно представленным в Арбитражный суд Свердловской области справкам 2- НДФЛ , заработная плата ФИО2 составляла (без учета вычета налога): за неполный 2017 год – 37 238 ,09 руб., за 2018 год – 276 000 руб., за 2019 год – 339 250 руб., за неполный 2020 год – 112 210,08 руб. Соответственно средний доход в 2019 году составлял не более 30 000 руб. в месяц.

Данное обстоятельство также подтверждено ответом ПФР, представленном финансовому управляющему и приложенному к его отчету, согласно которому должник в 2019 году была трудоустроена в ООО «Манэ» с доходом 5 750 руб. в месяц и ООО «Галерея строительства «Манэ» с доходом 23 000 руб. в месяц.

Следовательно, ФИО2 при получении кредита предоставила АО «Россельхозбанк» недостоверные сведения о размере своего дохода , что исключило возможность объективно проанализировать финансовое состояние должника и оценить риски, связанные с возвратом кредита.

Данное поведение должника является недобросовестным и исключает применение в отношении него нормы об освобождении от обязательств перед АО «Россельхозбанк».

В той ситуации, когда гражданин, принимая на себя финансовые обязательства, изначально недобросовестен (в отличие от случаев необъективной оценки своих финансовых возможностей или возникновения ситуации трудных жизненных обстоятельств, которые в итоге приводят к его финансовой несостоятельности), применение механизма освобождения должника от обязательств не представляется возможным.

Банк на момент одновременного, за короткий промежуток времени, обращения должника в несколько кредитных организаций за получением кредитов не мог заблаговременно предполагать о вероятности преднамеренного увеличения кредитной нагрузки заемщика в многократно большем размере, чем он указал в анкете с учетом предоставленной справки о доходах.

Поскольку в отсутствие таких сведений банк не мог реально оценить финансовое состояние должника и риски, связанные с возвратом кредита, суд округа признает поведение должника недобросовестным, что в свою очередь, исключает возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства.

Таким образом , с учетом обозначенного правового регулирования, установленных в деле фактов, принимая во внимание активное участие в споре кредитора, заявившего в суде первой инстанции возражения относительно освобождения должника от исполнения обязательств перед ним, оснований для применения в отношении ФИО2 правил об освобождении от дальнейшего исполнения требований заявителя апелляционной жалобы – АО «Россельхозбанк» не имеется.

На основании изложенного , в обжалуемой части - освобождения ФИО2 от исполнения обязательств перед АО «Россельхозбанк» выводы судом сделаны при неверном применении пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве и соответствующих разъяснений, противоречат материалам дела и установленным обстоятельствам, что привело к неправильным выводам, обжалуемое определение суда первой инстанции от 04.10.2023 подлежат отмене в части освобождения ФИО2 от исполнения обязательств перед АО «Россельхозбанк», в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 270 АПК РФ, в отношении АО «Россельхозбанк» правило об освобождении ФИО2 от исполнения обязательств применению не подлежит.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на определение о завершении процедуры реализации имущества гражданина не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 октября 2023 года по делу № А60-49076/2020 изменить в обжалуемой части.

Не применять правило об освобождении ФИО2 от дальнейшего исполнения обязательств перед АО «Россельхозбанк».

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


В.И. Мартемьянов


Судьи


С.В. Темерешева




О.Н. Чепурченко